477/2023-20017(2) 

 

АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА 

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15  

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции 

Ф06-2665/2023

Дело № А49-5811/2022

г. Казань

05 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 03 мая 2023 года.  Полный текст постановления изготовлен 05 мая 2023 года.  

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:  председательствующего судьи Вильданова Р.А.,  

судей Карповой В.А., Королёвой Н.Н., 

при ведении протокола судебного заседания помощником  судьи Князевой А.В.,  

при участии в судебном заседании, проводимом с использованием  систем видеоконференц-связи, в Арбитражном суде Пензенской области  представителей:  

от Прокуратуры Пензенской области – ФИО1 (служебное  удостоверение),  

от индивидуального предпринимателя ФИО2 – ФИО3 по доверенности,  

в отсутствие представителей иных лиц, участвующих в деле,  извещенных надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу  индивидуального предпринимателя ФИО2  

на решение Арбитражного суда Пензенской области от 02.11.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.01.2023  

по делу № А49-5811/2022 

по исковому заявлению Первого заместителя прокурора Пензенской  области в интересах неопределенного круга лиц и Российской Федерации  в лице Межрегионального территориального управления Федерального  агентства по управлению государственным имуществом в Республике  Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и Пензенской  области к администрации Камешкирского района Пензенской области,  администрации Лапшовского сельсовета Камешкирского района и  индивидуальному предпринимателю ФИО2, с участием в деле в качестве третьего лица, не заявляющего  самостоятельных требований относительно предмета спора: Управления  Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и  картографии по Пензенской области, о признании сделки  недействительной и применении последствий недействительности  ничтожной сделки,  

УСТАНОВИЛ:

Первый заместитель прокурора Пензенской области (далее –  прокурор) в интересах неопределенного круга лиц и Российской  Федерации в лице Межрегионального Территориального управления  Федерального агентства по управлению государственным имуществом  в Республике Мордовия, Республике Марий Эл, Чувашской Республике и  Пензенской области обратился в Арбитражный суд Пензенской области  с исковым заявлением к администрации Камешкирского района  Пензенской области (далее – администрация), администрации  

Лапшовского сельсовета Камешкирского района Пензенской области  (далее - администрация сельсовета) и индивидуальному предпринимателю  ФИО2 (далее – ИП ФИО2, предприниматель)  о признании недействительным договора от 27.05.2010 № 3 аренды  земельного участка с кадастровым номером 58:11:0370104:11, площадью  419 095 кв. м, расположенного по адресному ориентиру примерно в 2150 м  по направлению на юго-запад от ориентира центра села, расположенного  за пределами участка, адрес ориентира: Пензенская обл., Камешкирский р- н, с. Кулясово, разрешенное использование – для сельскохозяйственного  использования (размещение водохранилища), заключенного между  администрацией и сельскохозяйственным потребительским  обслуживающим кооперативом «Лектравы Пензенской области» (далее -  СПОК «Лектравы Пензенской области»), а также дополнительного  соглашения к договору аренды земельного участка от 31.03.2016,  заключенного между муниципальным образованием Лапшовский  сельсовет Камешкирского района Пензенской области, СПОК «Лектравы  Пензенской области» и ФИО2, о применении последствий  недействительности ничтожной сделки, обязав ИП ФИО2  возвратить администрации земельный участок с кадастровым номером  58:11:0370104:11.  

Решением Арбитражного суда Пензенской области от 02.11.2022  по делу № А49-5811/2022 (с учетом определения от 07.11.2022  об исправлении описки и опечатки), оставленным без изменения  постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.01.2023, исковые требования удовлетворены частично. Судом  признан недействительным (ничтожным) договор аренды земельного  участка от 27.05.2010 № 3. Судом из чужого незаконного владения  предпринимателя истребован земельный участок с кадастровым номером  58:11:0370104:11, площадью 419 095 кв. м, расположенный по адресному  ориентиру примерно в 2150 м по направлению на юго-запад от ориентира  

центра села, расположенного за пределами участка, адрес ориентира:  Пензенская обл., Камешкирский р-н, с. Кулясово, разрешенное  использование – для сельскохозяйственного использования.  В удовлетворении остальной части иска отказано.  

Не согласившись с принятыми судебными актами,  ИП ФИО2 обратился в Арбитражный суд Поволжского округа  с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, как незаконные и  необоснованные, ссылаясь на неправильное применение судами норм  материального права, и принять по делу новый судебный акт об отказе  в удовлетворении иска.  

