﻿

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-140959/2018

10 октября 2019 года

г. Санкт-Петербург

 

Резолютивная часть постановления объявлена     03 октября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  10 октября 2019 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Горбачевой О.В.

судей  Будылевой М.В., Загараевой Л.П.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Климцовой Н.А.

при участии:  

от истца (заявителя): не явился, извещен

от ответчика (должника): Грузнев С.В. – доверенность л.д. 127

от 3-го лица: не явился, извещен

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-23484/2019)  Robert Bosch GmbH на решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 08.07.2019 по делу № А56-140959/2018(судья  С.А.Нестеров С.А.), принятое 

по иску    Robert Bosch GmbH 

к  ИП Грузнева Галина Андреевна

3-е лицо:  ИП Поляков Александр Николаевич

о взыскании компенсации 

установил:

Компания Robert Bosch GbmH, место нахождения: Германия 70839, Герлинген, площадь Роберт Бош 1; Россия 603000, г. Нижний Новгород, ул. М. Ямская, д. 66, оф. 25, (далее - истец, Компания) обратилась в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением, уточненным в порядке  ст. 49 АПК РФ, к индивидуальному предпринимателю Грузневой Галине Андреевна (ОГРНИП: 306353216500046, далее – ответчик, предприниматель) с требованием о взыскании 20 000 руб. компенсации за нарушение прав на товарные знаки, расходов на проведение экспертизы в сумме 10 000 рублей, расходов на приобретение товара  в сумме 860 рублей, расходов по  уплате государственной пошлины в сумме 2000 рублей и расходов на  получение выписки из ЕГРИП в сумме 200 рублей. 

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора  привлечен  предприниматель Поляков Александр Николаевич (ОГРНИП: 304781635500041). 

Решением суда первой инстанции  от 08.07.2019 в удовлетворении иска отказано.

В апелляционной жалобе истец, ссылаясь на неправильное применение судом норм материального и процессуального права, неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для дела, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. По мнению подателя жалобы, у суда отсутствовали основания для отказа в удовлетворении иска.

В судебном заседании представитель Предпринимателя возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил решение суда оставить без изменения.

Истец, третье лицо, надлежащим образом уведомленные о времени и месте рассмотрения жалобы, своих представителей в судебное заседание не направили, что в  силу статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) не является препятствием для рассмотрения дела жалобы по существу.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела, истец является обладателем исключительных прав на изобразительный товарный знак по свидетельству Российской Федерации N 39872 в отношении товаров 7, 9, 11-го и 12-го классов Международной классификации товаров и услуг для регистрации знаков (далее - МКТУ) и на словесный товарный знак "BOSCH" по свидетельству Российской Федерации N 39873 в отношении товаров 7, 9, 11-го и 12-го классов МКТУ.

В обоснование исковых требований истец указал на то, что 19.06.2018 в торговой точке, расположенной по адресу: Вологодская область, п. Сазонове, ул. Советская, д. 111А, Магазин Автозапчасти, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени предпринимателя товара - электробензонасос в упаковке с товарными знаками "BOSCH" с каталожным номером 0 580 453 453 (на упаковке) и 0 580 453 453 (на корпусе электробензонасоса), обладающего техническими признаками контрафактности. Указанный товар предлагался ответчиком к продаже, при этом, по внешним признакам, ввиду явных и существенных различий полиграфии от оригинальной продукции, содержал признаки несоответствия легальной продукции.

В подтверждение данного обстоятельства истец представил чек от 19.06.2018 с видеозаписью покупки вышеуказанного товара, а также спорный товар.

Истцом представлено также заключение от 22.06.2018 N 4117-2018, выполненное экспертом Маланичевым В.А., имеющим сертификат, выданный учебным центром ООО "Роберт Бош", согласно которому представленная для исследования продукция в товарными знаками "BOSCH" и графическим изображением, с каталожным номером 0 580 453 453 (на упаковке) и 0 580 453 453 (на корпусе электро-бензонасоса) не изготовлена на заводах компании.

Полагая, что действиями ответчика по предложению к продаже и продаже товара нарушаются исключительные права истца на товарные знаки, истец, не получив удовлетворения по претензии с требованием прекратить неправомерное использование обозначений, сходных с соответствующими товарными знаками, и выплатить компенсацию за нарушение указанных прав, обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Суд первой инстанции отказывая в удовлетворении исковых требований указал, что истец не доказал факт нарушения его прав ответчиком, который представил в материалы дела доказательства, подтверждающие правомерность реализации спорных товаров: Сертификат соответствия № ТС RU C-DE.АД09.В.00883 серии RU 0146070 и Приложения к сертификату соответствия, которые были представлены ему третьим лицом при приобретении соответствующих товаров, со ссылкой на то, что спорный товар был ранее правомерно введен третьим лицом в гражданский оборот.

