ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Москва

19.02.2020

Дело № А40-145500/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 12.02.2020

Полный текст постановления изготовлен  19.02.2020

Арбитражный суд Московского округа

в составе: 

председательствующего-судьи Зверевой Е.А.

судей  Петровой Е.А., Каменецкого Д.В.

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего ПАО «Банк Югра»- ФИО1-дов. от 06.02.2020 сроком до 31.12.2020,диплом представлен

от  представителя учредителей ФИО2 - ФИО3-дов. от 28.08.2019 на 2 года ,адвокат

рассмотрев 12.02.2020 в судебном заседании кассационные жалобы

представителя учредителей ПАО Банк «ЮГРА», ФИО4

на определение Арбитражного суда города Москвы от 16.08.2019,

на постановление от 14.10.2019

Девятого арбитражного апелляционного суда,

о признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО4 дополнительного соглашения № 2 от 27.02.17 г. к договору поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 по делу о признании несостоятельным (банкротом) ПАО Банк «ЮГРА»

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда города Москвы от 14.08.2017 г. арбитражным судом принято к производству заявление Банка России в лице Главного управления по Центральному федеральному округу от 07.08.17 г. № 18-2-06/135 о признании несостоятельным (банкротом) ПАО Банк «ЮГРА».

Решением Арбитражного суда города Москвы от 25.09.2018 г. ПАО Банк «ЮГРА» признано несостоятельным банкротом, исполнение обязанностей конкурсного управляющего должника возложена на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

В арбитражный суд в рамках дела о банкротстве ПАО Банк «ЮГРА» в порядке ст. 61.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» поступило заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» о признании недействительной сделки в виде заключенного между ПАО Банк «ЮГРА» и ФИО4 дополнительного соглашения № 2 от 27.02.17 г. к договору поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 г. и о применении последствий недействительности спорной сделки (т.т.147,229).

Арбитражный суд города Москвы определением от 16.08.2019 на основании ст. ст. 10, 168, ч. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, ст. ст. 32, 61.9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»: ходатайства представителя учредителей ПАО «Банк «Югра» об истребовании доказательств и о назначении по настоящему обособленному спору экспертизы оставил без удовлетворения; признал недействительной сделку в виде заключенного между ПАО Банк «Югра» и ФИО4 дополнительного соглашения № 2 от 27.02.17 г. к договору поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 г.; восстановил право требования ПАО Банк «Югра» к ФИО4 по договору поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 г. и обязательства ФИО4 по указанному договору поручительства; взыскал с ФИО4 в пользу Публичного акционерного общества Банк «Югра» расходы по уплате государственной пошлины в размере 3.000 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2019 указанное определение оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО4 и представитель учредителей ПАО Банк «Югра» обратились в Арбитражный суд Московского округа с кассационными жалобами, в которых, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, просят обжалуемые судебные акты отменить и направить спор на новое рассмотрение.

В кассационных жалобах ФИО4 и представителя учредителей ПАО Банк «Югра» указывается на неправильное толкование судами положений статей 174, 367, 421, 450 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые не содержат запрет на расторжение договора поручительства по соглашению сторон. Кроме того, как полагают заявители, судом безосновательно были отвергнуты заявленные ходатайства.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ) информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

В судебном заседании представитель учредителей ПАО Банк «Югра» ФИО2 поддержал изложенные в кассационных жалобах доводы.

Представитель конкурсного управляющего банка возражал против удовлетворения кассационных жалоб по доводам, изложенным в отзыве.

Иные лица, участвующие в деле, в судебное заседание не явились, что согласно части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения дела в их отсутствие.

Выслушав явившихся в заседание суда представителей лиц, участвующих в споре, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения, проверив в порядке статей 284, 286 - 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалуемых судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции приходит к выводу об отсутствии правовых оснований для их отмены ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и с частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

На основании пункта 1 статьи 189.40 Закона о банкротстве сделка, совершенная кредитной организацией (или иными лицами за счет кредитной организации) до даты назначения временной администрации по управлению кредитной организацией либо после такой даты, может быть признана недействительной по заявлению руководителя такой администрации в порядке и по основаниям, которые предусмотрены настоящим Федеральным законом, а также Гражданским кодексом Российской Федерации и другими федеральными законами, с учетом особенностей, установленных настоящим параграфом.

