ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения

Дело №А55-6032/2021

г. Самара

27 ноября 2023 года

11АП-15355/2023

 

Резолютивная часть постановления объявлена 21 ноября 2023 года

Постановление в полном объеме изготовлено 27 ноября 2023 года

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Александрова А.И.,

судей Бессмертной О.А., Поповой Г.О.,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

от ООО «Экокабель» - представитель ФИО2 по доверенности от 25.05.2023;

конкурсного управляющего ООО «ДЕОДАР» ФИО3 - лично (паспорт);

от ЗАО «Полимет» - представитель ФИО4 по доверенности от 25.02.2022;

от ФНС России (УФНС России по Самарской области) - представитель ФИО5 по доверенности от 11.01.2023;

иные лица не явились, извещены,

рассмотрев в открытом судебном заседании в зале №2, апелляционную жалобу ООО «Экокабель» на определение Арбитражного суда Самарской области от 24 августа 2023 года о признании недействительным договора уступки права требования № 1909-17/1-Ф от 17 сентября 2019 года, перечислении денежных средств и применении последствий недействительности сделки должника, по делу №А55-6032/2021 о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДЕОДАР», ИНН 

<

***>, 

 

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Самарской области от 10 марта 2021 г. возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ДЕОДАР», ИНН 

<

***>.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 31 августа 2022 г. ООО «ДЕОДАР» признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство сроком, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

Конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО3 обратился в Арбитражный суд Самарской области с заявлением (с учетом уточнений заявленных требований, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) о признании недействительным договора уступки права требования № 1909-17/1-Ф от 17 сентября 2019 года, а также договора об уступке права требования (цессии) № МК/Д/01-2020 от 24 января 2020 года; признании недействительными безналичных платежей: по р/сч 

<

***> в ПАО КБ «УБРиР», по р/с 

<

***> в публичное акционерное общество Банк «Финансовая Корпорация Открытие», по р/сч 

<

***> в публичное акционерное общество «Восточный экспресс банк», по р/сч 

<

***> в публичное акционерное общества «Сбербанк России»; взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» (далее – ООО «Экокабель») в пользу ООО «ДЕОДАР» 69 024 697 рублей; взыскании с ООО «Экокабель» в пользу с ООО «ДЕОДАР» процентов за период с 08 января 2021 года по 28 февраля 2023 года в сумме 12 075 067 руб. 03 коп.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 19 июня 2023 г. выделены в отдельное производство требования конкурсного управляющего ООО «ДЕОДАР» ФИО3 о признании недействительным договора уступки права требования № 1909-17/1-Ф от 17 сентября 2019 года, перечислении денежных средств и применении последствий признания сделки должника недействительной.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 27 июня 2023 г. заявление о признании сделки должника недействительной принято к производству суда.

В порядке ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО3, при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, уточнил заявленные требования после выделения требования в отдельное производство, просит:

признать недействительным договор уступки права требования № 1909-17/1-Ф от 17 сентября 2019 года;

признать недействительными сделки, выраженные в перечислении денежных средств платежными поручениями:

от 15 октября 2019 года № 7 на сумму 500 000 руб.

от 04 октября 2019 года № 384 на сумму 1 000 000 руб.

от 11 октября 2019 года № 409 на сумму 500 000 руб.

от 11 октября 2019 года № 410 на сумму 3 700 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 457 на сумму 515 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 46201 на сумму 600 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 46205 на сумму 600 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 46204 на сумму 1 000 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 46206 на сумму 550 000 руб.

от 23 октября 2019 года № 46207 на сумму 850 000 руб.

от 25 октября 2019 года № 463 на сумму 600 000 руб.

от 25 октября 2019 года № 464 на сумму 772 736 руб. 81 коп.

взыскать с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» 11 187 736 руб. 81 коп.,

взыскать с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» проценты за период с 26 октября 2019 года по 27 июля 2023 года в сумме 1 980 275 руб. 06 коп.

Вышеуказанные уточнения заявленных конкурсным управляющим требований были приняты судом первой инстанции к рассмотрению.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 24 августа 2023 г. заявление конкурсного управляющего ООО «ДЕОДАР» ФИО3 о признании сделок должника недействительными удовлетворено. Признан недействительным договор уступки права требования от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф, заключенный между обществом с ограниченной ответственностью  «Экокабель» и обществом с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР». Признана недействительной сделка, выраженная в перечислении денежных средств платежными поручениями от 15 октября 2019 года №7 в сумме 500 000 руб., от 04 октября 2019 года №384 в сумме 1 000 000 руб., от 11 октября 2019 года № 409 в сумме 500 000 руб., от 11 октября 2019 года  №410 в сумме 3 700 000 руб., от 23 октября 2019 года № 457  в сумме 515 000 руб., от 23 октября 2019 года №46201 в сумме 600 000 руб., от 23 октября 2019 года № 46205 в сумме  600 000 руб., от 23 октября 2019 года № 46204 в сумме 1 000 000 руб., от 23 октября 2019 года № 46206 в сумме 550 000 руб., от 23 октября 2019 года № 46207 в сумме  850 000 руб., от 25 октября 2019 года № 463 в сумме  600 000 руб., от 25 октября  2019 года № 464 в сумме 772 736 руб. 81 коп. со счета общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Экокабель». Применены последствия недействительности сделки.

Применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» денежные средства в размере 11 187 736 руб. 81 коп. Взысканы с общества с ограниченной ответственностью Экокабель» в конкурсную массу общества с ограниченной ответственностью «ДЕОДАР» проценты за пользование чужими денежными средствами, в размере 1 980 275 руб. 06 коп.

