АРБИТРАЖНЫЙ СУД 

МОСКОВСКОГО ОКРУГА  

ул. Селезнёвская, д. 9, г. Москва, ГСП-4, 127994, официальный сайт: http://www.fasmo.arbitr.ru e-mail: info@fasmo.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

г. Москва 

21.11.2022 Дело № А40-200666/2021  

Резолютивная часть постановления объявлена 14 ноября 2022 года  

Полный текст постановления изготовлен 21 ноября 2022 года  Арбитражный суд Московского округа в составе:  

председательствующего-судьи Голобородько В.Я., судей Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н. при участии в заседании: 

от ООО «Апстрим инвест»: ФИО1 по дов. от 23.03.2022  

от конкурсного управляющего АО «Эльгера»: ФИО2 по дов. от 11.11.2022  от АО Банк Дом РФ: ФИО3 по дов. от 05.07.2021  

рассмотрев 14.11.2022 в судебном заседании кассационную жалобу ООО  «Апстрим инвест»  

на определение Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2022, на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 

по заявлению о включении требований в реестр требований кредиторов  должника  

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) АО  «Эльгера»,  

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 13.12.2021 в  отношении Акционерного общества «Эльгера» (ОГРН: 

<

***>, ИНН:  

7714244291) введена процедура наблюдения, временным управляющим  утвержден арбитражный управляющий ФИО4.  Сообщение об этом опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 18.12.2021.  

Решением Арбитражного суда города Москвы от 13.05.2022 АО «Эльгера»  признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство  сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО4 (ИНН 

<

***>, СНИЛС 

<

***>, почтовый  адрес: 191060, г. Санкт- Петербург, ул. Смольного, д. 1/3, подъезд 6). Сообщение  об этом опубликовано в газете «КоммерсантЪ» от 21.05.2022.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2022,  оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного  апелляционного суда от 13.09.2022, признано требование ООО «Апстрим- Инвест» к АО «Эльгера» в общем размере 73 359 723,57 руб. обоснованным,  подлежащим удовлетворению после удовлетворения требования кредиторов  включенных в реестр должника, но до распределения ликвидационной квоты.  

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением  суда апелляционной инстанции, ООО «Апстрим инвест» обратилось в  Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой  просит отменить определение суда первой инстанции и постановление суда  апелляционной инстанции в части признания требования ООО «Апстрим- Инвест» в размере 73 359 723,57 руб., подлежащим удовлетворению после  удовлетворения требования кредиторов включенных в реестр должника, но до  распределения ликвидационной квоты, включить требования ООО «Апстрим- Инвест» в размере 73 359 723,57 руб. в реестр требований кредиторов должника  АО «Эльгера» в третью очередь удовлетворения.  

Заявитель в кассационной жалобе указывает на неправильное применение  судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение  обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, утверждая,  что в нарушение принципов равенства кредиторов, суд первой инстанции  допустил понижение очередности удовлетворения требований кредитора  исключительно по признаку аффилированности с должником, а суд  

апелляционной инстанции указанные нарушения не устранил; вывод суда  апелляционной инстанции о том, что транзитный характер финансирования  исключает выполнение должником обязательств по кредитному договору с  Банком, не соответствует фактическим обстоятельствам дела; «транзитный  характер денежных средств, поступающих от конкурсного кредитора на счета  АО «Эльгера», не свидетельствовал о том, что подобная схема финансирования  была необходима исключительно для целей распределения рисков на случай  банкротства; суды не установили наличия у АО «Эльгера» на момент заключения  договора займа признаков объективного банкротства, при этом допустили  субординацию требования ООО «Апстрим Инвест».  

До судебного заседания от АО Банк Дом РФ, конкурсного управляющего  АО «Эльгера» поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены  к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.  

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ООО  «Апстрим инвест» доводы кассационной жалобы поддержал; представитель  конкурсного управляющего АО «Эльгера» в отношении удовлетворения  кассационной жалобы возражал.  

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность  решения, постановления, принятых арбитражным судом первой и  апелляционной инстанций, в пределах доводов, содержащихся в кассационной  жалобе и возражениях относительно жалобы, ввиду отсутствия возражений  сторон.  

