ЧЕТВЕРТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

672000, Чита, ул. Ленина, 100б

http://4aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

г. Чита           Дело №А19-3042/2017

«05» сентября 2017 года

Резолютивная часть постановления объявлена 29 августа 2017 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 5 сентября 2017 года.

Четвертый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Басаева Д.В.,

судей: Никифорюк Е.О., Сидоренко В.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии в судебном заседании представителей общества с ограниченной ответственностью «ВДК-Техникс» ФИО2 (директор), Государственного учреждения – Отделения Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области ФИО3 (доверенность от 27.12.2016),

рассмотрев в открытом судебном заседании с использованием систем видеоконференцсвязи при содействии Арбитражного суда Алтайского края и Арбитражного суда Иркутской области апелляционную жалобу общества с ограниченной ответственностью «ВДК-Техникс» на решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3042/2017 (суд первой инстанции – ФИО4),

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «ВДК-Техникс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – истец, ООО «ВДК-Техникс») обратилось в Арбитражный суд Иркутской области с исковым заявлением к Государственному учреждению – Отделение Пенсионного фонда Российской Федерации по Иркутской области (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее – ответчик, Пенсионный фонд) о взыскании 49 588 руб. 12 коп. неосновательного обогащения, 2 314 руб. 05 коп. пени за период с 06.09.2016 по 22.02.2017, 116 297 руб. штрафов за 4 случая нарушения условий контракта на поставку запчастей и расходных материалов для лазерных принтеров.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3042/2017  в удовлетворении заявленных требований отказано.

Общество обратилось в суд с апелляционной жалобой на решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3042/2017 , в которой просит отменить обжалуемый судебный акт в полном объеме по мотивам, изложенным в жалобе.

В частности истец в апелляционной жалобе указывает, что судом не признано неосновательным обогащением ответчика удержание им из средств обеспечения контракта суммы излишне начисленной пени – 49 588 рублей 12 копеек, а также связанные с ним требования об уплате штрафа за неверный расчет пени и уплату процентов за пользование чужими денежными средствами. Суд необоснованно считает, что акт приема-передачи подписан Отделением 31.08.2016, следует считать дату подписания акта – 25.08.2016, в связи с чем срок возврата денежных средств обеспечения контракта нарушен. Вывод суда первой инстанции о применении двух мер ответственности за одно нарушение является ошибочным. 

Пенсионный фонд в отзыве с доводами апелляционной жалобы не согласился.

Информация о времени и месте судебного заседания по апелляционной жалобе размещена на официальном сайте апелляционного суда в сети "Интернет 04.08.2017. Таким образом, о месте и времени судебного заседания лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном главой 12 АПК РФ.

Дело рассматривается в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыв на жалобу, заслушав в судебном заседании пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив соблюдение судом первой инстанции норм материального и процессуального права, заслушав доводы сторон, суд апелляционной инстанции приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, по результатам открытого аукциона в электронной форме (извещение № 0234100000116000033) 20 июня 2016 года между обществом «ВДК-Техникс» (поставщик) и ОПФР по Иркутской области (заказчик) заключен контракт на поставку запчастей и расходных материалов для лазерных принтеров (далее - контракт), по условиям которого заказчик поручает, а поставщик принимает на себя обязательства по поставке запчастей и расходных материалов для лазерных принтеров (далее - товар) в количестве и ассортименте согласно техническим требованиям и спецификации (приложение № 1), прилагаемой к контракту и являющейся его неотъемлемой частью.

Согласно пункту 2.1. контракта цена настоящего контракта определяется на основании технических требований и спецификации (приложение № 1 к контракту) и составляет 1 162 970 руб., является неизменной в течение всего срока действия контракта и включает в себя все расходы поставщика, связанные с поставкой товара по настоящему контракту, в том числе: погрузка товара на складе поставщика; доставка товара по адресу заказчика, разгрузка товара в месте доставки; подъем товара на этаж (9 этаж); складирование товара в помещение, указанное заказчиком; расходы на исполнение обязательств по замене товара с недостатками; расходы на страхование, уплату таможенных пошлин, налогов, сборов и других обязательных платежей.

В соответствии с пунктом 3.1. контракта товар должен быть поставлен поставщиком по адресу: 

<

...> единой партией с даты заключения контракта не позднее 29 июля 2016 года. Время поставки товара должно быть заранее согласовано с заказчиком.

