﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

02 августа 2021 года

Дело №

А56-44316/2020

 

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Корабухиной Л.И., судей Александровой Е.Н.,        Журавлевой О.Р., 

при участии от акционерного общества «Группа «Илим» Бравичевой Т.Д. (доверенность от 28.01.2021 без номера), 

рассмотрев 02.08.2021 в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Антикор» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.11.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 по делу № А56-44316/2020,

у с т а н о в и л:

Акционерное общество «Группа «Илим», адрес: 191025, Санкт-Петербург,  ул. Марата, д. 17, ОГРН 5067847380189, ИНН 7840346335 (далее - Общество), обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском о взыскании с акционерного общества «Антикор», адрес: 141701, Московская область, г. Долгопрудный, Первомайская ул., д. 11, кв. 55,                     ОГРН 1027739114193, ИНН 7702043311 (далее - Компания),                                                       103 558 997 руб. 30 коп. неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса по договору подряда от 19.07.2019 № SP0928 (далее – договор),                               5 590 389 руб. 67 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2020 по 02.06.2020 с последующим их начислением, начиная с 03.06.2020 и до момента исполнения решения суда, а также 1 984 468 руб. убытков в виде расходов, понесенных по страхованию строительно-монтажных рисков. Иск принят к производству арбитражного суда с присвоением делу                             № А56-44316/2020.

Компания также обратилась в суд с иском о взыскании с Общества                      298 800 000 руб. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору. Исковое заявление принято к производству суда с присвоением делу                             № А56-72747/2020.

Определением от 10.09.2020 Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в порядке части 2 статьи 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) объединил дела № А56-44316/2020 и № А56-72747/2020 в одно производство с присвоением делу номера № А56-44316/2020. 

Компания обратилась в суд со встречным иском о взыскании с Общества                           89 404 613 руб. 70 коп. неосновательного обогащения и 3 212 248 руб. 40 коп. неустойки за период с 31.12.2019 по 18.09.2020.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 05.11.2020 встречное исковое заявление возвращено.

Решением суда первой инстанции от 20.11.2020 исковые требования Общества удовлетворены в полном объеме: с ответчика в пользу истца взыскано 406 933 855 руб. 86 коп., в том числе 103 558 997 руб. 30 коп. неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса по договору, 2 590 389 руб. 67 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами за период с 01.01.2020 по 02.06.2020 с последующим их начислением на сумму 103 558 997 руб. 30 коп., начиная с 03.06.2020 и до момента фактического возврата денежных средств, исходя из ключевой ставки Банка России, действующей в соответствующие периоды, 298 800 000 руб. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору, 1 984 468 руб. 89 коп. убытков в виде расходов, понесенных по страхованию строительно-монтажных рисков.

Постановлением апелляционного суда от 18.02.2021 решение от 20.11.2020 оставлено в этой части без изменения. Производство по апелляционной жалобе Компании в части обжалования определения суда первой инстанции от 05.11.2020 о возвращении встречного иска прекращено. 

В кассационной жалобе Компания, ссылаясь на неправильное применение  судами первой и апелляционной инстанций норм материального права, а также на несоответствие их выводов фактическим обстоятельствам дела, просит отменить решение от 20.11.2020 и постановление от 18.02.2021 и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

