ВОСЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 18АП-18127/2019

г. Челябинск

29 января 2020 года

Дело № А76-11545/2019

Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2020 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 29 января 2020 года.

Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Бабиной О.Е., 

судей Карпусенко С.А., Махровой Н.В.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания Ушаковой О.В., рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Аско-Страхование» на решение Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 по делу № А76-11545/2019.

Общество с ограниченной ответственностью «Лукрум» (далее – истец, ООО «Лукрум») обратилось в Арбитражный суд Челябинской области с исковым заявлением к публичному акционерному обществу «АСКО-Страхование» (далее – ответчик, ПАО «АСКО-Страхование», податель апелляционной жалобы) с требованием о взыскании задолженности в сумме 359 176 руб., в том числе, страхового возмещения в сумме 75 360 руб., 15 000 руб. расходов по оплате услуг независимой оценки, неустойки за просрочку исполнения обязательств за период с 26.07.2018 по 27.08.2018 в сумме 93 684 руб., за период с 28.08.2018 по 01.04.2019 в сумме 163 532 руб. и далее по день фактического исполнения обязательства, финансовой санкции за период с 26.07.2018 по 27.08.2018 в сумме 6 600 руб., расходов на составление и направление претензии в сумме 5 000 руб., расходов по уплате государственной пошлины.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 10.04.2019 исковое заявление ООО «Лукрум» принято к производству, дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со статьей 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанным определением к участию в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ФИО2, ФИО3 (далее – третьи лица, ФИО3, ФИО2)

Определением от 06.05.2019 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства (т.2, л.д. 1).

Решением Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 по делу № А76-11545/2019 исковые требования ООО «Лукрум» удовлетворены частично, с ПАО «АСКО-Страхование» в пользу истца взыскана задолженность в сумме 153 601 руб. 22 коп, в том числе, страховое возмещение в сумме 18 466 руб., в возмещение расходов по оплате услуг оценщика 15 000 руб., неустойка за период с 27.07.2018 по 01.04.2019 в сумме 112 135 руб. 22 коп, и далее, по день фактического исполнения денежного обязательства, исчисленную начиная с 02.04.2019 на сумму задолженности по выплате страхового возмещения, составляющую на 28.10.2019 величину 18 466 руб., из расчета 1% за каждый день просрочки, в общей сумме не более 400 000 руб., убытки по составлению и отправке претензии в сумме 5 000 руб., а также 3 634 руб. 14 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано. ООО «Лукрум» из федерального бюджета возвращена государственная пошлина в сумме 6 454 руб., уплаченная платежным поручением №81 от 02.04.2019. С ООО «Лукрум» в пользу ПАО «АСКО-Страхование» взыскано 257 руб. 01 коп. в возмещение расходов по оплате судебной экспертизы. 

По результатам зачета исковые требования удовлетворены частично, с ПАО «АСКО-Страхование» в пользу ООО «Лукрум» взыскана задолженность в сумме 153 601 руб. 22 коп, в том числе, страховое возмещение в сумме 18 466 руб., в возмещение расходов по оплате услуг оценщика 15 000 руб., неустойка за период с 27.07.2018 по 01.04.2019 в сумме 112 135 руб. 22 коп, и далее, по день фактического исполнения денежного обязательства, исчисленную начиная с 02.04.2019 на сумму задолженности по выплате страхового возмещения, составляющую на 28.10.2019 величину 18 466 руб., из расчета 1% за каждый день просрочки, в общей сумме не более 400 000 руб., убытки по составлению и отправке претензии в сумме 5 000 руб., а также 3 377 руб. 13 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины. В удовлетворении остальной части иска отказано. 

Ответчик с вынесенным судебным актом не согласился, обратился в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, которым в удовлетворении исковых требований отказать.

В обоснование доводов апелляционной жалобы указал, что суд первой инстанции пришел к ошибочному выводу о несоблюдении страховщиком сроков выплат страхового возмещения. Ответчик отмечает, что поскольку 23.08.2018 от истца поступило заявление с просьбой произвести выплату страхового возмещения со всеми недостающими документами, то перечисление 27.08.2018 истцу страхового возмещения произведено в срок. Учитывая изложенное, требования в части неустойки с 27.07.2018, по мнению ответчика, являются также ошибочными.

По мнению ответчика, суд первой инстанции не учел того обстоятельства, что при обращении истца 26.07.2018 в страховую компанию, истцом не представлено документов, подтверждающих полномочия лица, являющегося представителем выгодоприобретателя.

В апелляционной жалобе ответчик отмечает, что поскольку разница между стоимостью восстановительного ремонта определенной истцом независимой экспертизой и установленной в рамках судебной экспертизы составляет менее 10%, суд первой инстанции необоснованно удовлетворил требования о взыскании страхового возмещения и оплату слуг эксперта в размере 15 000 руб.

Податель апелляционной жалобы возражает относительно возможности начисления неустойки по дату фактического исполнения решения суда, а кроме того указывает о необходимости применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Лица, участвующие в деле, уведомлены о дате, времени и месте судебного разбирательства посредством почтовых отправлений, размещения информации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание представителей не направили. 

Суд апелляционной инстанции, проверив уведомление указанных лиц о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, считает возможным рассмотреть дело в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

В соответствии со статьями 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассмотрено судом апелляционной инстанции в отсутствие лиц, участвующих в деле.

Законность и обоснованность судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Спорные правоотношения регулируются главой 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (глава 48 «Страхование»), законодательством об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств.

Согласно пункту 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации, по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В соответствии с пунктом 1 статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации, имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

В силу пункта 4 статьи 931 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случае, когда ответственность за причинение вреда застрахована в силу того, что ее страхование обязательно, а также в других случаях, предусмотренных законом или договором страхования такой ответственности, лицо, в пользу которого считается заключенным договор страхования, вправе предъявить непосредственно страховщику требование о возмещении вреда в пределах страховой суммы.

Из материалов дела следует, что согласно свидетельству о регистрации транспортного средства серии 6641 №498400 (т.1, л.д. 14) ФИО2 являлась собственником автомобиля Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***>. 

Как следует из составленной уполномоченным в области дорожного движения справки о ДТП от 25.06.2018, обязательное страхование гражданкой ответственности владельца транспортного средства Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> отсутствовало (л.д. 16).

Между ФИО4 (страхователь) и ПАО «СК ЮЖУРАЛ-АСКО» заключен договор обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, о чем выдан страховой полис ХХХ №0015844658 сроком действия с 26.10.2017 по 25.10.2018 (т.1, л.д. 15). 

25.06.2018 в 08 час. 30 мин. по адресу: г. Алапаевск, произошло ДТП с участием автомобиля Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> под управлением водителя ФИО2 и транспортного средства ВАЗ 21093 с государственным регистрационным знаком 

<

***> под управлением водителя ФИО3, что подтверждается составленной уполномоченным в области дорожного движения справкой о ДТП от 25.06.2018 (т.1, л.д. 16). 

