ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и

обоснованности определения арбитражного суда,

не вступившего в законную силу

Дело № А55-23768/2016

г. Самара

27 апреля 2021 г.

Резолютивная часть постановления объявлена 20 апреля 2021 года

                        Постановление в полном объеме изготовлено 27 апреля 2021 года

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Серовой Е.А.,

судей Мальцева Н.А., Селиверстовой Н.А.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

с участием:

от ЗАО «Евросиб СПб - транспортные системы» - до перерыва ФИО2 по доверенности от 01.01.2021г., ФИО3 по доверенности от 28.12.2020г., после перерыва ФИО2 по доверенности от 01.01.2021г.,

от конкурсного управляющего ФИО4 - до и после перерыва лично, паспорт,

от ФИО5 - до и после перерыва лично, паспорт,

от ЗАО «Акрополь» в лице конкурсного управляющего ФИО6 - до и после перерыва ФИО7 по доверенности от 13.12.2020г.,

рассмотрев в открытом судебном заседании 13-20 апреля 2021 года, в помещении суда, в зале №2 

апелляционную жалобу закрытого акционерного общества «Евросиб СПб-ТС»

на определение  Арбитражного суда Самарской области от 04 февраля 2021 года, принятое по заявлению ЗАО «Евросиб СПб-ТС» и заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности

в рамках дела  № А55-23768/2016 

О несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Конкордат»,

УСТАНОВИЛ:

Определением арбитражного суда Самарской области от 29.09.2016 года в отношении ООО «Конкордат» возбуждено производство по делу о банкротстве, по заявлению АО «Вагонная ремонтная компания -1», г. Москва и АО «Вагонная ремонтная компания -3», г. Москва.

Решением Арбитражного суда Самарской области от 26.06.2017 года ООО «Конкордат» признано несостоятельным (банкротом), открыта процедура конкурсного производства. Конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Во исполнение ст. 28, 128 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в официальном издании газете «Коммерсантъ» № 122 - 08 июля 2017 года опубликованы сведения о введении процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Конкордат».

Во исполнение ст. 28, 128 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» на сайте ЕФРСБ 29 июня 2017 года опубликованы сведения о введении процедуры конкурсного производства в отношении ООО «Конкордат».

Конкурсный управляющий ООО «Конкордат» ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением, в котором просит с учетом уточнения привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Конкордат» ФИО8, ФИО9, ООО «УралСибТранс», ЗАО «Евросиб СПБ-ТС», ООО «Маестрелли», ФИО10, ФИО11.

ЗАО «Евросиб СПб-ТС» обратилось в суд с заявлением о привлечении ФИО5 и ЗАО «Акрополь» к субсидиарной ответственности, а также с ходатайством об объединении настоящего заявления с заявлением арбитражного управляющего ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности (вх. № 209969 от 29.10.2019).

Определением Арбитражного суда Самарской области от 30.07.2020 суд, в соответствии со статьей 130 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, объединил заявления ЗАО «Евросиб СПб-ТС» и конкурсного управляющего ФИО4 в одно производство для совместного рассмотрения.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 04 февраля 2021 года заявление о привлечении к субсидиарной ответственности удовлетворено частично.

Признано доказанным наличие оснований для привлечения солидарно ФИО8, ЗАО «Евросиб Спб-ТС», ООО «Уралсибтранс» к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Конкордат».

Приостановлено производство по заявлению о привлечении к субсидиарной ответственности в части определения размера ответственности до окончания расчетов с кредиторами должника.

В остальной части отказано в удовлетворении заявленных требований.

Не согласившись с принятым судебным актом, закрытое акционерное общество «Евросиб СПб-ТС» обратилось с апелляционной жалобой, в которой просит отменить определение Арбитражного суда Самарской области от 04 февраля 2021 года, в части привлечения ЗАО «Евросиб СПб-ТС» к субсидиарной ответственности и в части отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО5 и ЗАО «Акрополь».

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04 марта 2021 года апелляционная жалоба принята к производству. Судебное заседание по рассмотрению апелляционной жалобы назначено на 13 апреля 2021 года.

В судебном заседании 13 апреля 2021 года в соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлялся перерыв до 16 часов 15 минут 20 апреля 2021 года. 

Сведения о месте и времени продолжения судебного заседания были размещены на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу: www.11aas.arbitr.ru и на доске объявлений в здании суда.

В судебном заседании представитель ЗАО «Евросиб СПб - транспортные системы» - апелляционную жалобу поддержал с учетом представленных пояснений.

ФИО5 и представитель ЗАО «Акрополь» возражали против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленных отзывов.

Конкурсный управляющий ФИО4 возражал против удовлетворения апелляционной жалобы по основаниям представленного отзыва.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ.

От ФИО8 поступили письменные пояснения, в которых поддерживает апелляционную жалобу ЗАО «Евросиб СПб - транспортные системы», возражает против привлечения его к субсидиарной ответственности.

Согласно части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случае, если в порядке апелляционного производства обжалуется только часть решения, арбитражный суд апелляционной инстанции проверяет законность и обоснованность решения только в обжалуемой части, если при этом лица, участвующие в деле, не заявят возражений.

В пункте 27 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30 июня 2020 года №12  «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» указано, что при применении части 5 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации необходимо иметь в виду следующее: если заявителем подана жалоба на часть судебного акта, суд апелляционной инстанции в судебном заседании выясняет мнение присутствующих в заседании лиц относительно того, имеются ли у них возражения по проверке только части судебного акта, о чем делается отметка в протоколе судебного заседания

В соответствии с разъяснением, содержащимся в абзацах 3 и 4 пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 N 12 "О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции" арбитражный суд апелляционной инстанции пересматривает дело в пределах доводов, изложенных в апелляционной жалобе и по собственной инициативе не вправе выходить за пределы апелляционной жалобы.

Возражений относительно проверки только части судебного акта от сторон не поступило.

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правомерность применения  судом  первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов, содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле документам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения Арбитражного суда Самарской области от 04 февраля 2021 года, принятое по заявлению ЗАО «Евросиб СПб-ТС» и заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела  № А55-23768/2016 в обжалуемой части, в связи со следующим.

Пунктом 3 статьи 4 Закона N 266-ФЗ предусмотрено, что рассмотрение заявлений о привлечении к субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции, действовавшей до дня вступления в силу Закона N 266-ФЗ), которые поданы с 01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции Закона N266-ФЗ).

