Арбитражный суд Калининградской области 

Рокоссовского ул., д. 2, г. Калининград, 236040  

E-mail: info@kaliningrad.arbitr.ru  

http://www.kaliningrad.arbitr.ru 

Именем Российской Федерации  

Р Е Ш Е Н И Е

 

г. Калининград Дело № А21 - 10803/2017 

«24» мая 2018 года  

Резолютивная часть решения объявлена «17» мая 2018 года.  Решение изготовлено в полном объеме «24» мая 2018 года.  

Арбитражный суд Калининградской области в составе: Судьи Широченко Д.В., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной  ответственностью «Рос&Нефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  

к: 1) Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим  налогоплательщикам по Калининградской области (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>),  

 2) Межрайонной инспекции Федеральной налоговой службы № 9 по городу  Калининграду (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>),  

о признании решения и требования недействительными (в части), 

при участии в судебном заседании: 

от заявителя: представитель ФИО2 - на основании доверенности, паспорта,  представитель ФИО3 - на основании доверенности, паспорта,  

от заинтересованных лиц: 1) представитель ФИО4 - на основании доверенности,  служебного удостоверения, представитель ФИО5 - на основании доверенности,  служебного удостоверения, представитель ФИО6 - на основании доверенности,  служебного удостоверения, 2) извещен, не явился;  

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Рос&Нефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН  

<

***>) (далее - ООО «Рос&Нефть», общество, налогоплательщик, заявитель)  обратилось в Арбитражный суд Калининградской области с заявлением к Межрайонной  инспекции Федеральной налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по  Калининградской области (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) (далее - МИ ФНС,  налоговый орган, налоговая инспекция, инспекция) и Межрайонной инспекции Федеральной  налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>)  

(далее - МИ ФНС № 9) о признании недействительными вынесенного МИ ФНС в отношении  общества решения от 30 июня 2017 года № 639 о привлечении к ответственности за  совершение налогового правонарушения в части доначисления следующих налогов и сборов  (недоимки), привлечения к ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 122  Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ, Кодекс), за неуплату (неполную  уплату) сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы, иного правомерного  исчисления налога на добавленную стоимость (далее - НДС) или других бездействий:  

- по пункту 1 статьи 172 НК РФ (уменьшение ранее возмещенного НДС,  доначисление НДС) в размере 8 594 291,73 рублей;  

- по пункту 1 статьи 252 НК РФ (завышение расходов от реализации по налогу на  прибыль) недоимка в федеральный бюджет в размере 442 907 рублей;  

- по пункту 1 статьи 252 (завышение расходов от реализации по налогу на прибыль),  пункту 1 статьи 122 НК РФ (недоимка в бюджет субъекта Российской Федерации) в размере  3 986 160 рублей;  

- пени по статье 75 НК РФ за неуплату НДС и налога на прибыль в сумме  3 328 314,70 рублей;  

- штрафа по пункту 1 статьи 252, пункту 1 статьи 122 (налог на прибыль в  федеральный бюджет) в размере 27 705,90 рублей;  

- штрафа по пункту 1 статьи 252, пункту 1 статьи 122 НК РФ (налог на прибыль в  бюджет субъекта Российской Федерации) в размере 249 352,90 рублей.  

Также ООО «Рос&Нефть» просило суд признать недействительным выставленного  МИ ФНС № 9 требование № 67855 об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени,  штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных предпринимателей) по состоянию на  30 октября 2017 года в части требования об уплате недоимки в размере 13 023 358,73 рублей,  пени в размере 3 328 314,70 рублей, штрафа в размере 277 058,80 рублей (всего в сумме  16 628 732,25 рублей).  

МИ ФНС № 9, надлежащим образом извещенная о дате, времени и месте судебного  заседания, состоявшегося 10 мая 2018 года, явку своего представителя в суд не обеспечила.  

Дело рассмотрено в отсутствие представителя МИ ФНС № 9 в порядке статьи 156  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

В ходе судебного заседания, состоявшегося 10 мая 2018 года, представители общества  заявленные требования поддержали в полном объеме, ссылаясь на представленные в дело  материалы и письменные пояснения, просили суд заявление удовлетворить.  

Представители МИ ФНС заявление не признали, ссылаясь на представленные в дело  материалы и изложенные в письменных отзывах аргументы, просили суд в удовлетворении  

заявленных требований отказать, полагая их по существу неправомерными и  необоснованными.  

В судебном заседании протокольным определением суда от 10 мая 2018 года  объявлен перерыв до 09 час. 30 мин. до 17 мая 2018 года; судебное заседание продолжено  после перерыва с участием представителей общества и МИ ФНС.  

Как дополнительно пояснили представители сторон, в порядке статьи 65  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации ими раскрыты и  предоставлены суду все известные им доказательства, имеющие значение для правильного и  полного рассмотрения дела, а каких-либо ходатайств, в том числе о представлении или  истребовании дополнительных доказательств, у них не имеется.  

Заслушав стороны, исследовав материалы дела и дав им оценку в соответствии со  статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд приходит к  следующему.  

Как следует из материалов дела, МИ ФНС в отношении общества проведена выездная  налоговая проверка по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты налога  на прибыль организаций, НДС, земельного налога, транспортного налога, налога на доходы  физических лиц (НДФЛ) за период с 01 января 2012 года по 31 декабря 2014 года, по  результатам которой составлен акт проверки от 20 февраля 2017 года № 357.  

Рассмотрев указанный акт проверки, иные материалы налогового контроля и  представленные налогоплательщиком письменные возражения, инспекция вынесла в  отношении заявителя оспариваемое решение от 30 июня 2017 года № 639 о привлечении к  ответственности за совершение налогового правонарушения (далее - решение), которым  общество на основании статьи 122 Кодекса привлечено к ответственности в виде начисления  277 058,80 рублей штрафа; обществу доначислена недоимка по налогам в общей сумме  13 023 358,72 рублей и пени в сумме 3 328 630,77 рублей.  

Общество обжаловало указанное решение в вышестоящий налоговый орган, однако  решением УФНС России по Калининградской области от 12 октября 2017 года № 06- 11/23505 принятое инспекцией решение оставлено без изменения, а жалоба  налогоплательщика - без удовлетворения.  

В связи со вступлением решения в законную силу, МИ ФНС № 9 выставила в адрес  налогоплательщика соответствующее требование № 67855 об уплате налога, сбора,  страховых взносов, пени, штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных  предпринимателей) по состоянию на 30 октября 2017 года, согласно которому обществу в  срок до 17 ноября 2017 года предложено уплатить недоимку в размере 13 023 358,73 рублей,  пени в размере 3 328 630,77 рублей и штраф в размере 277 058,80 рублей.  

Кроме того, решением Арбитражного суда Калининградской области от 12 октября  2017 года по делу № А21-1785/2017 в отношении общества введена процедура банкротства  конкурсное производство. Конкурсным управляющим утвержден Мельник Денис Сергеевич.  

Не согласившись с вынесенным МИ ФНС решением, а также выставленным МИ ФНС   № 9 требованием № 67855 по состоянию на 30 октября 2017 года, общество обратилось в  арбитражный суд с настоящим заявлением о признании этих ненормативных правовых актов  недействительными в обжалуемой части.  

По мнению заявителя, оспариваемые решение и требование не соответствуют  действующему законодательству Российской Федерации о налогах и сборах и нарушают  права и законные интересы налогоплательщика в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности путем необоснованного возложения обязанности по уплате в  бюджет спорных сумм недоимки по налогам, пеней и штрафов. Изложенные в решении  выводы документально не подтверждены и не соответствуют фактическим обстоятельствам  деятельности общества.  

Фактически общество не согласно с решением и требованием в части доначисления  налога на прибыль и требования его уплаты в федеральный бюджет и бюджет субъекта  Российской Федерации в сумме 4 429 067 рублей за 2012-2013 годы, так как расходы,  учитываемые обществом при определении объекта обложения налогом на прибыль,  являются экономически обоснованными и документально подтвержденными. В качестве  документов, подтверждающих затраты, представлены все необходимые документы,  оформленные в соответствии с действующим законодательством Российской Федерации.  

Заявитель оспаривает доначисление НДС и требование его уплаты (в том числе ранее  возмещенного налоговым органом) в сумме 8 594 291,72 рублей за 1-4 кварталы 2012 года,  поскольку им был представлен необходимый комплект документов, подтверждающий право  на вычет НДС и его возмещение.  

Налогоплательщик полагает незаконным и начисление пени за неуплату налогов и  требования их уплаты в размере 3 328 630,77 рублей, в том числе пени по налогу на прибыль  в размере 1 373 477,55 рублей и пени по НДС в размере 1 954 837,15 рублей.  

Соответственно, заявитель считает незаконным привлечение к налоговой  ответственности статье 122 НК РФ виде штрафа и требования его уплаты в сумме 527 058,80  рублей (завышение расходов от реализации по налогу на прибыль).  

Вместе с тем общество, не оспаривает и признает нарушением им пункта 6 статьи 226  Кодекса и начисление в соответствии со статьей 75 НК РФ пени и требования их уплаты в  размере 316,07 рублей в связи с несвоевременным перечислением в бюджет НДФЛ.  

Согласно статье 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению,  основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании  имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость,  достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную  связь доказательств в их совокупности.  

Суд находит заявление подлежащим удовлетворению. При этом суд исходит из  следующего.  

В соответствии с частью 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в  арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых  актов, незаконными решений и действий (бездействия) государственных органов, органов  местного самоуправления, иных органов, должностных лиц, если полагают, что  оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие  (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и  нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают  иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической  деятельности.  

Частью 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  установлено, что обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного  правового акта закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия  оспариваемого решения, совершения оспариваемых действий (бездействия), наличия у  органа или лица надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, решения,  совершение оспариваемых действий (бездействия), а также обстоятельств, послуживших  основанием для принятия оспариваемого акта, решения, совершения оспариваемых действий  (бездействия), возлагается на орган или лицо, которые приняли акт, решение или совершили  действия (бездействие).  

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно  ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания  обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами,  органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых  актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган  или должностное лицо.  

По правилам статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  судопроизводство в арбитражном суде осуществляется на основе состязательности. Лица,  участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения  ими процессуальных действий.  

По смыслу части 7 статьи 3 НК РФ в сфере налоговых отношений действует  презумпция добросовестности, поскольку все неустранимые сомнения, противоречия и  неясности актов законодательства о налогах и сборах толкуются в пользу  налогоплательщика (плательщика сбора, плательщика страховых взносов, налогового  агента).  

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 12 октября 2006 года № 53 «Об оценке арбитражными судами обоснованности  получения налогоплательщиком налоговой выгоды» (далее - Постановление № 53) судебная  практика разрешения налоговых споров исходит из презумпции добросовестности  налогоплательщиков и иных участников правоотношений в сфере экономики. В связи с этим  предполагается, что действия налогоплательщика, имеющие своим результатом получение  налоговой выгоды, экономически оправданны, а сведения, содержащиеся в налоговой  декларации и бухгалтерской отчетности, - достоверны. Под налоговой выгодой для целей  настоящего Постановления понимается уменьшение размера налоговой обязанности  вследствие, в частности, уменьшения налоговой базы, получения налогового вычета,  налоговой льготы, применения более низкой налоговой ставки, а также получение права на  возврат (зачет) или возмещение налога из бюджета. Представление налогоплательщиком в  налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных  законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является  основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения,  содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Согласно пункту 6 Постановления № 53 судам необходимо иметь в виду, что  следующие обстоятельства сами по себе не могут служить основанием для признания  налоговой выгоды необоснованной создание организации незадолго до совершения  хозяйственной операции; взаимозависимость участников сделок; неритмичный характер  хозяйственных операций; нарушение налогового законодательства в прошлом; разовый  характер операции; осуществление операции не по месту нахождения налогоплательщика;  осуществление расчетов с использованием одного банка; осуществление транзитных  платежей между участниками взаимосвязанных хозяйственных операций; использование  посредников при осуществлении хозяйственных операций. Однако эти обстоятельства в  совокупности и взаимосвязи с иными обстоятельствами, в частности, указанными в пункте 5  

настоящего Постановления, могут быть признаны обстоятельствами, свидетельствующими о  получении налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.  

Пунктом 11 Постановления № 53 определено, что факт нарушения контрагентом  налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством  получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.  

На основании пунктов 1 и 2 статьи 171 Кодекса сумма НДС, исчисленная  налогоплательщиком по совершенным им операциям, признаваемым объектом  налогообложения, подлежит уменьшению на налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы  налога, предъявляемые налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) на  территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для  осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения, за исключением  товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 названного Кодекса; товаров (работ, услуг),  приобретаемых для перепродажи.  

Согласно пункту 1 статьи 172 Кодекса налоговые вычеты, предусмотренные статьей  171 названного Кодекса, производятся на основании счетов-фактур, выставленных  продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), документов,  подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на  основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 НК  РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 169 НК РФ счет-фактура является документом,  служащим основанием для принятия покупателем предъявленных продавцом товаров (работ,  услуг), имущественных прав сумм налога к вычету в порядке, предусмотренном главой 21  Кодекса.  

Таким образом, основными факторами, определяющими право налогоплательщика на  вычет сумм НДС по товарам (работам, услугам) являются их производственное назначение,  фактическое наличие, принятие на учет в соответствии с правилами бухгалтерского учета и  подтвержденное соответствующими первичными документами, также наличие надлежащим  образом оформленных счетов-фактур.  

Фактически обязанность подтверждать правомерность и обоснованность налоговых  вычетов первичной документацией лежит на налогоплательщике - покупателе товаров  (работ, услуг), поскольку им при исчислении итоговой суммы налога применяется вычет  сумм налога, начисленных поставщиками.  

Возможность применения налоговых вычетов по НДС обуславливается реальностью  осуществления хозяйственных операций, а также соблюдением требований статей 169, 171,  172 Кодекса в части достоверности сведений, содержащихся в первичных документах. В  

отсутствие реальных хозяйственных операций представленные налогоплательщиком  документы не могут быть признаны подтверждающими правомерность применения  налоговых вычетов по НДС.  

Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 05 марта 2009 года   № 468-О-О указал, что налогоплательщик, не обеспечивший документальное подтверждение  достоверности сведений и обоснованности требований, изложенных в документах, на  основании которых он претендует на получение налоговых вычетов, несет риск  неблагоприятных последствий своего бездействия в виде невозможности принятия к вычету  соответствующих сумм налога.  

Таким образом, при проверке обоснованности применения налоговых вычетов по  НДС судам в налоговых спорах необходимо исходить не только из формального  представления налогоплательщиком всех необходимых документов, но также устанавливать  реальность финансово-хозяйственных операций.  

Судом установлено, что основанием для доначисления обществу налога на прибыль и  налога на добавленную стоимость послужили выводы налогового органа о том, что ООО  «Рос&Нефть» проявлена не должная осмотрительность при выборе в качестве контрагентов  ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез»; ООО «Рос&Нефть» посредством  формального документооборота с этими контрагентами создана видимость реальности  исполнения договоров по поставке нефтепродуктов; ООО «Рос&Нефть» путем  согласованных действий с реальными поставщиками и формальным участием контрагентов  ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» с целью необоснованного  увеличения суммы налоговых вычетов по НДС и включения в расходы нереальных  хозяйственных операций с вышеуказанными контрагентами, что подтверждается  установленной совокупность обстоятельств, свидетельствующих о формальном  документообороте.  

