ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-7149/2023

Дело № А41-23442/19

23 мая 2023 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена  18 мая 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме  23 мая 2023 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи  Шальневой Н.В.

судей  Епифанцевой С.Ю., Терешина А.В.  

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, 

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего -  ФИО2 по доверенности от 22.06.2022;

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего ООО «Торговая Компания И.В.В.» на определение Арбитражного суда Московской области от 27.03.2023 по делу № А41-23442/19,   

 

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Московской области от 18.08.2020 ООО «Торговая Компания И.В.В.» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден член Ассоциации МСРО «СОДЕЙСТВИЕ» ФИО3.

Указанные сведения в установленном порядке опубликованы в газете «Коммерсантъ» №151 от 22.08.2020 г.

30.07.2021 конкурсный управляющий должника обратился в арбитражный суд с заявлением, с учетом принятых судом в порядке ст. 49 АПК РФ уточнений, о привлечении ФИО4, ФИО5, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности.

Определением Арбитражного суда Московской области от 27.03.2023 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Торговая Компания И.В.В.»  привлечен ФИО4.

В остальной части заявление оставлено без удовлетворения.

Производство в части определения размера ответственности приостановлено до окончания формирования конкурсной массы и расчетов с кредиторами.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «Торговая Компания И.В.В.» обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просил отменить обжалуемое определение.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, просил обжалуемый судебный акт отменить

Законность и обоснованность определения суда первой инстанции, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным апелляционным судом в соответствии со статьями 223, 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В судебном заседании представитель финансового управляющего ФИО10 поддержал доводы апелляционной жалобы ФИО11, просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба рассмотрена в соответствии с нормами статей 121 - 123, 153, 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, в том числе публично, путем размещения информации в картотеке арбитражных дел на сайте "Электронное правосудие" www.kad.arbitr.ru.

Исследовав и оценив в совокупности все имеющиеся в материалах дела доказательства, обсудив доводы апелляционной жалобы, выслушав объяснения представителей участвующих в деле лиц, арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены определения суда первой инстанции.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии с п. 1 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно подп. 1-2 п. 4 ст. 61.10. Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо, в том числе, являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии; имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника.

Как следует из материалов дела, контролирующими лицами должника                   ООО «Торговая Компания И.В.В.» являлись следующие лица: ФИО4 – генеральный директор в период с 20.05.2010 г. по 10.03.2019 г.; ФИО5 – учредитель в период с 20.05.2010 г. по 17.08.2020 г.

В порядке, предусмотренном ст. 65 АПК РФ, установленная пп. 1 п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве презумпция, ответчиками не опровергнута, что свидетельствует о наличии статуса контролирующего лица у ответчиков.

Конкурсный управляющий просит привлечь ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям п. 1 и п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за непередачу документации должника конкурсному управляющему и совершении сделки, повлекшей причинение существенного вреда кредиторам должника.

Подпункт 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве устанавливает, что пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии следующего обстоятельства - документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Положения подпункта 2 пункта 2 настоящей статьи применяются в отношении лиц, на которых возложены обязанности организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника; ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской (финансовой) отчетности должника (пункт 4 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 3.2 статьи 64 Закона о банкротстве не позднее пятнадцати дней с даты утверждения временного управляющего руководитель должника обязан предоставить временному управляющему и направить в арбитражный суд перечень имущества должника, в том числе имущественных прав, а также бухгалтерские и иные документы, отражающие экономическую деятельность должника за три года до введения наблюдения. Ежемесячно руководитель должника обязан информировать временного управляющего об изменениях в составе имущества должника.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Неисполнение руководителем должника указанной обязанности является основанием для его привлечения к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Из смысла подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве следует, что на руководителя организации-должника возлагается субсидиарная ответственность по ее обязательствам, если первичные бухгалтерские документы или отчетность:

- отсутствуют;

- не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации;

- либо указанная информация искажена.

То есть, для привлечения руководителя к субсидиарной ответственности достаточно установить наличие одного из перечисленных обстоятельств.

