ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

 

03 октября 2023 года                                                                                     Дело № А65-12054/2023

                                                                                                                   №11АП-13185/2023

г. Самара

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Дегтярева Д.А.,

рассмотрев в порядке упрощенного производства, без вызова сторон,

дело по апелляционной жалобе Индивидуального предпринимателя ФИО1 на решение Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 28.06.2023 (мотивированное решение изготовлено 10.07.2023), принятое в гордячке упрощенного производства по делу № А65-12054/2023 (судья Артемьева Ю.В.), 

по иску Общества с ограниченной ответственностью "Глобальное партнерство", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании 90 000 руб. долга, 30 840 руб. пени, пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки с 14.04.2023г. до момента фактического исполнения обязательства, 

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО "Ростфранч" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО "Химхолдинг" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью "Глобальное партнерство" обратилось в суд с иском к Индивидуальному предпринимателю ФИО1 о взыскании 90 000 руб. долга, 30 840 руб. пени, пени в размере 0,1% от суммы долга за каждый день просрочки с 14.04.2023г. до момента фактического исполнения обязательства.

Дело рассмотрено в порядке главы 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее АПК РФ).

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены ООО "Ростфранч" (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>), ООО "Химхолдинг"  (ОГРН: 

<

***>, ИНН: 

<

***>).

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 28.06.2023 исковые требования удовлетворены частично, с Индивидуального предпринимателя ФИО1 (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Глобальное партнерство", г.Казань (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) взыскано 48 548 руб. долга, 21 690,69 руб. неустойки с 11.03.2021г. по 14.04.2023г., 2688 руб. госпошлины, неустойка в размере 0,1% за каждый день просрочки на сумму долга в размере 48 548 руб. начиная с 15.04.2023г. по день фактической оплаты суммы основного долга, в оставшейся части в иске отказано.

В связи с  поступлением от сторон заявлений о составлении мотивированного судебного акта судом 10.07.2023 изготовлено мотивированное решение.

Ответчик, индивидуальный предприниматель ФИО1, не согласившись с решением суда по делу №А65-12054/2023, обратился с апелляционной жалобой, в которой просит решение суда отменить, рассмотреть дело по правилам первой инстанции в судебном заседании с вызовом сторон, принять по делу новый судебный акт об отказе истцу в удовлетворении исковых требований в полном объеме. В обоснование апелляционной жалобы ответчик указывает, что акт о передаче ноу-хау был подписан под давлением после направления проекта договора и оплаты паушального взноса, с учетом чего ответчик указывает, что на момент оплаты паушального взноса, и получения проекта договора для изучения ответчику не было известно о том, что он получит. Кроме того, ответчик ссылается, что существенная часть ноу-хау, а именно исподники этикеток, подготовленных к печати в соответствии с номенклатурой торговой точки (пункт 2.2.4. лицензионного договора), на момент подписания договора и акта были выполнены с нарушением требований и норм законодательства, что было признано истцом письмом от 21.01.2021, замена этикеток выполнена спустя 2 месяца после опубликования информационного письма истца.

Ответчик ссылается на отсутствие в материалах дела доказательств заключения между сторонами договора, полагает, что истцом и ответчиком совершен ряд действий, направленных на заключение договора: оплата со стороны ответчика, закупка оборудования, закупка у поставщика продукции, предполагаемой к использованию в розлив, не имеющей полного пакета документации, разрешающей ее легальную реализацию. Также ответчиком указано на наличие между сторонами переписки о несоответствии предложенного истцом секрета производства требованиям договора, отсутствия со стороны истца сопровождения и требований ответчика о прекращении правоотношений и возврате паушального взноса.

Ответчик ссылается на отсутствие у него доказательств факта подписания лицензионного договора, так, в материалы дела не представлены, а судом первой инстанции не запрошены, оригиналы документов: лицензионного договора, акта приема-передачи ноу-хау, в связи с чем ответчик полагает необходимым истребовать в материалы дела подлинники письменных доказательств.

Ответчик полагает, что судом первой инстанции неверны установлены обстоятельства по делу, а именно: наличие факта использования ответчиком секрета ноу-хау и наличие оснований для уплаты роялти-платежа. По мнению ответчика, спорный лицензионный договор является смешанным и содержит в себе положения Гражданского кодекса РФ о передаче в пользование результата интеллектуальной деятельности – секрета ноу-хау и положения об оказании услуг. В соответствии с пунктом 1.8. лицензионного договора, роялти-платеж – ежемесячный фиксированный платеж за оказание консультационного сопровождения лицензиаром лицензиата, а также за использование секрета ноу-хау.

Между тем, ответчик полагает, что в нарушение п. 1 ст. 781 ГК РФ истцом не доказан факт оказания им услуг ответчику, а также факт использования секрета ноу-хау. По мнению ответчика, отсутствие соглашения о расторжении и/или подтверждения истцом факта расторжения, и как следствие наличие нерасторгнутого договора не означает, что у истца есть основания для получения от ответчика роялти-платежа. Существование лицензионного договора без какой-либо реализации по нему и писем ответчика о претензиях, невозможности использования секрета ноу-хау свидетельствует об отсутствии оснований для получения истцом роялти-платежа. При этом ответчиком указано, что ответчиком точка продажи бытовой химии в розлив так и не была открыта, ответчик не пользовался ни секретом ноу-хау и не получал от истца консультационных услуг по сопровождению данной точки, судом первой инстанции не дана правовая оценка доказательствам: карточка о снятии контрольно-кассовой техники с регистрационного учета от 20.07.2021, скриншот сообщения от регионального директора ФИО2 о приостановке сопровождения торговой точки от 20.04.2021.

