ВТОРОЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

610007, г. Киров, ул. Хлыновская, 3,http://2aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело № А82-16550/2016

22 апреля 2022 года

г. Киров

 

Резолютивная часть постановления объявлена 19 апреля 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 22 апреля 2022 года.

Второй арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего Караваева И.В.,

судейШаклеиной Е.В., ФИО1,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО2,

без участия представителей лиц, участвующих в деле,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО3

на определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.12.2021 по делу № А82-16550/2016

по заявлению конкурсного управляющего ФИО4 к ФИО3

о привлечении к субсидиарной ответственности и взыскании в пользу должника 2 091 013,88 руб.

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гео» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Гео» (далее – ООО «Гео», должник) конкурсный управляющий должника ФИО4 (далее – конкурсный управляющий) обратилась в суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО3 (далее – ФИО3, ответчик, заявитель), взыскании с ФИО3 в пользу должника 415066,24 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2019 (резолютивная часть определения оглашена 20.03.2019) в удовлетворении заявления конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ГЕО» ФИО4 отказано.

Постановлением Второго Арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 (резолютивная часть постановления оглашена 05.08.2019) определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2019 оставлено без изменений, а апелляционная жалоба конкурсного управляющего ООО «ГЕО» ФИО4 – без удовлетворения.

Постановлением Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 04.12.2019 по делу №А82-16550/2016 отменены определение Арбитражного суда Ярославской области от 27.03.2019 и постановление Второго арбитражного апелляционного суда от 06.08.2019 по делу № А82-16550/2016, дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ярославской области.

Конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса уточнил требования в части взыскиваемой суммы, просит привлечь ФИО3 к субсидиарной ответственности и взыскать с него в пользу должника 2 091 013,88 руб.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 24.12.2021 признано доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя ООО «Гео» ФИО3 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов, рассмотрение заявления конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующего должника лица ФИО3 приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

ФИО3 с принятым определением суда не согласен, обратился во Второй арбитражный апелляционный суд с жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции отменить, принять по делу новый судебный акт, отказав в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

В обоснование жалобы ФИО3 указывает, что в отношении материальных внеоборотных активов в размере 25 000 рублей и запасов в размере 100 000 рублей ФИО3. пояснял, что по указанным строкам баланса отражены многофункциональные устройства, ксероксы и катриджи к ним, которые переданы конкурсному управляющему. В отношении нематериальных финансовых и других внеоборотных активов в размере 275 000 рублей ФИО3. неоднократно указывал, что по данной строке баланса отражены расходы по уплате членских взносов участия в СРО, которые были уплачены в размере 300000 рублей, и после окончания членства в СРО не вовращаются. Ответчик отмечает, что ООО «ГЕО» является лицом, осуществляющим выполнение работ по инженерным изысканиям, должник признал взнос в компенсационный фонд СРО в качестве нематериального актива с неопределенным сроком полезного использования. По мнению заявителя, суд не учел, что нарушение правил формирования в бухгалтерском учете и бухгалтерской отчетности информации о нематериальных активах организации, являющейся юридическим лицом по законодательству РФ, не является доказательством неправомерного действия и (или) бездействия контролирующего должника лица, которые привели к невозможности полного погашения требований кредиторов. Как указал ФИО3 по сроке 1170 в балансах за 2015 и 2016 г.г. ошибочно была внесена запись в 275 000 руб. Она должна быть 300000 руб. ФИО3 ссылается на то, что конкурсный управляющий в лице своего представителя признал отражение в бухгалтерском учете и бухгалтерской отчетности информации о нематериальных активах организации как взносы, подлежащие уплате при вступлении в СРО. ФИО3 ссылаясь на заключение специалиста, отмечает, что срок исковой давности в размере 950 тыс. руб. истек в 2017 году, срок исковой давности в размере 20 тыс. руб. истек в 2018 году. Таким образом, по состоянию на 31 декабря финансового года данная дебиторская задолженность должна быть списана и отнесена на расходы организации. Относительно дебиторской задолженности ответчик указывает, что в п. 3.1. муниципального контракта № 11 от 02.09.2013 г. стороны согласовали условие, согласно которому цена контракта составляет 1 800 000 рублей с учетом расходов на перевозку, инженерные изыскания, получение положительного заключения госэкспертизы, налогов и других обязательных платежей. Часть работ (позиции 2, 3, 4, 5, 6, 7 и 8), включенных в итоговый акт приема-передачи документов сданы Заказчику в 2014 г. на сумму 1 100 000 рублей по акту приема-передачи № 1. Указанный акт у ФИО3. отсутствует, конкурсный управляющий у Заказчика его не запросил, какие-либо документы, связанные с оплатой всего Контракта у Заказчика также не запросил. Из сказанного следует, что вывод суда об отсутствии задолженности на 31.12.2014у Управления ЖКХ Администрации Угличского MP сделан при неправильном установлении юридически значимых обстоятельств и толковании условий договора. Также заявитель указывает, что сведения обо всех контрагентах ООО «ГЕО» как исполнителя указанных видов работ в обязательном порядке имеются в Государственном автономном учреждении Ярославской области «Государственная экспертиза в строительстве», однако, какой-либо информации о контрагентах должника у экспертной организации конкурсный управляющий не запрашивал, соответствие ее сведениям, предоставленным ФИО3, не производил.