Виновником ДТП признан водитель транспортного средства ВАЗ 21093 с государственным регистрационным знаком 

<

***> ФИО3, который нарушил п. 8.8 Правил дорожного движения, о чем свидетельствует справка о ДТП от 25.06.2018, постановление по делу об административном правонарушении от 28.06.2018 (т.1, л.д. 16,18). 

В результате ДТП автомобиль Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> получил повреждения, указанные в справке о ДТП от 28.06.2018, акте осмотра транспортного средства №7 469 от 29.07.2018 (т.1, л.д. 16, 33). 

Поскольку автогражданская ответственность ФИО2 не была застрахована, она обратилась к страховщику виновника - ПАО «Аско-Страхование» с заявлением о наступлении страхового случая, полученным ответчиком 06.07.2018, с приложением необходимых документов, установленных Законом об ОСАГО и просьбой организовать осмотр по месту нахождения транспортного средства (т.1, л.д. 21, 22). 

13.07.2018 поврежденный автомобиль осмотрен экспертом ООО Экспертное Бюро «КРАФТАВТО», о чем составлен акт осмотра транспортного средства №774018-51уД от 13.07.2018 (т.1, л.д. 112). 

Экспертным заключением ООО «Экипаж» №474918/51УЯ от 18.07.2018, изготовленным по заказу ответчика, рассчитана стоимость восстановительного ремонта Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> в сумме 297 623 руб. 60 коп. без учета износа подлежащих замене деталей, 206 733 руб. 03 коп. – с учетом такового (л.д. 122). 

19.07.2018 между ФИО2 (цедент) и ООО «Лукрум» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требования) №2014 (т.1, л.д. 72). 

Согласно пункту 1 данного договора цедент уступает, а цессионарий принимает право требования материального ущерба в части стоимости услуг независимого эксперта, страхового возмещения, величины УТС, компенсационных выплат ко всем лицам, включая страховую компанию ПАО «Аско-Страхование», в размере 298 893 руб. 77 коп. за повреждение транспортного средства Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> полученные в результате ДТП от 25.06.2018 по адресу: 

<

...>. Мужества. 

Уведомлением о переходе прав требования вх. 26.07.2018 цедент и цессионарий известили ответчика о произведенной уступке права требования (т.1, л.д. 71, 74, 75). Уведомлением исх. №9193 от 31.07.2018 ответчик отказал потерпевшей и ООО «Лукрум» в выплате страхового возмещения, указав на представление документов по страховом случаю, не соответствующих требованиям Закона об ОСАГО (л.д. 127). 

Уведомлением исх. №9298 от 01.08.2018 страховщик вновь отказал ФИО2 в выплате страхового возмещения (т.1, л.д. 128). Тем не менее, ответчик признал случай страховым и на основании акта о страховом случае №474918-51уя от 24.08.2018 выплатил истцу платежным поручением №19570 от 27.08.2018 ущерб в сумме 208 733 руб. 03 коп. , из которых 206 733 руб. 03 коп. – стоимость восстановительного ремонта, 1 800 руб. - расходы на эвакуацию поврежденного транспортного средства (т.1, л.д. 140, 151). 

Не согласившись с размером выплаченного ответчиком страхового возмещения, для определения стоимости восстановительного ремонта транспортного средства ООО «Лукрум» обратилось к независимой экспертной организации ООО «РусЭксперт». 29.07.2018 в присутствии потерпевшего экспертом-техником ООО «РусЭксперт» проведен осмотр поврежденного транспортного средства, по результатам которого составлен акт осмотра транспортного средства №7469 от 29.07.2018 (л.д. 33).

Согласно экспертному заключению ООО «РусЭксперт» №ЕК00-003931 от 29.07.2018 (т.1, л.д. 25) стоимость восстановительного ремонта автомобиля Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> определена в сумме 283 893 руб. 77 коп. с учетом износа подлежащих замене деталей, 419 944 руб. 22 коп. – без учета такового (т.1, л.д. 29). 

Услуги экспертной организации оплачены ФИО2 в сумме 15000 руб., о чем свидетельствует квитанция к приходному кассовому ордеру №7965 от 29.07.2018 (т.1, л.д. 24). 

Досудебной претензией, переданной ответчику 25.10.2018 (т.1, л.д. 9), с приложением экспертного заключения №ЕК00-003931 от 29.07.2018 ООО «РусЭкспер», истец потребовал от ответчика в добровольном порядке доплатить страховое возмещение в сумме 75 360 руб., расходы на оплату услуг независимого оценщика в сумме 15 000 руб., выплатить неустойку в сумме 93 684 за период с 26.07.2018 по 27.08.2018 и далее с 28.08.2018 по день фактического исполнения обязательства, финансовую санкцию в сумме 6 600 руб. за период с 26.07.2018 по 27.08.2018, расходы на направление и составление претензии в сумме 5 000 руб. 

Поскольку, как полагает истец, ответчик не осуществил оплату страхового возмещения в полном объеме в добровольном порядке в установленный Законом об ОСАГО срок, а также истец обратился в суд к ПАО «Аско-Страхование» с настоящим иском.

Оценив представленные доказательства в отдельности, относимость, допустимость и их достоверность, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, суд пришел к выводу о частичном удовлетворении исковых требований.

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не установил оснований для отмены или изменения обжалуемого судебного акта.

Согласно части 1 статьи 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заинтересованное лицо вправе обратиться в арбитражный суд за защитой своих нарушенных или оспариваемых прав и законных интересов в порядке, установленном настоящим кодексом.

Гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские права и обязанности (статья 8 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 Гражданского кодекса Российской Федерации арбитражные суды осуществляют защиту нарушенных или оспоренных гражданских прав.

Согласно пункту 1 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

По правилам пункта 3 статьи 1079 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный в результате взаимодействия источников повышенной опасности их владельцам, возмещается на общих основаниях (статья 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине.

Согласно пункту 1 статьи 14.1 Федерального закона от 25.04.2002 № 40-ФЗ «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» (далее - Закон об ОСАГО), потерпевший предъявляет требование о возмещении вреда, причиненного его имуществу, страховщику, который застраховал гражданскую ответственность потерпевшего, в случае наличия одновременно следующих обстоятельств:

а) в результате дорожно-транспортного происшествия вред причинен только транспортным средствам, указанным в подпункте «б» настоящего пункта;

б) дорожно-транспортное происшествие произошло в результате взаимодействия (столкновения) двух и более транспортных средств (включая транспортные средства с прицепами к ним), гражданская ответственность владельцев которых застрахована в соответствии с настоящим Федеральным законом.

Из представленных в материалы дела доказательств следует, что гражданская ответственность владельца поврежденного транспортного средства в соответствии с Законом об ОСАГО не застрахована, гражданская ответственность причинителя вреда в соответствии с Законом об ОСАГО застрахована у ответчика по соответствующему договору страхования (страховой полис серии ХХХ № 0015844658, т.1 л.д. 15); дорожно-транспортное происшествие произошло 25.06.2018 с участием двух транспортных средств, вред причинен только самим транспортным средствам. При указанных обстоятельствах арбитражный суд верно пришел к выводу о том, что истец правомерно, на законных основаниях, обратился к ответчику с требованием в порядке прямого возмещения убытков.