Как установлено судами и усматривается из материалов дела, в судебном заседании суда первой инстанции представители учредителей ПАО Банк «Югра» поддержали представленные в материалы дела 06.08.19 г., т.е. по истечении более тринадцати месяцев после принятия к производству заявления о признании спорной сделки недействительной, ходатайства об истребовании доказательств по делу, в частности, сведений об имуществе и доходах ФИО4 по состоянию на 27.02.17 г., и о назначении по настоящему обособленному спору экспертизы на предмет определения рыночной стоимости имущества ФИО4 по состоянию на 27.02.17 г. и рыночной стоимости прав требования, заложенных на основании договоров об ипотеке недвижимости № 037/056/ДЗ-17 и № 037/056/ДЗ-17-2 от 01.06.17 г.

Представитель конкурсного управляющего должника в судебном заседании возражал по существу упомянутых ходатайств, представитель ФИО4 поддержала ходатайства.

Оценив в соответствии со ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доводы ходатайств представителя учредителей ПАО Банк «ЮГРА» и возражений представителя конкурсного управляющего должника в совокупности с материалами дела, суд первой инстанции, принимая во внимание положения ч. 5 ст. 159 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не усмотрел оснований для удовлетворения ходатайств представителя учредителей ПАО Банк «Югра» об истребовании по делу доказательств и о назначении экспертизы, учитывая отсутствие в материалах дела доказательств, свидетельствующих о наличии обстоятельств, препятствовавших заявлению указанных ходатайств в период нахождения настоящего обособленного спора в производстве арбитражного суда с 05.07.18 г., т.е. более 13 месяцев.

Наряду с этим, арбитражный суд первой инстанции учел правовую позицию арбитражного суда кассационной инстанции по обособленным спорам аналогичной категории, изложенную в постановлениях Арбитражного суда Московского округа по делу о банкротстве ПАО Банк «Югра» от 27.06.19 г. и от 15.07.19 г., согласно которой признаны необоснованными доводы заявителей кассационных жалоб о предоставлении Банку взамен прекращенных поручительств более выгодных обеспечений исполнения обязательств получателями кредиторов перед ПАО Банк «ЮГРА».

В этой связи, принимая во внимание положения ч. 2 ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и существо требований представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» по заявлению, арбитражный суд первой инстанции пришел к выводу, что оценка эффективности предоставленного обеспечения по кредитному договору, в т.ч. и возможности реального исполнения поручителем в лице ФИО4 обязательств заемщика перед Банком, в предмет доказывания по настоящему обособленному спору не входит, учитывая отсутствие в материалах дела до настоящего времени сведений о полном либо частичном исполнении обязательств перед должником по кредитному договору за счет, как указано в ходатайствах, заменяющих сделок в виде договоров ипотеки № 037/056/ДЗ-17 и № 037/056/ДЗ-17-2 от 01.06.17 г.

Как установлено судами, требования конкурсного управляющего ПАО Банк «ЮГРА» о признании спорной сделки недействительной основаны на положениях ст. ст. 10, 168, ч. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Из заявления и приложенных в его обоснование доказательств усматривается, что в обеспечение обязательств ООО «Строймонолит» по кредитному договору № 

<

***> от 27.03.15 г., в соответствии с которым заемщику был предоставлен кредит в размере 52.300.000 долларов США, между ПАО Банк «Югра» и ФИО4, являвшимся Генеральным директором ООО «Строймонолит» и соучредителем Общества, был заключен договор поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 г., в соответствии с которым ФИО4 принял на себя обязательства отвечать перед кредитором по обязательствам ООО «Строймонолит» по упомянутому кредитному договору солидарно с основным заемщиком.

Заключенным между ПАО Банк «Югра» и ФИО4 спорным дополнительным соглашением № 2 от 27.02.17 г. к договору поручительства № 037-2/ДПФ-15 от 15.04.15 г. упомянутый договор поручительства признан расторгнутым.

Согласно заявлению, содержащему ссылку на положения п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.09 г. № 32, п. 93 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.15 г. № 25, в обоснование доводов наличия у спорной сделки признаков недействительности заявителем указано, что ПАО Банк «Югра» и ФИО4, заключая спорную сделку, злоупотребили своими правами и действовали недобросовестно, учитывая отсутствие как правовых, так и экономических оснований для расторжения договора поручительства. Причем, ООО «Строймонолит» как основной заемщик своих обязательств по кредитному договору № 

<

***> от 27.03.15 г. не исполняет. Согласно сведениям, содержащимся в ЕГРЮЛ, ООО «Строймонолит» находится в стадии ликвидации в связи с признанием его банкротом и открытием в отношении него конкурсного производства.