По мнению подателя жалобы, суды пришли к необоснованному выводу о том, что ответчиком не доказано выполнение работ по договору на сумму перечисленного аванса. Как указывает Компания, материалами дела, в том числе полученными Обществом односторонними актами от 26.12.2019 № 164, № 168, № 169, не подписанными истцом исключительно по мотиву не предоставления подрядчиком исполнительной документации,  а также отчетами о выполненных работах (промежуточный результат) за период с 25.08.2019 по 18.11.2019, письмом Росприроднадзора от 20.08.2020, свидетельствующим о вводе оборудования в эксплуатацию по акту от 20.01.2020 № 1,  подтверждается  выполнение ответчиком работ по договору до момента его расторжения на сумму, значительно превышающую полученный аванс. Податель жалобы считает, что при использовании заказчиком результата работ, имеющего для него потребительскую ценность, и недоказанности истцом наличия в   работах существенных и неустранимых недостатков, Общество не имело правовых оснований для отказа подрядчику в приемке и оплате работ по цене, обусловленной договором, в том числе в случае  одностороннего отказа от исполнения договора. По мнению Компании, судами в данном случае неверно применены не подлежащие применению к обстоятельствам рассматриваемого спора положения статьи 729 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и, напротив, не применены подлежащие применению нормы пунктов 4 и 6 статьи 753, пункта 4 статьи 453 ГК РФ, необоснованно отказано в удовлетворении ходатайств о проведении по делу судебной строительно- технической экспертизы и истребовании доказательств. Ответчик считает, что эти нарушения привели к принятию неправильных решения и постановления в части взыскания с ответчика неосновательного обогащения и процентов. Поскольку предъявленная Обществом к взысканию за незначительное нарушение подрядчиком срока выполнения работ неустойка в сумме 298 800 000 руб. являлась явно несоразмерной последствиям нарушения  обязательства и свидетельствовала о злоупотреблении истцом правом (статья 10 ГК РФ), податель жалобы считает нарушающим правила статьи 333 ГК РФ и баланс интересов сторон отказ судов в снижении неустойки на основании соответствующего заявления ответчика. Наличие у истца убытков в сумме                            1 984 468 руб. 89 коп ответчик считает недоказанным. Также Компания полагает неправомерным возвращение судом первой инстанции встречного искового заявления ответчика о взыскании задолженности по договору, в  связи с чем просит отменить определение суда первой инстанции от 05.11.2020.

В отзыве на кассационную жалобу и дополнении к нему Общество просит оставить принятые по делу судебные акты без изменения, считая приведенные Компанией доводы несостоятельными.

Определением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 14.07.2021 рассмотрение дела откладывалось на 02.08.2021 на 11 час.20 мин.

После отложения рассмотрение кассационной жалобы Компании продолжено  судом округа в том же судебном составе.

В судебном заседании представитель Общества поддержал свои возражения на кассационную жалобу. 

Компания, надлежащим образом извещенная о времени и месте слушания дела, своих представителей в судебное заседание не направила, что в силу части 3 статьи 284 АПК РФ не является препятствием для рассмотрения кассационной  жалобы в их отсутствие.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как следует из материалов дела, между Обществом (заказчик) и Компанией (подрядчик) 19.07.2019 заключен договор, в соответствии с которым подрядчик  по поручению заказчика обязался выполнить в установленные договором сроки строительно-монтажные работы по проекту «Увеличение выпуска товарной продукции. Техническое перевооружение 1-го потока. Техническое перевооружение сушильного цеха» филиала Общества в г. Усть-Илимске, а также иные работы в объеме и по содержанию, указанные в Технической документации.

Сроки выполнения работ стороны определены в Графике выполнения работ (приложение № 3) и пункте 3.4 договора периодом с 10.07.2019 по 11.11.2019.

При этом нарушение любого из сроков выполнения работ по договору, включая дату начала работ, дату окончания работ, даты начала и окончания работ по каждому из этапов, и любого из промежуточных сроков, указанных в графике выполнения работ, оговорено сторонами в качестве основания для применения к подрядчику мер ответственности за просрочку в соответствии со статьей 8 договора, а также иных мер, предусмотренных договором и (или) законодательством. 

Согласованная сторонами стоимость работ (пункт 10.1) составила                         298 800 000 руб., включая 20% НДС (49 800 000 руб.).

Пунктом 1 приложения № 2 к договору обусловлена выплата подрядчику аванса в размере 15% от стоимости работ (44 820 000 руб.)  в течение 10 рабочих дней с даты подписания договора обеими сторонами и предоставления подрядчиком оригинала счета на оплату.

Кроме того, условиями договора предусматривалось ежемесячное перечисление подрядчику авансовых платежей в размере 78 % от стоимости выполненных работ за отчетный месяц в течение 15 рабочих дней с даты подписания сторонами соответствующих отчетов о выполненных работах и справок о стоимости выполненных работ за отчетный месяц. 