Как указывает заявитель жалобы, судебные инстанции неправильно  истолковали нормы и правовые разъяснения и ошибочно не применили  к заявленным требованиям о признании недействительным договора  аренды земельного участка от 27.05.2010 № 3 срок исковой давности,  который, по мнению заявителя, истек 27.05.2013. Кроме того, заявитель  жалобы указывает, что на спорном земельном участке расположен  принадлежащий ему на праве собственности объект недвижимого  имущества – гидротехническое сооружение «Плотина», что в соответствии  со статьей 271 Гражданского кодекса Российской Федерации  предоставляет ему право пользования таким земельным участком, занятым  указанным имуществом, в том числе и в случае перехода права  собственности на земельный участок из муниципальной в федеральную,  следовательно, основания для истребования спорного земельного участка  отсутствуют, поскольку такое владение осуществляется на законных  основаниях. Также, по мнению заявителя, судебные инстанции не учли,  что поскольку водный объект полностью расположен в границах  земельного участка, отнесенного к категории земель  сельскохозяйственного назначения, то такой земельный участок  не относится к землям водного фонда (часть 2 статьи 102 Земельного  кодекса Российской Федерации в действующей редакции), соответственно,  

спорный земельный участок может находиться в муниципальной  собственности и быть передан в аренду.  

Отзывы на кассационную жалобу в суд не поступили. 

В соответствии со статьей 153.1 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) судебное заседание  по рассмотрению кассационной жалобы проведено с использованием  систем видеоконференц-связи при содействии Арбитражного суда  Пензенской области.  

В заседании кассационной инстанции приняли участие  представители прокуратуры и предпринимателя, которые дали  соответствующие пояснения по делу.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом  о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих  представителей для участия в судебном заседании суда кассационной  инстанции не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 АПК  РФ не может служить препятствием для рассмотрения дела в их  отсутствие.  

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии  с положениями статей 274, 284, 286-288 АПК РФ, изучив материалы дела,  обсудив доводы кассационной жалобы, Арбитражный суд Поволжского  округа считает решение и постановление арбитражных судов  подлежащими отмене с направлением дела на новое рассмотрение в суд  первой инстанции по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела, на основании постановления  администрации Камешкирского района Пензенской области от 27.05.2010   № 111 по договору аренды земельного участка от 27.05.2010 № 3  муниципальное образование Камешкирский район Пензенской области  в лице главы администрации (арендодатель) передало СПОК «Лектравы  Пензенской области» (арендатор) в аренду земельный участок, площадью  419 095 кв. м, расположенный по адресному ориентиру примерно в 2150 м  

по направлению на юго-запад от ориентира центра села, расположенного  за пределами участка, адрес ориентира: Пензенская обл., Камешкирский  р-н, с. Кулясово, с кадастровым номером 58:11:370104:11 из земель  сельскохозяйственного назначения, разрешенное использование  земельного участка - для сельскохозяйственного использования  (размещение водохранилища). Срок аренды установлен на 15 лет.  

По акту приема-передачи от 27.05.2010 объект передан арендатору. Государственная регистрация договора произведена 30.08.2010. 

В последующем ФИО2 (новый арендатор), муниципальное  образование Лапшовский сельсовет Камешкирского района Пензенской  области в лице главы администрации сельсовета (арендодатель) и  СПОК «Лектравы Пензенской области» (арендатор) заключили  дополнительное соглашение от 31.03.2016 к договору аренды земельного  участка от 27.05.2010 № 3, по условиям которого арендатор уступает, а  новый арендатор принимает в полном объеме на себя права и обязанности  согласно договору аренды земельного участка от 27.05.2010 № 3.  

Государственная регистрация соглашения произведена 19.04.2016. 

Обращаясь в арбитражный суд с настоящими исковыми  требованиями, прокурор указал, что спорный земельный участок  сформирован с нарушениями требований земельного и водного  законодательства; поскольку в границах указанного земельного участка  расположен водный объект, имеющий гидравлическую связь с другими  поверхностными водными объектами, и относящийся к федеральной  собственности, то администрация не имела права на распоряжение им,  в связи с чем договоры следует признать недействительными и применить  последствия недействительности (ничтожности) сделки в виде обязания  предпринимателя возвратить предоставленный ему земельный участок.  