Истец обращается с настоящими требованиями в соответствии с договором уступки прав (требования) №2014 от 19.07.2018 (т.1 л.д. 72).

В соответствии с пунктом 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на неуплаченные проценты.

Согласно частям 1, 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации страхователь вправе заменить выгодоприобретателя, названного в договоре страхования, другим лицом, письменно уведомив об этом страховщика. Замена выгодоприобретателя по договору личного страхования, назначенного с согласия застрахованного лица (пункт 2 статьи 934), допускается лишь с согласия этого лица. Выгодоприобретатель не может быть заменен другим лицом после того, как он выполнил какую-либо из обязанностей по договору страхования или предъявил страховщику требование о выплате страхового возмещения или страховой суммы.

Как по своему буквальному смыслу, так и в системе норм действующего гражданско-правового регулирования данное законоположение регламентирует лишь отношения, связанные с заменой выгодоприобретателя другим лицом по воле страхователя, и как таковое направлено на защиту прав выгодоприобретателя (определение Конституционного Суда РФ от 17.11.2011 № 1600-О-О «Об отказе в принятии к рассмотрению жалобы гражданина Евтешина Артура Аркадьевича на нарушение его конституционных прав частью второй статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Уступка права требования в обязательстве, возникшем из причинения вреда имуществу, в соответствии с требованиями пункта 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации допустима применительно к рассматриваемым правоотношениям, в силу чего, выгодоприобретатель (потерпевший) может передать свое право требования иным лицам, в данном случае истцу. При этом требование о возмещении вреда, причиненного имуществу, обращенное в пределах страховой суммы к страховщику, аналогично такому же требованию истца к ответчику и носит характер денежного обязательства, обладающего самостоятельной имущественной ценностью, в котором личность кредитора не имеет существенного значения для должника.

Таким образом, запрет, предусмотренный частью 2 статьи 956 Гражданского кодекса Российской Федерации, не может распространяться на случаи, когда замена выгодоприобретателя происходит по его собственной воле в силу норм главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Специальное законодательство об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств иного правового регулирования не предусматривает.

Поскольку уступка права требования в обязательстве, возникшем из причинения вреда в соответствии с требованиями части 2 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации, допустима применительно к рассматриваемым правоотношениям, выгодоприобретатель (потерпевший) может передать свое право требования иным лицам, в данном случае истцу.

В данном случае уступка требования, неразрывно связанного с личностью кредитора, не имеет места, поскольку выгодоприобретателем уступлены не права по договору ОСАГО, а право требования страхового возмещения в связи с дорожно-транспортным происшествием от 12.05.2018.

Как следует из пункта 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств» предъявление выгодоприобретателем страховщику требования о выплате страхового возмещения не исключает уступку права на получение страхового возмещения. В случае получения выгодоприобретателем страховой выплаты в части возможна уступка права на получение страховой выплаты в части, не прекращенной исполнением.

Согласно пункту 69 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», договор уступки права на страховую выплату признается заключенным, если предмет договора является определимым, т.е. возможно установить, в отношении какого права (из какого договора) произведена уступка.

При этом отсутствие в договоре указания точного размера уступаемого права не является основанием для признания договора незаключенным (пункт 1 статьи 307, пункт 1 статьи 432, пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации). Право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, включая права, связанные с основным требованием, в том числе требования к страховщику, обязанному осуществить страховую выплату в соответствии с Законом об ОСАГО, уплаты неустойки и суммы финансовой санкции (пункт 1 статьи 384 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзацы второй и третий пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Судом установлено и материалами дела подтверждено, что сторонами соблюдены предусмотренные законом условия совершения уступки права требования, следовательно, к истцу на основании заключенного договора уступки права (требования) перешло в полном объеме право требования убытков и расходов по страховому событию, произошедшему 25.06.2018, включая штрафные санкции.

Основания для критической оценки договора уступки прав требования не установлены.

Требования истца основаны на договоре цессии, в соответствии с которым право к нему перешло от первоначального кредитора (страхователя) в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права, в связи с чем вопрос о том, кто из этих двух лиц обратился к страховщику за выплатой страхового возмещения, правового значения для разрешения данного спора не имеет.

Указанный правовой подход изложен в определении Верховного Суда Российской Федерации от 07.11.2018 № 309-ЭС18-17531.

Согласно части 3 статьи 15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, принимаемые арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть законными, обоснованными и мотивированными.

Арбитражный суд в соответствии с требованиями части 1 статьи 64 и статей 71, 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на основании имеющихся в деле доказательств устанавливает наличие или отсутствие обстоятельств, обосновывающих требования и возражения лиц, участвующих в деле, а также иные обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения спора.

Требования истца подлежат рассмотрению арбитражным судом исходя из предмета и основания заявленного иска.

Как следует из материалов дела, исковое заявление обусловлено взысканием невыплаченного страхового возмещения, убытков, неустойки и судебных расходов.

Доводов относительно взыскания убытков по составлению и отправке претензии в сумме 5 000 руб., 3 634 руб. 14 коп. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, апелляционная жалоба не содержит. Оснований для отмены решения в указанной части суд апелляционной инстанции не усматривает.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 25 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 36 от 28.05.2009 (в редакции от 24.03.2011) «О применении арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции», если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта.

При непредставлении лицами, участвующими в деле, указанных возражений до начала судебного разбирательства суд апелляционной инстанции начинает проверку судебного акта в оспариваемой части и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы, за исключением проверки соблюдения судом норм процессуального права, приведенных в части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Поскольку возражений относительно проверки обжалуемого судебного акта в части от сторон не поступило, судом апелляционной инстанции судебный акт проверен в рамках доводов апелляционной жалобы.

Факт наступления страхового случая подтверждается материалами дела и не оспаривается сторонами.

Как усматривается из материалов дела, отказ ответчика в страховом возмещении обусловлен тем, что истцом не представлены документы, подтверждающие полномочия лица, являющегося представителем выгодоприобретателя (письмо  №9193 от 31.07.2018 – т.1 л.д. 127).

Повторно рассмотрев дело в порядке статей 268, 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Положениями Закона об ОСАГО предусмотрен порядок действий потерпевшего, намеренного получить страховую выплату.

При наступлении страхового случая потерпевший обязан не только уведомить об этом страховщика в сроки, установленные Правилами страхования, но и направить страховщику заявление о страховой выплате и документы, предусмотренные Правилами страхования (пункт 3 статьи 11 Закона об ОСАГО), а также представить на осмотр поврежденное в результате дорожно-транспортного происшествия транспортное средство и/или иное поврежденное имущество (пункт 10 статьи 12 Закона об ОСАГО) (пункт 20 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.12.2017 № 58).