Ответственность, предусмотренная подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, направлена на обеспечение надлежащего исполнения руководителем должника указанной обязанности, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве, через реализацию возможности сформировать конкурсную массу должника, в том числе, путем предъявления к третьим лицам исков о взыскании долга, исполнении обязательств, возврате имущества должника из чужого незаконного владения и оспаривания сделок должника.

Применительно к правовой позиции, изложенной в Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.11.2012 N 9127/12, руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности за не передачу документации лишь при доказанности совокупности следующих условий:

- объективной стороны правонарушения, связанной с установлением факта неисполнения руководителем обязательств по передаче документации либо отсутствия в ней соответствующей информации;

- вины руководителя должника, исходя из того, принял ли он все меры для надлежащего исполнения обязательств по ведению и передаче документации, при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота (пункт 1 статьи 401 Гражданского кодекса Российской Федерации);

- причинно-следственной связи между отсутствием документации (отсутствием в ней информации или ее искажением) и невозможностью удовлетворения требований кредиторов.

Из материалов дела следует, что решением Арбитражного суда Московской области от 18.08.2020 г. возложена обязанность на орган управления должника в трехдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую и иную документацию.

Конкурсный управляющий должника 02.04.2021 г. обратился в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа, поскольку ФИО4 не исполнена обязанность по передаче документов конкурсному управляющему в трехдневный срок, установленный решением Арбитражного суда Московской области от 18.08.2020 г.

Так, конкурсный управляющий в обоснование своих доводов указывает, что на дату последней сдачи бухгалтерского баланса у должника имелись активы, за счет которых в случае добросовестного предоставления хозяйственной документации должника могла быть сформирована конкурсная масса и частично погашены требования кредиторов должника, кроме того, конкурсная масса могла бы быть сформирована в ходе совершения конкурсным управляющим действий по оспариванию сделок должника при наличии оснований для таких действий, при этом решение о том или ином способе формирования конкурсной массы могло быть принято конкурсным управляющим лишь в том случае, если бы ответчик добросовестно исполняя требования Закона о банкротстве передал бы хозяйственную документацию, товарно-материальные и ные ценности, а также другие предусмотренные законом документы и информацию конкурсному управляющему.

Согласно норме абз. второго п. 2 ст. 126 Закона о банкротстве, руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В соответствии с п. 1 ст. 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» организация ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета возлагается на руководителя.

В силу п. 1 ст. 9 Федерального закона «О бухгалтерском учете» все хозяйственные операции, проводимые юридическим лицом, должны оформляться оправдательными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет.

Согласно нормам п. п. 1, 3 ст. 17 Федерального закона «О бухгалтерском учете» юридические лица обязаны хранить первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета и бухгалтерскую отчетность в течение сроков, устанавливаемых в соответствии с правилами организации государственного архивного дела, но не менее пяти лет. Ответственность за организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности несет руководитель.

В силу ст. 50 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» общество обязано хранить документы, подтверждающие права общества на имущество, находящееся на его балансе, иные документы, предусмотренные федеральными законами и иными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества, внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.

Общество хранит документы по месту нахождения его единоличного исполнительного органа или в ином месте, известном и доступном участникам общества.

Первичные документы являются составной частью системы ведения бухгалтерского учета, их составление, учет и хранение обязан обеспечить единоличный исполнительный орган.

В п. 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» судам даны следующие разъяснения. Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По смыслу подпунктов 2 и 4 пункта 2, пунктов 4 и 6 статьи 61.11 Закона о банкротстве лица, не признанные контролирующими должника, на которых возложена обязанность по ведению и хранению соответствующей документации (например, главный бухгалтер), несут солидарно с бывшим руководителем субсидиарную ответственность за доведение до банкротства как соучастники, если будет доказано, что они по указанию бывшего руководителя или совместно с ним совершили действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений.

