ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-25754/2021

город Ростов-на-Дону

30 июля 2023 года

15АП-9202/2023

                                                                                                                                15АП-9443/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 26 июля 2023 года

Полный текст постановления изготовлен 30 июля 2023 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Сурмаляна Г.А.,

судей Деминой Я.А., Долговой М.Ю.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1,

при участии:

от общества с ограниченной ответственностью "Интек": представитель по доверенности от 01.07.2022 ФИО2,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы общества с ограниченной ответственностью "Интек" и финансового управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2023 по делу № А32-25754/2021 по заявлению финансового управляющего о признании сделки недействительной, применении последствий недействительности сделки, по заявлению ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника в рамках дела несостоятельности (банкротстве) ФИО5

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 (далее также - должник) в Арбитражный суд Краснодарского края обратился финансовый управляющий должника ФИО3 (далее также – финансовый управляющий) с заявлением о признании недействительным договора займа от 24.05.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки, также обратился ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов должника.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2023 в удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании сделки недействительной отказано. Требование ФИО4 в сумме 10000000 руб. основного долга, 8965753,42 руб. процентов за пользование займом, включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника. Заявление в части включения в реестр в сумме 8200 руб. расходов на уплату государственной пошлины оставлено без рассмотрения.

Не согласившись с принятым судебным актом, финансовый управляющий ФИО3 и конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью "Интек" обжаловали определение суда первой инстанции от 18.05.2023 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просили обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба общества с ограниченной ответственностью "Интек" мотивирована тем, что определение суда первой инстанции является незаконным и необоснованным. По мнению подателя апелляционной жалобы, ссылка ФИО4 на решение Прикубанкского районного суда г. Краснодара от 24.12.2021 является необоснованной, так как указанным решением не исследовались обстоятельства дела, а именно, не указано на отсутствие объективных доказательств, подтверждающих, что сумма займа в заявленном размере действительно была передана. Передача денежных средств путем оформления договора займа является мнимой сделкой, с целью причинения вреда кредиторам. Акт приема-передачи денежных средств, на которых ссылается ФИО4, не может являться объективным доказательством исполнения обязательств в выдаче займа. Источник поступления денежных средств в указанной сумме ФИО4 не раскрыт.

Апелляционная жалоба финансового управляющего мотивирована тем, что выводы суда первой инстанции о реальности договора займа противоречат фактическим обстоятельствам дела. По мнению подателя апелляционной жалобы, договор займа от 24.05.2018 является мнимой сделкой, денежные средства по договору переданы не были, обязательств по возврату займа у ФИО5 не возникло. Подписание акта приема передачи не может быть достаточным объективным доказательством передачи денежных средств, так как стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение. Вывод суда первой инстанции о преюдициальности решения районного суда не соответствует положениям законодательства и судебной практике. Судом первой инстанции также не дана оценка доводу об аффилированности сторон сделки, на которой основано требование.

В связи с нахождением судьи Шимбаревой Н.В. в очередном трудовом отпуске определением и.о. председателя коллегии по рассмотрению споров, возникающих из административных правоотношений от 26.07.2023, в порядке статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена судьи Шимбаревой Н.В. на судью Долгову М.Ю.

В соответствии с частью 5 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение апелляционной жалобы произведено с самого начала.

В отзыве на апелляционную жалобу ПАО Банк "Финансовая Корпорация Открытие" просило определение суда первой инстанции отменить, апелляционную жалобу финансового управляющего удовлетворить, отказать в удовлетворении заявления ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов должника, признать недействительным договор займа от 24.05.2018.

В судебном заседании представитель ООО "Интек" поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение отменить.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения дела, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями части 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации признал возможным рассмотреть апелляционные жалобы без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционных жалоб, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционные жалобы не подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, публичное акционерное общество банк "ФК Открытие" обратилось в Арбитражный суд Краснодарского края с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО5 несостоятельной (банкротом).

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 11.06.2021 заявление принято, возбуждено производство по делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.03.2022 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.06.2022 суд перешел к рассмотрению дела по правилам, установленным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.07.2022 определение Арбитражного суда Краснодарского края от 15.03.2022 отменено. Индивидуальный предприниматель ФИО5 признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим должника утвержден ФИО3. Требования банка включены в третью очередь реестра требований кредиторов должника в размере 14287807,80 руб., в том числе 8250 тыс. руб. основного долга, 1220937,54 руб. процентов, а также отдельно сумма неустойки в размере 4816870,26 руб.