Согласно абзацу 5 пункта 1 статьи 12 Закона об ОСАГО при недостаточности документов, подтверждающих факт наступления страхового случая и размер подлежащего возмещению страховщиком вреда, страховщик в течение трех рабочих дней со дня их получения по почте, а при личном обращении к страховщику в день обращения с заявлением о страховом возмещении или прямом возмещении убытков обязан сообщить об этом потерпевшему с указанием полного перечня недостающих и (или) неправильно оформленных документов.

Как следует из материалов дела и верно установлено судом первой инстанции, ФИО2 обратилась к страховщику виновника ДТП - ПАО «Аско-страхование» с заявлением о наступлении страхового случая, полученным ответчиком 06.07.2018, с приложением необходимых документов, установленных Законом об ОСАГО и просьбой организовать осмотр по месту нахождения транспортного средства (т.1, л.д. 21, 22).

13.07.2018 поврежденный автомобиль осмотрен экспертом ООО Экспертное Бюро «КРАФТАВТО», о чем составлен акт осмотра транспортного средства №774018-51уД от 13.07.2018 (т.1, л.д. 112). 

Экспертным заключением ООО «Экипаж» №474918/51УЯ от 18.07.2018, изготовленным по заказу ответчика, рассчитана стоимость восстановительного ремонта Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> в сумме 297 623 руб. 60 коп. без учета износа подлежащих замене деталей, 206 733 руб. 03 коп. – с учетом такового (л.д. 122).

Учитывая, что с заявлением о наступлении страхового случая потерпевший обратился 06.07.2018, перечисление денежных средств должно было быть произведено не позднее 26.07.2018 (06.07.2018 + 20 дн.).

Вопреки доводам апелляционной жалобы суд первой инстанции верно пришел к выводу о дате начала просрочки по выплате страхового возмещения.

Учитывая, что материалами дела подтверждается, что при обращении 06.07.2018 потерпевшим предоставлен комплект всех необходимых документов, страховщик был обязан произвести страховую выплату не позднее 26.07.2018, что им не сделано.

19.07.2018 между ФИО2 (цедент) и ООО «Лукрум» (цессионарий) заключен договор уступки прав (требования) №2014 (т.1, л.д. 72). 

Уведомлением о переходе прав требования вх. 26.07.2018 цедент и цессионарий известили ответчика о произведенной уступке права требования (т.1, л.д. 71, 74, 75). 

Согласно сведениям в накладной от 23.07.2018 (т.1 л.д. 71) ПАО «Аско-Страхование» получило договор уступки прав (требования) №2014 от 19.07.2018, уведомление о переходе прав требования 26.07.2018. То есть именно с указанной даты ПАО «Аско-Страхование» знало о переходе права требования, однако уведомлением исх. №9193 от 31.07.2018 ответчик отказал потерпевшей и ООО «Лукрум» в выплате страхового возмещения, указав на представление документов по страховом случаю, не соответствующих требованиям Закона об ОСАГО (л.д. 127). 

Таким образом, ответчик, информированный о наличии у ООО «Лукрум» права требования в силу заключенного договора уступки прав (требования) №2014 от 19.07.2018, дополнительно запрашивает  документы, подтверждающие полномочия лица, являющегося представителем выгодоприобретателя (письмо  №9193 от 31.07.2018 – т.1 л.д. 127).

Вместе с тем, на следующий день после того, как ответчик указал о необходимости предоставления документов, подтверждающих полномочия лица, являющегося представителем выгодоприобретателя, ПАО «Аско-Страхование» отказывает ФИО2 в выплате страхового возмещения со ссылкой на отсутствие у последней права требования страхового возмещения ввиду уступки права требования (возмещения) материального ущерба по договору уступки прав (требования) №2014 от 19.07.2018 (т.1, л.д. 128), то есть подтвердив переход права к истцу.

При указанных выше обстоятельствах, суд апелляционной инстанции критически оценивает доводы ответчика, что срок обращения с заявлением о страховом возмещении необходимо исчислять с 23.08.2018, поскольку 06.07.2018 потерпевшим произведено надлежащее обращение в страховую компанию, предоставлены все необходимые документы, 26.07.2018 ответчик уведомлен о состоявшейся уступки права требования, однако до 27.08.2018 страховщик не исполнил свои обязательства ни прежнему кредитору (потерпевшему) ни новому кредитору (истцу).

Согласно пункту 21 статьи 12 Закона об ОСАГО, течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате. 

Институт обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств направлен на повышение уровня защиты права потерпевших на возмещение вреда. 

Потерпевший является наименее защищенным из всех участников правоотношения по обязательному страхованию, поэтому при определении направленности правового регулирования отношений, возникающих в процессе обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, надлежит - исходя из конституционного принципа равенства и тесно связанного с ним конституционного принципа справедливости - предусматривать специальные правовые гарантии защиты прав потерпевшего, которые должны быть адекватны правовой природе и целям страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств, а также характеру соответствующих правоотношений.

Таким образом, ПАО «АСКО-Страхование», как профессиональный участник правоотношений, должно путем совершения активных действий способствовать в реализации права потерпевшего на страховую выплату.

Исходя из общих начал гражданского законодательства о равенстве и имущественной самостоятельности участников гражданско-правовых отношений, необходимости обеспечения надлежащего исполнения обязательств (статья 309 Гражданского кодекса Российской Федерации), а также принципа сбалансированности правового регулирования, страховщик обязан возместить стоимость причиненного имуществу потерпевшего ущерба, в пределах установленных законодательством, поскольку реализация обязанности по страхованию риска гражданской ответственности сопровождается соответствующей платой за страхование, которую страхователь (выгодоприобретатель) обязан уплатить страховщику в порядке и в сроки, которые установлены договором страхования.

Согласно пункту 11 статьи 12 Закона об ОСАГО (в редакции действующей на момент спорного ДТП) страховщик обязан осмотреть поврежденное транспортное средство, иное имущество или его остатки и (или) организовать их независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку) в срок не более чем пять рабочих дней со дня поступления заявления о страховой выплате или прямом возмещении убытков с приложенными документами, предусмотренными правилами обязательного страхования, и ознакомить потерпевшего с результатами осмотра и независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), если иной срок не согласован страховщиком с потерпевшим. 

Независимая техническая экспертиза или независимая экспертиза (оценка) организуется страховщиком в случае обнаружения противоречий между потерпевшим и страховщиком, касающихся характера и перечня видимых повреждений имущества и (или) обстоятельств причинения вреда в связи с повреждением имущества в результате дорожно-транспортного происшествия. В случае непредставления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату страховщик согласовывает с потерпевшим новую дату осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков. 

При этом в случае неисполнения потерпевшим установленной пунктами 10 и 13 настоящей статьи обязанности представить поврежденное имущество или его остатки для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) срок принятия страховщиком решения о страховой выплате, определенный в соответствии с пунктом 21 настоящей статьи, может быть продлен на период, не превышающий количества дней между датой представления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков и согласованной с потерпевшим датой осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), но не более чем на 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней.

Договором обязательного страхования могут предусматриваться иные сроки, в течение которых страховщик обязан прибыть для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) поврежденного имущества или его остатков, в случае их проведения в труднодоступных, отдаленных или малонаселенных местностях. 

