ПЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД Газетный пер., 34, 

<

...>, тел.: 

<

***>, факс: 

<

***>  

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/ 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 арбитражного суда апелляционной инстанции 

по проверке законности и обоснованности решений (определений)  

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А32-30806/2025

город Ростов-на-Дону

28 октября 2025 года

15АП-11809/2025  

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе судьи Гамова Д.С., рассмотрев в порядке упрощенного производства без вызова сторон апелляционную жалобу арбитражного управляющего ФИО1 на решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.08.2025 по делу № А32-30806/2025 о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ,  

УСТАНОВИЛ:

Управление Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Краснодарскому краю (далее – управление) обратилось в арбитражный суд с заявлением о привлечении арбитражного управляющего ФИО1 (далее – управляющий) к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях (далее – КоАП РФ).  

Решением от 11.08.2025 удовлетворены требования управления о привлечении управляющего к административной ответственности, предусмотренной частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, назначено наказание в виде предупреждения.  

Не согласившись с вынесенным судебным актом, управляющий обжаловал решение от 11.08.2025, просил его отменить и принять по делу новый судебный акт.  

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что вменяемые эпизоды относительно нарушения порядка формирования конкурсной массы должника и содержания в отчете управляющего от 29.01.2025 не указаны управлением в определении о возбуждении дела и последующих документах, в связи с чем управляющий не имел возможности представить возражения относительно них.  

По мнению управляющего, исключение из конкурсной массы денежных средств для оплаты аренды жилья не образует состав правонарушения, поскольку управляющий действовал правомерно и разумно. Отказ в выделении денежных средств нарушил бы конституционные права должника.  

Относительно нарушений требований п. 10 ст. 110 Закона о банкротстве при публикации сведений о проведении торгов по реализации имущества управляющий указывает, что поскольку сообщение и договор о задатке являются единым пакетом документов, который подписан электронной подписью, то договор о задатке считается подписанным электронной подписью.  

Управляющий указывает, что в связи с утверждением приказом Минэкономразвития от 31.05.2024 № 343 новой формы отчета о деятельности информация из старой формы перенесена в новую. Таблица о текущих расходах  

содержала те же сведения, что и таблица 4.8, поэтому не заполнялась. Впоследствии таблица 4.8 заполнена, отчет направлен в суд.  

Апеллянт приводит доводы о малозначительности вменяемого правонарушения. 

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.  

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, решением Арбитражного суда Краснодарского края от 30.09.2022 по делу № А32-47967/2021 ФИО2 (далее – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении него введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утверждена ФИО1  

В управление 14.03.2025 поступило обращение представителя ФИО3 адвоката Цирульник О.Ю., содержащее сведения о возможном ненадлежащем исполнении управляющим обязанностей, установленных Федеральным законом от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве), при проведении процедуры банкротства должника.  

По результатам рассмотрения указанного обращения уполномоченным должностным лицом Управления принято решение о возбуждении в отношении управляющего дела об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

В ходе административного расследования управлением исследованы судебные акты по делу № А32-47967/2021 о несостоятельности (банкротстве), сайт Единого Федерального реестра сведений о банкротстве (далее - ЕФРСБ), пояснения арбитражного управляющего.  

По результатам анализа вышеуказанных документов в действиях арбитражного управляющего уполномоченным должностным лицом управления непосредственно установлены достаточные данные, указывающие на наличие состава административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

20.05.2025 в отношении управляющего составлен протокол № 01022325 об административном правонарушении, предусмотренном частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

Учитывая, что в соответствии со статьей 23.1 КоАП РФ дела об административных правонарушениях, предусмотренных статьей 14.13 КоАП РФ, совершенных арбитражными управляющими рассматривают судьи арбитражных судов, административный орган обратился в суд с заявлением о привлечении управляющего к административной ответственности по части 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

По вопросу вменяемых управляющему эпизодов суд установил следующее. 