Конкурсному управляющему и суду не представлены документы, подтверждающие передачу бухгалтерской документации должника для проведения заявителем анализа деятельности общества, сделок, контрагентов должника, в целях формирования конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Таким образом, в материалах дела отсутствуют сведения о надлежащем исполнении бывшим руководителем должника своих обязанностей по передаче первичных учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерская отчетность должника.

Невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче конкурсному управляющему документации должника свидетельствует о недобросовестном поведении ответчика, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Непередача документации исключила возможность установления и реализации активов должника, а также выявления конкретного имущества общества, за счет которых могли быть удовлетворены требования кредиторов и текущие расходы конкурсного управляющего.

Учитывая изложенное, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о наличии оснований для привлечения ФИО4, к субсидиарной ответственности за не передачу документации должника конкурсному управляющему, поскольку данные действия привели к невозможности проведения инвентаризации, истребования дебиторской задолженности, оценки и продажи имущества должника (формированию конкурсной массы) с целью дальнейшего удовлетворения требований кредиторов в ходе проведения процедуры конкурсного производства.

В данной части апелляционная жалоба не содержит возражений относительно выводов суда первой инстанции. 

Кроме того, суд первой инстанции установил основания для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за совершение сделок, причинивших вред кредиторам в связи с отчуждением имущества должника.

Определением Арбитражного суда Московской области от 21.10.2021 г. договор ТФ281217/05, заключенный между ООО «Торговая компания «И.В.В.» и ООО «ТРАНСФОРМ» признан недействительной сделкой, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «ТРАНСФОРМ» в пользу ООО «Торговая компания «И.В.В.» денежных средств в размере 145 667 861,40 руб.

Определением суда от 21.10.2021 г. платежи ООО «Торговая компания «И.В.В.» в пользу ООО «Стеви» на общую сумму 98 557 841,00 руб. признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Стеви» в пользу ООО «Торговая компания «И.В.В.» денежных средств в размере 98 557 841,00 руб.

Определением суда от 23.03.2022 платежи ООО «Торговая компания «И.В.В.» в пользу ООО «Студия Вина «Каудаль» на общую сумму 3 966 290,88 руб.  изнаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Студия Вина «Каудаль» в пользу ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ «И.В.В.» денежных средств в размере 3 966 290,88 руб.

Определением суда от 23.03.2022 платежи ООО «Торговая компания «И.В.В.» в пользу ООО «Винный клуб «Каудаль» на общую сумму 3 015 000,00 руб. признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Винный клуб «Каудаль» в пользу ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ «И.В.В.» денежных средств в размере 3 015 000,00 руб.

Определением суда от 26.07.2022 г. платежи ООО «Торговая компания «И.В.В.» в пользу ООО «Винная выставка» на общую сумму 115 365 000 руб. признаны недействительными сделками, применены последствия недействительности в виде взыскания с ООО «Винная выставка» в пользу ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ «И.В.В.» денежные средстве в размере 115 365 000 руб.

Указанными судебными актами, вступившими в законную силу установлено, что ФИО4 от имени должника были совершены сделки, повлекшие причинение вреда обществу и интересам кредиторов направленные в общем размере 366 571 993,28 руб.

В п. 23 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

При указанных обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о доказанности конкурсным управляющим должника наличия оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по основаниям п. 1 и п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве.

Апелляционная жалоба также не содержит доводов, опровергающих данный вывод суда первой инстанции. 

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве за непередачу документации должника конкурсному управляющему и по п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве за неподачу заявления о несостоятельности (банкротстве) должника.

Согласно ст. 9 Закона о банкротстве руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в частности, в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества, либо если имеется не погашенная в течение более чем трех месяцев по причине недостаточности денежных средств задолженность по выплате выходных пособий, оплате труда и другим причитающимся работнику, бывшему работнику выплатам в размере и в порядке, которые устанавливаются в соответствии с трудовым законодательством. При этом, заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

В соответствие со ст.2 Закона о банкротстве неплатежеспособность есть прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или) принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд.

