АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КОМИ

ул. Орджоникидзе, д. 49а, г. Сыктывкар, 167982

8(8212) 300-800, 300-810, http://komi.arbitr.ru, е-mail: info@komi.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации

РЕШЕНИЕ

Дело № А29-6202/2017

18 октября 2019 года

г. Сыктывкар

(дата изготовления решения в полном объёме)

Арбитражный суд Республики Коми в составе судьи Босова А. Е., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарём судебного заседания ФИО1,

рассмотрел в открытом судебном заседании дело по иску 

муниципального учреждения Управление капитального строительства

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)

к обществу с ограниченной ответственностью Проектно-Строительная фирма

«Ухтажилстройпроект» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>), 

к обществу с ограниченной ответственностью

«Первый ремонтно-строительный трест»

(ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

о возмещении ущерба,

третьи лица, не заявляющих самостоятельных требований

относительно предмета спора: 

общество с ограниченной ответственностью

«Управляющая компания «Март» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>),

временный управляющий общества «Первый РСТ» ФИО2,

и установил:

муниципальное учреждение Управление капитального строительства (далее — Управление) обратилось в Арбитражный суд Республики Коми с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью Проектно-Строительная фирма «Ухтажилстройпроект» (далее — Общество-1)и к обществу с ограниченной ответственностью «Первый ремонтно-строительный трест» (далее — Общество-2) о взыскании с надлежащего ответчика 680 157 рублей 63 копеек убытков (с учётом уточнений от 13.11.2018 № 09-2096).

Исковые требования основаны на статье 15, пункте 3 статьи 723,пункте 1 статьи 754, пункте 2 статьи 755, статье 764 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее — Кодекс) и мотивированы следующим.Во исполнение контрактных обязательств Общество-1 разработало проектную документацию по объекту «Строительство малоэтажных жилых домов для переселения граждан из аварийного жилищного фонда» (

<

...> участок № 6), а Общество-2 реализовало подготовленный Обществом-1 проект. Законченный строительством объект принят по актуКС-11. При подключении жилых помещений к системе газораспределения (после установки клапанов инфильтрации воздуха — КИВов) было выявлено наличие так называемой обратной тяги в каналах дымоходов, проходящихв кухнях и санузлах. В результате газовые водонагреватели были отключены,а газовые плиты остались неподключёнными. Наличие обратной тяги привелок повреждению унитазов в квартирах 19 и 20, к разморозке системы водоснабжения в колонках (калориферах) газовых водонагревателей,к повреждению последних в квартирах 8, 17, 21, 27 и 29, а также к затоплению квартир 2, 5, 8, 13, 17, 23 и 27. Согласно позиции истца, ущерб причинён вследствие некачественного проведения строительства и некачественной подготовки проектной документации.

На основании определения от 14.06.2017 исковое заявление принято к производству судьи Кокошиной Н. В.

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Март» (определение от 07.08.2017; далее — Управляющая компания) и временный управляющий Общества-2 ФИО2 (определение от 01.02.2018).

В отзыве Общества-2 отражено, что в ответ на письма истцаоб устранении замечаний в части отказа работ газовых водонагревателейи появления обратной тяги из вентиляционных каналов Общество-2 неоднократно указывало, что работы по монтажу приточно-вытяжной системы выполнены в соответствии с проектом; размораживание унитазови теплообменников происходит из-за обратной тяги в каналах вытяжной вентиляции санузлов и газоходов водонагревательных колонок вследствие недостаточного притока воздуха в зимний период при закрытых окнах (проект, раздел 1641.14М6-ОВ, лист 2 — приток воздуха не организованной через форточки и клапаны инфильтрации воздуха КВМ-125, при температуре наружного воздуха ниже -10ºC только через КИВ-125), так как квартирыне эксплуатируются. 

Общество-1 также направило отзыв от 14.07.2017 № 93, в котором полностью отклонило исковые требования: проектная и рабочая документация были выполнены в соответствии с техническим заданием заказчика и требованиями действующих строительных норм и правил, что подтверждается актом выполненных работ от 05.11.2014 № 335 и положительным заключением государственной экспертизы по проекту повторного применения. Ответчик также предоставил в дело заверенную копию положительного заключения государственной экспертизы АУ РК «Управление государственной экспертизы Республики Коми» от 20.02.2015 № 11-1-4-0012-15 по объекту капитального строительства «Строительство малоэтажных жилых домов для переселения граждан из аварийного жилищного фонда» (г. Ухта, 

<

...> участок 6). В дополнении к отзыву от 02.08.2017 № 105 отражено, что основная причина размораживания унитазов в незаселённых квартирах — отсутствие надлежащего технического надзора со стороны Управления за строительством дымовых и вентиляционных каналов: истец не осуществлял контроль за введёнными в эксплуатацию домами между сдачей и заселением (именно в этот период и произошло размораживание). 

