АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул., д. 8, Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

 

РЕШЕНИЕ

Дело № А27-23025/2020

город Кемерово

24 мая 2021 года

Резолютивная часть решения оглашена 18 мая 2021 года

Полный текст решения изготовлен 24 мая 2021 года

Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Бондаренко С.С.,

при ведении  протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в судебном заседании дело по иску индивидуального предпринимателя ФИО2, г. Кемерово (ОГРНИП 309420516200089, ИНН 

<

***>)

к открытому акционерному обществу «Кемеровский кондитерский комбинат», г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

Администрации города Кемерово, г. Кемерово (ОГРН 

<

***>,  ИНН 

<

***>)

Инспекции государственного строительного надзора Кемеровской области,

г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

Администрации Правительства Кузбасса, г. Кемерово (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора – ФИО3, г. Кемерово

о взыскании денежных средств,

при участии:

от истца – ФИО4, представитель по доверенности от 15.07.2020, удостоверение адвоката №414 от 16.12.2002 рег. №т42/409;

от ответчика ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат», г. Кемерово – ФИО5, представитель по доверенности от 22.09.2020, паспорт;

от ответчика Администрации города Кемерово, г. Кемерово – ФИО6, представитель по доверенности от 25.12.2020 №01-32/2939, паспорт, диплом;

от ответчика Инспекции государственного строительного надзора Кемеровской области г. Кемерово – ФИО7, представитель по доверенности от 11.01.2021, паспорт;

от Администрации Правительства Кузбасса, г. Кемерово – ФИО8 представитель по доверенности от 20.01.2020 И-10-16/312, паспорт;

от третьего лица – не явились, извещены

у с т а н о в и л:

индивидуальный предприниматель ФИО2 обратилась в суд с иском о солидарном взыскании с открытого акционерного общества «Кемеровский кондитерский комбинат», Администрации города Кемерово, Инспекции государственного строительного надзора Кемеровской области, Администрации Правительства Кузбасса 935 886 руб. ущерба (с учетом принятого судом ходатайства в порядке статьи 46 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Иск мотивирован уничтожением имущества истца в результате пожара ТЦ «Зимняя Вишня». Сторона истца полагает, что действия ответчиков находятся в причинно-следственной связи. По мнению истца, вред, причинённый имуществу истца, должен быть возмещен ответчиками солидарно. Размер ущерба определен стороной на основании справок, представленных в дело.

Полагает ничтожным соглашение от 14.01.2019, поскольку, заключено с целью создания смягчающих вину обстоятельств для лиц, привлекаемых к уголовной ответственности; нормативное обоснование статья 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Факт получения денежных средств не оспаривается, данные суммы учтены при расчете убытков. Размер реального ущерба составил 429 917 руб. (с учетом полученного возмещения), размер упущенной выгоды составил 505 969 руб.

Открытое акционерное общество «Кемеровский кондитерский комбинат» возражал против иска, указывая на отсутствие оснований для привлечения к деликтной ответственности; ссылаясь на соглашение  о полном возмещении ущерба от 14.01.2019, полагает, что его условиями  определён, подлежащий  возмещению размер ущерба. Размер компенсации ущерба потерпевшему, произведенный комбинатом на условиях и в порядке, определённом соглашением, является предельным, поскольку включает возмещение всех возникших и могущих возникнуть у потерпевшего убытков, а также компенсацию морального вреда, иных личных имущественных прав, деловой репутации. Выплата денежных средств по соглашению произведена 06.02.2019, что подтверждается платежным поручением от 06.02.2019 №001178.

Оснований для признания соглашения ничтожным не имеется.

Инспекция Государственного строительного надзора Кузбасса в отзыве указала, что не является причинителем вреда и из судебных актов по делу №А27-10312/2018 не следует причинно-следственной связи между действиями инспекции и наступившими последствиями. Обязательство возместить вред истцу прекращено исполнением соглашения с открытым акционерным обществом «Кемеровский кондитерский комбинат». Не доказан размер ущерба.

Администрация Правительства Кузбасса сослалась в отзыве на то, что является органом общей компетенции, не может являться надлежащим ответчиком по данному делу, поскольку отсутствуют какие-либо правовые основания для привлечения к участию в деле и возложения ответственности.