Поскольку конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд 29.10.2019 года, заявление по правилам Закона о банкротстве в редакции Закона N 266-ФЗ подлежит рассмотрению только в части процессуальных правоотношений.

В пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 N 137 "О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 N 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации", разъяснено, что положения Закона о банкротстве в редакции Закона N 73 -ФЗ (в частности, статья 10) о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний должнику, одобрение контролирующим органом или совершение им от имени должника сделки), имели место после дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ. Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона N 73-ФЗ, то применению подлежат положения Закона о банкротстве о субсидиарной ответственности по обязательствам должника в редакции, действовавшей до вступления в силу Закона N 73-ФЗ (в частности, статья 10) независимо от даты возбуждения производства по делу о банкротстве.

Таким образом, применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Однако предусмотренные Законом о банкротстве в редакции Закона № 266-ФЗ процессуальные нормы о порядке рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности подлежат применению судами после 01.07.2017 независимо от даты, когда имели место упомянутые обстоятельства или было возбуждено производство по делу о банкротстве.

Поскольку период, когда имели место обстоятельства вменяемые отвечающим по заявлению лицам, имели место до введения в действие вышеуказанных изменений Закона о банкротстве, их ответственность при рассмотрении настоящего спора регулируется положениями статей 9, 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, несмотря на то, что статья 10 Закона о банкротстве с 30.07.2017 утратила силу.

Аналогичный подход к выбору применяемых норм и действию закона во времени в отношении субсидиарной ответственности закреплен в Определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 N 308-ЭС17-6757(2,3) по делу N А22-941/2006.

Следовательно, нормы материального права должны применяться на дату предполагаемого неправомерного действия.

Согласно пункту 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве, если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Пунктом 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве установлена презумпция, согласно которой пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо являлось руководителем должника.

Согласно п. 1 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника. 

В соответствии с п. 2 вышеуказанной статьи пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица с учетом обстоятельств, указанных в данной статье.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве в применяемой к спорным отношениям редакции, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии обстоятельств, указанных в данной статье.

При этом положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

Положения абзаца четвертого настоящего пункта применяются в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника.

Если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия нескольких контролирующих должника лиц, то такие лица отвечают солидарно.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий, с учетом уточнений и представленных дополнений к правовой позиции в ходе рассмотрения настоящего заявления, ссылается на следующие обстоятельства.

В результате проведенного конкурсным управляющим анализа деятельности ООО «Конкордат» установлено, что уже по состоянию на 30.04.2014 года должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества, т.к. с 2014 года ООО «Конкордат» перестало оплачивать ЗАО «Акрополь» арендные платежи за вагоны переданные в субаренду ЗАО «Евросиб Спб-ТС». Соответствующий факт установлен и подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2015 года по делу А55-19413/2014, в соответствии с которым согласно имеющемуся в материалах дела акту сверки взаимных расчетов по состоянию на 30.04.2014 за ООО «Конкордат» имелась задолженность в сумме 1 260 000 руб.

Дальнейшее значительное ухудшение финансового положения ООО «Конкордат» произошло в результате проведения контролирующими лицами должника в период с 30.04.2014 года по 26.06.2017 года неправомерной хозяйственной детальности не отвечающей признакам добросовестности, разумности и должной осмотрительности.

В качестве лиц, контролирующих должника, а также лиц, получивших выгоду от своего недобросовестного поведения вследствие заключения сомнительных сделок должника, конкурсный управляющий указал ФИО8, ФИО9, ООО «УралСибТранс», ЗАО «Евросиб СПБ-ТС», ООО «Маестрелли», ФИО10, ФИО11.

В части привлечения к субсидиарной ответственности ООО «УралСибТранс» и отказа в привлечении к субсидиарной ответственности ФИО9, ООО «Маестрелли», ФИО12, ФИО11 судебный акт не обжалуется и апелляционному пересмотру не подлежит.

Из материалов дела следует, ФИО8 являлся директором и участником должника с долей 32,5 %.

В ЕГРЮЛ 07 сентября 2013 года внесена запись ГРН № 2136320135114 об утверждении ФИО8 в должности Генерального директора ООО «Конкордат».

Полномочия ФИО8 прекращены 26 июня 2017 года в связи с признанием ООО «Конкордат» несостоятельным (банкротом), открытии процедуры конкурсного производства и утверждении конкурсного управляющего.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий указал на неисполнение руководителем должника обязанности по обращению с заявлением о признании общества банкротом.

В соответствии с данными бухгалтерского баланса на 31.12.2014 года непокрытый убыток ООО «Конкордат» составлял 1.952.000, 00 рублей, а на 31.12.2015 года 1.945.000,00 рублей.

При этом у ООО «Конкордат» отсутствовало ликвидное имущество, которое могло обеспечить исполнение обязательств перед кредиторами.

Финансово-хозяйственная деятельность ООО «Конкордат» основана на сдаче в субаренду железнодорожного подвижного состава принадлежащего на праве собственности ЗАО «Акрополь», в т.ч. по договору субаренды № 03-13/СА от 01 марта 2013 года заключенному с ЗАО «Евросиб Спб-ТС».

Однако, ЗАО «Акрополь» проинформировало ООО «Конкордат» и ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» о прекращении с 14.08.2014г. в одностороннем внесудебном порядке договора аренды подвижного состава № 001 -АВ от 28.01.2013г., являющегося основанием для заключения договора субаренды № 03-13 СА от 01.03.2013г. ввиду наличия значительной просроченной неоплаченной задолженности ООО «Конкордат» перед ЗАО «Акрополь», что подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2015г. по делу А55-19413/2014.

Прекращение основного договора аренды повлекло наступление последствий, закрепленных в п. 4 дополнительного соглашения № 3 к договору субаренды 03-13/СА от 01.03.2013г., то есть переход всех прав и обязанностей по договору субаренды и заключенной уступке права требования к ЗАО «Акрополь».

Следовательно, с указанной даты у ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» отсутствовали правовые основания для перечислении каких-либо денежных средств в пользу ООО «Конкордат», т. к. данные платежи подлежали перечислению на ЗАО «Акрополь».

Между тем, должник и ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» совместно продолжали эксплуатировать имущество ЗАО «Акрополь», извлекая выгоду исключительно для ЗАО «Евросиб-СПб-ТС».