В отзыве от 30.08.2017 № 906 Управляющей компании отражено, что размораживание унитазов и колонок при образовании обратной тяги стало возможным из-за плохого качества кладки вентканалов и дымоходов, отсутствия швабровки (затирки стенок) каналов. Если бы собственник (Администрация муниципального образования городского округа «Ухта») надлежащим образом эксплуатировал спорный дом, то обстоятельства, приведшие к возникновению ущерба, не наступили бы.

Общество-1 обратило внимание суда на то, что оно и Управление заключили контракт от 18.03.2015 № 1641.15АН на оказание услугпо осуществлению авторского надзора за строительством спорного объектана сумму 139 596 рублей 66 копеек (0,2 процента от стоимости объекта). Основные обязанности по организации и ведению авторского надзора определены СП 11-110-99 «Авторский надзор за строительством зданийи сооружений». Как усматривается из перечня обязанностей, входящихв строительный контроль, ни одна из них не включена в условия названного контракта; ни в его тексте, ни в расчете стоимости услуг на осуществление авторского надзора нет упоминания о возложении на проектную организацию осуществления строительного контроля.

На основании определения от 01.02.2018 суд назначил по делу судебную экспертизу, поручив её проведение эксперту автономной некоммерческой организации «Судебная экспертиза» ФИО3. 

Эксперт ФИО3 предупреждена об уголовной ответственности по статье 307 Уголовного кодекса Российской Федерации за дачу заведомо ложного заключения. Размер вознаграждения определён в сумме 75 000 рублей.

15.08.2018 в дело предоставлено заключение эксперта № 08/07/2018, составленное в период с 10 февраля по 19 июля 2018 года (т. 18).

Ниже представлены выводы экспертизы.

Вопросы, поставленные судом

Выводы эксперта

1.Причинён ли ущерб в квартирах (согласно дефектному акту МУ УКС от 27.03.2017) № 2, 5, 8, 13, 17, 19, 20, 21, 23, 27, 29 в жилом доме по ул. Молодежная, 16/9 г. Ухта?

Ущерб причинён квартирам 2, 5, 8, 13, 19, 21, 23, 27, 29. В квартиры № 17 и 20 доступ не был предоставлен.

2.Если да, то какова стоимость затрат, необходимых для возмещения данного ущерба?

Стоимость затрат составляет 586 174 рубля 44 копейки.

3.Соответствует ли проектная и рабочая документации на строительство данного жилого дома требованиям действующих норм и правил, предъявленных к строительству дымоходов и вентиляционных каналов (приточно-вытяжной системы)?

Решения, разработанные в рабочей документации на строительство, соответствуют требованиям действующих норм и правил, предъявляемых к устройству вентиляционных каналов и дымоходов. 

3.1.Если нет, то какие именно имеются нарушения и являются ли они причиной возникновения данного ущерба?

Проектная документация и решения, разработанные в рабочей документации на строительство, соответствуют требованиям действующих норм и правил, предъявляемых к строительству дымоходов и вентиляционных каналов (приточно-вытяжной системы).

4.Выполнены ли работы по строительству вентиляционных каналов и дымоходов (приточно-вытяжной системы) в данном доме в соответствии с требованиями проектной и рабочей документаций?

Вентиляционные каналы и дымоходы выполнены не в соответствии с решениями, разработанными в рабочей документации, и не соответствуют требованиям проектной документации на их строительство. 

4.1.Если нет, то какие именно отступления от данных требований имеют место и являются ли они причиной возникновения данного ущерба?

- На внутренней поверхности дымовых и вентиляционных каналов располагаются излишки раствора, образованные в процессе кирпичной кладки каналов:

- толщина швов кладки не соблюдается, горизонтальные и вертикальные швы заполнены не полностью;

- в каналах дымоходов и вентиляции имеются завалы, посторонние предметы, швабровка стен вентканалов выполнена частично;

- при испытании дымовых и вентиляционных каналов с помощью дымовой машины на плотность и обособленность от соседних дымовых и вентиляционных каналов появляется дым, что свидетельствует о необособленности или неплотности дымохода и вентиляционных каналов.

Таким образом, требования, которые были определены нормативными документами, и мероприятия, которые предусмотрены в проектной и рабочей документации, не реализованы при строительстве и могут являться причиной возникновения ущерба. 

5.При наличии отрицательных ответов на вопросы 3.1 и 4.1 — какова иная причина возникновения ущерба?

На вопрос 4.1 ответ положительный. 

Заседание по делу неоднократно откладывалось.

Определением Арбитражного суда Республики Коми от 22.11.2018в связи с временной нетрудоспособностью судьи Кокошиной Н. В. произведена замена судьи, дело передано для рассмотрения судье Босову А. Е.