Администрация города Кемерово возражая, указала, что истцом не представлено доказательств причинно-следственной связи между убытками истца, возникшими в результате пожара либо возможных виновных действий третьих лиц и выдачей разрешения о вводе объекта в эксплуатацию в 2014 году.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований на предмет спора, привлечена ФИО3, надлежащим образом извещенная о дате и времени судебного разбирательства по правилам статей 121- 123 АПК РФ, явку представителя не обеспечившая и отзыв по существу иска не представившая.

Стороны в настоящем заседании поддержали свои позиции.

Заслушав позиции сторон, оценив представленные доказательства в отдельности и в их совокупности по правилам  статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд не находит оснований для удовлетворения иска, исходя из следующего.

Как следует из материалов дела, факт аренды помещения и передачи его для пользования подтверждается следующими документами: договором аренды нежилого помещения №А-17-17/01 от 27.07.2016, актом приема-передачи помещения от 27.07.2016, договором аренды нежилого помещения №ЗМ/О-1 от 15.11.2016, актом приема-передачи помещения от 15.11.2016; договором аренды нежилого помещения №ЗМ/О/2017 от 16.10.2017, актом приема-передачи от 16.10.2017, договором аренды нежилого помещения №3 от 01.01.2018, актом приемки-передачи помещения от 01.0.2018.

01.03.2018 между ИП ФИО2 и ФИО3 (арендодатель) заключен договор аренды, в соответствии с которым арендатор вновь принял во временное пользование за оплату помещение площадью 25 кв.м. на первом этаже здания, расположенное по адресу: г. Кемерово, п. Ленина, 35/2 – торгового центра «Зимняя вишня». Помещение предано по акту от 01.03.2018.

Факт заключения такого договора ответчиком не опровергнут.

Соглашением о расторжении от 24.04.2018 указанный договор аренды расторгнут.

25 марта 2018 года произошел пожар в здании, расположенном по адресу: 

<

...>. В результате пожара указанное здание, и, соответственно, помещение, которое арендовалось истцом, пришло в состояние, непригодное для использования. На дату рассмотрения дела здание снесено. Указанные обстоятельства являются общеизвестными и не подлежат доказыванию (часть 1 статьи 69 АПК РФ).

Полагая, что за уничтоженное в результате пожара имущество, находящееся  в арендованных помещениях, ответственность несет открытое акционерное общество "Кемеровский кондитерский комбинат", а также Администрация города Кемерово, Администрация Правительства Кузбасса, Инспекция государственного строительного надзора, истец обратился в суд с настоящим иском, в том числе, полагая, как указано  по тексту искового заявления, что имеет право на получение компенсации сверх причиненного ущерба, в том числе со ссылкой на статью 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

Пунктом 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации  договоры (иные сделки), а также случаи причинения вреда другому лицу предусмотрены в качестве самостоятельных оснований для возникновения гражданских прав.

По смыслу разъяснений, содержащихся в пункте 57 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее - Постановление N 7), между сторонами отношений из причинения вреда может быть заключено соглашение о возмещении причиненных убытков. В этом случае обязательство не меняет основание своего возникновения (из причинения вреда), а лишь обретает правовую определенность применительно к объему и порядку возмещения убытков потерпевшему.

Именно к числу таких договоров относится заключенное сторонами соглашение о полном возмещении ущерба в связи с пожаром ТРЦ «Зимняя вишня» от 14.01.2019, юридическая сила которого зависит от наличия либо отсутствия самого факта причинения вреда, подлежащего возмещению в установленном им порядке.

В силу пункта 1 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации  должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Аналогичным образом пункт 1 статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации устанавливает, что вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. При этом, удовлетворяя требование о возмещении вреда, суд в соответствии с обстоятельствами дела обязывает лицо, ответственное за причинение вреда, возместить вред в натуре или возместить причиненные убытки (статья 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Пунктом 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации  лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Как указано в пунктах 12, 13 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее Постановление  N 25) , по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 5 Постановления №7, кредитор представляет доказательства, подтверждающие наличие у него убытков, а также обосновывающие с разумной степенью достоверности их размер и причинную связь между неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником и названными убытками. Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных кредитору убытков, и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 ГК РФ).