В случае непредставления потерпевшим поврежденного имущества или его остатков для осмотра и (или) независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки) в согласованную со страховщиком дату в соответствии с абзацами первым и вторым настоящего пункта потерпевший не вправе самостоятельно организовывать независимую техническую экспертизу или независимую экспертизу (оценку) на основании абзаца второго пункта 13 настоящей статьи, а страховщик вправе вернуть без рассмотрения представленное потерпевшим заявление о страховой выплате или прямом возмещении убытков вместе с документами, предусмотренными правилами обязательного страхования. 

Из положений статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует, что доказательства представляются лицами, участвующими в деле. 

Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 названного Кодекса, а также положений статей 65, 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий. 

Принимая во внимание положение статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, которой установлено осуществление судопроизводства в арбитражном суде на основе состязательности, заинтересованные в исходе дела лица вправе отстаивать свою правоту в споре путем представления доказательств, состязательность предполагает возложение бремени доказывания на сами стороны и снятие, по общему правилу, с арбитражного суда обязанности по сбору доказательств, учитывая обстоятельства дела. 

Гарантируя каждому лицу, участвующему в деле, право представлять арбитражному суду доказательства (часть 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) одновременно возлагает на названных лиц риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий. 

Из совокупности представленных в материалы дела доказательств, отзыва на исковое заявление, апелляционной жалобы следует, что 13.07.2018 поврежденный автомобиль осмотрен экспертом ООО Экспертное Бюро «КРАФТАВТО», о чем составлен акт осмотра транспортного средства №774018-51уД от 13.07.2018 (т.1, л.д. 112).

Экспертным заключением ООО «Экипаж» №474918/51УЯ от 18.07.2018, изготовленным по заказу ответчика, рассчитана стоимость восстановительного ремонта Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> в сумме 297 623 руб. 60 коп. без учета износа подлежащих замене деталей, 206 733 руб. 03 коп. – с учетом такового (л.д. 122), и платежным поручением №19570 от 27.08.2018 возместил истцу ущерб в сумме 208 733 руб. 03 коп., из которых 206 733 руб. 03 коп. – стоимость восстановительного ремонта, 1 800 руб. - расходы на эвакуацию поврежденного транспортного средства (т.1, л.д. 140, 151). 

Сведений о том, что до выплаты 206 733 руб. 03 коп., страховщик ознакомил страхователя с её размером, заключением/калькуляцией, на основании которого выплата установлена, получил согласование страхователя по её размеру, из дела не усматривается. 

Между тем, в пункте 13 статьи 12 Закона об ОСАГО закреплено, что, если после проведенного страховщиком осмотра поврежденного имущества или его остатков страховщик и потерпевший не достигли согласия о размере страховой выплаты, страховщик обязан организовать независимую техническую экспертизу, независимую экспертизу (оценку), а потерпевший - представить поврежденное имущество или его остатки для проведения независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки). 

Следовательно, указанная статья возлагает прямую обязанность страховщика по проведению независимой экспертизы, при наличии определенных условий. Таким условием, исходя из содержания пункта 13 статьи 12 Закона об ОСАГО, законодатель обозначает отсутствие согласия с размером установленной страховщиком страховой выплаты и настаивание на проведении независимой экспертизы.

Из материалов настоящего дела следует, что в нарушение положений статьи 12 Закона об ОСАГО ответчиком без соответствующего ознакомления истца с величиной стоимости восстановительного ремонта произведена выплата страхового возмещения. Доказательств иного в материалы дела не представлено. 

Положения Закона об ОСАГО, регулирующие обязанности страховщика, прямо и конкретно указывают на те действия, которые должны быть им исполнены, следовательно, ответчик знал, мог и должен был знать, при наличии каких доказательств, предоставление которых относится к бремени его процессуального доказывания, с его стороны будет наличествовать надлежащее исполнение, и, как следствие, отсутствие на стороне страхователя права и необходимости самостоятельно обращаться в независимую экспертную организацию. 

Такие доказательства ответчиком в материалы дела не представлены. 

Уважительность причин для такого непредставления им в апелляционной жалобе не приведена.

Установленное невыполнение требований Закона об ОСАГО ответчиком, не может свидетельствовать о его добросовестном поведении, как профессионального участника спорных гражданских правоотношений, поскольку данным бездействием последний лишил возможности потерпевшего выразить позицию по определенной страховщиком сумме страхового возмещения, то есть нарушил нормы Закона об ОСАГО. 

Таким образом, осуществляя выплату страхового возмещения, без достигнутого согласия страхователя на такую выплату, страховщик фактически уклонился от обязанности по проведению независимой экспертизы, что в настоящем деле повлекло для страхователя неблагоприятные последствия в виде самостоятельного обращения потерпевшего в независимую организацию для определения восстановительной стоимости поврежденного транспортного средства и соответствующих расходов на оплату услуг независимого эксперта.

В связи с тем, что при рассмотрении настоящего дела у ответчика возникли возражения в части стоимости восстановительного ремонта, поврежденного транспортного средства определением суда от 11.06.2019 по делу назначена судебная экспертиза, проведение которой поручено эксперту общества с ограниченной ответственностью «палата экспертизы и оценки».

На разрешение эксперта ставился следующий вопрос: 

- Определить, какова стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки Черри11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> на дату ДТП 25.06.2018 в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт ТС, утвержденной ЦБ РФ от 19.09.2014 № 432-П?». 

Производство по делу приостанавливалось до окончания проведения экспертизы. 

Экспертным заключением ООО «ПЭО» №19-06-0164 дан следующий ответ на поставленный судом вопрос: 

- «Стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки Черри11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> от полученных в ДТП от 25.06.2018 повреждений в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт ТС, утвержденной ЦБ РФ от 19.09.2014 № 432-П составила 225 200 руб.» (т.2, л.д. 32-77).

В соответствии с требованиями части 4 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключение экспертизы подлежит оценке судом наряду с другими доказательствами.

Суд апелляционной инстанции отмечает, что экспертное заключение каких-либо противоречий не содержит, соответствует требованиям статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Выводы эксперта понятны, мотивированны.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

Заключение эксперта соответствует требованиям статей 82, 86, 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принимая во внимание наличие в материалах дела документов, подтверждающих наличие у эксперта необходимого образования и достаточной квалификации для проведения такого рода экспертизы, учитывая отсутствие в экспертном заключении противоречивых выводов, а также учитывая полноту ответов на поставленные перед экспертом вопросы, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о принятии указанного заключения в качестве достоверного и достаточного доказательства по делу.

Из вышеизложенных обстоятельств настоящего дела достоверно усматривается, что заключением по делу судебной экспертизы установлено, что стоимость восстановительного ремонта автомобиля марки Черри Т 11 с государственным регистрационным знаком 

<

***> от полученных в дорожно-транспортном происшествии 25.06.2018 повреждений, определенная в соответствии с Единой методикой, по состоянию на дату ДТП, с учетом износа составляет 225 200 руб.» (т.2, л.д. 32-77), что свидетельствует о неверном определении страховщиком суммы страхового возмещения.