23.03.2022 в Арбитражный суд Краснодарского края обратился ФИО4 с заявлением о включении требования в реестр требований кредиторов должника. Требование основано на решении Прикубанского районного суда города Краснодара от 24.12.2021 по делу № 2-12212/2021, которым с ФИО5 в пользу ФИО4 взысканы задолженность по договору займа от 24.05.2018 в сумме 10000000 руб. основного долга, процентов за пользование заемными средствами за период с 25.05.2018 по 24.12.2021 в сумме 8965753,42 руб., 380821 руб. процентов в соответствии со статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также расходы по государственной пошлине в сумме 8200 руб.

Определением Арбитражного суда Краснодарского края от 15.04.2022 заявление принято к производству.

07.02.2023 посредством электронного отправления от финансового управляющего должника ФИО3 также в канцелярию суда поступило встречное заявление о признании недействительным договора займа от 24.05.2018, заключенного между ФИО5 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки.

По мнению финансового управляющего, сделка совершена безвозмездно с целью причинения вреда кредиторам, сослался на положения статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Заявление принято к производству для совместного рассмотрения.

14.02.2023 ФИО4 уточнил заявленные требования в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, просил суд включить в третью очередь реестра требований кредиторов должника требование в сумме 10000000 руб. основного долга, 8965753,42 руб. процентов за пользование заемными средствами в сумме, 8200 руб. расходов по государственной пошлине.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названного Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

По смыслу правовой позиции, изложенной в абзаце 3 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", периоды предпочтительности и подозрительности исчисляются с момента возбуждения дела о банкротстве на основании заявления первого кредитора даже независимо от того, что обоснованным может быть признано только следующее заявление, поданное в рамках указанного дела.

Данная правовая позиция нашла отражение и в судебной практике, что подтверждается определением Верховного Суда Российской Федерации от 23.10.2018 N308-ЭС18-16378 по делу N А63-5243/2016.

Как указано выше, настоящее дело о банкротстве возбуждено 11.06.2021, оспариваемая сделка заключена 24.05.2018, то есть за пределами трехлетнего срока подозрительности.

Предусмотренный законом трехлетний период подозрительности не является сроком исковой давности.

При рассмотрении требования о признании сделки недействительной на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве суд независимо от доводов и возражений участников спора обязан проверить, совершена ли оспариваемая сделка в пределах указанного срока. Сделка, совершенная за пределами трехлетнего срока, не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным в главе III.1 Закона о банкротстве.

Таким образом, в рассматриваемом случае спорная сделка не может быть оспорена по специальным банкротным основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из заявления, финансовый управляющий должника указывает на то, что оспариваемый договор является недействительной (мнимой) сделкой на основании статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В абзаце 4 пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 63) разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - постановление N 25), если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы (разъяснения пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 N 32 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - постановление N 32).

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 22.03.2012 по делу N 6136/11, мнимые сделки относятся к категории ничтожных, поэтому такие сделки недействительны на основании положений пункта 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации независимо от признания их судом. В этой связи суд может констатировать факт недействительности ничтожной сделки не только в рамках отдельного искового производства, но и при рассмотрении иных споров, если придет к выводу о том, что недействительность сделки может непосредственно повлиять на его выводы по упомянутым делам.

С учетом вышеизложенного, при рассмотрении настоящего обособленного спора суд первой инстанции оценил позицию финансового управляющего должника относительно мнимости заключения договора займа, исходя из имеющихся в материалах дела доказательств.

В силу статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка недействительна по основаниям, установленным названным кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка). Требование о признании оспоримой сделки недействительной может быть предъявлено лицами, указанными в настоящем Кодексе. Требование о применении последствий недействительности ничтожной сделки может быть предъявлено любым заинтересованным лицом. Суд вправе применить такие последствия по собственной инициативе.

Согласно пункту 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Сделка является мнимой в том случае, если уже в момент ее совершения воля обеих сторон не была направлена на возникновение, изменение, прекращение соответствующих гражданских прав и обязанностей.

Обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения.