Заявляя о  причинении вреда действиями открытого акционерного общества «Кемеровский кондитерский комбинат»,  индивидуальный предприниматель указал на обязанность ответчика  по  надлежащему  сервисному обслуживанию торгово-развлекательного центра, расположенного по адресу 

<

...>, включая текущий ремонт.

Исходя из приведенных выше норм права и разъяснений высших судебных инстанций, ответственность за такой вред может быть возложена на  ответчика  по одному из двух оснований: вследствие несоблюдения принятой на себя в силу договора обязанности по обеспечению сохранности соответствующих объектов инженерной инфраструктуры (статья 393 ГК РФ); по причине непосредственного собственного противоправного вмешательства в работу соответствующих систем (статья 1064 ГК РФ).

Действительно,   непосредственно между истцом и ответчиком не был заключён договор на сервисное обслуживание здания, однако опосредовано, через цепочку договоров аренды и субаренды части помещений в настоящем  здании, между арендаторами, и лицом, осуществляющим сервисное обслуживание торгово-развлекательного центра, возникают обязательственные отношения вследствие причинения вреда, в результате пожара, произошедшего 25.03.2018 года.

В данном случае, арбитражный суд не располагает доказательствами отсутствия вины  ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат» в происшедшем пожаре, напротив, выводы представленного в материалы дела заключения №Э/14-18 по второму, третьему и тринадцатому вопросам свидетельствуют о том, что системы автоматической противопожарной защиты  в ТРЦ «Зимняя вишня» (вторая очередь) свои функции при возникновении и в течение  пожара, произошедшего 25.03.2018 не выполнили, также  как и не выполнили свои функции системы  противопожарной защиты здания ПДЗ и СОУЭ;  установлены также нарушения требований  Федерального закона от 22.07.2008 №123 «Технического регламента о требованиях пожарной безопасности», Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 25.04.22012 №390, норм пожарной безопасности «Обучение мерам противопожарной безопасности работников организаций», утверждённые  приказом МЧС РФ от 12.12.2007 №645, находящиеся в примой причинно-следственной связи  как непосредственно с событием возникновения пожара, так и с наступившими последствиями в ходе его развития, включая причинение материального ущерба физическим и юридическим лицам.

Указанные выводы, ответчиком в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации документально не опровергнуты.

Поскольку ответчик принял на себя обязательства по надлежащему обеспечению пожарной безопасности в рамках оказания услуг по сервисному обслуживанию, то сам факт пожара, возникшего на четвертом этаже здания, повлекших уничтожение имущества, расположенного на втором этаже здания находится в сфере ответственности ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат».

В свою очередь,  уничтожение имущества в результате пожара свидетельствует об очевидной причинно-следственной связи между  ненадлежащим обеспечением ответчиком работы противопожарной защиты здания  и фактом вреда.

Вместе с тем, отказывая в удовлетворении иска, арбитражный суд исходит из того, что обязательство по возмещению вреда прекращено, в силу следующих обстоятельств.

В данном случае, как указывалось ранее, между индивидуальным предпринимателем ФИО2 и ОАО  "Кемеровский кондитерский комбинат" 14.01.2019 заключено соглашение о полном возмещении ущерба в связи с пожаром  ТРЦ «Зимняя Вишня», в соответствии с которым  определено, что ОАО  "Кемеровский кондитерский комбинат" в полном объеме возмещает ущерб потерпевшему, возникший в связи с пожаром ТРЦ «Зимняя Вишня», расположенного по адресу: 

<

...> (35/1,35/2,35А), в том числе включая сумму требований о возмещении ущерба/убытков, заявленных потерпевшим в гражданском иске по уголовному делу  на условиях настоящего соглашения.

Дополнительным соглашением от 05.02.2019 стороны уточнили условия соглашения в части банковских реквизитов и срока оплаты до 12.02.2019.

Суд отклоняет доводы истца о том, что представленное в материалы дела соглашение является ничтожной сделкой.

За исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки.

Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. (статья 168 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Не допускается использование гражданских прав в целях ограничения конкуренции, а также злоупотребление доминирующим положением на рынке.

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом.

В случае, если злоупотребление правом выражается в совершении действий в обход закона с противоправной целью, последствия, предусмотренные пунктом 2 настоящей статьи, применяются, поскольку иные последствия таких действий не установлены настоящим Кодексом.

