АРБИТРАЖНЫЙ СУД АЛТАЙСКОГО КРАЯ

656015, Барнаул, пр. Ленина, д. 76, тел.: (3852) 29-88-01

http:// www.altai-krai.arbitr.ru, е-mail: a03.info@arbitr.ru

 

Именем Российской Федерации

   

Р  Е  Ш  Е  Н  И  Е

 

г. Барнаул                                                                                                Дело № А03-15332/2018

Резолютивная часть решения объявлена 22 марта 2022 года

Решение изготовлено в полном объеме 23 марта 2022 года

 

Арбитражный суд Алтайского края в составе судьи Хворова А.В., при ведении протокола секретарем ФИО1, с использованием средств аудиозаписи, рассмотрев в судебном заседании дело по иску муниципального унитарного предприятия «Наш дом» муниципального образования Тальменский район Алтайского края, р.п. Тальменка Тальменского района Алтайского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к муниципальному казенному общеобразовательному учреждению «Тальменская средняя общеобразовательная школа № 5», р.п.Тальменка Тальменского района Алтайского края Тальменского района Алтайского края (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

о взыскании 531 282 руб. 87 коп., 

с привлечением к участию в деле в качестве в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Администрации Тальменского района Алтайского края, общества с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Новосибирск», Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов, 

при участии:

от истца - ФИО2, доверенность от 01.10.2019, диплом ОУП АТиСО № 07410-ю от 14.12.2008;

У С Т А Н О В И Л

Муниципальное унитарное предприятие «Наш дом» муниципального образования Тальменский район Алтайского края (далее -  предприятие) обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском к муниципальному казенному общеобразовательному учреждению «Шадринцевская средняя общеобразовательная школа» Тальменского района Алтайского края (реорганизовано в форме присоединения в муниципальное казенное общеобразовательное учреждение «Тальменская средняя общеобразовательная школа № 5» Тальменского района Алтайского края, далее - учреждение) о взыскании, с учетом уточнения размера исковых требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), 398 268 руб. 84 коп. задолженности, состоящей из неоплаченной стоимости переданной холодной воды и тепловой энергии за период с сентября 2015 года по август 2017 года.

Третьими лицами, не заявляющими самостоятельных требований относительно предмета спора, к участию в деле привлечены Администрация Тальменского района Алтайского края (далее - администрация района), общество с ограниченной ответственностью «Газпром межрегионгаз Новосибирск» (далее - общество), Управление Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов.

Решением от 30.10.2019 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 10.02.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда, исковые требования удовлетворены частично. С учреждения в пользу предприятия взыскано 235 313 руб. 19 коп. задолженности. В остальной части в удовлетворении иска отказано.

Постановлением от 22.06.2020 Арбитражного суда Западно-Сибирского округа судебные акты отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Суд кассационной инстанции направляя дело на новое рассмотрение указал на необходимость выяснения размера фактических расходов предприятия на теплоснабжение объектов Тальменского района Алтайского края применительно к экономически обоснованным расходам, учитываемым при формировании тарифов, а также вынесения в связи с этим на обсуждение сторон вопроса о проведении экспертизы так как в части спорного периода у истца отсутствовал утвержденный на тепловую энергию тариф, а применение тарифа прежней теплоснабжающей организации ответчиком оспаривалось; надлежащей правовой оценки соглашений о зачетах на предмет достижения ими соответствующих последствий в виде прекращения взаимных обязательств и определения в связи с этим фактической суммы задолженности.

При повторном рассмотрении дела производство по нему приостанавливалось до вступления в законную силу судебного акта по делу № А03-12922/2018 в котором было назначено проведение экспертизы для определения экономически обоснованной стоимости ресурса в бестарифный период.

После возобновления производства по делу истец размер исковых требований в порядке статьи 49 АПК РФ определил в размере 531 282 руб. 87 коп. задолженности за тепловую энергию, отпущенную в период с января 2015 года по апрель 2017 года.  

Оспаривая исковые требования в уточненном размере ответчик сослался на следующие обстоятельства:

пропущен срок исковой давности по требованиям о взыскании задолженности за период с января по май 2015 года в сумме 139 678 руб. 16 коп.;

не приняты в счет уплаты долга расходы учреждения на приобретение для предприятия угля, заявленный к зачету на общую сумму 162 955 руб. 65 коп.;

не учтены соглашения о зачете взаимных требований № 25 от 18.05.2017 и № 22 от 17.04.2017, на основании которых прекращены обязательства сторон, в том числе по оплате тепловой энергии, на сумму 148 447 руб. 82 коп.;

не принята в расчет оплата 66 002 руб. 27 коп. поставщику газа (обществу) на основании распоряжения  администрации района № 605 от 30.12.2015.