Взыскана с общества с ограниченной ответственностью «Экокабель» в доход федерального бюджета государственная пошлина за рассмотрение заявления в сумме 6 000 руб.

Не согласившись с принятым судебным актом, ООО «Экокабель» обратилось с апелляционной жалобой.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 15 сентября 2023 г. апелляционная жалоба оставлена без движения.

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 16 октября 2023 г. апелляционная жалоба принята к производству, судебное заседание назначено на 21 ноября 2023 года на 15 час. 20 мин.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

В судебном заседании 21 октября 2023 г. представитель ООО «Экокабель» апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Самарской области от 24 августа 2023 года отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Конкурсный управляющий ООО «Деодар» ФИО3, представители ФНС России  и ЗАО «Полимет» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Оставляя без удовлетворения ходатайство ООО «Экокабель» о приостановлении производства по апелляционной жалобы до вступления в законную силу решения Арбитражного суда Самарской области по делу № А55-36901/2023, суд апелляционной инстанции исходил из отсутствия оснований для приостановления предусмотренных положениями ст. 143 АПК РФ, а также наличием процессуальной возможности у ответчика на обращение с заявлением в порядке гл. 37 АПК РФ.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что 17 сентября 2019 г. между ООО «Экокабель» (цедент) и ООО «ДЕОДАР» (цессионарий) заключен договор уступки права требования №1909-17/1-Ф.

В соответствии с пунктом 1.1 цедент уступает, а цессионарий принимает в полном объеме право требование к должнику - ООО «СТРОЙМЕТ» задолженности по договору от 10 апреля 2019 года №1904-10/1-ОЦМ поставки лома и отходов цветных металлов, заключенному между ООО «Экокабель» и ООО «СТРОЙМЕТ».

Согласно пункту 1.2 право требование цедента к должнику на дату подписания настоящего договора, включает непогашенную сумму задолженности за поставленный товар - лом и отходы цветных металлов в сумме 16 942 285 руб. 80 коп.:

- по спецификации №1 от 19 апреля 2019 года к договору №1904-10/1-ОЦМ от 10 апреля 2019 года на сумму 8 583 112 руб. за отгруженный цедентом и не оплаченный должником товар, что подтверждается универсальным передаточным документом от 19 апреля 2019 года №1904/003,

По спецификации №2 от 30 апреля 2019 года к договору №1904-10/1-ОЦМ от 10 апреля 2019 года на сумму 8 359 173 руб. 80 коп. за отгруженный цедентом и не оплаченный должником товар, что подтверждается универсальным передаточным документов от 03 мая 2019 года № 305/002.

Стороны установили в пункте 2.2, что цессионарий уплачивает цеденту за передаваемые права требования, указанные в пункте 1.2 настоящего договора денежную сумму в размере 16 942 285 руб. 80 коп.

ООО «ДЕОДАР» перечислило ООО «Экокабель» с назначением платежа «оплата по договору уступки права требования №1909-17/1-Ф от 17.09.2019 г.».

- 04 октября 2019 года в размере 1 000 000 руб.,

- 11 октября 2019 года в размере 500 000 руб.,

- 11 октября 2019 года в размере 3 700 000 руб.,

- 23 октября 2019 года в размере 515 000 руб. ,

- 23 октября 2019 года в размере 600 000 руб.,

- 23 октября 2019 года в размере 600 000 руб. ,

- 23 октября 2019 года в размере 1 000 000 руб.,

- 23 октября 2019 года в размере 550 000 руб.,

- 23 октября 2019 года в размере 850 000 руб.,

- 25 октября 2019 года в размере 600 000 руб.,

- 25 октября 2019 года в размере 772 736,81 руб.

- 15 октября 2019 года в размере 500 000 руб.

Итого на общую сумму 11 187 736 руб. 81 коп.

Конкурсный управляющий должника в обоснование заявленных требований указал на то, что договор уступки права требования от 17 сентября 2019 года, а также перечисление денежных средств в размере 11 187 736 руб. 81 коп. осуществлены в отсутствие встречного равноценного представления.

В качестве правового основания заявленных требований конкурсный управляющий должника сослался на положения п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

ООО «Экокабель» в своей апелляционной жалобе, в обоснование заявленных требований, ссылаясь на содержание постановления о прекращении уголовного дела № 12302360026000009, указывает на наличие реальных хозяйственных взаимоотношений между должником и ООО «Экокабель», что в свою очередь свидетельствует об отсутствии оснований для удовлетворения требований заявления конкурсного управляющего должника о признании оспариваемых сделок недействительными и применении последствий их недействительности.

Суд апелляционной инстанции, принимая во внимание совокупность установленных в рамках настоящего обособленного спора обстоятельств, приходит к выводу об отклонении доводов апелляционной жалобы и соглашается с выводом суда первой инстанции о наличии оснований для признания оспариваемых сделок недействительными и применения последствий их недействительности, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

В абзаце 4 пункта 9 Постановления Пленума Высшего Арбитражного суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление Пленума ВАС РФ № 63) указано, что в случае оспаривания подозрительной сделки судом проверяется наличие обоих оснований, установленных как в пункте 1, так и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно разъяснению в пункте 5 Постановления Пленума ВАС РФ № 63 для признания сделки недействительной по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 6 Постановления).

В силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 названного Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств (пункт 7 Постановления).

Из сведений размещённых в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) следует, что заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству определением арбитражного суда от 10 марта 2021 г.

Оспариваемые в настоящем обособленном споре сделки совершены в сентябре, октябре 2019 года.