По мнению налогового органа, указанные действия ООО «Рос&Нефть» повлекли за  собой искажение действительного экономического смысла совершенных хозяйственных  операций; осуществление операций, которые не обусловлены разумными экономическими  или иными причинами (целями делового характера); отражение в учете и отчетности  хозяйственных операций, которых не было в действительности.  

По мнению суда, такие выводы МИ ФНС не соответствуют фактическим  обстоятельствам деятельности налогоплательщика в проверяемый период 2012-2014 годов.  Основанием для такого вывода суда являются следующие факты.  

В соответствии со статьей 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на  прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Прибылью для  

российских организаций признаются полученные доходы, уменьшенные на величину  произведенных расходов, которые определяются в соответствии с главой 25 НК РФ.  

Статьей 248 НК РФ установлен порядок определения доходов; к доходам относятся  доходы от реализации товаров (работ, услуг) и имущественных прав (далее - доходы от  реализации), а также внереализационные доходы.  

При определении доходов из них исключаются суммы налогов, предъявленные в  соответствии с настоящим Кодексом налогоплательщиком покупателю (приобретателю)  товаров (работ, услуг, имущественных прав).  

Доходы определяются на основании первичных документов и других документов,  подтверждающих полученные налогоплательщиком доходы, и документов налогового учета.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 252 НК РФ налогоплательщик уменьшает  полученные доходы на сумму произведенных расходов. Расходами признаются  обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные  налогоплательщиком. Под обоснованными расходами понимаются экономически  оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме.  

Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты,  подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством  Российской Федерации, либо документами, оформленными в соответствии с обычаями  делового оборота, применяемыми в иностранном государстве, на территории которого были  произведены соответствующие расходы, и (или) документами, косвенно подтверждающими  произведенные расходы (в том числе таможенной декларацией, приказом о командировке,  проездными документами, отчетом о выполненной работе в соответствии с договором).  Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления  деятельности, направленной на получение дохода.  

Для определения налоговой базы по налогу на прибыль расходы должны  подтверждаться первичными учетными документами, обязательные реквизиты которых  указаны в части 2 статьи 9 Федерального закона от 06 декабря 2011 года № 402-ФЗ «О  бухгалтерском учете».  

По результатам выездной налоговой проверки инспекцией установлено  необоснованное включение обществом в состав расходов за 2012 год стоимости  нефтепродуктов по контрагентам ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» в  размере 22 145 337,28 рублей.  

Вместе с тем, суд соглашается с позицией общества о том, что последнее выполнило  все требования Кодекса для законного принятия расходов, уменьшающих доходы от  реализации товаров, работ, услуг по налогу на прибыль организаций по товарам,  

приобретенным у ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт». Общество  получило, оприходовало, оплатило и в дальнейшем реализовало товары, полученные от ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт». Все документы на приобретение товара  составлены в соответствии с действующим законодательством. Общество при заключении  договоров поставки проявило должную осмотрительность в выборе упомянутых  контрагентов.  

Согласно пункту 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить  общую сумму НДС, исчисленную в порядке статьи 166 НК РФ, на установленные этой  статьей налоговые вычеты. Вычетам подлежат суммы налога, предъявленные  налогоплательщику и уплаченные им при приобретении товаров (работ, услуг) на  территории Российской Федерации в отношении товаров (работ, услуг), приобретаемых для  осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с  главой 21 НК РФ, и товаров (работ, услуг) приобретаемых для перепродажи.  

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей  171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, предъявленных продавцами при  приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав,  документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на  территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией,  документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо  на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 НК  РФ.  

Налоговые вычеты по налогу на добавленную стоимость применяются только при  наличии соответствующих первичных документов на основании счетов-фактур (пункту 1  статьи 172 НК РФ).  

Для реализации права на вычет необходимо соблюдение следующих условий - оплата  товара с учетом НДС, его поступление и оприходование, наличие счетов-фактур,  соответствующих требованиям статьи 169 НК РФ.  

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом  оформленных документов, предусмотренных статьями 171, 172 НК РФ в целях получения  налоговой выгоды, является основанием для ее получения, если налоговым органом не  доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или)  противоречивы.  

В данном случае инспекцией установлено получение обществом необоснованной  налоговой выгоды, повлекшей занижение к уплате в бюджет суммы НДС за 2012 год по  

контрагентам ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» в размере  8 594 291,72 рублей.  

Однако налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в документах на  приобретение товара, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Относительно пункта 2.4.1 оспариваемого решения в части поставки товара  железнодорожным транспортом (поставщик - ЗАО «Пермьнефтесинтез»), суд отмечает  следующее.  

По мнению налогового органа, при проверке правильности определения расходов,  уменьшающих сумму доходов от реализации общества за 2012 год расхождение в сумме  расходов, уменьшающих доходы от реализации товаров (работ, услуг) по налогу на прибыль  составило в 2012 году 22 145 337,68 рублей, и возникло в результате неправомерного  завышения сумм расходов, уменьшающих доходы при исчислении налоговой базы по  налогу на прибыль путем необоснованного включения в состав расходов стоимости  нефтепродуктов по контрагентам ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт».  

Инспекцией установлено, что общество в 2012 году получало нефтепродукты не от  ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», от имени которых оформлены  документы на поставку нефтепродуктов, а от фактических поставщиков - ООО «БТК», ООО  «Магнатек», ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт», ОАО «ТНК-ВР Холдинг».  

По мнению налогового органа, в связи с тем, что обществом были заключены прямые  договоры поставки с ООО «БТК» от 26.12.2012 № 3/12, от 03.12.2013 № 06/04 с ООО  «Магнатек», от 30.04.2013 № 087/2013 с ООО «Лукойл-Северо-Западнефтепродукт», договор  комиссии от 10.08.2011 № 0809-2011, договор поставки от 12.04.2012 № 0411-2012, договор  поставки от 22.07.2014 № 0710-2014 с ОАО «ТНК-ВР Холдинг», договор поставки от  25.05.2012 № ТВХ-0448/12, указанный факт свидетельствует о том, что общество имело  возможность приобретения и поставки нефтепродуктов напрямую от производителей, без  участия контрагентов ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт».  

Вместе с тем, факт заключения указанных договоров (в том числе в более поздние  сроки) сам по себе не может свидетельствовать о несостоятельности доводов общества об  экономической обусловленности заключения договоров с ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт». В данном случае налоговым органом не доказана реальная  возможность для общества приобретения нефтепродуктов непосредственно у ООО  «Балтийская торговая компания», ООО «Магнатек», ООО «ЛУКОЙЛ-Северо- Западнефтепродукт», ОАО «ТНК-ВР Холдинг» в необходимом объеме и на тех же условиях  (более экономически выгодных), какие предоставило обществу ЗАО «Пермьнефтесинтез» и  ООО «Центрнефтепродукт», но по цене продажи первому продавцу.  

Налоговый орган считает, что примененная обществом схема приобретения товара  через посредников в совокупности с взаимозависимостью и согласованностью действий  участников сделки, совпадений текстов договоров, счетов - фактур и товарных накладных по  датам, свидетельствует о формальности отношений общества с ЗАО «Пермьнефтесинтез» и  ООО «Центрнефтепродукт» с целью получения необоснованной налоговой выгоды, как в  том числе и тот факт, что номинальные руководители ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт» отрицают осуществление какой-либо хозяйственной деятельности от  имени данных организаций и подписание первичных документов (договоров, счетов -  фактур, накладных ТОРГ-12). О формальности участия указанных контрагентов  свидетельствует, по мнению налогового органа, факт отсутствия представителей ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» в приемке товара, а также проставление  факсимиле и подписание первичных документов с подражанием подписи иными лицами.  

Однако суд не может согласиться с озвученной позицией со стороны инспекции - в  силу следующих причин.  

Между обществом (покупателем) и ЗАО «Пермьнефтесинтез» (продавцом) заключен  договор поставки № 01-02/12-НП от 01.02.2012 года; указанный договор заключен в  соответствии с действующим законодательством, недействительным в установленном  законодательством порядке не признан, был исполнен сторонами.  

Осуществление сделок через посредников, не по месту нахождения, при отсутствии  фактического движения товара между посредниками, как и наличие или отсутствие  договоров с ОАО «РЖД» на перевозку грузов и аренды нефтехранилища, не может  свидетельствовать о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в связи с  отражением в целях налогообложения расходов по налогу на прибыль по таким операциям,  поскольку указанные сделки не противоречат действующему гражданскому  законодательству.  

В данном случае примененная обществом схема покупки и продажи товара является  обычной практикой делового оборота, при которой посреднику нет необходимости  непосредственно физически принимать товар у производителя или предыдущего посредника,  с передачей на свой склад и последующей физической отгрузкой со склада покупателю,  поскольку в данном случае товар отгружается непосредственно от производителя до  конечного покупателя, поэтому сами по себе эти обстоятельства не могут свидетельствовать,  что общество либо его поставщик по операциям реализации нефтепродуктов являются  только участниками расчетов.  

Такой способ предпринимательской деятельности предусмотрен статьей 509 ГК РФ,  согласно которой покупатель товара в случае, предусмотренном договором, вправе  

потребовать от продавца осуществить отгрузку в адрес третьего лица. Товар фактически не  поступает на склад торговой организации, однако она по первому договору (с поставщиком)  все равно приобретает право собственности на него. По второму договору торговая  организация получает денежные средства от покупателя за поставленные товары.  Грузоотправителем в таком случае выступает не торговая организация, а поставщик товара  по первому договору.  

Отсутствие фактического движения товара от его поставщика к заявителю не может  бесспорно свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку  согласно пункту 5 Постановления № 53 осуществление сделок через посредников, не по  месту нахождения, при отсутствии фактического движения товара между посредниками, не  может свидетельствовать о необоснованной налоговой выгоде.  

Кодекс не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать  произведенные налогоплательщиком сделки с позиции экономической целесообразности,  рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений.  

Указание в железнодорожных накладных в качестве грузоотправителей третьих лиц, а  не поставщика нефтепродуктов, само по себе не противоречит требованиям действующего  законодательства и не свидетельствует о том, что в таких ситуациях действия каждого  участника сделки заранее согласованы и известны. В качестве отправителя могло выступать  и третье лицо, не являющееся собственником нефтепродуктов. Данное обстоятельство не  свидетельствует о нарушении обществом норм гражданского и налогового законодательства  и не может свидетельствовать о взаимозависимости и согласованности действий участников  сделок в целях получения необоснованной налоговой выгоды.  

Отношения, связанные с железнодорожными перевозками, регулируются  Федеральным законом от 10.01.2003 года № 18-ФЗ «Устав железнодорожного транспорта  Российской Федерации», в соответствии со статьей 2 которого грузоотправителем  (отправителем) является физическое или юридическое лицо, которое по договору перевозки  выступает от своего имени или от имени владельца груза, багажа, грузобагажа и указано в  перевозочном документе.  

Согласно пункту 2.8 Правил заполнения перевозочных документов, утвержденных  Приказом Министерства путей сообщения Российской Федерации от 18.06.2003 № 39, под  понятием «грузоотправитель» в железнодорожных накладных указывается лицо,  отправляющее груз, и которое заключило договор с перевозчиком.  

В связи с вышеизложенным, является неверным довод налогового органа, основанный  на том, что в железнодорожных накладных не поименованы ЗАО «Пермьнефтесинтез» и  

ООО «Центрнефтепродукт»; такой вывод не свидетельствует об отсутствии факта реального  осуществления названными контрагентами операций по поставке нефтепродуктов обществу.  

Совпадение текстов договоров, а также совпадение счетов-фактур и товарных  накладных по датам от ООО «Балтийская торговая компания» в адрес ООО  «Центрнефтепродукт» и от ЗАО «Пермьнефтесинтез» в адрес общества, оформленных в  один и тот же день, не является очевидным доказательством, подтверждающим  согласованность в действиях общества и его контрагентов, и формальность отношений  общества с ЗАО «Пермьнефтесинтез» в целях получения налоговой выгоды.  

В данном случае общество не нарушены положения статьи 513 ГК РФ, поскольку  общество совершило все необходимые действия по получению и оприходованию товаров, о  чем свидетельствуют соответствующие учетные документы.  

Согласно Постановлению Госкомстата России от 25.12.1998 года № 132, для  оформления продажи (отпуска) товарно-материальных ценностей сторонней организации  используется товарная накладная по форме ТОРГ-12 (Составляется в двух экземплярах).  Первый экземпляр остается в организации, сдающей товарно - материальные ценности  (топливо), и является основанием для их списания. Второй экземпляр передается сторонней  организации и является основанием для оприходования этих ценностей (топлива). Наличие  железнодорожной накладной по учету торговых операций данным Постановлением № 132  не предусматривается.  

Из материалов дела усматривается, что совместно с иными документами обществом  были представлены счета-фактуры, а также товарные накладные по форме ТОРГ - 12,  полученные от имени ЗАО «Пермьнефтесинтез» за период 2012 года, железнодорожные  накладные, которые содержат сведения о дате прибытия груза на станцию назначения.  Наличие и оформление данных документов, поименованных на страницах 12-14  направленного обществом в арбитражный суд заявления, налоговым органом не  оспаривается.  

МИ ФНС указывает, что факт формального документооборота между обществом и  ЗАО «Пермьнефтесинтез» подтверждается показаниями номинального руководителя ЗАО  «Пермьнефтесинтез», заявившего о непричастности к деятельности организации, и  результатами почерковедческой экспертизы, что согласно письму ФНС России № ЕД-5-9- 547/@ от 23.03.2017 недостаточно для вывода о получении налогоплательщиком  необоснованной налоговой выгоды.  

Налоговым законодательством не установлена обязанность лиц, занимающихся  предпринимательской деятельностью, устанавливать идентичность подписей в договорах,  актах сдачи-приемки выполненных работ, товарных накладных и счетах-фактурах, личность  

генерального директора контрагента, а также сдачу контрагентами налоговой и  бухгалтерской отчетности и уплату им налогов в бюджет. При этом по смыслу положений  статьи 3 НК РФ в сфере налоговых отношений действует презумпция добросовестности, в  связи с чем, правоприменительные органы не могут истолковывать понятие  «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на них дополнительные  обязанности, не предусмотренные законодательством.  

Данная позиция отражена в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09; в постановлении указано на отсутствие  обязанности организации проверять подлинность подписей в счетах-фактурах от имени  поставщиков, чтобы определить, уполномоченные ли лица их подписывали.  

Факт оприходования топлива по все вышеперечисленным документам в места  хранения налоговым органом подтверждается; факт оплаты обществом за полученное от  ЗАО «Пермьнефтесинтез» топливо налоговым органом также не оспаривается.  

Таким образом, факт реального осуществления обществом указанных операций с  учетом времени, места нахождения имущества, то есть факт приобретения и принятия на  учет обществом от ЗАО «Пермьнефтесинтез» топлива для последующего его использования  в предпринимательской деятельности подтвержден вышеперечисленными документами.  

