Арбитражный суд Московской области

  107053, проспект Академика Сахарова, д. 18, г. Москва 

http://asmo.arbitr.ru/ 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело №А41-105559/19

27 июня 2020 года

г. Москва

Резолютивная часть объявлена 21 июля 2020

Полный текст решения изготовлен 27 июля 2020

Арбитражный суд Московской области в составе судьи Е.А. Морозовой, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассмотрел в судебном заседании  дело по исковому заявлению 

АО "ПАНГЕЯ" (ИНН 7729019563, ОГРН 1027700314839)

к ФИО2

о возмещении убытков в размере 16566091,85 руб.,

при участии в заседании: согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

АО "ПАНГЕЯ" обратилось в Арбитражный суд Московской области к ФИО2 (бывший генеральный директор АО "ПАНГЕЯ")  о  взыскании убытков в размере 16 566 091 руб. 85 коп.  

Представитель истца в судебном заседании заявленные требования поддержал в полном объеме, просил их удовлетворить.

Ответчик в судебном заседании возражал против заявленных требований по основаниям, изложенным в своих письменных позициях, просил в иске отказать. 

Исследовав материалы дела, выслушав стороны, суд приходит к следующим выводам.

Из заявленных требований следует, что  31.03.2008 Протоколом внеочередного общего собрания акционеров ЗАО «ПАНГЕЯ» (ныне - АО «ПАНГЕЯ») на должность генерального директора общества в очередной раз был избран ФИО2. На основании указанного протокола с ФИО2 был заключен трудовой договор № 15-08 от 01.04.2008, который неоднократно продлялся. 

В соответствии со свидетельством 77 АГ 1183609 от 20.05.2019 об удостоверении факта принятия решения органом управления юридического лица и о составе участников (членов) этого органа, присутствовавших при принятии данного решения, а также Протоколом № 2/19 внеочередного общего собрания акционеров АО «ПАНГЕЯ» от 20.05.2019 ФИО2 был освобожден от занимаемой должности, генеральным директором назначен ФИО3 

Данное решение было принято в связи с тем, что итоги деятельности АО «ПАНГЕЯ» за 2018-2019 г.г. были признаны неудовлетворительными.

Уведомлениями 2 корп-1, 2 корп -2 от 01.04.2019 АО «ПАНГЕЯ», а также основные акционеры АО «ПАНГЕЯ» были уведомлены о проведении 20.05.2019 общего собрания акционеров общества, при этом на повестку дня были поставлены вопросы: об итогах деятельности АО «ПАНГЕЯ» за 2018-2019 г.г.; о досрочном прекращении полномочий генерального директора АО «ПАНГЕЯ»; об избрании генерального директора АО «ПАНГЕЯ»; о выборе лица, полномочного подписывать трудовой договор с генеральным директором общества.

Как видно из содержания свидетельства 77 АГ 1183609 от 20.05.2019 об удостоверении факта принятия решения органом управления юридического лица и о составе участников (членов) этого органа, присутствовавших при принятии данного решения, а также Протокола № 2/19 внеочередного общего собрания акционеров АО «ПАНГЕЯ» от 20.05.2019, ФИО2 был против переизбрания генерального директора АО «ПАНГЕЯ» и не поддержал нового кандидата на должность генерального директора АО «ПАНГЕЯ». В соответствии с указанными документами деятельность АО «ПАНГЕЯ» в 2018-2019 г.г. была признана неудовлетворительной.

До 20.05.2019 - даты проведения внеочередного общего собрания, на котором ставился вопрос о смене генерального директора общества, ФИО2, заведомо зная о неудовлетворительных финансовых результатах деятельности АО «ПАНГЕЯ» за 2018-2019 г.г., предполагал о том, что будет принято решение о смене единоличного исполнительного органа АО «ПАНГЕЯ», и в связи с этими обстоятельствами вынес Приказ № 300419-1 от 30.04.2019 о своем единовременном премировании в размере 12 500 000 руб.

Истец полагает, что данный приказ был вынесен ФИО2 «задним числом», на самом деле дата приказа должна быть 17.05.2019, поскольку приказ зарегистрирован с номером под дробью, бухгалтер общества ФИО4 была ознакомлена с приказом 17.05.2019 в 16 ч. 50 мин. (уже после перевода денежных средств, время перевода на платежном поручении указано: 16:03:45), сумма 12 500 000 руб. являлась остатком денежных средств на расчетным счете АО «ПАНГЕЯ» на конец операционного дня.