Следовательно, как верно указал суд первой инстанции в обжалуемом судебном акте, оспариваемые сделки подлежат оспариванию по основаниям предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Для признания сделки недействительной на основании п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем совершения оспариваемой сделки

Из разъяснений данных в п. 6 постановления Пленума от 23 декабря 2010 № 63, согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данных в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В своём заявлении конкурсный управляющий должника указал на то, что уже со второго квартала 2017 г. должник обладал признаками неплатежеспособности.

Решением Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 05 июля 2022 года №3674 ООО «ДЕОДАР» привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Указанное решение в установленном законом порядке незаконным признано не было, в связи с чем судом апелляционной инстанции отклоняется довод заявителя апелляционной жалобы о том, что данное решение уполномоченного органа не является надлежащим доказательством бесспорно свидетельствующим об отсутствии реальной хозяйственной деятельности между должником и ответчиком и отсутствии равноценного встречного предоставления со стороны ответчика.

В ходе налоговой проверки установлен факт неуплаты налога на прибыль за период с 2017 года по 2019 год в общем размере 33 611 677 руб., НДС за период с 2017 года по 2019 год в общем размере 33 441 423  руб.

В пункте 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016) разъяснено, что признаки неплатежеспособности и недостаточности имущества имеют объективный характер и применительно к задолженности по обязательным платежам определяются по состоянию на момент наступления сроков их уплаты за соответствующие периоды финансово-хозяйственной деятельности должника, которые установлены законом, а не на момент выявления недоимки налоговым органом по результатам проведенных в отношении должника мероприятий налогового контроля либо оформления результатов таких мероприятий.

Налоговым органом проводилась проверка за период с 01 января 2017 года по 31 декабря 2019 года, по результатам которой установлен факт не уплаты налогов, соответственно, отсутствие сведений о принятом решении по результатам налоговой проверки у руководителя должника, не означает, что такая задолженность отсутствует до момента вынесения налоговым органом решения по результатам налоговой проверки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует учитывать, в том числе, незадекларированные обязательства должника (Определение Верховного суда Российской Федерации от 22 декабря 2016 года № 308-ЭС16-11018). Обязанность по уплате налога возникает у налогоплательщика в момент, когда сформирована налоговая база применительно к налоговому (отчетному) периоду исходя из совокупности финансово-хозяйственных операций или иных фактов, имеющих значение для налогообложения.

Таким образом, к моменту заключения договора уступки права требования – 17 сентября 2019 года у ООО «ДЕОДАР» имелись неисполненные обязательства перед бюджетом, срок исполнения которых наступил.

Из сведений размещённых в электронной картотеке арбитражных дел (kad.arbitr.ru) следует, что на момент совершения оспариваемых сделок у должника имелись неисполненные обязательства перед иными кредиторами, чьи требования впоследствии были включены в реестр требований кредиторов должника, а именно:

- определением Арбитражного суда Самарской области от 19 мая 2021 года включены требования кредитора – ФИО6 в реестр требований кредиторов должника – ООО «ДЕОДАР» в общем размере 20 754 152 руб. 70 коп., в том числе 20 427 000 руб. основной долг по договору поставки от 28 января 2019 года №280119/РМК, 234 760 руб. проценты, 42 392 руб. 70 коп. расходы по оплате государственной пошлины, 50 000 руб. расходы по оплате услуг представителя, для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим  исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору поставки от 28 января 2019 года No280119/РМК, по которому поставка осуществлена 14 июня 2019 года на сумму 1 890 583 руб. 66 коп., 15 июня 2019 года на сумму 10 070 550руб., 28 июня 2019 года №184 на сумму 9 465 866 руб. 34 коп.;

- определением Арбитражного суда Самарской области от 26 июля 2021 года признаны обоснованными и включены требования публичного акционерного общества «Сбербанк России» в реестр требований кредиторов должника – ООО «ДЕОДАР» в общем размере 26 409 594 руб. 03 коп., в том числе 25 849 594 руб. 03 коп. основной долг, 500 000 руб. неустойка, 60 000 руб. государственная пошлина, для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с выходом на просрочку по  аккредитивам 2671S1905407В, 2900S1905407B - 18 июня 2019 года, по аккредитиву 2898SI905407В- 14 июня 2019 года. Аккредитивы представлены по заявлениям ООО «ДЕОДАР»: №2 от 18 апреля 2019 года на сумму 6 000 000 руб., № 5 от 11 апреля 2019 года на сумму 14 000 000 руб., № 6 от 18 апреля 2019 года на сумму 10 000 000 руб.;

- определением Арбитражного суда Самарской области от 03 сентября 2021 года признаны обоснованными и включены требования общества с ограниченной ответственностью «Уральские комплексные технологии-99» в реестр требований кредиторов должника – ООО  «ДЕОДАР» в общем размере 46 991 433 руб. 62 коп., для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору поставки от 01 ноября 2017 года № КАТ-01122017/ДЕОДАР по оплате поставленного товара за период с 29 ноября 2017 года по 26 апреля 2019 г.;

- определением Арбитражного суда Самарской области от 04 октября 2021 года признать обоснованными и включены требования кредитора - закрытого акционерного общества «Полимет» в реестр требований кредиторов должника - ООО «ДЕОДАР» в общем размере 213 296 154 руб. 26 коп. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору поставки от 04 февраля 2014 года № 01/02-14К со сроком поставки до 31 марта 2018 года и до 30 июня 2018 г.;

- определением Арбитражного суда Самарской области от 15 ноября 2021 года признаны обоснованными и включены требования общества с ограниченной ответственностью «Торговая промышленная компания Кабельмаш» в реестр требований кредиторов должника – ООО «ДЕОДАР» в общем размере 37 881 539 руб. 61 коп., в том числе 30 198 000 руб. основной долг, 3 500 383 руб. 56 коп. проценты за пользование суммой займа, 4 183 156 руб. 05 коп. неустойка, для удовлетворения в третью очередь. Указанная задолженность образовалась в связи с ненадлежащим исполнением обязательств ООО «ДЕОДАР» по договору займа от 14 февраля 2018 года со сроком возврата займа не позднее 31 декабря 2018 года, а также из договора поставки от 02 октября 2018 года №03/10-18К, по которому сроки поставки до 17 октября 2018 года и до 16 января 2019 года.