В статьях 9 и 61.12 Закона о банкротстве исчерпывающе определены условия для привлечения руководителя должника, ответственного за подачу должником в арбитражный суд заявления о банкротстве, к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

В обоснование своей позиции конкурсный управляющий ссылается на то, что вступившим в законную силу решением Арбитражного суда г. Москвы от 18.08.2020 была вменена обязанность конкурсному управляющему включить требование ПАО «Московский Индустриальный банк» в размере 1 568 807 663,37 руб., из которых: 1 566 203 800,94 – основной долг, 2 603 862,43 руб. – пени в третью очередь реестра требований кредиторов ООО «Торговая компания «И.В.В.»

Кроме того, конкурсный управляющий указывает на наличие у должника иной непогашенной задолженности, а именно: ООО «Трансгрупп» (определение Арбитражного суда Московской области от 11.05.2021 г. о включении в реестр требований кредиторов, решение Арбитражного суда Московской области от 08.05.2019 г. по делу № А41-9034/2019) в сумме 3 650 920,00 руб. по состоянию на 24.12.2018 г.; АО КБ «РОСЭНЕРГОБАНК» (определение Арбитражного суда Московской области от 30.08.2021 г. по делу № А41-9034/2019 о включении в реестр требований кредиторов) в сумме 101 754 771,06 руб. по состоянию на 15.07.2020 г.

Таким образом, конкурсный управляющий указывает на то, что осознавая превышение общей суммы задолженности над активами ООО «Торговая компания «И.В.В.», а также убыточную деятельность и как следствие невозможность расплатиться по своим обязательствам, ФИО5 не дала обязательных для исполнения указаний генеральному директору общества по обращению в Арбитражный суд с заявлением о банкротстве общества в связи со значительной кредиторской задолженностью, в связи с чем имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности по основаниям п. 1 ст. 61.12 Закона о банкротстве.

При этом в пункт 12 Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 21.12.2017 г. «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц ответственности при банкротстве» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017г.) закреплена презумпция наличия причинно-следственной связи между неподачей руководителем должника, ликвидационной комиссией заявления о банкротстве и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, обязательства перед которыми возникли в период просрочки подачи заявления о банкротстве.

В соответствии с ч. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве, если в течение предусмотренного пунктом 2 настоящей статьи срока руководитель должника обратился в арбитражный суд с заявлением должника и не устранены обстоятельства, предусмотренные абзацами вторым, пятым - восьмым пункта 1 настоящей статьи, в течение десяти календарных дней со дня истечения этого срока лица, имеющие право инициировать созыв внеочередного общего собрания акционеров (участников) должника либо иные контролирующие должника лица обязаны потребовать проведения досрочно заседания органа управления должника, уполномоченного на принятие решения ликвидации должника, для принятия решения об обращении в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, которое должно быть проведено не позднее десяти календарных дней со дня представления требования о его созыве. Указанный орган обязан принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением должника. Указанное в настоящем пункте лицо несет субсидиарную ответственность солидарно с руководителем должника (членами ликвидационной комиссии) по обязательствам, возникшим после истечения упомянутой совокупности предельных сроков (абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Таким образом, исходя из положений ч. 3.1 ст. 9 Закона о банкротстве и разъяснений Постановления Пленума ВС РФ № 53 от 21.12.2017 г. к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному ст. 61.12 Закона о банкротстве, могут быть привлечены учредители (участники) должника, которые своевременно не приняли решение об обращении в суд с заявлением о признании ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ И.В.В.» банкротом.

Суд первой инстанции правомерно отметил, что само по себе возникновение у хозяйствующего субъекта кредиторской задолженности не подтверждает наступление такого критического момента, с которым законодательство о банкротстве связывает необходимость инициирования процедуры несостоятельности.

Закон о банкротстве требует установления конкретных временных периодов, в которые возникли признаки неплатежеспособности должника и возникла обязанность руководителя по подаче заявления о признании общества банкротом, а также определение обязательств, которые возникли с момента истечения месячного срока по подаче соответствующего заявления до даты подачи заявления о признании должника банкротом.