Неправомерные действия ФИО8 и контролирующих должника лиц привели к утрате возможности ЗАО «Акрополь» получить удовлетворение требований, в т.ч. в деле о банкротстве ООО «Конкордат», а должник окончательно утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность и рассчитываться с кредиторами.

В результате неправомерных согласованных действий лиц контролирующих ООО «Конкордат» с 2014 года сформировалась и планомерно нарастала кредиторская задолженность, в т.ч. перед ЗАО «Акрополь».

В последующем требования ЗАО «Акрополь» включены в реестр требований кредиторов ООО «Конкордат».

Несмотря на наличие признаков неплатежеспособности и недостаточности имущества ООО «Конкордат», в отсутствие экономически обоснованного плана реструктуризации задолженности и (или) санации должника, ФИО8 не исполнил обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о банкротстве, а продолжал неправомерно финансировать финансово-хозяйственную деятельность аффилированных компаний, что установлено при рассмотрении обособленных споров по признанию недействительными сделок ООО «Конкордат».

Как указано в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2(2016), утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 06.07.2016, в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, входит установление следующих обстоятельств: возникновение одного из условий, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве; момент возникновения данного условия; факт неподачи руководителем в суд заявления о банкротстве должника в течение месяца со дня возникновения соответствующего условия; объем обязательств должника, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих наличие экономически обоснованного плана по восстановлению платежеспособности организации.

В пунктах 9 и 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснено, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве презюмируется наличие причинно-следственной связи между неподачей руководителем   должника,    ликвидационной   комиссией   заявления   о   банкротстве   и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве, об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица.

Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения.

Таким образом, не соответствующее принципу добросовестности бездействие руководителя, уклоняющегося от исполнения возложенной на него Законом о банкротстве обязанности по подаче заявления должника о собственном банкротстве (о переходе к осуществляемой под контролем суда ликвидационной процедуре), является противоправным, виновным, влечет за собой имущественные потери на стороне кредиторов и публично-правовых образований, нарушает как частные интересы субъектов гражданских правоотношений, так и публичные интересы государства.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с участием уполномоченных органов в делах о банкротстве и применяемых в этих делах процедурах банкротства, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2016, директор должника должен был знать о фактическом наличии вмененной недоимки, отслеживание информации о состоянии расчетов с бюджетом по налогам входит в круг его обязанностей.

Таким образом, ФИО8, как руководитель должника и один из его учредителей, должен был знать о наличии признаков недостаточности имущества должника и был обязан обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, в реестр требований кредиторов включены требования ФНС России, ПАО «Промсвязьбанк», ЗАО «Акрополь», АО «Вагонная ремонтная компания -1», АО «Вагонная ремонтная компания -3». Из обособленных споров по рассмотрению требований следует, что задолженность образовалась ввиду неисполнения руководителем должника обязанности по своевременному обращению с заявлением о признании общества банкротом.

Доказательств, подтверждающих отсутствие возможности обратиться с указанным заявлением материалы дела не содержат.

Обращение кредиторов с заявлением о признании должника банкротом не свидетельствует об отсутствии необходимости обращения с таким заявлением бывшего руководителя.

Обращаясь с настоящим заявлением, конкурсный управляющий также указал на совершение ФИО8 подозрительных сделок, применительно к положениям  ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в Обзоре судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 2 (2016), утвержденный Президиумом Верховного Суда РФ 06.07.2016, субсидиарная ответственность участника наступает тогда, когда в результате его поведения должнику не просто причинен имущественный вред, а он стал банкротом, то есть лицом, которое не может удовлетворить требования кредиторов и исполнить публичные обязанности вследствие значительного уменьшения объема своих активов под влиянием контролирующего лица.

Законом N 134-ФЗ введена презумпция о причинении вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона, пока не доказано обратное.

Учитывая, что субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Так как обстоятельства, которые, как считают заявители, являются основанием для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, имели место в 2014 — 2016 годах, то есть до вступления в силу Закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ, а заявления о привлечении его к субсидиарной ответственности поступили в суд после 01.07.2017, спор подлежит рассмотрению с применением норм материального права, предусмотренных статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ, а также процессуальных норм, предусмотренных Законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ.

Положения пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) содержали нормы права, аналогичные положениям пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ).

При этом применение данной материально-правовой нормы в настоящем споре не исключает необходимости руководствоваться разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), в той их части, которая не противоречит существу нормы статьи 10 Закона о банкротстве в приведенной выше редакции.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 20 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, при решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о возмещении убытков (в том числе статья 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации) либо специальные правила о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве, суд в каждом конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие контролирующего лица на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия. Если допущенные контролирующим лицом нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат нормы о субсидиарной ответственности Закона о банкротстве. В том случае, когда причиненный контролирующими лицами вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 16 названного постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 №53 под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Согласно пункту 17 постановления ВС РФ от 21.12.2017 № 53 контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем (абзац первый пункта 17 Постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53). Если из-за действий (бездействия) контролирующего лица, совершенных после появления признаков объективного банкротства, произошло несущественное ухудшение финансового положения должника, такое контролирующее лицо может быть привлечено к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков по иным, не связанным с субсидиарной ответственностью основаниям (абзац третий пункта 17 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 N 53).

Следовательно, для правильного разрешения настоящего спора имеет значение установление того обстоятельства, явились ли совершенные контролирующими лицами от имени должника сделки необходимой причиной его банкротства или существенного ухудшения его состояния (в этом случае имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности), либо же такого влияния на финансово-хозяйственное положение должника сделки не оказали, но причинили должнику и его кредиторам вред (в этом случае имеются основания для привлечения к ответственности за причиненные убытки).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). 

Положения пункта 3 статьи 56 ГК РФ и пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве предусматривали несение ответственности контролирующими лицами в случае, если банкротство должника возникло по их вине.

В частности, это может означать, что субсидиарная ответственность наступает, когда неспособность удовлетворить требования кредиторов наступила не в связи с рыночными и иными объективными факторами, а искусственно спровоцирована в результате выполнения указаний (реализации воли) контролирующих лиц.

К числу сделок, которыми причинен существенный вред кредиторам относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Существенная убыточность сделки является оценочной категорией, поскольку в каждом конкретном случае суд устанавливает фактические обстоятельства дела, размер сделки применительно к масштабам деятельности должника и в этой связи определяет, является ли убыточность существенной с учетом представленных доказательств.