В письменных комментариях от 26.12.2018 № 09-2548 (т. 19, л.д. 100 — 102) на пояснения и дополнения экспертов истец указал следующее. При формулировании вывода о марке кирпича, из которого, согласно проектной документации, следовало выполнить стены вентканалов, эксперты допустили ошибку. В обозначении КР-р-по250*12*88/1.4НФ/150/1.2/35 (ГОСТ 530-212) показателями класса средней плотности и уровня морозостойкости являются, соответственно, цифры 1.2 и 35 (то есть кирпич F35). Между тем эксперты указывают, что для наружной кладки желательно использовать кирпич марки F50 и выше. Следовательно, при разработке проекта был заложен кирпич,не соответствующей нормативной документации в части морозостойкости. Вина проектировщика также имеет место ещё и потому, что именно он при разработке сметы указал пустотелый кирпич вместо полнотелого. Исполнительная документация (в том числе и на кирпичную кладку), вопреки пункту 4.2.12 контракта и письму Управления от 03.03.2017 № 08-465,до настоящего времени не направлена подрядчиком заказчику.

В возражениях Общества-2 от 09.01.2019 № 2 (т. 19, л.д. 109) отражено, что эксперт ФИО4 не привлекалась к участию в проведении судебно-экспертного исследования по настоящему делу, а в судебном заседании по делу А29-6204/2017 она сообщила, что в обследовании объектов не участвовалаи на объекты не выезжала. Из пояснений эксперта ФИО3, данных ею при рассмотрении дела А29-6204/2017, следует, что на крыши домов онане выходила, фотосъёмку не производила, фотографии были предоставлены ей третьим лицом. Из самого экспертного заключения также следует, что крыша дома и вентшахты на ней не обследовались. Между тем пояснения и дополнения (вместе с фотографиями) подписаны обоими экспертами. На фото 2, 4 и 5 виден снег, однако обследование объекта производилось 31.05.2018, когда снежный покров уже сошёл. Подрядчик также дал расшифровку приведённой маркировки кирпича и отметил при этом, что кирпичная кладка фактически выполнена из кирпича полнотелого утолщённого М200, 2.0/35, то есть применён материал более высокого качества. 

Представители Общества-2 и Управления высказались в пользу необходимости вызова экспертов в судебное заседание.

По мнению представителя Общества-1, выводы экспертов понятныи не нуждаются в дополнительном изъяснении, некачественно выполненные работы и применённый материал могут составлять одну из причин ущерба, однако далеко не главную.

На основании определения от 10.01.2018 были вызваны эксперты ФИО3 и ФИО4, которые, однако в заседание 20.02.2018 они не явились, несмотря на надлежащее уведомление.

В дополнениях от 18.02.2019 № 33 (т. 20, л.д. 87 — 96) к возражениямна заключение эксперта Общество-2 обратило внимание суда на то, что в ходе исследования не определены фактическая толщина швов кладки и степень заполненности раствором. Фотографии не отвечают требованиямоб относимости доказательств. Положения ПЗ серии 5.905-27.08, которые содержат рекомендации по первичной приёмке вентиляционных и дымовых каналов к эксплуатации, применены неправильно, поскольку первичная приёмка состоялась до 27.05.2016. Отсутствие в заключении эксперта указаний на использованную нормативно-правовую документацию лишает возможности  проверить соответствие применённых методов установленным требованиям. Выводы, касающиеся работы вентиляции в квартирах № 2, 5, 13 и 21, а такжео несоответствии фактической высоты столба вентканала расчётным данным, не подтверждены документально. Выводы об иных причинах ущерба экспертами не приводятся, между тем объект введён в эксплуатацию в мае 2016 года надлежащим образом и принят управляющей компанией. Выводы эксперта носят вероятностный характер. 

Суд откладывал заседание для обеспечения участия в нём экспертов.

В дополнениях от 28.03.2019 № 22 (т. 20, л.д. 134 — 135) к отзыву проектировщик указал, что некачественное возведение вентканалов признано главной причиной разрушений не только экспертизой, проведённой в рамках настоящего дела, — специалисты истца и управляющей компании «Март», которые привлечены Ухтинским городским судом, рассматривающим многочисленные иски жильцов дома, пришли к такому же выводу. Дополнительные факторы, которые могли повлиять на размораживание приборов (закрытие-открытие окон в морозы, закрытие дверей в туалетные и ванные комнаты, отсутствие в помещении ванных комнат включённых электронагревателей, плохая работа систем отопления и прочее), в любом случае входят в сферу ответственности истца, который обслуживал спорный дом с даты ввода в эксплуатацию (27.05.2016), а затопленные квартиры и размороженные приборы обнаружил лишь 11.01.2017, спустя полмесяца после экстремальных морозов в декабре. 

В заседании принял участие ФИО5 — директор АНО «Судебная экспертиза», сообщивший, что эксперт ФИО3 в декабре 2018 года уволилась и найти её не смогли, а эксперт ФИО4 временно нетрудоспособна, но обязалась явиться в следующее судебное заседание. 