Согласно правовой позиции, изложенной в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12 февраля 2018 года № 305-ЭС17-11710 (3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23 декабря 2010 года № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» наличие на дату совершения сделки у должника просроченного обязательства, которое не было исполнено впоследствии и было включено в реестр, подтверждает факт неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемой сделки.

Из бухгалтерского баланса ООО «ДЕОДАР» на 31 декабря 2019 года следует, что денежные средства составили 305 000 руб., запасы - 80 478 000 руб., товары - 68 206 000 руб., дебиторская задолженность - 397 188 000 руб., кредиторская задолженность - 454 021 000 руб.

Согласно позиции Верховного суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 12 февраля 2018 года №305-ЭС17-11710, не имеют решающего значения показатели бухгалтерской, налоговой или иной финансовой отчетности для определения соответствующего признака неплатежеспособности, так как данный признак носит объективный характер и не должен зависеть от усмотрения хозяйствующего субъекта, самостоятельно составляющего отчетность (должника) и представляющего ее в компетентные органы. В противном случае, помимо прочего, для должника создавалась бы возможность манипулирования содержащимися в отчетах сведениями для влияния на действительность конкретных сделок или хозяйственных операций с определенными контрагентами, что очевидно противоречит требованиям справедливости и целям законодательного регулирования института несостоятельности.

Доказательств, свидетельствующих о наличии у должника денежных средств и иного имущества в достаточном для исполнения денежных обязательств перед кредиторами размере, не имеется.

Доводы конкурсного управляющего о наличии признаков неплатежеспособности должника на момент заключения сделки ответчиком в нарушение ч. 1 ст. 65 АПК РФ документально не опровергнуты, ни при рассмотрении настоящего обособленного спора в суде первой инстанции, ни в суде апелляционной инстанции.

Исходя из вышеизложенного суда апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что на 17 сентября 2019 г. должник отвечал как признакам неплатежеспособности, так и признакам недостаточности имущества.

Более того, Верховный Суд Российской Федерации неоднократно высказывал правовую позицию, согласно которой сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда при оспаривании сделки по основанию пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве) также не исключает возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) (определения от 01 октября 2020 года № 305-ЭС19-20861 (4) по делу № А40-158539/2016, от 30 мая 2019 года № 305-ЭС19-924 (1,2) по делу № А41-97272/2015).

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 7 постановления Пленума от 23 декабря 2010 года №63 в силу абзаца первого пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При решении вопроса о том, что должна ли была другая сторона сделки знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько она могла, действуя разумно и проявляя требующуюся от нее по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

Иными словами, суду, по существу, следует оценить добросовестность контрагента должника, сопоставив его поведение с поведением абстрактного среднего участника хозяйственного оборота, действующего в той же обстановке разумно и осмотрительно. Стандарты такого поведения, как правило, задаются судебной практикой на основе исследования обстоятельств конкретного дела и мнений участников спора. Существенное отклонение от стандартов общепринятого поведения подозрительно и в отсутствие убедительных доводов и доказательств о его разумности может указывать на недобросовестность контрагента должника.

Конкурсный управляющий ООО «ДЕОДАР» ФИО3 в своём заявлении указал на то, что должник и ООО «Экокабель» являются аффилированными лицами, поскольку участником ООО «Экокабель» являлся с 24 сентября 2018 г. ФИО7 с долей 33,33 %, с 01 октября 2019 года (дата внесения записи в ЕГРЮЛ) ФИО7 являлся директором ООО «Экокабель». При этом согласно пояснениям представителя ООО «Экокабель» на 17 сентября 2019 г. (дата подписания договора  уступки права требования) ФИО7 являлся руководителем ООО «Экокабель» на основании приказа. При этом ФИО7 являлся директором и единственным участником ООО «ДЕОДАР».

В соответствии с пунктом 1 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику признаются:

- лицо, которое в соответствии с Законом о защите конкуренции входит в одну группу лиц с должником;

- лицо, которое является аффилированным лицом должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются также: руководитель должника, а также лица, входящие в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, главный бухгалтер (бухгалтер) должника, в том числе указанные лица, освобожденные от своих обязанностей в течение года до момента возбуждения производства по делу о банкротстве; лица, находящиеся с физическими лицами, указанными в абзаце втором настоящего пункта, в отношениях, определенных пунктом 3 настоящей статьи; лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункты 2, 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Понятие аффилированного лица дано в статье 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках». Аффилированными признаются физические и юридические лица, способные оказывать влияние на деятельность юридических и (или) физических лиц, осуществляющих предпринимательскую деятельность.

Отношения аффилированности могут возникнуть применительно к двум категориям субъектов: аффилированные лица юридического лица и аффилированные лица физического лица, осуществляющего предпринимательскую деятельность.