В силу статьи 2.1 КоАП РФ, административным правонарушением признается противоправное, виновное действие (бездействие) физического или юридического лица, за которое указанным кодексом или законами субъектов РФ об административных правонарушениях установлена административная ответственность.  

В соответствии с частью 3 статьи 14.13 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, неисполнение арбитражным управляющим, реестродержателем, организатором торгов, оператором электронной площадки либо руководителем временной администрации кредитной или иной финансовой организации обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния, - влечет предупреждение или наложение административного штрафа на должностных лиц в размере от двадцати пяти тысяч до пятидесяти тысяч рублей; на юридических лиц - от двухсот тысяч до двухсот пятидесяти тысяч рублей.  

Объектом правонарушения является порядок действий при проведении процедур банкротства, установленный Законом о банкротстве.  

Объективная сторона правонарушения может выражаться как в действии, так и в бездействии при банкротстве, а именно в неисполнении арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), если такое действие (бездействие) не содержит уголовно наказуемого деяния.  

Субъект правонарушения специальный - арбитражный управляющий. Субъективная сторона правонарушения характеризуется виной. 

Статьей 1.5 КоАП РФ также установлено, что лицо подлежит административной ответственности только за те административные правонарушения, в отношении которых установлена его вина. В то же время, лицо, привлекаемое к административной ответственности, не обязано доказывать свою невиновность. Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к административной ответственности, толкуются в пользу этого лица.  

Следовательно, с учетом содержания вышеуказанных правовых норм, применительно к рассматриваемому составу управление должно доказать неисполнение арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), наличие вины арбитражного управляющего в допущенном нарушении, а также тот факт, что это неисполнение вызвано действиями именно арбитражного управляющего.  

По первому эпизоду управляющему вменяется нарушение порядка формирования конкурсной массы должника.  

Признавая доводы управления обоснованными, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

Согласно пункту 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.  

В силу пункта 1 статьи 213.25 Закона о банкротстве все имущество гражданина, имеющееся на дату принятия решения арбитражного суда о признании гражданина банкротом и введении реализации имущества гражданина и выявленное или приобретенное после даты принятия указанного решения, составляет конкурсную массу.  

В соответствии с пунктом 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве из конкурсной массы исключается имущество, на которое не может быть обращено взыскание в соответствии с гражданским процессуальным законодательством.  

Из конкурсной массы должника в силу прямого указания абзаца восьмого пункта 1 статьи 446 Гражданского процессуального кодекса подлежат исключению денежные средства в размере величины прожиточного минимума, установленного для трудоспособного населения в целом по Российской Федерации ежемесячно (прожиточного минимума, установленного в субъекте Российской Федерации по месту жительства должника-гражданина для соответствующей социально-демографической группы населения, если величина указанного прожиточного минимума превышает величину прожиточного минимума трудоспособного населения в целом по Российской Федерации).  

Перечень имущества, на которое в соответствии с Федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам, предусмотрен статьей 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации.  

Вопросы об исключении из конкурсной массы указанных денежных средств либо о не включении в конкурсную массу названных выплат, согласно разъяснениям абзаца 4 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 48 "О некоторых вопросах, связанных с особенностями формирования и распределения конкурсной массы в делах о банкротстве граждан", решаются финансовым управляющим самостоятельно во внесудебном порядке.  

Судом первой инстанции установлено, что управляющему следовало исключить из конкурсной массы должника денежные средства в размере установленной величины  

прожиточного минимума (15 669 руб. в 2023 г., 16 844 руб. в 2024 г.), а также выплатить указанные денежные средства должнику.  

Вместе с тем, согласно разделу «Сведения о размере денежных средств, поступивших на основной счет должника, об источниках данных поступлений» отчета финансового управляющего от 29.01.2025, арбитражным управляющим с 01.01.2023 ежемесячно должнику из заработной платы выдается 47 000 руб. (прожиточный минимум - 16 000 руб.; оплата жилья по договору аренды - 32 000 руб.).  