Все вопросы, по мнению всех участвующих в деле лиц, имеет смысл адресовать именно эксперту ФИО6 Согласия на проведение дополнительной экспертизы представители не выразили, сообщив также, что не видят оснований и в проведении повторного исследования.

Действуя с учётом безусловного соблюдения права участвующих в деле лиц на справедливое судебное разбирательство в разумный срок, суд пришёл к выводу о необходимости отложить слушание по делу и предложить участникам процесса в письменном виде обратиться к экспертному учреждению с оставшимися вопросами, а последнему — ответить суду и авторам вопросов (также письменно). Участникам процесса разъяснено, что ответы АНО «Судебная экспертиза» не будут являться новым экспертным заключением или разъяснениями состоявшегося.

В пояснениях от 17.05.2019 № 97 (т. 21, л.д. 41) Общество-2 сообщило, что основной причиной ненадлежащей работы вентиляции является отсутствие притока воздуха в достаточном объёме. Данную проблему можно было решить установкой в соответствии с пунктом 9.7.СП54.13330.2011 на вытяжных каналах и воздуховодах регулируемых вентиляционных решёток и клапанов, что позволило бы в зависимости от сезона регулировать воздухообмен (перекрывая живое сечение канала и уменьшая тем самым объём вытяжки через основной канал кухни). Ранее в Управление направлялись предложения по устранению несоответствий, в частности давались следующие рекомендации:

-установить на всех вытяжных вентканалах регулируемые решётки в соответствии с пунктом 9.7. СП54.13330.2011;

-установить на внутренних дверях в санузлы и кухни приточные решетки для свободной циркуляции воздуха внутри квартиры;

-подготовить инструкцию но использованию вентсистем с обязательным указанием способов и режимов её эксплуатации в соответствии с погодными условиями для передачи жильцам.

В дело поступили подписанные директором АНО «Судебная экспертиза» ответы на вопросы, сформулированные Управлением (т. 21, л.д. 49). Эксперты ФИО3 и ФИО4 так и не явились в судебное заседание.

В письме от 23.07.2019 № 09-1494 (т. 21, л.д. 107 — 111) Управление высказалось в отношении качества проведённой экспертизы и просило уменьшить размер вознаграждения экспертам. 

Определением от 25.06.2019 суд удовлетворил ходатайство истца об истребовании у теплоснабжающей организации сведений о потреблённой в доме тепловой энергии в осенне-зимний период 2016 — 2017 годов.

В пояснениях от 24.07.2019 № 152 (т. 22, л.д. 146 — 148) Общество-2 также сослалось на указанные им ранее нарушения, допущенные экспертами,и высказалось в пользу соразмерного уменьшения стоимости вознаграждения экспертам. 

Общество-1 сочло, что вознаграждение следует выплатить в полном размере (дополнения от 15.07.2019 № 31), и ходатайствовало о постановке перед экспертами двух вопросов:

-можно ли устанавливать вентиляторы на естественной вытяжной вентиляции кухонь, если в помещении кухонь находятся теплогенераторы с открытой камерой сгорания? Если да, то почему (со ссылкой на нормативные документы)?

-при варианте естественной вентиляции и естественного дымоудаления может ли появляться обратная тяга в дымоходе от теплогенератора при установке вентилятора на естественной вытяжной вентиляции в вентканале на кухне (со ссылкой на нормативные документы)? 

Суд принял во внимание то обстоятельство, что участвующие в деле лица по-разному оценивают подготовленное в рамках настоящего дела экспертное заключение. При этом ходатайств на основании статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не заявлено. Участникам процесса разъяснено, что при изложенных обстоятельствах окончательная оценка заключению экспертов как доказательству будет дана при разрешении спора по существу. 

Определением от 25.07.2019 судебное разбирательство отложено на 04.09.2019.

В ответ на запрос суда теплоснабжающая организация направила для приобщения к делу ряд документов, в числе которых акты о выявлении бездоговорного потребления тепловой энергии от 26.12.2016 № 109 (06.10.2016 — 19.12.2016), от 17.03.2017 № 116 (01.01.2017 — 31.01.2017) и от 17.03.2017 № 117 (01.02.2017 — 20.02.2017).

Ответов на вопросы, сформулированные в определении от 25.07.2019 АНО «Судебная экспертиза», не дала. Управлением также приобщены к делу копии положительных решений Ухтинского городского суда Республики Коми, вынесенных по рассмотрении исковых требований жильцов спорного дома к администрации муниципального образования об устранении строительно-технических недостатков в квартирах (а именно о выполнении подключения газовых проточных водонагревателей и об организации надлежащей вентиляции в жилых помещениях) и взыскании морального вреда (т. 23, л.д. 2 — 18).