Ответчик в апелляционной жалобе не согласен с датой расторжения договора – 23.12.2022, в обоснование расторжения договора в более раннюю дату ссылается на доказательства направления уведомления о расторжении в адрес истца 04.11.2021 – скриншот направления уведомления на электронный адрес истца, указанный в лицензионном договоре.

Также ответчиком указано на освобождение лицензиатов от оплаты роялти письмом от 01.10.2020 на период до 31.03.2021, а также видеообращением ФИО3 ввиду наличия многочисленных претензий со стороны лицензиатов.

Ответчик ссылается на нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, а именно указание в резолютивной части мотивированного решения на порядок обжалования решения в нарушение ч. 4 ст. 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации: Решение подлежит немедленному исполнению и может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в течение пятнадцати дней со дня его принятия.

Ответчиком к апелляционной жалобе приложены: информационное письмо ООО «ХимХолдинг» от 01.10.2020 о том, что роялти не будет взиматься за период с 01.10.2020 по 31.03.2021, ответ ООО «ХимХолдинг», исх. № 49 от 05.04.2021, на претензию, скриншот электронной почты о направлении ответчиком в адрес истца досудебной претензии от 03.11.2021,  скриншот электронной почты о направлении ответчиком в адрес истца досудебной претензии от 29.03.2021, скриншот электронной почты о направлении истцом в адрес ответчика ответа на претензию 06.04.2021, проект дополнительного соглашения № 3 от 05.04.2021 к лицензионному договору № 357-Ч от 16.11.2020, скриншот электронной почты с ответом ответчика на предложение заключить дополнительное соглашение к договору, скриншот электронной почты о направлении ответчиком в адрес истца дополнения к претензии от 12.04.2021, скриншот электронной почты о направлении ответчиком в адрес истца письма от 18.04.2021, скриншот переписки в мессенджере WhatsApp, письмо, исх. № 01-11/2021 от 27.01.2021, ответчика в адрес истца  о необходимости замены этикеток и предоставления паспортов качества на поставленную продукцию, скриншот электронной почты о направлении ответчиком в адрес истца письма, исх. №01-11/2021 от 27.01.2021, информационное письмо истца от 21.01.2021 о замене этикеток.

В соответствии со статьей 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  апелляционные жалобы на решения арбитражного суда по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, рассматриваются в суде апелляционной инстанции судьей единолично без вызова сторон по имеющимся в деле доказательствам. Дополнительные доказательства по делам, рассмотренным в порядке упрощенного производства, арбитражным судом апелляционной инстанции не принимаются.

При таких обстоятельствах в силу прямого указания ст.272.1 АПК РФ дополнительные доказательства, приложенные заявителем к апелляционной жалобе, к материалам дела не приобщаются (аналогичная позиция относительно применения нормы ч.2 ст.272.1 АПК РФ содержится в  Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 04.07.2019 N 305-ЭС19-1626 по делу N А41-50686/2018; постановлении Арбитражного суда Поволжского округа от 18.02.2022 N Ф06-14811/2022 по делу N А65-12511/2021).

Дополнительные доказательства поданы заявителем в электронном виде, в связи с чем в соответствии с пунктом 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 N 57 "О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов" возврат этих документов на бумажном носителе не производится.

Ходатайство ответчика об истребовании подлинников лицензионного договора, акта приема-передачи ноу-хау апелляционным судом отклоняется.

Согласно части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лицо, участвующее в деле и не имеющее возможности самостоятельно получить необходимое доказательство от лица, у которого оно находится, вправе обратиться в арбитражный суд с ходатайством об истребовании данного доказательства. В ходатайстве должно быть обозначено доказательство, указано, какие обстоятельства, имеющие значение для дела, могут быть установлены этим доказательством, указаны причины, препятствующие получению доказательства, и место его нахождения.

В соответствии с частью 3 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дела в арбитражном суде апелляционной инстанции лица, участвующие в деле, вправе заявлять ходатайства о вызове новых свидетелей, проведении экспертизы, приобщении к делу или об истребовании письменных и вещественных доказательств, в исследовании которых им было отказано судом первой инстанции.

Между тем, ответчиком в суде первой инстанции ходатайства об истребовании подлинников документов заявлено не было.

Кроме того, заявляя в суде апелляционной инстанции ходатайство об истребовании доказательств, ответчиком не обоснована необходимость истребования указанных им документов.

Так, нормами процессуального законодательства не установлено правило о том, что для подтверждения обоснованности иска необходимо представить исключительно подлинники документов, а в части 8 статьи 75 АПК РФ предусмотрено, что письменные доказательства представляются в арбитражный суд в подлиннике или в форме надлежащим образом заверенной копию. При отсутствии в деле нетождественных документов, то есть непредставления ответчиком договора, акта с иным содержанием, а также учитывая, что представленные в дело копии договора и акта содержат подписи сторон,  печать лицензиара, ответчик не воспользовался своим правом, предусмотренным статьей 161 АПК РФ, и не заявил о фальсификации доказательств, представленных истцом, не оспорил подлинность документов, суд первой инстанции обоснованно принял представленные истцом заверенные копии спорных договоров в качестве надлежащих доказательств по делу. 

