ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-46423/2023

Дело № А40-144662/20

г. Москва

29 августа 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 22 августа 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 29 августа 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Ю.Л. Головачевой

судей Ж.Ц. Бальжинимаевой, С.А. Назаровой 

при ведении протокола помощником судьи Р.М. Ханикаевой,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2, на определение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2022 об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительной сделки по перечислению денежных средств ФИО1 в пользу ФИО1 за период с 19.07.2016 по 18.11.2017 в общем размере 127 439,11 евро, вынесенное в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 

 

при участии в судебном заседании:

от ФИО3 – ФИО4, по дов. от 17.08.2023

ф/у ФИО2, лично, паспорт 

Иные лица не явились, извещены 

 

У С Т А Н О В И Л:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2021 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена ФИО2.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего о признании недеи?ствительнои? сделку - перечисление ФИО1 в пользу Серегинои? С.Л. денежных средств за период с 19.07.2016 по 18.11.2017 в общем размере 127 439,11 евро. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2023 отказано в удовлетворении заявленных требований.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2022 определение отменено, заявление удовлетворено. 

Арбитражныи? суд Московского округа постановлением от 27.10.2022 оставил без изменения постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 11.07.2022. 

Определением ВС РФ от 26.06.2023 постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 11.07.2022 и постановление Арбитражного суда Московского округа от 27.10.2022 отменены. Спор направлен на новое рассмотрение в апелляционный суд ввиду того, что суды не дали по существу оценки платежеи? и документальнои? подтвержденности расходования их на содержание ребенка.

До заседания в апелляционный суд от финансового управляющего и ФИО3 поступили письменные позиции, которые приобщены к материалам спора.

Финансовый управляющий ходатайствовал о частичном отказе от заявленных требований на 219,51 евро (перечисления 26.10.2017, 01.11.2017, 18.11.2017) ввиду незначительности, а также, что данные денежные средства являются алиментными обязательствами.

Представитель ФИО3 не возражал против заявленного ходатайства.

Ходатайство судом удовлетворено, о чем вынесено отдельное определение.

Финансовый управляющий поддержал доводы апелляционной жалобы.

Представитель ФИО3 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, уведомленные судом о времени и месте слушания дела, в том числе публично, посредством размещения информации на официальном сайте в сети Интернет, в судебное заседание не явились, в связи с чем, апелляционная жалоба рассматривается в их отсутствие, исходя из норм статьи 156 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 123, 266 и 268 АПК РФ, изучив представленные в дело доказательства, рассмотрев доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции, учтя позицию ВС РФ, изложенную в определении от 26.06.2023, не находит оснований для отмены или изменения определения арбитражного суда, принятого в соответствии с законодательством РФ и обстоятельствами дела, и удовлетворения апелляционной жалобы, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, в обоснование своего заявления финансовыи? управляющии? указывает на то, что в период с 19.07.2016 по 18.11.2017 должником в пользу ответчика произведены перечисления на общую сумму 127 439,11 евро. 

Заявитель указывает, что сделки, а именно перечисление денежных средств 26.10.2017, 01.11.2017, 18.11.2017, подлежат признанию недеи?ствительными на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, а платежи в период с 19.07.2016 по 20.06.2017 по ст. 10, 168 ГК РФ, поскольку данные сделки совершены безвозмездно; на дату совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности и недостаточности имущества, о чем ответчику было известно в силу заинтересованности (бывшая супруга). 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из следующего.

Согласно п. 2 ст. 61.2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недеи?ствительнои?, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указаннои? цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Заявление о признании ФИО1 несостоятельным (банкротом) было принято судом к производству определением от 25 августа 2020 года, в связи с чем перечисление денежных средств 26.10.2017, 01.11.2017, 18.11.2017 относится к периоду подозрительности, установленному п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве. 

В пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 23.12.2010 № 63 разъяснено, что для признания сделки недеи?ствительнои? по основанию, указанному в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указаннои? цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недеи?ствительнои? по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требовании? к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых деи?ствии?, приведшие или могущие привести к полнои? или частичнои? утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требовании? по обязательствам должника за счет его имущества. 

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. 

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 7 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 23.12.2010 № 63, в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Данные презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другои? сторонои? сделки. 

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, деи?ствуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. 

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителеи? (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условии?: - стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовои? стоимости активов должника, а для кредитнои? организации - десять и более процентов балансовои? стоимости активов должника, определеннои? по данным бухгалтерскои? отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок; - должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерскои? отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством России?скои? Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностеи? по хранению и ведению бухгалтерскои? отчетности были уничтожены или искажены указанные документы; - после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества. 

Как следует из пункта 7 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника. 

Как следует из пункта 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 обязанность доказывания того, что другая сторона по сделке знала или должна была знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества, лежит на лице, оспаривающем сделку. 

Вместе с тем, заявитель не представил доказательств того, что ответчик знал о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов и о признаках неплатежеспособности должника. 

В материалы дела должником представлена выписка по счету, открытому в ПАО Сбербанк за период с 01.01.2017 по 9.11.2017, согласно которои? доход должника составил 13 951 426,90 руб. 

В этои? связи, причинение вреда имущественным правам кредиторов заявителем также не доказано. 

Доводы управляющего о наличии у должника признаков неплатежеспособности на дату совершения оспариваемых сделок подлежат отклонению, поскольку совокупность обстоятельств, свидетельствующих о наличии основании?, предусмотренных ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, для признания платежеи? недеи?ствительными, в частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, не доказана. 

Таким образом, основании? для признания оспариваемои? сделки на основании ч. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве не имеется. 

Довод управляющего о наличии основании? для применения к спорным отношениям статьи 10 ГК РФ суд первой инстанции признал ошибочным, поскольку сделка не имеет пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок. 

Наличие специальных основании? оспаривания сделок, в том числе по правилам ст. 61.2, 61.3 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которои? допущено злоупотребление правом, как недеи?ствительную на основании ст. ст. 10 и 168 ГК РФ (п. 4 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», п. 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Вместе с тем, в указанных разъяснениях речь идет о сделках с пороками, выходящими за пределы дефектов подозрительных сделок и сделок с предпочтением (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда России?скои? Федерации от 17.06.2014 № 10044/11, определения Верховного Суда России?скои? Федерации от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034, от 29.04.2016 № 304-ЭС15- 20061, от 24.10.2017 № 305-ЭС17-4886). 

Если сделка не имеет иных дефектов, кроме предусмотренных специальными основаниями Закона о банкротстве, то она не может быть одновременно признана ничтожнои?. 

Инои? подход приводит к тому, что содержание пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве теряет смысл, так как полностью поглощается содержанием норм о злоупотреблении правом и позволяет лицу, оспорившему подозрительную сделку, обходить правила об исковои? давности по оспоримым сделкам, что недопустимо. 

Судом первой инстанции при исследовании материалов дела не установлено, чем в условиях конкуренции норм о недеи?ствительности предполагаемые пороки сделок выходили за пределы диспозиции ст. ст. 61.2, 61.3 Закона о банкротстве. 

Учитывая изложенное, суд первой инстанции не усмотрел в оспариваемых платежах (в период с 19.07.2016 по 18.11.2017) признаков для признания их недеи?ствительными на основании ст. ст. 10, 168 ГК РФ. 

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции.

Апеллянт в своей жалобе указывает следующие доводы: на момент спорных платежей должник обладал признаками неплатежеспособности; спорные платежи являются безвозмездными и в пользу заинтересованного лица, который знал о неплатежеспособности должника и о противоправности цели сделок.

Апелляционный суд отклоняет данные доводы апеллянта.

Последний из оспариваемых платежей был совершен 18.11.2017 года.

