962/2023-142272(2) 

ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

443070, г. Самара, ул. Аэродромная, 11А, тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru.  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда,  

не вступившего в законную силу 

 №№ 11АП-9961/2023, 11АП-9704/2023, 11АП-9706/2023

Дело № А65-10999/2019

г. Самара

08 сентября 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 сентября 2023 года  Постановление в полном объеме изготовлено 08 сентября 2023 года  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего судьи Машьяновой А.В., судей Гадеевой Л.Р., Львова Я.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, с участием: 

от арбитражного управляющего ФИО2 - ФИО3, доверенность от  01.06.2023,  

от ФИО4 - ФИО5, доверенность от 22.06.2022,  от ФИО6 - ФИО7, доверенность от 05.04.2023,  иные лица, не явились, извещены,  

рассмотрев в открытом судебном заседании 04 сентября 2023 года в помещении суда в зале   № 2 апелляционные жалобы ФИО6, ФИО4,  ФИО8 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15  мая 2023 года, вынесенное по результатам рассмотрения заявления конкурсного управляющего  должника о привлечении ФИО6, ФИО8,  ФИО4 к субсидиарной ответственности  

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Жилищно-эксплуатационный  участок № 10»,  

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2020 общество с ограниченной  ответственностью «Жилищно-эксплуатационный участок № 10», г.Альметьевск, ОГРН  

<

***>, ИНН 

<

***> (далее – должник), признан несостоятельным (банкротом) и в  отношении него введено конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного  управляющего возложено на ФИО9.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20.02.2020 конкурсным  управляющим должника утвержден ФИО2  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 02.06.2022 принято к  производству заявление конкурсного управляющего должника о привлечении ФИО6, ФИО8, ФИО4, (далее –  ответчики), к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в солидарном порядке  (вх. № 21345)  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.05.2023 судом признано  доказанным наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Жилищно – эксплуатационный  

участок № 10» Камаловой Рашиды Насиховны, Закировой Светланы Федоровны, Куприянова  Александра Ильича.  

Производство по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной  ответственностью «Жилищно – эксплуатационный участок № 10» о привлечении к субсидиарной  ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

Не согласившись с принятым судом первой инстанции судебным актом, ФИО6, ФИО4 и ФИО8 обратились в  Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит  определение суда первой инстанции отменить.  

В обоснование жалоб, заявители ссылаются на нарушение судом первой инстанции при  вынесении обжалуемого судебного акта положений ст. 270 АПК РФ.  

Определениями Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.07.2023 указанные  апелляционные жалобы приняты к производству, судебное разбирательство назначено с учетом  отложения на 04.09.2023.  

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, о времени и месте судебного  заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в  информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в  соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

03.08.2022 от конкурсного управляющего должника в материалы дела поступил письменный  отзыв по существу апелляционных жалоб.  

04.08.2023 от конкурсного управляющего ООО "Русло" в материалы дела поступил  письменный отзыв по существу апелляционных жалоб.  

07.08.2023 от ФИО6 и ФИО4 в материалы дела поступили письменные  объяснения.  

22.08.2023 от ФИО4 в материалы дела поступили письменные объяснения. 

31.08.2023 от конкурсного управляющего должника в материалы дела поступило письменное  дополнение к отзыву по существу апелляционных жалоб.  

31.08.2023 от ФИО6 в материалы дела поступили письменные доказательства. 

Данные документы приобщены судом апелляционной инстанции к материалам  апелляционного производства в порядке ст. 262 АПК РФ.  

В ходе судебного заседания представители ФИО6 и ФИО4 поддержали  доводы апелляционной жалобы в полном объеме.  

Представитель арбитражного управляющего ФИО2 возражал по существу  апелляционных жалоб.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте  рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о  времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного  апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не  обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном  главой 34 АПК РФ.  

Судебная коллегия считает, что материалы дела содержат достаточно доказательств для  рассмотрения апелляционной жалобы по существу. Каких-либо доказательств затруднительности  или невозможности своевременного ознакомления с материалами дела в электронном виде в  системе "Картотека арбитражных дел" сети Интернет, лицами, участвующими в деле,  представлено не было. Отсутствие отзывов на апелляционную жалобу от иных лиц, участвующих  в деле, по мнению суда апелляционной инстанции, не влияет на возможность рассмотрения  апелляционной жалобы по существу.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со  статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм  материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте,  установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам,  Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не усматривает оснований для отмены  

обжалуемого судебного акта по следующим основаниям. 

В соответствии с частью 1 статьи 223 АПК РФ, пунктом 1 статьи 32 Федерального закона от  

26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о  

несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам,  

предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными  

законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства). 

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, согласно выписке из  

ЕГРЮЛ в отношении должника: 

- ФИО8 исполняла обязанности руководителя должника в период с 23.07.2008 по  

08.01.2018, 

- ФИО4 исполняла обязанности руководителя должника в период с 25.01.2018 по  

13.10.2019, 

- ФИО6 исполнял обязанности руководителя должника в период с 14.10.2019 по  

23.01.2020, а также являлся участником должника согласно сведениям ЕГРЮЛ с 16.07.2015 долей  

50%, с 11.02.2016 с долей 61,16 %, а с 29.06.2017 – 100% доли участия в капитале должника. 

