ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru

адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

№ 09АП-13391/2023

Дело № А40-65596/18

г. Москва

02 мая 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 24 апреля 2023 года 

Постановление изготовлено в полном объеме 02 мая 2023 года 

 

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи Вигдорчика Д.Г., 

судей Башлаковой-Николаевой Е.Ю., Захарова С.Л., 

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО10

на определение Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023 по делу № А40-65596/18, 

об отказе ФИО10 в удовлетворении заявления о солидарном взыскании с арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 в конкурсную массу ФИО4 убытков в размере 2 170 000 руб. 00 коп., 

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО4,

при участии в   судебном заседании: 

от ФИО2: ФИО5 по дов. от 21.04.2023

ФИО3 лично, паспорт    

от ФИО10: ФИО6 по дов. от 28.12.2020

от ООО «СТРАХОВАЯ КОМПАНИЯ «АРСЕНАЛЪ»: ФИО7 по дов. от 21.03.2023

Иные лица не явились, извещены. 

 

У С Т А Н О В И Л:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 07.05.2018 принято к производству заявление ФИО10 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом). 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.10.2018 (резолютивная часть объявлена 25.09.2018) в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО2. 

Решением Арбитражного суда города Москвы от 27.05.2019 (резолютивная часть объявлена 17.05.2019) ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО3. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 21.05.2021 (резолютивная часть объявлена 06.05.2021) ФИО3 освобожден от исполнения обязанностей финансового управляющего ФИО4. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 11.06.2021 (резолютивная часть объявлена 11.06.2021) финансовым управляющим ФИО4 утвержден ФИО8 (далее – финансовый управляющий). 

Конкурсный кредитор ФИО10 22.08.2022 в электронном виде направил в Арбитражный суд города Москвы заявление о солидарном взыскании с арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 в конкурсную массу ФИО4 убытков в размере 2 170 000 руб. 00 коп. 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.09.2022 к непосредственному участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Страховая Компания «Арсеналъ». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.11.2022 к непосредственному участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено ООО «Страховое общество «Помощь». 

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.02.2023 г. суд отказал ФИО10 в удовлетворении заявления о солидарном взыскании с арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 в конкурсную массу ФИО4 убытков в размере 2 170 000 руб. 00 коп.

Не согласившись с указанным определением, ФИО10 подана апелляционная жалоба. 

В обоснование требований апелляционной жалобы заявитель указывает, что бездействие арбитражных управляющих ФИО2 и ФИО3 в отношении оспаривания сделки доказано.

Лица, участвующие в деле, извещены надлежащим образом о дате и времени рассмотрения в соответствии с ст. 121, 123, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Законность и обоснованность обжалуемого определения суда первой инстанции проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Повторно исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого определения суда первой инстанции по следующим основаниям.

В силу части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пункта 1 статьи 32 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» дела о банкротстве рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным АПК РФ, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

Как усматривается из материалов дела, в период с 25.09.2018 по 17.05.2019 финансовым управляющим ФИО4 в рамках проведения процедуры реструктуризации долгов гражданина являлся ФИО2, а в период с 17.05.2019 до 11.06.2021 в рамках проведения процедуры реализации имущества гражданина - ФИО3. 

Конкурсный кредитор ФИО10, заявляя о привлечении указанных лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков в размере 2 170 000 руб. 00 коп., ссылается на то, что арбитражными управляющими было допущено бездействие по неоспариванию сделки должника по отчуждению 08.10.2016 автомобиля Фольксваген Туарег, 2011 г.в., VIN 

<

***>. 

Заявитель указывал, что о совершении должником данной сделки узнал в ходе рассмотрения гражданского дела № 02-661/2022 о разделе совместно нажитого должником и его супругой имущества, а рыночная стоимость транспортного средства определена по состоянию на 03.08.2022 исходя из выборки объявления о продаже транспортных средств той же марки с аналогичными характеристиками, размещенные на сервисе avito.ru. 

В силу статьи 60 Закона о банкротстве предусмотрена возможность защиты прав и законных интересов конкурсных кредиторов путем обжалования конкретных действий (бездействия) арбитражного управляющего в целях урегулирования разногласий, восстановления нарушенных прав. 