Каких-либо доказательств, отвечающих требованиям относимости и допустимости, объективно свидетельствующих о выплате страхового возмещения истцу, ответчик в материалы дела не представил (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, из фактических обстоятельств настоящего дела следует, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для принятия иного решения и отказа в удовлетворении исковых требований в части взыскания недоплаченного материального ущерба.

Удовлетворяя исковые требования в части взыскания недоплаченного страхового возмещения и стоимости независимой экспертизы, суд первой инстанции обоснованно принято во внимание, что согласно разъяснениям, содержащихся в п. 39 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26 декабря 2017 года № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», по договору обязательного страхования размер страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему в связи с повреждением транспортного средства, по страховым случаям, наступившим начиная с 17 октября 2014 года, определяется только в соответствии с Единой методикой определения размера расходов на восстановительный ремонт в отношении поврежденного транспортного средства, утвержденной Положением Центрального Банка Российской Федерации от 19 сентября 2014 года № 432-П (далее – Методика). 

Согласно преамбуле к указанному положению Единая методика является обязательной для применения страховщиками или их представителями, если они самостоятельно проводят осмотр, определяют восстановительные расходы и выплачивают страховое возмещение в соответствии с Федеральным законом «Об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», экспертами-техниками, экспертными организациями при проведении независимой технической экспертизы транспортных средств, судебными экспертами при проведении судебной экспертизы транспортных средств, назначаемой в соответствии с законодательством Российской Федерации в целях определения размера страховой выплаты потерпевшему и (или) стоимости восстановительного ремонта транспортного средства в рамках договора обязательного страхования гражданской ответственности владельцев транспортных средств. 

В силу п. 3.5 Единой методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности за счет использования различных технологических решений и погрешностей расчета, если оно не превышает 10 процентов. 

Указанный предел погрешности не может применяться в случае проведения расчета размера расходов с использованием замены деталей на бывшие в употреблении. 

Таким образом, указанный предел погрешности может применяться только в отношении расчетов размера расходов на восстановительный ремонт.

Как разъяснено в п. 40 Постановления Пленума Верховного суда РФ от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», если разница между фактически произведенной страховщиком страховой выплатой и предъявляемыми истцом требованиями составляет менее 10 процентов, необходимо учитывать, что в соответствии с п. 3.5 Методики расхождение в результатах расчетов размера расходов на восстановительный ремонт, выполненных различными специалистами, образовавшееся за счет использования разных технологических решений и погрешностей, следует признавать находящимся в пределах статистической достоверности.

При рассмотрении дела в суде первой инстанции судом установлено, что разница между выплаченным страховым возмещением и стоимостью восстановительного ремонта, определенной на основании экспертного заключения, составила менее 10%, однако указанная разница образовалась не за счет использования различных технологических решений и погрешностей расчета, а является следствием включения судебным экспертом в калькуляцию дополнительных деталей и ремонтных воздействий, не учтенных экспертом ответчика: ремонт боковой рамы наружной правой, окраска боковой рамы наружной правой, замена решетки радиатора, но подлежащих замене в связи с повреждениями, полученными в дорожно-транспортном происшествии от 25.06.2018, что подтвердил в своих пояснениях эксперт ООО «ПЭО». 

Судебным экспертом ООО «ПЭО» в материалы дела предоставлена калькуляция №19-06-0164 (т. 2, л.д. 26), согласно которому стоимость замены решетки радиатора составит 996 руб. 40 коп. с учетом износа, ремонт боковой рамы наружной правой – 800 руб. с износом, окраска боковой рамы наружной правой составит 1 920 руб. с учетом износа.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к верному выводу о взыскании страхового возмещения в размере 18 466 руб. с учетом частичной оплаты ответчиком страхового возмещения в досудебном порядке.

Учитывая изложенные, возражения ответчика, что при наличии разница между стоимостью восстановительного ремонта определенной истцом независимой экспертизой и установленной в рамках судебной экспертизы менее 10%, суд первой инстанции необоснованно удовлетворил требования о взыскании страхового возмещения и оплату слуг эксперта в размере 15 000 руб. подлежат отклонению как ошибочные, основанные на неправильном толковании норм права.

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, о необоснованном взыскании с ответчика расходов на проведение независимой экспертизы в размере 15 000 руб., апелляционная коллегия принимает во внимание, что получение потерпевшим отчета явилось исключительно следствием нарушения ответчиком прав и законных интересов истца, потерпевшего, в силу чего предоставление ответчиком альтернативного отчета требования истца не опровергает.

Из материалов дела усматривается, что исковое заявление обусловлено взысканием понесенных истцом расходов на оплату услуг независимого эксперта, в связи с установлением стоимости восстановительного ремонта поврежденного в результате ДТП транспортного средства.

Факт несения указанных расходов подтверждается представленной в материалы электронного дела квитанцией к приходному кассовому ордеру № 7965 от 29.07.2018.

Расходы на проведение досудебной оценки по установлению размера фактического ущерба, причиненного транспортному средству истца, напрямую относятся к предмету и существу рассматриваемого спора, поскольку понесены в связи с невыплатой страхового возмещения в рамках договора страхования, заключенного на основании положений Закона об ОСАГО.

Указанные затраты на проведение экспертизы производны от наступления страхового случая, находятся с ним в непосредственной связи и являются для истца реальными расходами, подтвержденными документально.

Стоимость независимой технической экспертизы, независимой экспертизы (оценки), на основании которой осуществляется страховая выплата, включается в состав убытков, подлежащих возмещению страховщиком по договору обязательного страхования (пункт 14 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Факт наступления страхового случая, в результате которого застрахованному имуществу причинены повреждения, установлен судом, подтверждается материалами дела.

На основании изложенного, учитывая установленные обстоятельства неисполнения страховщиком возложенных на него обязанностей, а также подтвердившийся факт несения истцом убытков, связанных с необходимостью проведения независимой экспертизы, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о правомерности и обоснованности заявленных требований.

Поскольку организованное истцом независимое экспертное исследование и заключение подтвердило обстоятельство того, сто ответчиком неверно определен размер страховой выплаты, суд первой инстанции правомерно отнес расходы на оплату услуг эксперта к убыткам.

Поскольку в данном случае речь идет о взыскании убытков, само по себе превышение стоимости экспертизы над средней стоимостью таких же экспертиз, не является основанием для отказа в их взыскании либо их снижения, при условии, что они фактически понесены, связаны с необходимостью восстановления нарушенного права, и в поведении истца, заказавшего рассматриваемый отчет (заключение), отсутствуют признаки злоупотребления, принадлежащими ему правами, отсутствуют действия, направленные на намеренное причинение страховщику убытков, увеличение своих убытков.

При рассмотрении настоящего дела вышеизложенных обстоятельств из материалов дела не установлено, ответчиком их наличие не доказано.