Удовлетворяя заявленные требования частично, и признавая договор  аренды земельного участка от 27.05.2010 № 3 недействительной  (ничтожной) сделкой (с учетом определения от 07.11.2022 об исправлении  

описки и опечатки), суды, исследовав и оценив представленные  в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 АПК РФ,  руководствуясь положениями статей 166, 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации, статей 1, 5, 6, 8 Водного кодекса Российской  Федерации, статьи 102 Земельного кодекса Российской Федерации  в редакции, действовавшей на момент заключения договора аренды  от 27.05.2010, с учетом правовой позиции Президиума Верховного Суда  Российской Федерации, изложенной в пункте 23 Обзора судебной  практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)  (утв. 17.07.2019), исходили из того, что в границах спорного земельного  участка с кадастровым номером 58:11:370104:11 расположен водный  объект, имеющий гидравлическую связь с другими поверхностными  водными объектами – р. Аряш, впадающей в р. Уза, являющейся частью  бассейна р. Волга, и, соответственно, относящийся к федеральной  собственности, в связи с чем администрация в отсутствие  соответствующих полномочий, в том числе по формированию земельного  участка под водным объектом, распорядилась таким участком  неправомерно, следовательно, договор является недействительной  (ничтожной) сделкой, посягающей на публичные интересы,  при совершении которой нарушен явно выраженный запрет,  установленный законом (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса  Российской Федерации).  

Рассматривая требования в части признания недействительным  дополнительного соглашения к договору аренды земельного участка  от 31.03.2016 и применения последствий недействительности  оспариваемой сделки, судебные инстанции, исходя из предоставленных  положениями статей 71, 133, 168 АПК РФ полномочий по исследованию и  оценке представленных в материалы дела доказательств, самостоятельной  квалификации возникших правоотношений и подлежащих применению  к ним норм права, принимая во внимание цель обращения прокурора в суд  

(восстановление нарушенного права собственника земельного участка),  а также учитывая правовые подходы, выработанные в судебной практике  по рассматриваемой категории споров и закрепленные, в частности,  в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 21.04.2003 № 6-П, в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах,  возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных  с защитой права собственности и других вещных прав», исходили  из необходимости применения к спорным правоотношениям положений  статей 301, 302 Гражданского кодекса Российской Федерации, признав  надлежащим способом защиты прав собственника в рассматриваемом  случае виндикационный иск.  

Разрешая спор с учетом установленной квалификации  правоотношений, судебные инстанции исходили из того, что спорный  земельный участок выбыл из владения собственника – Российской  Федерации помимо его воли, что по смыслу пункта 1 статьи 302  Гражданского кодекса Российской Федерации является основанием  для истребования из чужого незаконного владения предпринимателя  спорного земельного участка.  

При этом суды первой и апелляционной инстанций, проверив  доводы предпринимателя о применении к заявленным требованиям срока  исковой давности, установили, что с настоящим иском прокурор обратился  в арбитражный суд в пределах срока исковой давности.  

Суд кассационной инстанции исходит из следующего. 

При рассмотрении настоящего спора судебными инстанциями  правильно учтен правовой подход, закрепленный в пункте 23 Обзора  судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2019)  (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 17.07.2019).  

Согласно изложенной Верховным Судом Российской Федерации  правовой позиции, исходя из системного толкования положений статей 1,  5, 8 Водного кодекса Российской Федерации в собственности субъектов  Российской Федерации, муниципальных образований, физических и  юридических лиц могут находиться только пруды (состоящие  из поверхностных вод и покрытых ими земель в пределах береговой  линии), обладающие признаками изолированности и обособленности  от других поверхностных водных объектов, то есть не имеющие  гидравлической связи с иными водными объектами. Если пруд  не обособлен и не изолирован от других поверхностных водных объектов  и имеет с ними гидравлическую связь, он относится к собственности  Российской Федерации, в том числе в случае, когда пруд образован  на водотоке (реке, ручье, канале) с помощью водонапорного сооружения.  Если водный объект относится к федеральной собственности, то его  составная часть - покрытая поверхностными водами земля в пределах  береговой линии - также является федеральной собственностью. В этом  случае земельный участок как объект земельных отношений  не формируется и в этом качестве не может быть предоставлен в аренду.  

В таком случае сделка органа местного самоуправления  по распоряжению земельным участком, покрытым поверхностными  водами водного объекта, находящегося в федеральной собственности,  является недействительной (ничтожной) в силу статьи 168 Гражданского  кодекса Российской Федерации, поскольку противоречит требованиям  статей 1, 5, 8 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 102  Земельного кодекса Российской Федерации.  