Неисполнение или ненадлежащее исполнение арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей, повлекшее причинение убытков должнику, кредиторам и иным лицам, является основанием для привлечения его к ответственности в виде возмещения убытков (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»). 

Под убытками, причиненными должнику, а также его кредиторам, понимается любое уменьшение или утрата возможности увеличения конкурсной массы, которые произошли вследствие неправомерных действий (бездействия) арбитражного управляющего, при этом права должника и конкурсных кредиторов считаются нарушенными всякий раз при причинении убытков (пункт 11 Обзора практики рассмотрения арбитражными судами споров, связанных с отстранением конкурсных управляющих, Информационное письмо Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 150 от 22.05.2012). 

Из пунктов 2, 4 статьи 20.3, статьи 213.9 Закона о банкротстве следует, что финансовый управляющий, действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества, должен анализировать финансовое состояние должника и результаты его финансовой, хозяйственной и инвестиционной деятельности; принимать меры по защите имущества должника, а также по поиску, выявлению и возврату имущества должника, находящегося у третьих лиц. 

Интересы кредиторов в целом сводятся к максимально полному удовлетворению должником их имущественных требований. 

Для реализации этих интересов и возврата должнику его имущества финансовый управляющий наделен помимо прочего правами по оспариванию по своей инициативе сделок должника (пункт 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве). 

Как профессиональный участник процедуры банкротства арбитражный управляющий должен знать положения законодательства о последствиях пропуска срока исковой давности оспаривания сделок. 

Действуя разумно и осмотрительно, финансовый управляющий понимает, что другая сторона оспариваемой сделки может получить защиту против иска об оспаривании сделки путем применения исковой давности (пункт 2 статьи 199 ГК РФ), поэтому обращается в суд в пределах годичного срока исковой давности, предусмотренного для оспоримых сделок. 

Срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. 

Если исковая давность по требованию о признании сделки недействительной пропущена по вине арбитражного управляющего, то с него могут быть взысканы убытки, причиненные таким пропуском, в размере, определяемом судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве, пункт 32 постановления № 63). 

Лица, совместно причинившие вред, отвечают перед потерпевшим солидарно (статья 1080 ГК РФ). 

В силу гражданско-правового характера ответственности финансового управляющего убытки подлежат взысканию посредством доказывания истцом всех признаков состава правонарушения. 

В Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225 сформулирован перечень обстоятельств, подлежащих доказыванию при рассмотрении требований о взыскании убытков с арбитражных управляющих в связи с неоспариванием сделок должника, который применительно к фактическим обстоятельствам настоящего обособленного спора звучит следующим образом: 

- дата и условия совершения сделки по отчуждению транспортного средства; 

- период исполнения ФИО2 и ФИО3 обязанностей финансового управляющего должника; 

- дата, когда первый финансовый управляющий узнал или должен был узнать о сделке (начало течения срока исковой давности), а также дата, когда об этих сделках узнали или должны были узнать последующие финансовые управляющие; 

- наличие достаточных оснований полагать о недействительности (подозрительности или предпочтительности) сделки и дата, когда каждый из финансовых управляющих должен был знать об указанных основаниях; 

- наличие у финансового управляющего объективных препятствий для оспаривания сделок; 

- вероятность признания сделки недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу; 

- размер убытков, причиненных конкурсной массе. 

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции правомерно исходил из следующих фактических обстоятельств.

Из материалов дела усматривается и не оспаривается сторонами, что 03.12.2011 за ФИО4 было зарегистрировано транспортное средство Фольксваген Туарег, 2011 г.в., VIN 

<

***>. 

08.10.2016, то есть за 1,5 года до возбуждения процедуры банкротства, транспортное средство было реализовано должником в пользу иного лица. 

В свою очередь, из материалов дела усматривается, что арбитражный управляющий ФИО2 во исполнение возложенных на него обязанностей 16.10.2018 направил соответствующие запросы с целью выявления принадлежащего и принадлежавшего ранее должнику имущества, в числе которых был запрос исх. № 2747 от 15.10.2018 в Управление ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве о предоставлении сведений о наличии транспортных средств у должника по состоянию на 15.10.2018, а также сведений о ранее зарегистрированных транспортных средствах. 

