АРБИТРАЖНЫЙ СУД МОСКОВСКОГО ОКРУГА 

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-209660/15

10 февраля 2020 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2020 года  Полный текст постановления изготовлен 10 февраля 2020 года  

Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего судьи – Мысака Н.Я., судей: Закутской С.А., Михайловой Л.В., при участии в заседании: 

от конкурсного управляющего ПАО «Межотраслевой страховой центр» – ФИО1 – дов. от 02.12.2019  

от ФИО2 - лично, паспорт, ФИО3 – дов. от 16.09.2019  

рассмотрев 05 февраля 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу  ФИО2,  

на определение от 23 сентября 2019 года Арбитражного суда города Москвы, на постановление от 29 ноября 2019 года Девятого арбитражного апелляционного суда 

о привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности  по обязательствам ПАО «Межотраслевой страховой центр» на сумму 50 000 000  

рублей; взыскании с Баронина Сергея Николаевича в порядке субсидиарной  ответственности в конкурсную массу ПАО «Межотраслевой страховой центр»  денежные средства в размере 50 000 000 рублей,  

в рамках дела о признании несостоятельным (банкротом) ПАО «Межотраслевой  страховой центр»  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 20.01.2017 ПАО  "Межотраслевой страховой центр" признано несостоятельным (банкротом), в  отношении него открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев,  при банкротстве ПАО "Межотраслевой страховой центр" применены правила § 4  "Банкротство финансовых организаций" главы IX Федерального закона от  26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о  банкротстве).  

Конкурсным управляющим должника утверждена ФИО4. Сообщение о признании должника банкротом и об открытии в  отношении него процедуры конкурсного производства опубликовано в газете  "Коммерсантъ" от 29.12.2016 N 243.  

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного  управляющего ПАО "Межотраслевой страховой центр" ФИО4 о  привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника в размере 50 000 000 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 23.09.2019,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 29.11.2019, ФИО2 привлечен к субсидиарной  ответственности по обязательствам публичного акционерного общества  "Межотраслевой страховой центр" на сумму 50 000 000 руб.; с ФИО2 в  порядке субсидиарной ответственности взыскано в конкурсную массу  публичного акционерного общества "Межотраслевой страховой центр"  денежные средства в размере 50 000 000 руб..  

Не согласившись с принятыми судебными актами, Баронин С.Н.  обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в  которой просит определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции отменить, направить обособленный спор на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

В обоснование кассационной жалобы ее заявитель ссылается на  нарушение судом норм процессуального и материального права, на  несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела и  представленным в дело доказательствам, указывая, что договор  субординированного депозита № б/н от 17.02.2016 был подписан по инициативе  и по поручению единоличного исполнительного органа общества (на момент  совершения сделки) - президента Бондаревской А.В., к которой применимы  основания для привлечения к субсидиарной ответственности; судами не были  приняты во внимание документы, регламентирующие права и обязанности лиц,  исполняющих обязанности президента ПАО "Межотраслевой Страховой  Центр", не была привлечена в качестве третьего лица ФИО5 для  дачи объяснений суду по указанной сделке; на момент совершения сделки  (17.02.2016) ПАО «МСЦ» уже отвечало признаками несостоятельности,  вследствие действий контролирующего лица - президента Бондаревской А.В., в  связи с чем отсутствует прямая причинно - следственная связь между  наступлением банкротства ПАО «МСЦ» и действиями ФИО2; судами  также не учтен факт того, что в результате совершения указанной сделки ПАО  «МСЦ» получило доход в сумме 6 141 342,91 руб. в качестве процентов, что  подтверждается вступившим в законную силу определением Арбитражного суда  города Москвы по делу № А40-209660/2015 от 25.09.2017, выпиской по счету   № .47426810700000000517; ссылка конкурсного управляющего и выводы  нижестоящих судов о наличии аффилированности между ФИО2 и  ФИО6 не подтверждаются какими - либо доказательствами,  представленными в материалы дела, и носят предположительный характер.  

От конкурсного управляющего ПАО «МСЦ» поступил отзыв на  кассационную жалобу, который приобщен к материалам дела в судебном  заседании суда кассационной инстанции.  

ФИО2 и его представитель доводы кассационной жалобы  поддержали.  