В соответствии с п. 1 ст. 24 НК РФ налоговые агенты по НДФЛ обязаны исчислять и удерживать налог с физических лиц — получателей доходов. Согласно п. 1 ст. 226 НК РФ налоговым агент по НДФЛ признается лицо, являющееся источником выплаты доходов налогоплательщику, в данном случае - работодатель АО «ПАНГЕЯ».

При этом в соответствии с нормами действующего законодательства в размер премии включается НДФЛ, также одновременно с перечислением денежных средств (дохода) работодатель должен удержать с общей суммы НДФЛ и перечислить в налоговый орган, для чего должно быть выставлено соответствующее распоряжение в банк.

Платежное поручение № 2220 от 20.05.2019 о перечислении НДФЛ в размере 1 867 817 руб. за ФИО2 в связи с выплатой им себе вышеуказанной премии было выставлено и проведено уже после общего собрания акционеров в 16:03:36, о чем имеется отметка банка на платежном поручении.

Кроме того, в соответствии с нормами действующего законодательства АО «ПАНГЕЯ», в      связи с выплатой ФИО2 денежных средств в размере 12 500 000 руб., было вынуждено оплатить обязательные страховые взносы во внебюджетные фонды в следующих размерах: 1436781,60   руб.   -   в   Пенсионный   Фонд   РФ;   732758.62   руб.   -   в   Фонд   обязательного медицинского страхования; 28735,63 руб. - в Фонд социального страхования.

Всего в связи с назначением ФИО2   себе единовременного премирования АО «ПАНГЕЯ» затратило 16 566 091,85 руб. (12 500 000+1867817+1436781,60+732758,62+28735,63).

Действия ответчика по выплате премии в размере 12 500 000 руб. существенно отличаются от обычной хозяйственной деятельности АО «ПАНГЕЯ». За все время существования общества премии в таком размере не выплачивались. Следует, также отметить то обстоятельство, что ФИО2 является акционером АО «ПАНГЕЯ» и по результатам годовой отчетности мог претендовать на выплату дивидендов от деятельности общества, в случае принятия соответствующего решения общим собранием акционеров и наличия у общества годовой прибыли.

Однако, как видно из бухгалтерской документации общества, а также из протокола общего собрания акционеров от 20.05.2019 расходы на деятельность общества превышали доходы, т.е. выплата дивидендов за 2018 год была невозможна.

Начисление и выплата ФИО2 премии в размере 12 500 000 руб., превышающей размер чистой прибыли Общества, является экономически нецелесообразным, а следовательно, действия ФИО2 не являлись добросовестными и разумными.

Согласно п.п. 5 п. 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной  целью  деятельности   коммерческой   организации   является   извлечение   прибыли пункт 1  статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица.

Согласно п.п. 1 п. 3 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации.

В силу части 3 статьи 11 Трудовою кодекса Российской Федерации, все работодатели (физические лица и юридические лица независимо от их организационно-правовых форм и форм собственности) в трудовых отношениях и иных непосредственно связанных с ними отношениях с работниками обязаны руководствоваться положениями трудового законодательства и иных актов, содержащих нормы трудового права.

Действующим законодательством установлено, что право применять меры поощрения к генеральному директору принадлежит акционерному обществу и действия ФИО2 по начислению себе премии совершены с превышением полномочий; при выплате премий в размере 12 500 000 руб. Ответчик не принял во внимание нормы действующего законодательства, положения учредительных документов и известную ему информацию; ответчик осознавал, что его действия не отвечают интересам АО «ПАНГЕЯ».

Как полагает истец размер премии - 12 500 000 руб. был определен ФИО2 произвольно, исходя из остатка денежных средств на расчетном счете АО «ПАНГЕЯ» по состоянию на 17.05.2019. ФИО2 снял данные денежные средства со счета юридического лица, поскольку 20.05.2019 (следующий рабочий день после 17.05.2019) он уже предполагал, что Общее собрание акционеров примет решение о смене единоличного исполнительного органа, что и было сделано 20.05.2019.

По мнению истца, сумма в размере 16 566 091,85 руб. является убытками АО «ПАНГЕЯ», причиненными ФИО2, как единоличным исполнительным органом юридического лица.

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с настоящим иском в суд. 

Согласно п. 1 ст. 225.8 АПК РФ в случаях, предусмотренных федеральным законом, участники юридического лица вправе обратиться в арбитражный суд с иском о возмещении убытков, причиненных этому юридическому лицу. Такие участники пользуются процессуальными правами и несут процессуальные обязанности истца, а также обладают правом требовать принудительное исполнение решения арбитражного суда в пользу этого юридического лица.