Указание в железнодорожных накладных грузоотправителем товара производителей  (ОАО «Мозырский нефтеперерабатывающий завод», ОАО «Нафтан»), а грузополучателем - организации, осуществляющие хранение нефтепродуктов по договору с ООО «Рос&Нефть»  (ООО «Балтиктоп», ООО «Лукойл - Комплексный нефтяной терминал»), не может  свидетельствовать о формальном документообороте, поскольку продавцом указанного  товара является ЗАО «Пермьнефтесинтез»; доказательств того, что продавцом спорного  товара являлось иное лицо, налоговым органом не представлено. Кроме того, указанные  документы не подтверждают фактическую передачу товара и не являются основанием для  оприходования товара. В данном случае налоговый орган не доказал реальную возможность  для общества приобретения нефтепродуктов непосредственно у ООО «Балтийская торговая  компания» в необходимом объеме и на тех же условиях, какие предоставило обществу ЗАО  «Пермьнефтесинтез», но по цене продажи первому продавцу.  

Договор поставки нефтепродуктов № 01-02/12-НП между обществом и ЗАО  «Пермьнефтесинтез» заключен 01.02.2012 года. Порядок расчетов указан в пункте 7.1, а  именно: оплата продукции производится в порядке, установленном в соответствующем  приложении к договору.  

В соответствии с приложениями к договору поставки нефтепродуктов № 01-02/12-НП   №№ 3,4,5,6,7,8,9,14/1,14/2,15,19,20,21,22,23,24,27,28,29,30,31,32,33,34,35,36,37,38,39,40,41,42  

ЗАО «Пермьнефтесинтез» предоставляло заявителю отсрочку платежа на 7 календарных  дней со дня поставки товара.  

Несмотря на то, что предоплата поименована в приложениях №№ 1,2,  10,11,12,13,16,17,18,25,25/1,26,26/1,43,44,45, из ведомости взаиморасчетов следует, что  условия по предоплате выполнены только в отношении приложений 1 и 2, в остальных  случаях взаиморасчеты произведены с отсрочкой платежей.  

Доказательством того, что договор поставки с ЗАО «Пермьнефтесинтез» был  заключен ООО «Рос&Нефть» с целью получения товаров с отсрочкой платежа,  свидетельствует и тот факт, что по данным бухгалтерского учета в 2012 году ООО  «Рос&Нефть» имело задолженность перед ЗАО «Пермьнефтесинтез» по состоянию на:  

- 01.03.2012 – 7 477 450,16 рублей; - 01.04.2012 – 21 457 774,32 рублей; - 01.06.2012 – 30 253 810,10 рублей; - 01.07.2012 – 35 941 363,62 рублей; - 01.08.2012 - 25 780 550,01 рублей; - 01.09.2012 - 6 773 428,08 рублей; - 01.10.2012 – 27 411 497,55 рублей; - 01.11.2012 – 47 965 423,91 рублей; - 01.12.2012 – 7 175 639,73 рублей; - 01.01.2013 – 20 129 152,52 рублей; - 01.02.2013 – 8 284 711 рублей. 

Из анализа кредиторской задолженности ООО «Рос&Нефть» следует, что ЗАО  «Пермьнефтесинтез» предоставляло отсрочку платежа на сумму до 48 миллионов рублей.  Доказательств того, что у общества имелась возможность на таких же условиях (с отсрочкой  платежа) приобрести нефтепродукты у ООО «Балтийская торговая компания», налоговым  органом не представлено.  

Налоговым органом указывается, что факт ведения электронной переписки между  обществом и ЗАО «Пермьнефтесинтез» не подтвержден, однако по неизвестными причинам  МИ ФНС не приняты представленные обществом журналы входящей и исходящей  корреспонденции и иные доказательства.  

Безосновательно инспекцией отклонен и акт сверки взаимных расчетов, только лишь  со ссылкой на то, что свидетель ФИО8 при допросе указал, что деятельность  директора он исполнял формально.  

Согласно сложившейся судебной практике (постановление Федерального  арбитражного суда Московского округа по делу № А40-113781/11-129-471, Определение  

Конституционного Суда Российской Федерации от 16 октября 2003 года № 329-О)  истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими  положениями Конституции Российской Федерации не позволяют сделать вывод, что  налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в  многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов бюджет. Вывод о  недостоверности первичных документов, подписанных не лицом, значащимся в  учредительных документах контрагента в качестве руководителя, не может самостоятельно,  при отсутствии иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для  признания налоговой выгоды необоснованной, в связи с чем, протокол допроса и результаты  почерковедческой экспертизы при отсутствии иных доказательств не свидетельствуют о  получении обществом необоснованной налоговой выгоды.  

В свою очередь, в отношении пункта 2.4.2 обжалуемого решения (в части проверки в  отношении контрагента ЗАО «Пермьнефтесинтез») суд отмечает следующее.  

Согласно сведениям Федерального информационного ресурса «ЕГРЮЛ Физические  лица - Учредители», документам регистрационного дела ЗАО «Пермьнефтесинтез», допроса  ФИО8, ответа МИ ФНС № 20 по Московской области, протокола внеочередного  общего собрания учредителей, налоговый орган сделал вывод о том, что ФИО8 не  правоспособен выступать в качестве генерального директора ЗАО «Пермьнефтесинтез»;  ЗАО «Пермьнефтесинтез» присвоены критерии массового учредителя и массового  руководителя; за 2012 год ЗАО «Пермьнефтесинтез» представило декларации по налогу на  прибыль и НДС с исчисленными суммами налогов, подлежащих уплате в бюджет в  минимальном размере, что, по мнению налогового органа, в совокупности свидетельствует о  не проявлении обществом должной осмотрительности при выборе контрагента ЗАО  «Пермьнефтесинтез».  

Однако суд полагает, что имеющиеся в деле доказательства в их совокупности не  могут свидетельствовать о том, что общество не проявило должную осмотрительность при  выборе ЗАО «Пермьнефтесинтез» как контрагента, что общество знало или могло знать о  недобросовестности этого контрагента. Представленные к проверке доказательства не  опровергают реальность хозяйственных операций с такой организацией.  

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003   № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с  другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод о  том, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций,  участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет. По  смыслу положения, содержащегося в пункте 7 статьи 3 НК РФ, в сфере налоговых  

отношений действует презумпция добросовестности. Правоприменительные органы не  могут истолковывать понятие «добросовестные налогоплательщики» как возлагающее на  налогоплательщиков дополнительные обязанности, не предусмотренные законодательством.  

Ссылка налогового органа на сведения из ФИР «ЕГРЮЛ Физические лица -  Учредители» и ФИР «Риски» (о наличии пяти критериев рисков у контрагента), не может  быть принята во внимание, поскольку данные сведения не являются общедоступными, в  связи с чем, при заключении договора с рассматриваемым контрагентом общество не могло  воспользоваться таким Федеральным информационным ресурсом, содержащим справочную  информацию для принятия решения должностными лицами налоговых органов о  целесообразности проведения мероприятий налогового контроля в отношении конкретных  юридических лиц.  

Согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от 26.04.2016 №  305-КГ16-3048 факт включения юридического лица в ФИР не является однозначным  показателем его неблагонадежности.  

Из материалов дела следует, что договор поставки нефтепродуктов № 01-02/12-НП  между ООО «Рос&Нефть» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» заключен 01.02.2012 года. В пункте  11 этого договора поименованы документы, которые необходимы для проверки контрагента:  копии свидетельств о государственной регистрации, о постановке на налоговый учет; копия  решения/протокола об избрании исполнительных органов; копия приказа о вступлении в  должность генерального директора; выписка из ЕГРЮЛ (проверенная на официальном сайте  ФНС России).  

Сторонами не оспаривается, что общество запросило у ЗАО «Пермьнефтесинтез» и  получило указанные документы.  

По мнению суда, показания директора общества налоговым органом необоснованно  отнесены к фактам, свидетельствующим о не проявлении обществом должной  осмотрительности. Однако директор общества пояснял, что проверка контрагентов  обществом производится, но поскольку договоренности работать с отсрочкой платежа  выполнялись, необходимости задействовать службу безопасности не было. ЗАО  «Пермьнефтесинтез» получало и отправляло корреспонденцию, что также свидетельствует о  том, что указанное общество действительно осуществляло свою деятельность.  

Обществом установлено и налоговым органом не отрицается, что на момент  заключения договора генеральным директором являлся ФИО9.  Ему же по настоящее время принадлежит доля в размере 98% уставного капитала.  

Вторым учредителем общества является Мельникова Светлана Николаевна, и ей с  даты регистрации 07.10.2009 года и по настоящее время принадлежит 2% доли уставного  капитала общества.  

В дальнейшем 22 марта 2012 года новым генеральным директором общества избран  ФИО8. Обществом по почте в период действия договора было  получено уведомление о смене генерального директора (с приложением копии протокола №  5 от 14.03.2012 года, приказа № 2 от 14.03.2012 года и свидетельства о внесении записи за  государственным номером 2125012008658 от 22.03.2013 года). По данным ЕГРЮЛ, 22 марта  2012 года также внесена запись о смене единоличного исполнительного органа.  

В предоставленной копии протокола № 5 от 14.03.2012 года указано, что на собрании  участвуют ФИО9, имеющий 98% уставного капитала, и ФИО8 - секретарь собрания. На собрании имеется кворум 98%. ФИО10, имеющая 2% уставного капитала, на собрании не присутствует.  

Данные, имеющиеся у налогового органа, о смерти ФИО10, у общества отсутствовали, и получить их из общедоступных источников у  общества объективной возможности не имелось. Налоговым органом также не доказано, что  общество знало или могло знать об указанных фактах.  

Согласно представленным обществу документам, избрание ФИО8 является  правомочным, поскольку согласно имеющемуся у общества протоколу общего собрания от  14 марта 2012 года кворум на собрании имеется (98% голосов принадлежали ФИО9), что достаточно для принятия любого решения, связанного с изменениями, вносимыми  в учредительные документы ЗАО «Пермьнефтесинтез».  

Назначение нового директора зарегистрировано налоговым органом в установленном  законом порядке, и вся ответственность за внесение данных в ЕГРЮЛ лежит именно на  налоговых органах, а не на налогоплательщике.  

Налоговый орган указывает, что ФИО9 и ФИО8 являются  учредителями и директорами ряда других юридических лиц. При анализе данных,  имеющихся в ЕГРЮЛ, к массовым учредителям они не относятся.  

В обжалуемом решении указано, что ФИО9 и ФИО8 в  проверяемом периоде являлись массовыми учредителями. В проверяемом периоде  ФИО9 был участником в 5 организациях; в настоящее время ФИО9  является учредителем и других организаций.  

Из сведений ЕГРЮЛ следует, что с 14 октября 2013 года и по настоящее время  генеральным директором ЗАО «Пермьнефтесинтез» является ФИО11.  Внесение упомянутых изменений в записи ЕГРЮЛ также свидетельствуют о том, что ЗАО  

«Пермьнефтесинтез» осуществляло свою деятельность и в 2013 году. По состоянию на дату  рассмотрения спора по существу ЗАО «Пермьнефтесинтез» является действующим  предприятием; в числе предприятий, по которым принято решение об их исключении как  недействующих юридических лиц из ЕГРЮЛ, не числится; сведения о лицах, в отношении  которых факт невозможности участия (осуществления руководства) не числятся; по  сведениям о юридических лицах, имеющих задолженность по уплате налогов, значится, что  по состоянию на 01 февраля 2017 года, предприятие не имеет задолженность, превышающую  1 000 рублей; предприятие представляет налоговую отчетность; адрес регистрации не  является массовым; в реестре дисквалифицированных лиц не числится.  

Кроме того, у ЗАО «Пермьнефтесинтез» открыто 3 расчетных счета в различных  банках. Сторонами не оспаривается, что при открытии расчетного счета, при смене  директора, банки полностью проверяют весь пакет учредительных документов, и директор  организации лично подписывает карточку с образцами подписей.  

По мнению суда, наличие действующего расчетного счета является дополнительным  доказательством правомочности ФИО8 как генерального директора, и  добросовестности этой организации.  

В соответствии с условиями заключенного между обществом и этим контрагентом  договора поставки, оплата производилась на расчетный счет ЗАО «Пермьнефтесинтез». В  связи с тем, что общество на момент заключения договора не знало и не могло знать о том,  что ФИО8 мог действовать недобросовестно, его показания не свидетельствуют о  проявлении обществом не должной осмотрительности в отношении контрагента ЗАО  «Пермьнефтесинтез».  

По неизвестным причинам инспекцией не приняты во внимание доводы общества о  том, что за 4 квартал 2012 года в отношении общества была проведена камеральная  налоговая проверка; в соответствующем решении от 25 июля 2013 года № 340 года указано,  что в ходе мероприятий налогового контроля в отношении ЗАО «Пермьнефтесинтез»  налоговым органом установлено, что ЗАО «Пермьнефтесинтез» обладает  правоспособностью (зарегистрировано в установленном законом порядке, ИНН 

<

***>,  адрес: 117624, 

<

...>), виды деятельности организации  «прочая оптовая торговля», «организация перевозки грузов», соответствуют заключенным  договорам. Организация реально существует и находится по адресу, указанному в ЕГРЮЛ.  

В данном случае доказательства, полученные в рамках выездной налоговой проверки,  не только не дополняют установленные в рамках камеральной налоговой проверки факты, а  наоборот, выводы о формальном участии ЗАО «Пермьнефтесинтез» в финансово- 

хозяйственных отношениях с обществом, сделанные в ходе рассматриваемой выездной  налоговой проверки и ранее проведенной камеральной проверке, противоречат друг другу.  

В ходе камеральной проверки установлено, что договор между обществом и ЗАО  «Пермьнефтесинтез» от 01 февраля 2012 года со стороны последнего подписан  уполномоченным лицом - ФИО9 (учредитель, до 14.03.2012 года - генеральный  директор). Дополнительное соглашение к договору также подписано уполномоченным  лицом - генеральный директор с 14.03.2012 года ФИО8  

Указанные сведения, как указано в упомянутом решении от 25 июля 2013 года № 340,  являются достоверными и получены налоговым органом в ходе проведения контрольных  мероприятий контрагента общества.  

Кроме того, налоговым органом не учтено, что материалы проверки  свидетельствуют, что ЗАО «Пермьнефтесинтез» предоставляло в налоговый орган по месту  своего учета налоговую и бухгалтерскую отчетность, что также свидетельствует о  реальности существования и осуществления ЗАО «Пермьнефтесинтез» финансово- хозяйственной деятельности.  

По мнению суда, налоговым органом в оспариваемом решении не приведены  соответствующие доказательства, в чем именно (при заключении и исполнении сделок с  ЗАО «Пермьнефтесинтез») выразилась недобросовестность действий общества. Фактически  налоговый орган ссылается исключительно на недобросовестность в действиях контрагентов  общества и их поставщиков.  

Вместе с тем, согласно пункту 10 Постановления № 53 факт нарушения контрагентом  налогоплательщика своих налоговых обязанностей сам по себе не является доказательством  получения налогоплательщиком необоснованной налоговой выгоды.  

Налоговое законодательство также не содержит конкретного перечня документов,  которые налогоплательщик должен истребовать у контрагента в целях минимизации  налоговых рисков. Применительно к конкретным ситуациям проявление  налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности при заключении сделок  может подтверждаться различными документами. Минфин России в письмах от 21.07.2010   № 03-03-06/1/477, от 10.04.2009 № 03-02-07/1-177, от 13.12.2011 № 03-02-07/1-430 указал,  что об осмотрительности и осторожности налогоплательщика могут свидетельствовать  предпринимаемые налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности его  контрагента меры, такие как получение налогоплательщиком от контрагента копии  свидетельства о постановке на учет в налоговом органе; проверка факта занесения сведений  о контрагенте в Единый государственный реестр юридических лиц (ЕГРЮЛ); получение  доверенности или иного документа, уполномочивающего то или иное лицо подписывать  

документы от имени контрагента; использование официальных источников информации,  характеризующих деятельность контрагента.  