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц,  участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке  статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  правильность применения норм материального и процессуального права, а также  соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле  доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.  

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о  несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о  несостоятельности (банкротстве).  

Как следует из материалов дела, обращаясь в суд с заявлением о  привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности, конкурсный  управляющий указывал на то, что в рамках анализа сделок должника  конкурсным управляющим установлено, что 17.02.2016 между ПАО "МСЦ"  (вкладчик) и акционерным обществом коммерческий банк "Северный Кредит"  (банк) заключен договор субординированного депозита, в соответствии с  условиями которого вкладчик размещает денежные средства в сумме 50 000 000  руб. (далее по тексту - также депозит) на условиях возврата депозита по  истечении определенного времени и на условиях, указанных в договоре, а банк  принимает поступившую от вкладчика денежную сумму на срок 6 лет с  17.02.2016 до 16.02.2022 включительно и обязуется выплачивать ежеквартально  проценты за пользование денежными средствами из расчета 9% годовых.  

Конкурсный управляющий указывал на то, что заключение договора  субординированного депозита (то есть отдельного вида договора,  предусматривающего цель увеличения источников собственных средств,  принимаемых в расчет дополнительного капитала АО КБ «Северный кредит»)  противоречит целям и задачам формирования резервов ПАО «МСЦ», как  страховой организации, в связи с чем Барониным С.Н. причинен вред  имущественным правам кредиторов ПАО «МСЦ» в результате совершения  сделки по размещению денежных средств в размере 50 000 000 руб. во вклад в  кредитной организации АО КБ «Северный кредит», чем причинены убытки в  указанном размере.  

Удовлетворяя заявление конкурсного управляющего, суды исходили из  того, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города  Москвы от 25.09.2017 по делу N А40-209660/15 признан недействительным  договор субординированного депозита от 17.02.2016, заключенный между АО  КБ "Северный кредит" и ПАО "Межотраслевой страховой центр", и с АО КБ  "Северный кредит" в пользу ПАО "Межотраслевой страховой центр" взысканы  денежные средства в размере 50 000 000 руб.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 27.09.2016  (объявлена резолютивная часть) производство по заявлению ФИО7 о  признании ПАО "МСЦ" несостоятельным (банкротом) в рамках дела N А40- 209660/15 прекращено в связи с отказом кредитора от заявления о признании  должника банкротом.  

В соответствии с разъяснениями, содержащимися в п. 7 постановления  Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 22.06.2012 N 35, датой  возбуждения дела о банкротстве является дата принятия судом первого  заявления независимо от того, какое заявление впоследствии будет признано  обоснованным.  

Таким образом, судами сделан вывод о том, что датой возбуждения дела о  банкротстве ПАО "МСЦ" является 16.11.2015, тогда как оспариваемая сделка  совершена 17.02.2016, то есть после возбуждения дела о несостоятельности  (банкротстве) должника.  

В связи с чем суды пришли к выводу, что по состоянию на 17.02.2016  ПАО "МСЦ" отвечало признакам неплатежеспособности, установленным ст. 2  Закона о банкротстве, а также признакам банкротства, что подтверждается  наличием подтвержденной вступившими в законную силу судебными актами  задолженности, в том числе перед кредиторами Котовой Е.А., Ступарем Н.А.,  Полянским С.С., Чуриковым Н.В., Халиным Р.В., Осиповой О.В., Аведисянцем  Д.А., Майданниковой Н.М., Баландиным В.Я., Алексеенко Е.С., Валуевым Е.Б.,  Моисеенко М.А. и другими.  

Кроме того, суды также приняли во внимание, что согласно  бухгалтерскому балансу должника по состоянию на 31.03.2016 размер  кредиторской задолженности ПАО "МСЦ" составляет 727 914 000 руб.,  имущество и денежные средства, достаточные для погашения данных  обязательств, отсутствуют.  

Суды указали, что согласно информации, содержащейся в разделе 5  формы 0409808 "Отчет об уровне достаточного капитала для покрытия рисков,  величине резервов на возможные потери по ссудам и иным активам",  размещенной на сайте АО КБ "Северный кредит", субординированный депозит в  сумме 50 000 000 руб. размещен в банке и ООО "Региональный страховой  центр".  