Ответчик и третьи лица извещены о месте и времени рассмотрения дела надлежащим образом, в судебное заседание не явились, в связи с чем, дело рассмотрено без их участия на основании пунктов 3, 5 статьи 156 АПК РФ. 

Выслушав представителя истца, исследовав материалы дела, суд установил следующие обстоятельства:

Решением Арбитражного суда Алтайского края от 26.02.2018 по делу № А03-8160/2017 предприятие признано несостоятельным (банкротом) и в отношении него открыто конкурсное производство, назначен конкурсный управляющий.

В соответствии с абзацем восьмым пункта 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» конкурсный управляющий обязан предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

На основании заключенных между предприятием и муниципальным казенным дошкольным образовательным учреждением «Шадринцевский детский сад», преобразованным в муниципальное казенное общеобразовательное учреждение «Шадринцевская средняя общеобразовательная школа» Тальменского района Алтайского края договоров на отпуск и потребление тепловой энергии №№ 07 от 11.02.2015, от 22.02.2016, от 03.02.2017 между сторонами настоящего спора возникли гражданские правоотношения по энергоснабжению.

По данным истца за ответчиком числиться задолженность за тепловую энергию в общей сумме 531 282 руб. 87 коп., в том числе 187 395 руб. 61 коп . за период с января по май, сентябрь, октябрь и декабрь 2015 года, 196 677 руб. 01 коп. за период с марта по май и с сентября по декабрь 2016 года, 147 210 руб. 25 коп. за период с января по апрель 2017 года.

Тариф предприятию на тепловую энергию для потребителей Шадринцевского сельсовета был установлен решением Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов от 03.08.2016 № 167 на период регулирования с 01.07.2016 по 31.12.2016 в размере 1541,63 руб./Гкал. До утверждения тарифа, истец осуществлял расчет платы тепловой энергии по стоимости 1 Гкал 1523,54 руб. 

 По договору субаренды от 16.08.2013 между муниципальным предприятием «Озерские коммунальные системы» и обществом с ограниченной ответственностью «Наш дом» последнему во владение и пользование переданы котельные в с. Шадринцево с тепловыми сетями.

В соответствии с протоколом № 25 от 27.06.2014 заседания Правления регулирующего органа принят проект решения об установлении обществу с ограниченной ответственностью «Наш дом» на 2014 год тарифа на тепловую энергию в размере 2303,09 руб./Гкал для потребителей, расположенных на территориях сельских советов в границах Тальменского района Алтайского края, в том числе Шадринцевского сельсовета.

Однако, тарифное решение не было утверждено, поскольку котельные и тепловые сети в с. Шадринцево были переданы предприятию на основании договора аренды муниципального имущества от 01.01.2015.

Тариф предприятию на тепловую энергию для потребителей, находящихся на территории Шадринцевского сельсовета был установлен только решением Управления Алтайского края по государственному регулированию цен и тарифов от 03.08.2016 № 167 на период регулирования с 01.07.2016 по 31.12.2016 в размере 1541,63 руб./Гкал. До утверждения тарифа, истец осуществлял расчет платы за тепловую энергию по стоимости  1523,54 руб./Гкал, который был утвержден регулирующим органом на тепловую энергию, поставляемую муниципальным унитарным предприятием «Дом Сервис» (решение от 29.11.2010 № 137), осуществлявшим деятельность теплоснабжающей организации на территории Тальменского района и в последующем ликвидированным через процедуру банкротства.

Ответчик факт отпуска и переданный за рассматриваемый период объем тепловой энергии не оспаривал, разногласия касаются расчета стоимости ресурса, начисленной в отсутствие установленного для предприятия тарифа за период с сентября 2015 года по май 2016 года в размере 307 919 руб. 93 коп. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 539 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) по договору энергоснабжения энергоснабжающая организация обязуется подавать абоненту через присоединенную сеть энергию, а абонент обязуется оплачивать принятую энергию.