Пунктом 7.1. контракта предусмотрено условие об обеспечении исполнения контракта в виде внесения денежных средств на сумму 120 570 руб. 01 коп.

В пункте 3.2. контракта указано, что приемка поставленных товаров осуществляется силами заказчика. Лицом, ответственным за приемку и проведение экспертизы по контракту, является главный специалист - эксперт ОТОиТС ФИО5, при его отсутствии - лицо, его замещающее.

В связи с отсутствием достаточного количества товара по одной из позиций спецификации поставки - ремкомплектов к принтеру Kyocera 1920 МК-67 на территории Российской Федерации (из 15 комплектов имелось только 8) по согласованию с ФИО5 поставка товара была осуществлена двумя партиями: большая часть товара (на сумму 874 570 руб.) была поставлена заказчику 29.07.2016, оставшаяся часть (на сумму 288 400 руб.) с просрочкой - 25.08.2016.

В соответствии с пунктом 2.2. контракта оплата за поставленный товар производится по факту поставки всей партии товара в соответствии со спецификацией (приложение № 1) на основании счета, счета-фактуры, накладной и акта приема-передачи товара (приложение № 2) по безналичному расчету платежным поручением путем перечисления заказчиком денежных средств на расчетный счет поставщика в течение 7-ми банковских дней с момента подписания акта приема-передачи товара.

31 августа 2016 года ОПФР по Иркутской области была произведена оплата по контракту на сумму 1 162 970 руб. по платежному поручению № 529127.

Претензией от 2 сентября 2016 года № АК-09/10451 ОПФР по Иркутской области предъявило обществу «ВДК-Техникс» требование об уплате пени в размере 65 940 руб. 40 коп. за просрочку поставки товара.

По мнению истца, в претензии ошибочно в связи с указанием ФИО5 даты поставки и приемки товара 25.08.2016 учтено, что весь товар поставлен с просрочкой - 25.08.2016, на основании чего размер пени превысил фактически подлежащий уплате и признаваемый истцом (16 352 руб. 28 коп.) на 49 588 руб. 12 коп.

На указанную сумму также насчитаны проценты за пользование чужими денежными средствами в размере 2 314 руб. 05 коп. за период с 06.09.2016 по 22.02.2017.

Кроме того, за нарушение пункта 9.6. контракта в части неверного расчета пени, за несвоевременный возврат обеспечения исполнения контракта, несвоевременный возврат акта приема-передачи истцом ответчику также начислены штрафы на основании пунктов 9.2. контракта (за 4 случая нарушения контракта) в общей сумме 116 297 руб.

Претензиями № 01/09/09 от 9 сентября 2016 года, № 01/01/11 от 1 ноября 2016 года истец потребовал уплатить образовавшуюся задолженность и штрафы.

Требования истца оставлены ответчиком без исполнения, что послужило основанием для обращения в суд с иском.

Суд первой инстанции, оценив доводы и возражения сторон, а также доказательства, представленные сторонами в обоснование своих требований и возражений, в соответствии со статьёй 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации на предмет их относимости, допустимости, достоверности в отдельности, а также достаточности и взаимной связи в их совокупности, на основе правильного установления фактических обстоятельств по делу, верного применения норм материального и процессуального права сделал обоснованный вывод об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований.

По своей правовой природе заключенный сторонами контракт является государственным контрактом на поставку товаров для государственных или муниципальных нужд, правовое регулирование которого осуществляется нормами параграфа 4 главы 30 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 2 статьи 525 Гражданского кодекса Российской Федерации к отношениям по поставке товаров для государственных или муниципальных нужд применяются правила о договоре поставки (статьи 506 - 522), если иное не предусмотрено правилами настоящего Кодекса.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки, производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности.

Покупатель оплачивает поставленные товары с соблюдением порядка и формы расчетов, предусмотренных договором поставки (пункт 1 статьи 516 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Одним из существенных условий договора поставки является срок поставки товара.

Как следует из материалов дела, срок поставки товара согласован сторонами в пункте 3.1. договора не позднее 29 июля 2016 года; при этом сторонами согласовано условие о поставке товара единой партией. 