При этом аффилированными лицами юридического лица являются:

член его Совета директоров (наблюдательного совета) или иного коллегиального органа управления, член его коллегиального исполнительного органа, а также лицо, осуществляющее полномочия его единоличного исполнительного органа;

лица, принадлежащие к той группе лиц, к которой принадлежит данное юридическое лицо;

лица, которые имеют право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

юридическое лицо, в котором данное юридическое лицо имеет право распоряжаться более чем 20 процентами общего количества голосов, приходящихся на голосующие акции либо составляющие уставный или складочный капитал вклады, доли данного юридического лица;

если юридическое лицо является участником финансово-промышленной группы, к его аффилированным лицам также относятся члены Советов директоров (наблюдательных советов) или иных коллегиальных органов управления, коллегиальных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы, а также лица, осуществляющие полномочия единоличных исполнительных органов участников финансово-промышленной группы.

Кроме того, согласно действующей правовой позиции, содержащейся в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15 июня 2016 года № 308-ЭС16-1475 доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической; но также не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка. О наличии подконтрольности единому центру, в частности, могут свидетельствовать следующие обстоятельства: действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам одного члена группы и одновременно ведут к существенной выгоде другого члена этой же группы; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одному и тому же лицу и т.д. Указанные правовые позиции изложены в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 28 марта 2019 года № 305-ЭС18-17629 (2) по делу № А40-122605/2017.

Поведение лиц в хозяйственном обороте в виде заключения между собой сделок и их исполнения на условиях «недоступных обычным (независимым) участникам рынка» может указывать на фактическую аффилированность. (Определение Верховного Суда РФ от 26 мая 2017 года № 306-ЭС16-20056 (6)).

Согласно судебной практики Верховного Суда РФ, фактическая аффилированность выражается в: 1) наличие у таких юридических лиц в числе контрагентов одних и тех же лиц, 2) пересечение основных видов деятельности юридических лиц, 3) постановка контрагента в преимущественное положение перед другими контрагентами и длительные экономические отношения, 4) отгрузка принадлежащей одному лицу продукции со складов контрагента, 5) выступление данных юридических лиц взаимными кредиторами и дебиторами друг друга, 6) подача заявления о банкротстве обеих компаний по упрощенной процедуре в один день и др. (Определение Верховного Суда РФ от 28 декабря 2015 года № 308-ЭС15-1607 по делу № А63-4164/2014, Определение Верховного Суда РФ от 15 июня 2016 года № 308-ЭС16-1475 по делу № А53-885/2014, Определение Верховного Суда РФ от 28 мая 2018 года №301-ЭС17-22652 (3) по делу              № А43-10686/2016).

По смыслу позиции высших судебных инстанций отношения, обусловливающие наличие определенных экономических и производственных мотивов, могут быть как юридически формализованными, так и фактическими. Доказывание факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической.

Таким образом, по смыслу статьи 19 Закона о банкротстве ООО «Экокабель» является заинтересованным лицом по отношению к должнику, следовательно, ему не могло не быть известно о наличии финансовых затруднений должника и о цели причинения вреда имущественным правам кредиторов оспариваемыми сделками. Презумпция осведомленности ответчиком документально не опровергнута.

Являющиеся сторонами договора аффилированные лица (в отличие от обычных участников гражданского оборота, вступающих в обязательственные отношения с должником) имеют гораздо больше возможностей осуществить формальное исполнение мнимой сделки лишь для вида (пункт  86 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23 июня 2015 года № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

При этом аффилированное лицо не имеет каких-либо препятствий для представления полного набора дополнительных доказательств, находящихся в сфере контроля группы, к которой он принадлежит, устраняющего все разумные сомнения по поводу мнимости сделки. Если аффилированное лицо не представляет такого рода доказательства, то считается, что оно отказалось от опровержения факта, о наличии которого со ссылкой на конкретные документы указывают его процессуальные оппоненты (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

На аффилированное с должником лицо возлагается повышенное бремя доказывания. Он должен исчерпывающе раскрыть все существенные обстоятельства, касающиеся заключения и исполнения сделки, опровергнуть любые разумные сомнения относительно мнимости договора, заключенного с должником (пункт 1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 29.01.2020).

В силу статьи 2 Закона о банкротстве под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов, понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Действующим законодательством не запрещено заключение гражданско-правовых договоров между аффилированными лицами.

Вместе с тем, в связи с установлением аффилированности сторон, обязанность по доказыванию реальности хозяйственных операций между такими сторонами возлагается не на лицо, оспаривающего сделку, а на сторону сделки. Соответственно, ООО «Экокабель» должно предоставить достаточные доказательства существования фактических отношений, в счет которых ООО «ДЕОДАР» перечислило денежные средства на общую сумму 11 187 736 руб. 81 коп.

По условиям договора уступки прав требований от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф, ООО «Экокабель» (цедент) уступило ООО «ДЕОДАР» (цессионарий) свои права требования к ООО «СТРОЙМЕТ» по договору от 10 апреля 2019 года № 1904.

Согласно пункту 1 статьи 382 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) право (требование), принадлежащее на основании обязательства кредитору, может быть передано им другому лицу по сделке (уступка требования) или может перейти к другому лицу на основании закона.

Пунктом 1 ст. 384 ГК РФ предусмотрено, что если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права. В частности, к новому кредитору переходят права, обеспечивающие исполнение обязательства, а также другие связанные с требованием права, в том числе право на проценты.

В соответствии с ч. 1 ст. 388 ГК РФ уступка требования кредитором другому лицу допускается, если она не противоречит закону, иным правовым актам или договору.