Финансовый управляющий указывает на задолженность перед следующими кредиторами: ФИО5 (правопредшественник ФИО6) – задолженность возникла 31.05.2018 в связи с заключение Соглашения о расторжении соглашения об оказании юридической помощи, т.е. более чем через полгода после последнего оспариваемого платежа; Сахалинская региональная общественная организация владельцев маломерных судов - задолженность возникла 07.05.2018 в связи с заключением Соглашения о расторжении соглашения об оказании юридической помощи, т.е. более чем через полгода после последнего оспариваемого платежа; ФИО7 (новая супруга ФИО8) - задолженность по оплате алиментов на содержание ФИО1 возникла 27.12.2019 в связи с вынесение определением мирового судьи судебного участка № 419 Хорошевского района г. Москвы по делу № 2-962/2019 об утверждении мирового соглашения, т.е. более чем через 2 года после последнего оспариваемого платежа; ФИО9 — задолженность возникла 20.08.2018 г. в связи с принятием решения Щербинского районного суда города Москвы по делу № 02-3159/2018; 26.03.2019 в связи с принятием решения Щербинского районного суда города Москвы по делу № 02-1954/2019, т.е. через один и два года соответственно после последнего оспариваемого платежа.

Таким образом, вопреки доводам финансового управляющего, на момент совершения оспариваемых платежей у ФИО8 имелись неисполненные денежные обязательства только перед ФИО9, основанные на решениях Щербинского районного суда г. Москвы от 28.07.2016 по делу № 02-7622/2016 и от 14.11.2017 г. по делу № 02-4569/2017 всего на сумму 235 661.56 руб.

Между тем, исполнительных производств по указанной задолженности в отношении ФИО1 возбуждено не было. ФИО9 в реестр требований кредиторов ФИО1 не включалась.

Сведения о доходах должника, исследованным судами первой и апелляционной инстанции подтверждают, что денежные средства были получены должником не от ФИО5 и Сахалинской региональной общественной организацией владельцев маломерных судов, требования которых включены в реестр кредиторов должника, а от других юридических и физических лиц, при осуществлении должником адвокатской деятельности.

Обстоятельств, свидетельствующих о предъявлении должнику в этот период требований об исполнении денежных обязательств со стороны каких-либо кредиторов - не установлено.

Так, судебной практикой сформирована правовая позиция, согласно которой наличие кредиторской задолженности перед отдельными кредиторами само по себе не свидетельствует о неплатежеспособности должника, отождествлять неплатежеспособность с неоплатой долга отдельным кредиторам недопустимо (Определение ВС РФ от 25.01.2016 № 307-ЭС15-20344. Постановление Президиума ВАС РФ от 23.04.2013 № 18245/12).

Согласно сложившейся судебной практике, имеющаяся непогашенная задолженность перед отдельными кредиторами на определенный момент сама по себе не свидетельствует о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Мотивация лица, ненадлежащим образом исполняющего свои обязанности перед отдельным кредитором, может не зависеть от его финансового состояния, а быть обусловленной иными факторами, влияющими на принятие экономически важных решений участником хозяйственного оборота (постановление Арбитражного суда Московского округа от 16.11.2021 № Ф05-23081/2021 по делу № А40-337960/2019; постановление Арбитражного суда Московского округа от 12.07.2021 № Ф05-18213/2020 по делу № А40-226418/2019).

Следовательно указанная задолженность не может свидетельствовать о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент совершения оспариваемых платежей.

Таким образом, финансовым управляющим ФИО2 не была доказана совокупность обстоятельств, позволяющих сделать вывод о том, что сделка совершена с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

При этом доводы финансового управляющего, со ссылкой на правовую позицию, изложенную в определении Верховного Суда РФ от 12.03.2019 по делу № 305-ЭС17-117 (4), об отсутствии необходимости доказывать неплатежеспособность и недостаточность имущества должника на момент совершения сделки сделаны при неправильном толковании указанной позиции.