Определение Второго арбитражного апелляционного суда о принятии апелляционной жалобы к производству вынесено 25.02.2022 и размещено в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 26.02.2022.

Стороны явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, о времени и месте судебного заседания извещены надлежащим образом.

В соответствии со статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дело рассматривается в отсутствие представителей сторон.

Законность определения Арбитражного суда Ярославской области проверена Вторым арбитражным апелляционным судом в порядке, установленном статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

Как следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Ярославской области от 07.08.2017 (резолютивная часть от 31.07.2017) общество с ограниченной ответственностью «ГЕО» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство.

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 07.08.2017 (резолютивная часть от 31.07.2017) конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4.

Согласно сведениям о юридическом лице из Единого государственного реестра юридических лиц директором ООО «ГЕО» на дату открытия конкурсного производства в отношении ООО «ГЕО» - 31.07.2017 - являлся ФИО3, представлено решение №3 единственного участника общества о назначении на должность от 03.11.2011.

В соответствии с годовой бухгалтерской отчетностью должника за 2016 год у организации имелись материальные внеоборотные активы в сумме 25 000 руб., нематериальные финансовые и другие внеоборотные активы на сумму 275 000 руб., запасы в сумме 100 000 руб., финансовые и другие оборотные активы в сумме 970 000 руб. (т. 1 л.д. 36).

Определением Арбитражного суда Ярославской области от 19.10.2017 суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего, обязал бывшего руководителя ООО «ГЕО» ФИО3 передать конкурсному управляющему ООО «ГЕО» ФИО4 в течение 3-х дней по акту приема-передачи оригиналы бухгалтерской и иной документации должника, печати, штампы, материальные и иные ценности общества.

14.11.2017 бывшим руководителем ФИО3 переданы по акту приема-передачи налоговые декларации по налогу, уплаченному в связи с применением упрощенной системы налогообложения, за 2014, 2015, 2016 г.г, бухгалтерская (финансовая отчетность) за 2014, 2015 г.г. , бухгалтерский баланс за 2016 г., регистрационные и учредительные документы, печать организации (т. 1, л.д. 96).

Конкурсный управляющий, указав, что ФИО3 до настоящего времени определение Арбитражного суда Ярославской области от 19.10.2017 не исполнил, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Исследовав материалы дела, изучив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции не нашел оснований для отмены или изменения определения суда исходя из нижеследующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ) Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

По пункту 3 статьи 4 Закона № 266-ФЗ рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с 1 июля 2017 года, производится по правилам Федерального закона от 26 октября 2002 года № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

Общие правила действия процессуального закона во времени приведены в части 4 статьи 3 АПК РФ, согласно которому судопроизводство в арбитражных судах осуществляется в соответствии с федеральными законами, действующими во время разрешения спора и рассмотрения дела, совершения отдельного процессуального действия или исполнения судебного акта.

Однако действие норм материального права во времени подчиняется иным правилам - пункт 1 статьи 4 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), в соответствии с которым акты гражданского законодательства не имеют обратной силы и применяются к отношениям, возникшим после введения их в действие. Действие закона распространяется на отношения, возникшие до введения его в действие, только в случаях, когда это прямо предусмотрено законом.

Заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности подано в арбитражный суд после 01.07.2017 (а именно 13.03.2018), обязанность передать документацию возникла у ФИО3 с момента вынесения решения суда о признании должника несостоятельным (банкротом) - 07.08.2017 (резолютивная часть объявлена 31.07.2017).

Таким образом, при рассмотрении данного спора подлежат применению процессуальные и материальные нормы Закона о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ.

В соответствии со статьей 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Материалами дела подтверждается, что ФИО3 на дату введения конкурсного производства в отношении должника являлся руководителем ООО «Гео», соответственно обладал статусом контролирующего лица должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В пункте 2 этой же статьи указано, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств, в том числе документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Таким образом, по смыслу пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве негативным последствием отсутствия у конкурсного управляющего документов должника является невозможность осуществления мероприятий по формированию конкурсной массы.

При этом само по себе наличие презумпций (вины, причинно-следственной связи и т.д.) означает лишь определенное распределение бремени доказывания между участниками спора, что не исключает ни право ответчика на опровержение приведенных заявителем доводов, ни обязанности суда исследовать и устанавливать наличие всей совокупности элементов, необходимых для привлечения ответчиков к ответственности.

Как разъяснено в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53) лицо, обратившееся в суд с требованием о привлечении к субсидиарной ответственности, должно представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. В свою очередь, привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. При этом под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в частности, невозможность определения и идентификации основных активов должника.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2017 № 305-ЭС17-9683, для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по конкурсному управляющему необходимо доказать, что отсутствие документации должника либо отсутствие в ней полной и достоверной информации существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе невозможность выявления активов должника.

В материалы дела представлена годовая бухгалтерская отчетность должника за 2016 год, согласно которой у организации имелись материальные внеоборотные активы в сумме 25 000 руб., нематериальные финансовые и другие внеоборотные активы на сумму 275 000 руб., запасы в сумме 100 000 руб., финансовые и другие оборотные активы в сумме 970 000 руб. (т. 1 л.д. 36).

В ходе рассмотрения дела в суде 09.04.2021 ответчик передал конкурсному управляющему согласно списку передаваемого оборудования лазерное цветное многофункциональное устройство Хerox PHASER 6110, числящееся в качестве основного средства согласно инвентарной карточке учета объекта основных средств, а также МФУ Хerox 5020, МФУ Хerox 7760, МФУ LaserJet M1522, МФУ LaserJet, МФУ Color LaserJet CM 1312 и 4 картриджа к МФУ HP (т. 4 л.д. 10). 

Ответчик представил также материальный отчет по счету 10 «Материалы», согласно которому переданные МФУ LaserJet M1522, МФУ Color LaserJet CM 1312 и 4 картриджа числились на конец 2016 г. в составе запасов (т. 3 л.д. 68). 

Переданные МФУ Хerox 5020, МФУ Хerox 7760, МФУ LaserJet не указаны в материальном отчете по счету 10 «Материалы».

Как верно отметил суд первой инстанции, в материальном отчете по счету 10 «Материалы» указаны и не переданы сейф и один картридж. На непередачу сейфа также указывает конкурсный управляющий в своих пояснениях (т. 4 л.д. 48 об.).

Таким образом, ответчик передал конкурсному управляющему основные средства должника (многофункциональные устройства, относящиеся по своим характеристикам к основным средствам) и запасы (картриджи), за исключением вышеуказанного имущества.

Поскольку не передан сейф и картридж, утверждение ответчика о передаче имущества в полном объеме, не соответствует материалам дела.

Относительно финансовых активов, отраженных в балансе за 2016 год в сумме 275 000 руб., судом установлено следующее.

Ответчик представил бухгалтерскую справку (т. 3 л.д. 35), выписку из главной книги по счету 04 «Нематериальные активы» (т. 3 л.д. 38), свидетельства о допуске к определенному виду работ, которые оказывают влияние на безопасность объектов капитального строительства, от 18.12.2012 и от 21.08.2014 (т. 3 л.д. 36-37), и указывает, что суммы взносов в компенсационные фонды СРО в общем размере 300 000 руб. были отражены по счету 04 «Нематериальные активы». 

Ответчик фактически обосновывает отражение взносов в СРО в качестве нематериальных активов получением ООО «Гео» в результате уплаты взносов свидетельств о допуске, выполнение работ на основании которых будет приносить организации доход.