Согласно материалам дела истцом уплачено ответчику в качестве аванса по договору 103 558 997 руб. 30 коп. по платежным поручениям  от 25.07.2019                         № 12718, от 13.09.2019 № 16511, от 02.10.2019 № 17875 (том 1 л.д. 10-11).

Кроме того, во исполнение обязанности, предусмотренной пунктом 9.3 договора, заказчик по платежному поручению от 23.08.2019 № 14886 перечислил подрядчику 1 984 468 руб. 89 коп. в качестве возмещения расходов последнего, понесенных при страховании строительно-монтажных рисков, указанных в приложении № 14 к договору.

Ссылаясь на то, что подрядчик в нарушение условий договора возложенные на него обязательства в установленный срок не исполнил в полном объеме, результат работ заказчику не передал, Общество уведомлением от 19.12.2019 (том 1 л.д. 13-14) в одностороннем порядке с 31.12.2019 отказалось от исполнения договора и потребовало от Компании возврата неотработанного аванса в сумме 103 558 997 руб. 30 коп.

Оставление ответчиком указанного требования и претензии от 17.04.2020 без удовлетворения послужило основанием для обращения Общества в арбитражный суд с иском о взыскании неосновательного обогащения в виде неотработанного аванса, начисленных на эту сумму процентов за пользование чужими денежными средствами, а также неустойки за нарушение сроков выполнения работ и убытков. 

Суды первой и апелляционной инстанций, удовлетворяя исковые требования истца в полном объеме, исходили из того, что отказ от исполнения договора заявлен истцом до передачи подрядчиком результатов работ, а поэтому Компания в силу статьи 729 ГК РФ могла претендовать только на возмещение издержек на выполненную часть работы, однако такого требования не заявила; отказ заказчика от подписания односторонних актов о приемке выполненных работ от 25.12.2019 № 164, № 168, № 169 является обоснованным, поскольку эти акты не сопровождались исполнительной документацией, в отсутствие которой работы по условиям договора считались незавершенными. Заявление ответчика о несоразмерности предъявленной неустойки последствиям нарушения   обязательства и снижении ее размера на основании статьи 333 ГК РФ признано судами не подлежащим удовлетворению.  

Суд кассационной инстанции, изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы, проверив правильность применения судебными инстанциями норм материального и процессуального права, считает выводы судов по существу спора недостаточно обоснованными. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 740 ГК РФ по договору строительного подряда подрядчик обязуется в установленный договором срок построить по заданию заказчика определенный объект либо выполнить иные строительные работы, а заказчик обязуется создать подрядчику необходимые условия для выполнения работ, принять их результат и уплатить обусловленную цену. 

Пунктом 2 статьи 715 ГК РФ предусмотрено право заказчика отказаться от исполнения договора и потребовать возмещения убытков, если подрядчик не приступает своевременно к исполнению договора подряда или выполняет работу настолько медленно, что окончание ее к сроку становится явно невозможным. 

В силу пункта 2 статьи 450.1 ГК РФ в случае одностороннего отказа от договора (исполнения договора) полностью или частично, если такой отказ допускается, договор считается расторгнутым или измененным. 

Как установлено судами и следует из материалов дела, спорный договор расторгнут по инициативе заказчика на основании пункта 2 статьи 715 ГК РФ с 31.12.2019. 

По общему правилу, предусмотренному пунктом 4 статьи 453 ГК РФ, стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента изменения или расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон. 

Только в случае, когда до расторжения или изменения договора одна из сторон, получив от другой стороны исполнение обязательства по договору, не исполнила свое обязательство либо предоставила другой стороне неравноценное исполнение, к отношениям сторон применяются правила об обязательствах вследствие неосновательного обогащения (глава 60), если иное не предусмотрено законом или договором либо не вытекает из существа обязательства.

 В силу пункта 1 статьи 1102 ГК РФ неосновательным обогащением приобретателя признается такое имущество, которое приобретено им без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований. 