Вопреки утверждению апеллянта, частичная поставка и приемка товара условиями заключенного между сторонами контракта не предусмотрена.

Из части 1 статьи 95 Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее Федеральный закон №44-ФЗ) следует, что изменение существенных условий контракта при его исполнении не допускается, вследствие чего судом не могут быть приняты во внимание доводы истца, что поставка товара двумя партиями была согласована с лицом, ответственным за исполнение контракта со стороны ответчика.

В силу статьи 311 ГК РФ кредитор вправе не принимать исполнения обязательства по частям, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами, условиями обязательства и не вытекает из обычаев или существа обязательства.

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает правильным вывод суда первой инстанции о том, что обязательство по поставке товара считается исполненным в момент передачи заказчику всего поставляемого по контракту товара. Заказчик приступает к приемке товара только после получения всей партии товара, что также оговорено в п. 3.6 контракта. Иное толкование данного условия означало бы изменение существенного условия контракта, что не допускается в соответствии с ч. 1 ст. 95 Федерального закона № 44-ФЗ. 

Следовательно, предусмотренное пунктом 3.1. контракта условие о поставке товара единой партией истцом нарушено; обязательство по поставке товара считается исполненным в момент получения заказчиком второй партии товара, а именно - 25.08.2016.

Истцом заявлено требование о взыскании штрафа на основании пункта 9.2. контракта в связи с несвоевременным исполнением ответчиком обязательства по возвращению акта приема-передачи поставщику (пункты 3.6., 3.7., 5.2.1. контракта).

Согласно пункту 9.2. контракта за ненадлежащее исполнение заказчиком обязательств по контракту, за исключением просрочки исполнения обязательств, размер штрафа устанавливается в виде фиксированной суммы, составляющей 2,5% от цены контракта, что составляет 29 074 руб. 25 коп.

Согласно пункту 3.8 контракта поставка товара считается осуществленной по представлению подписанного обеими сторонами акта приема-передачи.

После получения товара 25.08.2016, заказчик осуществил его проверку и подписал в установленный контрактом срок (7 рабочих дней) акт приема-передачи товара 31.08.2016.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неверном определении даты подписания акта приема-передачи, признается судом апелляционной инстанции необоснованным и не подтвержденным материалами дела. 

Пунктом 5.2.1. установлена обязанность заказчика принять товар в соответствии с разделом 3 настоящего контракта и, при отсутствии претензий относительно качества, количества, ассортимента, комплектности и других характеристик товара в срок не позднее 7 рабочих дней подписать акт приема-передачи товара и передать один экземпляр поставщику.

При исследовании акта приема-передачи (т. 1 л.д. 67-68) суд апелляционной инстанции установил, что дата 25.08.2016 указана как дата поставки товара, а дата 31.08.2017 – дата составления акта. Кроме того, суд апелляционной инстанции обращает внимание, что акт приема передачи товара подписан обеими сторонами без претензий и возражений, в установленный пунктом 5.2.1 контракта срок. 

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом.

Из буквального толкования положений пунктов 5.2.1., 3.6., 3.7. контракта следует, что заказчик обязан в течение 7 рабочих дней после принятия товара при отсутствии возражений подписать акт приема-передачи товара, однако обязанности в течение 7 рабочих дней возвратить подписанный акт приема-передачи не усматривается при совокупном толковании условий пунктов 5.2.1., 3.7. В противном случае, в пункте 3.7. был бы конкретно указан срок для возвращения подписанного акта приема-передачи.

Таким образом, правовых оснований для начисления штрафа на основании пункта 9.2 за несвоевременный, по мнению истца, возврат ответчиком акта приема-передачи у истца не имелось.

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что судом не признано неосновательным обогащением ответчика удержание им из средств обеспечения контракта суммы излишне начисленной пени – 49 588 рублей 12 копеек признается судом апелляционной инстанции несостоятельным в силу следующего. 

В соответствии с главой 60 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства из неосновательного обогащения возникают при обогащении одного лица за счет другого, и такое обогащение происходит при отсутствии к тому законных оснований или последующем их отпадении. Обогащение признается неосновательным, если приобретение или сбережение имущества одним лицом за счет другого произошло при отсутствии к тому предусмотренных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований.

Согласно пункту 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение).