В соответствии с и. 5 ст. 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» с иском о возмещении убытков, причиненных обществу членом     совета     директоров     (наблюдательного     совета)     общества,     единоличным исполнительным    органом    общества,    членом    коллегиального    исполнительного   органа общества или управляющим, вправе обратиться в суд общество или его участник.

Частью 2 ст. 15 ГК РФ предусмотрено, что под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В соответствии с п. 1 Постановления Пленума ВАС РФ от 30 июля 2013 г. N 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации; далее - ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 62 от 30.07.2013 по делам о возмещении директором убытков истец обязан доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). Если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или)неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков (например, неблагоприятная рыночная конъюнктура, недобросовестность выбранного им контрагента, работника или представителя юридического лица, неправомерные действия третьих лиц, аварии, стихийные бедствия и иные события и т.п.) и представить соответствующие доказательства.

В соответствии с подпунктом 5 пункта 2 вышеуказанною постановления N 62 недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, например, совершил сделку на заведомо невыгодных для юридического лица условиях.

В Постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 указано, что бремя доказывания недобросовестности и неразумности поведения генерального директора возложено на истца (юридическое лицо и (или) его учредителя (участника), требующего взыскания убытков). В свою очередь, генеральный директор вправе представлять доказательства добросовестности и разумности своих действий.

Согласно п. 8 Постановления Пленума ВАС РФ от 30.07.2013 N 62, удовлетворение требования о взыскании с директора убытков не зависит от того, имелась ли возможность возмещения имущественных потерь юридического лица с помощью иных способов защиты гражданских прав, например, путем применения последствий недействительности сделки, истребования имущества юридического лица из чужого незаконного владения, взыскания неосновательного обогащения, а также от того, была ли признана недействительной сделка, повлекшая причинение убытков юридическому лицу.

Согласно и. 3 ст. 1109 ГК РФ, не подлежат возврату в качестве неосновательного обогащения: заработная плата и приравненные к ней платежи, пенсии, пособия, стипендии, возмещение вреда, причиненного жизни или здоровью, алименты и иные денежные суммы, предоставленные гражданину в качестве средства к существованию, при отсутствии недобросовестности с его стороны и счетной ошибки.

Руководитель организации (в том числе бывший) несет полную материальную ответственность за причиненный организации прямой действительный ущерб (ч. 1 ст. 277 ТК РФ, абз. 1 п. 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 02.06.2015 N 21).

Под прямым действительным ущербом понимается реальное уменьшение наличного имущества работодателя или ухудшение состояния указанного имущества (в том числе имущества третьих лиц, находящегося у работодателя, если работодатель несет ответственность за сохранность этого имущества), а также необходимость для работодателя произвести затраты либо излишние выплаты на приобретение, восстановление имущества либо на возмещение ущерба, причиненного работник-ом третьим лицам.

Согласно ст. 233 ТК РФ, материальная ответственность стороны трудового договора наступает за ущерб, причиненный ею другой стороне этого договора в результате ее виновного противоправного поведения (действий или бездействия), если иное не предусмотрено настоящим Кодексом или иными федеральными законами.

В соответствии со ст. 71 Федерального закона от 26.12.1995 N 208-ФЗ "Об акционерных обществах", единоличный исполнительный орган общества должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Согласно позиции Пленума ВАС РФ, изложенной в п. 6 Постановления от 30 июля 2013 г. № 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", действие директора признается недобросовестным в случаях, если он:

действовал при наличии конфликта между его личными интересами и интересами юридического лица;

скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица либо предоставлял участникам юридического лица недостоверную информацию в отношении соответствующей сделки;

совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица;

после прекращения своих полномочий удерживает у себя и уклоняется от передачи юридическому лицу документов, касающихся обстоятельств, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица;

знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица.

При этом сделкой на невыгодных условиях будет считаться сделка, по которой цена или иные условия существенно (в худшую сторону) отличаются от тех, на которых в сравнимых обстоятельствах юридическим лицом совершаются аналогичные сделки.

При определении интересов юридического лица следует, в частности, учитывать, что основной целью деятельности коммерческой организации является извлечение прибыли (пункт 1 статьи 50 ГК РФ); также необходимо принимать во внимание соответствующие положения учредительных документов и решений органов юридического лица.