В рамках дела о банкротстве конкурсным управляющим были оспорены сделки должника по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Конкордат» в пользу ФИО8 и договоры, заключенные между должником и ООО «Маестрелли», ООО «Урал Сиб Транс», ЗАО «Евросиб СПб-ТС» ООО «Балт-Вэй Эффективные системы», ООО «ТД Магистраль».

Определениями арбитражного суда Самарской области сделки были признаны недействительными.

Следовательно, в результате ряда указанных выше формальных сделок из собственности должника выбыло имущество, а также денежные средства в отсутствие равноценного встречного предоставления, что в совокупности повлекло уменьшение активов должника, ухудшив его финансовое положение.

Указанные обстоятельства также подтверждают причинение значительного вреда должнику и его кредиторам в следствие недобросовестных действий бывшего руководителя.

Доказательств, подтверждающих, что при заключении сделок ответчик действовал с целью погашения кредиторской задолженности и в интересах должника материалы дела не содержат.

Недобросовестные действия ответчика привели к банкротству должника и значительному размеру непогашенной кредиторской задолженности. 

Доводы ФИО8 о несостоятельности ЗАО «Акрополь», и наличии обязательств у ЗАО «Акрополь» перед самим ФИО8 правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку не подтверждают добросовестность действий ФИО8

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Самарской области от 15 июня 2016 года по делу А55-793/2016 заявление ООО «Конкордат» о включении требования в размере 13 939 662,31руб. в реестр требований кредиторов ЗАО «Акрополь» оставлено без удовлетворения, в т.ч. требований перешедших от ФИО8

В ходе рассмотрения обособленного спора в заключении эксперта было установлено, что договор процентного займа № 010-09/ДЗ-2 от 01.11.2009г. был подписан не ФИО5 со стороны ЗАО «Акрополь», а иным лицом, акт приема-передачи ценных бумаг от 01.11.2009г. к договору процентного займа № 010-09/ДЗ-2 от 01.11.2009г. был подписан не ФИО13, а иным лицом, то такой договор следует признать ничтожным, соответственно и все последующие договора уступки права, соглашения о новации также являются ничтожными. Экспертизой было установлено, что квитанции к приходным кассовым ордерам № 64 от 31.10.2009г.; № 65 от 31.10.2009г.; № 66 от 31.10.2009г.; № 67 от 31.10.2009г.; № 22 от 13.04.2010г. были подписаны не ФИО13, а иным лицом. Квитанции имеют отношение к оплате за вексель 020-09 от 31.10.2009г.( № 66) и за вексель 024-09 (№ 67)-договор процентного займа 011-09/ДЗ-2 от 01.11.2009г.Квитанция к ПКО 22 от 13.04.2010гк договору процентного займа № 015-10/ДЗ-2 от 11.03.2010г. Квитанция к ПКО 64 -оплата за вексель 018-09 от 31.10.2009г., квитанция к ПКО 65 от 31.10.2009г.-опла за вексель 019-09 (к договору 010-09/ДЗ-2 от 01.11.2009г.)

На основании изложенного заявление конкурсного управляющего о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности правомерно признано судом первой инстанции подлежащим удовлетворению.

При рассмотрении заявления конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности ЗАО «Евросиб СПБ-ТС» суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени(пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

В соответствии с п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" предполагается, что лицо, которое извлекло выгоду из незаконного, в том числе недобросовестного, поведения руководителя должника является контролирующим (подпункт 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве).

В соответствии с этим правилом контролирующим может быть признано лицо, извлекшее существенную (относительно масштабов деятельности должника) выгоду в виде увеличения (сбережения) активов, которая не могла бы образоваться, если бы действия руководителя должника соответствовали закону, в том числе принципу добросовестности.

Предполагается, что является контролирующим выгодоприобретатель, извлекший существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности, которая направлена на перераспределение (в том числе посредством недостоверного документооборота), совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом (например, единым производственным и (или) сбытовым циклом), в пользу ряда этих лиц с одновременным аккумулированием на стороне должника основной долговой нагрузки. В этом случае для опровержения   презумпции   выгодоприобретатель   должен   доказать,   что   его   операции, приносящие доход, отражены в соответствии с их действительным экономическим смыслом, а полученная им выгода обусловлена разумными экономическими причинами. Приведенный перечень примеров не является исчерпывающим.

Лицами, участвующими в перераспределении совокупного дохода посредством соответствующей организации предпринимательской деятельности являются ФИО8, ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и ООО «Урал Сиб Транс», т. к. действия названных субъектов синхронны в отсутствие к тому объективных экономических причин; они противоречат экономическим интересам должника и одновременно ведут к существенному приросту выгоды лица, привлекаемого к ответственности; данные действия не могли иметь место ни при каких иных обстоятельствах, кроме как при наличии подчиненности одного другому и т. д.

Как указано в пункте 18 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2019) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.12.2019), с учетом того факта, что предусмотренное статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28 июня 2013 г. № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности, как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц», по существу, незначительно отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона о банкротстве основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем разъяснений норм материального права, изложенных в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21 декабря 2017 г. № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53), может быть применен и к статье 10 Закона о банкротстве в более ранних редакциях.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, если причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

При наличии приведенных заявителем убедительных доказательств причинения контролирующими должника лицами вреда бремя доказывания переходит на контролирующее лицо. Именно оно должно доказать, что невозможность погашения задолженности и банкротство должника произошли не по его вине.

Таким образом, для применении доказательственной презумпции причин банкротства, установленной Законом о банкротстве, необходимо доказать факт причинения существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица).

Согласно информации, размещенной в картотеке арбитражных дел, определением Арбитражного суда Самарской области от 10 сентября 2018 года признаны недействительными сделки по перечислению денежных средств с расчетного счета ООО «Конкордат», в пользу ЗАО « Евросиб СПб-ТС» на сумму 3 738 391,20руб. Признано недействительным соглашение о зачете взаимных требований от 31.08.2014г. между ЗАО «Евросиб - СПб-ТС» и ООО «Конкордат» на сумму 216 813руб. 

Определением арбитражного суда Самарской области от 05 сентября 2019 года признаны недействительными соглашения о зачете между ООО «Конкордат» и ЗАО «Евросиб Спб-ТС».