Так, в данном определении ВС РФ указал, что доказывание цели причинить вред правам кредиторов возможно и с помощью иных доказательств. Между тем, каких-либо иных доказательств, обосновывающих данный довод финансового управляющего в материалы дела представлено не было.

Также обращаем внимание, что указанные выше обстоятельства являются лишь опровержимыми презумпциями, которые применяются, если иное не доказано другой стороной сделки (абз. 4 п. 6 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63), следовательно, сам по себе факт наличия данных обстоятельств не является безусловным свидетельством того, что целью совершения сделки являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Так, единственной целью совершение оспариваемых платежей являлось содержание дочери, что подтверждается представленными в суд нотариально удостоверенными заявлениями ФИО8, в которых Должник принял на себя обязательства обеспечивать их дочь: заявление 77 АВ 0988695 от 25.08.2016, заявление 77 АВ 7309081 от 19.05.2017. Следовательно, указанные денежные средства фактически являлись алиментами.

При этом переведенные денежные средства ответчиком не скрывались, а тратились на проживание и содержание ребенка в Королевстве Испания, что подтверждается материалами спора.

Таким образом, оспариваемые платежи по переводу денежных средств совершались не с целью причинить вред имущественным правам кредиторов и не с целью вывода активов, а с целью предоставления содержания несовершеннолетнему ребенку ФИО8

Более того, финансовым управляющим не было доказано, что ответчик знал или мог знать о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Ответчик является бывшей супругой ФИО8.

Закон о банкротстве не относит бывших супругов к заинтересованным лицам.

За 5 месяцев до первого из оспариваемых платежей - 25.02.2016 брак между Серегиными В.В. и ФИО3 был расторгнут (доказательство имеется в материалах дела). Семейные отношения и совместный быт между ними были прекращены, а значит, в период совершения переводов денежных средств бывшая супруга должника не являлась заинтересованным лицом.

Более того, ФИО1 вступил в отношения с другой женщиной ФИО10 в 2017 г., у них имеется общий ребёнок ДД.ММ.ГГГГ года рождения.

Таким образом, семейные отношения между ФИО3 и ФИО1 были полностью прекращены. Остались только обязательства по содержанию несовершеннолетней дочери ФИО1

Бывший супруг, то есть лицо, семейные отношения с которым официально прекращены, не является заинтересованным лицом (ст. 19 Закона о несостоятельности), равно как и близким родственником (статья 14 СК РФ).

Финансовым управляющим не приведены доказательства аффилированности бывших супругов ФИО3 и ФИО1 и наличия их фактических отношений. Бывшие супруги совместно не проживают, совместный быт и досуг не ведут. Доказательства обратного в материалы спора не представлены.

Более того, в период совершения спорных платежей с 19.07.2016 по 18.11.2017 и до настоящего времени ответчик и ее дочь постоянно проживают на территории Королевства Испании, что подтверждается соответствующими штампами в загран. паспорте ФИО3, представленном в суд первой инстанции.

На дату совершения платежей информация о наличии у должника кредиторов и сумм неисполненных обязательств в открытом доступе отсутствовала.

Доходы должника за 2016 год составили 9 560 299, 1 рублей, доходы за 2017 год - 13 951 426, 9 рублей.

Таким образом, даже если бы Должник в период осуществления оспариваемых платежей отвечал признаку неплатежеспособности. Ответчик не знал и не мог бы знать об этом, равно как и том, что целью совершения указанных платежей являлось причинение вреда имущественным правам кредиторов.

В период совершения переводов должник имел алиментные обязательства по содержанию несовершеннолетнего ребенка, который проживал совместно с ответчиком.

У ответчика и должника имеется совместный ребенок ФИО1. ДД.ММ.ГГГГ г.р., которая в период оспариваемых переводов являлась несовершеннолетней и проживала с ответчиком.

В силу ч. 1 ст.80 СК РФ, родители обязаны содержать своих несовершеннолетних детей. Порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов), в соответствии с главой 16 СК РФ.