В силу абзаца второго пункта 1 статьи 424 ГК РФ в предусмотренных законом случаях применяются цены (тарифы, расценки, ставки), установленные или регулируемые уполномоченными на то государственными органами.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении № 303-ЭС17-18242 от 11.05.2018, статьей 3 Федерального закона от 27.07.2010 № 190-ФЗ «О теплоснабжении» (далее - Закона о теплоснабжении) предусмотрены общие принципы организации отношений в сфере теплоснабжения, в числе которых соблюдение баланса экономических интересов теплоснабжающих организаций и интересов потребителей; обеспечение экономически обоснованной доходности текущей деятельности теплоснабжающих организаций и используемого при осуществлении регулируемых видов деятельности в сфере теплоснабжения инвестированного капитала (пункты 5 и 6 части 1 статьи 3 Закона).

Соблюдение названных общих принципов организации отношений в сфере теплоснабжения (где свободное ценообразование по тем или иным причинам невозможно) достигается, в частности, применением государственного регулирования цен на соответствующие товары и услуги.

В соответствии с положениями пунктов 4 и 5 части 1 и части 3 статьи 8 Закона о теплоснабжении тарифы на тепловую энергию (мощность) и на теплоноситель, поставляемые теплоснабжающими организациями потребителям, подлежат государственному регулированию и устанавливаются в отношении каждой организации, осуществляющей регулируемые виды деятельности в сфере теплоснабжения, и в отношении каждого регулируемого вида деятельности.

Предусмотренная частью 3 статьи 8 Закона о теплоснабжении дифференциация по регулируемым организациям и виду деятельности не является исчерпывающей и может дополняться нормативными актами, регулирующими тарифообразование в теплоснабжении, которые указаны в части 1 статьи 10 Закона. Так, пунктом 23 Основ ценообразования в сфере теплоснабжения, утвержденных постановлением Правительства Российской Федерации от 22.10.2012 № 172 (далее - Основы ценообразования), пунктами 120 и 136 Методических указаний по расчету регулируемых цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, утвержденных Приказом ФСТ России от 13.06.2013 № 760-э, допускается дифференциация тарифов в сфере теплоснабжения, устанавливаемых органами регулирования, по различным параметрам, в том числе по системам теплоснабжения и территориям поселений, городских округов в установленных границах.

При этом презюмируется (пока не доказано иное), что при установлении тарифов на регулируемый период соблюдены предусмотренные частью 1 статьи 7 Закона о теплоснабжении принципы регулирования цен (тарифов) в сфере теплоснабжения, в частности, обеспечение доступности тепловой энергии (мощности), теплоносителя для потребителей, экономической обоснованности расходов теплоснабжающих организаций, теплосетевых организаций на производство, передачу и сбыт тепловой энергии (мощности), теплоносителя и достаточности средств для финансирования мероприятий по надежному функционированию и развитию систем теплоснабжения (пункты 1- 3).

Замена в регулируемом периоде (часть 2 статьи 10 Закона о теплоснабжении) ресурсоснабжающей организации, тариф которой установлен с учетом параметров дифференциации, на ресурсоснабжающую организацию, тариф которой установлен без учета такой дифференциации или на территории иного поселения, городского округа и отличается от тарифа прежнего владельца, не влечет автоматического применения тарифа заменившего лица, поскольку это может повлечь нарушение приведенных принципов доступности ресурса для потребителей и экономической обоснованности расходов, то есть привести к нарушению установленного Законом о теплоснабжении баланса экономических интересов теплоснабжающих организаций и интересов потребителей.

Обязанность подтвердить правомерность использования иного тарифа в таких случаях возлагается на новую ресурсоснабжающую организацию с соблюдением порядка, предусмотренного для установления тарифов. В противном случае в расчетах с потребителями должен использоваться тариф прежней организации в пределах периода его действия применительно к правилам, установленным в пункте 21 Основ ценообразования, имея в виду, что истцу переданы на праве оперативного управления объекты энергоснабжения, посредством которых оказываются спорные услуги, предыдущей ресурсоснабжающей организацией.

Тариф на тепловую энергию истцу в период с сентября 2015 года по май 2016 года   регулирующим органом не был установлен. Тем не менее, в отсутствие соответствующего тарифного решения ответчик фактически потреблял производимую истцом тепловую энергию, следовательно, у него возникла обязанность по оплате. 

Из пункта 1 статьи 539, пункта 1 статьи 544 ГК РФ следует, что правоотношения по снабжению энергоресурсами через присоединенную сеть строятся на принципах возмездности и эквивалентности обмена материальными благами. 