Из смысла указанной нормы следует, что при заключении между сторонами договора уступки права (требования) основополагающее значение приобретают факт действительности передаваемого требования и его существование (права) к моменту заключения договора.

Пунктом 2 ст. 385 ГК РФ определено, что кредитор, уступивший требование другому лицу, обязан передать ему документы, удостоверяющие право требования, и сообщить сведения, имеющие значение для осуществления требования.

В подтверждении факта взаимоотношений между ООО «Экокабель» и ООО «СТРОЙМЕТ» по договору от 10 апреля 2019 года №1904 в материалы дела представлены: спецификация от 30 апреля 2019 года №2 к договору поставки лома и отходов цветных металлов от 10 апреля 2019 года №1904-10/1-ОЦМ; универсальный передаточный документ от 03 мая 2019 года № 305/002 на сумму 8 359 173 руб. 80 коп., спецификация от 19 апреля 2019 года №1 к договору поставки лома и отходов цветных металлов от 10 апреля 2019 года №1904-10/1-ОЦМ, универсальный передаточный документ от 19 апреля 2019 года № 1904/003 на сумму 8 583 112 руб., приемо-сдаточный акт от 19 апреля 2019 года №19/04-1 на сумму 8 583 112 руб., транспортная накладная от 19 апреля 2019 года, транспортную накладную от 30 апреля 2019 года.

ООО «СТРОЙМЕТ» зарегистрировано путем создания 10 октября 2016 года. Основной вид деятельности ООО «СТРОЙМЕТ» - торговля оптовая черными металлами в первичных формах. Адрес места нахождения – 

<

...>, этаж 3, пом. IХГ, ком. 18 – сведения об адресе недостоверны (результаты проверки достоверности содержащихся в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице). Руководителем, учредителем ООО «СТРОЙМЕТ» с 2018 года – ФИО8 (учредитель и руководитель 6 организаций). С 25 апреля 2019 года руководителем ООО «СТРОЙМЕТ» являлся ФИО9 Среднесписочная численность сотрудников ООО «СТРОЙМЕТ» в 2019 году составляла – 1 человек.

Из решения Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 05 июля 2022 года №3674 о привлечении ООО «ДЕОДАР» к ответственности за совершение налогового правонарушения следует, что ФИО9 – руководитель ООО «СТРОЙМЕТ» в 2019 году официально нигде не работал и по объявлению устроился курьером, ему предложили зарегистрировать организации, ФИО9 ездил к нотариусу и в налоговую инспекцию и зарегистрировал 8 организаций. Являлся в этих организациях номинальным руководителем и учредителем, деятельность не вел, документы не подписывал, доверенности не выдавал. Осенью 2020 года в ИФНС №46 по г. Москве подал заявление о недостоверности сведений в ЕГРЮЛ.

В книгах покупок и книгах продаж ООО «СТРОЙМЕТ» за 2019 г. не отражена сделка по приобретению лома и отходов цветных металлов от ООО «Экокабель» на сумму 16 942 285 руб. 80 коп. При этом в ходе налоговой проверки ООО «СТРОЙМЕТ» не представило пояснений по данному факту. Однако иные документы в ходе налоговой проверки предоставляло.

В решении Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 05 июля 2022 года №3674 установлено, что отсутствие производственных мощностей, трудовых ресурсов и отсутствие движения по расчетному счету у ООО «СТРОЙМЕТ» доказывает отсутствие возможности перерарабатывать закупленный у ООО «Экокабель» лом.

Согласно открытым и общедоступным сведениям, размещенным в сети интернет на сайте ФНС России в сервисе: 27 февраля 2019 года Межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №46 по г. Москве принято решения о предстоящем исключении ООО «СТРОЙМЕТ» из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

11 апреля 2019 г. в межрайонную инспекциею Федеральной налоговой службы №46 по г. Москве представлено заявление лицом, чьи права и законные интересы затрагиваются в связи с исключением ООО «СТРОЙМЕТ» из ЕГРЮЛ.

05 марта 2020 г. межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №46 по г. Москве внесены в Единый государственный реестр юридических лиц сведения о недостоверности сведений о ООО «СТРОЙМЕТ» (заявление физического лица о недостоверности сведений о нем).

16 сентября 2020 г. межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №46 по г. Москве внесены в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о  недостоверности сведений о ООО «СТРОЙМЕТ» (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице).

26 августа 2021 г. межрайонной инспекцией Федеральной налоговой службы №46 по г. Москве внесены в Единый государственный реестр юридических лиц сведений о недостоверности сведений о ООО «СТРОЙМЕТ» (результаты проверки достоверности содержащихся в Едином государственном реестре юридических лиц сведений о юридическом лице).

16 марта 2022 г. принято регистрирующим органом решения о предстоящем исключении ООО «СТРОЙМЕТ» из ЕГРЮЛ (наличие в ЕГРЮЛ сведений о юридическом лице, в отношении которых внесена запись о недостоверности).

30 июня 2022 г. ООО «СТРОЙМЕТ» исключено из ЕГРЮЛ юридического лица в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности.

Довод ООО «Экокабель» о том, что договор уступки права требования от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф не причинил ущерба кредиторам должника, подлежит отклонению поскольку в ходе рассмотрения обособленного спора о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, в материалы дела представлено соглашение о зачете встречных однородных требований от 30 сентября 2019г., заключенное между ООО «ДЕОДАР», ООО «Техстартком», ООО «СИРОЙМЕТ».