Запрос у контрагента копий свидетельства о государственной регистрации,  свидетельства о постановке на налоговый учет, устава, выписки из ЕГРЮЛ, документов,  подтверждающих полномочия руководителя, справки об отсутствии задолженности по  налогам, в большинстве случаев расценивается судами как доказательства проявления  стороной договора должной осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.  

Границы проявления должной осмотрительности определяются в том числе  доступностью сведений, которые могут быть получены налогоплательщиком о своих  контрагентах. Анализ сведений о контрагенте не может предполагать по существу  проведение мероприятий налогового контроля, на который налогоплательщик не  уполномочен. Законодательство не обязывает налогоплательщика при приобретении товаров  (работ, услуг), проверять, является ли учредитель, руководитель и главный бухгалтер  контрагента таковыми, лично знакомиться с генеральными директорами контрагентов и  проводить экспертизу их подписей на документах, контролировать нахождение контрагентов  по месту регистрации и осуществление ими расчетов с бюджетом.  

Меры, включающие в себя использование официальных источников информации,  характеризующих деятельность контрагента, предпринимаемые налогоплательщиком в  целях подтверждения добросовестности его контрагента, свидетельствуют о его  осмотрительности и осторожности при выборе контрагента.  

Для проявления должной осмотрительности в выборе контрагента налогоплательщику  достаточно убедиться в том, что контрагент зарегистрирован в соответствующем  государственном реестре, его исключение из ЕГРЮЛ в качестве недействующего  юридического лица не планируется, содержащиеся в договоре и первичных документах  сведения о контрагенте (ОГРН (ОГРНИП), ИНН, фамилия, имя, отчество руководителя и т.  д.) соответствуют общедоступным источникам информации, в частности, сведениям о  юридическом лице или индивидуальном предпринимателе, которые размещаются на  официальном сайте ФНС России в сети Интернет (Приказ Минфина России от 05.12.2013 №  115н).  

В оспариваемом решении отсутствуют доказательства того, что в отношении  упомянутого контрагента общество действовало без должной осмотрительности и  осторожности.  

Касательно пункта 2.4.3 решения (в части проведения проверки в отношении  контрагента ООО «Центрнефтепродукт») суд отмечает следующее.  

В решении налоговый орган указывает, что проведенными мероприятиями налогового  контроля установлена совокупность обстоятельств, доказывающих формальное участие ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» в искусственно созданной цепочке  перепродавцов нефтепродуктов с целью получения обществом необоснованной налоговой  выгоды в виде занижения налоговой базы по налогу на прибыль организаций, НДС,  вследствие необоснованного применения обществом налоговых вычетов и учета расходов по  операциям с данными контрагентами. Сумма неправомерно завышенных расходов в целях  исчисления налога на прибыль за 2012 год составила, по мнению инспекции, 2 857 674,26  рублей.  

Суд не может согласиться с озвученной позицией МИ ФНС, поскольку указанный  вывод носит предположительный характер, не подтвержден документально и не опровергает  достоверность доказательств, представленных обществом налоговому органу; кроме того,  налоговый орган, оперируя отдельными данными, свидетельствующими о  недобросовестности контрагентов (отсутствие по месту регистрации, предоставление  «нулевой» налоговой отчетности и т.д.), не учитывает иные обстоятельства,  свидетельствующие о том, что такие хозяйственные операции совершены.  

В решении отсутствуют доказательства, устанавливающие согласованность действий  контрагентов, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды, и  подтверждающих, что общество знало либо должно было знать о допускаемых  контрагентами нарушениях.  

Аргументы инспекции не свидетельствуют о номинальности ФИО12 как  генерального директора в настоящее время, так и не подтверждают тот факт, что в 2012 году  общество не проявило должную осмотрительность при выборе ООО «Центрнефтепродукт» в  качестве контрагента.  

Налоговый орган по неизвестным причинам не учел довод общества о том, что  сведения из ФИР «Риски» (о наличии двух критериев рисков у контрагента ООО  «Центрнефтепродукт») не являются общедоступными, в связи с чем, при заключении  договора общество не могло воспользоваться данным федеральным ресурсом.  

Как отмечено выше, указанный информационный ресурс содержит справочную  информацию для принятия решения должностными лицами налоговых органов о  целесообразности проведения мероприятий налогового контроля в отношении конкретных  юридических лиц и согласно Определению Верховного Суда Российской Федерации от  26.04.2016 № 305-КГ16-3048 факт включения юридического лица в ФИР не является  однозначным показателем его неблагонадежности.  

Движение денежных средств по расчетным счетам ООО «Центрнефтепродукт»,  носящее транзитный характер, само по себе не может свидетельствовать об участии  общества в какой-либо схеме денежных расчетов. Указанная схема не носит замкнутого  характера и не свидетельствует о возвращении обществу перечисленных им в адрес ООО  «Пермьнефтесинтез» денежных средств, либо об их формальном движении по кругу и  согласованности действий между всей цепочкой контрагентов.  

Согласно письму ФНС России от 23.03.2017 № ЕД-5-9/547@, при отсутствии  доказательств подконтрольности спорных контрагентов проверяемому налогоплательщику  налоговым органам необходимо исследователь и доказывать недобросовестность действий  самого налогоплательщика по выбору контрагента и обстоятельств, свидетельствующих о  невыполнении соответствующей хозяйственной операции контрагентом налогоплательщика  (по первому звену). В этом случае налоговыми органами в качестве самостоятельного  основания для возложения негативных последствий на налогоплательщика не могут  приводиться признаки недобросовестности второго и последующих звеньев цепочки  перечисления денежных средств по выпискам банков.  

По неизвестным причинам инспекцией не были приняты во внимание доводы  общества о том, что ООО «Центрнефтепродукт» фактически осуществляет финансово- хозяйственную деятельность. По данным налогового органа обороты по расчетным счетам  ООО «Центрнефтепродукт» по дебету и кредиту составляют за 2012 год 3 213 463 341  рублей по дебету и 3 203 040 575 рублей по кредиту.  

Последующий анализ бухгалтерской отчетности ООО «Центрнефтепродукт» за 2011 и  2012 годы фактически опровергает доводы налогового органа об отсутствии фактической  хозяйственной деятельности ООО «Центрнефтепродукт», поскольку по данным  бухгалтерской отчетности, полученной в программе, доступной налогоплательщикам для  проверки контрагентов «Контур-Фокус», имеются сведения об уставном капитале, прибыли,  дебиторской задолженности, выручке, отчете о прибылях и убытках, коммерческих  расходах, прочих доходах и расходах, чистой прибыли (убытке). Данные отчета о прибылях  и убытках свидетельствуют о наличии у рассматриваемого предприятия прибыли и налога на  прибыль. Наличие коммерческих расходов свидетельствует о том, что у контрагента  имеются общехозяйственные расходы (зарплата, аренда, транспортные расходы и прочее).  

Следовательно, является ошибочным утверждение МИ ФНС о номинальности ООО  «Центрнефтепродукт» в рамках финансово-хозяйственных отношений с обществом.  

В частности, налоговым органом безосновательно не приняты во внимание  письменные доказательства, представленные обществом и подтверждающие деловую  переписку между сотрудником общества и ООО «Центрнефтепродукт».  

Запрос от ООО «Центрнефтепродукт» на предоставление железнодорожных  накладных по произведенным поставкам по договору поставки № 37/11-П от 28.10.2011  между обществом и ООО «Центрнефтепродукт» для передачи на проверку в налоговые  органы подтверждает, что ООО «Центрнефтепродукт» подавало налоговые декларации и  являлось субъектом камеральных налоговых проверок, что также свидетельствует о  реальной финансово-хозяйственной деятельности ООО «Центрнефтепродукт» и отсутствии  формального документооборота на поставку товара.  

Кроме того, обществом налоговому органу представлено доказательство переписки по  электронному адресу с ООО «Центрнефтепродукт», безосновательно отклоненное  налоговым органом, в том числе, на основании того, что ФИО13,  отправлявшая электронное письмо на адрес info@centrnefteprodukt.ru, не является  сотрудником общества. Такой вывод проверяющих является ошибочным, поскольку ФИО13 является сотрудником общества с 22 августа 2011 года, о чем  свидетельствуют приказ о приеме на работу и справки по форме 2-НДФЛ.  

Неполучение ООО «Центрнефтепродукт» в настоящее время электронных и иных  сообщений, не может свидетельствовать о формальном документообороте общества с ООО  «Центрнефтепродукт» в 2012 году.  

Налоговым органом не учтено, что из анализа договоров, заключенных между ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез», и договора, заключенного между  обществом и ЗАО «Пермьнефтесинтез» следует, что они заключены на различных условиях.  ООО «Центрнефтепродукт» (пункт 2.2. договора поставки от 03.10.2012 № 02/63) поставляло  ЗАО «Пермьнефтесинтез» нефтепродукты с условиями 100% предварительной оплаты, а  ЗАО «Пермьнефтесинтез» обществу - с отсрочкой платежа (пункт 7.1 договора поставки  нефтепродуктов № 01-02/12-НП от 01.02.2012).  

Факты закупки ООО «Центрнефтепродукт» нефтепродуктов на Санкт-Петербургской  Международной товарно-сырьевой Бирже (интернет-сайт http://spimex.com/), договор с АО  «РДК» (ИНН 

<

***>), заключенный 14.02.2011 года, а также договор с ООО «ТСБ- Брокер» (ИНН 

<

***>) № ТСБ111 от 06.08.12 года, договоры с ОАО «Газпром нефть»   № КНП-12/27160/00161/Д от 15.02.2012 года, свидетельствуют о том, что ООО  «Центрнефтепродукт» реально существующая и действующая компания, заключение  договора с которой снижает риск неисполнения обязательств, свидетельствует о деловой  репутации компании и возможности заключения с ней контрактов на поставку  нефтепродуктов.  

Кроме того, в рамках этих договоров ООО «Центрнефтепродукт» несло расходы не  только на приобретение товаров, но и на брокерские, клиринговые и транспортные расходы  

по доставке данного топлива до склада покупателя. Следовательно, ООО  «Центрнефтепродукт» являлся реальным поставщиком как для ООО «Рос&Нефть», так и для  ООО «Пермьнефтесинтез».  

У ООО «Центрнефтепродукт» был заключен договор с ООО «Балтийская торговая  компания» (ИНН 

<

***>), директором которой является ФИО14. Эта компания отгружала нефтепродукты в адрес ОАО «Мозырский  нефтеперерабатывающий завод».  

В ходе камеральной проверки за 4 квартал 2012 директор ФИО14 пояснял, что  заключал договор с ООО «Центрнефтепродукт», документами обменивался по почте,  общался по телефону, ООО «Центрнефтепродукт» покупало нефтепродукты у ООО  «Балтийская торговая компания» на условиях 100% предоплаты, цена на таких условиях  выгодней, чем с отсрочкой.  

Налоговым органом не представлены надлежащие доказательства того, что общество  могло приобретать нефтепродукты непосредственно у ООО «Балтийская торговая  компания»; ООО «Балтийская торговая компания» продавало нефтепродукты только на  условиях 100% предоплаты, а у общества не было возможности приобрести товар на таких  условиях. Поэтому для приобретения товара и были использованы ресурсы крупных  московских трейдеров (ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез»). Общество  приобрело товар с отсрочкой платежа, по причине чего цена на товар была увеличена. ООО  «Балтийская торговая компания» в тот период времени отказало обществу в отсрочке  платежа.  

Заключение в последующем прямых договоров поставки (на иных условиях) между  обществом и ООО «Балтийская торговая компания», как и то, что генеральный директор  ООО «Балтийская торговая компания» показал, что в качестве покупателя ООО  «Центрнефтепродукт» ему рекомендовало общество, не может подтверждать ни формальный  документооборот, ни согласованность действий по созданию схемы по приобретению  нефтепродуктов у ООО «Балтийская торговая компания» с мотивом и целью умышленного  получения необоснованной налоговой выгоды самим обществом.  

Как отмечено выше, налоговым органом не представлено доказательств того, что  ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» не уплатили налоги в бюджет, что  операции по реализации нефтепродуктов обществу не были учтены ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» для целей налогообложения, и что у них  фактически отсутствовали материально-технические ресурсы, производственные активы,  складские помещения, транспортные средства, производственный персонал и работники,  

необходимые для осуществления заявленных видов деятельности, а также отсутствуют  факторы ведения деятельности, присущие хозяйствующим субъектам.  

Анализ бухгалтерской отчетности ООО «Центрнефтепродукт» за 2011 и 2012 годы  подтверждает добросовестность этого поставщика. Данные отчета о прибылях и убытках  свидетельствуют о наличии у предприятия прибыли и соответствующих налогов на прибыль.  Наличие коммерческих расходов свидетельствует о том, что у данного предприятия есть  общехозяйственные расходы, такие как зарплата, аренда, транспортные расходы и прочее.  

В этой связи, налоговым органом не установлено получение необоснованной  налоговой выгоды обществом вне связи с осуществлением реальной предпринимательской  или иной экономической деятельности с рассматриваемым контрагентом.  

В свою очередь, относительно содержащихся в пункте 2.4.4 решения выводов суд  отмечает следующее.  

Как определено инспекцией, совокупностью полученных доказательств в рамках  проведенных контрольных мероприятий, анализа документов, представленных обществом в  целях подтверждения факта поставки нефтепродуктов (железнодорожных накладных,  товарных накладных, счетов фактур, книг покупок), показаний подписантов первичных  документов, результатов проведенной почерковедческой экспертизы, налоговым органом  доказан формальный документооборот как между ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО  «Пермьнефтесинтез», так и между ЗАО «Пермьнефтесинтез» и обществом. Инспекцией  доказано не проявление должной осмотрительности, что в совокупности свидетельствует о  получении обществом необоснованной налоговой выгоды в рамках искусственно созданной  цепочки перепродавцов в адрес общества от поставщика ООО «Магнатек».  

Однако установление налоговым органом факта заключения между обществом и ООО  «Магнатек» договора поставки напрямую, на тех же условиях, что и с ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» в 2013 году, не может служить  доказательством создания формального документооборот с ООО «Центрнефтепродукт» и  ЗАО «Пермьнефтесинтез» в 2012 году.  

Из материалов дела усматривается, что обществом налоговому органу представлены  договор поставки нефтепродуктов с ЗАО «Пермьнефтесинтез», железнодорожные  накладные, счета-фактуры, накладные формы ТОРГ-12. Наличие и оформление данных  документов налоговым органом не оспаривается. Факт оприходования топлива по  вышеперечисленным документам в места хранения налоговым органом подтверждается.  Факт оплаты обществом за полученное от ЗАО «Пермьнефтесинтез» топливо налоговым  органом также не оспаривается, как и не отрицается факт возмездного приобретения таких  товаров.  

Вместе с тем, налоговым органом не представлено доказательств того, что общество  могло напрямую заключить договор поставки нефтепродуктов с ООО «Магнатек» в 2012  году. В данном случае общество не может отвечать за действия ООО «Магнатек», не  представившего по требованиям налогового органа документы, подтверждающие  взаимоотношения с ООО «Центрнефтепродукт», а указанный факт не может  свидетельствовать об отсутствии реальности отношений и операций между перепродавцами  нефтепродуктов по цепочке, отраженной на странице 25 решения, и формальном  документообороте с целью получения обществом необоснованной налоговой выгоды.  