Согласно пункту 22 Основ ценообразования тарифы в сфере теплоснабжения рассчитываются на основании необходимой валовой выручки регулируемой организации, определенной для соответствующего регулируемого вида деятельности, и расчетного объема полезного отпуска соответствующего вида продукции (услуг) на расчетный период регулирования.

При рассмотрении дела № А03-12922/2018 арбитражным судом для определения экономически обоснованной стоимости ресурса в бестарифный период назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «Альтернативная экспертиза» ФИО3 По результатам проведения экспертизы определена экономически обоснованная стоимость тепловой энергии потребителям на территории сельских советов в границах Тальменского района Алтайского края, составившая: за период с 01.01.2015 по 31.02.2015 - 1537,03 руб./Гкал, за период с 01.01.2016 по 30.06.2016 - 1579, 21 руб./Гкал.

Как следует из исследовательской части заключения, экспертом при определении искомого результата исследовались фактические расходы предприятия в целом по производству и реализации тепловой энергии, содержанию оборудования, а также иные затраты, учитываемые регулирующим органом для расчета тарифа в соответствии с законодательством о тарифном регулировании.

Данное заключение представлено истцом в качестве доказательства по настоящему делу, при этом начисления за период с 2015 года по май 2016 года произведены исходя из стоимости ресурса - 1523,54 руб./Гкал, то есть в меньшем размере, чем установлена экономически обоснованная цена ресурса для истца указанной выше экспертизой. 

Поскольку определенная экспертом стоимость тепловой энергии за бестарифный превысила стоимость по которой рассчитана задолженность до мая 2016 года, истец, действуя в своем интересе, размер исковых требований в названной части не изменил, не увеличив тем самым объем имущественного обязательства ответчика в сравнении с тем, если бы задолженность была бы рассчитана с применением экспертной стоимости. 

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что размер начисленной платы за период отсутствия у предприятия утвержденного в установленном порядке регулирующим органом тарифа с января 2015 года по май 2016 года на сумму 307 919 руб. 93 коп. с учетом стоимости тепловой энергии 1523,54 руб./Гкал является обоснованным, соответствует экономическим ожиданиям потребителя, балансу интересов спорящих сторон и не нарушает права и законные интересы ответчика.

Согласно статье 421 ГК РФ стороны свободны в заключении договора и могут заключить договор как предусмотренный, так и не предусмотренный законом. Однако каждый договор может считаться заключенным только при достижении сторонами условия о его предмете (статья 432 ГК РФ). Договор о прекращении обязательств должен содержать условия о том, какие обязательства подлежат прекращению. Отсутствие в договоре ссылок на источники возникновения прекращаемых обязательств делает договор беспредметным и не позволяет признать его заключенным. Незаключенный договор не создает для его участников прав и обязанностей и не влечет правовых последствий.

Суд при рассмотрении обособленного спора в деле о банкротстве № А03-8160/2017 по заявлению конкурсного управляющего о признании соглашения о зачете взаимных требований № 25 от 18.05.2017 на сумму 91 730 руб. 90 коп.  недействительным при оценки соответствия его требованиям  законодательства и толковании условий пришел к выводу о незаключенности сделки как следует из  мотивировочной части определения от 26.10.2018. В данном определении указано, что соглашение содержит только указание на реквизиты договоров, содержание обязательств и сумму погашаемых обязательств без указания периода возникновения обязательств, первичной документации. В материалы дела не представлено доказательств наличия взаимных обязательств, расчета и первичной документации в обоснование исполнения договоров. В материалах дела отсутствуют доказательства, позволяющие определить реальность существования контрагентов, погашаемых обязательств, период возникновения задолженности. При отсутствии конкретизации обязательств сторон, погашаемых путем зачета взаимных требований, суд пришел к выводу о том, что сторонами не согласовано существенное условие договора - его предмет, невозможно сделать вывод, что зачетом погашены встречные, однородные и реально существующие обязательства, то есть зачет фактически не совершен. 

Поскольку правовым последствием признания договора незаключенным является отсутствие обязательственных отношений между сторонами по данному договору, суд не нашел оснований для признания данного соглашения недействительным. 