В соответствии с приведенными нормами Кодекса заказчик вправе требовать от подрядчика возврата неотработанного аванса в качестве неосновательного обогащения, если к моменту расторжения договора им не получено встречное исполнение обязательства по выполнению работ, равное по стоимости сумме перечисленного аванса.

В рассматриваемом случае суды, установив тот факт, что истцу до даты расторжения договора подрядчиком 30.12.2019 направлены односторонние акты о приемке выполненных работ от 25.12.2019 № 164, 168, 169 на общую сумму 211 492 712 руб. 26 коп. и соответствующие им справки по форме КС-3 (том 1 л.д. 218, 247-283), получение которых заказчиком не отрицалось (письмо от 31.12.2019 № 512, том 1 л.д. 215), пришли к  выводу о том, что ответчик после прекращения договора в силу статьи 729 ГК РФ не вправе претендовать на оплату работ по стоимости, обусловленной договором.

Между тем судами не учтено, что статья 729 ГК РФ, предусматривающая право заказчика требовать передачи результата незавершенной работы при условии компенсации подрядчику произведенных затрат, не регулирует обязанности сторон при прекращении договора до приемки результата работ, а поэтому не может быть применима к обстоятельствам настоящего спора. 

Как разъяснено в пункте 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.06.2014 № 35 «О последствиях расторжения договора», если к моменту расторжения договора, исполняемого по частям, поставленные товары, выполненные работы, оказанные услуги, в том числе по ведению чужого дела (по договору комиссии, доверительного управления и т.п.), не были оплачены, то взыскание задолженности осуществляется согласно условиям расторгнутого договора и положениям закона, регулирующим соответствующие обязательства. При этом сторона сохраняет право на взыскание долга на условиях, установленных договором или законом, регулирующим соответствующие договорные обязательства, а также права, возникшие из обеспечительных сделок, равно как и право требовать возмещения убытков и взыскания неустойки по день фактического исполнения обязательства (пункты 3 и 4 статьи 425 ГК РФ). 

Судами не принято во внимание, что расторжение договора на основании пункта 2 статьи 715 ГК РФ не освобождает заказчика от оплаты работ, фактически выполненных подрядчиком до момента расторжения договора, по правилам статьи 717 ГК РФ, то есть с уплатой подрядчику части установленной цены пропорционально части работы, выполненной до получения извещения об отказе заказчика от исполнения договора.

Иной подход противоречит принципу возмездности договора, установленному статьей 423 ГК РФ, и ведет к неосновательному обогащению самого заказчика, получившего результат работы определенной договором стоимости, но не предоставившего подрядчику встречного эквивалентного исполнения в виде оплаты фактически выполненной работы. 

Из материалов дела следует, что пунктами 11.5.4, 11.5.5  и 11.5.5.1 договора предусматривались обоюдные обязанности сторон при расторжении договора по сдаче-приемке результатов работ, выполненных на дату расторжения договора, и оплате их по цене, определяемой в соответствии со Сводной ведомостью на основании отчетов о выполненных работах и справок КС-3.  

В ходе рассмотрения дела в судах первой и апелляционной инстанций истец, не опровергая самого факта производства ответчиком работ по договору, но настаивая на том, что работы по договору до момента его расторжения не могут считаться выполненными, исходил из того, что надлежащим образом оформленная передача результата работ совместно с исполнительной документацией Компанией до расторжения договора не осуществлена.

Между тем этот довод противоречит имеющимся в материалах дела доказательствам, свидетельствующим о предъявлении ответчиком работ к приемке по односторонним актам от 26.12.2019, а также письмам самого истца от 31.12.2019 № 512 и от 28.02.2020 № ЦО 10100-1/053 (том 1 л.д.117-119).

Пунктом 4 статьи 753 ГК РФ установлена презумпция действительности одностороннего акта сдачи или приемки результата работ, составленного подрядчиком. Такой акт может быть признан судом недействительным лишь в случае, если мотивы отказа от подписания акта признаны им обоснованными (пункт 4 статьи 753 ГК РФ). 

Приведенная норма означает, что оформленный в таком порядке акт является доказательством исполнения подрядчиком обязательства по договору, а при отказе заказчика от оплаты на суд возлагается обязанность рассмотреть доводы заказчика, обосновывающие его отказ от подписания акта приемки результата работ. 