ФИО4, конкурсный управляющий ООО «Строймонолит» и представитель учредителей должника в представленных в материалы дела письменных отзывах, а представители ФИО4 и учредителей ПАО Банк «Югра» и в судебном заседании, возражали по существу заявления по доводам, изложенным в отзывах, ссылаясь, в том числе, на замену обеспечения исполнения заемщиком своих обязательств перед ПАО Банк «ЮГРА» заключенными между Банком и ООО «Миллениал» договорами об ипотеке, в соответствии с которыми в обеспечение обязательств по кредитным договорам в залог были предоставлены объекты недвижимости (согласно сведениям, содержащимся в выписке из ЕГРЮЛ в отношении ООО «Миллениал», учредителем указанного юридического лица является Компания «РУС-ОЙЛ ФАНД (САЙПРУС) ЛТД» (Кипр).

Исследовав и оценив правовые позиции сторон и представленные в материалы дела доказательства, суды пришли к выводу о том, что заявление представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» подлежащим удовлетворению, учитывая, что доводы заявления о наличии у спорной сделки признаков недействительности, установленных ст. ст. 10, 168, ч. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, ничем не опровергнуты.

При этом, суды учли позицию, изложенную арбитражным судом кассационной инстанции в постановлениях Арбитражного суда Московского округа от 27.06.19 г. и от 15.07.19 г., вынесенных по результатам рассмотрения кассационных жалоб на определения Арбитражного суда г. Москвы от 22.10.19 г. по делу о банкротстве ПАО Банк «Югра» по обособленным спорам аналогичной категории, принятых по результатам рассмотрения заявлений о признании спорных сделок недействительными, учитывая размер неисполненных ООО «Строймонолит» обязательств перед ПАО Банк «Югра» по кредитному договору на момент заключения спорной сделки, ничем не опровергнутые пояснения представителя конкурсного управляющего должника о неисполнении указанных обязательств как ООО «Строймонолит», так и ООО «Миллениал», отсутствие в спорном соглашении указаний на правовые основания его заключения, а равно содержание ст. 367 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающей исчерпывающий перечень оснований прекращения поручительства.

Таким образом, признавая несостоятельными доводы возражений по существу заявления представителей ФИО4, учредителей ПАО Банк «Югра» и конкурсного управляющего ООО «Строймонолит», арбитражный суд первой инстанции указал на отсутствие в нормах действующего законодательства указаний на возможность фактического замещения одного из видов поручительства иными, в т.ч. и по соглашению сторон, полагая, что заключение кредитной организацией неограниченного количества гражданско-правовых сделок в обеспечение надлежащего исполнения заемщиком обязательств по возврату кредита и уплате процентов по кредиту направлено исключительно на соблюдение интересов кредитной организации в соответствии с условиями ее деятельности.

Кроме того, суды признали несостоятельными и доводы представителей ФИО4 и учредителей ПАО Банк «Югра» в части указаний на то, что основанием для совершения спорной сделки явилось прекращение ФИО4 исполнения обязанностей как руководителя ООО «Строймонолит» и утрата им статуса соучредителя Общества, принимая во внимание то обстоятельство, что договор поручительства был заключен с ФИО4 как с физическим лицом, денежные средства в соответствии с условиями кредитного договора были перечислены, а затем и расходовались в период исполнения ФИО4 обязанностей руководителя ООО «Строймонолит», причем, в материалах дела отсутствуют достоверные доказательства того, что на момент прекращения ФИО4 деятельности в качестве Генерального директора Общества и отчуждения им доли в его уставном капитале у ООО «Строймонолит» имелась фактическая возможность по исполнению обязательств перед Банком по кредитному договору.

При этом, вопреки мнению представителей учредителей ПАО Банк «Югра» об обратном, суд первой инстанции не усмотрел процессуальных оснований для оценки соотношения возможности исполнения обязательств в соответствии с условиями договора поручительства как ФИО4, так и ООО «Миллениал», предоставившим соответствующее обеспечение по кредитному договору после совершения спорной сделки.

Более того, как усматривается из материалов дела о банкротстве ПАО Банк «Югра», в период нахождения дела в производстве арбитражного суда и до принятия решения о признании ПАО Банк «Югра» несостоятельным (банкротом) арбитражным судом приняты к производству более 60 заявлений представителя руководителя временной администрации ПАО Банк «ЮГРА» о признании недействительными сделок, связанных с прекращением действия договоров, ранее заключенных в обеспечение исполнения обязательств заемщиков Банка по кредитным договорам, что свидетельствует о массовом характере заключения аналогичных сделок, однако вплоть до настоящего времени в материалы дел по указанным обособленным спорам не представлены доказательства, подтверждающие надлежащее исполнение обязательств по возврату в пользу ПАО Банк «ЮГРА» сумм кредитов и уплате в полном объеме процентов за пользование кредитами как основными заемщиками, так и лицами, предоставившими соответствующее обеспечение по кредитным договорам наряду с поручителями либо залогодателями, в отношении которых заявителем оспариваются сделки, связанные с прекращением обеспечительных обязательств перед Банком.