Оснований для перехода к рассмотрению дела по правилам, установленным для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции, не имеется.

В настоящем деле обстоятельств, свидетельствующих о необходимости проведения судебного заседания при рассмотрении апелляционной жалобы на решение суда первой инстанции, не усматривается.

С учетом разъяснений, содержащихся в пунктах 47, 49 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 18 апреля 2017 года № 10 «О некоторых вопросах применения судами положений Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации и Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации об упрощенном производстве» апелляционная жалоба рассмотрена судьей единолично без осуществления протоколирования и без составления резолютивной части постановления.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещены арбитражным судом на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и особенностями, установленными для рассмотрения дел в порядке упрощенного производства.

27.08.2023 от истца поступили возражен7ия на апелляционную жалобу, истец просил в удовлетворении апелляционной жалобы отказать, решение суда оставить без изменения.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверяется апелляционным  судом в соответствии со статьями  266 - 271, 272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, отзыва, проверив  в соответствии со статьями 258, 266, 268, 272.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из нижеследующего.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между ООО «Химхолдинг» (лицензиар) и ответчиком (лицензиат) был заключен лицензионный договор о передаче секрета производства (ноу-хау) № 357-Ч от 16.11.2020, по условиям которого лицензиар обязуется предоставить лицензиату за вознаграждение и на указанный в договоре срок право на использование в предпринимательской деятельности лицензиата принадлежащий лицензиару секрет производства (ноу-хау), при помощи которого лицензиат намерен извлекать прибыль в сфере продажи бытовой химии в разлив, используя принадлежащие лицензиару исключительные права, являющиеся предметом настоящего договора

В силу пункта 2.2. договора в состав секрета производства (ноу-хау), передаваемого в соответствии с п.2.1 настоящего договора, входят:

2.2.1.  Рекомендации и требования по подбору сотрудников на торговую точку;

2.2.2.  Руководство по использованию фирменного стиля (брендбук), которое включает в себя подробное описание использования каждого фирменного элемента на различных носителях, как рекламных, так и корпоративных;

2.2.3.  Пакет маркетинговых инструментов, подготовленных к печати;

2.2.4.  Исходники этикеток, подготовленных к печати, по номенклатуре в соответствии с ассортиментом торговой точки;

2.2.5.  Технология подбора помещения для торговой точки;

2.2.6.  Дизайн-макет торговой точки, адаптированный под условия помещения Лицензиата.

Секрет производства (ноу-хау) - по настоящему договору это сведения экономического, организационного и иного характера, а также совокупность различных знаний и опыта (научного, административного, финансового» коммерческого или иного характера), которые собраны Лицензиаром в процессе предпринимательской деятельности в сфере продажи бытовой химии в рЕЗлив и которые имеют действительную или потенциальную коммерческую ценность в силу неизвестности их третьим лицам, к которым у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании, и в отношении которых Лицензиаром введен режим коммерческой тайны.

Сведения любого характера - в настоящей договоре это принадлежащая Лицензиару система форм, правил, рекомендаций, схем, знаний, интеллектуальных решений для ведения предпринимательской деятельности в сфере продажи бытовой химии в разлив, которая передаётся Лицензиаром Лицензиату.

По акту от 18.11.2020 ответчику был передан секрет производства (ноу-хау). Акт подписан ответчиком.

Согласно п. 3.4.4. и 5.2. договора ответчик обязан оплачивать лицензиару роялти в размере 5000 руб. ежемесячно, начиная с 3-го месяца и до окончания действия договора.

Согласно п. 1.8. договора роялти платеж – это ежемесячный фиксированный, выплачиваемый лицензиатом лицензиару за оказание консультационного сопровождения лицензиаром лицензиата, а также за использование секрета производства (ноу-хау) лицензиара.

Согласно п. 5.3.2. договора ежемесячные роялти-платежи уплачиваются не позднее 10-го числа каждого месяца, предшествующего месяцу, за который уплачивается роялти. В случае, если 10 (десятое) число месяца приходится на выходной или праздничный день, то надлежащей датой платежа будет считаться ближайший рабочий (банковский) день, следующий за выходным или праздничным днём.

Согласно п. 7.4. договора за нарушение сроков оплаты лицензиар вправе требовать с лицензиата уплаты пени в размере 0,1 % процентов от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

27.11.2020 между ООО «Химхолдинг» («Лицензиар») и ФИО1 («лицензиат») было заключено дополнительное соглашение № 1 к договору, где были изменены адреса и реквизиты сторон.

25.07.2022 права и обязанности лицензиара (ООО «Химхолдинг») были переданы истцу - ООО «Глобальное партнерство» по договору № 25/07-2022 от 25.07.2022.

25.07.2022 ответчик был уведомлен о данном отчуждении исключительных прав на секрет производства.