В силу пункта 6 статьи 753 ГК РФ заказчик вправе отказаться от приемки результата работ в случае обнаружения недостатков, которые исключают возможность его использования для указанной в договоре строительного подряда цели и не могут быть устранены подрядчиком или заказчиком. 

Исходя из приведенных норм права именно на Общество в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ возлагалось бремя доказывания обоснованности отказа от приемки работ и подписания представленных ответчиком односторонних актов формы КС-2 от 26.12.2019 и соответствующих справок формы КС-3, свидетельствующих о выполнении Компанией в период действия договора работ на общую сумму 211 492 712 руб. 26 коп.

Как следует из письма Общества от 31.12.2019 № 512 его отказ от подписания спорных актов мотивировался исключительно тем, что Компанией не представлена подрядчиком в установленный в договоре срок исполнительная  документация, а также иная информация, касающаяся эксплуатации или иного использования результата работ (пункт 4.2.3 договора). 

Признавая такой мотив отказа от приемки работ обоснованным и достаточным, суды неправомерно не приняли во внимание то,  что по смыслу положений статьи 726 ГК РФ сам по себе факт не предоставления подрядчиком какой-либо части исполнительной документации не может являться основанием для отказа в приемке и оплате выполненных работ, если заказчик не доказал, что отсутствие такой документации исключает возможность использования результата работ по назначению. 

Между тем таких доказательств Обществом в материалы дела не представлено. Истцом при рассмотрении дела в судах первой и апелляционной инстанций не оспаривалось то обстоятельство, что обусловленный в односторонних актах ответчика результат работ имеет для него потребительскую ценность и не содержит существенных и неустранимых недостатков.

Обществом не отрицалось, что основанная на представленных им же сведений ссылка в письме Росприроднадзора от 20.08.2020 № ОК/12-7376 (том 1 л.д. 147) на завершение 27.12.2019 работ, составляющих предмет спорного договора, и ввод оборудования в опытно-промышленную эксплуатацию  под надзор поставщика по акту от 20.01.2020 № 1 соответствует действительности. 

Более того, в письме от 28.02.2020 № ЦО 10100-1/053 истец, несмотря на упоминаемое им отсутствие исполнительной документации, уведомил подрядчика о приемке выполненных работ по спорному договору в одностороннем порядке в объеме, указанном в составленном самим  заказчиком акте выполненных работ по форме КС-3 от 28.02.2020 и соответствующей справке формы КС-2 (том 1 л.д. 117-119, 196-213) на сумму 103 556 184 руб. 91 коп., то есть на всю сумму перечисленного аванса.

Между тем приведенные доказательства, исключающие взыскание с ответчика неосновательного обогащения в указанной сумме и начисленных на нее процентов за пользование чужими денежными средствами судами по правилам статьи 71 АПК РФ  не исследованы и не получили  правовой оценки. 

Суды неправомерно отказали ответчику, представившему доказательства фактического выполнения и сдачи работ заказчику до расторжения договора, в назначении  по делу строительно-технической экспертизы, применив не подлежащие применению положения статьи 729 ГК РФ, необоснованно не учитывая, что в силу  части 1 статьи 82 АПК РФ и пункта 3 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 "О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе" при возникновении в ходе рассмотрения дела вопросов, для разъяснения которых требуются специальные знания, оценка требований и возражений сторон с учетом статьи 65 АПК РФ о бремени доказывания осуществляется судом без назначения экспертизы только в том случае, когда такое ходатайство не поступило. 

При удовлетворении исковых требований истца о взыскании с ответчика                      298 800 000 руб. неустойки за нарушение сроков выполнения работ по договору и  1 984 468 руб. 89 коп. убытков в виде расходов, понесенных по страхованию строительно-монтажных рисков суды также необоснованно не приняли во внимание  следующее. 