Суд находит неверными доводы налогового органа о создании схемы с  использованием «технических» компаний - ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО  «Пермьнефтесинтез». Применяемая схема покупки и продажи товара является обычной  практикой делового оборота и не противоречит действующему гражданскому  законодательству, не может свидетельствовать о том, что общество либо его контрагент  являются участниками «схемы» и их деятельность направлена исключительно на получение  налоговой выгоды.  

Инспекция не представила надлежащих доказательств того, что общество как  налогоплательщик не проявило должную осмотрительность, знало или могло знать о  недобросовестности контрагентов.  

Относительно доводов, изложенных в пункте 2.4.5 решения, суд отмечает о выводе  инспекции о том, что совокупностью полученных доказательств в рамках проведенных  контрольных мероприятий, анализа документов, представленных обществом в целях  подтверждения факта поставки нефтепродуктов (железнодорожных накладных, товарных  накладных, счетов фактур, книг покупок), показаний подписантов первичных документов,  результатов проведенной почерковедческой экспертизы, налоговым органом доказан  формальный документооборот как между ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО  «Пермьнефтесинтез», так и между ЗАО «Пермьнефтесинтез» и обществом. Инспекцией  доказано не проявление должной осмотрительности, что в совокупности свидетельствует о  получении обществом необоснованной налоговой выгоды в рамках искусственно созданной  цепочки перепродавцов нефтепродуктов в адрес общества с участием реального поставщика  ООО «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт».  

В данном случае установление налоговым органом факта заключения между  обществом и ООО «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт» договора комиссии № 0809-2011  от 10.08.2011 года, договора поставки № 0411-2012 от 12.04.2012 (на условиях предоплаты),  договора поставки № 0710-2014 от 22.07.2014 (в более поздний период), не может служить  

доказательством того, что обществом создан формальный документооборот с ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» в 2012 году.  

Более того, ООО «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт» подтвердило факт  заключения договора поставки в адрес ООО «Центрнефтепродукт». Совпадение условий  договора поставки № 0414-2012 с условиями договора поставки между обществом и ООО  «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт» не может свидетельствовать о согласованности  действий между обществом и ООО «Центрнефтепродукт», поскольку при заключении  договоров поставки используются типовые формы договоров, что является обычной  практикой делового оборота.  

В данном случае обществом налоговому органу представлены договор поставки  нефтепродуктов с ЗАО «Пермьнефтесинтез», железнодорожные накладные, счета-фактуры,  накладные ТОРГ-12. Наличие и оформление данных документов налоговым органом не  оспаривается. Факт оприходования топлива по вышеперечисленным документам в места  хранения налоговым органом подтверждается, как подтверждается и факт оплаты  обществом за полученное от ЗАО «Пермьнефтесинтез». Такие товары были приобретены на  возмездной платной основе.  

Более того, налоговым органом не представлено доказательств того, что общество  могло напрямую заключить договор поставки нефтепродуктов с ООО «ЛУКОЙЛ-Северо- Западнефтепродукт». Примененная схема покупки и продажи товара является обычной  практикой делового оборота и не противоречит действующему гражданскому  законодательству, не может свидетельствовать, что общество либо его контрагент являются  участниками «схемы» и их деятельность направлена исключительно на получение  необоснованной налоговой выгоды. Совпадение по датам счетов-фактур и товарных  накладных, оформленных в один день, не является доказательством того, что поставки  товаров реально не осуществлялись. Мотивов для получения обществом необоснованной  налоговой выгоды налоговым органом также не установлено. Аналогичным образом  инспекцией не установлено, что общество не проявило должную осмотрительность, знало  или могло знать о недобросовестности контрагентов.  

Налоговый орган по неизвестным причинам не принял во внимание тот факт, что при  проведении расчета он производит его без учета представленных налоговому органу счетов  фактур от 28.06.2012, от 22.06.2012 на транспортные услуги, стоимость которых (на сумму  423 844,65 рублей) из расчета налоговый орган не исключил, сославшись на то, что  указанные счета-фактуры не использовались при проведении расчета, поскольку согласно  условиям договора, заключенного между обществом и ЗАО «Пермьнефтесинтез», указанные  расходы включаются в стоимость нефтепродуктов.  

В отношении выводов в пункте 2.4.6 решения суд отмечает, что инспекцией сделан  вывод что, совокупностью полученных доказательств в рамках проведенных контрольных  мероприятий, анализа документов, представленных обществом в целях подтверждения факта  поставки нефтепродуктов (железнодорожных накладных, товарных накладных, счетов -  фактур, книг покупок), показаний подписантов первичных документов, в качестве  руководителей организаций перепродавцов, а также результатов проведенной  почерковедческой экспертизы, налоговым органом, в том числе, доказан формальный  документооборот как между ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез», так и  между ЗАО «Пермьнефтесинтез» и обществом; доказано не проявление должной  осмотрительности, что также свидетельствует о получении обществом необоснованной  налоговой выгоды в рамках искусственно созданной цепочки перепродавцов  нефтепродуктов в адрес общества с участием реального поставщика ОАО «ТНК-ВР  Холдинг».  

Налоговый орган ошибочно отмечает, что полученные им документы по  приобретению обществом нефтепродуктов через цепочку перепродавцов от реального  поставщика ОАО «ТНК-ВР Холдинг», с учетом отраженных в решении доказательств,  свидетельствуют о формальном документообороте с участием номинальных организаций  (ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез»), созданном с целью получения  необоснованной налоговой выгоды.  

В данном случае обществом налоговому органу представлены договор поставки  нефтепродуктов с ЗАО «Пермьнефтесинтез», железнодорожные накладные, счета-фактуры,  накладные ТОРГ-12. Наличие и оформление данных документов налоговым органом не  оспаривается. Не отрицается МИ ФНС факт оприходования топлива по вышеперечисленным  документам в места хранения, и факт оплаты обществом за полученное от ЗАО  «Пермьнефтесинтез» топливо.  

В материалах проверки отсутствуют надлежащие, относимые и допустимые  доказательства того, что общество могло напрямую заключить договор поставки  нефтепродуктов с ОАО «ТНК-ВР Холдинг» с такими же условиями, которые предложило  ЗАО «Пермьнефтесинтез».  

Общество не отрицает факт заключения договора поставки с ОАО «ТНК-ВР  Холдинг» от 25.05.2012 № ТВХ-0448/12, однако указанный договор был заключен на  условиях предоплаты, когда ЗАО «Пермьнефтесинтез» предоставило отсрочку платежа.  

Аналогичным образом, примененная схема покупки и продажи товара является  обычной практикой делового оборота и не противоречит действующему гражданскому  законодательству; такая схема не может свидетельствовать, что общество либо его  

контрагент являются участниками «серой схемы» и их деятельность направлена  исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды. Совпадение по датам  счетов-фактур и товарных накладных, оформленных в один день, не является  доказательством того, что поставки реально не осуществлялись. Надлежащих доказательств  того, что общество не проявило должную осмотрительность, знало или могло знать о  недобросовестности контрагентов, налоговым органом не представлено.  

В отношении пункта 2.4.7 решения (в части проверки в отношении ЗАО  «Центрнефтепродукт») суд отмечает следующее.  

Налоговым органом в решении необоснованно указано, что информация, отраженная  в первичных документах по взаимоотношениям общества с ООО «Центрнефтепродукт», с  учетом проведенных мероприятий налогового контроля и установленной совокупностью  обстоятельств, свидетельствует о формальном документообороте общества с ООО  «Центрнефтепродукт»; подтвержденных, в том числе показаниями номинальных  руководителей ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», отрицающих  осуществление какой-либо хозяйственной деятельности от имени данных организаций, а  также отрицающих подписание первичных документов (договоров, счетов-фактур,  накладных ТОРГ 12) в рамках взаимоотношений с обществом, что подтверждается  выводами, указанными в экспертных заключениях № 108 от 23.05.2017, № 109 от 24.05.2017,   № 110 от 26.05.2017, № 111 от 26.05.2017. Полученные в рамках мероприятий налогового  контроля доказательства по мнению налогового органа свидетельствуют о не проявлении  должной осмотрительности общества при выборе контрагентов.  

Вместе с тем, обществом в ходе проверки представлены договор поставки  нефтепродуктов от 28.10.2011 года № 37/11-П с ООО «Центрнефтепродукт»,  железнодорожные накладные, счета-фактуры, накладные ТОРГ-12. Наличие и оформление  данных документов налоговым органом также не оспаривается, как не оспаривается и факт  оприходования топлива по вышеперечисленным документам в места хранения. Факт оплаты  обществом за полученное от ООО «Центрнефтепродукт» топливо налоговым органом не  оспаривается.  

Надлежащих доказательств того, что общество не проявило должную  осмотрительность, знало или могло знать о недобросовестности контрагентов, налоговым  органом не представлено.  

Так, ООО «Рос&Нефть» 28 октября 2011 года заключило договор на поставку  нефтепродуктов № 34/11-П с ООО «Центрнефтепродукт». При заключении договора  обществом была проведена проверка контрагента, по всем доступным официальным сайтам  и базе ЕГРЮЛ, обществом был запрошен полный пакет уставных документов этого  

контрагента, что свидетельствует о проявлении обществом должной осмотрительности и  реальности проводимых хозяйственных операций.  

Вся переписка производилась по официальный электронной почте  info@centrnefteproduct.ru, а налоговым органом не опровергнут факт осуществления  переписки с ООО «Центрнефтепродукт» с работником общества и существование в период  работы с ООО «Центрнефтепродукт» официального сайта (www.centrnefteproduct.ru), на  котором была расположена информация о трейдере ООО «Центрнефтепродукт».  

Налоговым органом необоснованно указано, что увеличение уставного капитала ООО  «Центрнефтепродукт» (19.09.2011 года в ЕГРЮЛ по был увеличен уставный капитал с  15 000 рублей до 30 415 000 рублей, запись № 6117747657373) не свидетельствует о  реальности операций между обществом и ООО «Центрнефтепродукт».  

Генеральным директором указанной организации являлся ФИО12; смена директора в ООО «Центрнефтепродукт» произошла 21.12.2012 года, при  этом, с официальной почты (info@centrnefteproduct.ru) на почту ООО «Рос&Нефть» пришло  информационное письмо о смене директора с приложением приказа № 4 от 13.12.2012 года и  решения № 7 от 13.12.2012 года. Данные изменения были зарегистрированы налоговыми  органами и отражены в ЕГРЮЛ.  

Кроме того с 28.02.2013 года и по сегодняшнее время (по данным ЕГРЮЛ)  генеральным директором вновь стал являться ФИО12, кроме того,  указанное лицо является единственным учредителем ООО «Центрнефтепродукт».  

Вывод инспекции о недостоверности первичных документов, подписанных не лицом,  значащимся в учредительных документах контрагента в качестве руководителя, не может  самостоятельно, при отсутствии иных фактов и обстоятельств, рассматриваться в качестве  основания для признания налоговой выгоды необоснованной, в связи с чем, результаты  почерковедческой экспертизы при отсутствии иных доказательств не свидетельствуют о  получении обществом необоснованной налоговой выгоды.  

Последующий анализ бухгалтерской отчетности ООО «Центрнефтепродукт» за 2011 и  2012 годы также подтверждает добросовестность ООО «Центрнефтепродукт» как  контрагента. Данные отчета о прибылях и убытках свидетельствуют о наличии у  предприятия прибыли и налога на прибыль. Наличие коммерческих расходов говорит о том,  что у предприятия есть общехозяйственные расходы, такие как зарплата, аренда,  транспортные расходы и прочее.  

Утверждение МИ ФНС об отсутствии у ООО «Центрнефтепродукт» материально- технической базы является голословным.  

Общество как самостоятельный субъект предпринимательской деятельности не может  отвечать, по каким причинам ООО «Центрнефтепродукт» не представлены документы по  требованиям, выставленным налоговым органом в 2017, 2016 годах. По данным самой  инспекции, ООО «Центрнефтепродукт» получало выручку за реализованные нефтепродукты  от ЗАО «Пермьнефтесинтез», в составе которой был исчислен НДС к уплате в бюджет.  

Также налоговым органом не представлено доказательств того, что общество могло  напрямую заключить договор поставки нефтепродуктов. Договор с ООО  «Центрнефтепродукт» был заключен ООО «Рос&Нефть» с целью получения товара с  отсрочкой платежа.  

Налоговым органом необоснованно не принят довод общества о том, что по данным  бухгалтерского учета в 2012 году ООО «Рос&Нефть» перед ООО «Центрнефтепродукт»  имело следующую задолженность: по состоянию на 01 января 2012 года - 14 208 650,76  рублей, по состоянию на 01 марта 2012 года - 1 646 295,82 рублей.  

Указанные факты также очевидным обществом подтверждают реальность  хозяйственных связей между обществом и ООО «Центрнефтепродукт».  

Сам по себе факт отсутствия предъявления со стороны ООО «Центрнефтепродукт» в  адрес общества претензий об уплате пени за задержку расчетов в соответствии с пунктом 8.3  договора поставки нефтепродуктов, заключенного между обществом и ООО  «Центрнефтепродукт», не может свидетельствовать о согласованности действий между  этими организациями и формальности документооборота, поскольку в соответствии с  действующим законодательством взыскание пени и штрафов является правом, а не  обязанностью соответствующей стороны.  

Также налоговым органом безосновательно отклонен факт того, что ООО  «Центрнефтепродукт» закупало нефтепродукты на Санкт-Петербургской Международной  товарно-сырьевой Бирже, а также наличие договора от 14.02.2011 года с АО «РДК» (ИНН  

<

***>), договора от 06.08.2012 с ООО «ТСБ-Брокер» (ИНН 

<

***>). В рамках  биржевых закупок обществом также заключен договоры с ОАО «Газпром нефть» (ИНН  

<

***>) № КНП-12/27160/00161/Д от 15.02.2012 года.  

В рамках этих договоров ООО «Центрнефтепродукт» несло расходы не только на  приобретение товаров, но и на брокерские, клиринговые и транспортные расходы по  доставке данного топлива до склада покупателя, следовательно, ООО «Центрнефтепродукт»  являлся реальным поставщиком для общества.  

Более того, договор № 37/11-П с ООО «Центрнефтепродукт» от 28.10.2011 года  заключен в соответствии с действующим законодательством, недействительным в  установленном законодательством порядке не признан и был исполнен сторонами.  

По мнению суда, осуществление сделок через посредников, не по месту нахождения,  при отсутствии фактического движения товара между посредниками, как и наличие или  отсутствие договоров с ОАО «РЖД» на перевозку грузов и аренды нефтехранилища, не  может свидетельствовать о получении обществом необоснованной налоговой выгоды в  связи с отражением в целях налогообложения расходов по налогу на прибыль по таким  операциям, поскольку указанные сделки не противоречат действующему гражданскому  законодательству. Применяемая обществом схема покупки и продажи товара является  обычной практикой делового оборота, при которой посреднику нет необходимости  непосредственно физически принимать товар у производителя или предыдущего посредника,  с передачей на свой склад и последующей физической отгрузкой со склада покупателю,  поскольку в данном случае товар отгружается непосредственно от производителя до  конечного покупателя, поэтому сами по себе эти обстоятельства не могут свидетельствовать  о том, что общество либо его поставщик по операциям реализации нефтепродуктов являются  только участниками расчетов.  