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.25 Закона о банкротстве по мотивированному ходатайству гражданина и иных лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, арбитражный суд вправе исключить из конкурсной массы имущество гражданина, на которое в соответствии с федеральным законом может быть обращено взыскание по исполнительным документам и доход от реализации которого существенно не повлияет на удовлетворение требований кредиторов.  

Перечень имущества гражданина, которое исключается из конкурсной массы, утверждается арбитражным судом, о чем выносится определение, которое может быть обжаловано.  

Как установлено судом первой инстанции и не оспаривается управляющим, определение об исключении имущества из конкурсной массы судом в рамках дела № А32-47967/2021 не выносилось.  

С учетом изложенного, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу, что управляющим нарушен порядок формирования конкурсной массы должника, что не соответствует требованиям пункта 4 статьи 20.3, пункта 3 статьи 213.25 Закона о банкротстве.  

Довод апелляционной жалобы о том, что отказ в выделении денежных средств нарушил бы конституционные права должника подлежит отклонению, поскольку у управляющего отсутствует право на самостоятельное исключение из конкурсной массы денежных средств на оплату аренды жилья в обход порядка, установленного статьей 60 Закона о банкротстве.  

По второму эпизоду управляющему вменяется нарушение требования пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве при публикации сведений о проведении торгов по реализации имущества должника.  

Признавая доводы управления обоснованными, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

Согласно пункту 3 статьи 213.26 Закона о банкротстве, имущество гражданина, часть этого имущества подлежат реализации на торгах в порядке, установленном Законом о банкротстве, если иное не предусмотрено решением собрания кредиторов или определением арбитражного суда.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 213.7 Закона о банкротстве, в ходе процедур, применяемых в деле о банкротстве гражданина, обязательному опубликованию подлежат сведения о проведении торгов по продаже имущества гражданина и результатах проведения торгов.  

Исходя из пункта 8 статьи 110 Закона о банкротстве, в качестве организатора торгов выступает арбитражный управляющий или привлекаемая с согласия собрания кредиторов или комитета кредиторов для этих целей специализированная организация, оплата услуг которой осуществляется за счет предприятия должника.  

Организатор торгов, в том числе опубликовывает и размещает сообщение о продаже предприятия и сообщение о результатах проведения торгов.  

Согласно пункту 10 статьи 110 Закона о банкротстве, проект договора купли-продажи предприятия и подписанный электронной подписью организатора торгов договор о задатке подлежат размещению на электронной площадке и включению в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве без опубликования в официальном издании.  

Таким образом, из буквального толкования нормы, указанной в абзацах 17, 18 пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве следует, что, несмотря на то, что сообщение о торгах также подлежит подписанию электронной цифровой подписью, иначе не произойдет его опубликование, именно публикуемый договор о задатке должен быть подписан электронной подписью организатора торгов.  

При изучении сообщений в ЕФРСБ № 9942013 от 25.10.2022, № 10248672 от 05.12.2022, № 10547235 от 17.01.2023, № 11756231 от 19.06.2023, № 12146235 от 07.08.2023, № 12440217 от 13.09.2023 о проведении торгов по реализации имущества должника судом первой инстанции установлено, что к указанным сообщениям прикреплены договоры о задатке, не подписанные электронной подписью организатора торгов.  

Необходимость такой электронной подписи прямо предусмотрена Законом о банкротстве. В материалы дела не представлены доказательства, подтверждающие невозможность подписания и размещения в ЕФРСБ договора о задатке, подписанного электронной подписью организатора торгов.  

Довод управляющего о том, что ввиду подписания пакета документов, в который включается и договор о задатке, электронной подписью, договор о задатке считается подписанным электронной подписью обоснованно отклонен судом первой инстанции, поскольку Законом о банкротстве прямо предусмотрена обязанность подписания электронной подписью именно договора о задатке.  

Таким образом, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что управляющим нарушены требования пункта 10 статьи 110 Закона о банкротстве.  

По третьему эпизоду управляющему вменяется содержание в отчете управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина от 29.01.2025 неполных сведений.  

Признавая доводы управления обоснованными, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.  