Если злоупотребление правом повлекло нарушение права другого лица, такое лицо вправе требовать возмещения причиненных этим убытков.

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются. (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации)

Судом не установлены обстоятельства, подтверждающие, что открытое акционерное общество «Кемеровский кондитерский комбинат» при заключении соглашения от 14.01.2019 действовало в нарушение положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации. Также судом не установлено, что оспариваемая сделка, нарушает требования закона или иного правового акта и при этом посягает на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц.

Соглашение от 14.01.2019, направлено на определение размера ущерба  причиненного истцу в результате пожара и порядок его возмещения, и как следствие прекращение  обязательства из причинения вреда.

Таким образом, представленное соглашение отвечает признакам сделки, установленным статьёй 153 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По смыслу статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации  и согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 N 49 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора", условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации). Буквальное значение слов и выражений определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела. Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду. Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

При таких обстоятельствах, для правильного определения содержания достигнутой сторонами соглашения от 14.01.2019 договоренности суд принимает во внимание цель вступления в соответствующие договорные отношении, а именно направленность материально-правового интереса каждой из сторон настоящего соглашения.

Как следует из буквального прочтения абзаца пятого пункта 2 соглашения,  согласованная сторонами сумма возмещения,  в том числе включает в себя в полном объеме: размер рыночной стоимости утраченного и (или поврежденного пожаром имущества потерпевшего (товарно-материальных ценностей, прочего имущества, принадлежащего или используемого, арендуемого, эксплуатируемого потерпевшим, расположенного в помещения ТРЦ «Зимняя Вишня» или на прилегающей территории;  расходы на приобретение и эксплуатацию утраченного в результате пожара имущества потерпевшего; неполученные доходы (неполученная прибыль) от эксплуатации и(или) повреждения  утраченного в результате пожара имущества;  иные расходы и издержки, понесенные потерпевшим  в связи с пожаром в том числе издержки на вывоз, демонтаж,  имущества потерпевшего в результате пожара в ТРЦ «Зимняя Вишня»; расходы, издержки, убытки, штрафные санкции, связанные с урегулированием потерпевшим его взаимоотношений с иными лицами (контрагентами, поставщиками, покупателями товаров потерпевшего, субарендаторами и т.д.);  моральный вред и (или) иные нарушения личные/деловые неимущественных прав потерпевшего; расходы на оплату банковских процентов, погашение платежей по кредитным договорам, прочие расходы по кредитным договорам (в том числе связанные с возможным представлением дополнительного обеспечения по требованию банков); размер  излишне уплаченной арендной платы (или) гарантийного (обеспечительного) платежа (либо стоимость иного вида обеспечения), предусмотренного договором аренды /субаренды/пользования/, заключённого потерпевшим с ОАО «ККК» или иным владельцем помещения, у которого арендовал потерпевший.

Из  абзаца первого 2 соглашения  также следует, что  размер возмещаемого ущерба потерпевшему по согласованию сторон составляет 261 683 руб. 10 коп., указанный размер, как отмечено ранее,  включает в себя перечисленные в абзаце пятом настоящего пункта издержки потерпевшего, которые понесены стороной или могут быть понесены.

Цель заключения настоящего соглашения направлена на согласование сторонами размера ущерба, причиненного индивидуальному предпринимателю в результате пожара, а также на согласование порядка и срока его возмещения   ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат».

Тот факт, что сторонами согласован подлежащий возмещению ущерб в меньшем размере, не свидетельствует о ничтожности, заключённой между спорящими по настоящему делу субъектами сделки.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Таким образом, исходя из буквального содержания пункта первого статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации, предусматривается возможность возмещения ущерба в меньшем размере по соглашению сторон.

В силу пункта  4 статьи  421 Гражданского кодекса Российской Федерации условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья  422). В случаях, когда условие договора предусмотрено нормой, которая применяется постольку, поскольку соглашением сторон не установлено иное (диспозитивная норма), стороны могут своим соглашением исключить ее применение либо установить условие, отличное от предусмотренного в ней. При отсутствии такого соглашения условие договора определяется диспозитивной нормой.

Учитывая принцип свободы заключения договора, закрепленный в статье 421 Кодекса, арбитражный суд отклоняет, как не относящийся к рассматриваемому спору  довод истца о том, что ущерб,  причиненный уголовно наказуемым деянием,  подлежит возмещения в полном объеме.