В ответ на указанный запрос в адрес финансового управляющего поступило сообщение МО ГИБДД ТНРЭР № 1 ГУ МВД России по г. Москве № 45/16-18819 от 24.11.2018 о том, что по состоянию на 23.11.2018 у должника транспортные средства отсутствовали. 

28.05.2019 указанный документ был передан последующему финансовому управляющему ФИО3, что подтверждено представленной в материалы дела копией акта приема-передачи документов. 

По требованию кредитора ФИО10 финансовым управляющим ФИО3 были направлены повторные запросы в регистрирующие органы: запрос в Росреестр о регистрации недвижимого имущества (выписка из ЕГРН получена 22.02.2021); запросы в ИФНС России № 31 по г. Москве, в Гостехнадзор, ГИМС, ГИБДД, Росавиацию, Роспатент, что было установлено судом в рамках настоящего арбитражного дела при рассмотрении обособленного спора об обжаловании кредитором ФИО10 действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3. Так, в частности, кредитор заявлял о том, что финансовым управляющим не приняты меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества (пункт 7 жалобы). 

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.12.2021, в удовлетворении требований ФИО10 отказано в полном объеме. 

Ответчики указывали, что ФИО4 не предоставлял ни одному из финансовых управляющих сведений и документов по сделке об отчуждению транспортного средства. Доказательства обратного в материалы дела не представлены. 

Суд первой инстанции также исходил из того, что ФИО10 указывал, что узнал о совершении сделки по отчуждению транспортного средства только в ходе рассмотрения гражданского дела гражданского дела № 02-661/2022 о разделе совместно нажитого должником и его супругой имущества, возбужденного по заявлению ФИО9, поступившему в Кунцевский районный суд города Москвы 29.07.2021, то есть уже после утверждения финансовым управляющим ФИО4 ФИО8 (11.06.2021). 

При таких обстоятельствах, суд пришел к выводу о том, что арбитражными управляющими ФИО2 и ФИО3 своевременно надлежащим образом выполнены возложенные на них обязанности по запросу всей необходимой для осуществления своих полномочий информации, в том числе такой, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением. 

Документальных и правовых оснований полагать, что о совершении сделки по отчуждению транспортного средств ответчики могли узнать в период осуществления полномочий финансового управляющего должника, у суда не имеется, в связи с чем является обоснованным утверждение ФИО2 о том, что об отчуждении автомобиля стороны могли узнать не ранее предоставления об этом сведений в рамках гражданского дела № 02-661/2022, то есть после 29.07.2021. 

С учетом изложенного, в период исполнения обязанностей финансового управляющего должника ФИО2 и ФИО3 срок исковой давности по требованию об оспаривании договора купли-продажи от 08.10.2016 не мог считаться пропущенным, что исключает возможность привлечения указанных лиц к гражданско-правовой ответственности в виде взыскания убытков.

Суд учитывал то, что в материалы настоящего обособленного спора кредитором ФИО10 не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств недействительности договора купли-продажи транспортного средства от 08.10.2016 по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в то время как исходя из приведенной правовой позиции высшего суда (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 26.10.2017 № 305-ЭС17-8225) при рассмотрении вопроса о взыскании убытков с арбитражных управляющих подлежит исследованию вероятность признания сделки недействительными и возможные последствия, в том числе размер денежных средств, которые подлежали бы возвращению в конкурсную массу. 

ФИО10, заявляя о том, что договор купли-продажи транспортного средства является недействительной сделкой на основании приведенной нормы права, ссылается лишь только на то обстоятельство, что на дату его заключения ФИО4 уже имел неисполненные обязательства в сумме свыше 60 млн. руб. с наступившим сроком исполнения перед ФИО10, то есть имел признаки неплатежеспособности. 

Однако сам по себе факт наличия признаков неплатежеспособности на стороне должника не является единственно достаточным основанием для признания сделки недействительной. Кредитор не приводит доводов о том, что имущество было отчуждено по существенно заниженной стоимости или безвозмездно, а также о том, что приобретатель транспортного средства действовал недобросовестно. 