В предмет доказывания по настоящему делу входит: факт приобретения или сбережения ответчиком денежных средств за счет истца; отсутствие установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований для приобретения; размер неосновательного обогащения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, истец платежным поручением № 700 от 15 июня 2016 года внес обеспечение исполнения контракта на основании условий, предусмотренных пунктом 7.1. контракта, в размере 120 570 руб. 01 коп.

Пунктом 7.6. контракта предусмотрена обязанность возвратить денежные средства, внесенные поставщиком в качестве обеспечения исполнения настоящего контракта, на основании заявления поставщика, в котором указываются необходимые для возврата денежных средств банковские реквизиты. Возврат денежных средств производится заказчиком в течение 10 дней с даты получения заявления поставщика о возврате.

Письмом от 29 июля 2016 года № 01/29/07 истец потребовал возвратить сумму обеспечения исполнения контракта в размере 120 570 руб. 01 коп.

Пунктом 9.6. контракта предусмотрена обязанность поставщика в случае просрочки исполнения поставщиком обязательств уплатить пени за каждый день просрочки исполнения такого обязательства, приведена формула расчета пени.

Судом первой инстанции правильно установлен факт нарушения поставщиком условия о поставке товара в срок до 29.07.2016; товар считается, как указано выше, поставленным в момент поставки его в полном объеме, предусмотренном контрактом, - 25.08.2016.

Ответчик, на основании пункт 9.6 контракта 2 сентября 2016 года направил истцу претензию № АК-09/10451 об уплате пени за период просрочки с 30.07.2016 по 25.08.2016 в размере 65 940 руб. 40 коп., исходя из всей суммы контракта. 

Указанная сумма была вычтена из обеспечения исполнения контракта (120570,01 руб.) в соответствии с пунктом 7.7. контракта, которым предусмотрено, что в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения поставщиком обязательства, предусмотренного контрактом, заказчик производит возврат обеспечения по контракту за вычетом соответствующего размера неустойки (штрафа, пени). 

Денежные средства в сумме 54 629 рублей 61 копейка за минусом вычтенных на основании условий контракта пеней в связи с нарушением поставщиком срока поставки товара, возвращены истцу в срок – платежным поручением №607787 от 12.09.2016. 

Таким образом, суд первой инстанции правильно квалифицировал денежные средства в размере 49 588 руб. 12 коп., указанные истцом в качестве неосновательного обогащения ответчика, как вычтенные на основании условий контракта пени за просрочку исполнения истцом обязательства по поставке товара.

Исходя из вышеизложенного, требование истца о взыскании неосновательного обогащения, составляющего сумму денежных средств, обоснованно вычтенных ответчиком из суммы обеспечения исполнения, штрафа на основании пункта 9.2. контракта в размере 29 074 руб. 25 коп. в связи с нарушением, по мнению Общества, положений пункта 9.6. контракта, а именно: при расчете пени не была учтена стоимость фактически исполненного в установленный срок обязательства по контракту (первой партии товара на сумму 874 570 руб.), является необоснованным и не подлежащим удовлетворению.

Довод заявителя апелляционной жалобы об ошибочности выводов суда первой инстанции о применении двух мер ответственности за одно нарушение признается судом апелляционной инстанции несостоятельным и не основанном на нормах закона.

Учитывая, что обществом «ВДК-Техникс» не доказаны ни факт сбережения денежных средств ответчиком за счет истца, ни факты нарушения ответчиком условий контракта, которые могли бы повлечь ответственность в виде применения такой меры ответственности, как взыскание неустойки (штрафа), суд первой инстанции правомерно отказал в удовлетворении исковых требований.

При таких установленных обстоятельствах суд апелляционной инстанции не находит оснований для удовлетворения апелляционной жалобы, доводы которой проверены в полном объеме, но правильных выводов суда первой инстанции не опровергают и не могут быть учтены как не влияющие на законность принятого по делу судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Четвертый арбитражный апелляционный суд, руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда Иркутской области от 14 июня 2017 года по делу №А19-3042/2017 оставить без изменения, а апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу с момента его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа через арбитражный суд первой инстанции в срок, не превышающий двух месяцев с даты принятия.

ПредседательствующийД.В. Басаев

СудьиЕ.О. Никифорюк 

В.А. Сидоренко