С учетом изложенного выше, суды пришли к выводу о том, что договор  субординированного депозита заключен должником исключительно в интересах  АО КБ "Северный кредит". Также суды указали, что данное следует из ответа  банка от 26.01.2017 № 02-02/505.  

По своей правовой природе договор субординированного депозита  является одним из способов пополнения капитала банка.  

Суды указали, что денежные средства на спорный субординированный  заем фактически были предоставлены через ПАО "МСЦ" в ущерб интересам  должника и в условиях неплатежеспособности.  

Таким образом, в результате совершения оспариваемой сделки из  конкурсной массы должника выбыло имущество в размере 50 000 000 руб., что  может привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов  

получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет  его имущества.  

Таким образом, исходя из установленных определением Арбитражного  суда города Москвы от 25.09.2017 по делу N А40-209660/15 обстоятельств, суды  сделали вывод, что действия ФИО2 по заключению договора с АО КБ  "Северный кредит", признанного впоследствии недействительным, повлекли  причинение имущественного вреда должнику и кредиторам, что свидетельствует  о доказанности презумпции, отраженной в абзаце третьем пункта 4 статьи 10  Закона о банкротстве.  

Как указали суды, поскольку руководитель общества, осуществляя свою  деятельность, должен принимать решения и действовать в интересах самого  общества и его кредиторов, проявлять высокую степень заботливости и  осмотрительности с целью недопущения ухудшения его финансового состояния,  совершение противоположных действий при руководстве хозяйственной  деятельностью общества, приведших к его банкротству, означает наличие вины  руководителя в наступлении банкротства юридического лица.  

Отклоняя доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции  указал, что довод ФИО2 о том, что он являлся номинальным  руководителем в нарушение ст. 65 АПК РФ не подтверждается надлежащими  доказательствами, а факт возложения на него временного исполнения  обязанностей Президента общества в период с 11.02.2016 по 11.03.2016  Приказом N 08-лсот 11.02.2016 не отрицается.  

Между тем, суд кассационной инстанции считает необходимым отметить  следующее.  

В силу пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции, действующей  на момент заключения договора субординированного депозита), если должник  признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействий  контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности  имущества должника несут субсидиарную ответственность по его  обязательствам; пока не доказано иное, предполагается, что должник признан  несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия  

контролирующих должника лиц при наличии одного следующих обстоятельств:  причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения  этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3  настоящего Федерального закона.  

По общему правилу, необходимым условием отнесения лица к числу  контролирующих должника является наличие у него фактической возможности  давать должнику обязательные для исполнения указания или иным образом  определять его действия (пункт 3 статьи 53.1 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.10 Закона  о банкротстве).  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 16 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве" (далее – Постановление № 53) под действиями (бездействием)  контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований  кредиторов (статья 61.11 Закона о банкротстве) следует понимать такие действия  (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника,  то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд  оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего  лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи  между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим  объективным банкротством.  

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут  выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением  принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование,  заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с  заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой"  и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций,  назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых  будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации,  создание и поддержание такой системы управления должником, которая  

нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред  должнику и его кредиторам, и т.д.  

Поскольку деятельность юридического лица опосредуется множеством  сделок и иных операций, по общему правилу, не может быть признана  единственной предпосылкой банкротства последняя инициированная  контролирующим лицом сделка (операция), которая привела к критическому  изменению возникшего ранее неблагополучного финансового положения -  появлению признаков объективного банкротства. Суду надлежит исследовать  совокупность сделок и других операций, совершенных под влиянием  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц), способствовавших  возникновению кризисной ситуации, ее развитию и переходу в стадию  объективного банкротства.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 17 Постановления № 53 в  силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве  контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной  ответственности и в том случае, когда после наступления объективного  банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие  финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу,  контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста  диспропорции между стоимостью активов должника и размером его  обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном  объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия)  окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника  реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление  платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального  погашения всех долговых обязательств в будущем.  

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на  основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и  контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до  объективного банкротства, отвечают солидарно.  

Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных  после появления признаков объективного банкротства, произошло  несущественное ухудшение финансового положения должника, такое  контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой  ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с  субсидиарной ответственностью основаниям.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в п. 20 Постановления № 53 при  решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения  о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные  правила о субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), -  суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было  негативное воздействие контролирующего лица (нескольких контролирующих  лиц, действующих совместно либо раздельно) на деятельность должника,  проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое  положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели,  характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими  контролирующими лицами) нарушения явились необходимой причиной  банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности  (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве), совокупный размер которой, по  общим правилам, определяется на основании абзацев первого и третьего пункта  11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными  в статье 53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был  привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны  компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по  правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) самостоятельно  

квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований  привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности  противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает  решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель  поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд  применительно к положениям статей 133 и 168 АПК РФ самостоятельно  квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований  привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности  противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную  ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 ГК РФ, суд принимает  решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков.  

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет  значение установление того обстоятельства, явилась ли совершенная  контролирующим лицом (ФИО2) в период исполнения им  обязанностей руководителя должника от имени должника сделка необходимой  причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом  случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности),  либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника  сделка не оказала, но причинила должнику и его кредиторам вред (в этом случае  имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные  убытки).  

Соответствующий подход приведен также в определении Верховного  Суда Российской Федерации от 25.02.2019 N 308-ЭС17-1634(5).  

Применительно к данному спору судами установлено, что основными  активами должника на конец первого квартала 2016г. являлась дебиторская  задолженность (более половины стоимости), из которых 238 млн. руб. –  задолженность контрагентов по хозяйственным операциям; 155 млн. руб. –  задолженность по страховым премиям.  

Сумма сделки, вменяемой ответчику, составляет 50 млн. руб. 

Конкурсный управляющий должника не ссылался и не доказывал, что  сделка субординированного депозита явилась необходимой причиной  банкротства, напротив, она совершена после возбуждения дела о  несостоятельности (банкротстве) должника, следовательно, не могла создать  условий для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью  активов должника и размером его обязательств.  

Имеющиеся средства, которые возможно было направить на цели  удовлетворения требований кредиторов, были выведены из имущественной  массы должника.  

Принимая во внимание, что в данном случае датой возбуждения дела о  банкротстве ПАО "МСЦ" является 16.11.2015, тогда как признанная  впоследствии недействительной сделка (договор субординированного депозита)  совершена 17.02.2016, то есть после возбуждения дела о несостоятельности  (банкротстве) должника, то в данном случае, с учетом указанных разъяснений,  имеются основания для привлечения ФИО2 к ответственности за  причиненные убытки.  

Кроме того, судами не учтено, что определением Арбитражного суда  города Москвы от 25.09.2017 при рассмотрении обособленного спора о  признании недействительным договора субординированного депозита от  17.02.2016 и о взыскании с АО КБ "Северный кредит" суммы размещенного  депозита в размере 50 000 000 руб. установлено, что банком выплачено в пользу  ПАО «МСЦ» 6 141 342 руб. 91 коп.  

Данная сумма при определении общего размера убытка, подлежащего  взысканию с ответчика, должна быть учтена.  

В силу п. 2 ч. 1 ст. 287 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, по результатам рассмотрения кассационной жалобы  арбитражный суд кассационной инстанции вправе изменить решение суда  первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции в части  и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт, если  фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены  арбитражным судом первой и апелляционной инстанций на основании полного и  

всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, но этим судом  неправильно применена норма.  

Принимая во внимание изложенное, учитывая, что судами первой и  апелляционной инстанций на основании полного и всестороннего исследования  представленных в дело доказательств установлены фактические обстоятельства,  имеющие значение для дела, суд округа считает возможным, не передавая дело  на новое рассмотрение, принять новый судебный акт о взыскании с ФИО2 суммы убытков 43 858 657 рублей 09 копеек.  

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 23 сентября 2019 года и  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 ноября 2019  года по делу № А40-209660/15 отменить.  

Взыскать с ФИО2 в пользу публичного  акционерного общества «Межотраслевой страховой центр» сумму убытков  43 858 657 рублей 09 копеек.  

 В остальной части в удовлетворении требований конкурсного  управляющего отказать.  

Председательствующий судья Н.Я. Мысак 

Судьи: С.А. Закутская  Л.В. Михайлова