Как указано выше, такой способ торговли предусмотрен статьей 509 ГК РФ, - покупатель товара в случае, предусмотренном договором, вправе потребовать от продавца  осуществить отгрузку в адрес третьего лица. В таком случае товар фактически не поступает  на склад торговой организации, однако она по первому договору (с поставщиком) все равно  приобретает право собственности на него. По второму договору торговая организация  получает денежные средства от покупателя за поставленные товары. Грузоотправителем  выступает не торговая организация, а поставщик товара по первому договору.  

Отсутствие фактического движения товара от его поставщика к заявителю не может  бесспорно свидетельствовать о получении необоснованной налоговой выгоды, поскольку  согласно пункту 5 Постановления № 53 осуществление сделок через посредников, не по  месту нахождения, при отсутствии фактического движения товара между посредниками не  может свидетельствовать о необоснованной налоговой выгоде.  

Кодекс не содержит положений, позволяющих налоговому органу оценивать  произведенные налогоплательщиком сделки с позиции экономической целесообразности,  рациональности и эффективности хозяйственных взаимоотношений.  

Суд обращает внимание, что указание в железнодорожных накладных в качестве  грузоотправителей третьих лиц, а не поставщика нефтепродуктов, не противоречит  требованиям действующего гражданского законодательства. В качестве отправителя могло  выступать третье лицо, не являющееся собственником нефтепродуктов. Данное  обстоятельство не свидетельствует о нарушении обществом норм гражданского и налогового  законодательства.  

Применительно к статье 2 Устава железнодорожного транспорта и пункту 2.8 Правил  заполнения перевозочных документов (утверждены Приказом Министерства путей  сообщения Российской Федерации от 18.06.2003 № 39) суд находит необоснованным вывод  налогового органа о том, что поскольку в железнодорожных накладных не поименовано  ООО «Центрнефтепродукт», это свидетельствует об отсутствии факта реального  осуществления названными контрагентами операций по поставке нефтепродуктов обществу.  

Как отмечено выше, совпадение текстов договоров, а также совпадение счетов-фактур  и товарных накладных по датам от ОАО «ТНК-ВР Холдинг» в адрес ООО  «Центрнефтепродукт» и от ООО «Центрнефтепродукт» в адрес общества, оформленных в  один и тот же день, не является безусловным доказательством, подтверждающим  согласованность в действиях общества и его контрагентов.  

Совместно с иными документами обществом к проведению проверки были  представлены счета-фактуры, а также товарные накладные формы ТОРГ - 12, полученные от  ООО «Центрнефтепродукт», а также железнодорожные накладные, которые содержат  сведения о дате прибытия груза на станцию назначения (всего 9 счетов-фактур, накладных  ТОРГ-12 и железнодорожных накладных). Наличие и оформление данных документов  налоговым органом не оспаривается, как не оспаривается и акт оприходования топлива по  вышеперечисленным документам в места хранения.  

Следовательно, факт реального осуществления обществом указанных операций с  учетом времени, места нахождения имущества, то есть факт приобретения и принятия на  учет обществом от ООО «Центрнефтепродукт» топлива для последующего использования в  предпринимательской деятельности, подтвержден вышеперечисленными документами,  более того, налоговым органом не оспаривается.  

Ссылка налогового органа на то, что в железнодорожных накладных  грузоотправителем товара указан производитель (ОАО НГК «Славнефть»), а  грузополучателем – организация, осуществляющая хранение нефтепродуктов по договору с  ООО «Рос&Нефть (ООО «Балтиктоп») как обстоятельство, опровергающее реальность  сделки в связи с тем, что ООО «Центрнефтепродукт» не указано в качестве  грузоотправителя, не может быть принята во внимание, поскольку доказательств того, что  продавцом спорного товара являлось иное лицо, налоговым органом не представлено, а  указанные документы не подтверждают фактическую передачу товара и не являются  основанием для оприходования товара.  

Налоговый орган не доказал реальную возможность для общества приобрести  нефтепродукты непосредственно у ОАО «ТНК-ВР Холдинг» в необходимом объеме и на тех  же условиях, какие предоставило обществу ООО «Центрнефтепродукт», но по цене продажи  

первому перепродавцу, поскольку договор поставки нефтепродуктов № ТВХ-0448/12  заключен 25 мая 2012 года и на иных условиях оплаты.  

В свою очередь, в пункте 2.5 обжалуемого решения налоговым органом приведен  расчет налога на прибыль за 2012-2013 годы, однако совокупность доказательств,  отраженная в решении, не может свидетельствовать о формальном документообороте  общества с ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» и не проявлении  обществом должной осмотрительности.  

В этой связи суд находит необоснованным доначисление обществу налога на прибыль  за 2012 год в сумме 1 658 479 рублей и за 2013 год в сумме 2 770 588 рублей; обществом  правильно исчислен убыток за 2012 год в сумме 13 852 940 рублей и налоговая база за 2013  год правомерно уменьшена на сумму указанного убытка.  

Суд считает, что налоговым органом не установлено получение налоговой выгоды  обществом вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной  экономической деятельности, все аргументы налогового органа являются ошибочными,  поскольку общество выполнило требования НК РФ для законного принятия расходов,  уменьшающих доходы от реализации товаров, работ, услуг по налогу на прибыль  организаций по товарам, приобретенным у ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт». Общество получило, оприходовало, оплатило и в дальнейшем  реализовало товары, полученные от ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт». Все документы на приобретение товара составлены в соответствии с  действующим законодательством. Общество при заключении договоров поставки проявило  должную осмотрительность (запрошены, получены и проанализированы учредительные  документы поставщиков, имеются свидетельства о постановке на учет в налоговом органе,  информационные письма об учете в Росстате, главным бухгалтером проверены сведения об  организациях по системе «Контур-экстерн», документы получались и отправлялись  почтовыми отправлениями и с использованием электронной почты, сведения о контрагентах  были размещены на официальных сайтах в сети интернет).  

Суд обращает внимание, что налоговый орган не квалифицировал совершенные  правонарушения со ссылками на соответствующие нормы Кодекса, законодательных и иных  нормативных правовых актов о налогах и сборах, которые нарушены проверяемым лицом.  Кроме того, само по себе решение содержит ряд субъективных предположений  проверяющих, не основанных на достаточных доказательствах; это решение не содержит  всех существенных обстоятельств, имеющих отношение к фактам нарушений  законодательства о налогах и сборах.Налоговый орган не доказал возможность приобретения  товара у ООО «Балтийская торговая компания», ООО «Магнатек», ООО «Лукойл- Северо- 

Западнефтепродукт», ОАО «ТНК-ВР Холдинг» на тех же условиях, какие предоставили  обществу ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез», но по цене продажи  первому перепродавцу.  

В свою очередь, относительно содержащихся в пункте 2.6 решения выводах (НДС)  суд отмечает следующее.  

Решение инспекции в этой части содержит вывод об установлении МИ ФНС схемы  уклонения от налогообложения путем создания формального документооборота по  приобретению нефтепродуктов через цепочку продавцов (ООО «Центрнефтепродукт», ЗАО  «Пермьнефтесинтез») без фактической передачи товара, сделаны выводы о получении  обществом необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям с контрагентами ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез». Установлено нарушение пункта 2 статьи  171 НК РФ, выразившееся в неправомерном завышении налоговых вычетов, уменьшающих  исчисленную сумму НДС в целях минимизации налоговых обязательств.  

По мнению налогового органа, общество имело право принять к вычету сумму НДС,  предъявленную поставщиками ООО «БТК», ООО «Магнатек», ООО «ЛУКОЙЛ-Северо- Западнефтепродукт», ОАО «ТНК-ВР Холдинг». С учетом стоимости приобретенных  нефтепродуктов у «реальных» поставщиков» и стоимости, отраженной в фиктивных  документах, представленных обществом по контрагентам «промежуточного звена» - ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез», обществом фактически завышены  налоговые вычеты по НДС. Обществом неправомерно приняты к вычету НДС с  «нарощенной» стоимости товара, который за 2012 год составляет 3 986 162,25 рублей  (пункт 2.6.1 решения - 514 382,42 рублей, пункт 2.6.2 решения - 1 157 112,86 рублей, пункт  2.6.3 решения - 880 117,65 рублей, пункт 2.6.4 решения - 451 614,44 рублей, пункт 2.6.5  решения - 982 935,13 рублей.  

Судом установлено, что обществом налоговому органу были предъявлены все  необходимые документы, подтверждающие правильность вычета по НДС, в том числе счета- фактуры, товарные накладные по форме ТОРГ-12,сменные отчеты по АЗС.  

В соответствии с заключенным договором поставки с ЗАО «Пермьнефтесинтез», при  получении нефтепродуктов обществом оформлялись товарные накладные по форме ТОРГ-12  (являвшиеся, в том числе, основанием для оприходования продукции).  

Согласно Постановлению Госкомстата России от 25.12.1998 № 132, для оформления  продажи (отпуска) товарно-материальных ценностей сторонней организации используется  товарная накладная по форме ТОРГ-12. Наличие железнодорожной накладной по учету  торговых операций данным постановлением № 132 не предусматривается.  

В данном случае не указание в железнодорожных накладных ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» как грузоотправителей не опровергает  факт доставки и оприходования нефтепродуктов, поскольку представленные обществом  товарные накладные по форме ТОРГ-12 содержат сведения о грузоотправителе,  грузополучателе, поставщике, плательщике, основании производимой операции,  наименовании товара, его количестве и цене, и, следовательно, подтверждают факт отгрузки  и получения обществом товара, и не свидетельствуют о формальном документообороте. При  этом налоговый орган фактов отгрузки, оприходования и оплаты товара не отрицает.  

Товар, который общество получило и оприходовало от ЗАО «Пермьнефтесинтез», от  ООО «Центрнефтепродукт» (сделки в установленном законом порядке не признаны  недействительными, факт поставки товаров налоговым органом не оспаривается), общество  полностью оплатило, включая и НДС, который впоследствии правомерно приняло к вычету.  

Следует отметить, что налоговым органом не доказана реальная возможность для  общества приобрести нефтепродукты непосредственно у ООО «Балтийская торговая  компания», ООО «Магнатек», ООО «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт» , ОАО «ТНК-ВР  Холдинг» в необходимом объеме и на тех же условиях, какие предоставили обществу ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», но по цене продажи первому продавцу,  поскольку указанные в решении договоры были заключены позднее чем договоры поставки  между обществом и ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», и на иных  условиях (отсрочка платежа).  

Суд отмечает, что в пунктах 2.6.1-2.6.5 акта проверки с учетом корректировки  налоговым органом излишне принятые к вычету суммы НДС определены расчетным путем.  Налоговый орган определил размер увеличения налоговых вычетов расчетом на основе  разницы в стоимости нефтепродуктов, отраженной в соответствующих счетах-фактурах,  выставленных «реальными» поставщиками (ООО «БТК», ООО «Магнатек», ООО  «ЛУКОЙЛ-Северо-Западнефтепродукт», ОАО «ТНК-ВР Холдинг», ООО  «Центрнефтепродукт») и стоимости нефтепродуктов, отраженной в счетах-фактурах,  выставленных ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» в адрес общества.  

Суд не может согласиться с таким расчетом, поскольку ни в акте проверки, ни в  обжалуемом решении инспекция не указала конкретные правовые нормы, в которых  поименован алгоритм данного расчета по НДС. Налоговым органом не представлено  надлежащих доказательств правильности произведенного им расчета по НДС, наличия  обстоятельств, которые могут свидетельствовать о заключении обществом сделок с целью  удлинения цепочки лиц, участвующих в перепродаже товара, а также отсутствия у общества  разумных экономических целей, наличия информации о нарушении контрагентами своих  

налоговых обязанностей, отсутствия разумной деловой цели при приобретении товара, а  также направленности деятельности общества на совершение хозяйственных операций  преимущественно с контрагентами, не исполняющими своих налоговых обязанностей.  

Ни из акта проверки, ни из решения не следует, что иные продавцы неверно исчисли  НДС, и в итоге бюджет недополучил налоги (факт подачи ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт» деклараций по НДС налоговым органом не отрицается).  

Как указано выше, согласно Определению Конституционного Суда Российской  Федерации от 16.10.2003 № 329-О, истолкование статьи 57 Конституции Российской  Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации  не позволяет сделать вывод о том, что налогоплательщик несет ответственность за действия  всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов  в бюджет, тем более что доказательств того, что общество не проявило должную  осмотрительность, знало или могло знать о недобросовестности контрагентов, налоговым  органом не представлено. Налоговый орган не привел соответствующих документальных  доказательств и не указал в оспариваемом решении, в чем именно выразилась  недобросовестность действий общества при заключении и исполнении договоров с ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» при отсутствии мотивов к уклонению от  уплаты налогов, снижению налоговой базы.  

В данном случае общество выполнило все требования Кодекса для законного  принятия к вычету НДС по товарам, приобретенным у ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт». Общество получило, оприходовало, оплатило и в дальнейшем  реализовало товары, полученные от ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО  «Центрнефтепродукт». Все документы на приобретение товара составлены в соответствии с  действующим законодательством. Общество при заключении договоров поставки проявило  должную осмотрительность, а налоговый орган не квалифицировал совершенные  правонарушения со ссылками на соответствующие нормы Кодекса, законодательных и иных  нормативных правовых актов о налогах и сборах, которые нарушены обществом.  

Также МИ ФНС не доказала возможность приобретения товара у ООО «Балтийская  торговая компания», ООО «Магнатек», ООО «Лукойл- Северо-Западнефтепродукт», ОАО  «ТНК-ВР Холдинг» на тех же условиях, какие предоставило обществу ЗАО  «Пермьнефтесинтез», но по цене продажи первому продавцу. Налоговый орган не обосновал,  на основании каких правовых актов им был осуществлен расчет, по которому обществу не  подтвердили возмещение части НДС.  

Относительно пункта 2.6.6 решения (по НДС по взаимоотношениям с ЗАО  «Пермьнефтесинтез»; способ доставки - автомобильный транспорт) суд отмечает  следующее.  

Аналогичным образом инспекцией установлена схема уклонения от налогообложения  путем создания формального документооборота по приобретению нефтепродуктов через  цепочку продавцов (ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез»). Налоговый  орган сделал вывод о том, что обществом создана схема уклонения от налогообложения в  виде создания формального документооборота при отсутствии реальных хозяйственных  операций с ЗАО «Пермьнефтесинтез» с целью получения необоснованной налоговой выгоды  при исчислении и уплате НДС - неправомерное применение налоговых вычетов по НДС на  сумму 2 376 272 рублей.  

Однако к проведению проверки обществом были представлены счета-фактуры,  накладные по форме ТОРГ-12, полученные от ЗАО «Пермьнефтесинтез» за период 2012  года. Наличие и оформление указанных документов (счетов-фактур, накладных по форме  ТОРГ-12) налоговым органом не оспаривается.  

Согласно «Инструкции о порядке поступления, хранения, отпуска и учета нефти и  нефтепродуктов на нефтебазах, наливных пунктах и автозаправочных станциях системы  Госкомнефтепродукта СССР» (утверждена Госкомнефтепродуктом СССР 15 августа 1985  года № 06/21-8-446; редакция от 30 ноября 1987 года) приемка всех нефтепродуктов,  поступающих на АЗС в автоцистернах, а также нефтепродуктов, расфасованных в мелкую  тару, производится по товарно-транспортной накладной.  