Доказывание данных обстоятельств лежит на заявителе по делу о привлечении руководителя должника к субсидиарной ответственности.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации конкурсным управляющим не указан момент неплатежеспособности, так как дело о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ И.В.В.» было возбуждено 28.09.2019 г.

Из материалов дела следует, что ФИО5 является единственным учредителем должника, однако в нарушение положений статьи 65 АПК РФ конкурсным управляющим не представлено надлежащих доказательств того, что документация должника передана и находится у единственного учредителя ООО «ТОРГОВАЯ КОМПАНИЯ И.В.В.».

Доказательств того, что ФИО5 была уполномочена хранить документацию в отношении должника, и в свою очередь, уклоняется от ее передачи, равно как и доказательств того, что она совершила действия, приведшие к уничтожению документации, ее сокрытию или к искажению содержащихся в ней сведений, материалы дела не содержат.

Апелляционный суд не установил оснований для привлечения ФИО5 к субсидиарной ответственности за не передачу документации управляющему.

Кроме того, конкурсный управляющий просил привлечь ФИО5 к субсидиарной ответственности по основаниям ст. 61.11 Закона о банкротстве за совершение сделок, повлекших причинение существенного вреда кредиторам должника.

В пункте 23 Постановления № 53 разъяснено, что презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными.

Из правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 22.06.2020 № 307-ЭС19-18723(2,3), следует, что при установлении того, повлекло ли поведение ответчиков банкротство должника, необходимо принимать во внимание, является ли ответчик инициатором такого поведения и (или) потенциальным выгодоприобретателем возникших в связи с этим негативных последствий.

В пункте 16 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» указано, что неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Суд апелляционной инстанции полагает, что наличие у ФИО5 статуса учредителя должника недостаточно для ее привлечения к субсидиарной ответственности, поскольку необходимым основанием является установление за ФИО5 статуса конечного выгодоприобретателя по цепочке оспоренных сделок, что не доказано конкурсным управляющим в нарушение требований ст. 65 АПК РФ. 

Доказательств выдачи ФИО5 указаний на совершение таких сделок, одобрений для их совершения, также не представлено.

Конкурсный управляющий должника просил привлечь ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 к субсидиарной ответственности по основаниям п. 12 ст. 61.11 Закона о банкротстве за совершение контролирующими лицами должника действий ухудшивших финансовое положение должника после возникновения признаков объективного банкротства должника.

В силу прямого указания подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве контролирующее лицо также подлежит привлечению к субсидиарной ответственности и в том случае, когда после наступления объективного банкротства оно совершило действия (бездействие), существенно ухудшившие финансовое положение должника. Указанное означает, что, по общему правилу, контролирующее лицо, создавшее условия для дальнейшего значительного роста диспропорции между стоимостью активов должника и размером его обязательств, подлежит привлечению к субсидиарной ответственности в полном объеме, поскольку презюмируется, что из-за его действий (бездействия) окончательно утрачена возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий, направленных на восстановление платежеспособности, и, как следствие, утрачена возможность реального погашения всех долговых обязательств в будущем.

Контролирующее лицо, которое несет субсидиарную ответственность на основании подпункта 2 пункта 12 статьи 61.11 Закона о банкротстве, и контролирующее лицо, несущее субсидиарную ответственность за доведение до объективного банкротства, отвечают солидарно.

В обоснование своих доводов, конкурсный управляющий указывает, что осуществляя принуждение руководителя должника к заключению кабальных по условиям кредитных договоров и осуществляя поручение за должника, ответчики ставили своей целью наращивание кредиторской задолженности для целей прекращения деятельности и уклонение от ответственности за долги общества перед своими кредиторами, то есть имели цель причинения вреда имущественным интересам кредиторов и доведения должника до банкротства.

Также, ссылается на то, что без договоров поручительства ООО «Торговая компания «И.В.В.» не получила бы одобрения по всем полученным кредитам, которые в совокупности составляют значительный (более 80%) размер требований кредиторов должника.