Апелляционный суд, исследовав материалы дела, проанализировав доводы апелляционной жалобы, считает решение суда первой инстанции подлежащим отмене.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Товарные знаки являются результатом интеллектуальной деятельности и приравненными к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (пункт 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно положениям статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 названного Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 данной статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Согласно пункту 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака: на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации; при выполнении работ, оказании услуг; на документации, связанной с введением товаров в гражданский оборот; в предложениях о продаже товаров, о выполнении работ, об оказании услуг, а также в объявлениях, на вывесках и в рекламе; сети "Интернет", в том числе в доменном имени и при других способах адресации.

Никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения (пункт 3 статьи 1484 Кодекса).

Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве (пункт 2 статьи 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (статья 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 1 статьи 1515 ГК РФ товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В силу изложенного в бремя доказывания истца по настоящему делу входило подтверждение принадлежности ему исключительных прав на указанные в иске средство индивидуализации товаров и услуг (товарный знак), а также факт предложения к продаже и реализации спорного товара ответчиком. В бремя же доказывания ответчика входило подтверждение легальности происхождения спорного товара в смысле правомерности размещения на нем указанных объектов интеллектуальной собственности, принадлежащих истцу.

В обоснование заявленных требований, истец указывает, что ответчиком был реализован товар, на котором были размещены изображения, сходные до степени смешения с принадлежащими истцу товарными знаками.

Данный факт подтверждается товарным чеком, содержащим наименование ответчика и его ИНН, дату продажи, а также видеозаписью процесса покупки.

Поскольку в силу статьи 493 ГК РФ, если иное не предусмотрено законом или договором розничной купли-продажи, в том числе условиями формуляров или иных стандартных форм, к которым присоединяется покупатель (статья 428 ГК РФ), договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, факт реализации товара ответчиком является доказанным.

Материалами дела подтверждено и не оспаривается ответчиком, что истец является правообладателем товарных знаков, защищенных по 7, 9, 11, 12 классам МКТУ в соответствии со свидетельствами N 39872, 39873.

Таким образом, представленная истцом в материалы дела совокупность доказательств подтверждает факт реализации ответчиком товара по договору розничной купли-продажи.

Из экспертного заключения от 22.06.2018 N 4117-2018 следует, что на момент вскрытия экспертом для проведения исследования упаковка и печать не нарушены. Экспертом приведена фототаблица представленного на исследование товара и оригинальной продукции, а также указана методика осмотра исследуемого товара на предмет сравнения с оригинальной продукцией.

Компетенции Маланичева В.А. подтверждена в материалы дела представлен сертификат от 10.01.2014 сервисного учебного центра ООО "Роберт Бош".

В результатах исследования приведен подробный перечень оснований, по которым эксперт пришел к выводу о контрафактности представленного на экспертизу товара (в том числе: нижняя часть  электробензонасоса  конструктивно отличается от оригинальной, так как на ней присутствует лабиринтное уплотнение, чего  нет на оригинале продукции;  упаковка конструктивно отличается от  оригинальной; на нижней части корпуса  электробензонасоса отсутствует 7-ми точечная  фиксация  кожуха; маркировочная  этикетка отличается от оригинальной;  изображения товарных знаков  отличаются от оригинала  по расположению и написанию (шрифт меньше и шире).

По смыслу статей 1229, 1484 ГК РФ использование результата интеллектуальной деятельности может осуществляться, в том числе, путем продажи контрафактного товара, то есть товара, содержащего объекты исключительных прав (персонажей аудиовизуального произведения и товарных знаков), без соответствующего согласия правообладателя.

Реализуя товар, ответчик должен действовать разумно и добросовестно, соотносить свое поведение с характерной для осуществления конкретного вида предпринимательской деятельности степенью заботливости и осмотрительности.

Вместе с тем ответчиком не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что заявитель, действуя добросовестно, совершал действия, направленные на выяснение обстоятельств правомерности введения товара в гражданский оборот, наличие на то согласия правообладателя.

Поскольку у истца не имелось доказательств, подтверждающих передачу права использования принадлежащего ему товарного знака ответчику (истец данное обстоятельство прямо отрицал, что и явилось основанием для предъявления настоящего иска), бремя доказывания того, что действия ответчика не нарушили прав правообладателя объекта интеллектуальной собственности в силу положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лежит на ответчике, то есть именно предприниматель должен доказать тот факт, что приобретенный ими и предлагаемый к продаже товар введен в гражданский оборот правообладателем, не является контрафактным.