Истец при рассмотрении настоящего дела со ссылкой на преюдициальность выводов суда при рассмотрении заявления об оспаривании соглашения о зачете № 25 от 18.05.2017 не принял 91 730 руб. 90 коп. в качестве оплаты.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Положения данной нормы касаются лишь вопроса освобождения от доказывания обстоятельств дела, а не их правовой квалификации, которая может быть различной и зависит, в том числе, от характера конкретного спора (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2019 № 304-КГ18- 15768). В случае если сторона представляет доказательства, подтверждающие, что обстоятельствам может быть дана иная оценка, суд должен исследовать эти доказательства и доводы стороны, на что обращено внимание в абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 57 «О некоторых процессуальных вопросах практики рассмотрения дел, связанных с неисполнением либо ненадлежащим исполнением договорных обязательств». 

В соответствии с пунктом 1 статьи 432 ГК РФ договор считается заключенным, если между сторонами в требуемой в подлежащих случаях форме, достигнуто соглашение по всем существенным условиям договора. Существенными являются условия о предмете договора, условия, которые названы в законе или иных правовых актах как существенные или необходимые для договоров данного вида, а также все те условия, относительно которых по заявлению одной из сторон должно быть достигнуто соглашение. 

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом. Если указанные правила не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон.

Проанализировав условия соглашения о зачете, суд приходит к выводу о том, что данное соглашение является заключенным, поскольку сторонами согласовано условие о предмете соглашения, соглашение позволяет определить источник возникновения обязательства, наличие и сумму обязательств сторон друг перед другом, предмет соглашения определен его сторонами достаточно ясно и недвусмысленно, исключает возможность различного толкования и смешения предметов обязательств, а равно для вывода о незаключенности сделки ввиду несогласованности сторонами их предмета. Как следует из соглашения, основаниями возникновения взаимных обязательств явились заключенный между предприятием и учреждением договор на отпуск и потребление тепловой энергии № 07 от 22.02.2016, по которому по состоянию на 10.05.2017 имелась задолженность учреждения в сумме 356 625 руб. 51 коп.; договор между предприятием и муниципальным унитарным предприятием «Заказчик» о возмещении расходов на теплоснабжение № 03 от 01.12.2015, по которому по состоянию на 10.05.2017 имелась задолженность предприятия в сумме 10 090 233 руб. 99 коп.; договор между муниципальным унитарным предприятием «Заказчик» и обществом на поставку газа № 35а-4-1603/14 от 01.10.2014, по которому по состоянию на 10.05.2017 имелась задолженность в сумме 60 645 080 руб.

В рассматриваемом случае в соглашении стороны определили, из каких правоотношений они исходят, указали реквизиты, даты конкретных договоров, размер обязательств на соответствующую календарную дату.

Во исполнение соглашения о зачете ответчик перечислила поставщику газа  91 730 руб. 90 коп. по платежному поручению № 733822от 22.05.2017.

Учет указанных сумм в качестве исполнения обязательства по оплате за тепловую энергию отражено в акте сверки расчетов за 2017 год (на 31.12.2017) между истцом и ответчиком в котором размер начисленной платы уменьшен на сумму спорного зачета.

Принимая во внимание изложенное выше, суд пришел к выводу о том, что соглашение фактически исполнялось сторонами, какая-либо неопределенность при заключении и его исполнении отсутствовала, и, следовательно, оснований для признания соглашения незаключенным по причине несогласования существенных условий, не имеется. 

Также судом принимается во внимание правовая позиция, изложенная в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.05.2010 № 1404/10 и Определении Верховного Суда Российской Федерации от 03.03.2016 № 309-ЭС15-13936, из которой следует, что в случае наличия спора о заключенности договора суд должен оценить обстоятельства и доказательства в их совокупности и взаимосвязи в пользу сохранения, а не аннулирования обязательств, а также исходя из презумпции разумности и добросовестности участников гражданских правоотношений, закрепленной статьей 10 ГК РФ.

Согласно позиции, изложенной в пункте 7 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.02.2014 № 165 «Обзор судебной практики по спорам, связанным с признанием договоров незаключенными» если стороны не согласовали какое-либо условие договора, относящееся к существенным, но затем совместными действиями по исполнению договора и его принятию устранили необходимость согласования такого условия, то договор считается заключенным.

В силу статьи 432 ГК РФ сторона, принявшая от другой стороны полное или частичное исполнение по договору либо иным образом подтвердившая действие договора, не вправе требовать признания этого договора незаключенным. Соответствующие разъяснения даны также в пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора». Судом принято во внимание и последующее поведение сторон, подтверждающее согласование условий о зачете в размере 91 730 руб. 90 коп., в том числе в подписанном акте сверки взаимных расчетов.