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

В ходе рассмотрения указанных обособленных споров установлено: 01 марта 2013 года между ООО «Конкордат» (Арендодатель), ЗАО «Евросиб СПБ-ТС» (Арендатор) и ЗАО «Акрополь» (Собственник) заключен договор субаренды № 03-13/СА, предметом которого являлись вагоны — минераловозы. По условиям договора Арендодатель передал Арендатору за плату во временное владение и пользование (аренду) пригодные и технически исправные железнодорожные вагоны, а Арендатор обязуется принять это имущество и оплачивать арендную плату в порядке и сроки, установленные договором.

С 2014 года ООО «Конкордат» перестало оплачивать ЗАО «Акрополь» арендные платежи за вагоны переданные в субаренду ЗАО «Евросиб СПб-ТС», т. к. появились признаки неплатежеспособности.

ЗАО «Евросиб-СПБ-ТС» знало о признаках неплатежеспособности должника, поскольку ЗАО «Акрополь» письмом от 24.07.2014г. уведомило ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» о наличии кредиторской задолженности у ООО «Конкордат» в сумме 2 920 000руб. по договору аренды № 001-АВ от 28.01.2013г. Данное письмо было вручено последнему 01.08.2014г. Далее, письмами от 06.08.2014г., от 11.08.2014г., от 29.10.2014г., от 11.06.2015г., от 08.07.2015г. ЗАО «Акрополь» уведомляло ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» о том, что ООО «Конкордат» не погашает кредиторскую задолженность в указанной сумме.

В данных обращениях ЗАО «Акрополь» проинформировало ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» о прекращении с 14.08.2014г. в одностороннем внесудебном порядке договора аренды подвижного состава № 001 -АВ от 28.01.2013г., являющегося основанием для заключения договора субаренды № 03-13 СА от 01.03.2013г. ввиду наличия значительной просроченной неоплаченной задолженности ООО «Конкордат» перед ЗАО «Акрополь», что подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.05.2015г. по делу А55-19413/2014.

Из вышеуказанного следует, что с 01.08.2014г. ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» достоверно знало о прекращении со стороны ООО «Конкордат» исполнения обязательств перед ЗАО «Акрополь», то есть о признаках неплатежеспособности должника.

В соответствии со ст. 618 ГК РФ если иное не предусмотрено договором аренды, досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды.

В дополнительном соглашении № 3 к договору субаренды 03-13/СА от 01.03.2013г. в п.5.12 стороны предусмотрели, что в случае прекращения действия или невозможности продления срока настоящего договора по причине расторжения основного договора аренды между собственником имущества (ЗАО «Акрополь») и арендодателем (ООО «Конкордат») все права и обязанности арендодателя по настоящему договору переходят от арендодателя к собственнику имущества, т. е. к ЗАО «Акрополь», в т.ч. право на получение арендных платежей.

Таким образом, стороны в договоре субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013г. своим трехсторонним соглашением установили дополнительные условия и последствия на случай прекращения основного договора аренды, заключенного между ЗАО «Акрополь» и ООО «Конкордат».

Прекращение основного договора аренды повлекло наступление последствий, закрепленных в п. 4 дополнительного соглашения № 3 к договору субаренды 03 -13/СА от 01.03.2013г., то есть переход всех прав и обязанностей по договору субаренды и заключенной уступке права требования к ЗАО «Акрополь».

Соответственно, с указанной даты у ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» отсутствовали правовые основания для перечислении каких-либо денежных средств в пользу ООО «Конкордат», т. к. данные платежи подлежали перечислению на ЗАО «Акрополь».

Между тем, должник и ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» совместно продолжали эксплуатировать имущество ЗАО «Акрополь», извлекая выгоду исключительно для ЗАО «Евросиб-СПб-ТС», поскольку несмотря на неоднократные обращения к последнему с предложением о заключении прямого договора аренды с ЗАО «Акрополь», игнорировало указанные обращения и произвело возврат имущества должнику с существенным нарушением сроков, установленных непосредственно договором субаренды. При этом ответчик не осуществлял ремонт арендованных вагонов своим силами, а лишь получал возмещение произведенных расходов на оплату услуг третьих лиц, в то время как перечисление платежей по договору цессии № 29369 от 01.03.2014г. вообще не имело никакого положительного коммерческого результата для должника. Сам договор субаренды между ответчиком и должником заключался именно как механизм погашения задолженности третьего лица- ООО «Восток», о чем ответчик прямо заявил в отзыве по делу А56-13492/2017. По этой причине в договор субаренды и были внесены дополнительные условия, направленные исключительно на защиту интересов ответчика, а не других сторон договора, в том числе и собственника имущества.

При этом, в заявленный период основным источником поступления денежных средств на р/с ООО «Конкордат» являлись арендные платежи совершаемые ЗАО «Евросиб СПБ - транспортные системы» по договору субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013 года.

Возмещение расходов ЗАО «Евросиб СПБ-ТС» со стороны ООО «Конкордат» по деповскому и капитальному ремонту вагонов также осуществлялось за счет арендных платежей (ЗАО «Евросиб СПБ - ТС») по договору № 03-13/СА от 01.03.2013 года.

Заявленный механизм работы, при объективной неспособности ООО «Конкордат» финансировать ремонтные работы подвижного состава, позволял ЗАО «Евросиб Спб — ТС» осуществлять эксплуатацию вагонов, а ООО «Конкордат» получать арендные платежи, в то время как должник отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, а соответственно в порядке ст. 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обязан был обратиться в суд с заявлением о банкротстве.

Денежные средства, получаемые ООО «Конкордат» от ЗАО «Евросиб Спб-ТС» неправомерно распределялись в пользу лиц аффилированных должнику, в т.ч. ООО «Урал Сиб Транс» и ФИО8 

Соответствующие платежи в последующем признаны недействительными в рамках дела о банкротстве ООО «Конкордат».

В результате неправомерных согласованных действий ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и ФИО8, как лиц контролирующих ООО «Конкордат», сформировалась и планомерно нарастала кредиторская задолженность, в т.ч. перед ЗАО «Акрополь».

В соответствии с п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии обстоятельств, подтверждающих причинение существенного вреда имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона.