Содержание отчета финансового управляющего должно соответствовать требованиям, установленным Общими правилами подготовки отчетов (заключений) арбитражного управляющего, утвержденных постановлением Правительства РФ от 22.05.2003 № 299, Типовой формой отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина, утвержденной приказом Минэкономразвития России от 31.05.2024 № 343 «Об утверждении Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего» (далее – Типовая форма отчета финансового управляющего).  

Согласно п. 9 Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего», отчет финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина подготавливается в соответствии с Типовой формой отчета о реализации имущества с учетом следующих особенностей: информация об использовании денежных средств должника за указанный период отражается в таблице 4.7.2 «Сведения о размере требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов» и таблице 4.8 «Сведения о наличии и исполнении требований кредиторов по текущим платежам».  

Судом первой инстанции установлено, что в нарушение требований Типовой формы отчета финансового управляющего, отчет управляющего от 29.01.2025 не содержит таблицы 4.8 «Сведения о наличии и исполнении требований кредиторов по текущим платежам», соответствующие графы «Наименование кредитора», «Наименование требования по текущим платежам, основание возникновения», «Размер обязательства (руб.)», «Дата погашения», «Сумма погашения (руб.)», «Непогашенный остаток на дату составления отчета (руб.)» финансовым управляющим не заполнены.  

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции обоснованно признал доказанным факт нарушения управляющим требований пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве, пункта 9 Федерального стандарта профессиональной деятельности арбитражных управляющих «Правила подготовки отчетов финансового управляющего», Типовой формы отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина.  

Довод управляющего о представлении исправленного отчета обоснованно отклонен судом со ссылкой на то, что последующее устранение совершенного правонарушения не является обстоятельством, освобождающим арбитражного управляющего от административной ответственности.  

Судом первой инстанции также дана надлежащая оценка доводам управляющего о не указании управлением в определении о возбуждении дела вменяемых эпизодов.  

Судом установлено, что эпизод, связанный с нарушением порядка формирования конкурсной массы должника, содержится в определении о возбуждении дела об административном правонарушении по признакам административного правонарушения от 21.03.2025.  

Суд апелляционной инстанции также установлено, что 19.05.2025 арбитражный управляющий представил в управление пояснения по указанному эпизоду.  

Относительно третьего эпизода, судом обоснованно отмечено, что управлением непосредственно в ходе административного расследования обнаружено нарушение требований законодательства о банкротстве, выразившееся в нарушении порядка составления отчета финансового управляющего о своей деятельности и о результатах реализации имущества гражданина, в связи с чем соответствующее нарушение правомерно включено в протокол об административном правонарушении.  

С учетом совокупности установленных обстоятельств, суд первой инстанции пришел к правильному выводу о наличии в действиях управляющего состава административного правонарушения, ответственность за которое установлена частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

Предусмотренный частью 1 статьи 4.5 КоАП РФ срок давности привлечения к административной ответственности на дату вынесения решения по делу не пропущен.  

Повторно проверив соблюдение процедуры привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что нарушений прав и законных интересов управляющего при производстве по делу об административном правонарушении не допущено.  

Арбитражный управляющий надлежащим образом извещен о времени и месте составления постановления о возбуждении дела об административном правонарушении и рассмотрении дела судом, что самим арбитражным управляющим не оспаривается.  

В своей апелляционной жалобе управляющий считает возможным применить положения статьи 2.9 КоАП РФ.  

Судебная коллегия не находит оснований к переоценке выводов суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания совершенного арбитражным управляющим правонарушения малозначительным.  

Так, в соответствии со статьей 2.9 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях при малозначительности совершенного административного правонарушения судья, орган, должностное лицо, уполномоченные решить дело об административном правонарушении, могут освободить лицо, совершившее административное правонарушение, от административной ответственности и ограничиться устным замечанием.  