Как следует из материалов дела, между истцом и ответчиком 22.02.2016 было заключено дополнительное соглашение к договору на отпуск и потребление тепловой энергии № 07 от 22.02.2016, по условиям которого раздел указанного договора, регулирующий порядок расчетов, дополнен условием о том, что в случае предъявления абонентом счетов-фактур не приобретение твердого топлива (угля) энергоснабжающая организация обязана возместить затраты абонента зачетом за тепловую энергию. 

Из пункта 5 статьи 10 ГК РФ следует, что добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются.

При толковании условий договора в силу части 1 статьи 431 ГК РФ судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 ГК РФ), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Если правила, содержащиеся в части 1 статьи 431 ГК РФ, не позволяют определить содержание договора, должна быть выяснена действительная общая воля сторон с учетом цели договора. При этом принимаются во внимание все соответствующие обстоятельства, включая предшествующие договору переговоры и переписку, практику, установившуюся во взаимных отношениях сторон, обычаи, последующее поведение сторон (часть 2 статьи 431 ГК РФ).

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

При толковании условия рассматриваемого соглашения, а также учитывая сложившуюся между сторонами практику отношений по исполнению договоров на теплоснабжение, в которых размер понесенных ответчиком расходов на приобретение угля для котельной истца учитывался в оплату потребленной тепловой энергии по актам сверки, суд приходит к выводу о том, что между сторонами согласовано условие о порядке расчета за тепловую энергию (статья 421 ГК РФ).

Реализация данного условия не требовала составления каких-либо двухсторонних соглашений о зачете встречных требований, поскольку для сторон размер расходов ответчика на приобретение угля и стоимость оплачиваемой в таком порядке тепловой энергии определялись сторонами актами приема-передачи угля, подписываемыми истцом и ответчиком, и счетами-фактурами. Начисленная предприятием учреждению плата за тепловую энергию уменьшалась на величину понесенных последним расходов, размер которых был очевидным для сторон, что отражалось в актах сверки расчетов за 2015, 2016 и 2017 годы. 

Действующим законодательством и сложившейся судебной практикой не допускается попустительство в отношении противоречивого и недобросовестного поведения субъектов хозяйственного оборота, не соответствующего обычной коммерческой честности (правило эстоппель), каковым является в частности поведение, несоответствующее предшествующим заявлениям или поведению стороны, при условии, что другая сторона в своих действиях разумно на них полагалась.

Таким образом, суд не находит оснований для взыскания стоимости тепловой  энергии на сумму 162 955 руб. 65 коп., оплаченную в форме приобретения угля в размере стоимости его покупки за период, предшествующий возбуждению 07.06.2017 Арбитражным судом Алтайского края дела о несостоятельности (банкротстве) предприятия с октября 2015 года по апрель 2017 года.  

Довод ответчика о погашении задолженности на сумму 66 002 руб. 27 коп. на основании распоряжения администрации района № 605 от 30.12.2015 судом не принимается.

В силу пункта 1 статьи 313 ГК РФ исполнение обязательства может быть возложено должником на третье лицо, если из закона, иных правовых актов, условий обязательства или его существа не вытекает обязанность должника исполнить обязательство лично. В этом случае кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника третьим лицом.

Если должник не возлагал исполнение обязательства на третье лицо, кредитор обязан принять исполнение, предложенное за должника таким третьим лицом, в следующих случаях: должником допущена просрочка исполнения денежного обязательства; такое третье лицо подвергается опасности утратить свое право на имущество должника вследствие обращения взыскания на это имущество (пункт 2 статьи 313 ГК РФ).

На основании пункта 4 статьи 313 ГК РФ, в случаях, если в соответствии с настоящей статьей допускается исполнение обязательства третьим лицом, оно вправе исполнить обязательство также посредством внесения долга в депозит нотариуса или произвести зачет с соблюдением правил, установленных настоящим Кодексом для должника.

Согласно статье 407 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

В соответствии со статьей 410 ГК РФ обязательство прекращается полностью или частично зачетом встречного однородного требования, срок которого наступил либо срок которого не указан или определен моментом востребования. В случаях, предусмотренных законом, допускается зачет встречного однородного требования, срок которого не наступил. Для зачета достаточно заявления одной стороны.

Возложение исполнения обязательства на третье лицо не представляет собой перемену лица в обязательстве, поскольку не является переводом долга (статья 391 ГК РФ); у третьего лица, на которое возложено исполнение, не возникает обязательства перед кредитором; лицом, обязанным перед кредитором, остается должник.