Так как ответчик не оплачивал роялти-платежи, истцом в адрес ответчика 23.08.2022 направлено уведомление о расторжении лицензионного договора в одностороннем порядке по п. 10.3 договора в связи с неоднократным нарушением его условий, предусмотренных п. 3.4.4 и 5.3.2. (за неуплату роялти платежей по договору).

В данном же уведомлении истец просил ответчика оплатить задолженность по роялти платежам согласно п. 5.2. и 5.3.2. договора, а также неустойку, предусмотренную п. 7.4. договора.

Сумма долга ответчика в связи с неоплатой роялти платежей за период с марта 2021 года по август 2022 года составляет 90 000 руб. Сумма пени с 10.03.2021г. по 14.04.2023г. (с учетом периода моратория с 01.04.2022г. по 01.10.2022г.) составляет 30 840 рублей.

06.09.2022г. истец обратился к ответчику с претензией об оплате роялти платежей по лицензионному договору, а также неустойки за  несвоевременную оплату роялти платежей.

Отказ в удовлетворении претензии послужил основанием для обращения истца с настоящим иском в суд.

Ответчиком представлен отзыв на иск, согласно которому ответчик полагает исковые требования необоснованными и не подлежащими удовлетворению. Ответчик ссылается на допущенные нарушения при заключении договора, несогласование предмета договора, отсутствие конфиденциальности переданной информации, на некомплектность переданной истцом информации. Ответчик также ссылается на то, что в отношении секрета производства не введен режим коммерческой тайны. Также ответчик указывает, что на часть продукции не была предоставлена или предоставлена неверная разрешительная документация.

Суд первой инстанции, руководствуясь положениями статей 1, 2, 307, 309-310, 421, 424, 431.1,  432, 450, 450.1, 453 1225, 1232, 1233, 1235, 1236, 1237, 1465, 1466, 1469 ГК РФ, пунктов 40, 143 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации", исследовав материалы дела, установив подписание ответчиком 18.11.2020 акта о приеме-передаче секрета производства, а также получение истцом доступа (прав использования) к секрету производства (ноу-хау), пришел к выводу о том, что ответчик выполнил свои обязательства по передаче секрета производства в полном объеме, при этом истцом отсутствие коммерческой ценности секрета производства не доказано, ответчиком предусмотренная лицензионным договором обязанность по оплате роялти-платежей не исполнена, в связи с чем пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения исковых требования в части взыскания роялти-платежей за период с марта 2021 года по 22.12.2021 в размере 48 548руб., неустойки, начисленной в связи с неоплатой указных платежей за период с 11.03.2021 по 14.04.2023 в размере 21 690,69 руб., а также неустойки за период с 15.04.2023 до фактического исполнения обязательства, в остальной части иска отказал.

Апелляционный суд соглашается с выводами суда первой инстанции, признает их верными и обоснованными.

В соответствии с пунктом 2 статьи 1233 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору одна сторона - обладатель исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (лицензиар) предоставляет или обязуется предоставить другой стороне (лицензиату) право использования такого результата или такого средства в предусмотренных договором пределах.

По лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное. Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме (пункт 5 статьи 1235 ГК РФ).

Лицензиат может использовать результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации только в пределах тех прав и теми способами, которые предусмотрены лицензионным договором. Право использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, прямо не указанное в лицензионном договоре, не считается предоставленным лицензиату.

Лицензионный договор заключается в письменной форме, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное. Несоблюдение письменной формы влечет недействительность лицензионного договора.

Срок, на который заключается лицензионный договор, не может превышать срок действия исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации.

В случае, когда в лицензионном договоре срок его действия не определен, договор считается заключенным на пять лет, если настоящим Кодексом не предусмотрено иное.

В случае прекращения исключительного права лицензионный договор прекращается (пункт 4 статьи 1235 ГК РФ).

В силу пункта 5 статьи 1235 ГК РФ по лицензионному договору лицензиат обязуется уплатить лицензиару обусловленное договором вознаграждение, если договором не предусмотрено иное.

Выплата вознаграждения по лицензионному договору может быть предусмотрена в форме фиксированных разовых или периодических платежей, процентных отчислений от дохода (выручки) либо в иной форме.

В соответствии с пунктом 40 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу пункта 5 статьи 1235 в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

В связи с этим, лицензиару не может быть отказано в требовании о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

Пунктом 7 статьи 1235 ГК РФ переход исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации к новому правообладателю не является основанием для изменения или расторжения лицензионного договора, заключенного предшествующим правообладателем.

В силу разъяснений, содержащихся в пункте 40 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее – Постановление Пленума №10) гражданский кодекс Российской Федерации не предусматривает необходимости получения согласия лицензиата (при наличии заключенных ранее лицензионных договоров) на заключение договора об отчуждении исключительного права. При этом в силу пункта 7 статьи 1235 ГК РФ переход исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации к новому правообладателю не является основанием для изменения или расторжения лицензионного договора, заключенного предшествующим правообладателем. Новый правообладатель становится лицензиаром на условиях ранее заключенного лицензионного договора.

Таким образом, переход исключительного права на секрет производства (ноу-хау) ООО «Глобальное партнерство» ООО «Химхолдинг» по договору № 25/07-2022 от 25.07.2022 об отчуждении исключительного права не является основанием для изменения или расторжения лицензионного договора, заключенного предшествующим правообладателем.