В настоящем споре разрешаются обязательственные отношения, возникшие между истцом и ответчиком из причинения вреда, облачённые волей сторон в соглашение о полном возмещении ущерба, в связи с пожаром от14.01.2019

При оценке соглашения от 14.01.2019, применительно к абзацу второму статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, арбитражный суд также учитывает последующее поведение каждой из сторон, связанное с исполнением этого соглашения,  в частности,  факт оплаты ответчиком  согласованного сторонами размера ущерба и  принятие истцом 261 683 руб. 10 коп. в качестве такого возмещения,  согласно платежному  поручению №001178 от 06.02.2019.

Согласно пункту 1 статьи 407 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства прекращаются полностью или частично по основаниям, предусмотренным данным кодексом, другими законами, иными правовыми актами или договором.

Пунктом 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11.06.2020 N 6 "О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств" разъяснено, что обязательство прекращается полностью или частично по основаниям, предусмотренным ГК РФ, другими законами, иными правовыми актами или договором (пункт 1 статьи 407 ГК РФ). Перечень оснований прекращения обязательств не является закрытым, поэтому стороны могут в своем соглашении предусмотреть не упомянутое в законе или ином правовом акте основание прекращения обязательства и прекратить как договорное, так и внедоговорное обязательство, а также определить последствия его прекращения, если иное не установлено законом или не вытекает из существа обязательства (пункт 3 статьи 407 ГК РФ).

Следовательно, стороны вправе были прекратить обязательство по возмещению вреда, причиненного в результате пожара,  в порядке определенном в соглашении от 14.01.2019.

В отношении доводов ответчика о прощении долга, арбитражный суд указывает следующее.

Заключение соглашения о прощении долга под отменительным условием прямо гражданским законодательством не запрещено и не противоречит существу обязательства, положениям статьи 421 Гражданского кодекса Российской Федерации  и пункта 2 статьи 157 Гражданского кодекса Российской Федерации, позволяющего совершать сделки под отменительным условием (когда стороны поставили прекращение прав и обязанностей в зависимость от обстоятельства, относительно которого неизвестно, наступит оно или не наступит).

Так, из пункта 3 соглашения следует, что оплата и получение потерпевшим суммы возмещения по настоящему соглашению  исключает возможность повторного получения потерпевшим денежной компенсации материального и (или) морального ущерба от пожара, произошедшего в ТРЦ «Зимняя Вишня» 25.03.2018, в том числе страхового возмещения по договорам страхования по причине неосновательности обогащения потерпевшего при повторном возмещении вреда, ущерба, убытков,  морального вреда, возникшего, в связи с пожаром в ТРЦ в таком случае.

Подписание потерпевшим  настоящего соглашения при условии выполнения ОАО «ККК» своих обязательств по нему в полном объеме, является отказом потерпевшего от права требования к лицу, ответственному за убытки (причинение вреда). Потерпевший обязуется в течение двух рабочих дней с даты подписания настоящего соглашения  письменно уведомить страховщика (страховщиков) об отказе от права требования к лицу, ответственному за убытки (причинение вреда), отказаться от требования по страховой выплате  и представить доказательства такого уведомления страховщика.

Исходя из буквального толкования данных положений соглашения, суд приходит к выводу, что условие об отказе потерпевшего от права требования в сумме превышающей согласованный сторонами размер возмещения, применяется только в случае, если  ОАО «ККК» исполняет условия настоящего соглашения.

Поскольку  срок выплаты  согласованного размера ущерба определен сторонами  не позднее 12.02.2019 и соблюден ответчиком, что следует из представленного в материалы дела платежного поручения от 06.02.2019, то обязательство ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат» перед индивидуальным предпринимателем  ФИО2 по возмещению вреда в результате пожара 25.03.2018  прекращено в результате его надлежащего исполнения ответчиком, что исключило право требования потерпевшего  от  ответчика суммы возмещения сверх согласованного размера.

Рассматривая требования истца к иным ответчикам (Администрации города Кемерово, Инспекции государственного строительного надзора Кемеровской области, Администрации Правительства Кузбасса) суд отмечает следующее.