Кроме того, конкурсный управляющий указывает, что контролирующие должника лица использовали механизм назначения «номинальных руководителей», преследуя цель не допустить возложения какой-либо ответственности в ходе исполнительных производств (процедур банкротства) на самих себя, т.е. истинных бенефициаров ООО «Торговая компания «И.В.В.».

Также, конкурсный управляющий ссылается на то, что ответчики по настоящему обособленному спору являлись не только осведомленными о хозяйственной деятельности должника, но и прямо определяли эту деятельность; и совершение контролирующими должника лицами действий по наращиванию кредиторской задолженности имело целью прекращение деятельности и уклонение от ответственности за долги общества перед своими кредиторами, то есть причинения вреда имущественным интересам кредиторов и доведения должника до банкротства.

Судебное разбирательство о привлечении контролирующих лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника.

Кроме того, суд отмечает, что согласно правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.03.2021г. №310-ЭС20-18954 о том, что выдача поручительств одной входящей в группу компанией за другие компании из той же группы является обычной практикой, поэтому прав кредиторов отдельных участников группы само по себе не нарушает, при этом не обязательно, чтобы у каждого поручителя имелась реальная возможность полного исполнения обеспеченного обязательства, совокупность получаемых кредитором способов обеспечения в целом призвана обеспечить исполнение обязательств всей группой, в этой связи, само по себе принятие на себя должником как поручителем обязательств за иные компании, входящие с ним в одну группу, не является противоправным, невозможность полного удовлетворения требований кредиторов к одному отдельно взятому поручителю не является основанием для привлечения органов его управления к субсидиарной ответственности, обратное противоречит правовой природе института поручительства и влечет необоснованное возложение последствий банкротства всей группы компаний на органы управления должника.

Применительно к группе компаний предоставление поручительства за иного его участника, получающего финансирование, является нормальным с точки зрения гражданского оборота, в том числе и в случае, когда имущества отдельного поручителя недостаточно для погашения всего обеспеченного обязательства, а также в ситуации, когда поручитель или вся группа компаний испытывают финансовые трудности, поскольку целью получения финансирования является именно преодоление таких трудностей.

Поручительство в группе компаний с принятием на себя поручителями обязательств, превышающих стоимость их имущества, само по себе не может быть расценено как недобросовестное действие.

Таким образом, оценивая существенность влияния действий (бездействия) привлекаемых к субсидиарной ответственности лиц, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством, арбитражный суд признает недоказанным взаимосвязь между возникновением у должника признаков неплатежеспособности, и отмечает, что выдача поручений перед третьими лицами ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9, не могла повлечь наступление признаков неплатежеспособности.

Конкурсный управляющий, на основании пояснений ФИО4 указывает, что ФИО8, ФИО9 – бенефициары должника в период с 2017 г. по 2019 г. и реальные руководители общества.

 

Каких-либо прямых или косвенных доказательств осуществления реального руководства должником ФИО8 и ФИО9 в материалы дела, в нарушение ст. 65 АПК РФ не представлено.

Также не указано, каким образом ФИО8 и ФИО9 прямо или опосредованно извлекали выгоду от деятельности общества.

Конкурсным управляющим должника не представлены в материалы дела доказательства совершения ФИО9 сделок, причинивших имущественный вред кредиторам, и/или совершения ФИО9 действий (бездействия), которые повлекли значительное уменьшение объема активов и стали причиной банкротства должника.

Доводы о том, что ФИО9 являлся выгодоприобретателем по недействительным сделкам должника с ООО «Студия Вина «Каудаль», ООО «Винный клуб «Каудаль» судом отклоняются, поскольку его участие в указанных юридических лицах было прекращено 01.02.2018 г. и 10.11.2017 г. соответственно,

При этом в рамках настоящего дела признаны недействительными платежи в пользу ООО «Студия Вина «Каудаль» за период с 22.03.2019 г. по 28.03.2019 г. на общую сумму 3 966 290,88 руб., в пользу ООО «Винный клуб «Каудаль» за период с 01.03.2019 г. по 08.05.2019 г. на общую сумму 3 015 000,00 руб.