Возражая против заявленных требований, ответчик заявил о фальсификации доказательств – экземпляра Приказа № 300419-1 от 30.04.2019 с припиской бухгалтера, представленной истцом в материалы дела. Ответчик представил свой подлинный экземпляр приказа без приписки бухгалтера, копия приобщена в материалы дела. Истец отказался от исключения представленного им экземпляра приказа из числа доказательств, представил на обозрение суду оригинал своего экземпляра приказа.   Для разрешения данного ходатайства и проверки экземпляра приказа, представленного истцом, на предмет его фальсификации в судебное заседание в качестве свидетеля была вызвана бухгалтер ООО "ПАНГЕЯ" ФИО4, действующая на основании гражданско-правового договора без права банковской подписи, которая подтвердила свои подписи на обоих экземплярах приказа, представленных сторонами, не смогла точно пояснить, когда ей был передан ответчиком приказ, когда она  точно подписывала приказ, сколько было экземпляров приказа, почему ею была проставлена дата ознакомления с приказом именно 17.05.2019г. 

Суд, рассмотрев  ходатайство ответчика о фальсификации доказательства, пришел к выводу, что оно обосновано и исключил из числа доказательств по делу экземпляр Приказа № 300419-1 от 30.04.2019 с припиской бухгалтера, представленной истцом в материалы дела.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что бухгалтер был ознакомлен с приказом 30.04.2019г., и Общество должно было знать о премировании ФИО2 уже 30.04.2019г., т.е. до освобождения ФИО2 о замещаемой им должности. 

Судом установлено, что Приказ был приведен в исполнение после поступления 16.05.2019г. 92 079 843 руб. 97 коп. по Акту выполненных работ № 5 от 01.04.2019г. по Договору № 165-2018 с ООО "Альянснефтегаз", копия которого представлена в материалы дела.  

Как указал ответчик в своих пояснениях, основной причиной назначения премии в указанном размере являлась необходимость погашения ответчиком кредитов, которые он в период с 05.10.2018г. по 08.10.2018г. взял как физическое лицо для покрытия кассового разрыва, возникшего в АО "ПАНГЕЯ" в условиях резко увеличившегося объема заказов и из-за вывода денег из компании мажоритарным акционером. 

Специфика бизнеса АО "ПАНГЕЯ" заключается в сезонном характере работ, подавляющая часть которых может выполняться только в зимний период. При этом, для подготовки к сезону требуются очень значительные средства, а основная выручка поступает в марте – июне следующего года.

30.04.2019г. ответчик узнал от контрагента о поступлении в ближайшее время на счет АО "ПАНГЕЯ" крупных сумм за исполнение контракта и издал приказ № 300419-1, ознакомил с ним бухгалтера под роспись и ФИО5 ка 100%-ного владельца мажоритарного акционера АО "ПАНГЕЯ".

17.05.2019г. бухгалтер уведомила ответчика о поступлении 92 млн.  руб. на счет АО "ПАНГЕЯ", и сказала, что премию, выписанную 30.04.2019г. ответчик  может снять со счета сам, как генеральный директора Общества, так как 17.05.2019г. была пятница, короткий день, бухгалтер была занята. 

На следующий день после получения премии 18.04.2019г. ответчиком с личного расчетного счета были полностью погашены все взятые в начале октября 2018г. кредиты, направленные ответчиком на развитие компании. Общая сумма перечислений составила 12 360 822 руб. 

Суд не принимает во внимание довод ответчика о том, что выплаченная ему премия была направлена на погашение взятых им, как физическим лицом, кредитов  на развитие компании, так как данный довод документально не подтвержден. В обоснование указанного довода, ответчик представил договоры о предоставлении ему как физическому лицу потребительских кредитов, что не может являться относимым доказательством в рамках настоящего спора. 

Вместе с тем, судом установлено, что 20.05.2019г. ответчик передал дела и всю документацию АО "ПАНГЕЯ" новому генеральному директору АО "ПАНГЕЯ" ФИО3 Был подписан Акт приема-передачи документов от 20.05.2019г., представленный в материалы дела.

Никаких претензий со стороны нового генерального директора ФИО3 о недостаче документов, нанесении ответчиком ущерба или убытков АО "ПАНГЕЯ" заявлено не было. На очередном годовом собрании акционеров АО "ПАНГЕЯ" 25.06.2019г. и на внеочередном собрании акционеров АО "ПАНГЕЯ" 19.08.2019г. вопрос о нанесении ответчиком ущерба или убытков АО "ПАНГЕЯ" ни генеральным директором АО "ПАНГЕЯ" ФИО3, ни мажоритарным акционером ФИО5 не ставился.