Кроме того, материалами дела подтверждается, что ответчик был уведомлен о состоявшемся переходе исключительных прав на секрет производства (ноу-хау), а также о необходимости уплаты роялти-платежей по договору ООО «Глобальное партнерство».

Согласно пункту 6 статьи 1235 ГК РФ лицензионный договор должен предусматривать:

1) предмет договора путем указания на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, право использования которых предоставляется по договору, с указанием в соответствующих случаях номера документа, удостоверяющего исключительное право на такой результат или на такое средство (патент, свидетельство);

2) способы использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Как указано в пункте 1 статьи 1236 ГК РФ, лицензионный договор может предусматривать: предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации с сохранением за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (простая (неисключительная) лицензия); предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия). Если лицензионным договором не предусмотрено иное, лицензия предполагается простой (неисключительной) (пункт 2 названной статьи)

Как следует из пункта 1 статьи 1465 ГК РФ, секретом производства (ноу-хау) признаются сведения любого характера (производственные, технические, экономические, организационные и другие) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющие действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны.

В силу статей 1466 и 1469 ГК РФ обладателю секрета производства принадлежит исключительное право использования его любым не противоречащим закону способом (исключительное право на секрет производства), в том числе он может распоряжаться указанным исключительным правом путем предоставления права использования секрета производства.

Исключительное право на секрет производства действует до тех пор, пока сохраняется конфиденциальность сведений, составляющих его содержание. С момента утраты конфиденциальности соответствующих сведений исключительное право на секрет производства прекращается у всех правообладателей (статья 1467 ГК РФ).

В соответствии со статьей 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. Также стороны могут заключить договор, в котором содержатся элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанный договор). К отношениям сторон по смешанному договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

Согласно статье 431 ГК РФ при толковании условий договора судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений. Буквальное значение условия договора в случае его неясности устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смысла договором в целом.

Как закреплено в пункте 2 статьи 431.1 ГК РФ, сторона, которая приняла от контрагента исполнение по договору, связанному с осуществлением его сторонами предпринимательской деятельности, и при этом полностью или частично не исполнила свое обязательство, не вправе требовать признания договора недействительным, за исключением случаев признания договора недействительным по основаниям, предусмотренным статьями 173, 178 и 179 ГК РФ, а также если предоставленное другой стороной исполнение связано с заведомо недобросовестными действиями этой стороны.

Проанализировав условия лицензионного договора №357-Ч от 16.11.2020г., суд первой инстанции пришел к выводу о том, что договор был заключен сторонами в установленном порядке, форма договора была соблюдена, все существенные условия согласованы сторонами, выполнены условия по предоставлению пользователю права использования секрета производства, стороны приступили к исполнению договора.

При этом ни на момент заключения лицензионного договора, в том числе при подписании акта о передаче секрета производства (ноу-хау), ни на момент исполнения договора, ответчик не заявлял о несогласии с предметом договора или о непередаче ему секрета производства (ноу-хау).

На момент заключения оспариваемого договора лицензиату было известно о характеристиках передаваемого ему секрета производства (ноу-хау). Лицензионный договор содержит подробное описание состава секрета производства, а также перечня услуг, оказываемых лицензиаром по договору (по письменной просьбе лицензиата).

Иное ответчиком не доказано.

Непредставление по спорному лицензионному договору права использования товарного знака «Чистая польза» не может свидетельствовать о незаключенности или недействительности договора.

Содержание спорного лицензионного договора в достаточной степени позволяет установить волю сторон, его предмет и условия.

Условия договора позволяют с достаточной степенью определенности уяснить смысл предмета договора и используемых объектов, договор был подписан без возражений, стороны приступили к его исполнению. Это повлекло для каждой из сторон юридически значимые последствия, обусловленные их характером и правовой природой.

Таким образом, спорный лицензионный договор, акт приема-передачи секрета производства подписаны сторонами добровольно, договор сторонами исполнялся ими, а значит, на момент заключения этого договора лицензиату было известно о характеристиках передаваемого ему секрета производства (ноу-хау).

Довод ответчика о том, что истцом нарушены условия конфиденциальности, поскольку в отношении секрета производства не был введен режим коммерческой тайны, обоснованно отклонен судом первой инстанции.

В силу пункта 143 Постановления Пленума №10 положения главы 75 ГК РФ определяют порядок правовой охраны секретов производства (ноу-хау), то есть сведений любого характера (производственных, технических, экономических, организационных и других) о результатах интеллектуальной деятельности в научно-технической сфере и о способах осуществления профессиональной деятельности, имеющих действительную или потенциальную коммерческую ценность вследствие неизвестности их третьим лицам, если к таким сведениям у третьих лиц нет свободного доступа на законном основании и обладатель таких сведений принимает разумные меры для соблюдения их конфиденциальности, в том числе путем введения режима коммерческой тайны (статья 1465 ГК РФ).

В силу пункта 1 статьи 1465 ГК РФ (в редакции Федерального закона N 35-ФЗ) с 1 октября 2014 года сохранение конфиденциальности сведений именно путем введения режима коммерческой тайны не является обязательным (пункт 144 Постановления Пленума №10).