Напротив, в рамках рассмотрения гражданского дела о взыскании с ФИО4 в пользу ФИО10 задолженности судом был установлен факт частичной оплаты долга на сумму 3 563 969 руб. 00 коп. из заявленных истцом 65 538 569 руб. 83 коп., в связи с чем решением Кунцевского районного суда города Москвы от 21.10.2016 задолженность была взыскана в размере 61 974 600 руб. 00 коп. 

ФИО4 пояснил, что часть денежных средств, выплаченных ФИО10, была получена в результате реализации принадлежащего ему транспортного средства Фольксваген Туарег, 2011 г.в., VIN 

<

***>. 

На реальность исследуемой сделки указывает также и тот факт, что исходя из размещенных в публичном доступе на сайте ГИБДД сведений указанный автомобиль находился в собственности приобретателя вплоть до 18.12.2019, то есть на протяжении более трех лет. 

ФИО10, заявляя о недействительности договора купли-продажи от 08.10.2016, не предоставляет доказательств о рыночной стоимости указанного транспортного средства на дату его отчуждения. При этом, ФИО4 указывает, что автомобиль имел значительные механические повреждения, влияющие на стоимость.

Апелляционная коллегия, изучив материалы дела, доводы апелляционной жалобы, выслушав лиц, явившихся в судебное заседание, не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Так, судом первой инстанции установлено, что из материалов дела усматривается, что арбитражный управляющий ФИО2 во исполнение возложенных на него обязанностей 16.10.2018 направил соответствующие запросы с целью выявления принадлежащего и принадлежавшего ранее должнику имущества, в числе которых был запрос исх. № 2747 от 15.10.2018 в Управление ГИБДД ГУ МВД России по г. Москве о предоставлении сведений о наличии транспортных средств у должника по состоянию на 15.10.2018, а также сведений о ранее зарегистрированных транспортных средствах.

В ответ на указанный запрос в адрес финансового управляющего поступило сообщение МО ГИБДД ТНРЭР № 1 ГУ МВД России по г. Москве № 45/16-18819 от 24.11.2018 о том, что по состоянию на 23.11.2018 у должника транспортные средства отсутствовали.

28.05.2019 указанный документ был передан последующему финансовому управляющему ФИО3, что подтверждено представленной в материалы дела копией акта приема-передачи документов.

По требованию кредитора ФИО10 финансовым управляющим ФИО3 были направлены повторные запросы в регистрирующие органы: запрос в Росреестр о регистрации недвижимого имущества (выписка из ЕГРН получена 22.02.2021); запросы в ИФНС России № 31 по г. Москве, в Гостехнадзор, ГИМС, ГИБДД, Росавиацию, Роспатент, что было установлено судом в рамках настоящего арбитражного дела при рассмотрении обособленного спора об обжаловании кредитором ФИО10 действий (бездействия) финансового управляющего ФИО3.

Так, в частности, кредитор заявлял о том, что финансовым управляющим не приняты меры по выявлению имущества гражданина и обеспечению сохранности этого имущества (пункт 7 жалобы).

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2021, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 06.09.2021 и постановлением Арбитражного суда Московского округа от 10.12.2021, в удовлетворении требований ФИО10 отказано в полном объеме.

Доказательств того, что сам должник ФИО4 предоставлял кому-либо из финансовых управляющих сведения и документы по сделке об отчуждению транспортного средства в материалы дела не представлено.

Арбитражными управляющими ФИО2 и ФИО3 своевременно надлежащим образом выполнены возложенные на них обязанности по запросу всей необходимой для осуществления своих полномочий информации, в том числе такой, которая может свидетельствовать о совершении подозрительных сделок и сделок с предпочтением.

Документальных и правовых оснований полагать, что о совершении сделки по отчуждению транспортного средства ответчики могли узнать в период осуществления полномочий финансового управляющего должника, у суда не имеется, в связи с чем является обоснованным утверждение ФИО2 о том, что об отчуждении автомобиля стороны могли узнать не ранее предоставления об этом сведений в рамках гражданского дела № 02-661/2022, то есть после 29.07.2021, поскольку регистрирующий орган ранее указанной даты такой информации не предоставлял.