Как установлено судами на основании материалов дела, в границах  земельного участка с кадастровым номером 58:11:370104:11 расположен  водный объект, имеющий гидравлическую связь с другими  поверхностными водными объектами – р. Аряш, впадающей в р. Уза,  являющейся частью бассейна р. Волга (письмо Пензенского ЦГМС –  

филиал ФГБУ «Приволжское УГМС» от 29.03.2022 № 601). Поскольку  в границах спорного земельного участка расположен водный объект,  находящийся в федеральной собственности, то соответственно и земля  под ним не может находиться в иной форме собственности, кроме как  федеральной, в связи с чем администрация не обладала полномочиями  по формированию земельного участка под данным водным объектом, и  последующему распоряжению им, в том числе путем передачи в аренду.  

Доказательств того, что Российская Федерация наделила  муниципальное образование полномочиями на совершение  распорядительных действий в отношении земельных участков,  включающих в себя земли водного фонда, в материалы дела  не представлено.  

Таким образом, предоставление в аренду спорного земельного  участка осуществлено в нарушение императивных требований статей 1, 5,  8 Водного кодекса Российской Федерации, статьи 102 Земельного кодекса  Российской Федерации, а именно распоряжение неуполномоченным лицом  землями водного фонда, на которых расположены необособленные водные  объекты, относящиеся к исключительной федеральной собственности,  в связи с чем судебные инстанции пришли к выводу, что договор аренды  земельного участка от 27.05.2010 № 3 является недействительной  (ничтожной) сделкой, посягающей на публичные интересы, при  совершении которой нарушен явно выраженный запрет, установленный  законом (пункт 2 статьи 168 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Признавая недействительным (ничтожным) договор аренды,  судебные инстанции пришли к выводу о том, что срок исковой давности  прокурором не пропущен.  

Федеральным законом от 07.05.2013 № 100-ФЗ «О внесении  изменений в подразделы 4 и 5 раздела I части первой и статью 1153 части  третьей Гражданского кодекса Российской Федерации» внесены изменения  

в нормы Гражданского кодекса Российской Федерации об основаниях и  о последствиях недействительности сделок (статьи 166 - 176, 178 - 181  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

По правилам пункта 6 статьи 3 названного Федерального закона  положения статей 166 - 176, 178 - 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ  применяются к сделкам, совершенным после дня вступления в силу  настоящего Федерального закона.  

Согласно пункту 1 статьи 3 Федерального закона от 07.05.2013   № 100-ФЗ настоящий Федеральный закон вступает в силу с 01.09.2013,  за исключением пункта 22 статьи 1 настоящего Федерального закона.  

Поскольку оспариваемый договор аренды земельного участка № 3  заключен 27.05.2010, то есть до даты вступления в силу Федерального  закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ, к спорным правоотношениям подлежат  применению нормы Гражданского кодекса Российской Федерации  об основаниях и о последствиях недействительности сделок в редакции,  действовавшей до 01.09.2013.  

Согласно пункту 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской  Федерации (в редакции, действовавшей до 01.09.2013) срок исковой  давности по требованию о применении последствий недействительности  ничтожной сделки составляет три года. Течение срока исковой давности  по указанному требованию начинается со дня, когда началось исполнение  этой сделки.  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 32  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и  Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 01.07.1996 № 6/8 «О некоторых вопросах, связанных с применением  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (в редакции,  действовавшей до 22.06.2015), ничтожная сделка является  недействительной независимо от признания ее таковой судом (пункт 1  

статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации). Учитывая, что  Кодекс не исключает возможность предъявления исков о признании  недействительной ничтожной сделки, споры по таким требованиям  подлежат разрешению судом в общем порядке по заявлению любого  заинтересованного лица. При этом следует учитывать, что такие  требования могут быть предъявлены в суд в сроки, установленные  пунктом 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Таким образом, в спорный период положения пункта 1 статьи 181  Гражданского кодекса Российской Федерации распространялись также и  на требования о признании ничтожной сделки недействительной.  

Как разъяснено в пункте 8 постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.03.2012 № 15  «О некоторых вопросах участия прокурора в арбитражном процессе»,  при рассмотрении исков прокурора о признании сделки недействительной  и о применении последствий недействительности ничтожной сделки  необходимо исходить из того, что начало течения срока исковой давности  определяется по правилам гражданского законодательства таким же  образом, как если бы за судебной защитой обращалось само лицо, право  которого нарушено.  

Данные разъяснения судом первой инстанции учтены не были.  