Кроме того, доступ к ноу-хау лицензиара был предоставлен лицензиату после заключения договора и оплаты паушального взноса. То есть лицензиар не размещал указанные сведения в свободном доступе, предпринял меры по исключению доступа к ноу-хау третьих лиц. Нахождение информации, составляющей ноу-хау в свободном доступе ответчиком не доказано.

Поскольку доказательств того, что лицензиар не является обладателем сведений, составляющих содержание охраняемого законом секрета производства, а также что он утратил конфиденциальность сведений, составляющих его исключительное право на принадлежащий ему секрет производства, истцом в материалы дела при рассмотрении настоящего спора не представлено, постольку довод о том, что переданный ему в пользование по лицензионному договору результат интеллектуальной деятельности является общедоступным и не имеет коммерческой ценности, является необоснованным, а следовательно, не может быть принят во внимание.

Аналогичные выводы содержатся в Постановлении Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2022 N 15АП-12955/2022 по делу N А01-4229/2021, оставленным без изменения Постановлением Суда по интеллектуальным правам от 13.12.2022 N С01-2311/2022 по делу N А01-4229/2021.

Довод ответчика о том, что истцом была предоставлена недостоверная, некомплектная разрешительная документация на продукцию отклоняется судом, поскольку указанное не входит в предмет рассматриваемого спора.

Ответчик добровольно принял на себя обязательства по заключенному договору, следовательно, несет ответственность за его исполнение перед истцом. Действуя свободно и заключая лицензионный договор, ответчик согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с условием об оплате роялти размере 5000 руб. ежемесячно не позднее 10-го числа каждого месяца, начиная с 3-го месяца и до окончания действия договора. Таким образом, требование истца о взыскании роялти является обоснованным.

В силу пункта 2 статьи 1233 ГК РФ к договорам о распоряжении исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, в том числе к договорам об отчуждении исключительного права и к лицензионным (сублицензионным) договорам, применяются общие положения об обязательствах (статьи 307 - 419) и о договоре (статьи 420 - 453), поскольку иное не установлено правилами раздела VII ГК РФ и не вытекает из содержания или характера исключительного права.

Как следует из пункта 1 статьи 450 ГК РФ, изменение и расторжение договора возможны по соглашению сторон, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами или договором.

В силу п. 1 ст. 450.1 ГК РФ, право на односторонний отказ от договора (исполнения договора) может быть осуществлено управомоченной стороной путем уведомления другой стороны об отказе от договора (исполнения договора). Договор прекращается с момента получения данного уведомления, если иное не предусмотрено настоящим Кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Из разъяснений, приведенных в пункту 1 постановления Пленума ВАС РФ от 06.06.2014 N 35 "О последствиях расторжения договора", следует, что в соответствии со статьей 310 и пунктом 3 статьи 450 Гражданского кодекса Российской Федерации односторонний отказ от исполнения договора, когда такой отказ допускается или соглашением сторон, влечет те же последствия, что и расторжение договора по соглашению его сторон или по решению суда.

Как установлено пункта 2 статьи 453 ГК РФ, при расторжении договора обязательства сторон прекращаются, если иное не предусмотрено законом, договором или не вытекает из существа обязательства.

Пунктом 10.6 лицензионного договора предусмотрено, что лицензиат имеет право в одностороннем внесудебном порядке отказаться от исполнения настоящего договора в любой момент без объяснения причин такого отказа. В этом случае лицензиат обязан уведомить надлежащим образом лицензиара о данном намерении за 30 (Тридцать) дней до предполагаемой даты расторжения договора, при этом началом истечения предоставленных 30 (тридцати) дней является дата получения лицензиаром соответствующего уведомления.

Все взаимные обязательства сторон прекращаются с момента расторжения договора, каких-либо штрафных санкций со стороны лицензиара не предусмотрено, в свою очередь, лицензиат не вправе требовать компенсации каких-либо убытков, в том числе возврата уплаченного по договору паушального взноса и суммы ежемесячных роялти-платежей. Лицензиат прекращает использование секрета производства и гарантирует сохранение его конфиденциальности.

Несколькими лицензиатами, в том числе ответчиком, в адрес истца направлена коллективная претензия от 03.11.2021г. с уведомлением о расторжении договора. Доказательства направления данной претензии материалы дела не содержат, однако в материалы дела ответчиком представлен ответ истца от 22.11.2021г. исх. №103 на данную претензию.

Из данной претензии следует явное и недвусмысленное намерение ответчика расторгнуть лицензионный договор. Ссылка на неприменение к лицензиатам положений пунктов 10.5, 10.6 договора направлена оспаривание законности спорных пунктов договора. Из претензии следует, что лицензиаты также просят истца возвратить уплаченные по договору средства, в связи  с чем, полагают данные пункты не подлежащими применению.

Таким образом, ответчиком соблюден установленный договором порядок расторжения договора.

Доказательства направления претензии от 03.11.2021г. истцу (почтовая квитанция) материалы дела не содержат, однако в материалы дела ответчиком представлен ответ истца от 22.11.2021г. исх. №103 на данную претензию.

В связи с изложенным, суд первой инстанции, руководствуясь статьями 450, 450.1 ГК РФ, статьей 10.6 договора, обоснованно признал лицензионный договор №357-Ч от 16.11.2020, заключенный с ответчиком, расторгнутым с 23.12.2021, в связи с чем взыскал с ответчика в пользу истца роялти-платежи в размере 48 548 руб. за период с марта 2021 года по 22 декабря 2021 года.