Следовательно, как верно указано судом первой инстанции, ЗАО «Евросиб Спб-ТС» является контролирующим выгодоприобретателем, извлекшим существенные преимущества из такой системы организации предпринимательской деятельности ООО «Конкордат», которая направлена на перераспределение совокупного дохода, получаемого от осуществления данной деятельности лицами, объединенными общим интересом, в пользу ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и ООО «Урал Сиб Транс» с одновременным аккумулированием на стороне ООО «Конкордат» основной долговой нагрузки, что соответствует правовой позиции изложенной п. 7 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21 декабря 2017 г. № 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве, под вредом, причиненным имущественным правам кредиторов понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Возражения ЗАО «Евросиб Спб-ТС» правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные.

Как указывалось ранее, 01 марта 2013 года между ООО «Конкордат» (Арендодатель), ЗАО «Евросиб СПБ-ТС» (Арендатор) и ЗАО «Акрополь» (Собственник) заключен договор субаренды № 03-13/СА, предметом которого являлись вагоны — минераловозы.

В соответствии с п. 10.1 Договора субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013 года -«Настоящий Договор составлен в трёх экземплярах, имеющих равную юридическую силу, по одному экземпляру для каждой из Сторон».

Дополнительные соглашения № 1 от 01 марта 2013 года, № 2 от 01 марта 2013 года, № 3 от 01 марта 2014 года к договора субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013 года, также подписаны всеми сторонами, в т.ч. со стороны ЗАО «Акрополь».

Таким образом, сторонами Договора субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013 года являются - ООО «Конкордат» (Арендодатель), ЗАО «Евросиб СПБ-ТС» (Арендатор) и ЗАО «Акрополь» (Собственник).

Акты приема-передачи Имущества, оформленные в рамках Договора субаренды № 03 -13/СА от 01.03.2013 года имеют юридическую силу при условии их подписания со стороны ООО «Конкордат» (Арендодатель), ЗАО «Евросиб СПБ -ТС» (Арендатор) и ЗАО «Акрополь» (Собственник).

В соответствии со ст. 618 ГК РФ если иное не предусмотрено договором аренды, досрочное прекращение договора аренды влечет прекращение заключенного в соответствии с ним договора субаренды.

В дополнительном соглашении № 3 к договору субаренды 03-13/СА от 01.03.2013г. в п.5.12 стороны предусмотрели, что в случае прекращения действия или невозможности продления срока настоящего договора по причине расторжения основного договора аренды между Собственником имущества (ЗАО «Акрополь») и Арендодателем (ООО «Конкордат») все права и обязанности Арендодателя по настоящему договору переходят от Арендодателя к Собственнику имущества, т. е. к ЗАО «Акрополь», в т.ч. право на получение арендных платежей.

Таким образом, стороны в договоре субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013г. своим трехсторонним соглашением установили дополнительные условия и последствия на случай прекращения основного договора аренды, заключенного между ЗАО «Акрополь» и ООО «Конкордат».

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29 мая 2015 года по делу А55-19413/2014 признан расторгнутым в одностороннем порядке с 14 августа 2014 года договор аренды подвижного состава с правом последующего выкупа от 28 января 2013 года № 001 -АВ.

Прекращение основного договора аренды повлекло наступление последствий, закрепленных в п. 4 дополнительного соглашения № 3 к договору субаренды 03 -13/СА от 01.03.2013г., то есть переход всех прав и обязанностей по договору субаренды и заключенной уступке права требования к ЗАО «Акрополь».

В соответствии со статьей 622 ГК РФ при прекращении договора аренды арендатор обязан возвратить арендованное имущество стороне по договору - арендодателю. Отношения по возврату имущества в такой ситуации являются составной частью обязательства по договору аренды. Поскольку арендодатель и субарендатор не связаны договором, законодатель не признает наличия у субарендатора самостоятельных прав перед арендодателем (ст. 618 ГК РФ), а если имущество находится не у арендатора, арендодатель вправе истребовать имущество непосредственно у субарендатора в рамках внедоговорного правоотношения (ст. ст. 301, 1102 ГК РФ). Возврат субарендатором имущества арендатору после утраты последним права владения и пользования вследствие прекращения договора противоречил бы праву собственности арендодателя и необоснованно привел бы к образованию нового самостоятельного титула на владение у арендатора.

Таким образом, представленные Акты приема-передачи (возврата) железнодорожных вагонов, оформленные без участия полномочного представителя ЗАО «Акрополь» не имеют юридической силы, в соответствии с п. 10.2 договора субаренды № 03-13/СА от 01.03.2013 года.

При указанных обстоятельствах, исходя из буквального толкования положений п.1 ст. 10 ГК РФ, действия ЗАО «Евросиб СПб-ТС» отвечают признакам злоупотребления правом и не направлены на защиту и восстановление законных интересов.

На основании п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

Доводы ЗАО «Евросиб СПб-ТС» об отсутствии общего имущественного интереса у ООО «Конкордат» и ЗАО «Евросиб Спб-ТС» правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные.

В соответствии с п. 2 ст. 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Как указывалось ранее при оспаривании сделок должника установлено, что должник и ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» совместно продолжали эксплуатировать имущество ЗАО «Акрополь», извлекая выгоду исключительно для ЗАО «Евросиб-СПб-ТС».

Доказательств, подтверждающих заключение прямого договора аренды с ЗАО «Акрополь» и своевременный возврат имущества должнику материалы дела не содержат.

Кроме того, дополнительным соглашением № 4 от 01 апреля 2015 года к договору субаренды № 003-13/СА от 01.03.2013 года стороны ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и ООО «Конкордат» уменьшили размер арендной платы до 500,00 рублей за пользование одним вагоном в сутки.

При этом, дополнительное соглашение заключено без уведомления, а равно учета прав и законных интересов собственника вагонов ЗАО «Акрополь», являющегося стороной договора субаренды № 003-13/СА от 01.03.2013 года.

Судом первой инстанции также правомерно принято во внимание, что дата подписания данного соглашения находится за пределами срока действия договора, но все расчеты после апреля 2015г. ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» и должник строили исходя из данной ставки, при этом, оформляя все расчеты актами зачета, что позволило ЗАО «Евросиб-СПб-ТС» получать имущественную выгоду, достоверно зная о наличии существенной задолженности перед ЗАО «Акрополь». 

Следовательно, наличие общего имущественного интереса у ООО «Конкордат» и ЗАО «Евросиб Спб-ТС» подтверждается фактическими обстоятельствами дела.

Доводы о наличии значительного денежного оборота и собственного парка железнодорожных вагонов ЗАО «Евросиб Спб-ТС» правомерно не приняты судом первой инстанции, поскольку не имеют правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора.