Согласно пункту 1 статьи 708 ГК РФ, если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

В данном случае пунктом 8.8 договора предусматривалось, что в случае нарушения любых сроков выполнения работ, указанных в пункте 34, а также в Графике выполнения работ, включая промежуточные сроки, подрядчик  обязывался уплатить заказчику по требованию последнего неустойку в виде непрерывно текущей пени в размере 0,15 % от цены договора за каждый календарный день просрочки, но в любом случае не менее 50 000 руб. за каждый период нарушения, за который начисляется неустойка, но не более стоимости договора.  

Согласно пункту 3 статьи 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ). 

Если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами и не следует из существа обязательства, выбор способа защиты нарушенного права осуществляется кредитором своей волей и в своем интересе (пункт 2 статьи 1 ГК РФ). Между тем избрание лицом способа защиты своего нарушенного права не должно ущемлять права и законные интересы других лиц. Таким образом, выбор способа защиты нарушенного или оспариваемого права является субъективным правом истца, который должен соответствовать характеру нарушения права и достигать цели его восстановления.

Институт неустойки необходим, чтобы находить баланс между законными интересами кредитора и должника.

В рассматриваемом случае истцом начислена ответчику неустойка за нарушение промежуточных сроков выполнения каждого из видов работ, входящих во 2 – 5 этапы работ согласно Графику их выполнения, в общей сумме 937 186 200 руб. за период с 01.10.2019 по 31.12.2019 (том 2 л.д.17-18),  а к взысканию в судебном порядке предъявлена неустойка в размере                                       298 800 000 руб., равном всей цене договора. 

Поскольку соразмерность суммы неустойки последствиям нарушения  обязательства подразумевает выплату кредитору компенсации за потери, которая будет адекватна нарушенному интересу и соизмерима с ним, пунктом 1 статьи 333 ГК РФ предусмотрена возможность уменьшения в судебном порядке подлежащей уплате неустойки, установленной договором, в случае ее явной несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

Как разъяснено в пункте 70 Постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума № 7),  по смыслу статей 332, 333 ГК РФ, установление в договоре максимального или минимального размера (верхнего или нижнего предела) неустойки не являются препятствием для снижения ее судом. 

Суды, отклоняя ходатайство Компании о применении статьи 333 ГК РФ, не приняли в внимание, что начисленная истцом неустойка за нарушение ответчиком промежуточных сроков выполнения работ за период три месяца и менее в сумме, составляющей цену договора, явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства и может повлечь получение кредитором необоснованной выгоды (пункты 1 и 2 статьи 333 ГК РФ), что в силу пункта 77 Постановления Пленума № 7 является тем исключительным случаем, когда допускается снижение размера договорной неустойки, подлежащей уплате коммерческой организацией, индивидуальным предпринимателем, а равно некоммерческой организацией, нарушившей обязательство при осуществлении ею приносящей доход деятельности.

Применительно к обстоятельствам  настоящего дела вывод судов об отсутствии оснований для снижения неустойки на основании заявления ответчика противоречит нормам материального права (статьи 1 и 333 ГК РФ).

Более того, с ответчика в пользу истца помимо неустойки в размере 298 000 000 руб. судами взысканы убытки в сумме 1 984 468 руб., составляющих сумму компенсации Компании расходов, понесенных при страховании строительно-монтажных рисков (пункт 9.3 договора), возникновение которых Общество связывало с прекращением договора по вине подрядчика.

В соответствии с пунктом 1 статьи 393 ГК РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. 

Если иное не предусмотрено законом или договором, убытки подлежат возмещению в полном размере. При этом возмещение убытков в полном размере означает, что в результате их возмещения кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. (пункт 2 статьи 393 ГК РФ). 

Как разъяснено пунктом 5 Постановления Пленума № 7, по смыслу статей 15 и 393 ГК РФ, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. 

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности и определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства (пункт 5 статьи 393 ГК РФ).

В рассматриваемом случае судами, в полном объеме удовлетворившими требования истца в части взыскания убытков, не дана оценка тому, подлежала  ли обратному возмещению подрядчиком по условиям пункта 9.3 договора  выплаченная ему заказчиком компенсация расходов на страхование строительно-монтажных рисков при условии частичного выполнения подрядчиком работ и в каком размере.