Зачет как односторонняя сделка, направленная на прекращение обязательств, применяется кредитором по своей инициативе.

Из содержания указанной нормы права следует, что для проведения зачета необходимо, чтобы кредитор по одному обязательству являлся должником по другому, а должник по первому выступал кредитором по второму обязательству. Требования, являющиеся предметом зачета, должны быть однородны.

Вместе с тем, содержание указанного распоряжения, с учетом положений главы 26 ГК РФ, само по себе не является основанием для прекращения неисполненных обязательств у ответчика в результате зачета встречных однородных требований.

Доказательств того, что на основании указанного документа заключены соглашения, в которых урегулирован порядок зачета встречных требований, с указанием оснований возникновения обязательств, наличия и размера соответствующей задолженности, периодов ее образования, в материалы дела не представлено.

Следовательно, применительно к спорным правоотношениям сторон оснований для прекращения обязательств по статье 410 ГК РФ не имеется, а указанное учреждением распоряжение не повлекли свойственного правового эффекта и не отразились на объеме требования предприятия (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 07.02.2012 № 12990/11).

Также обоснованно не приняты во внимание как оплата сумма в 56 716 руб. 92 коп., являющаяся предметом соглашения о зачете взаимных требований № 22 от 17.04.2017, поскольку определением от 30.07.2021 Арбитражного суда Алтайского края, вынесенным по обособленному спору в деле о банкротстве № А03-8160/2017, данное соглашение было признано недействительным.

Недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения (часть 1 статьи 167 ГК РФ).

Ответчиком на основании пункта 2 статьи 199 ГК РФ заявлено о применении  исковой давности в отношении требования о взыскании задолженности в размере начисленной платы за тепловую энергию, отпущенную в период с января по май 2015 года на сумму 139 678 руб. 16 коп. 

Пункт 1 статьи 196 ГК РФ устанавливает общий срок исковой давности продолжительностью 3 года, который в силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ начинает течение со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В соответствии со статьей 203 ГК РФ течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок. 

В пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности» (далее - Постановление № 43) указано, что по смыслу пункта 1 статьи 200 ГК РФ течение срока давности по иску, вытекающему из нарушения одной стороной договора условия об оплате товара (работ, услуг) по частям, начинается в отношении каждой отдельной части. Срок давности по искам о просроченных повременных платежах (проценты за пользование заемными средствами, арендная плата и т.п.) исчисляется отдельно по каждому просроченному платежу.

По условиям пунктов 4.2, 4.5 договора № 07 от 11.02.2015 оплата тепловой энергии, потребленной в течение расчетного календарного месяца производится не позднее 10-го числа месяца, следующего за расчетным.

В соответствии с пунктом 2 статьи 200 ГК РФ по обязательствам с определенным сроком исполнения течение исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

О нарушении своего права, то есть о наличии просроченной задолженности за отпущенную тепловую энергию истец должен был узнать по истечении расчетного периода и истечения срока на оплату - до 10 числа месяца, следующего за расчетным. 

Предприятие обратилось в Арбитражный суд Алтайского края с иском 29.08.2018, о чем свидетельствует штамп регистрации входящих документов на исковом заявлении. С учетом части 5 статьи 4 АПК РФ, устанавливающей обязательное соблюдение до обращения с иском в арбитражный суд претензионного порядка урегулирования спора (обращение возможно по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом или договором), за пределами исковой давности оказались требования истца, право требования исполнения которых возникло до мая 2015 года, когда закончился отопительный сезон. 

Исходя из разъяснений, содержащихся в пункте 20 Постановления № 43, течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга (статья 203 ГК РФ). К действиям, свидетельствующим о признании долга в целях перерыва течения срока исковой давности, в частности, могут относиться: признание претензии; изменение договора уполномоченным лицом, из которого следует, что должник признает наличие долга, равно как и просьба должника о таком изменении договора (например, об отсрочке или о рассрочке платежа); акт сверки взаимных расчетов, подписанный уполномоченным лицом. В пункте 22 Постановления № 43 указано, что совершение представителем должника действий, свидетельствующих о признании долга, прерывает течение срока исковой давности при условии, что это лицо обладало соответствующими полномочиями (статья 182 ГК РФ). 