Суд, проанализировав представленные в материалы дела бухгалтерские документы АО "ПАНГЕЯ" с января 2019г. по май 2020г., пришел к выводу о том, что данные документы подтверждают, что финансовое положение АО "ПАНГЕЯ" на дату выплаты премии 17.05.2019г. было очень хорошее.

В результате более чем четырехкратного роста бизнеса компании за 2016-2019 на момент подписания приказа о премировании 30.04.2019г. АО "ПАНГЕЯ" имела портфель заказов 2,2 млрд руб., что подтверждается объемом выручки, полученной за выполненные работы за январь 2019 –май 2020, отраженный в Оборотах по кредиту счета 62 "расчеты с покупателями и заказчиками". 

Из них было оплачено за период уже после выплаты ответчику премии с 20.05.2019г. по 31.05.2020г. примерно 1,6 млрд руб. 

По отчету о финансовых результатах за 2019 по сравнению с 2017 выручка выросла в 2,5 раза с 441 млн руб. до 1 080 млн руб. Валовая прибыль в 2018 по сравнению с 207 г. выросла в 2,3 раза с 212 млн. руб. до 272 млн. руб., однако после увольнения ответчика в мае 2019г. валовая прибыль снизилась за 2019 г. до 103 млн. руб.  

Основные средства компании выросли за 2018 и 2019 год с учетом амортизации в 3,3 раза с 68 млн. руб. до 224 руб., что подтверждается бухгалтерской финансовой отчетностью за 2019г. 

Постоянно возрастая в результате выполнения заключенных с участием ответчика контрактов, по  итогам января-марта 2020 года выручка составила 408 млн. руб. по сравнению с  112 млн. руб. в январе-марте 2018г., что также имеет документальное подтверждение.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что общие финансовые показатели АО "ПАНГЕЯ" соответствуют картине очень успешного развития бизнеса как на момент выплаты ответчику премии, так и после него. 

К моменту подписания приказа о выплате премии ответчику премии 30.04.2019г. были завершены полевые работы сезона 2018-2019гг. По их результатам были подписаны акты выполненных работ на сумму 226 млн. руб., которые представлены в материалы дела, суммы ожидались к оплате до 15.06.2019г. Оплата была впоследствии получена, что подтверждается бухгалтерскими документами:

16.05.2019г. поступила оплата 92 079 843 руб. 97 коп. по Договору 165-2018 от 18.07.2018г. от ООО "Альянснефтегаз". 

17.05.2019г. из пришедших сумм ответчику была выплачена премия 12 500 000 руб.

24.05.019г. поступила оплата 85 021 466 руб. 59 коп. по Договору 684/53-05/18 от 01.08.2018г. от ИНК.

Всего по выполненным и заключенным с непосредственным участием ответчика контрактам уже после выплаты ему премии 17.05.2019г. за период с 30.09.2019г. АО "ПАНГЕЯ" получило 362 682 531 руб. 48 коп., что подтверждается карточкой счета 51 за май 2019-май 2020г.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что Общество никакой нехватки оборотных средств не испытывало. В связи с чем, суд отклоняет ссылку истца о том, что на момент выплаты премии ответчику финансовое положение Общества было неудовлетворительным. 

Кроме того, как показано в представленной бухгалтерской отчетности т, в АО "ПАНГЕЯ" широко практиковалось премирование сотрудников в объемах, кратно превышающих заработную плату за период работ.

Также, суд принимает во внимание тот факт, что после увольнения ответчика АО "ПАНГЕЯ" не заключила ни одного крупного контракта с контрагентами, что подтвердил вызванный в судебное заседание в качестве свидетеля мажоритарный акционер ФИО5, который не является специалистом в той области, в которой является ответчик.  Также ФИО5 подтвердил, что он как мажоритарный акционер Общества не ставил вопрос о взыскании с ответчика убытков (п. 5.1 Устава Общества), причиненных обществу, на проведенных после получения премии ответчиком собраний Общества в мае - августе 2019г. Кроме того, истец в обоснование своих требований ссылается на бухгалтерские документы, датированные 12.05.2019г., которые не отражают поступление в общество денежных средств  16.05.2019г. по Договору 165-2018 от 18.07.2018г. от ООО "Альянснефтегаз" в размере 92 079 843 руб. 97 коп.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что заявленные требования являются необоснованными и удовлетворению не подлежат. 

Расходы по госпошлине относятся на истца в соответствии со ст. 110 АПК РФ. 

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать. 

В соответствии с частью 1 статьи 259 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд в течение месяца после принятия арбитражным судом первой инстанции обжалуемого решения.

Судья                                                                                                  Е.А. Морозова