Довод ФИО10 о высокой вероятности оспаривания сделки по продаже транспортного средства и наличии признаков подозрительности, не подтвержден документально, в материалы настоящего обособленного спора кредитором ФИО10 не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии обстоятельств недействительности договора купли-продажи транспортного средства от 08.10.2016 по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Пунктом 5 Постановления Пленума Высшего арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что в силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

При этом, предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве).

На момент заключения договора купли-продажи от 08.10.2016 г. в открытых источниках отсутствовала информация о неплатежеспособности должника, в том числе решение Кунцевского районного суда от 21.10.2016 г., а так же о подаче заявления о признании должника банкротом, которое состоялось только в 2018 г., в связи с чем покупатель по договору, заключенному с ФИО4 не мог располагать сведениями о неплатежеспособности должника, не будучи аффилированным по отношению к должнику. Доказательств обратного конкурсным кредитором ФИО10 в материалы дела не представлено.

Таким образом, ни одно из условий, указанных в качестве квалифицирующих для целей причинения вреда имущественным правам кредиторов ФИО10 не подтверждено.

Суд принимает во внимание доводы ФИО3 о том, что ФИО10, учитывая осведомленность последнего, на которую ссылается сам конкурсный кредитор, утверждая на открытость источников, содержащих сведения о заключении сделки от 08.10.2016, пропустив срок на оспаривания сделки должника, пытается переложить риск не совершения им процессуальных действий на финансовых управляющих должника, не раскрывая обстоятельств погашения задолженности должником, в том числе за счёт средств реализованного имущества- транспортного средства.

В рамках обособленного спора по настоящему делу ФИО10 20.01.2021 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учетом уточнения) о признании недействительным и применении последствий недействительности брачного договора от 05.10.2016, заключенного между ФИО4 и ФИО9.

В обоснование требования ФИО10 полагая, что вследствие согласования названных условий его имущественным правам причинен вред, обратился в суд с рассматриваемым заявлением. указал на пункт 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), а также сослался в заявлении на статьи 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

Отказывая в удовлетворении заявления ФИО10, суд указал (определение Арбитражного суда города Москвы от 26.09.2022 г.), что: « Так, судом установлено, что обязательства ФИО4 перед кредитором, оспаривающим сделку, возникли из договора займа, заключенного 21.08.2014, срок их исполнения наступил 31.01.2016.

В то же время брачный договор заключен ФИО4 и ФИО9 05.10.2016.

При этом в пункте 9 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 «О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан» разъяснено, что если во внесудебном порядке осуществлены раздел имущества, определение долей супругов в общем имуществе, кредиторы, обязательства перед которыми возникли до такого раздела имущества, определения долей и переоформления прав на имущество в публичном реестре (пункт 6 статьи 8.1 ГК РФ), изменением режима имущества супругов юридически не связаны (статья 5, пункт 1 статьи 46 СК РФ). В силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве это означает, что как имущество должника, так и перешедшее вследствие раздела супругу общее имущество включаются в конкурсную массу должника.

Из изложенного следует, что установленный ФИО4 и ФИО9 посредством заключения спорного договора режим раздельной собственности на имущество не имеет юридической силы в отношениях займодавца ФИО10 и заемщика ФИО4

При таких обстоятельствах следует признать, что заключение брачного договора и согласование его условий не повлияли на объем прав и обязанностей ФИО4 и его бывшей супруги по отношению к конкурсному кредитору.

Следует также отметить, что разногласия относительно состава имущества, включенного финансовым управляющим в конкурсную массу должника, предметом настоящего спора не являются.

ФИО4 и ФИО9 также заявлено о пропуске срока исковой давности по заявленным требованиям.»