В материалах дела имеется акт сверки по состоянию расчетов на 31.12.2015, подписанный со стороны ответчика ФИО4, являвшейся бухгалтером организации, в котором отражена задолженность учреждения по оплате тепловой энергии на указанную дату в размере 111 173 руб. 36 коп., определенная с учетом суммы начислений за период с января по май 2015 года. Также на акте проставлена печать учреждения. 

Довод ответчика о том, что акт сверки подписан лицом не уполномоченным на совершение подобного рода действий, следовательно, он не повлек для учреждения правовых последствий, судом отклонен.

В соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 182 ГК РФ наличие у представителя полномочий действовать от имени юридического лица может явствовать из обстановки, в которой действует такой представитель.

Из смысла приведенных норм права следует, что представительство является средством временного юридического расширения личности представляемого для его участия в гражданском обороте, позволяющим приобретать права и исполнять обязанности через представителей одновременно и в территориально удаленных друг от друга местах, исключающих его личное присутствие.

По общему правилу, оно оформляется письменным уполномочием, которое может быть предъявлено иным лицам, в том числе должникам, обладающим правом на информирование об исполнении обязательства надлежащему лицу (статья 312 ГК РФ).

Однако в целях защиты добросовестных контрагентов представляемого закон допускает наличие отношений представительства в отсутствие его письменного оформления, когда ситуация (обстановка), в которой контрагент общается с представителем противостоящего ему в обязательстве лица, такова, что не порождает обоснованных сомнений в наличии у этого представителя полномочий действовать от имени представляемого, что является суррогатом доверенности.

Создавая или допуская создание подобной обстановки, представляемый сознательно входит в гражданский оборот в лице такого представителя, поэтому не вправе ссылаться на отсутствие у него полномочий, так как обстановка как основание представительства не только заменяет собой письменное уполномочие (доверенность), но и возможна вообще в отсутствие каких-либо надлежащим образом оформленных правоотношений между представителем и представляемым.

Также к одному из признаков подобной обстановки судебная практика относит наличие у представителя печати юридического лица, об утере которой или ее подделке этим представителем юридическое лицо в судебном процессе не заявляло (определения Верховного Суда Российской Федерации от 09.03.2016 № 303-ЭС15-16683, от 24.12.2015 № 307-ЭС15-11797, от 23.07.2015 № 307-ЭС15-9787).

В материалах дела, помимо акта за 2015 год, имеются акты сверки за 2016 год и 2017 год, подписанные также ФИО4 При этом ответчик, ссылаясь на содержание акта за 2017 год как подтверждение учета денежных средств по соглашению о зачете № 25 от 18.05.2017 в качестве в исполнения спорного обязательства не ставил под сомнение полномочия названного лица, подписавшего данный акт. 

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу, что в данном случае, имело место совершение действий, свидетельствующих о признании долга, которые в силу статьи 203 ГК РФ прерывают течение срока исковой давности. 

Поскольку срок исковой давности в отношении требований об уплате задолженности за расчетные период с января по май 2015 года прервался 31.12.2015,  начал течь заново и истекал 31.12.2018, тогда как настоящий иск предъявлен 29.08.2018, то есть в пределах давностного срока.

С учетом изложенного, требование истца подлежит частичному удовлетворению в размере 276 596  руб. 32 коп. исходя из следующего расчета: заявлено с учетом уточнения искового заявления от 29.11.2021 - 531 282 руб. 87 коп.; принято в качестве исполнения - 91 730 руб. 90 коп. по соглашению о зачете взаимных требований № 25 от 18.05.2017 и 162 955 руб. 65 коп. за приобретенный ответчиком уголь, предъявленных к зачету требования об оплате тепловой энергии.

В удовлетворении остальной части иска суд отказывает.

В соответствии с пунктом 1 статьи 110 АПК РФ оплата государственной пошлины относится на сторон пропорционально размеру удовлетворенных требованиям.

Руководствуясь статьями 27, 110, 167-171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с  муниципального казенного общеобразовательного учреждения «Тальменская средняя общеобразовательная школа № 5» Тальменского района Алтайского края в пользу муниципального унитарного предприятия «Наш дом» муниципального образования Тальменский район Алтайского края 276 596 руб. 32 коп. задолженности.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с муниципального унитарного предприятия «Наш дом» муниципального образования Тальменский район Алтайского края в федеральный бюджет 6 540 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Алтайского края в апелляционную инстанцию - Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия либо в кассационную инстанцию - Арбитражный суд Западно-Сибирского округ в течение двух месяцев со дня вступления решения в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

 

Судья                                                                                                      А.В. Хворов