Статьей 60 Градостроительного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что в случае причинения вреда личности или имуществу гражданина, имуществу юридического лица вследствие разрушения, повреждения здания, сооружения либо части здания или сооружения, нарушения требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, сооружения собственник такого здания, сооружения (за исключением случая, предусмотренного частью 2 настоящей статьи), если не докажет, что указанные разрушение, повреждение, нарушение возникли вследствие умысла потерпевшего, действий третьих лиц или чрезвычайного и непредотвратимого при данных условиях обстоятельства (непреодолимой силы), возмещает вред в соответствии с гражданским законодательством и выплачивает компенсацию сверх возмещения вреда:  1) родственникам потерпевшего (родителям, детям, усыновителям, усыновленным), супругу в случае смерти потерпевшего - в сумме три миллиона рублей; 2) потерпевшему в случае причинения тяжкого вреда его здоровью - в сумме два миллиона рублей; 3) потерпевшему в случае причинения средней тяжести вреда его здоровью - в сумме один миллион рублей.

Поскольку настоящий истец не относится к числу лиц,  поименованных в части первой статьи 60 Кодекса, то истец  вправе претендовать лишь на возмещение вреда в  соответствии с  нормами гражданского законодательства.

Решением Рудничного районного суда города Кемерово от 09.12.2019 №2-1222/2019, вступившим в законную силу, установлено, что пожар возник в здании по причине нарушения собственником требований к обеспечению безопасной эксплуатации здания, несоблюдения обязанностей собственником по содержанию и обслуживанию системы пожаротушения, пожарной сигнализации.

В решении суда указано, что между арендатором и собственником ТРЦ возникли обязательственные отношения вследствие причинения вреда, в результате пожара, произошедшего 25.03.2018. В данном случае, выводы находящегося в материалах уголовного дела заключения №Э/14-18 по второму, третьему и тринадцатому вопросам свидетельствуют о том, что системы автоматической противопожарной защиты в ТРЦ «Зимняя вишня» (вторая очередь) свои функции при возникновении и в течение пожара, произошедшего 25.03.2018 не выполнили, также как и не выполнили свои функции системы противопожарной защиты здания; установлены также нарушения требований Федерального закона от 22.07.2008 №123 «Технического регламента о требованиях пожарной безопасности», Правил противопожарного режима в Российской Федерации, утвержденных постановлением Правительства РФ от 25.04.22012 №390, норм пожарной безопасности «Обучение мерам противопожарной безопасности работников организаций», утверждённые приказом МЧС РФ от 12.12.2007 №645, находящиеся в прямой причинно-следственной связи как непосредственно с событием возникновения пожара, так и с наступившими последствиями в ходе его развития, включая причинение материального ущерба физическим и юридическим лицам. Поскольку ответчик принял на себя обязательства по надлежащему обеспечению пожарной безопасности в рамках оказания услуг по сервисному обслуживанию, то сам факт пожара, возникшего на четвертом этаже здания, повлекших уничтожение имущества, расположенного на втором этаже здания находится в сфере ответственности ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат».

Таким образом, Рудничный районный суд г.Кемерово пришел к выводу о том, что уничтожение имущества в результате пожара свидетельствует об очевидной причинно-следственной связи между ненадлежащим обеспечением ответчиком (ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат») работы противопожарной защиты здания и фактом вреда (абз. 4 л. 6 Решения).

Статья 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации закрепляет, что обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Таким образом, поскольку решением суда установлено, что причинителем вреда является ОАО «Кемеровский кондитерский комбинат», которым вред возмещен в добровольном порядке в 2019 году, оснований для солидарного взыскания с иных ответчиков, в том числе не имеется.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации понесенные истцом расходы от уплаты государственной пошлины по иску относятся на индивидуального предпринимателя, при этом  недостающая  сумма государственной пошлины подлежит взысканию с истца в доход  федерального бюджета, в связи с представлением истцу отсрочки в ее уплате при подаче искового заявления.

Руководствуясь статьями 110, 167-171, 176, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

В удовлетворении иска отказать.

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 в доход федерального бюджета 21 718 руб. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд, г. Томск в месячный срок со дня его принятия, в кассационном порядке в двухмесячный срок со дня вступления решения в законную  силу в Федеральный арбитражный суд Западно-Сибирского округа, г. Тюмень.

Судья                                                                                                С.С. Бондаренко