Из соглашения о зачете от 30 сентября 2019 г. следует, что сумма долга ООО «СТРОЙМЕТ» перед ООО «ДЕОДАР» в размере 16 942 285 руб. 80 коп., образовавшаяся в соответствии с договором уступки права требования от 17 сентября 2019 года №1909-17/1Ф засчитывается в счет взаимных обязательств, в том числе в счет обязательств ООО «ДЕОДАР» перед ООО «Техстартком» по договору поставки от 08 апреля 2019 года №01/05-19 в общем размере 190 280 812 руб. 52 коп.

Вместе с тем, в ходе налоговой проверки представлены: договор поставки от 08 апреля 2019 года №01/05-19, заключенный между ООО «ДЕОДАР» и ООО «Техстартком», спецификации от 10 апреля 2019 года №1 на сумму 26892000, от 22 апреля 2019 года № 2 на сумму 31260000 руб., от 06 мая 2019 года №3 на сумму 8067600 руб., от 07 мая 2019 года №4 на сумму 10420000 руб., от 24 мая 2019 года №5 на сумму 7573500 руб., от 24 мая 2019 года № 6 на сумму 7730400 руб., от 27 мая 2019 года № 7 на сумму 8208000 руб., от 25 мая 2019 года №8 на сумму 8250457 руб. 74 коп., от 30 мая 2019 года № 9 на сумму 4353000 руб., от 31 мая 2019 года № 10 на сумму 8489250 руб., от 10 июня 2019 года № 11 на сумму 8980400 руб., от 21 июня 2019 года № 12 на сумму 7936000 руб., от 22 июня 2019 года № 13 на сумму 8288700 руб., от 26 июня 2019 года № 14 на сумму 8903400 руб., от 05 июля 2019 года №15 на сумму 8229900 руб., от 03 июля 2019 года № 16 на сумму 8284000 руб., от 05 июля 2019 года № 17 на сумму 4687100 руб., от 05 июля 2019 года № 18 на сумму 2871600 руб., от 08 июля 2019 года № 19 на сумму 553 2000 руб., от 15 июля 2019 года № 20 на сумму 7411429 руб. 56 коп.

Согласно решению Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 05 июля 2022 года №3674 о привлечении к ответственности ООО «ДЕОДАР» за совершение налогового правонарушения, ООО «Техстартком» имеет признаки организации, деятельность которых направлена не на осуществление предпринимательской деятельности, а на осуществление деятельности в интересах ООО «ДЕОДАР» является звеном в цепочке организаций, оказывающих услуги по получению необоснованной экономии организацией – ООО «ДЕОДАР».

В ходе выездной налоговой проверки установлен факт отсутствия хозяйственной операции и мнимости сделки, так как ООО «Техстартком» не имело необходимых условий для достижения результатов соответствующей экономической деятельности, а представленные документы представляют собой формальный документооборот.

По результатам проведенного анализа установлено, что ООО «ДЕОДАР», создан формальный документооборот, целью которого является налогового вычета при фиктивном оказании услуг при отсутствии реальной финансово-хозяйственной деятельности ООО «Техстартком».

При этом, согласно пояснением ФИО9, который был руководителем ООО «СТРОЙМЕТ» на 30 сентября 2019 года, являлся в ООО «СТРОЙМЕТ» номинальным руководителем и учредителем, деятельность не вёл, документы не подписывал, доверенности не выдавал.

К числу доказательств, ставящих под сомнение исполнение сделки, согласно статье 75 АПК РФ могут быть отнесены, в том числе материалы налоговой проверки должника и (или) его контрагента (акт налоговой проверки, принятое по ее результатам решение).

Из разъяснений данных в п. 13 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 20.12.2016) следует, что материалы проведенных в отношении должника или его контрагента мероприятий налогового контроля могут быть использованы в качестве средств доказывания фактических обстоятельств, при рассмотрении в рамках дела о банкротстве обособленных споров, а также при рассмотрении в общеисковом порядке споров, связанных с делом о банкротстве.

В делах о банкротстве применяется более повышенный стандарт доказывания, чем в условиях не осложненного процедурой банкротства состязательного процесса (определение Верховного Суда Российской Федерации от 13 июля 2018 года № 308-ЭС18-2197).

В материалы настоящего обособленного спора доказательства в подтверждение реальности поставки ООО «Экокабель» в адрес ООО «СТРОЙМЕТ» по договору от 10 апреля 2019 года № 1904-10/1-ОЦМ на сумму 16 942 285 руб. 80 коп. не представлены. Представленные же доказательства, на которые и ссылается заявитель апелляционной жалобы в качестве подтверждения равноценного встречного предоставления, не обладают признаками относимости и допустимости, в связи с отсутствием доказательств фактической возможности обладания, хранения и поставки.

С учетом решения Межрайонной ИФНС России №21 по Самарской области от 05 июля 2022 года №3674 в материалы дела не представлена бесспорная первичная документация, способная подтвердить факт поставки по договору от 10 апреля 2019 года № 1904-10/1-ОЦМ, а, следовательно, свидетельствующая о реальности правоотношений между ООО «Экокабель» и ООО «СТРОЙМЕТ».

При этом судом первой инстанции верно учтено, что согласно пункту 2.2 оспариваемого договора ООО «ДЕОДАР» уплачивает ООО «Экокабель» 16 942 285 руб. 80 коп., в срок до 31 октября 2019 года.

ООО «ДЕОДАР» во исполнении условий договора от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф перечислило ООО «Экокабель» 11 187 736 руб. 81 коп.

В свою очередь ООО «Экокабель» не предъявляло требований о взыскании задолженности с ООО «ДЕОДАР» на сумму недоплаченной по оспариваемому договору.