Условия признания в бухгалтерском учете объекта в качестве нематериального актива перечислены в п. 3 ПБУ 14/2007 «Учет нематериальных активов», утвержденного Приказом Минфина России от 27.12.2007 № 153н.

Для принятия к бухгалтерскому учету объекта в качестве нематериального актива необходимо единовременное выполнение нескольких условий, одним из условий, согласно подпункту «б» пункта 3 вышеуказанного документа, поименовано следующее: организация имеет право на получение экономических выгод, которые данный объект способен приносить в будущем (в том числе организация имеет надлежаще оформленные документы, подтверждающие существование самого актива и права данной организации на результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации - патенты, свидетельства, другие охранные документы, договор об отчуждении исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, документы, подтверждающие переход исключительного права без договора и т.п.), а также имеются ограничения доступа иных лиц к таким экономическим выгодам (далее - контроль над объектом).

Суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что взносы в СРО не отвечают признакам НМА, в частности, не могут быть отчуждены и не участвуют в гражданском обороте, таким образом, в связи с участием в СРО у организации не образуется нематериального актива, т.к. любая организация при условии выполнения определенных требований вправе вступить в СРО и получить свидетельство о допуске к работам.

Оснований для признания обоснованным утверждения ответчика о том, что по счету 04 был отражен взнос в СРО в качестве нематериального актива судебная коллегия также не усматривает.

Более того, даже если принять во внимание доводы ответчика о том, что данный актив был учтен ошибочно, общий размер взносов в компенсационные фонды (300 000 руб.) в любом случае превышает размер нематериальных активов по балансу (275 000 руб.).

Таким образом, отнесение взносов в компенсационные фонды СРО к нематериальным активам ответчиком, вопреки положениям статьи 65 АПК РФ, ответчиком не доказано, иные активы, которые могли быть учтены в данной строке баланса, суду не раскрыты.

Относительно финансовых и других оборотных активов в сумме 970 000 руб. судом установлено следующее.

Ответчиком не оспаривается, что указанные активы являлись дебиторской задолженностью.

Аналогичный вывод также сделан в заключении специалиста, представленном в материалы дела (т. 4 л.д. 18).

Таким образом, согласно бухгалтерским балансам общества по состоянию на 31.12.2014 дебиторская задолженность составляла 950 000 руб., на 31.12.2015 – 970 000 руб., на 31.12.2016 – 970 000 руб.

Применительно к дебиторской задолженности, отраженной в балансе за 2016 год в сумме 970 000 руб., ответчик, в том числе в апелляционной жалобе, пояснял, что она возникла по следующим контрактам: 

700 000 руб. по муниципальному контракту от 02.09.2013 № 11 с Управлением ЖКК Администрации Угличского МР,

248 888 руб. по муниципальному контракту от 30.10.2013 № 03-3К-2013 с МУ «КС ЖКХ и ТП Некрасовского МР»,

20 000 руб. по договору от 03.08.2015 № 31/15-1 с ООО «Ярославский проектно-изыскательский институт мелиорации и водного хозяйства» (акт приема-передачи результатов работ сформирован ошибочно, работы не выполнялись).

Однако задолженность в сумме 700 000 руб. за выполненные ООО «ГЕО» работы по муниципальному контракту от 02.09.2013 № 11 с Управлением ЖКК Администрации Угличского МР погашена в течение 2015 года в полном объеме платежными поручениями от 09.06.2015 и от 17.06.2015 (т. 3 л.д. 41-42).

Задолженность в сумме 248 888 руб. за выполненные ООО «ГЕО» работы по муниципальному контракту от 30.10.2013 № 03-3К-2013 с МУ «КС ЖКХ и ТП Некрасовского МР» погашена в течение 2015 года в полном объеме платежным поручением от 01.06.2015 (т. 3 л.д. 39).

Таким образом, как обоснованно отметил суд первой инстанции, задолженность по обоим названным контрактам была погашена в 2015 году и не могла сформировать дебиторскую задолженность, отраженную в балансах за 2015 и 2016 годы (по состоянию на 31.12.2015 и на 31.12.2016).

Общая сумма долга по данным договорам составляет 948 000 руб. и не соотносится с данными бухгалтерских балансов.

По муниципальному контракту от 02.09.2013 № 11 с Управлением ЖКК Администрации Угличского МР работы были выполнены в 2015 году, их результаты переданы по акту приема-передачи документов от 14.04.2015 и акту приема выполненных работ № 2 от 14.04.2015 (т. 3 л.д. 53).