Наряду с этим, суды, оценивая доводы заявления, приняли во внимание правовую позицию Арбитражного суда Московского округа, изложенную в постановлении от 03.03.17 г. по делу № А40-7547/11, согласно которой арбитражный суд кассационной инстанции, давая оценку прекращению обеспечения по кредитному договору, указал на отсутствие предусмотренных законом оснований для прекращения упомянутого обеспечения, а действия по прекращению такого обеспечения были направлены на изменение степени защищенности и реальной обеспеченности активов Банка, снижение вероятности возврата ранее выданных кредитных средств, учитывая, что резервы по ссудам формируются кредитной организацией с учетом качества фактически имеющегося обеспечения при обесценении ссуд, т.е. при потере ими (как активом, обеспечивающим финансовую устойчивость самой кредитной организации) своей стоимости.

С учетом установленного наличия оснований для признания спорной сделки недействительной, на основании ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды признали подлежащими удовлетворению и требования заявителя в части применения последствий недействительности спорной сделки.

Суды исходили из того, что по данной категории споров имеется сформировавшаяся судебная практика на уровне Арбитражного суда Московского округа в рамках настоящего дела.

В производстве Арбитражного суда г. Москвы в рамках дела № А40-145500/2017-124-202 о банкротстве ПАО Банк «Югра» находится 64 обособленных спора об оспаривании расторжений поручительств по кредитным договорам, четыре спора из которых прошли три инстанции.

По указанным четырем спорам суд кассационной инстанции согласился с выводами судов первой и апелляционной инстанций, признавших расторжения поручительств недействительными сделками на основании п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации (сделка с явным ущербом) и ст. ст. 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (злоупотребление правом).

Также суд кассационной инстанции признал правильными выводы судов первой и апелляционной инстанций об отсутствии необходимости исследовать имеющееся обеспечение на предмет достаточности для погашения кредита и сравнивать новое обеспечение с прежним, учитывая, что кредиты не погашены до настоящего времени.

До настоящего времени кредит ООО «Строймонолит» не погашен.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.05.2018 ООО «Строймонолит» признано несостоятельным (банкротом), введено конкурсное производство по упрощенной процедуре ликвидируемого должника.

Определением Арбитражного суда города Москвы по делу № А40-187422/2017-184-232 от 09 июля 2019 года требования ПАО Банк «Югра» включены в реестр требований кредиторов ООО «Строймонолит» как обеспеченные залогом имущества должника в размере 3.690.932.837,78 руб. основного долга, 185.031.726,05 руб. процентов за пользование кредитом, а также 266.574.616,10 руб. неустойки, из них по договору об открытии кредитной линии № 037/КЛ-1527.03.2015 в сумме основного долга 52.263.300,00 долларов США, что эквивалентно 3.292.932.837,78 руб., по процентам 2.300.415,81 долларов США, что эквивалентно 144.941.378,77 рублей - просроченные проценты за период с 01.07.2017 по 30.04.2018; 86.986,18 долларов США, что эквивалентно 5.480.703,45 рублей - текущие проценты за период с 01.05.2018 по 09.05.2018, размер задолженности по неустойке - 392.795,28 долларов США, что эквивалентно 24.748.695,09 рублей - неустойка по просроченным процентам за период с 30.09.2017 по 09.05.2018; 869.405,70 долларов США, что эквивалентно 54.778.297,18 рублей - неустойка по просроченному основному долгу за период с 01.08.2017 по 09.05.2018.

Суд первой инстанции обоснованно признал расторжение поручительства недействительным на основании п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, поскольку сделка причинила банку явный ущерб, о чем другая сторона должна была знать.

В силу п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

Пунктом 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что п. 2 ст. 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

При заключении оспариваемого соглашения стороны не могли не знать о том, что расторжение договора поручительства, обеспечивающего обязательства по кредитным договорам, причинит явный ущерб банку.

Ответчик должен был знать о причинении банку явного ущерба оспариваемой сделкой, поскольку являлся генеральным директором заемщика на дату выдачи кредита, а, значит, был осведомлен о финансовом положении заемщика и составе обеспечения по кредиту.