В заседании объявлялся перерыв до 12 часов 00 минут 18.10.2019, соответствующая информация своевременно размещена в Картотеке арбитражных дел. В течение перерыва Управление в заявлении от 17.10.2019 № 09-2287 в очередной раз уточнило требования и просило взыскать 714 725 рублей 74 копейки (данная сумма рассчитана в ценах третьего квартала 2019 года). Уточнение принято судом на основании статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В письменных ходатайствах, поступивших непосредственно перед заседанием 18.10.2019, ответчики и Управляющая компания отклонили уточнённые требования по ранее изложенным мотивам и просили рассмотреть дело без участия их представителей. 

Новых доказательств в деле не появилось, а с финальными уточнениями иска иные участвующие в споре лица ознакомлены, поэтому суд счёл, что ещё одно отложение слушания по делу привело бы к неоправданному затягиванию процесса и, как следствие, к нарушению прав поименованных лицна справедливое судебное разбирательство в разумный срок, гарантированное пунктом 1 статьи 6 Конвенции о защите прав человека и основных свобод и статьёй 61 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Установлено, что определением от 29.11.2017 по делу № А29-15883/2017 было принято заявление о признании Общества-2 несостоятельным (банкротом), определением от 27.12.2017 в отношении должника введена процедура наблюдения, а на основании решения от 18.06.2018 (резолютивная часть объявлена 14.06.2018) он признан банкротом. 

В пункте 3 Обзора судебной практики № 3 (2016), утверждённого Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, разъяснено, что, если до вынесения решения судом первой инстанции в отношении ответчика будет открыто конкурсное производство, суд на основании пункта 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен оставить иск без рассмотрения, за исключением случаев, когда согласно законодательству о банкротстве соответствующее требование может быть рассмотрено вне рамок дела о банкротстве.

В Федеральном законе от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее — Закон о банкротстве) установлен различный правовой режим удовлетворения требований кредиторов к должнику, находящемуся в процедуре банкротства, в зависимости от времени возникновения денежного обязательства и обязательства по уплате платежей.

Из пункта 27 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» следует, что в силу абзаца второго пункта 1 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 81, абзаца восьмого пункта 1 статьи 94 и абзаца седьмого пункта 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты введения наблюдения, финансового оздоровления, внешнего управления и конкурсного производства требования кредиторов по денежным обязательствам и об уплате обязательных платежей, за исключением текущих платежей, могут быть предъявлены только в рамках дела о банкротстве в порядке статей 71 или 100 Закона о банкротстве. 

Согласно пунктам 1 и 2 статьи 5 Закона о банкротстве под текущими платежами понимаются денежные обязательства и обязательные платежи, возникшие после принятия заявления о признании должника банкротом. Возникшие после возбуждения производства по делу о банкротстве требования кредиторов об оплате поставленных товаров, оказанных услуг и выполненных работ являются текущими.

Требования кредиторов по текущим платежам не подлежат включению в реестр требований кредиторов, а кредиторы по текущим платежам при проведении соответствующих процедур банкротства не признаются лицами, участвующими в деле о банкротстве, в связи с чем такие требования рассматриваются арбитражным судом вне рамок дела о банкротстве.

В силу пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 63 «О текущих платежах по денежным обязательствам в деле о банкротстве» денежные обязательства относятсяк текущим платежам, если они возникли после даты принятия заявленияо признании должника банкротом, то есть до даты вынесения определенияоб этом.

Следовательно, все исковые заявления о взыскании с должника долгапо денежным обязательствам и обязательным платежам, за исключением текущих платежей и неразрывно связанных с личностью кредитора обязательств должника-гражданина, поданные в день введения наблюдения или позднеево время любой процедуры банкротства, подлежат оставлениюбез рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законченный строительством объект принят по акту от 26.05.2016, разрешение на его ввод в эксплуатацию выдано 27.05.2016, причинение ущерба зафиксировано 11.01.2017.

Убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, определяются в соответствии со статьёй 15 Кодекса, то есть с того момента, когда право истца было нарушено (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.03.2015 № 307-ЭС14-3956).

Таким образом, в рамках настоящего дела предметом иска является взыскание ущерба, причинённого, по версии истца, до возбужденияв отношении подрядчика дела о банкротстве, вследствие чего заявленные требования не относятся к текущим.

При изложенных обстоятельствах исковое заявление в отношении Общества-2 подлежит оставлению без рассмотрения на основании пункта 4 части 1 статьи 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, поскольку заявленные истцом в рамках настоящего дела требования подлежат предъявлению в рамках дела о банкротстве ответчика. 

Рассмотрения данного спора в общеисковом порядке могло бы привести к тому, что требования Управления, носящие реестровый характер, были бы удовлетворены во внеочередном порядке, преимущественно перед требованиями иных конкурсных кредиторов Общества-2, что противоречит законодательству о банкротстве.

В рамках настоящего дела суд проверяет законность требований, адресованных истцом Обществу-1.