Изучив материалы дела, заслушав объяснения представителей лиц,  участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, обсудив доводы  кассационной жалобы, проверив в порядке статей 286, 287, 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации законность обжалованных  судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит  оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной  жалобы, поскольку они основаны на неправильном толковании заявителем норм  материального права и направлены на переоценку исследованных судами  

доказательств, что, в силу норм статьи 286 и части 2 статьи 287Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не входит в полномочия суда  кассационной инстанции.  

В соответствии со статьей 223 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве)  рассматриваются арбитражным судом по правилам Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации с особенностями,  установленными федеральными законами, регулирующими вопросы  несостоятельности (банкротства).  

Как установлено судами, ООО «Апстрим-Инвест» обратилось с  требованием в размере 52 738 630,22 руб., основанных на договоре займа №  15/14 от 11.04.2014, и 20 621 093,35 руб., основанных на договоре уступки права  требования от 01.11.2011, по условиям которого цедент передал право  требования к ЗАО ФК «Торпедо Москва», вытекающее из договоров № 1/12-09з  от 08.12.2009, № 2/02-10з от 29.01.2010, № 01/07-10з от 14.07.2010, № 01/03-11з  от 01.03.2011, № 01/10-11з от 10.10.2011.  

Суд первой инстанции признав, что заявителем требований представлены  достаточные доказательства, подтверждающие наличие и размер задолженности,  в связи с чем требования ООО «Апстрим-Инвест» в заявленном размере  обоснованными и подлежащими удовлетворению в порядке очередности,  предшествующей распределению ликвидационной квоты, установив наличие  оснований для понижения очередности удовлетворения данного требования  (факт аффилированности заявителя и должника).  

С выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд. 

Доводы кассационной жалобы сводятся к тому, что заявитель не согласен с  понижением очередности его требования.  

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных  вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» (далее -  Постановление N 35) разъяснено, что в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 35 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера  

требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия  разногласий относительно этих требований между должником и лицами,  имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и  предъявившим требование кредитором - с другой стороны.  

При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам  следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только  требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства  наличия и размера задолженности, поскольку может иметь место злонамеренное  соглашение должника и конкретного кредитора с целью причинения вреда  имущественным правам иных кредиторов либо с целью ведения  контролируемого банкротства.  

Согласно пункту 2 Обзора, действующее законодательство о банкротстве не  содержит положений о безусловном понижении очередности удовлетворения  некорпоративных требований кредиторов, относящихся к числу  контролирующих должника лиц. Из фундаментального принципа автономии  воли и свободы экономической деятельности участников гражданского оборота  (статья 1 Гражданского кодекса Российской Федерации) следует право каждого  определять правовую форму инвестирования, в частности, посредством внесения  взносов в уставный капитал подконтрольной организации или выдачи ей займов.  Если внутреннее финансирование с использованием конструкции договора  займа осуществляется добросовестно, не направлено на уклонение от  исполнения обязанности по подаче в суд заявления о банкротстве и не нарушает  права и законные интересы иных лиц - других кредиторов должника, не имеется  оснований для понижения очередности удовлетворения требования, основанного  на таком финансировании.  

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов  контролирующие его лица объективно влияют на хозяйственную деятельность  должника. Поэтому в случае последующей неплатежеспособности (либо  недостаточности имущества) должника исходя из требований добросовестности,  разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 Гражданского кодекса  Российской Федерации) на такое лицо подлежит распределению риск  

банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на  неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о  несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных  (независимых) кредиторов.  

При предоставлении заинтересованным лицом доказательств, указывающих  на корпоративный характер заявленного участником требования, на последнего  переходит бремя по опровержению соответствующего довода путем  доказывания гражданско- правовой природы обязательства.  

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических  интересов допустимо через подтверждение аффилированности как юридической  (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через  корпоративное участие), так и фактической. Второй из названных механизмов  по смыслу абз. 26 ст. 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и  ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не  исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура  корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать  формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать  влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской  деятельности (Определение Верховного Суда Российской Федерации от  15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 № 305-ЭС18-17063).  

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от  06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 доказывание соответствующего контроля может  осуществляться путем приведения доводов о существовании между лицами  формально юридических связей, позволяющих ответчику в силу закона либо  иных оснований (например, учредительных документов) давать такие указания, а  также путем приведения доводов о наличии между лицами фактической  аффилированности в ситуации, когда путем сложного и непрозрачного  структурирования корпоративных связей (в том числе с использованием  офшорных организаций) или иным способом скрывается информация,  отражающая объективное положение дел по вопросу осуществления контроля  над должником.  