В акте приема выполненных работ № 2 от 14.04.2015 указано, что стоимость работ по настоящему муниципальному контракту составляет 700000 руб. 

ФИО3, ссылаясь на условия муниципального контракта от 02.09.2013 № 11 указывает, что часть работ (позиции 2, 3, 4, 5, 6, 7 и 8), включенных в итоговый акт приема-передачи документов были сданы Заказчику в 2014 г. на сумму 1 100 000 рублей по акту приема-передачи № 1.

Однако сам акт приема-передачи № 1 в материалы дела ФИО3 не представлен, в связи с чем установить факт выполнения работ не представляется возможным, равно как и не представлено сведений о выполнении и об оплате иных работ, входящих в предмет муниципального контракта. 

В отсутствие такого акта взыскание дебиторской задолженности по нему очевидно затруднено.

Довод о том, что управляющий соответствующий судебный акт не запрашивал, является несостоятельным, поскольку законом обязанность передать документацию возложена на ответчика.

При этом судебная коллегия отмечает, что сумма задолженности 1 100 000 руб., которая, как полагает заявитель, образовалась в 2014 году, превышает, отраженную в балансе сумму дебиторской задолженности на 31.12.2014 (950 000 руб.), что также не подтверждает довод ответчика.

Доводы заявителя в любом случае не раскрывают состава дебиторской задолженности должника, отраженной в бухгалтерском балансе на 31.12.2016, предшествовавшем введению в отношении должника процедуры конкурсного производства.

Необходимые для уяснения состава дебиторской задолженности по состоянию на 31.12.2016 расшифровки дебиторской задолженности отсутствуют, как и первичные учетные документы, подтверждающие ее обоснованность и обуславливающие возможность проведения претензионно-исковой работы по ней.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что документов, позволяющих достоверно установить основания образования дебиторской задолженности, отраженной в бухгалтерских балансах по состоянию на 31.12.2014, 31.12.2015, 31.12.2016, ответчиком не представлено, а отношение представленных ответчиком документов к указанной в балансе за 2016 год непогашенной дебиторской задолженности является недоказанным.

Непредставление ФИО3 регистров бухгалтерского учета и первичных документов, раскрывающих содержание основного актива общества – дебиторской задолженности на сумму 970 000 руб., которая была отражена в бухгалтерской отчетности должника по состоянию на 31.12.2016, привело к невозможности формирования конкурсной массы с целью расчетов с кредиторами, невозможности провести работу по взысканию дебиторской задолженности, истребованию материальных ценностей в случае необходимости у третьих лиц и выявлению подозрительных сделок. 

Таким образом, как верно отметил суд первой инстанции, требования кредиторов должника не были полностью удовлетворены в ходе конкурсного производства в связи с отсутствием возможности формирования конкурсной массы по причине не передачи ответчиком документации по финансово-хозяйственной деятельности общества.

При таких обстоятельствах непередача ФИО3 документации конкурсному управляющему должника существенно затруднила проведение процедур банкротства.

В связи с изложенным суд первой инстанции обоснованно признал доказанным наличие оснований для привлечения бывшего руководителя общества ФИО3 к субсидиарной ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов.

Судебная коллегия отмечает, что указание ФИО3 на истечение срока исковой давности для взыскания дебиторской задолженности по непереданной документации не освобождает его от обязанности передать документацию конкурсному управляющему.

В отсутствие необходимой первичной документации по дебиторской задолженности и иным активам должника управляющий лишен возможности самостоятельно принять решение о целесообразности ее взыскания с учетом сроков давности, и в случае нецелесообразности – проанализировать причины пропуска и предъявить требования к виновным лицам.

Таким образом, судебный акт принят судом первой инстанции при правильном применении норм права, с учетом конкретных обстоятельств дела, оснований для удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Нарушений норм процессуального права, влекущих безусловную отмену судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Согласно статье 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации при подаче апелляционной жалобы по данной категории дел государственная пошлина не уплачивается. 

Руководствуясь статьями 258, 268 – 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Второй арбитражный апелляционный суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Ярославской области от 24.12.2021 по делу № А82-16550/2016 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в течение одного месяца со дня его принятия через Арбитражный суд Ярославской области.

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий 

И.В. Караваев

 

Судьи  

ФИО5

ФИО1