При рассмотрении настоящего спора суд исходил из следующего. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 15 Кодекса лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причинённых ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимается как реальный ущерб (расходы, которые лицо, чьё право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, а также утрата или повреждение его имущества), так и упущенная выгода — неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (пункт 2 статьи 15 Кодекса).

Обязанность должника возместить кредитору убытки, причинённые неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, следует также из пункта 1 статьи 393 Кодекса. 

По общему правилу, необходимыми условиями наступления ответственности за нарушение обязательства в виде возмещения убытков являются факт противоправного поведения должника (нарушение им обязательства), возникновение негативных последствий у кредитора (понесённые убытки, размер таких убытков — с учётом принципа разумности и запрета на неосновательное обогащение) и наличие причинно-следственной связи между противоправным поведением должника и убытками кредитора (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 12.10.2015 № 25-П «По делу о проверке конституционности пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобой гражданина ФИО7», пункт 5 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.05.2016 № 41-КГ16-7).

Ни одно из доказательств не имеет заранее установленной силы,при этом все доказательства оцениваются судом по его внутреннему убеждению на предмет относимости, допустимости, достоверности и достаточности (статья 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В ходе судебного разбирательства участвующие в деле лица по-разному высказались о соответствии заключения экспертизы № 08/07/2018 критерию допустимости. Так, по мнению Общества-2, заключение является недопустимым доказательством, как подписанное экспертом, которому суд не поручал проведение специального исследования.

Действительно, как следует из описательно-мотивировочной и резолютивной частей определения от 01.02.2018, проведение экспертизы поручено эксперту ФИО3 — сотруднику автономной некоммерческой организации «Судебная экспертиза». Назначенное к проведению специальное исследование не предполагало комиссионного участия экспертов (часть 1 статьи 84 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Кандидатура эксперта ФИО4 не обсуждалась, нескольким экспертам (второй абзац части 1 статьи 83 того же кодекса) проведение исследования не поручалось.

Вместе с тем, по оценке суда, перечисленные обстоятельства не составляют достаточное основание для признания экспертного заключения недопустимым доказательством. Сведения, сообщённые экспертом ФИО3 в деле А29-6204/2017, также не могут быть положены в основу вывода о недопустимости подготовленного ею исследования для настоящего дела.

Как следует из текста заключения, оба эксперта (ФИО3 и ФИО4) дали подписки о том, что они предупреждены об уголовной ответственности за дачу заведомо ложного заключения. Сведенияоб образовании, квалификации и стаже (пункт 3 части 2 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) детальным образом указаны в заключении в отношении обоих экспертов. 

Разграничение функций (участков работы) при производстве экспертизы между ФИО3 и ФИО4 не осуществлено, то есть экспертные действия осуществлены совместно, при этом из заключения усматривается, что визуально-инструментальное обследование проведено экспертом ФИО3 в присутствии представителей Управления, Общества-2 и Управляющей компании. Правом на отвод экспертам (статья 23 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) участвующие в деле лица не воспользовались. 

Под ответом на каждый из семи подэкспертных вопросов значится личная подпись ФИО3, тогда как подпись ФИО4 проставлена лишь под ответами на вопросы 3 и 3.1. Таким образом, эксперт ФИО3, которой суд поручил провести исследование, непосредственно участвовалапри подготовке ответов на все вопросы и несёт уголовную ответственностьза каждый вывод.

Важно отметить, что все участники разбирательства высказались против проведения как дополнительной, так и повторной экспертизы, между тем такое право прямо предусмотрено в части 3 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В силу изложенного суд пришёл к выводу, что участие в исследовании эксперта ФИО4 не привело к существенным и неустранимым нарушениям процессуального закона, которые бы повлекли признание заключения недопустимым доказательством. 

Исследовав и оценив имеющиеся доказательства в порядке, предусмотренном статьями 71 и 162 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд пришёл к выводу, что Управление не обеспечило совокупности относимых, допустимых, и достоверных доказательств, которые бы с надлежащей достаточностью подтверждали факт противоправного поведения Общества-1.

Проектная документация, разработанная Общетвом-1 во исполнение муниципального контракта от 30.10.2014 (т. 1, л.д. 8 — 12), получила положительное заключение государственной экспертизы от 20.02.2015№ 11-1-4-0012-15 (т. 2, л.д. 5 — 29), после чего Администрация муниципального образования городского округа «Ухта» выдала разрешение на строительство дома от 07.04.2015 № RU11305000-013/15 (т. 1, л.д. 18).

Возведённый в соответствии с названной документацией объект принят заказчиком (Управлением) без замечаний по акту КС-11 от 26.05.2016 и введён в эксплуатацию на следующий день на основании разрешения Администрация муниципального образования городского округа «Ухта» от 27.05.2016№ 11-305000-010-2016 (т. 1, л.д. 24 — 27).