Вместе с тем, заявитель не представил надлежащих доказательств, подтверждающих правомерность использования им изображений, сходных до степени смешения с товарными знаками, принадлежащими истцу.

Оценив изображения, содержащиеся на проданном товаре, и изображения товарных знаков истца, с учетом исследования, выполненного специалистом Маланичевым В.А., апелляционный суд приходит к выводу о размещении товарных знаков истца на контрафактном товаре.

При исследовании изображенного на товаре словесного и графического  обозначения, с товарными знаками истца, следует, что товарные знаки истца № 39872  и № 39873 и обозначения, содержащиеся на товаре, реализованным ответчиком, сходны до степени смешения в целом. При этом истец не передавал ответчику права на использование названного товарного знака.

Реализованный ответчиком товар является контрафактным, поскольку незаконно воспроизводит изображения, сходные до степени смешения с товарным знаком истца.

Доводы ответчика, поддержанные  судом первой инстанции о том, что при приобретении товара у третьих лиц (ИП Поляков А.Н.) ответчику, был предоставлен сертификат соответствия,  что свидетельствует  правомерном введении третьим лицом  товара в гражданский оборот, признаются апелляционным судом  ошибочными.

Согласно п. 3 ст. 1250 ГК РФ, если иное не установлено настоящим Кодексом, предусмотренные подп. 3 п. 1 и п. 3 ст. 1252 настоящего Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Деятельность ответчика является предпринимательской и осуществляется с учетом рисков и возможных негативных последствий, ей присущих.

Следовательно, он подлежит привлечению к ответственности за нарушение исключительных прав и при отсутствии его вины.

Более того, действия лица по реализации контрафактных товаров образуют самостоятельное нарушение исключительных прав. При этом сам по себе факт приобретения этих товаров у третьих лиц не свидетельствует об отсутствии вины лица, их перепродающего.

Материалами дела подтверждено, что товар введен в гражданский оборот с нарушением закона, является контрафактным.

Кроме того, следует отметить, что представленная ответчиком копия Сертификата соответствия № ТС RU C-DE.АД09.В.00883 серии RU 0146070  с приложениями, не подтверждает  того обстоятельства, что  приобретенный истцом контрафактный товар являлся предметом исследования при  оформлении сертификата. Так же  апелляционным судом  установлено, что   Сертификат соответствия № ТС RU C-DE.АД09.В.00883 серии RU 0146070  с приложениями  имеется в свободном доступе в  сети Интернет.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что в данном случае усматривается смешение обозначений, используемых на реализованном ответчиком товаре, и товарных знаков, исключительные права на которые принадлежат истцу.

В соответствии со статьей 1250 ГК РФ интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

Аналогичное по существу правило содержится в пункте 4 статьи 1515 ГК РФ применительно к защите нарушенного исключительного права на товарный знак.

Компанией при обращении с настоящим иском был избран вид компенсации, взыскиваемой на основании подпункта 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 43.3 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 26.03.2009 N 5/29 "О некоторых вопросах, возникших в связи с введением в действие части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", рассматривая дела о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, суд определяет сумму компенсации в указанных законом пределах по своему усмотрению, но не выше заявленного истцом требования. При этом суд не лишен права взыскать сумму компенсации в меньшем размере по сравнению с заявленным требованием, но не ниже низшего предела, установленного абзацем вторым статьи 1301, абзацем вторым статьи 1311, подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 или подпунктом 1 пункта 2 статьи 1537 ГК РФ. Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры. Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, с учетом требований разумности и справедливости, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами.

Размер компенсации, заявленный  истцом ко взысканию, представляет собой минимальный размер, установленный законом (2 товарных знака х 10 000 рублей), и в силу разъяснений, содержащихся в постановлении Конституционного Суда Российской Федерации от 13.12.2016 N 28-П, снижение судом размера компенсации ниже низшего размера, установленного подпунктом 1 пункта 4 статьи 1515 ГК РФ, возможно при наличии мотивированного заявления ответчика, подтвержденного соответствующими доказательствами.

Данный правовой подход изложен в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 25.04.2017 N 305-ЭС16-13233, от 11.07.2017 N 308-ЭС17-2988, а также на указанное обстоятельство обращено внимание в пункте 47 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 23.09.2015.

Снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1311 ГК РФ, возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком;

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения. Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Снижение размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, является экстраординарной мерой, должно быть мотивировано судом и подтверждено соответствующими доказательствами, представленными ответчиком в материалы дела, что разъяснено, в частности, в 21 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 3, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 12.07.2017.