Также истец просил взыскать с ответчика 30 840 руб. неустойки по пункту 7.4. договора за нарушение сроков оплаты роялти, исходя из размера 0,1 % процентов от неуплаченной суммы за каждый день просрочки.

Согласно пункту 1 статьи 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием вещи должника, поручительством, независимой гарантией, задатком, обеспечительным платежом и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (пункт 1 статьи 330 ГК РФ).

Истцом представлен расчет неустойки за период с 10.03.2021г. по 14.04.2023г. за исключением периода действия моратория.

Расчет неустойки судом первой инстанции проверен и признан подлежащим корректировке с учетом положений статьи 193 ГК РФ, а также в связи с отказом в удовлетворении части исковых требований.

С учетом произведенного судом перерасчета сумма подлежащей взысканию неустойки составила 21 690,69 руб. за период с 11.03.2021г. по 14.04.2023г.

Контррасчет требований ответчиком не представлен, количество дней просрочки исполнения обязательства не оспорено.

При отсутствии заявления ответчика об уменьшении размера договорной неустойки ввиду ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства, основания для ее снижения у суда отсутствуют.

Согласно пункту 65 постановления №7 по смыслу статьи 330 ГК РФ истец вправе требовать присуждения неустойки по день фактического исполнения обязательства (в частности, фактической уплаты кредитору денежных средств, передачи товара, завершения работ).

Поскольку свои обязательства перед истцом ответчик до вынесения решения по делу не исполнил, требование истца о взыскании неустойки с 15.04.2023г. по день фактического исполнения обязательства также подлежат удовлетворению.

Доводы апелляционной жалобы были предметом рассмотрения суда первой инстанции и сводятся к несогласию с оценкой доказательств судом первой инстанции, с которой арбитражный суд апелляционной инстанции соглашается.

Довод ответчика о том, что акт приема передачи  от 18.11.2020 к лицензионному договору № 357-Ч от 16.11.2020 подписан под давлением после направления проекта договора и оплаты паушального взноса, в связи с чем на момент оплаты паушального взноса и получения проекта договора ответчику не было известно о том, что он получит, апелляционным судом подлежит отклонению, поскольку опровергается материалами дела.

Ответчик добровольно принял на себя обязательства по заключенному договору, следовательно, несет ответственность за его исполнение перед истцом. Действуя свободно и заключая лицензионный договор, ответчик согласился с содержащимися в нем условиями, в том числе с предметом договора, в качестве которого определены обязательства по передаче и использованию секрета производства (ноу-хау).

Согласно абзаца 3 п. 1 ст. 2 ГК РФ гражданское законодательство регулирует отношения между лицами, осуществляющими предпринимательскую деятельность, или с их участием, исходя из того, что предпринимательской является самостоятельная, осуществляемая на свой риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг. Таким образом, риски предпринимательской деятельности относятся на предпринимателя.

Согласно п. 1 ст. 2, ст. 23 ГК РФ, ответчик, будучи индивидуальным предпринимателем, осуществляет предпринимательскую деятельность, под которой понимается: самостоятельная, осуществляемая на свой страх и риск деятельность, направленная на систематическое получение прибыли от пользования имуществом, продажи товаров, выполнения работ или оказания услуг.

Являясь субъектом предпринимательской деятельности, ответчик в соответствии со ст. 2 ГК РФ осуществляет предпринимательскую деятельность на свой риск, а, следовательно, должен и мог предположить и оценить возможность наступления отрицательных последствий такой деятельности, в том числе и в случае утраты интереса к исполнению совершенной им сделки.

В силу статей 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Таким образом, лицо, вступая в отношения, урегулированные нормами права, должно не только знать о существовании обязанностей, отдельно установленных для каждого вида правоотношений, но и обеспечить их выполнение, то есть соблюсти ту степень заботливости и осмотрительности, которая необходима для строгого соблюдения требований закона.

Ответчик не был лишен возможности узнать качественные характеристики секрета производства (ноу-хау), передаваемого по лицензионному договору, оценив его действительную или потенциальную коммерческую ценность для осуществления предпринимательской деятельности.

Доказательств умышленного введения ответчика истцом в заблуждение относительно обстоятельств, имеющих значение для заключения сделки, ответчик не представил.

Ответчик не представлено достаточных доказательств ни факта введения его в заблуждение (обмана), ни факта нарушения договором требований закона и посягательства на публичные интересы.

При подписании соглашения у ответчика не возникло возражений или вопросов относительно его содержания, ответчика не было направлено протокола разногласий к договору.

Сторона, из поведения которой явствует ее воля сохранить силу сделки, не вправе оспаривать сделку по основанию, о котором эта сторона знала или должна была знать при проявлении ее воли.

В силу статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Вопреки доводам истца, из представленных в материалы дела доказательств следует, что истец и ответчик имели намерение исполнять сделку, стороны фактически приступали к исполнению своих обязательств по договору, то есть совершили все необходимые действия, свидетельствующие о действительной воле согласно условиям оспариваемого договора, в связи с чем спорную сделку нельзя признать заключенной с пороками воли субъекта и содержания.