Согласно пункту 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при  банкротстве» установление фактического контроля не всегда обусловлено  наличием (отсутствием) юридических признаков аффилированности. Напротив,  конечный бенефициар, не имеющий соответствующих формальных полномочий,  в раскрытии своего статуса контролирующего лица не заинтересован и старается  завуалировать как таковую возможность оказания влияния на должника  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 07.10.2019 № 307- ЭС17-11745).  

Согласно позициям, изложенным в определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, от 26.05.2017 № 306- ЭС16-20056 фактическая аффилированность доказывается через подтверждение  возможности контролирующего лица оказывать влияние на принятие решений в  сфере ведения должником предпринимательской деятельности. О наличии  такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в  хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и  последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым)  участникам рынка.  

Как установлено судами, согласно Протоколу № 1 общего собрания  учредителей ЗАО «Эльгера» от 10.12.2001 принято решение о создании  юридического лица следующими лицами:  

- Закрытое акционерное общество Футбольный клуб «Внуково» - 40 %  акций;  

- ФИО5 - 30 % акций; - ФИО6 - 30 % акций. 

Тем же Протоколом генеральным директором ЗАО «Эльгера» избран ФИО6.  

Закрытое акционерное общество Футбольный клуб «Внуково» 16.03.2004  переименовано в Закрытое акционерное общество «Спортивный комплекс  «Внуково» (ЗАО «СК «Внуково», ИНН 

<

***>).  

Протоколом внеочередного общего собрания акционеров АО «Эльгера» от  04.06.2019 полномочия генерального директора ФИО6 подлежали  прекращению с 09.06.2019. Генеральным директором АО «Эльгера» избран  ФИО7 (текущий руководитель).  

ФИО6 является текущим генеральным директором ООО «Кортэкс  Трейн» (ИНН 

<

***>) и ООО «Финансовое проектирование и  консультирование» (ИНН 

<

***>).  

Участниками (учредителями) ООО «Кортэкс Трейн» (ИНН 

<

***>) с  2009 года являются АО «НПЦ «Универсал» (ИНН 

<

***>) и ООО  «Универсус» ООО (ИНН 

<

***>).  

Также ФИО6 в период с 24.10.2002 по 11.07.2019 являлся генеральным  директором ООО «Эйркрафт» (ИНН 

<

***>). Участником ООО «Эйркрафт»  со 100% долей является «Универсус» ООО (ИНН 

<

***>).  

ФИО7 является текущим генеральным директором АО  «Авиаконсорциум» (ИНН 

<

***>), ООО «Апстрим-Инвест» (ИНН  

<

***>).  

Участником ООО «Апстрим-Инвест» со 100% долей является АО  «Авиаконсорциум» (ИНН 

<

***>).  

Согласно Списку зарегистрированных лиц в реестре владельцев ценных  бумаг АО «Эльгера» по состоянию на 19.01.2022 акционерами должника  являются:  

- ФИО8 - 10 % обыкновенных акций;  - ФИО9 - 55 % обыкновенных акций;  - ФИО10 - 5 % обыкновенных акций;  

- ФИО11 - 30 % обыкновенных акций. 

ФИО8 (ИНН 

<

***>) является генеральным  директором Закрытого акционерного общества «Спортивный комплекс  «Внуково» (ЗАО «СК «Внуково», ИНН 