Юридически значимым обстоятельством, подлежащим установлению при рассмотрении требования о признании той или иной сделки мнимой, является установление того, имелось ли у каждой стороны сделки намерение исполнять соответствующую сделку.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 25.07.2016 по делу N 305-ЭС16-2411, фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей. Реальной целью мнимой сделки может быть, например, искусственное создание задолженности стороны сделки перед другой стороной для последующего инициирования процедуры банкротства и участия в распределении имущества должника.

В то же время для этой категории ничтожных сделок определения точной цели не требуется. Установление факта того, что стороны на самом деле не имели намерения на возникновение, изменение, прекращение гражданских прав и обязанностей, обычно порождаемых такой сделкой, является достаточным для квалификации сделки как ничтожной.

Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Поэтому факт расхождения волеизъявления с волей устанавливается судом путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Обстоятельства устанавливаются на основе оценки совокупности согласующихся между собой доказательств. Доказательства, обосновывающие требования и возражения, представляются в суд лицами, участвующими в деле, и суд не вправе уклониться от их оценки (статьи 65, 168, 170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В обоснование мнимости сделки стороне необходимо доказать, что при ее совершении подлинная воля сторон не была направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при совершении данной сделки.

Обе стороны мнимой сделки стремятся к сокрытию ее действительного смысла. Совершая сделку лишь для вида, стороны правильно оформляют все документы, но создать реальные правовые последствия не стремятся. Расхождение волеизъявления с волей устанавливает суд путем анализа фактических обстоятельств, подтверждающих реальность намерений сторон. Для этого суду необходимо оценить совокупность согласующихся между собой доказательств, которые представляют лица, участвующие в деле (определение Верховного Суда Российской Федерации от 29.10.2018 N 308-ЭС18-9470 по делу N А32-42517/2015).

Реально исполненный договор не может быть признан мнимой или притворной сделкой (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.11.2005 N 2521/05).

Из материалов дела следует, что 24 мая 2018 года между ФИО4 (далее также – займодавец) и ФИО5 (далее также – заемщик) заключен договор займа.

В соответствии с пунктом 1.1 договора, займодавец передает в собственность заемщику денежные средства в размере 10000000 руб., а заемщик обязуется возвратить займодавцу сумму займа по истечении срока, указанного в пункте 1.2 договора.

В соответствии с пунктом 1.2 договора, заем предоставляется сроком на 3 (три) года: до 24.05.2021.

В соответствии с пунктом 1.3 договора, проценты на сумму займа составляют 25% (двадцать пять процентов) годовых.

В соответствии с пунктом 2.3 договора, передача денежных средств осуществляется займодавцем заемщику в момент подписания акта приема-передачи денежных средств. 

В соответствии с актом приема-передачи денежных средств по договору займа от 24.05.2018 ФИО5 подтвердила, что получила от ФИО4 денежные средства в размере 10000000 руб. по договору займа от 24.05.2018.

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Исходя из положений указанных норм права, передача заимодавцем заемщику суммы займа является основным и необходимым условием заключения договора займа, являющегося реальным договором.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором (статья 810 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Заемщик вправе оспаривать договор займа по его безденежности, доказывая, что деньги или другие вещи в действительности не получены им от займодавца или получены в меньшем количестве, чем указано в договоре (пункта 1 статьи 812 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Из приведенных норм права следует, что договор займа является реальной сделкой и считается заключенным с момента передачи денег. Таким образом, предметом доказывания по настоящему требованию является установление факта предоставления заемщику денежных средств, в соответствии с условиями заключенного договора.

Исходя из правовой позиции, изложенной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 18.10.2012 N 7204/12 по делу N А70-5326/2011, определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.07.2016 N 305-ЭС16-2411, при поступлении возражений суд должен осуществлять проверку, следуя принципу установления достаточных доказательств наличия или отсутствия фактических отношений.

При оценке достоверности факта наличия требования, суду надлежит учитывать среди прочего следующее: обстоятельства и факты, свидетельствующие о заключении и действительности договора; оценка лиц, заключивших договор, анализ документов о финансово-хозяйственной деятельности сторон договора, отражалась ли сделка в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности, установление экономической оправданности совершаемых сделок (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного суда РФ, Верховного суда РФ от 15.09.2016 N 308-ЭС16-7060, N А32-16155/2011).