Кроме того, во внесудебном порядке по инициативе Управляющей компании автономная некоммерческая организация «Институт экспертизы» провела исследование проектной документации по спорному дому (ул. Молодёжная, 16/9) в части соответствия техническим регламентам запроектированных дымоходов и вентиляционных каналов. Результатом специального исследования явилось заключение от 19.07.2017 № 12-17-С (т. 22, л.д. 11 — 145). 

Перед экспертом были поставлены вопросы (1) о соответствии проекта на строительство дома требованиям действующих норм и правил, предъявляемых к строительству дымоходов и вентиляционных каналов,(2) о выполнении дымоходов и вентиляционных каналов в соответствии с требованиями проектов на строительство и (3) о том, какие работы необходимо выполнить для устранения нарушений.

Эксперт пришёл к таким выводам: (1) рабочая документация соответствует требованиям действующих норм и правил, предъявляемых к устройству вентиляционных каналов и дымоходов; (2) вентиляционные каналы и дымоходы не были выполнены в соответствии с требованиями проектов на их строительство. По мнению эксперта, для устранения нарушений необходимо: 

1. Очистить дымовые и вентиляционные каналы от завалов. Завал не поддаётся проталкиванию и чаще всего устраняется путём вскрытия стенок канала и разборки завала вручную через проём. 

2. Убрать посторонние предметы в вентиляционных и дымовых каналах.

3. Провести футеровку каналов с помощью полимерных вкладышей, которые под действием давления принимают форму канала, плотно прилегая к его стенкам, а затем затвердевают.

4. Произвести ремонт обрушившейся кирпичной кладки вентиляционных шахт. 

При оценке заключения от 19.07.2017 № 12-17-С сам истец указал, что выводы эксперта свидетельствуют о вине подрядной организации в появлении обратной тяги в жилых помещениях спорного дома, а содержание дымовыхи вентиляционных каналов — это задача управляющей компании (постановление Правительства Российской Федерации от 14.05.2013 № 410«О мерах по обеспечению безопасности при использовании и содержании внутридомового и внутриквартирного газового оборудования»). По мнению Управления, в настоящем случае наличествует обоюдная вина ответчиков, однако грубые нарушения в процессе строительства допустил именно подрядчик. 

Не оценивая степень исправности Общества-2, суд пришёл к выводу, что ни одно из перечисленных доказательств ни полностью, ни в частине подтверждает не только вину Общества-1 в причинении убытков, но и противоправность его поведения как проектанта и стороны муниципального контракта.

Дефектные акты и акты осмотров не являются доказательствами обратного (т. 5, л.д. 77 — 92).

Качество проектной и рабочей документации подтверждено заключением судебной экспертизы № 08/07/2018 (ответы на вопросы 3 и 3.1).

Желательность использования кирпича определённой марки, на которую указала эксперт ФИО3, не исключает возможности применения кирпича иной марки, в том числе и указанной в проектной документации. Кроме того, Управление никак не опровергло возражений Общества-2 о том, что фактически кирпичная кладка была выполнена из материала более высокого качества (кирпича полнотелого утолщённого М200, 2.0/35). Доказательств иного в деле не имеется.

Обратив внимание суда на порочность фототаблицы (приложение к заключению эксперта № 08/07/2018), Общество-2, однако не объяснило, в какой мере это влияет на полученные выводы, и подтвердило при этом, что проведения дополнительного либо повторного исследования не требуется. 

Материалами дела не подтверждена и прямая причинно-следственная связь между ущербом и наличием-отсутствием в доме тепла.

В решениях Ухтинского городского суда Республики Коми, принятыхпо искам жильцов спорного дома к Администрации муниципального образования городского округа «Ухта» об обязании обеспечить квартиры горячим водоснабжением, также не установлено какой-либо вины на стороне Общества-1 (т. 23, л.д. 2 — 18). Общество-2 в этих судебных актахне упоминается. Что касается недостатков, послуживших основаниемдля обращения жильцов дома за судебной защитой, то таковые значатся лишьв решении по делу № 2-450/19 («строительно-технические недостатки»), причём без указания на лицо, допустившее эти недостатки. 

Показательно также, что в дополнениях от 02.10.2019 № 09-2156 само Управление резюмирует: суды общей юрисдикции установили, что причинами неисправной работы вентиляции и образования обратной тяги являются строительные недостатки и ненадлежащее исполнение обязательств Управляющей компанией (в части очистки дымовых и вентиляционных каналов).

При наличии независимых экспертных оценок, свидетельствующихв пользу Общества-1 и согласующихся с другими доказательствами по делу(в том числе с предоставленными самим истцом), в иске к Обществу-1 надлежит отказать в полном объёме.

Расходы, связанные с проведением судебной экспертизы, относятся на истца. Определяя размер этих расходов, суд принял во внимание позиции участников спора по данному вопросу и учёл, кроме этого, несколько обстоятельств.

Согласно правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 05.04.2011 № 15659/10, выплата вознаграждения эксперту не ставится в зависимость от соответствия или несоответствия экспертного заключения требованиям, предъявленным судом.