<

***>). Также ФИО8 владеет  10% долей в ООО «Марта-ХХ» (ИНН 

<

***>), 31,50% долей в «Универсус»  ООО (ИНН 

<

***>), 75% долей в ООО «ЦАВС» (ИНН 

<

***>).  

ФИО9 (ИНН 

<

***>) является генеральным  директором и единственным акционером ЗАО «Агент.РУ» (ИНН 

<

***>),  генеральным директором и единственным участником ООО «Агент.РУ Онлайн»  (ИНН 

<

***>), владеет 10% долей в ООО «Марта-ХХ» (ИНН 

<

***>),  ранее владел долей в «Универсус» ООО (ИНН 

<

***>).  

ФИО10 (ИНН 

<

***>) владеет 10% долей в ООО  «Марта-ХХ» (ИНН 

<

***>) и 3,50% долей в «Универсус» ООО (ИНН  

<

***>).  

ФИО11 (ИНН 

<

***>) владеет 10% долей в  ООО «МартаХХ» (ИНН 

<

***>), ранее владела 21% долей в «Универсус»  ООО (ИНН 

<

***>).  

Равно НПЦ «Универсал» (ИНН 

<

***>) и «Универсус» ООО (ИНН  

<

***>) владеют 50% долями в ООО «Мегабай» (ИНН 

<

***>).  

Генеральным директором ООО «Мегабай» (ИНН 

<

***>) является  ФИО12 (ИНН 

<

***>). Равно ФИО12 является с  2016 года генеральным директором ООО «Марта-ХХ» (ИНН 

<

***>).  

Ранее генеральными директорами ООО «Мегабай» (ИНН 

<

***>)  являлись ФИО13 (ИНН 

<

***>) и  ФИО14.  

ФИО13 (ИНН 

<

***>) в период с 2008 по 2011 год являлась  генеральным директором ООО «Кортэкс Трейн» (ИНН 

<

***>).  

АО «Эльгера» является учредителем следующих лиц: АО Футбольный Клуб  «Торпедо Москва» (ИНН 

<

***>), АО «ОАВС» (ИНН 

<

***>),  «Универсус» ООО (ИНН 

<

***>), ООО «Марта-ХХ» (ИНН 

<

***>).  

Генеральным директором «Универсус» ООО (ИНН 

<

***>) и АО  «Полет- Сирена» (ИНН 

<

***>) является ФИО15  (ИНН 

<

***>).  

Установив указанные обстоятельства, суды сделали обоснованный вывод о  том, что указанные выше юридические и физические лица относятся к одной  группе в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, статьи 9 Федерального  закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции».  

Согласно подпункту 3.1 пункта 3 Обзора контролирующее лицо, которое  пытается вернуть подконтрольное общество, пребывающее в состоянии  имущественного кризиса, к нормальной предпринимательской деятельности  посредством предоставления данному обществу финансирования (далее -  компенсационное финансирование), в частности, с использованием конструкции  договора займа, т.е. избравшее модель поведения, отличную от предписанной  Законом о банкротстве, принимает на себя все связанные с этим риски, в том  числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного  банкротства. Данные риски не могут перекладываться на других кредиторов  (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации). Таким образом,  при банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не  может быть противопоставлено их требованиям - оно подлежит удовлетворению  после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о  банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих  имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и  пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее -  очередность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).  

Как указано в пункте 3.3 Обзора судебной практики разрешения споров,  связанных с установлением в процедурах банкротства требований  контролирующих должника и аффилированных с ним лиц от 29.01.2020,  невостребование контролирующим лицом займа в разумный срок после  истечения срока, на который он предоставлялся, равно как отказ от реализации  права на досрочное истребование займа, предусмотренного договором или  законом (например, п. 2 ст. 811, ст. 813 ГК РФ), или подписание  дополнительного соглашения о продлении срока возврата займа по существу  являются формами финансирования должника. Если такого рода  финансирование осуществляется в условиях имущественного кризиса, позволяя  должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от  заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, то оно  признается компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех  

рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай  объективного банкротства  

Согласно п. 6 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц», утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, очередность  удовлетворения требования, перешедшего к лицу, контролирующему должника в  связи с переменой лица в обязательстве, понижается, ели основание перехода  этого требования возникло в ситуации имущественного кризиса должника.  

Из материалов дела следует, что заем предоставлен без соответствующего  обеспечения его возврата, при этом в условиях, когда финансовое состояние  должника не гарантировало возврата займа. Доказательств обратного материалы  дела не содержат Кроме того, кредитором каких-либо мер ко взысканию  указанной задолженности принято не было, ООО «Апстрим-Инвест» предъявило  требования к должнику в отношении спорной задолженности только в рамках  настоящего дела о банкротстве.  

Судами отмечено, что договор займа заключен 11.04.2014, между тем  стороны ежегодно заключали дополнительное соглашение к договору об  изменении сроков погашения займа, а именно в период с 31.12.2015 по  31.08.2019, что не свойственно в обычных отношениях между независимыми  участниками экономических отношений.  

Кроме того, из условий договоров уступки прав требований следует, что  покупка прав требований произведена по цене, эквивалентной сумме прав  требований кредиторов. В то же время, в соответствии с обычной деловой  практикой подобные сделки заключаются на условиях дисконта.  