Между тем вывод судебных инстанций о том, что срок исковой  давности прокурором не пропущен, признается судом кассационной  инстанции правильным, исходя из следующего.  

Собственник земельного участка - Российская Федерация (в лице  уполномоченного органа) стороной оспариваемого договора аренды  земельного участка от 27.05.2010 № 3 не являлся.  

При этом исполнение сделки, связанной с распоряжением земельным  участком, на котором находится водный объект, в силу специфики  отнесения данных земель к землям водного фонда, напрямую зависит  от установления факта наличия гидравлической связи между водными  

объектами, как обязательного признака, относящего тот или иной водный  объект к федеральной собственности.  

Аналогичная правовая позиция приведена в постановлениях  Арбитражного суда Поволжского округа от 29.10.2019 по делу № А4915399/2018, Арбитражного суда Центрального округа от 15.08.2022  по делу № А64-2621/2021, Арбитражного суда Северо-Кавказского округа  от 09.03.2021 по делу № А01-997/2020 (определением Верховного Суда  Российской Федерации от 17.06.2021 № 308-ЭС21-8569 в передаче  кассационной жалобы для рассмотрения в судебном заседании Судебной  коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской  Федерации отказано).  

О наличии гидравлической связи водного объекта, расположенного  в границах земельного участка с кадастровым номером 58:11:370104:11,  с другими поверхностными водными объектами – р. Аряш, впадающей  в р. Уза, являющейся частью бассейна р. Волга, стало известно  по результатам истребования прокуратурой соответствующей информации  о данном водном объекте в 2022 году (письмо Пензенского ЦГМС –  филиал ФГБУ «Приволжское УГМС» от 29.03.2022 № 601).  

Следовательно, о возможном нарушении прав Российской  Федерации прокурору стало известно не ранее 2022 года, после чего он  предпринял меры для установления нарушения и обратился в суд.  

Иных обстоятельств, которые могли бы повлиять на оценку  осведомленности прокурора либо территориального органа по управлению  государственным имуществом о нарушении прав Российской Федерации,  предпринимателем не приведено и не доказано.  

Данная правовая позиция, согласно которой течение срока исковой  давности по искам в защиту права государственной собственности  начинается со дня, когда государство в лице уполномоченного органа  узнало или должно было узнать о нарушении его прав как собственника  

имущества, отражена, в частности, в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 06.10.2015 № 72-КГ15-2  

Далее, рассматривая требования в части признания  недействительным дополнительного соглашения к договору аренды  земельного участка от 31.03.2016 и применения последствий  недействительности оспариваемой сделки, судебные инстанции  правомерно указали на необходимость истребования спорного земельного  участка в соответствии со статьями 301, 302 Гражданского кодекса  Российской Федерации, что соответствует подходу, закрепленному  в Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 21.04.2003 № 6-П, в пункте 35 постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 29.04.2010 № 10/22 «О некоторых вопросах,  возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных  с защитой права собственности и других вещных прав».  

Из указанных разъяснений Постановления № 10/22, а также позиции  Конституционного Суда Российской Федерации, следует, что права лица,  считающего себя собственником имущества, не подлежат защите путем  удовлетворения иска к добросовестному приобретателю с использованием  правового механизма, установленного пунктами 1 и 2 статьи 167  Гражданского кодекса Российской Федерации, такая защита возможна  лишь путем удовлетворения виндикационного иска, если имеются  предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской  Федерации основания, которые дают право истребовать имущество  у добросовестного приобретателя.  

В пунктах 37, 38 и 39 Постановления № 10/22 разъяснено  следующее: в соответствии со статьей 301 Гражданского кодекса  Российской Федерации ответчик вправе возразить против истребования  имущества из его владения путем представления доказательств  возмездного приобретения им имущества у лица, которое не имело права  

его отчуждать, о чем он не знал и не должен был знать (добросовестный  приобретатель); ответчик может быть признан добросовестным  приобретателем имущества при условии, если сделка, по которой он  приобрел владение спорным имуществом, отвечает признакам  действительной сделки во всем, за исключением того, что она совершена  неуправомоченным отчуждателем; собственник вправе опровергнуть  возражение приобретателя о его добросовестности, доказав, что при  совершении сделки приобретатель должен был усомниться в праве  продавца на отчуждение имущества; по смыслу пункта 1 статьи 302  Гражданского кодекса Российской Федерации собственник вправе  истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо  от возражения ответчика относительно того, что он является  добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества  из его владения или владения лица, которому оно было передано  собственником, помимо их воли.  