Доводы ЗАО «Евросиб Спб-ТС» об отсутствии правовых оснований для привлечения к субсидиарной ответственности в связи с действием закона во времени правомерно признаны судом первой инстанции основанными на неверном толковании норм права.

В соответствии с правовой позицией изложенной в Определении Верховного Суда РФ от 25 сентября 2020 года № 310-ЭС20-6760 по делу № А14-7544/2014 поскольку субсидиарная ответственность по своей правовой природе является разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием для их привлечения к ответственности).

Следовательно, в данном случае подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Федеральных законов от 28.06.2013 № 134-ФЗ. В связи с этим предусмотренная подпунктом 3 пункта 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве презумпция контроля над должником у лица, которое извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, в рассматриваемом случае не применима, подобная презумпция в предыдущих редакциях Закона отсутствовала.

Однако это не означает, что при доказывании в общем порядке (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) наличия контроля у лица, не имеющего формально-юридических полномочий давать должнику обязательные для исполнения указания, истец лишен возможности ссылаться на приведенные в упомянутой презумпции обстоятельства. Несмотря на то, что подобные факты применительно к рассматриваемому периоду не образуют презумпцию контроля, суд должен дать им правовую оценку в контексте всей совокупности обстоятельств, установленных по обособленному спору, тем более, что на данные обстоятельства ссылался участник судебного спора.

Как отмечено в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 (далее - определение № 305-ЭС19-10079), предусмотренное, например, статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) такое основание для привлечения к субсидиарной ответственности как «признание должника несостоятельным вследствие поведения контролирующих лиц» по существу мало чем отличается от предусмотренного действующей в настоящее время статьей 61.11 Закона основания ответственности в виде «невозможности полного погашения требований кредитора вследствие действий контролирующих лиц», а потому значительный объем правовых подходов к толкованию положений как прежнего, так и ныне действующего законодательства является общим (в том числе это относится к разъяснениям норм материального права, изложенным в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53).

По смыслу пунктов 4, 16 постановления № 53 осуществление фактического контроля над должником возможно вне зависимости от наличия (отсутствия) формально-юридических признаков аффилированности. Суд устанавливает степень вовлеченности лица, привлекаемого к субсидиарной ответственности, в процесс управления должником, проверяя, насколько значительным было его влияние на принятие существенных деловых решений относительно деятельности должника. Если сделки, изменившие экономическую и (или) юридическую судьбу должника, заключены под влиянием лица, определившего существенные условия этих сделок, то такое лицо подлежит признанию контролирующим должника. При этом суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Доказательств, подтверждающих, что эксплуатация имущества ЗАО «Акрополь» после расторжения договора аренды осуществлялась исключительно по указаниям самого должника материалы дела не содержат.

Совместные действия должника и ЗАО «Евросиб Спб-ТС» привели к тому, что после расторжения договоров аренды и субаренды железнодорожные вагоны продолжали использоваться со стороны ЗАО «Евросиб Спб-ТС», а ЗАО «Акрополь» являясь собственником железнодорожных вагонов, не получал арендных платежей от их эксплуатации, что привело к планомерному увеличению кредиторской задолженности и причинило вред кредиторам.

Доводы ЗАО «Евросиб Спб-ТС» о полном возмещении вреда правомерно отклонены судом первой инстанции как несостоятельные.

Со стороны ЗАО «Евросиб Спб-ТС» исполнены требования судебных актов об оспаривании платежей и соглашений о зачете заключенных с ООО «Конкордат».

При этом вред кредиторам причиненный незаконными действиями ООО «Конкордат» и ЗАО «Евросиб Спб-ТС» заключается в неправомерном использовании вагонов принадлежащих на праве собственности ЗАО «Акрополь» и их возврат не уполномоченному лицу, повлекший их утрату.

Требования ЗАО «Акрополь» установлены в деле о банкротстве и включены в реестр требований кредиторов ООО «Конкордат». Соответствующие требования по результатам процедуры конкурсного производства остались не удовлетворены, что и явилось основанием для обращения в суд с настоящим заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности.

Доводы ЗАО «Евросиб Спб-ТС» об отсутствии причинно-следственной связи между действиями ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и банкротством ООО «Конкордат» также правомерно отклонены судом первой инстанции  как несостоятельные.

Требования ЗАО «Акрополь», включенные в реестр требований кредиторов ООО «Конкордат» составляют 63,35 % от общей суммы кредиторской задолженности.

При этом, основанием возникновения задолженности ООО «Конкордат» перед ЗАО «Акрополь» является в т.ч. задолженность по арендным платежам в рамках договора аренды подвижного состава № 001-АВ от 28.01.2013г., а также возмещение убытков в связи с утратой предмета аренды.

Как указывалось ранее и установлено судебными актами, задолженность образовалась именно в следствие неправомерных действий ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и должника.

Ссылка заявителя на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 12 апреля 2021 года, согласно которому полагает, что отсутствуют признаки злоупотребления правом со стороны ЗАО «Евросиб Спб-ТС» несостоятельна, поскольку предметом рассмотрения указанного обособленного спора являлось применение  последствий недействительности актов зачета требований и дана оценка действиям сторон до расторжения договора аренды в части возможности применения двусторонней реституции.

Доводы ЗАО «Евросиб Спб-ТС» о необходимости распределения совокупного размера ответственности в долях между всеми ответчиками также правомерно отклонены судом первой инстанции, поскольку действия ЗАО «Евросиб Спб-ТС» и ФИО8 признаны совместными, в связи с чем указанные лица привлечены к субсидиарной ответственности солидарно.

Ссылка ответчика на судебную практику по делу №А56-13492/2017 не принимается судебной коллегией во внимание, поскольку не имеет правового значения при рассмотрении настоящего обособленного спора, рассматриваемого в рамках дела о банкротстве.

На основании изложенного заявление конкурсного управляющего ФИО4 в части привлечения к субсидиарной ответственности ЗАО «Евросиб Спб-ТС» правомерно признано судом первой инстанции подлежащим удовлетворению.

В свою очередь, обращаясь с заявлением, ЗАО «Евросиб Спб-ТС» просило привлечь к субсидиарной ответственности ФИО5 и ЗАО «Акрополь».

Отказывая в удовлетворении заявления, суд первой инстанции правомерно исходил из следующего.