Исходя из вышеизложенного, суд апелляционной инстанции соглашается с выводом суда первой инстанции о том, что должник в результате оспариваемой сделки реально ничего не получил.

Таким образом, условия оспариваемого договора цессии по приобретению ООО «ДЕОДАР» у ООО «Экокабель» права требования к ООО «СТРОЙМЕТ» по оспариваемому договору только формально предусматривают равноценное встречное исполнение, то есть получение должником от ООО «СТРОЙМЕТ» денежных средств.

Договор уступки права требования от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф представляет собой сделку, совершенную лишь для вида, чтобы создать видимость правовых оснований для вывода активов должника – перечисление по платежным поручениям денежных средств на общую сумму 11 187 736 руб.  81 коп.

Таким образом, подлинная воля сторон не направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при её совершении, и соответственно оспариваемый договор уступки права требования от 17 сентября 2019 года №1909-17/1-Ф является недействительным (мнимым) (статья 170 Гражданского кодекса Российской Федерации). С указанным выводом суда первой инстанции, суд апелляционной инстанции соглашается, так как он соответствует установленным в рамках настоящего обособленного спора, обстоятельствам.

Соответственно, последующее перечисление денежных средств в общем размере 11 187 736 руб. 81 коп. в адрес ООО «Экокабель» причинило вред имущественным правам кредиторов неправомерным отчуждением активов предприятия, которые должны были войти в конкурсную массу ООО «ДЕОДАР».

Таким образом, последующее перечисление денежных средств в общем размере 11 187 736 руб. 81 коп. неплатежеспособным лицом – должником аффилированному лицу – ООО «Экокабель» без встречного предоставления, признается судом недействительной сделкой, совершенной  в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, с целью причинения вреда имущественным интересам кредиторов должника.

Согласно ч. 2 ст. 167 ГК РФ при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В соответствии с п. 1 ст. 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

В рассматриваемом случае подлежат применению последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» денежных средств в общем размере 11 187 736 руб. 81 коп. исходя из отсутствия доказательств встречного предоставления.

Доводы изложенные в письменных пояснениях конкурсного кредитора ЗАО «Полимет» и копии договора поставки, спецификации и расчёта суммы задолженности, в рассматриваемом случае, в отсутствии первичных документов свидетельствующих о наличии товара, мест хранения, доказательств перевозки, погрузки и разгрузки в рассматриваемом случае не свидетельствуют о наличии равноценного встречного предоставления со стороны ответчика по настоящему обособленному спору в адрес должника.

Кроме того, конкурсный управляющий должника просил взыскать с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» проценты, предусмотренные пунктом 29.1 в размере 1 980 275 руб. 06 коп. за период с 26 октября 2019 года по 27 июля 2023 года.

Пунктом 1 статьи 395 ГК РФ предусмотрено, что в случаях неправомерного удержания денежных средств, уклонения от их возврата, иной просрочки в их уплате подлежат уплате проценты на сумму долга. Размер процентов определяется ключевой ставкой Банка России, действовавшей в соответствующие периоды. Эти правила применяются, если иной размер процентов не установлен законом или договором.

Положения пункта 2 статьи 1107 ГК РФ предполагают возможность начисления процентов за пользование чужими средствами с того времени, когда приобретатель должен был узнать о неосновательности получения или сбережения денежных средств.

При этом подразумевается, прежде всего, осведомленность о соответствующем факте, но не о конкретном и точном размере обозначенных средств.

Следовательно, основанием начисления процентов, в силу статей 395, 1107 Гражданского кодекса Российской Федерации является факт пользования чужими денежными средствами и осведомленность приобретателя о неосновательности своего обогащения.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 29.1 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 (ред. от 30.07.2013) «О некоторых вопросах, связанных с применением главы Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», если суд признал на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве недействительными действия должника по уплате денег, то проценты за пользование чужими денежными средствами (статья 395 ГК РФ) на сумму, подлежащую возврату кредитором должнику, на основании пункта 2 статьи 1107 ГК РФ подлежат начислению с момента вступления в силу определения суда о признании сделки недействительной, если не будет доказано, что кредитор узнал или должен был узнать о том, что у сделки имеются основания недействительности в соответствии со статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве, ранее признания ее недействительной - в последнем случае указанные проценты начисляются с момента, когда он узнал или должен был узнать об этом.

Установленные в рамках настоящего обособленного спора обстоятельства свидетельствуют об осведомленности заинтересованного лица о неосновательности получения денежных средств на дату их зачисления на расчетный счет.

Расчет процентов представленный конкурсным управляющим должника является обоснованным.

В связи с чем, суд первой инстанции пришёл к правомерному выводу о том, что с ООО «Экокабель» в пользу ООО «ДЕОДАР» подлежат взысканию проценты в размере 1 980 275 руб.  06 коп..

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Обращаясь с апелляционной жалобой, заявителем не представлено в материалы дела надлежащих и бесспорных доказательств в обоснование своей позиции, доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, не содержат фактов, которые были бы не проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта.

Так как доводы апелляционной жалобы не опровергают выводов суда, нарушений норм материального и процессуального права, являющихся основанием к безусловной отмене судебного акта по статье 270 АПК РФ, не установлено, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что определение Арбитражного суда Самарской области от 24 августа 2023 года по делу №А55-6032/2021 является законным и обоснованным. Апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате госпошлины за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Самарской области от 24 августа 2023 года по делу №А55-6032/2021 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Экокабель» в доход федерального бюджета государственную пошлину за рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3 000 руб.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в месячный срок, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                            А.И. Александров

 

Судьи                                                                                                          О.А. Бессмертная

 

Г.О. Попова