Согласно заявлению конкурсный управляющий с учетом принятого судом уточнения,  

заявитель просил привлечь ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам  

должника по следующим основаниям: 

- ответчиками не исполнена обязанность по подаче заявления в суд о признании должника  

несостоятельным (банкротом); 

- заключались сделки, которые были признаны недействительными судом;  

- в результате действий ответчиков у должника возникли обязательства перед  

ресурсоснабжающими организациями; 

- конкурсному управляющему не переданы документы, позволяющие установить причину  

значительного расхождения размера выявленной дебиторской задолженности граждан по оплате  

коммунальных платежей и размера требований ресурсоснабжающих организаций, включенных в  

реестр требований кредиторов должника; 

- ответчики бездействовали в вопросе взыскания дебиторской задолженности жильцов на  

сумму 48 110 185,43 руб. 

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной  

ответственности за неподачу (несвоевременную подачу заявления) о признании должника  

банкротом, конкурный управляющий указывал на следующие обстоятельства. 

Согласно сведениям бухгалтерского баланса должника по состоянию на 01.01.2016 стоимость  

активов должника составляла 8 345 000,00 руб. 

Кредиторская задолженность должника по состоянию на 01.01.2016 перед:  - АО «Альметьевск-Водоканал» составляла 10 012 428,89 руб.,  

- АО «Альметьевские тепловые сети» составляла 24 199 693,48 руб., 

а по состоянию на 23.04.2016 кредиторская задолженность должника перед  - АО «Альметьевск-Водоканал» составляла 8 841 286,80 руб.,  

- АО «Альметьевские тепловые сети» - 18 983 042,01 руб. 

По состоянию на 24.05.2016 финансовое состояние должника не изменилось, кредиторская  

задолженность перед АО «Альметьевск-Водоканал» составляла 9 107 077,23 руб., перед АО  

«Альметьевские тепловые сети» - 18 117 520,60 руб. 

Следовательно, по мнению конкурсного управляющего, в соответствии со ст.10 Закона о  

банкротстве в редакции ФЗ от 28.06.2013 № 134-ФЗ, ФИО8 являясь руководителем  

должника, должна была не позднее 24.06.2016 обратиться в арбитражный суд с заявлением о  

признании должника несостоятельным (банкротом). За период с 24.05.2016 по 08.01.2018 у должника возникли следующие обязательства перед: - АО «Альметьевские тепловые сети» в размере 36 187 351,33 руб., - АО «Альметьевск-Водоканал» в размере 5 244 370,51 руб., - ООО «Русло» в размере 15 916 313,93 руб., - ООО «Виктория» в размере 112 724,37 руб. Итого на общую сумму 57 460 760,14 руб. 

Исходя из периода исполнения обязанностей руководителя должника ФИО4, по  

мнению конкурсного управляющего, обязанность обращения в суд возникла у нее с  26.02.2018.  

За указанный период до возбуждения дела о банкротстве у должника возникли обязательства  перед кредиторами на общую сумму 8 784 766,03 руб., в том числе перед:  

- АО «Альметьевские тепловые сети» на сумму 7 148 237,73 руб.,  - АО «Альметьевск-Водоканал» на сумму 166 588,24 руб.,  

- ООО «Чистый город» на сумму 64 485,54 руб., - АО «Татэнергосбыт» на сумму 605 463,84 руб., - ООО «Русло» на сумму 799 751,33 руб., - ООО «Виктория» на сумму 239,35 руб. Итого на общую сумму 8 784 766,03 руб. 

Как указывал заявитель, ФИО6 по состоянию на 30.07.2017 являлся единственным  участником должника. Следовательно, в соответствии с п.3.1 ст.9 Закона о банкротстве в редакции  ФЗ от 29.07.2017, ст.39 Закона «Об обществах с ограниченной ответственностью» не позднее  десяти календарных дней со дня истечения срока по обращению в суд руководителя должника  обязан был принять решение об обращении в арбитражный суд с заявлением о банкротстве  должника.  

Учитывая изложенное, не позднее 11.08.2017 (ввиду не обращения ФИО8 в суд)  ФИО6 должен был обратиться в суд.  

На указанную дату у должника возникли обязательства на общую сумму 45 329 316,67 руб., в  том числе перед:  

- АО «Альметьевские тепловые сети» на сумму 27 830 338,31 руб.,  - ООО «Чистый город» на сумму 64 485,54 руб.,  

- АО «Татэнергосбыт» на сумму 605 463,84 руб., - ООО «Русло» на сумму 16 716 065,26 руб., - ООО «Виктория» на сумму 112 963,72 руб. Итого на общую сумму 66 095 291,29 руб. 

Кроме того, определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 11.07.2020 по  данному делу, требование Некоммерческой организации «Фонд жилищно-коммунального  хозяйства Республики Татарстан» в сумме 9 470 107,71 руб. - долга и 1 338 827,64 руб. - процентов  за пользование чужими денежными средствами, признано обоснованным, подлежащим  удовлетворению после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований  кредиторов, имущества должника.  