В Постановлении Конституционного Суда Российской Федерации  от 22.06.2017 № 16-П указано, что правовое регулирование, в соответствии  с которым защита прав лица, считающего себя собственником имущества,  возможна путем удовлетворения виндикационного иска, если для этого  имеются предусмотренные статьей 302 Гражданского кодекса Российской  Федерации основания, дающие право истребовать имущество и  у добросовестного приобретателя (безвозмездность приобретения  имущества добросовестным приобретателем, выбытие имущества  из владения собственника помимо его воли и др.), отвечает целям  обеспечения стабильности гражданского оборота и направлено в целом  на установление баланса прав и законных интересов всех его участников.  

Положения пункта 1 статьи 302 Гражданского кодекса Российской  Федерации в той мере, в какой им предусматривается право собственника  истребовать принадлежащее ему имущество от добросовестного  приобретателя в случае, когда это имущество выбыло из владения  

собственника помимо его воли, было признано соответствующим  Конституции Российской Федерации.  

Суды установили, что спорный земельный участок выбыл  из владения собственника - Российской Федерации помимо его воли, что  предусматривает право собственника истребовать принадлежащее ему  имущество и у добросовестного приобретателя.  

Срок исковой давности по требованиям об истребовании  недвижимого имущества, которое выбыло из владения помимо воли его  собственника, исчисляемый с момента, когда последний узнал или должен  был узнать о нарушении своих прав и выбытии недвижимого имущества  из своего владения (статьи 196, 200, 302 Гражданского кодекса Российской  Федерации), применительно к конкретным обстоятельствам настоящего  спора также нельзя признать пропущенным.  

Вместе с тем, с учетом установленной квалификации  правоотношений, при рассмотрении требования о виндикации спорного  земельного участка суды не учли следующего.  

Как следует из пояснений предпринимателя, приведенных  в апелляционной жалобе, заключение дополнительного соглашения  к договору аренды земельного участка от 31.03.2016 явилось следствием  приобретения им в собственность объекта недвижимости –  гидротехнического сооружения «Плотина», расположенного на спорном  земельном участке, о чем в ЕГРН внесена запись от 27.10.2015 № 5858/031-58/031/012/2015-108/2.  

Кроме того, из материалов дела следует, что постановление  администрации Камешкирского района Пензенской области от 27.05.2010   № 111 о предоставлении спорного земельного участка в аренду принято  на основании заявления СПОК «Лектравы Пензенской области»  (первоначальный арендатор) от 13.04.2010, согласно которому заявитель  просит предоставить в аренду земельный участок  

для сельскохозяйственного использования (размещения плотины) (т. 1  л.д. 13 оборотная сторона).  

В соответствии с подпунктом 5 пункта 1 статьи 1 Земельного  кодекса Российской Федерации одним из принципов земельного  законодательства является единство судьбы земельных участков и прочно  связанных с ними объектов, согласно которому все прочно связанные  с земельными участками объекты следуют судьбе земельных участков,  за исключением случаев, установленных федеральными законами.  

Истребование земельного участка без решения судьбы названных  объектов недвижимости неправомерно, поскольку противоречит  закрепленному в подпункте 5 пункта 1 статьи 1 Земельного кодекса  Российской Федерации принципу единства судьбы земельных участков и  прочно связанных с ними объектов.  

Суды, признавая надлежащим способом защиты (восстановления)  нарушенного права виндикационный иск, не исследовали вопрос  о наличии объектов недвижимости на спорном земельном участке.  

Между тем указанные обстоятельства имеет существенное значение  для правильного разрешения спора, поскольку по правилам статьи 35  Земельного кодекса Российской Федерации и статьи 271 Гражданского  кодекса Российской Федерации собственник здания, сооружения или иной  недвижимости, находящейся на земельном участке, принадлежащем иному  лицу, имеет право пользования предоставленным таким лицом под эту  недвижимость земельным участком; при переходе права собственности  на недвижимость, находящуюся на чужом земельном участке, к другому  лицу оно приобретает право пользования соответствующим земельным  участком на тех же условиях и в том же объеме, что и прежний  собственник.  

Соответствующая правовая позиция изложена в определении  Верховного Суда Российской Федерации от 19.11.2015 № 308-ЭС15-8731  по делу № А32-8510/2012.  

К апелляционной жалобе предпринимателем была приложена  выписка из ЕГРН на объект недвижимости - гидротехнического  сооружения «Плотина».  