Согласно данных ЕГРЮЛ в отношении ООО «Конкордат» его участниками      являются: общество с ограниченной ответственностью «ВЕРДЕН» (с долей  участия 10% в уставном капитале; ФИО5 с долей участия 32,5% в уставном капитале; ФИО8 с долей участия 32,5% в уставном капитале; ФИО14   с   долей   участия   5,0%   в   уставном   капитале; доля в размере 20% в уставном капитале принадлежит самому должнику (ранее принадлежала ФИО10). 

Таким образом, ФИО5 относится к числу мажоритарных участников ООО «Конкордат», то есть обладает возможностью принятия управленческих решений в отношении должника.

Полагая, что ФИО5 своевременно не исполнена обязанность по созыву собрания для решения вопроса об обращении с заявлением о признании общества банкротом, ЗАО «Евросиб Спб-ТС» просит привлечь к субсидиарной ответственности ФИО5

В соответствии с п. 2 ст. 10 Закона о банкротстве в подлежащей применению редакции нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены ст. 9 Закона о банкротстве, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых Законом о банкротстве возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного и. 2 и и. 3 ст. 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с п. 4 ст. 10 Закона о банкротстве в случае банкротства должника по вине учредителей (участников) должника, собственника имущества должника - унитарного предприятия или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания или имеют возможность иным образом определять его действия, на учредителей (участников) должника или иных лиц в случае недостаточности имущества должника может быть возложена субсидиарная ответственность по его обязательствам.

Как указывалось ранее, по состоянию на 30.04.2014 года должник обладал признаками неплатежеспособности и недостаточности имущества.

Дальнейшее значительное ухудшение финансового положения ООО «Конкордат» произошло в результате проведения контролирующими лицами должника в период с 30.04.2014 года по 26.06.2017 года неправомерной хозяйственной детальности не отвечающей признакам добросовестности, разумности и должной осмотрительности.

Между тем, ФИО5 являлся участником общества с долей 32,5 %, но не занимал руководящие должности предприятия.

Предусмотренная абзацем 3 пункта 3.1 статьи 9 Закона о банкротстве обязанность лиц, имеющих право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника, либо иных контролирующих должника лиц потребовать проведения досрочного заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения о ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом в случае неисполнения руководителем должника обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротством была введена Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ, вступившей в силу 30.07.2017.

Вменяемое ФИО5 не исполнение соответствующей обязанности имело место в период до 29.09.2016 (дата обращения кредитора в арбитражный суд с заявлением о признании Общества банкротом).

Положения статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) в отличие от ошибочно примененной ЗАО «Евросиб СПб-ТС» статьи 9 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 266-ФЗ) возлагают обязанность по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом непосредственно на его руководителя, следовательно учредитель должника не может быть привлечен к субсидиарной ответственности по данному основанию.

Согласно изложенным в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве" разъяснениям, привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (п. 1 ст. 48 ГК РФ), его самостоятельную ответственность (ст. 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (ст. 10 ГК РФ).

Между тем, сам факт того, что ФИО5 является аффилированным лицом по отношению к должнику не может являться достаточным основанием для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, тем более в полном объеме по размеру непогашенных требований кредиторов должника. 

Доказательств, свидетельствующих о том, что действия ФИО5 привели к банкротству ООО «Конкордат» материалы дела не содержат.

Доказательств, подтверждающих, что ФИО5 оказывал влияние на руководство обществом также не представлено.

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности ЗАО «Акрополь», ЗАО «Евросиб Спб-ТС» указало на факт аффилированности ЗАО «Акрополь» по отношению к должнику, доведение его до банкротства и непринятие мер к истребованию задолженности.

В соответствии с правовой позицией сформулированой в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014, для цели квалификации требований ЗАО «Акрополь» в качестве корпоративных необходимо доказать совокупность следующих обстоятельств:

-фиктивная природа соответствующих отношений;

-негативное поведение потенциального кредитора в период предшествующий банкротству;

-отрицательное влияние кредитора на принятие должником управленческих решений;

-компенсационный характер предоставленных денежных средств.

Соответственно, является недостаточным указание на факт частичного сходства состава учредителей в ООО «Конкордат» и ЗАО «Акрополь», что следует из правовой позиции изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 06.07.2017 № 308-ЭС17-1556(2) по делу № А32-19056/2014.

Между тем, в деятельности кредитора отсутствует совокупность обязательных признаков позволяющих квалифицировать обязательства ООО «Конкордат» перед ЗАО «Акрополь» как корпоративные, т. к. воля сторон не направлена на совершение сделки по увеличению уставного капитала должника и формированию искусственной кредиторской задолженности.

Напротив, основанием возникновения задолженности являются, реальные арендные отношения.

Доказательств, подтверждающих, что ЗАО «Акрополь» оказывало влияние на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.) материалы дела не содержат.

В рамках рассмотрения требования ЗАО «Акрополь» установлено, что кредитором предпринимались действительные меры, направленные на возврат арендованного имущества в собственность ЗАО «Акрополь».

Распределение риска банкротства, в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса Российской Федерации) возможно на участника, контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

Доказательств, подтверждающих, что банкротство должника обусловлено косвенными действиями кредитора, материалы дела также не содержат.

Таким образом, ЗАО «Акрополь» не является соучастником реализации схемного решения которое привело к росту кредиторской задолженности и невозможности исполнения обязательств ООО «Конкордат».

Сама по себе аффилированность должника и ЗАО «Акрополь» не может являться достаточным основанием для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, тем более в полном объеме по размеру непогашенных требований кредиторов должника. 

На основании изложенного заявление ЗАО «Евросиб Спб-ТС» правомерно оставлено судом первой инстанции без удовлетворения.

Таким образом, доводы заявителя апелляционной жалобы сводятся к несогласию с оценкой, установленных по делу обстоятельств не могут являться основанием для отмены судебного акта.

Позиция заявителя основана на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный апелляционный суд

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение  Арбитражного суда Самарской области от 04 февраля 2021 года, принятое по заявлению ЗАО «Евросиб СПб-ТС» и заявлению конкурсного управляющего ФИО4 о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела  № А55-23768/2016 в обжалуемой части оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа, через арбитражный суд первой инстанции.

Председательствующий                       Е.А. Серова

Судьи                       Н.А. Мальцев

                                                                                                                      Н.А. Селиверстова