Таким образом, если бы:

-     о сделке с автомобилем должника финансовому управляющему ФИО3 могло и было известно, в том числе при уведомлении финансового управляющего конкурсным кредитором ФИО10, осведомленным с 08.10.2016 г. о сделке;

-     финансовым управляющим была установлена совокупность условий, подлежащих применению при оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным ст.61.2 Закона о банкротстве;

-  судом была признана недействительной сделка по продаже автомобиля от 08.10.2016 г., то при одновременном соответствии всех вышеперечисленных предположений с фактическими обстоятельствами, конкурсная масса должника могла быть пополнена на размер стоимости автомобиля, полученной от реализации с торгов (в случае возврата в конкурсную массу), и, по утверждению конкурсного кредитора ФИО10, обосновывающему дату определения рыночной стоимости автомобиля по состоянию на 16.08.2022 г. размер начальной стоимости реализации автомобиля не мог превышать 2 170 000 рублей.

При этом, учитывая режим совместной собственности супругов, не отменяемый в силу пункта 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве, при реализации имущества с торгов (в случае возврата имущества в конкурсную массу) ? стоимости реализованного имущества должна быть возвращена супруге должника ФИО9.

При указанных обстоятельствах, в случае наступления условий об осведомленности, совокупности условий, подлежащих применению при оспаривании сделок по основаниям, предусмотренным ст.61.2 Закона о банкротстве, оспаривания сделки по продаже указанного автомобиля, даже у четом определенной конкурсным кредитором стоимости по состоянию на 16.08.2022 г., конкурсному кредитору не могло быть определено более 1 085 000 рублей в 2022 при продаже аналогичного автомобиля, по стоимости, предполагаемой самим конкурсным кредитором.

При этом в 2018 году конкурсному кредитору Рогозе И.В. должником до рассмотрения вопроса о признании банкротом было передано в счёт погашения долгового обязательства 3 563 969 руб. 83 копейки, что превышает сумму, предполагаемую к получению ФИО10 в 2022 году на 2 478 969 руб. 83 копейки, и свидетельствует не только об отсутствии убытков, причиненных конкурсному кредитору Рогозе И.В., но и получении денежных средств в качестве исполнения обязательств, превышающих заявленную стоимость автомобиля, от реализации которого ФИО10 мог рассчитывать только на ? от стоимости реализации с торгов.

По смыслу разъяснений, приведенных в пунктах 1 и 12 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица", лицо, входящее в состав органов юридического лица, а также внешний и конкурсный управляющий обязаны действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, далее - ГК РФ); в случае нарушения этой обязанности указанные лица по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должны возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Под убытками, причиненными кредиторам, понимается, в том числе и утрата возможности увеличения конкурсной массы, которая произошла вследствие неправомерных действий (бездействия) конкурсного управляющего.

В сипу пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Факт причинения убытков неисполнением или ненадлежащим исполнением арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве ФИО4, причинение которых установлено вступившим в законную силу решением суда, не только не установлен, но и опровергнут вступившим в законную силу определением Арбитражного суда города Москвы от 07.06.2021 г.

Суд апелляционной инстанции считает, что доводы, изложенные в апелляционной жалобе, по существу направлены на переоценку установленных по настоящему делу обстоятельств и фактических отношений сторон, которые являлись предметом исследования по делу и получили надлежащую правовую оценку в соответствии со ст. 71 АПК РФ.

Доводы заявителя апелляционной жалобы не содержат ссылок на факты, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются судом апелляционной инстанции несостоятельными и не могут служить основанием для отмены определения суда первой инстанции.

При таких обстоятельствах, арбитражный суд первой инстанции всесторонне и полно исследовал материалы дела, дал надлежащую правовую оценку всем доказательствам, применил нормы материального права, подлежащие применению, не допустив нарушений норм процессуального права.

Выводы, содержащиеся в судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, и оснований для его отмены, в соответствии со статьей 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, апелляционная инстанция не усматривает.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266 - 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Девятый арбитражный апелляционный суд 

 

 

 

 

 

 

П О С Т А Н О В И Л:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 02.02.2023 по делу № А40-65596/18 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ФИО10 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

 

Председательствующий судья:                                          Д.Г. Вигдорчик 

Судьи:                                                                                  Е.Ю. Башлакова-Николаева 

                                                                                              С.Л. Захаров 

Телефон справочной службы суда – 8 (495) 987-28-00.