Пленум Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации в пунктах 18 и 18.1 постановления от 02.06.2004 № 10 "О некоторых вопросах, возникших в судебной практике при рассмотрении дел об административных правонарушениях" разъяснил, что при квалификации правонарушения в качестве малозначительного судам необходимо  

исходить из оценки конкретных обстоятельств его совершения. Малозначительность правонарушения имеет место при отсутствии существенной угрозы охраняемым общественным отношениям.  

Статья 2.9 КоАП РФ не содержит оговорок о ее неприменении к каким-либо составам правонарушений, предусмотренным Кодексом. Возможность или невозможность квалификации деяния в качестве малозначительного не может быть установлена абстрактно, исходя из сформулированной в Кодексе Российской Федерации об административных правонарушениях конструкции состава административного правонарушения, за совершение которого установлена ответственность.  

Следовательно, не может быть отказано в квалификации административного правонарушения в качестве малозначительного только на том основании, что в соответствующей статье Особенной части Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях ответственность определена за неисполнение какой-либо обязанности и не ставится в зависимость от наступления каких-либо последствий.  

Квалификация правонарушения как малозначительного может иметь место только в исключительных случаях и производится с учетом положений пункта 18 указанного Постановления применительно к обстоятельствам конкретного совершенного лицом деяния. При этом применение судом положений о малозначительности должно быть мотивировано.  

В рассматриваемом случае существенная угроза охраняемым общественным отношениям заключается не в наступлении каких-либо материальных последствий правонарушения, а в пренебрежительном отношении арбитражного управляющего к исполнению своих публично-правовых обязанностей.  

Вина управляющего заключается в том, что он, обладая специальной подготовкой для осуществления деятельности в качестве арбитражного управляющего и необходимым опытом, которые позволяют исполнять обязанности арбитражного управляющего надлежащим образом, имел возможность для соблюдения требований, установленных законодательством о банкротстве, но не предпринял для этого всех мер.  

Суд апелляционной инстанции исходит из того, что отсутствие негативных последствий в результате допущенных нарушений не освобождает арбитражного управляющего от несения ответственности за допущенные нарушения, учитывая, что состав вменяемого нарушения носит формальный характер, не требует установления наступления негативных материальных последствий.  

Из положений статьи 20 Закона о банкротстве, устанавливающей перечень предъявляемых к арбитражным управляющим требований, следует, что законодатель придает особый статус деятельности арбитражных управляющих.  

Противоправное поведение арбитражного управляющего препятствует осуществлению государственного контроля в области законодательства о несостоятельности (банкротстве).  

Кроме того, заявитель апелляционной жалобы не обосновал исключительность случая совершенного им правонарушения.  

Таким образом, основания для признания правонарушения малозначительным и освобождения ответчика от административной ответственности отсутствуют.  

Вместе с тем, суд первой инстанции учел фактические обстоятельства дела и обоснованно применил в отношении управляющего минимально возможную санкцию, установленную частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ.  

При таких обстоятельствах, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о правомерности привлечения управляющего к административной ответственности за совершение им административного правонарушения, предусмотренного частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ, с назначением наказания в виде предупреждения.  

Суд апелляционной инстанции считает, что фактически доводы арбитражного управляющего сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, что само по себе не может служить основанием для его отмены.  

Других доказательств в обоснование своих доводов арбитражным управляющим в суд апелляционной инстанции не представлено, поэтому они не могут быть приняты судом апелляционной инстанции и отклоняются за необоснованностью.  

Исходя из фактических обстоятельств дела, с учетом оценки представленных доказательств, арбитражный апелляционный суд приходит к выводу о том, что судом первой инстанции правильно применены нормы материального и процессуального права, вынесено законное и обоснованное решение, в связи с чем отсутствуют основания для его отмены или изменения.  

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и влекущих безусловную отмену определения суда первой инстанции, при проверке дела в апелляционном порядке не установлено.  

Руководствуясь статьями 258, 269 – 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Краснодарского края от 11.08.2025 по делу № А32-30806/2025 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия и в соответствии с абзацем вторым части 4 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации может быть обжаловано в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 3 статьи 288.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судья Д.С. Гамов