В рассматриваемом случае договор заключен сторонами в установленном порядке; форма договора соблюдена (пункт 2 статьи 1235 ГК РФ); сторонами достигнуто согласие относительно всех существенных условий договора.

При таких обстоятельствах, учитывая, что материалами дела подтверждается передача истцу в рамках лицензионного договора секрета производства (ноу-хау), суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о правомерности заявленных требований.

При этом, доводы ответчика о недостижении им планируемой прибыли в результате использования секрета производства (ноу-хау) не может служить основанием для неуплаты роялти-платежей, поскольку ответчик пользовался секретом-производства.

Кроме того, доводы ответчика о том, что он не пользовался секретом производства, истцом ему не оказывалось консультационное сопровождение, апелляционным судом подлежит отклонению.

В соответствии с пунктом 40 Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" по смыслу пункта 5 статьи 1235 в его взаимосвязи с пунктом 4 статьи 1237 ГК РФ вознаграждение по возмездному лицензионному договору уплачивается за предоставление права использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации.

Таким образом, лицензиару не может быть отказано в требовании о взыскании вознаграждения по мотиву неиспользования лицензиатом соответствующего результата или средства.

В то же время, факт заключения лицензионного договора о передаче секрета производства (ноу-хау) № 357-Ч от 16.11.2020, а также факт передачи секрета производства истцом ответчику подтверждается перепиской сторон, представленной ответчиком в материалы дела с отзывом на исковое заявление.

Доводы ответчика о ненадлежащем исполнении лицензиаром обязательств по договору, в том числе по представлению исходников этикеток, не имеют правового значения для рассмотрения требований, поскольку предусмотренным пунктами 10.5., 10.6. лицензионного договора правом на отказ от договора ответчик в период до ноября 2021 года не воспользовался, следовательно, оснований для отказа во взыскании роялти-платежей за период действия лицензионного договора у суда первой инстанции не имелось.

Довод ответчика о направлении уведомления о расторжении лицензионного договора в более ранний срок, а именно 04.11.2021, апелляционным судом подлежит отклонению, поскольку соответствующие доказательства суду первой инстанции представлены не были, в связи с чем не исследовались судом первой инстанции.

Довод ответчика об освобождении от оплаты роялти письмом от 01.10.2020 на период до 31.03.2021, а также видеообращением ФИО3 ввиду наличия многочисленных претензий со стороны лицензиатов, апелляционным судом подлежит отклонению как неподтвержденный материалами дела. Ответчиком соответствующие доказательства суду первой инстанции представлены не были, в связи с чем не исследовались судом первой инстанции.

Довод ответчика о том, что судом первой инстанции не дана правовая оценка доказательствам, представленным ответчиком в материалы дела, а именно: карточке о снятии контрольно-кассовой техники с регистрационного учета от 20.07.2021, скриншоту сообщения от регионального директора ФИО2 о приостановке сопровождения торговой точки от 20.04.2021, апелляционным судом подлежит отклонению.

Так, карточка о снятии контрольно-кассовой техники с регистрационного учета от 20.07.2021 не имеет отношения к рассматриваемому делу, поскольку не опровергает установленные по делу обстоятельства.

Сообщение от регионального директора ФИО2 о приостановке сопровождения торговой точки от 20.04.2021 также не имеет правового значения для рассматриваемого спора, поскольку не опровергает факта передачи ответчику истцом секрета производства, и не отменяет обязанности ответчика по оплате роялти-платежей.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.04.2013 N 16549/12 сформулирована правовая позиция, согласно которой из принципа правовой определенности следует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном и всестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отменено исключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств, данной судом первой инстанции. Следовательно, несогласие заявителя жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела, представленных доказательств и иное толкование положений закона не являются основанием для отмены судебного акта суда первой инстанции.

Учитывая, что заявитель в апелляционной жалобе не ссылается на доказательства, и не приводит доводы, которые бы не были учтены и оценены судом первой инстанции, равно как и доказательства, которые бы опровергали выводы суда первой инстанции, апелляционный суд приходит к мнению о том, что дело рассмотрено судом первой инстанции полно и всесторонне, нормы материального и процессуального права не нарушены, выводы суда о применении норм права соответствуют установленным по делу обстоятельствам и имеющимся доказательствам, в связи с чем, не имеется правовых оснований для удовлетворения апелляционной жалобы.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Принимая во внимание изложенное, арбитражный апелляционный суд считает, что обжалуемое решение принято судом первой инстанции обоснованно, в связи с чем основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

При обращении с апелляционной жалобой заявитель оплатил государственную пошлину платежным поручением от 24.07.23г. №891712. В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по государственной пошлине за подачу апелляционной жалобы возлагаются на заявителя.

Руководствуясь статьями 110, 268-272.1. Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный  апелляционный суд

 

                                                                  ПОСТАНОВИЛ:                                              

 

решение Арбитражного суда Республики Татарстан в виде резолютивной части от 28.06.2023 (мотивированное решение изготовлено 10.07.2023), принятое в гордячке упрощенного производства по делу № А65-12054/2023, оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в двухмесячный срок со дня вступления в законную силу обжалуемого постановления арбитражного суда апелляционной инстанции, через суд первой инстанции. 

 

Судья                                                                                                           Д.А. Дегтярев