Таким образом, ФИО9 вышел из состава участников ООО «Студия Вина «Каудаль», ООО «Винный клуб «Каудаль» не менее чем за год до получения платежей, впоследствии признанных недействительными.

Кроме того, общий размер указанных недействительных сделок не мог повлечь наступление объективного банкротства должника.

Указанные обстоятельства свидетельствуют об отсутствии оснований для привлечения ФИО9 к субсидиарной ответственности по заявленным основаниям .

Как следует из п. 7 ст. 61.11 Закона о банкротстве, если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Возражая против выводов суда первой инстанции, конкурсный управляющий указал на то, что ответчики входят в одну группу лиц с общими экономическими интересами, соответственно, действовали с противоправными целями.

Так, по мнению конкурсного управляющего, ФИО6, ФИО7, ФИО8, ФИО9 фактически осуществляли контроль над деятельностью должника и принимали значимые хозяйственные решения.

Однако апелляционный суд отклоняет доводы заявителя жалобы, поскольку конкурсным управляющим не были представлены доказательства, что недействительные сделки были совершены по прямому указанию указанных лиц, что в результате совершенных действий ответчиками был получен доход.

Согласно пункту 22 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 01.07.1996 N 6/8 "О некоторых вопросах, связанных с применением части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" при разрешении споров, связанных с ответственностью учредителей (участников) юридического лица, признанного несостоятельным (банкротом), собственника его имущества или других лиц, которые имеют право давать обязательные для этого юридического лица указания либо иным образом имеют возможность определять его действия (часть вторая п. 3 ст. 56), суд должен учитывать, что указанные лица могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Из содержания указанных правовых норм следует, что необходимым условием для возложения субсидиарной ответственности по обязательствам должника на учредителя, участника или иных лиц, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо имеют возможность иным образом определять его действия, является доказанность факта, что именно действия названных лиц послужили причиной банкротства должника.

При таких обстоятельствах, применение всех изложенных норм допустимо при доказанности следующих обстоятельств: надлежащего субъекта ответственности, которым является собственник, учредитель, руководитель должника, иные лица, которые имеют право давать обязательные для должника указания либо иным образом имеют возможность определять его действия; факта несостоятельности (банкротства) должника, то есть признания арбитражным судом или объявлении должником о своей неспособности в полном объеме удовлетворять требования кредиторов по денежным обязательствам и (или) исполнить обязанность по уплате обязательных платежей; наличием причинной связи между обязательными указаниями или действиями указанных лиц и фактом банкротства должника, поскольку они могут быть привлечены к субсидиарной ответственности лишь в тех случаях, когда несостоятельность (банкротство) юридического лица вызвана их указаниями или иными действиями.

Возложение на них ответственности за бездействие исключается.

Доказывание всех изложенных фактов является обязанностью заявителя, заявившего соответствующее требование.

Заявитель не представил конкретных доказательств того, что ответчики давали указания должнику, и выполнение должником указаний ответчиков привело к его банкротству. 

Обжалуя определение суда первой инстанции, каких-либо доводов, которые не были бы проверены и не учтены судом при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли бы на оценку его законности и обоснованности, либо опровергали выводы арбитражного суда области, заявитель не привел.

Фактические обстоятельства, имеющие существенное значение для разрешения спора по существу, установлены судом первой инстанции на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности.

При изложенных обстоятельствах апелляционный суд считает, что выводы суда первой инстанции основаны на полном и всестороннем исследовании материалов дела, при правильном применении норм действующего законодательства.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ, основанием для отмены принятого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.

Руководствуясь статьями 266, 268, 269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 27.03.2023 по делу № А41-23442/19 оставить без изменения, апелляционную  жалобу - без удовлетворения. 

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в  Арбитражный суд Московского округа в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через суд первой инстанции.

 

Председательствующий

 

Н.В. Шальнева

Судьи

 

С.Ю.  Епифанцева

А.В.  Терешин