Судами не учтено, что согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 393 ГК РФ кредитор не вправе требовать возмещения убытков в размере большем, чем ему был причинен вред, и необходимом для восстановления его прав нарушением обязательства ответчиком, поскольку кредитор должен быть поставлен в положение, в котором он находился бы, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом. 

В отсутствие правового обоснования взыскания неустойки и убытков в сумме, превышающей цену договора и обеспечивающей соблюдение принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства, принятые по делу судебные акты в указанной части  нельзя признать законными и обоснованными. 

Поскольку установленные судами фактические обстоятельства по делу в части требований истца о взыскании с ответчика неосновательного обогащения, процентов, неустойки и убытков основаны на неполном исследовании доказательств, имеющих существенное значение для правильного рассмотрения спора,  а также на неправильном применении к этим обстоятельствам норм материального права, суд округа на основании пункта 3 части 1 статьи 287, частей 1 и 2 статьи 288 АПК РФ считает принятые по делу судебные акты в данной части подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд первой инстанции в ином судебном составе.

При новом рассмотрении дела в отмененной части суду надлежит с учетом правовой позиции суда кассационной инстанции и ходатайства ответчика разрешить вопрос о необходимости проведения по делу судебной строительно-технической экспертизы; по результатам полного и всестороннего исследования доказательств по делу по правилам статьи 71 АПК РФ и их правовой оценки установить фактические обстоятельства, имеющие значение для существа спора, после чего правильно применив к ним нормы материального права и при соблюдении норм процессуального права принять законное и обоснованное решение.

Доводы Компании в части одновременного обжалования определения суда первой инстанции от 05.11.2020 о возвращении встречного искового заявления подлежат отклонению.

В соответствии с частью 1 статьи 273 АПК РФ предметом кассационного обжалования могут являться  вступившие в законную силу судебные приказы, вынесенные арбитражным судом первой инстанции, решение арбитражного суда первой инстанции, если такое решение было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы. 

В рассматриваемом случае определение суда первой инстанции от 05.11.2020, которое в соответствии с частями  1 и 3 статьи 188 АПК РФ могло быть обжаловано в суд апелляционной инстанции отдельно от обжалования судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу, в срок, не превышающий месяца со дня вынесения определения, Компанией в указанном порядке не обжаловалось.

Поскольку установленный статьей 188 АПК РФ процессуальный срок был ответчиком пропущен, а ходатайство о восстановлении срока в части обжалования определения от 05.11.2020 Компанией в апелляционной жалобе, поданной на решение суда от  20.11.2020, не заявлялось, суд апелляционной инстанции постановлением от 18.02.2021 правомерно прекратил производство по апелляционной жалобе в этой части.

Учитывая, что жалоба на определение от 05.11.2020 по существу судом апелляционной инстанции не рассматривалась, это определение  в силу части 5 статьи 188 и части 1 статьи 273 не может являться предметом обжалования в кассационном порядке.

Доводов в отношении неправильного применения апелляционным судом норм процессуального права в части прекращения производства по апелляционной жалобе в кассационной жалобе Компании не содержится.

При указанных обстоятельствах правовых оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции от 18.02.2021 в указанной части суд округа не усматривает.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьей 286, пунктами 1 и 3 части 1 статьи 287, статьей 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа, 

                                              п о с т а н о в и л:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.11.2020 и постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 по делу № А56-44316/2020 отменить в части взыскания   с акционерного общества «Антикор» в пользу  акционерного общества «Группа «Илим» 406 933 855 руб. 86 коп., в том числе 103 558 997 руб. 30 коп. неосновательного обогащения, 2 590 389 руб. 67 коп. процентов за пользование чужими денежными средствами, 298 800 000 руб. неустойки, 1 984 468 руб. 89 коп. убытков.

Дело в отмененной части направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в ином судебном составе.

В остальной части  постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 18.02.2021 по делу № А56-44316/2020 оставить без изменения.

 

Председательствующий

Л.И. Корабухина

 

Судьи

Е.Н. Александрова

О.Р. Журавлева