Суд апелляционной инстанции, отказав предпринимателю  в приобщении дополнительных документом, констатировал, что  не принимает дополнительных доказательств, которые не предъявлялись  в суд первой инстанции.  

Между тем апелляционный суд фактически отказал в исследовании  фактических обстоятельств, которые подлежали исследованию в рамках  настоящего спора, а не в приобщении дополнительных доказательств.  

При этом следует отметить, что применительно к обстоятельствам  рассматриваемого спора судам необходимо было также установить  наличие/отсутствие у объекта – гидротехнического сооружения  «Плотина», расположенного на спорном земельном участке, признаков,  позволяющих отнести его к объектам недвижимого имущества,  в результате чего определить подлежит ли он постановке  на государственный кадастровый учет и подлежит ли государственная  регистрация права на него.  

При таких обстоятельствах обжалуемые решение и постановление  арбитражных судов в части истребования спорного земельного участка  не могут быть признаны законными и обоснованными, поскольку судами  не установлены все обстоятельства дела, имеющие существенное значение  для правильного разрешения спора, и необходимые для принятия  законного и обоснованного судебного акта, нарушены нормы  материального права.  

Допущенные судами нарушения не могут быть устранены судом  кассационной инстанции, поскольку для этого требуется установление  фактических обстоятельств дела посредством исследования и оценки  доказательств, что в силу части 2 статьи 287 АПК РФ не входит  в полномочия суда округа, в связи с чем обжалуемые решение и  

постановление арбитражных судов в соответствии с пунктом 3 части 1  статьи 287 АПК РФ подлежат отмене с направлением дела на новое  рассмотрение в суд первой инстанции.  

При этом, отменяя судебные акты полностью, в том числе и в части  рассмотренных требований о признании недействительным договора  аренды земельного участка от 27.05.2010, суд кассационной инстанции  исходит из следующего.  

В соответствии с частью 4 статьи 15 АПК РФ принимаемые  арбитражным судом решения, постановления, определения должны быть  законными, обоснованными и мотивированными.  

Согласно части 1 статьи 168 АПК РФ при принятии решения  арбитражный суд оценивает доказательства и доводы, приведенные  лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и  возражений; определяет, какие обстоятельства, имеющие значение  для дела, установлены и какие обстоятельства не установлены, какие  законы и иные нормативные правовые акты следует применить по данному  делу; устанавливает права и обязанности лиц, участвующих в деле;  решает, подлежит ли иск удовлетворению.  

В соответствии со статьей 170 АПК РФ решение арбитражного суда  должно состоять из вводной, описательной, мотивировочной и  резолютивной частей. В мотивировочной части решения должны быть  указаны, в частности, фактические и иные обстоятельства дела,  установленные арбитражным судом, доказательства, на которых основаны  выводы суда об обстоятельствах дела и доводы в пользу принятого  решения; мотивы, по которым суд отверг те или иные доказательства,  принял или отклонил приведенные в обоснование своих требований и  возражений доводы лиц, участвующих в деле. В мотивировочной части  решения должны содержаться также обоснования принятых судом  решений. Резолютивная часть решения должна содержать выводы  

об удовлетворении или отказе в удовлетворении полностью или в части  каждого из заявленных требований.  

По смыслу указанных норм процессуального закона, решение  арбитражного суда не должно содержать каких-либо противоречий или  несоответствий одной его части другим частям решения.  

Согласно части 1 статьи 176 АПК РФ решение арбитражного суда  объявляется председательствующим в том судебном заседании, в котором  закончено рассмотрение дела по существу, после принятия решения  арбитражного суда. В судебном заседании, в котором закончено  рассмотрение дела по существу, может быть объявлена только  резолютивная часть принятого решения. В этом случае арбитражный суд  объявляет, когда будет изготовлено решение в полном объеме и разъясняет  порядок доведения его до сведения лиц, участвующих в деле.  

Согласно протоколу судебного заседания суда первой инстанции,  состоявшегося 01-02.11.2022, судом объявлена резолютивная часть  решения по делу.  

Аудиозапись этого судебного заседания, резолютивная часть  принятого решения от 02.11.2022 (бумажный носитель) свидетельствуют  о том, что при объявлении резолютивной части принятого решения судом  первой инстанции объявлено следующее: «Исковые требования  удовлетворить частично. Истребовать из незаконного владения  ФИО2 земельный участок с кадастровым  номером 58:11:0370104:11, площадью 419 095 кв. м, расположенный  по адресному ориентиру примерно в 2150 м по направлению на юго-запад  от ориентира центра села, расположенного за пределами участка, адрес  ориентира: Пензенская обл., Камешкирский р-н, с. Кулясово, разрешенное  использование – для сельскохозяйственного использования.  В удовлетворении исковых требований в остальной части иска отказать».  