В соответствии с правовым подходом, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 N 35 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве" такая проверка производится, в частности, посредством исследования, позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

В качестве финансовой возможности ФИО4 в материалы дела представлена справка, выданная АО "Альфа-Банк", в соответствии с которой 08.05.2018 произведена выдача наличных денежных средств со счета в размере 38207770 руб.

В силу статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Частью 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Финансовым управляющим не была опровергнута презумпция добросовестного осуществления ответчиком своих гражданских прав (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Как следует из представленных в материалы настоящего обособленного спора, указанная спорная задолженность была взыскана решением Прикубанского районного суда г. Краснодара от 24.12.2021, согласно которого исковые требования ФИО4 к ФИО5 о взыскании денежных средств были удовлетворены частично. С ФИО5 в пользу ФИО4 взысканы денежные средства по договору займа в размере 10000000 руб., проценты в размере 8965753,42 руб., а также расходы по оплате государственной пошлины в размере 8200 руб., в остальной части отказано.

При этом, суд апелляционной инстанции обращает внимание на то, что указанный вступивший в силу судебный акт также предполагает действительность спорного договора займа от 24.05.2018, послужившего основанием для взыскания задолженности, то есть, отсутствие оснований для признания данного договора недействительным по общегражданским основаниям.

С учетом изложенного, суд также отклоняет довод об аффилированности, отсутствия у ответчика (кредитора) финансовой возможности и заключения сделки при наличии признаков неплатежеспособности. 

Как уже указано выше, сделка совершена за пределами трехлетнего периода подозрительности и не может быть оспорена по специальным основаниям, предусмотренным нормами Закона о банкротстве.

Доводы апелляционной жалобы о том, что вывод суда первой инстанции о преюдициальности решения районного суда не соответствует положениям законодательства и судебной практике, отклоняются судом апелляционной инстанции, так как основаны на неверном толковании норм права.

В силу части 2 статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и частью 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации вступившие в законную силу судебные акты арбитражных судов, федеральных судов общей юрисдикции и мировых судей являются обязательными для всех без исключения органов государственной власти, в том числе для судов, рассматривающих дела о банкротстве.

Согласно части 3 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вступившее в законную силу решение суда общей юрисдикции по ранее рассмотренному гражданскому делу обязательно для арбитражного суда, рассматривающего дело, по вопросам об обстоятельствах, установленных решением суда общей юрисдикции и имеющих отношение к лицам, участвующим в деле.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.11.2015 N 308-ЭС15-93062 отмечено, что по смыслу пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера. Судебная коллегия отметила, что иной подход недопустим, поскольку он допускает существование двух противоречащих друг другу судебных актов, что не соответствует положениям статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от 21.12.2011 N 30-П, признание преюдициального значения судебного решения, будучи направленным на обеспечение стабильности и общеобязательности судебного решения, исключение возможного конфликта судебных актов, предполагает, что факты, установленные судом при рассмотрении одного дела, впредь до их опровержения принимаются другим судом по другому делу в этом же или ином виде судопроизводства, если они имеют значение для разрешения данного дела. Тем самым преюдициальность служит средством поддержания непротиворечивости судебных актов и обеспечивает действие принципа правовой определенности.

Преюдициальность означает не только отсутствие необходимости доказывать установленные ранее обстоятельства, но и запрещает на их опровержение. Такое положение существует до тех пор, пока судебный акт, в котором установлены эти факты, не будет отменен в порядке, установленном законом.

При этом судебная коллегия учитывает правовую позицию Конституционного Суда Российской Федерации, изложенную в определении от 06.10.2021 N 2126-О, согласно которой наличие вступившего в законную силу решения суда исключает возможность рассмотрения разногласий по требованиям о включении в реестр требований кредиторов в части их состава и размера (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25 ноября 2015 года N 308-ЭС15-93062).

Кроме того, как указал Верховный Суд Российской Федерации в определении от 25.11.2021 N 305-ЭС21-15277, если требования кредитора подтверждены вступившим в законную силу решением суда, то арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, не вправе рассматривать какие-либо разногласия по составу и размеру этих требований (абзац 2 пункта 10 статьи 16 Закона о банкротстве). Это положение Закона о банкротстве дано в развитие принципов общеобязательности и стабильности судебных актов, недопустимости повторного рассмотрения тождественных судебных споров.