Согласно ст. 103 СК РФ, размер алиментов, устанавливаемый по соглашению об уплате алиментов на несовершеннолетних детей, не может быть ниже размера алиментов, которые они могли бы получить при взыскании алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ).

Согласно ч.1 ст.81 СК РФ, при отсутствии соглашения об уплате алиментов, алименты на несовершеннолетних детей взыскиваются судом с их родителей ежемесячно в размере: на одного ребенка - одной четверти заработка и (или) иного дохода родителей, на двух детей - одной трети.

Согласно ч.1 ст.83 СК РФ при отсутствии соглашения родителей об уплате алиментов на несовершеннолетних детей и в случаях, если родитель, обязанный уплачивать алименты, имеет нерегулярный, меняющийся заработок и (или) иной доход, либо если этот родитель получает заработок и (или) иной доход полностью или частично в натуре или в иностранной валюте, либо если у него отсутствует заработок и (или) иной доход, а также в других случаях, если взыскание алиментов в долевом отношении к заработку и (или) иному доходу родителя невозможно, затруднительно или существенно нарушает интересы одной из сторон, суд вправе определить размер алиментов, взыскиваемых ежемесячно, в твердой денежной сумме.

При этом, в соответствии с нормой, установленной ч.2 ст.83 СК РФ, размер твердой денежной суммы определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Таким образом, отсутствие письменного соглашения об уплате алиментов, само по себе не является основанием для освобождения должника от обязанности содержать ребенка и уплачивать алименты.

С учетом указанных обстоятельств, переводы должником денежных средств ответчику в период с 19.07.2016 по 20.06.2017 являются алиментами, выплачиваемыми на содержание ребенка ФИО1, с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Доходы ФИО1 в 2017 году составили 9 560 299, 1 рублей. В этот период, с 19.07.2016 по 29.09.2016 должник перевел ответчику 54 200 евро (по курсу ЦБ РФ на даты платежей -3 857 823 руб.)

В 2017 году доход должника составил 13 951 426, 9 рублей.

В период с 26.01.2017 по 20.06.2017 должник перевел ответчику 73 019,6 евро (по курсу ЦБ РФ на даты платежей 4 684 778, 1 рублей).

Размер алиментов, выплачиваемых должником на содержание ребенка ФИО1, не носил явно завышенный и чрезмерный характер, являлся необходимым для поддержания достойного уровня жизни ребенка ФИО1, удовлетворения ее разумных потребностей в материальном обеспечении и примерно соответствует размеру алиментов, который был бы взыскан с ответчика при установлении алиментов в судебном порядке.

Указанные переводы совершены в отсутствии признаков неплатежеспособности должника. После перечисления денежных средств, должник не осуществлял распоряжение данными денежными средствами, их расходование осуществлялось ответчиком на содержание ребенка: оплату аренды жилья, в котором проживает ребенок, обучения в платном образовательном учреждении, приобретения одежды и питания для ребенка.

Доводы финансового управляющего о том, что переводы денежных средств от 19.07.2016 на сумму 15 000 евро; от 29.09.2016 на сумму 30 000 евро; от 26.01.2017 на сумму 9 000 евро; от 20.06.2017 на сумму 50 000 евро нарушают нормы валютного законодательства, а именно п. 12 ст.9 ФЗ от 10.12.2003 № 173-ФЗ «О валютном регулировании и валютном контроле» и являются недействительными сделками на основании ст. 10 и п.2 ст. 168 ГК РФ необоснованные, так как указанные валютные операции совершены на основании п. 17 ст.9 данного закона - с целью уплаты алиментов на содержание дочери ФИО1

Иные доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 АПК РФ, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 27.04.2022 по делу № А40-144662/20 оставить без изменения, а апелляционную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                                     Ю.Л. Головачева

Судьи:                                                                                                          Ж.Ц. Бальжинимаева

 

С.А. Назарова