Материалами дела установлено, что  ответчик  в ходе рассмотрения дела  заявление о снижении размера компенсации не заявлял, доказательств, достоверно свидетельствующих о возможности снижения компенсации, не представлял.

При таких обстоятельствах, исковые требования подлежат удовлетворению, а  решение суда первой инстанции – отмене.

Истцом также предъявлены к взысканию судебные расходы: 10 000 рублей 00 копеек расходов на проведение экспертного исследования, 860 рублей расходов на приобретение спорного товара, 386 рублей почтовых расходов и 200  рублей расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ.

Согласно разъяснению, данному в пункте 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 N 1 "О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела", к судебным издержкам относятся расходы, которые понесены лицами, участвующими в деле, включая третьих лиц, заинтересованных лиц в административном деле.

Перечень судебных издержек не является исчерпывающим. Так, расходы, понесенные истцом, административным истцом, заявителем в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления, административного искового заявления, заявления в суд, могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Таким образом, издержки, понесенные в связи со сбором собиранием доказательств, могут быть отнесены к категории судебных, и, следовательно, при удовлетворении имущественных исковых требований они подлежат взысканию с другой стороны.

Исходя из существа  настоящего спора, сама сделка розничной купли-продажи контрафактного товара не является его предметом, а лишь зафиксированным истцом способом незаконного использования результатов интеллектуальной деятельности (товарных знаков и произведения изобразительного искусства), то есть средством (способом) доказывания обстоятельств, имеющих значение для правильного рассмотрения и разрешения дела по существу.

Приобретение контрафактного товара и представление его в суд в качестве вещественного доказательства в рассматриваемом случае носило необходимый характер, поскольку факт размещения на таком товаре обозначений, сходных до степени смешения с товарными знаками или являющихся следствием переработки произведения, подлежал установлению судом.

Суд апелляционной инстанции оценил представленное истцом заключение, составленное вне рамок рассмотрения настоящего дела, и считает необходимым отметить, что заключение составлено в результате непосредственного осмотра объекта исследования (спорного товара) при его сравнении с оригинальным экземпляром и упаковкой продукции, принадлежащих истцу.

В результате исследования экспертом установлен ряд отличительных признаков, исходя из чего сделан вывод о контрафактности спорного товара. При этом экспертом исследовался не вопрос о степени схожести товарных знаков, а вопрос, производился ли представленный на экспертизу товар правообладателем товарного знака.

Такой документ может быть принят судом наряду с другими доказательствами на основании статьи 89 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также в силу его относимости и допустимости как доказательства по делу. Оснований для непринятия указанного заключения в качестве доказательства по делу суд апелляционной инстанции не усматривает, в связи с чем расходы на получение указанного доказательства также подлежат отнесению на ответчика. Кроме того, заключение получено в целях обращения за защитой нарушенного права.

В качестве доказательства несения  заявленных расходов истцом в материалы дела  представлены договор поручения  № 4117-РТК от 22.06.2018,  расходный кассовый  ордер на сумму 10 000 рублей  от 22.06.2018, товарный чек № 812 от 19.06.2018 на сумму 860 рублей, кассовые чеки Почты России.

С учетом изложенного суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что расходы на приобретение контрафактных товаров, проведение экспертизы, почтовые расходы  являются судебными издержками и подлежат взысканию с ответчика.

Вместе с тем, апелляционный суд не находит оснований для удовлетворения требований истца о взыскании с ответчика расходов на получение выписки из ЕГРЮЛ и ИП в сумме 200 рублей, поскольку в материалы дела истцом доказательства несения соответствующих расходов не предоставлены. 

Расходы по уплате государственной пошлина  за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанциях  в соответствии  со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат отнесению на ответчика.

Руководствуясь статьями 269 - 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение  Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской   области от 08.07.2019 по делу N А56-140959/2018 отменить.

Взыскать с ИП Грузневой Г.А. (ОГРНИП: 306353216500046) в пользу в пользу Компании Роберт Бош ГмбХ (Robert Bosch GmbH) компенсацию за нарушение исключительных прав в сумме 20 000 рублей, расходы на проведение  экспертизы в сумме 10 000 рублей, расходы на приобретение товара в сумме 860 рублей, расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение дела в судах первой и апелляционной инстанциях в сумме 5000 рублей, почтовые расходы в сумме 386 рублей.

В остальной части  иска отказать. 

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

О.В. Горбачева

 

Судьи

М.В. Будылева

 

Л.П. Загараева