Однако, как усматривается из мотивировочной части обжалуемого  решения от 02.11.2022 (полный текст), суд первой инстанции, помимо  

прочего, признал недействительным (ничтожным) договор аренды  земельного участка от 27.05.2010 № 3, при этом резолютивная часть  мотивированного решения также не содержит указания  на удовлетворении исковых требований в данной части.  

Таким образом, резолютивная часть не соответствует  мотивировочной части полного текста решения от 02.11.2022.  

Судом первой инстанции было вынесено определение от 07.11.2022,  которым суд в порядке части 3 статьи 179 АПК РФ определил, в том числе:  «Дополнить резолютивную часть решения абзацем «Признать сделку -  договор аренды земельного участка от 27.05.2010 № 3 ничтожной».  

Между тем Конституционный Суд Российской Федерации  в определении от 20.03.2014 № 576-О указал, что часть 3 статьи 179 АПК  РФ, предоставляющая принявшему решение арбитражному суду право  по заявлению лица, участвующего в деле, судебного пристава- исполнителя, других исполняющих решение арбитражного суда органа,  организации или по своей инициативе исправить допущенные им  в решении описки, опечатки и арифметические ошибки без изменения его  содержания, направлена на обеспечение неизменности судебного решения  и не предполагает ее произвольного применения судами.  

По смыслу статьи 179 АПК РФ изменения могут быть внесены  в судебный акт только в том случае, если исправления вызваны  необходимостью устранения допущенных судом при изготовлении  судебного акта несоответствий, но, по сути, не приводят к изменению  существа принятого судебного акта.  

При устранении описок, опечаток на основании части 3 статьи 179  АПК РФ не может быть изменено содержание судебного акта.  

Явное смысловое расхождение мотивировочной части, в которой суд  первой инстанции приходит к выводу о признании сделки  недействительной (ничтожной), то есть удовлетворяет исковые требования  в данной части, и резолютивная часть решения, в том числе при ее  

объявлении в судебном заседании, в котором закончено рассмотрение дела  по существу, где судом указано на удовлетворение исковых требований  в части истребования земельного участка из чужого незаконного владения  и на отказ в удовлетворении исковых требований в оставшейся части,  не может квалифицироваться в качестве опечатки, так как внесение  исправлений объективно приводит к изменению содержания судебного  акта, что прямо противоречит требованиям статьи 179 АПК РФ  (определение Верховного Суда Российской Федерации от 31.01.2023   № 307-ЭС22-16512 по делу № А56-83666/2021).  

Принимая во внимание изложенное, суд кассационной инстанции  приходит к выводу, что обжалуемое решение судом первой инстанции  принято с нарушениями норм процессуального права, которые не были  устранены судом апелляционной инстанции, в связи с чем обжалуемые  судебные акты подлежат отмене с направлением дела на новое  рассмотрение в суд первой инстанции на основании пункта 3 части 1  статьи 287 АПК РФ.  

При новом рассмотрении спора суду следует учесть изложенное,  дать надлежащую оценку представленным в дело доказательствам и  доводам сторон с учетом требований, установленных статьей 71 АПК РФ,  установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет  доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, и  разрешить возникший спор в соответствии с подлежащими применению  к спорным отношениям нормами материального права, требованиями  процессуального закона и установленными по делу обстоятельствами,  после чего принять решение в соответствии с требованиями статьи 170  АПК РФ, а также распределить судебные расходы по уплате  государственной пошлины, в том числе за подачу кассационной жалобы,  с учетом положений абзаца второго части 3 статьи 289 АПК РФ.  

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 3 части 1  статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Пензенской области от 02.11.2022 и  постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда  от 13.01.2023 по делу № А49-5811/2022 отменить.  

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд  Пензенской области.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и  может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда  Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1.,  291.2. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий судья Р.А. Вильданов 

Судьи В.А. Карпова  

 Н.Н. Королёва 

Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 28.03.2022 4:51:00Кому выдана Королева Надежда НиколаевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 28.03.2022 4:41:00Кому выдана Карпова Вера АнатольевнаЭлектронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство России 

Дата 28.03.2022 6:11:00

Кому выдана Вильданов Ринат Анварович