Соответственно, преодоление судебных актов, принятых вне рамок дела в отношении требований заявителя, является недопустимым. Защита прав должника может быть достигнута посредством обжалования вышеуказанных судебных актов.

Аналогичная позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 12.07.2023 по делу № А32-18749/2021.

Ссылка подателя апелляционной жалобы на то, что финансовым управляющим подана апелляционная жалоба на указанное решение, является необоснованной, так как в материалы дела не представлено доказательств того, что указанное решение было отменено.

Как пояснил представитель управляющего в суде апелляционной инстанции, в настоящее время на сентябрь 2023 года назначено судебное заседание по рассмотрению ходатайства о восстановлении срока подачи апелляционной жалобы. Апелляционная жалоба на само решение по существу еще не принята к производству.

При этом, суд отмечает, что в случае отмены указанного решения, финансовый управляющий не лишен права обратиться с заявлением о пересмотре определения суда первой инстанции в порядке главы 37 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

В отношении требования ФИО4 о включении в реестр требований кредиторов, суд апелляционной инстанции отмечает следующее.

Пунктом 1 статьи 4 Закона о банкротстве установлено, что состав и размер денежных обязательств и обязательных платежей определяются на дату подачи в арбитражный суд заявления о признании должника банкротом, если иное не предусмотрено названным Федеральным законом.

В соответствии с абзацем 8 статьи 2 Закона о банкротстве конкурсными кредиторами признаются кредиторы по денежным обязательствам (за исключением уполномоченных органов, граждан, перед которыми должник несет ответственность за причинение вреда жизни или здоровью, имеет обязательства по выплате компенсации сверх возмещения вреда, предусмотренной Градостроительным кодексом Российской Федерации (компенсации сверх возмещения вреда, причиненного в результате разрушения, повреждения объекта капитального строительства, нарушения требований безопасности при строительстве объекта капитального строительства, требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения), вознаграждения авторам результатов интеллектуальной деятельности, а также учредителей (участников) должника по обязательствам, вытекающим из такого участия).

В соответствии с пунктом 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве, в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 названного Федерального закона.

Пункт 1 статьи 100 Закона о банкротстве позволяет кредиторам предъявить требование к должнику, приложив к нему судебный акт, а при его отсутствии - иные документы, подтверждающие обоснованность требования.

В соответствии с пунктом 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 N 45 "О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан", по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

При рассмотрении заявлений о включении в реестр требований кредиторов в силу требований статей 100, 142 Закона о банкротстве судом проверяются обоснованность заявленных требований, определяется их размер и характер.

В соответствии с пунктом 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 35 от 22.06.2012 "О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве", в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве, проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

Согласно статье 40 Закона о банкротстве кроме документов, предусмотренных Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, к заявлению кредитора прилагаются документы, подтверждающие обязательства должника перед конкурсным кредитором, а также наличие и размер задолженности по указанным обязательствам; доказательства оснований возникновения задолженности (счета-фактуры, акты, товарно-транспортные накладные и иные документы); иные обстоятельства, на которых основывается заявление кредитора. К заявлению кредитора должны быть приложены вступившие в законную силу решения суда, арбитражного суда, третейского суда, рассматривавших требование конкурсного кредитора к должнику.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлениях от 22.07.2002 и от 19.12.2005 N 12-П, процедуры банкротства носят публично-правовой характер; разрешаемые в ходе процедур банкротства вопросы влекут правовые последствия для широкого круга лиц (должника, текущих и реестровых кредиторов, работников должника, его учредителей и т.д.).

С учетом специфики дел о банкротстве при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. Целью проверки судом обоснованности требований является недопущение включения в реестр необоснованных требований, поскольку такое включение приводит к нарушению прав и законных интересов кредиторов, имеющих обоснованные требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 04.06.2018 N 305-ЭС18-413 по делу N А40-163846/2016, по смыслу пункта 26 постановления N 35 на суде, рассматривающем вопрос о включении требований в реестр, лежит самостоятельная обязанность более тщательной проверки данных требований, в первую очередь, в целях предотвращения "попадания в реестр" недобросовестных кредиторов либо кредиторов с фиктивной задолженностью, что в итоге приводит к негативным последствиям в виде уменьшения процента голосов на собрании и снижению доли удовлетворения независимых добросовестных кредиторов с реальными требованиями.