Суд также правомерно квалифицировал сделку по ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с выходом обстоятельств совершения сделки за рамки признаков подозрительной сделки.

В соответствии с п. 1 ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности, направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда.

Выход обстоятельств совершения сделки за рамки признаков подозрительной сделки и необходимость ее квалификации по ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суд первой инстанции усмотрел, и в массовости заключения аналогичных сделок и непредставления доказательств погашения сумм кредитов и процентов.

Временной администрацией ПАО Банк «Югра» подано 64 заявления об оспаривании расторжений поручительств, заключенных в пределах года до даты возложения функций временной администрации на ГК АСВ (10.07.2017) и отзыва лицензии (28.07.2017).

При этом в 2016 году и первой половине 2017 года в адрес ПАО Банк «Югра» ЦБ РФ выносил многочисленные предписания по фактам завышения качества ссуд, завышения финансового положения заемщиков и завышения качества обеспечения.

Однако, бывшее руководство ПАО Банк «Югра» вместо того, чтобы увеличивать обеспечение по плохим кредитам, массово расторгало поручительства.

Учитывая изложенное, действия бывшего руководства ПАО Банк «Югра» по расторжению поручительств в преддверии отзыва лицензии были совершены исключительно с целью причинить вред банку и его кредиторам (ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Злоупотребление правом со стороны ответчика выразилось в том, что он расторг поручительство, являясь генеральным директором заемщика на дату выдачи кредита, а, значит, будучи осведомленным о финансовом положении заемщика и составе обеспечения по кредиту.

Предоставленное третьим лицом Банку новое обеспечение являлось не замещающим поручительство ответчика, а дополнительным к уже имеющемуся обеспечению.

Основной довод кассационных жалоб сводится к тому, что соглашение о расторжении договора поручительства между ПАО Банк «Югра» и ответчиком не повлекло неблагоприятных последствий для банка и его кредиторов, так как были заключены замещающие обеспечительные сделки, которые являются значительно более экономически выгодными для банка и его кредиторов.

Между тем, договор поручительства был расторгнут 27.02.2017, а новые обеспечительные сделки были заключены значительно позже - 01.06.2017, в связи с чем длительный разрыв во времени опровергает довод заявителей о замещающем характере новых сделок.

Кроме того, ни в соглашении о расторжении договора поручительства, ни в новых обеспечительных сделках не указано на замену обеспечения.

В связи с этим суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований считать новые обеспечительные сделки замещающими поручительство ответчика. Соответственно, суд первой инстанции обоснованно не стал сравнивать новые обеспечительные сделки и поручительство ответчика. 

Исследовав и оценив доводы сторон и собранные по делу доказательства, в соответствии с требованиями статей 67, 68, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, руководствуясь положениями действующего законодательства, суды первой и апелляционной инстанций с достаточной полнотой выяснили имеющие значение для дела обстоятельства и пришли к обоснованным выводам об удовлетворении заявления.

Доводы о том, что соглашение о расторжении договора поручительства между ПАО Банк «Югра» и ответчиком не повлекло неблагоприятных последствий для банка и его кредиторов, так как в тот же самый день была заключена замещающая обеспечительная сделка, которая является значительно более экономически выгодной для банка и его кредиторов суд также не принимает во внимание, поскольку оснований к иной оценке указанных обстоятельств, данных судом, у коллегии не имеется.

Указанные в кассационных жалобах доводы были предметом рассмотрения и оценки судов при принятии обжалуемых актов. Каких-либо новых доводов кассационные жалобы не содержат, а приведенные в жалобах доводы не опровергают правильности принятых по делу судебных актов.

Каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов первой и апелляционной инстанций, в материалы дела не представлено.

Изложенные в кассационных жалобах доводы направлены на переоценку установленных судами обстоятельств и не свидетельствуют о неправильном применении судами норм права, в связи с чем подлежат отклонению.

Вместе с тем, выводы суда апелляционной инстанции относительно действий представителя учредителей на стр. 9-10 постановления суда апелляционной инстанции подлежат исключению, поскольку не нашли своего подтверждения, судами фактически не устанавливались. Однако, это не привело к принятию неправильного судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, безусловным основанием для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 150, 151, 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Московского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда г. Москвы от 16.08.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 14.10.2019 по делу № А40-145500/2017 оставить без изменения, исключив из текста постановления выводы суда относительно действий представителя учредителей на стр.9-10 постановления суда апелляционной инстанции, кассационные жалобы-без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяЕ.А. Зверева

Судьи: Е.А. Петрова

Д.В. Каменецкий