Из материалов дела следует, что при обращении истца к страховщику, последнему ничего не препятствовало исполнить возложенные на него законом обязанности по определению стоимости страхового возмещения, произвести выплату страхового возмещения в полном объеме, что им не осуществлено.

Действительно, потерпевший должен принимать разумные меры для уменьшения, возникших у него убытков, для установления действительного размера причиненного ущерба.

Обращение потерпевшего к оценщику обусловлено необходимостью установления размера причиненного ущерба, то есть признаки злоупотребления правом с его стороны в указанном поведении отсутствуют.

Рассмотрев доводы в части взыскания неустойки, апелляционная коллегия приходит к следующим выводам.

Законом Об ОСАГО установлен порядок определения размера страхового возмещения, а также методика расчета неустойки в случае несоблюдения страховщиком срока выплаты.

Как указано выше, в течение 20 календарных дней, за исключением нерабочих праздничных дней, со дня принятия к рассмотрению заявления потерпевшего о страховой выплате или прямом возмещении убытков и приложенных к нему документов, предусмотренных правилами обязательного страхования, страховщик обязан произвести страховую выплату потерпевшему или выдать ему направление на ремонт транспортного средства с указанием срока ремонта либо направить потерпевшему мотивированный отказ в страховой выплате.

При несоблюдении срока осуществления страховой выплаты или возмещения причиненного вреда в натуре страховщик за каждый день просрочки уплачивает потерпевшему неустойку (пеню) в размере одного процента от определенного в соответствии с настоящим Федеральным законом размера страховой выплаты по виду причиненного вреда каждому потерпевшему.

При причинении вреда потерпевшему возмещению подлежат восстановительные и иные расходы, обусловленные наступлением страхового случая и необходимые для реализации потерпевшим права на получение страхового возмещения (например, расходы на эвакуацию транспортного средства с места дорожно-транспортного происшествия, хранение поврежденного транспортного средства, доставку пострадавшего в лечебное учреждение, восстановление дорожного знака и/или ограждения, доставку ремонтных материалов к месту дорожно-транспортного происшествия и т.д.).

Как разъяснено в пункте 78 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 58 «О применении судами законодательства об обязательном страховании гражданской ответственности владельцев транспортных средств», размер неустойки за несоблюдение срока осуществления страховой выплаты или срока выдачи потерпевшему направления на ремонт транспортного средства определяется в размере 1 процента, за каждый день просрочки от суммы страхового возмещения, подлежащего выплате потерпевшему по конкретному страховому случаю, за вычетом сумм, выплаченных страховой компанией в добровольном порядке в сроки, установленные статьей 12 Закона об ОСАГО (абзац второй пункта 21 статьи 12 Закона об ОСАГО).

Неустойка исчисляется со дня, следующего за днем, установленным для принятия решения о выплате страхового возмещения, т.е. с 21-го дня после получения страховщиком заявления потерпевшего о страховой выплате и документов, предусмотренных правилами, и до дня фактического исполнения страховщиком обязательства по договору включительно.

Из анализа вышеуказанных норм следует, что неустойка подлежит начислению на сумму страхового возмещения (стоимость восстановительного ремонта).

Согласно расчету истца неустойка рассчитана: 

- за период с 26.07.2018 (дата, следующая за днем истечения двадцатидневного срока) по 27.08.2018 (день частичной выплаты ответчиком страхового возмещения) в сумме 74 316 руб. (225 200 руб. х 1% х 33 дн.); 

- за период с 28.08.2019 (день, следующий за частичной выплатой) по 01.04.2019 в сумме 40 071 руб. (18 466 руб. х 1% х 217 дн.). 

По расчету суда первой инстанции неустойка составит: 

- за период с 27.07.2018 (дата, следующая за днем истечения двадцатидневного срока) по 27.08.2018 (день частичной выплаты ответчиком страхового возмещения) в сумме 72 064 руб. (225 200 руб. х 1% х 32 дн.);

- за период с 28.08.2019 (день, следующий за частичной выплатой) по 01.04.2019 в сумме 40 071 руб. 22 коп. (18 466 руб. х 1% х 217 дн.).

С учетом вышеуказанных разъяснений, судом первой инстанции правомерно произведен перерасчет неустойки.

Арифметическая правильность расчета ответчиком, как в части алгоритма расчета, так и в части суммы начисления, надлежащим образом не оспорена, контррасчет не представлен (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В пункте 65 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что по смыслу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации, истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ). Законом или договором может быть установлен более короткий срок для начисления неустойки, либо ее сумма может  быть ограниченна (например, пункт 6 статьи 16.1 Закона об ОСАГО). Присуждая неустойку, суд по требованию истца в резолютивной части решения указывает сумму неустойки, исчисленную на дату вынесения решения и подлежащую взысканию, а также то, что такое взыскание производится до момента фактического исполнения обязательства.

Расчет суммы неустойки, начисляемой после вынесения решения, осуществляется в процессе исполнения судебного акта судебным приставом-исполнителем, а в случаях, установленных законом, - иными органами, организациями, в том числе органами казначейства, банками и иными кредитными организациями, должностными лицами и гражданами (часть 1 статьи 7, статья 8, пункт 16 части 1 статьи 64 и часть 2 статьи 70 Закона об исполнительном производстве). В случае неясности судебный пристав-исполнитель, иные лица, исполняющие судебный акт, вправе обратиться в суд за разъяснением его исполнения, в том числе по вопросу о том, какая именно сумма подлежит взысканию с должника (статья 179 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

С учетом вышеуказанных разъяснений, суд первой инстанции верно удовлетворил исковые требования в части взыскания неустойки по дату фактического исполнения страховщиком обязательств по выплате страхового возмещения за каждый день просрочки, с учетом ограничения её начисления в пределах лимита ответственности страховщика.

Основания для отказа в удовлетворении исковых требований о взыскании неустойки отсутствуют.

При рассмотрении гражданских правоотношений арбитражными судами добросовестность участников таких правоотношений презюмируется, пока она не опровергнута.

В спорных правоотношениях в качестве общих критериев наличия такой добросовестности следует учитывать, насколько поведение его участников соответствует нормам законодательства, действующего в спорный период.

Отсутствие оплаты в полном объеме со стороны ответчика и отказ от такой оплаты не может в полной мере соответствовать критериям добросовестности его поведения, так как истцом был  предоставлен вес комплект необходимых документов.

Таким образом, лицо, которое приобрело или сберегло имущество за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное.

Тезисные доводы ответчика о несогласии с предъявленными требованиями не влекут необоснованности заявленного иска, а также не являются достаточными основаниями для признания выводов суда первой инстанции незаконными, поскольку в нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации такие довода не доказаны.

В отсутствие предоставления доказательств по заявленным возражениям другая сторона не обязана опровергать такие возражения, так как такие возражения имеют исключительно субъективный и предположительный характер.

Формирование исковых требований является правом истца. 

Право на заявление возражений относительно таких требований и процессуальная активность участника арбитражного процесса также является правом лица, участвующего в деле, однако, отсутствие реализации процессуальных прав, иные формы процессуального бездействия в отсутствие уважительных причин, влекут неблагоприятные последствия для такого лица, поскольку арбитражный суд не только гарантирует сторонам равноправие, но и обеспечивает их состязательность.