Согласно «Правилам технической эксплуатации автозаправочных станций (РД 153- 39.2-080-01)» (утверждены Приказом Минэнерго России от 01 августа 2001 года № 229) (в  редакции от 17 июня 2003 года) количество принятого в резервуары АЗС нефтепродукта  фиксируется в сменном отчете.  

Обществом были представлены к проверке сменные отчеты с зафиксированными  данными принятых нефтепродуктов от ЗАО «Пермьнефтесинтез» с приложением товарно- транспортных накладных, состоящих из двух разделов: 1) товарного, определяющего  взаимоотношения грузоотправителя и грузополучателей и служащего для списания товарно- материальных ценностей у грузоотправителей и оприходования их у грузополучателей, 2)  транспортного, определяющего взаимоотношения грузоотправителей-заказчиков  автотранспорта с организациями - владельцами автотранспорта  

В предъявленных обществом первичных документах содержатся все необходимые  реквизиты, позволяющие идентифицировать участников сделки, поставляемый товар, а  также сделать вывод о факте приемки-передачи товара; товарные накладные позволяют  

достоверно установить факт поставки товара, его цену и количество; обстоятельства, на  которые ссылается налоговый орган в обоснование своих доводов, не свидетельствуют о  недобросовестности общества, и не могут влиять на возникновение у общества права на  применение налоговых вычетов при условии соблюдения требований статей 169, 171 - 173  НК РФ.  

Являются несостоятельными и не свидетельствует об отсутствии реальных  хозяйственных операций по приобретению товара доводы налогового органа о том, что  представленные товарно-транспортные накладные содержат недостоверные сведения,  поскольку товарные накладные подписаны неправомочным лицом - ФИО8, в  разделе 1 товарной накладной отсутствует информация о должностных лицах и лицах,  произведших отпуск нефтепродуктов к перевозке, не заполнено количество и листы  приложения (паспорта, сертификаты), что не позволяет определить, где груз был принят к  перевозке и кто является производителем транспортируемых нефтепродуктов; в разделе 2  транспортный раздел отсутствуют следующие обязательные для заполнения реквизиты:  организация - перевозчик, пункт погрузки, в госномере автотранспортного средства  отсутствует код регион, то есть содержат недостаточно сведений для того, чтобы налоговый  орган мог убедиться в реальности транспортировки товара от грузоотправителя до  грузополучателя.  

Суд отмечает, что товарно-транспортная накладная предоставляется и заполняется  грузоотправителем и является необходимым документом для подтверждения перевозчиком  факта перевозки, а обязанности заполнения ТТН у общества не имеется, поскольку согласно  приложениям к договору поставки нефтепродуктов № 01-02/12-НП, заключаемым  обществом с ЗАО «Пермьнефтесинтез» на каждую партию поставки, цена товара включает  транспортные и иные расходы по организации перевозки и доставки продукции бензовозами  до места назначения (АЗС).  

Таким образом, общество не осуществляло и не оплачивало доставку товара.  Нефтепродукты приходовались заявителем на основании товарных накладных по форме  ТОРГ-12, представленных налоговому органу в ходе проверки. При этом нефтепродукты  принимались на АЗС сменщиками, к каждому сменному отчету приложены не только ТТН,  но и товарные накладные, счета-фактуры. Указанные документы подтверждают фактическое  получение и оприходование нефтепродуктов по их виду, количеству, стоимости. В связи с  этим, допущенные грузоотправителем нарушения в заполнении ТТН не могут служить  основанием для отказа обществу в налоговых вычетах.  

Указанные налоговым органом недостатки документов не опровергают сам факт  осуществления хозяйственной операции, не вводят в заблуждение третьих лиц относительно  

вида и количества перевозимого груза, периода поставки. В тоже время, в ходе поверки  налоговым органом документально установлен и вид (наименование) товара, и его  количество, стоимость, а также сумма НДС к вычету.  

Согласно письму ФНС России от 18.08.2009 № ШС-20-3/1195, письмам Минфина  России от 15.06.2010 № 03-03-06/1/413, 31.01.2011 № 03-03-06/1/42, постановлению  Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 09.12.2010 следует, что  если покупатель не является заказчиком перевозки, то действующий порядок не  предусматривает обязательного наличия у него товарно-транспортной накладной  формы № 1-Т. В этом случае наличие товарной накладной по форме ТОРГ-12 является  достаточным условием для отражения прихода в бухучете.  

Фактическое приобретение обществом нефтепродуктов в количестве,  соответствующем заявленному обществом по сделке с ЗАО «Пермьнефтесинтез» и  последующая её реализация своим покупателям (операции отражены в учете, налоги по ним  исчислены правильно) налоговым органом не оспаривается, при этом в ходе проведения  контрольных мероприятий инспекция не получила доказательства того, что указанные  нефтепродукты не приобреталась у ЗАО «Пермьнефтесинтез» или приобретены обществом у  иных участников экономической деятельности.  

Предположения налогового органа о том, что водители, осуществляющие спорные  перевозки, нанимались обществом, которое оплачивало услуги по перевозке через расчетный  счет, являются безосновательными и не подтверждены документально.  

В проверяемый период общество имело договорные отношения с ИП ФИО15  (договор № 21-12-10 от 21.12.2010), однако спорные перевозки общество у ИП ФИО15  не заказывало и не оплачивало (акты выполненных работ по договору перевозки, путевые  листы налоговому органу обществом были представлены по требованию № 2 от 18.03.2016).  

Также общество имело договорные отношения с ЗАО «Авианефть», однако каких - либо доказательств того, что общество, имея договорные отношения с ЗАО «Авианефть» по  услугам (слив, налив, хранение нефтепродуктов) как покупатель по спорной сделке с ЗАО  «Пермьнефтесинтез» оплатило услуги по перевозке нефтепродуктов ООО «Октолайн», либо  ЗАО «Авианефть», налоговым органом не установлено.  

Инспекцией не учтено, что на АЗС общества поступало топливо не только от ИП  ФИО15, а также от других перевозчиков, и что поставщик нефтепродуктов мог  заключить договоры на перевозку с разными организациями, которые в процессе  контрольных мероприятий налоговым органом не устанавливались, поскольку налоговый  орган посчитал их сотрудниками ООО «Октолайн».  

Имеющиеся в материалах налоговой проверки показания водителей - свидетеля  Савчук А.Н. и других водителей бензовозов, не могут рассматриваться в качестве  допустимых доказательств, поскольку отсутствие у перевозчика ИП Савчук А.Н. договора с  ЗАО «Пермьнефтесинтез» не свидетельствует об отсутствии фактической перевозки  нефтепродуктов на АЗС общества, поскольку ЗАО «Пермьнефтесинтез» является продавцом  товара и могло, в свою очередь, приобрести товар с включенными в цену транспортными  расходами.  

Кроме того, свидетель ФИО15, отрицая факт взаимоотношений с ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», дал противоречивые показания, так как  при его допросе при проведении камеральной проверки общества за 4 квартал 2012 года  (протокол допроса от 15.07.2013 к акту проверки № 511 от 13.05.2013) ФИО15  подтвердил наличие взаимоотношений с ООО «Центрнефтепродукт».  

Факт взаимоотношений ИП ФИО15 с ООО «Центрнефтепродукт» зафиксирован  в протоколе допроса, поскольку налоговым органом установлено безналичное перечисление  денежных средств с расчетного счета ООО «Центрнефтепродукт» а адрес ИП ФИО15  

По мнению суда, протоколы допроса ФИО16, ФИО17, ФИО18,  ФИО19 (страницы 155-156 решения) не могут быть приняты во внимание, поскольку  не являются допустимыми доказательствами, подготовлены вне рамок допустимых  дополнительных мероприятий налогового контроля.  

Инспекцией по неизвестным причинам не учтен тот факт, что к должностным  обязанностям водителей ООО «Октолайн» - ФИО20, ФИО21, ФИО22,  ФИО23, ФИО16, главного бухгалтера ФИО17, сотрудника общества  ФИО19, не относится заключение сделок с контрагентами или их исполнение ООО  «Октолайн», следовательно, указанные показания не могут опровергать доводов общества о  должной осмотрительности и добросовестности при заключении сделок с ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», и исключать участие ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт» в поставке нефтепродуктов.  

Факт отсутствия у ЗАО «Пермьнефтесинтез» в собственности транспортных средств и  какого-либо имущества, а также платежей за аренду, слив, налив, хранение и перевозку  нефтепродуктов, в соответствии с пунктом 2 статьи 169 Кодекса не являются основанием для  отказа принятия к вычету суммы налога у самого общества.  

Налоговым органом не учтено, что федеральный ресурс ФИР «ЕГРН» не является  общедоступным, и воспользоваться им общество не могло по объективным причинам.  Согласно сведениям из ЕГРЮЛ, в качестве вида деятельности ЗАО «Пермьнефтесинтез» с  07.10.2009 значится «Торговля оптовая, специализированная, прочая», код ОКВЭД 46.7.  

Следовательно, для осуществления данного вида деятельности отсутствует  необходимость содержать особую материально-техническую базу, штат сотрудников,  транспорт, недвижимость и т.п.; по указанным основаниям у общества не могло возникнуть  сомнений в реальности деятельности контрагента и возможности осуществления им  поставок нефтепродуктов.  

Представленные обществом первичные документы, в том числе договоры,  дополнительные соглашения, товарные накладные ТОРГ-12, счета-фактуры, сменные  отчеты, позволяют достоверно установить факт поставки товара, его цену и количество, то  есть невозможности идентифицировать сделку у налогового органа не имеется.  

В данном случае рассмотрение всех первичных документов по сделке в совокупности  дает возможность определить участников сделки, товар, а также сделать вывод о приемке- передаче продукции. Налоговым органом не представлено доказательств того, что общество  фактически не совершало хозяйственных операций по поставке вышеуказанных товарно- материальных ценностей, либо о поставке данных товарно-материальных ценностей иными  лицами. Налоговым органом также не установлено достоверных и достаточных  доказательств нарушения ЗАО «Пермьнефтесинтез» как контрагентом общества своих  налоговых обязанностей.  

Касательно пункта 2.6.7 решения (по налогу на добавленную стоимость с  контрагентом ЗАО «Пермьнефтесинтез»; способ доставки - железнодорожный транспорт)  суд отмечает следующее.  

В обжалуемом решении налоговым органом указывается, что в документах,  подтверждающих поставку нефтепродуктов от ЗАО «Пермьнефтесинтез», в которых  грузоотправитель - ОАО «Мозырский нефтеперерабатывающий завод», ОАО НГК  «Слвнефть», ОАО «ТНК-ВР Холдинг» (товарных накладных, счетах-фактурах), отсутствуют  документы, подтверждающие факт отгрузки, транспортировки (железнодорожные  накладные, ведомости и т.п.) нефтепродуктов от реального поставщика в адрес общества.  

Проанализировав операции по расчетному счету ЗАО «Пермьнефтесинтез»,  налоговый орган сделал вывод о том, что ЗАО «Пермьнефтесинтез» фактически не  поставляло и не могло поставить нефтепродукты из-за отсутствия перечислений денежных  средств в адрес производителей нефтепродуктов (ОАО «Мозырский  нефтеперерабатывающий завод», ОАО НГК «Славнефть», ОАО «ТНК-ВР Холдинг»).  

В решении по результатам рассмотрения доводов общества относительно расчета  суммы налоговых вычетов по НДС, документов , представленных обществом в возражениях  на акт выездной налоговой проверки, а также результатов дополнительных мероприятий  налогового контроля, в рамках которых установлен реальный производитель/отправитель,  

произведен пересчет суммы налоговых вычетов по НДС с учетом цен фактических  производителей/отправителей.  

В решении отмечено, что реальными поставщиками являются ОАО «ТНК-ВР  Холдинг», ПАО «Газпромнефть», ООО «БТК»; счета-фактуры и товарные накладные от ЗАО  «Пермьнефтесинтез» содержат недостоверные сведения, на основании чего налоговый орган  сделал вывод о том, что обществом создана схема уклонения от налогообложения в виде  создания формального документооборота при отсутствии реальных хозяйственных операций  с ЗАО «Пермьнефтесинтез» с целью получения необоснованной налоговой выгоды по  применению налоговых вычетов по НДС в сумме 2 231 756,81 рублей.  

Суд находит указанные выводы ошибочными и документально не подтвержденными,  поскольку в ходе проверки обществом представлены необходимые документы,  подтверждающие факт поставки нефтепродуктов от ЗАО «Пермьнефтесинтез» в адрес  Общества (договор поставки № 01-02/12-НП от 01.02.2012 года с ЗАО «Пермьнефтесинтез»,  счета - фактуры, товарные накладные по форме ТОРГ-12, железнодорожные накладные)  которые содержат сведения о дате прибытия груза на станцию назначения.  

Наличие и оформление данных документов налоговым органом не оспаривается. Факт  оприходования топлива по вышеперечисленным документам в места хранения налоговым  органом подтверждается, как не оспаривается и факт оплаты обществом за полученное от  ЗАО «Пермьнефтесинтез» топливо.  

Таким образом, факт реального осуществления обществом указанных операций с  учетом времени, места нахождения имущества, то есть факт приобретения и принятия на  учет обществом от ЗАО «Пермьнефтесинтез» топлива для последующего использования в  предпринимательской деятельности подтвержден вышеперечисленными документами.  

Ссылка налогового органа на то, что в железнодорожных накладных  грузоотправителями товара указаны производители (ОАО «Мозырский  нефтеперерабатывающий завод», ОАО НГК «Славнефть», ОАО «ТНК-ВР Холдинг»), а в  счетах-фактурах грузоотправителем и продавцом указано ЗАО «Пермьнефтесинтез», как  обстоятельство, по мнению налогового органа, опровергающее реальность сделки, в связи с  тем, что отсутствуют документы, подтверждающие факт отгрузки, транспортировки  нефтепродуктов от «реального поставщика» в адрес общества, не может быть принята во  внимание, поскольку доказательств того, что продавцом спорного товара являлось иное  лицо, налоговым органом не представлено, а предъявленные обществом налоговому органу  документы подтверждают фактическую передачу товара и являются основанием для его  оприходования и получения налоговых вычетов по НДС.  

Отсутствие операций по расчетам за приобретенное топливо напрямую с  производителями (ОАО «Мозырский нефтеперерабатывающий завод», ОАО НГК  «Славнефть», ОАО «ТНК-ВР Холдинг») не может свидетельствовать о том, что указанное  количество нефтепродуктов ЗАО «Пермьнефтесинтез» не приобреталось, поскольку ЗАО  «Пермьнефтесинтез» могло их приобрести и приобретало у продавца - ООО  «Центрнефтепродукт».  

Кроме того, непредставление ООО «Центрнефтепродукт» налоговым органам книги  покупок за 2, 3 и 4 кварталы 2012 года и счетов-фактур, имеющихся у ООО  «Центрнефтепродукт» за тот же период, не может свидетельствовать ни о номинальности  ООО «Центрнефтепродукт» в цепочке сделок, ни подтверждать выводы инспекции о  формальном участии указанной организации в цепочке продавцов нефтепродуктов в целях  получения обществом необоснованной налоговой выгоды.  

Суд полагает ошибочным вывод налогового органа о том, что общество не  содействовало инспекции в получении документов от своих контрагентов, подтверждающих  реальность взаимоотношений общества с этими контрагентами, ни в установлении связи с  подписантами первичных документов, и что это свидетельствует о формальном участии  контрагентов в цепочке продавцов нефтепродуктов, созданной для получения  необоснованной налоговой выгоды.  