Совокупность вышеперечисленных обстоятельств, по мнению судов,  указывает на то, что полученные должником от заявителя денежные средства не  являются заемными, а представляют собой компенсационное финансирование в  соответствии со смыслом этого понятия, приведенного в Обзоре судебной  практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах  банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним  

лиц, утвержденном Президиумом Верховного Суда Российской Федерации  29.01.2020 (далее - Обзор).  

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами  доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц,  руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно  определили спорные правоотношения, с достаточной полнотой выяснили  имеющие существенное значение для дела обстоятельства, пришли к  обоснованному выводу о доказанности заявителем реальности правоотношений  между должником и кредитором, которые вместе с тем, по своей сути,  представляют собой компенсационное финансирование общества,  осуществляемое внутри группы компаний, в ситуации нарастающего  имущественного кризиса и неплатежеспособности должника, что с учетом  разъяснения п. 3 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с  установлением в процедурах банкротства требований контролирующих  должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020, является основанием для  понижения очередности удовлетворения требования аффилированного с  должником на момент предоставления займа кредитора.  

Отклоняя доводы апелляционной жалобы кредитора, суд апелляционной  инстанции отметил, что заявителем жалобы не приведено доводов,  опровергающих выводы суда о наличии схемы внутирокорпоративного  финансирования и взаимосвязи аффилированных лиц, кассационная жалоба их  также не содержит.  

Отклоняя ссылку заявителя жалобы на то, что финансирование,  предоставленное должнику, было обусловлено условиями кредитного договора,  апелляционный суд принял во внимание, что кредитный договор № 

<

***> от  03.04.2017 заключен между Банком и ЗАО «СК Внуково».  

Кредитор ссылается на п.3.1.38.2 Кредитного договора, однако данный  пункт предусматривает возможность привлечения займов от АО «Эльгера» и/или  акционеров АО «Эльгера» в пользу ЗАО «СК Внуково». Данный пункт не  

содержит условий о том, что Банк согласовывает привлечение займов от  аффилированных лиц в пользу АО «Эльгера».  

Кроме того, п.3.1.38.11 Кредитного договора содержит условие, что займы  аффилированных лиц, не могут быть погашены ранее сроков исполнения по  Кредитному договору.  

В рассматриваемом случае кредитор не вносит денежные средства в  уставной капитал и даже не выдает заём напрямую ЗАО «СК Внуково», а  предоставляет заём опосредовано АО «Эльгера».  

Апелляционный суд признал, что в данном случае АО «Эльгера»  используется как транзитная компания для дальнейшего перечисления денежных  средств внутри группы компаний. Единственной целью создания такой схемы  является снижение риска потери денежных средств в случае банкротства, иного  обоснования выбора данной схемы финансировать кредиторов не представлено.  

Кроме того, к возникшим правоотношениям допустимо применение  положений, отраженных в пункте 9 Обзора от 29.01.2020, согласно которым  очередность удовлетворения требования контролирующего должника лица о  возврате займа, предоставленного в начальный период осуществления  должником предпринимательской деятельности, может быть понижена, если не  установлено иных целей выбора такой модели финансирования, кроме как  перераспределение риска на случай банкротства  

Уставный капитал АО «Эльгера» с 2002 г. в размере 10 000 руб. и  необеспеченность собственным имуществом в целях погашения задолженности,  а равно транзитный характер всех обязательств должника, в первую очередь,  направленных на финансирование строительства ЗАО «СК «Внуково»  гостиничного комплекса, с учетом изложенного выше, однозначно не позволяют  сделать вывод о возможности учета требования кредитора в составе третьей  очереди реестра требования.  

Суд кассационной инстанции полагает, что выводы судов соответствуют  фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего  законодательства, в связи с чем оснований для иной оценки выводов судов у  суда кассационной инстанции не имеется.  

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной  жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании  норм материального и процессуального права и направленные на переоценку  доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме  того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в  суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.  

Переоценка имеющихся в материалах дела доказательств и установленных  судами обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий  арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей  286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является  безусловным основанием для отмены определения и постановления в  обжалуемой части в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.  

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 17.06.2022,  постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022, по  делу № А40-200666/20 оставить без изменения, кассационную жалобу без  удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в  срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке,  предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Председательствующий судья В.Я. Голобородько  Судьи: Н.А. Кручинина  

 Н.Н. Тарасов