Так же, как и равноправие, состязательность является общеправовой ценностью и отражена в Конституции Российской Федерации (статья 123).

Смысл этого принципа состоит в том, что стороны в процессе являются совершенно самостоятельными субъектами, действующими осознанно и на свой риск. Все, что делают стороны, направлено на реализацию их законного интереса, в той мере, в какой стороны его понимают. Какое-либо руководство со стороны суда поведением сторон, исходящими от сторон документами и действиями запрещается. 

В связи с изложенным, не предоставление и не раскрытие, в отсутствие уважительных причин, доводов, возражений и доказательств против предъявленного иска в суде первой инстанции, не формирует уважительных оснований для принятия таких доводов, возражений и доказательств в суде апелляционной инстанции.

Судом первой инстанции правильно установлены юридически значимые обстоятельства, имеющие значение для правильного разрешения дела, и исследованы такие обстоятельства. 

Арбитражный процесс основан на принципе состязательности сторон, на отсутствии преимуществ одной стороны перед другой, на отсутствии преобладающего значения доказательств одной стороны перед доказательствами другой стороны, а также на отсутствии принципа заведомо критической оценки доказательств представленной стороной при наличии возражений по ним другой стороны, при отсутствии документального подтверждения таких возражений.

Вопреки доводам ответчика при указанных фактических обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали законные основания для принятия иного решения.

Вопреки доводам ответчика при указанных фактических обстоятельствах у суда первой инстанции отсутствовали законные основания для принятия иного решения.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для уменьшения неустойки в порядке статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как разъяснено Конституционным Судом Российской Федерации при осуществлении конституционно-правового толкования статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (определение от 21.12.2000 № 263-О), возможность снижать размер неустойки в случае ее чрезмерности по сравнению с последствиями нарушения обязательств является одним из правовых способов, предусмотренных в законе и направленных против злоупотребления правом свободного определения размера неустойки. Данной правовой нормой предусмотрена обязанность суда установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательств и меры имущественной ответственности за их неисполнение или ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств. 

При этом следует учитывать, что степень несоразмерности заявленной неустойки последствиям нарушения обязательства является оценочной категорией, четких критериев ее определения применительно к тем или иным категориям дел, рассматриваемым спорным правоотношениям сторон законодательством не предусмотрено. Ъ

В каждом отдельном случае суд по своему внутреннему убеждению вправе определить такие пределы, учитывая обстоятельства каждого конкретного дела.

Согласно пунктам 69, 71, 73, 75 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», подлежащая уплате неустойка, установленная законом или договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства, может быть уменьшена в судебном порядке (пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Если должником является коммерческая организация, индивидуальный предприниматель, а равно некоммерческая организация при осуществлении ею приносящей доход деятельности, снижение неустойки судом допускается только по обоснованному заявлению такого должника, которое может быть сделано в любой форме (пункт 1 статьи 2, пункт 1 статьи 6, пункт 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации). 

Бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. 

Учитывая, что сумма начисленной неустойки соразмерна последствиям нарушения обязательства; доказательств явной несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательств ответчиком не представлено, оснований для снижения размера взысканной неустойки не имеется. 

Изложенные правоприменительные положения, а также редакция ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации позволяют сделать вывод о том, что заявление об уменьшении неустойки может быть сделано только при рассмотрении дела по правилам производства суда первой инстанции и должно быть мотивированным, то есть, подтверждено доказательствами, свидетельствующими о несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора. 

Из материалов дела следует, что при обращении страхователя к страховщику, последнему ничего не препятствовало исполнить возложенные на него законом обязанности по определению стоимости страхового возмещения, произвести выплату страхового возмещения в полном объеме, что им не осуществлено.

В нарушение установленного срока, сумма страхового возмещения по заявленному истцом размеру ущерба в полном объеме не исполнена, в силу чего потерпевший был вынужден обращаться в суд за защитой нарушенных прав.

Применительно к рассматриваемой ситуации ответчиком не представлены какие-либо доказательства, свидетельствующие о необоснованности выгоды истца от взыскания спорной неустойки.

В целях соблюдения разумного баланса интересов сторон обязательства при привлечении к гражданско-правовой ответственности, руководствуясь общеправовыми принципами соразмерности, справедливости и дифференцированности, принимая во внимание то, что на день обращения как с первичным обращением о взыскании страхового возмещения, так и с претензией о выплате неустойки ответчиком принималась пассивная позиция, действий по оплате не предпринято. 

Ответчик является профессиональным участником рынка страховых услуг, и знал, мог и должен был знать, что просрочка выплаты страхового возмещения может послужить основанием для предъявления к нему дополнительных требований из просроченного им обязательства, однако, из материалов дела не следует, что им необходимые и разумные меры, которые требовались от него по характеру обязательства, реализованы, что увеличение периода просрочки обусловлено, не его неисполнением принятых обязательств, а необоснованным затягиванием истцом сроков предъявления спорных требований.

Суд апелляционной инстанции, учитывая все обстоятельства дела, учитывая длительность неисполнения ответчиком денежного обязательства, признает, что начисленная истцом неустойка компенсирует потери истца в связи с несвоевременным исполнением ответчиком обязательства, является справедливой, достаточной и соразмерной, в связи с чем, приходит к выводу об отсутствии оснований для применения положений статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации и снижении неустойки, размер которой установлен федеральным законом.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для снижения размера неустойки, поскольку такое снижение не будет отвечать принципу учета конкретных обстоятельств дела и балансу интересов сторон.

Иные доводы, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного решения либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными.

Установленные надлежащим образом оцененные судом первой инстанции обстоятельства признаются арбитражным судом апелляционной инстанции необходимыми и достаточными для принятия именно такого решения, которое является предметом обжалования, в силу чего доводы апелляционной жалобы не влекут ее удовлетворение.

Обжалуемое решение соответствует требованиям  статьи 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а отсутствие в содержании решения оценки судом всех доводов заявителя или представленных им документов, не означает, что судом согласно требованиям части 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не была дана им оценка.

С учетом изложенного решение суда является правильным, нарушений норм материального и процессуального права не допущено, имеющимся в деле доказательствам дана надлежащая правовая оценка. 

Доводы апелляционной жалобы подлежат отклонению по приведенным выше мотивам.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены вынесенного судебного акта, не установлено.

С учетом изложенного решение суда следует оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Судебные расходы распределяются между сторонами в соответствии с правилами, установленными статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

В связи с тем, что в удовлетворении апелляционной жалобы отказано, судебные расходы остаются на её подателе.

Руководствуясь статьями 176, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд апелляционной инстанции

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Челябинской области от 05.11.2019 по делу № А76-11545/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу публичного акционерного общества «Аско-Страхование» - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в течение двух месяцев со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий судья                                                 

О.Е. Бабина

Судьи:                                                                                

С.А. Карпусенко

Н.В. Махрова