В определении Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.04.2012 № ВАС-1869/12 отражено, что основаниями для признания ненадлежащим образом выполненных услуг по проведению судебной экспертизы и отказа в выплате денежных средств эксперту может быть отсутствие как такового содержания исследований, оценки результатов исследований, обоснованного ответа на поставленный вопрос, на отсутствие указания на специальные методы, подлежащие применению, на отсутствиев исследовательской части заключения оценки и анализа представленныхна экспертизу документов, отсутствие обоснования, почему те или иные документы подтверждают доводы сторон.

Отказ в выплате вознаграждения эксперту допускается также и вследствие признания подготовленного им заключения недопустимым доказательством (определение Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.02.2014 № ВАС-974/14; определение Верховного Суда Российской Федерации от 16.01.2018 № 5-КГ17-234).

При вынесении судебного акта о назначении экспертизы по делу между судом и экспертом фактически возникают гражданско-правовые отношенияпо оказанию услуг, в которых эксперт принимает на себя обязательство провести экспертизу и представить в суд экспертное заключение, соответствующее требованиям действующего законодательства, а суд принимает на себя обязательства оплатить услуги эксперта за счёт средств лиц, участвующих в деле (статья 779 Кодекса). По общему правилу, закреплённомув статье 780 Кодекса, исполнитель обязан оказать услуги лично. В настоящем случае личный характер исполнения обязательства дополнительно обусловлен ещё и в процессуальном аспекте (правом на отвод эксперту).

На основании статьи 16, части 2 статьи 55 и части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вызванный в судебное заседание эксперт обязан явиться, дать необходимые пояснения по заключению и ответить на дополнительные вопросы лиц, участвующих в деле, и суда. Денежные суммы, причитающиеся эксперту, выплачиваются после выполнения им своих обязанностей в связи с производством экспертизы (пункт 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе»).

Таким образом, возможность выплатить эксперту вознаграждение связывается действующим правопорядком, во-первых, с признанием заключения допустимым доказательством, а во-вторых, — выполнением экспертом всех обязанностей, в том числе изложенных в предыдущем абзаце. 

В настоящем случае заключение № 08/07/2018 признано допустимым доказательством, однако ни эксперт ФИО3, ни эксперт ФИО4, достоверно зная о судебном споре, в котором они приняли непосредственное участие, не явились ни в одно заседание и на вопросы участвующих в деле лиц и суда не ответили.

Доказательственная сила сведений, полученных в ходе экспертного исследования, в настоящем деле оценивалась лишь в части установления вины Общества-1 в причинённых убытках. Суд допускает при этом, что из-за оставления без рассмотрения требований к другому соответчику указанное заключение может войти в доказательственную базу в рамках обособленного спора по делу о банкротстве Общества-2, поэтому ряд вопросов, которые должны были быть адресованы экспертам и оставлены без ответов, по-прежнему актуальны. 

Между тем с учётом информации директора АНО «Судебная экспертиза» ФИО5 возможность получения ответов на эти вопросы от ФИО3 и ФИО4 суд оценивает как предельно низкую,в связи с чем повышается вероятность проведения ещё одной экспертизы, которая также потребует издержек. 

Основываясь на изложенном, суд пришёл к выводу о необходимости снизить размер вознаграждения с 75 000 рублей, установленных в определении от 01.02.2018, до 30 000 рублей. 

Невостребованные денежные средства подлежат возврату с депозитного счёта суда лицам, их внесшим. 

Руководствуясь статьями пунктом 4 части 1 статьи 148, статьями 106, 109, 110, 112, 167 — 170 и 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1.Исковое заявление муниципального учреждения Управление капитального строительства (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>)к обществу с ограниченной ответственностью «Первый ремонтно-строительный трест» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) о взыскании 714 725 рублей 74 копеек убытков оставить без рассмотрения.

2.В удовлетворении иска к обществу с ограниченной ответственностью Проектно-Строительная фирма «Ухтажилстройпроект» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) отказать полностью.

3.Бухгалтерии Арбитражного суда Республики Коми перечислить с депозитного счёта Арбитражного суда Республики Коми денежные средства из сумм, внёсенных на основании платёжных поручений от 07.07.2017 № 939548 и от 17.07.2017 № 68777:

-30 000 рублей — автономной некоммерческой организации «Судебная экспертиза» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>) за проведение судебной экспертизы по делу А29-6202/2017;

-40 000 рублей — муниципальному учреждению Управление капитального строительства (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>);

-70 000 рублей — обществу с ограниченной ответственностью «Управляющая компания «Март» (ИНН: 

<

***>, ОГРН: 

<

***>).

4.Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке во Второй арбитражный апелляционный суд с подачей жалобы через Арбитражный суд Республики Коми в месячный срок со дня изготовления в полном объёме.

Кассационная жалоба на решение может быть подана в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления его в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Судья А. Е. Босов