По мнению суда, налоговый орган неверно определил схему поставки, исключив из  неё ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез», при наличии всех документов,  подтверждающих факт реального приобретения товара (железнодорожные накладные, счета- проформы у реальных поставщиков ООО «Центрнефтепродукт» и ЗАО  «Пермьнефтесинтез»).  

Налоговым органом не представлено надлежащих доказательств, что операции по  реализации нефтепродуктов между обществом и ЗАО «Пермьнефтесинтез» не были учтены  названным поставщиком для целей налогообложения и того, что при заключении договора с  названным контрагентом общество не проявило должную осмотрительность.  

Как ранее отмечено, выводы налогового органа являются необоснованными,  поскольку общество выполнило все требования Кодекса для обоснованного принятия к  вычету НДС по товарам, приобретенным у ЗАО «Пермьнефтесинтез»; общество получило,  оприходовало, оплатило и в дальнейшем реализовало товары, полученные от ЗАО  «Пермьнефтесинтез»; все документы на приобретение товара составлены в соответствии с  действующим законодательством, а общество при заключении соответствующего договора  поставки проявило должную осмотрительность. Налоговая инспекция не квалифицировала  совершенные правонарушения со ссылками на соответствующие нормы НК РФ,  

законодательных и иных нормативных правовых актов о налогах и сборах, которые  нарушены обществом.  

При вынесении решения налоговый орган в основу доказательств того, что ООО  «Центрнефтепродукт» и ЗАО «Пермьнефтесинтез» не поставляли нефтепродукты в адрес  общества, документооборот носил формальный характер вне связи с осуществлением  реальной предпринимательской или иной экономической деятельности, и направлен  исключительно на получение необоснованной налоговой выгоды по налогу на прибыль  организаций и НДС, положены экспертные заключения № 108 от 23 мая 2017, № 109 от 24  мая 2017, № 110 от 26 мая 2017, № 111 от 26 мая 2017, содержащие выводы о том, что  первичные документы от имени ФИО24 выполнены не рукописно, а нанесены с  помощью факсимиле, первичные документы от имени ФИО12 выполнены не  рукописно, а нанесены с помощью факсимиле, первичные документы от имени ФИО9 выполнены не рукописно, а нанесены с помощью факсимиле, подписи на первичных  документах от имени ФИО8 в счетах-фактурах и товарных накладных выполнены  не ФИО8, а другим лицом.  

С указанными выводами налогового органа суд согласиться не может, поскольку  считает что указанные экспертные заключения недопустимыми доказательствами  совершения обществом налогового правонарушения.  

Так, в нарушение Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ «О государственной  судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации» и Методики проведения  судебно-почерковедческих экспертиз, эксперт проводил исследования по  электрографическим копиям документов с наличием недостаточного количества условно- свободных образцов подписи каждого из лиц организаций поставщиков, подписавших  соответствующие первичные документы; при этом использованы документы, подписание  которых этими лицами отрицались. Для проведения экспертизы не было обеспечено наличие  образцов надлежащего качества по их числу, условиям их отбора и по кругу лиц, у которых  следовало отобрать образцы.  

При проведении экспертизы не было обеспечено надлежащее качество и достаточное  количество сравнительных материалов - образцов. Для проведения почерковедческой  экспертизы представляются три вида образцов почерка и подписи: свободные,  экспериментальные и условно свободные, не вызывающие сомнений в принадлежности  подписи определенному лицу и соотносимые с подписями, подвергающимися экспертизе, по  условиям и времени выполнения. Образцы, предъявленные на экспертизу, очевидным  образом вызывают сомнение в их подлинности и принадлежности, и не могли быть  подвергнуты экспертизе.  

Дополнительный сравнительный материал (образцы подписей) эксперт не запросил,  несмотря на то, что имел возможность совершить указанные действия, либо в силу пункта 5  статьи 95 Кодекса отказаться от дачи экспертного заключения в виду недостаточности  предоставленных для этого материалов.  

В нарушение требований законодательства, предъявляемых к производству экспертиз  данного вида, экспертные заключения содержат недостоверную информацию,  использованную для иллюстрации результатов сравнительного исследования (страницы 1415 экспертного заключения № 108).  

Указанные факты подтверждаются экспертным исследованием, проведенным ФБУ  «Калининградская лаборатория судебной экспертизы Минюста России»; согласно акту  экспертного исследования № 97 9/05/1.1-6 экспертом установлено, что подписи от имени  ФИО8 которые имеются в товарной накладной № 47 от 07.05.2012 ЗАО  «Пермьнефтесинтез», товарной накладной № 244 от 30.12.2012 ОАО НГК «Славнефть» , в  приложении № 29 от 05 октября 2012 к договору № 01-02/12-НП, заключенному между ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и обществом, в приложении № 31 от 25 октября 2012 к договору № 0102/12-НП, заключенному между ЗАО «Пермьнефтесинтез» и обществом, счете-фактуре   № 00000248 от 30 декабря 2012 ЗАО «Пермьнефтесинтез», не пригодны для идентификации  исполнителя, что подвергает обоснованному сомнению выводы эксперта ФИО25,  изложенные в экспертном заключении № 108.  

Кроме того, приложенные к заключениям эксперта документы вызывают сомнение в  необходимой квалификации эксперта ввиду отсутствия документов, подтверждающих его  профильное образование.  

Судебным экспертом является лицо, обладающее специальными знаниями в той или  иной области, и проводящее судебную экспертизу по назначению полномочных органов.  Статья 13 Федерального закона «О государственной судебно-экспертной деятельности в  Российской Федерации» определяет профессиональные и квалификационные требования к  государственным судебным экспертам. Эксперт должен быть гражданином Российской  Федерации, иметь высшее профессиональное образование, пройти подготовку по  соответствующей экспертной специальности.  

В соответствии с законодательством эксперт проводит исследования объективно, на  строго научной и практической основе, в пределах соответствующей специальности,  всесторонне и в полном объеме.  

При отсутствии в законодательстве императивной нормы, устанавливающей  проведение почерковедческой экспертизы только экспертами, относящимися к  государственным экспертам, налоговым органом экспертиза проводится у индивидуального  

предпринимателя, при том, что организации с наименованием «Независимое бюро судебных  экспертиз Плахтыря Е.А.» в ЕГРП не значится; необходимые требования к  профессиональной подготовке эксперта должным образом не соблюдены. Эксперт не  обладает специальной экспертной подготовкой, у него отсутствует необходимая  квалификация и стаж работы по специальности.  

В экспертном заключении указывается, что ФИО25 обладает специальностью  «эксперт-криминалист» и имеет квалификацию по специальности «Почерковедческая  экспертиза», однако указанные факты не соответствуют действительности, поскольку из  сведений, содержащихся в дипломе № БВС 0374284 от 27.07.2000 следует, что ФИО25 присвоена квалификация «Юрист. Эксперт-криминалист», специальность  «Юриспруденция». Сведений о присвоении отдельной квалификации по специальности  «Почерковедческая экспертиза» в дипломе не имеется. Документов о получении ФИО25 дополнительного профессионального образования по данной специальности и стажа  работы по специальности «Почерковедческая экспертиза» не представлено.  

В этой связи выводы, сделанные в заключениях эксперта № 108, 109, 110, не могут с  достоверностью подтверждать факты подписания первичных документов от имени общества  неустановленными лицами. Оснований для вывода о недостоверности либо  противоречивости сведений, содержащихся в имеющихся у налогоплательщика счетах-  фактурах и первичных учетных документах, не имеется, поскольку не установлены  обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был  знать об указании продавцом недостоверных либо противоречивых сведений.  

Согласно пункту 3 статьи 54.1 НК РФ подписание первичных учетных документов  неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом  налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения  налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных  не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве  самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой  базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.  

Действующее законодательство о налогах и сборах Российской Федерации исходит из  презумпции добросовестности налогоплательщика и иных участников правоотношений в  сфере экономики. В связи с этим, предполагается, что действия налогоплательщика,  имеющие своим результатом получение налоговой выгоды по налогу на прибыль и  налоговых вычетов при исчислении НДС, экономически оправданы, а сведения,  содержащиеся в налоговой декларации и бухгалтерской отчетности - достоверны.  

Налоговым законодательством не предусмотрена ответственность налогоплательщика  за неправомерные действия контрагентов «второго» и «третьего» звена, если он сам в рамках  гражданско-правовых отношений действует добросовестно.  

В пункте 1 Постановления № 53 указано, что представление налогоплательщиком в  налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных  законодательством о налогах и сборах в целях получения налоговой выгоды является  основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения,  содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

В Письме ФНС России от 23.03.2017 года № ЕД-5-9/547@ «О выявлении  обстоятельств необоснованной налоговой выгоды» также указано, что установления факта  подписания документов от имени контрагентов лицами, отрицающими их подписание, и  наличие у них полномочий руководителя не является безусловным и достаточным  основанием для вывода о не проявлении налогоплательщиком должной осмотрительности  при заключении сделки со спорным контрагентом и не может рассматриваться как основание  для признания налоговой выгоды необоснованной.  

Делая вывод о направленности действий общества на получение необоснованной  налоговой выгоды путем создания схемы формального документооборота с контрагентами  ЗАО «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», отсутствия реальности  совершенных обществом операций, налоговый орган с достоверностью не доказал, как и то,  что представленные обществом в обоснование налогового вычета по НДС документы  (сведения, содержащиеся в этих документах) неполны, недостоверны и (или) противоречивы.  

Указанный вывод МИ ФНС носит предположительный характер, не подтвержден  документально и не опровергает достоверность доказательств, представленных обществом  налоговому органу.  

По мнению суда, проведенные инспекцией в ходе выездной налоговой проверки  контрольные мероприятия и полученные в ходе проверки документы и сведения с учетом  свидетельских показаний и объяснений, в отдельности и в совокупности не подтверждают  нереальность осуществления обществом хозяйственных операций с ЗАО  «Пермьнефтесинтез» и ООО «Центрнефтепродукт», какой-либо согласованности действий с  реальными поставщиками и формальным участием контрагентов, а также необоснованность  заявленных обществом по сделкам с ними вычетов по НДС и получение необоснованной  налоговой выгоды по налогу на прибыль.  

Налоговым органом не установлено получение налоговой выгоды заявителем вне  связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической  деятельности, в связи с чем, в силу пункта 4 Постановления № 53 применение налоговых  

вычетов в соответствии со статьями 171, 172 НК РФ при приобретении товаров,  предусмотренных для перепродажи, документально подтвержденных, являющихся  экономически обоснованными и направленными на получение дохода, необоснованной  налоговой выгодой налогоплательщика признаваться не может.  

В силу взаимосвязанных положений пункта 1 статьи 252, статьи 313 НК РФ при  исчислении налога на прибыль налогоплательщик также уменьшает полученные доходы на  сумму расходов, произведенных им в связи с совершением хозяйственных операций,  которые отражены им в налоговом учете полно и достоверно. Налоговая выгода, полученная  налогоплательщиком в связи с отражением в целях налогообложения расходов по налогу на  прибыль, признается обоснованной, если налоговым органом не доказано, что приобретение  товаров (работ, услуг) в действительности не имело места, а представленные  налогоплательщиком документы являются недостоверными, о чем налогоплательщик не мог  не знать.  

Доводы налогового органа о не проявлении обществом должной осмотрительности,  создания формального документооборота, согласованности действий, являются  необоснованными, документально не подтвержденными надлежащими доказательствами.  Предположения и выводы налогового органа, содержащиеся в оспариваемом решении и  послужившие основанием для отказа обществу в принятии к вычету НДС, а также в отказе в  получении обществом обоснованной налоговой выгоды по налогу на прибыль , противоречат  действующему законодательству и нарушают права и законные интересы общества, в том  числе право на возмещение НДС, предусмотренное пунктом 2 статьи 171 НК, и право в  получении обществом обоснованной налоговой выгоды по налогу на прибыль,  предусмотренное пунктом 1 статьи 252 НК РФ.  

На основании изложенного, суд приходит к выводу о неправомерности вынесенного  инспекцией решения в части доначислении недоимки по налогу на прибыль в размере 4 429  067 рублей, НДС в размере 8 594 291.73 рублей, пени по налогу на прибыль в размере 1  373 477,55 рублей, пени по НДС в размере 1 954 837,15 рублей, привлечения общества к  налоговой ответственности по пункту 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа по налогу на  прибыль в размере 277 058,80 рублей.  

Соответственно, является необоснованным и выставленное МИ ФНС № 9 в адрес  общества требование № 67855 в соответствующей части.  

Приведенные налоговым органом в письменных отзывах аргументы судом во  внимание не принимаются и отклоняются по вышеизложенным основаниям.  

Согласно части 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт,  

решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия,  должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и  нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной  экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового  акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.  

При таком положении, заявление общества является обоснованным и подлежит  удовлетворению.  

Руководствуясь статьями 156, 167 - 171, 198 - 201 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, арбитражный суд      

Р Е Ш И Л:

Признать недействительным вынесенное Межрайонной инспекцией Федеральной  налоговой службы по крупнейшим налогоплательщикам по Калининградской области (ИНН  

<

***>, ОГРН 

<

***>) в отношении общества с ограниченной ответственностью  «Рос&Нефть» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) решение от 30 июня 2017 года №  639 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения в части  доначисления следующих налогов и сборов (недоимки), привлечения к ответственности,  предусмотренной пунктом 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации, за  неуплату (неполную уплату) сумм налога (сбора) в результате занижения налоговой базы,  иного правомерного исчисления налога на добавленную стоимость или других бездействий:  

- по пункту 1 статьи 172 НК РФ (уменьшение ранее возмещенного НДС,  доначисление НДС) в размере 8 594 291,73 рублей;  

- по пункту 1 статьи 252 НК РФ (завышение расходов от реализации по налогу на  прибыль) недоимка в федеральный бюджет в размере 442 907 рублей;  

- по пункту 1 статьи 252 (завышение расходов от реализации по налогу на прибыль),  пункту 1 статьи 122 НК РФ (недоимка в бюджет субъекта Российской Федерации) в размере  3 986 160 рублей;  

- пени по статье 75 НК РФ за неуплату НДС и налога на прибыль в сумме  3 328 314,70 рублей;  

- штрафа по пункту 1 статьи 252, пункту 1 статьи 122 (налог на прибыль в  федеральный бюджет) в размере 27 705,90 рублей;  

- штрафа по пункту 1 статьи 252, пункту 1 статьи 122 НК РФ (налог на прибыль в  бюджет субъекта Российской Федерации) в размере 249 352,90 рублей.  

Признать недействительным выставленное Межрайонной инспекцией Федеральной  налоговой службы № 9 по городу Калининграду (ИНН 3906110008, ОГРН 1043905000017) в  адрес общества с ограниченной ответственностью «Рос&Нефть» (ИНН 3907036445, ОГРН  1033902821798) требование № 67855 об уплате налога, сбора, страховых взносов, пени,  штрафа, процентов (для организаций, индивидуальных предпринимателей) по состоянию на  30 октября 2017 года, в части требования об уплате недоимки в размере 13 023 358,73  рублей, пени в размере 3 328 314,70 рублей, штрафа в размере 277 058,80 рублей (всего в  сумме 16 628 732,25 рублей).  

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Тринадцатый арбитражный  апелляционный суд.  

 Судья  Д.В. Широченко    (подпись, фамилия)