Следовательно, в деле о банкротстве суд обязан вне зависимости от доводов лиц, участвующих в деле, оценить действительность заявленного требования о включении в реестр и соответствие закону процессуальных и материально - правовых интересов заявителя.

В соответствии с частью 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основании своих требований и возражений.

Поскольку задолженность перед кредитором подтверждается представленными документами, а также вступившим в законную силу судебным актом, требования кредитора заявлены в пределах срока, установленного Законом о банкротстве, и в материалах дела отсутствуют доказательства погашения задолженности, суд первой инстанции обосновано признал требования кредитора в части 10000000 руб. основного долга, 8965753,42 руб. процентов за пользование займом обоснованным и подлежащим включению в третью очередь реестра требований кредиторов должника. 

Требование в части включения в реестр требований кредиторов в размере 8200 руб. - расходов по уплате государственной пошлины оставлено без рассмотрения, поскольку задолженность является текущей.

В части размера сумм, подлежащих включению в реестр, апелляционная жалоба доводов не содержит.

В силу пункта 16 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 N 63 обязанность по возмещению судебных расходов (расходов на оплату услуг представителя, государственной пошлины и т.д.), понесенных лицом, в пользу которого принят судебный акт, для целей квалификации в качестве текущего платежа считается возникшей с момента вступления в законную силу судебного акта о взыскании указанных расходов.

Данные разъяснения суд полагает возможным применить и в настоящем споре.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов. Кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур, применяемых в деле о банкротстве, не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве.

Учитывая, что решение Прикубанского районного суда города Краснодара от 24.12.2021 по делу № 2-12212/2021 вступило в законную силу после возбуждения производства по делу о несостоятельности (банкротстве) должника (11.06.2021), указанные расходы являются текущими платежами.

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к выводу о необходимости применения по аналогии пункта 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и оставил без рассмотрения требование заявителя в части включения в реестр расходов по уплате государственной пошлины в сумме 8200 рублей.

В указанной части также судебный акт сторонами не обжалован, возражения не заявлены.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционных жалоб направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

Из разъяснений абзаца 4 пункта 19 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" следует, что по смыслу пункта 3 статьи 61.8 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки по правилам главы III.1 Закона о банкротстве оплачивается государственной пошлиной в размере, предусмотренном для оплаты исковых заявлений об оспаривании сделок (подпункт 12 пункта 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации).

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины по апелляционным жалобам относятся на их заявителей.

Поскольку в материалах дела отсутствуют доказательства уплаты государственной пошлины по апелляционной жалобе финансового управляющего, государственная пошлина подлежит взысканию с должника в доход федерального бюджета в установленном действующим законодательством размере.

Определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 по делу № А32-25754/2021 приняты обеспечительные меры в виде запрета финансовому управляющему ФИО3 проводить собрание кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5 до рассмотрения по существу апелляционных жалоб финансового управляющего ФИО3 и общества с ограниченной ответственностью "Интек" на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2023.

При принятии решения арбитражный суд решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска согласно части 2 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исходя из смысла обеспечительных мер, они отменяются в случаях, когда основания, послужившие причиной их принятия, отпали либо появились новые обстоятельства, обусловившие необходимость их отмены.

Согалсно части 5 статьи 96 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае отказа в удовлетворении иска, оставления иска без рассмотрения, прекращения производства по делу обеспечительные меры сохраняют свое действие до вступления в законную силу соответствующего судебного акта. После вступления судебного акта в законную силу арбитражный суд по ходатайству лица, участвующего в деле, выносит определение об отмене мер по обеспечению иска или указывает на это в судебных актах об отказе в удовлетворении иска, об оставлении иска без рассмотрения, о прекращении производства по делу.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции приходит к выводу, что ранее принятые определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 обеспечительные меры надлежит отменить.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 18.05.2023 по делу № А32-25754/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.

Отменить обеспечительные меры в виде запрета финансовому управляющему ФИО3 проводить собрание кредиторов должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО5, принятые определением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 09.06.2023 по делу № А32-25754/2021. 

Взыскать с ФИО5, ИНН 

<

***>, в доход федерального бюджета государственную пошлину за подачу апелляционной жалобы в сумме 3000 рублей. 

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия. 

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                                         Г.А. Сурмалян

Судьи                                                                                                                       Я.А. Демина

М.Ю. Долгова