Указанный долг должника образовался в период 2014-2020г.г., что, по мнению управляющего  указывает на то, что ответчики в течение длительного периода времени бездействовали в  обеспечении сбора и перечисления денежных средств на цели капитального ремонта жилого  фонда, находившегося в управлении должника.  

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности за сделки, которые были признаны судом недействительными, конкурный  управляющий указывал на следующие обстоятельства.  

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим  должника были выявлены ряд подозрительных сделок, которые им были оспорены.  

Конкурсным управляющим было установлено, что должником в пользу ООО «Лес-Строй» на  основании договора купли-продажи № 22/10/2018 от 22 января 2018г. была реализована  самоходная машина-погрузчик: марка - XGMA XG 9311, заводской № (рама)  CXG00932E001B3146, год выпуска - 2011, двигатель -J8004B00023 кВт/л.с. 92(125), коробка  передач - 11513277, мост № -24001201714/24001201705, цвет - желто-черный, гос.рег.знак - 16  серия МС № 1786. Цена реализации составила 356 000,00 руб.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.12.2021 по делу   № А65-10999/2019 вышеуказанная сделка была признана недействительной и применены  последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с ООО «Лес-Строй» в пользу  должника действительной стоимости самоходной машины-погрузчика в размере 986 271,80 руб.  

Признавая указанную сделку должника недействительной, суд апелляционной инстанции  пришел к выводу о том, что договор заключен между заинтересованными лицами, по заниженной  

цене, чем причинен вред имущественным правам кредиторов, в т.ч. и в ущерб  имущественным интересам должника.  

Кроме того, в ходе проведения мероприятий конкурсного производства конкурсным  управляющим должника было установлено, что должник в пользу ООО «Лес-Строй» поставил  товарно-материальных ценностей на общую сумму 458 123 руб. 00 коп., что подтверждается:  

- счетом-фактурой (универсальным передаточным документом) № 106 от 19 октября 2018г.  на сумму 136 080 руб. 00 коп.;  

- счетом-фактурой (универсальным передаточным документом) № 169 от 31 октября 2019г.  на сумму 298 340 руб. 50 коп.;  

- счетом-фактурой (универсальным передаточным документом) № 170 от 02 декабря 2019г.  на сумму 23702 руб. 50 коп.;  

В целях урегулирования взаимных обязательств между должником и ООО «Лес-Строй» были  составлены акты взаимозачета:  

- № 1 от 31 октября 2019г., согласно которому между сторонами производился взаимозачет  на сумму 434420 руб. 50 коп.;  

- № 2 от 20 декабря 2019г., согласно которому между сторонами производился взаимозачет  на сумму 23702 руб. 50 коп.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 20 января 2021г. по делу № А6510999/2019 вышеуказанные акты взаимозачета № 1 от 31.10.2019, № 2 от 20.12.2019 признаны  недействительными сделками и применены последствия признания сделок недействительными в  виде восстановления задолженности ООО «ЖЭУ № 10» перед ООО «Лес-Строй» в размере 458  123 руб. и восстановления задолженности ООО «Лес-Строй» перед ООО «ЖЭУ № 10» размере  458 123 руб.  

Признавая вышеуказанные акты взаимозачета недействительными, арбитражный суд пришел  к выводу о том, что в результате совершения этих сделок ООО «Лес-Строй» получил  преимущественное удовлетворение перед иными кредиторами должника.  

ООО «Лес-Строй» в добровольном порядке долг в размере 458 123 руб. перед должником не  погасил, что явилось основанием для обращения конкурсного управляющего с соответствующим  исковым заявлением в Арбитражный суд Республики Удмуртия.  

Решением Арбитражного суда Республики Удмуртия от 30.12.2021 по делу № А71-7005/2021  с ООО «Лес-Строй» в пользу должника было взыскано 458 123 руб. долга за неоплату поставок  товарно-материальных ценностей подтвержденных вышеуказанными универсально-передаточными документами.  

Удовлетворяя исковые требования должника, Арбитражный суд Республики Удмуртия  пришел к выводу, что спорные сделки осуществлены между двумя аффилированными лицами с  целью сокрытия принадлежащего обществу «ЖЭУ № 10» имущества от обращения на него  взыскания.  

При рассмотрении указанных судебных споров арбитражными судами было установлено, что  должник и ООО «Лес-Строй» являлись аффилированными лицами через их единственного  участника - ФИО6.  

В период совершения оспариваемых сделок руководителями исполнительного органа  должника, имеющими право действовать от его имени без доверенности являлись ФИО8  (с 23.07.2008 по 24.01.2018), ФИО4 (с 25.01.2018 по 13.10.2019) и непосредственно  единственный участник должника ФИО6 (с 14.10.2019 по 23.01.2020).  

Установленные обстоятельства, по мнению конкурсного управляющего, свидетельствуют,  что ФИО6, являясь единственным участником должника, осуществлял непосредственное  руководство финансово-хозяйственной деятельностью должника, давая обязательные к  исполнению распоряжения его исполнительному органу, которые в силу своей зависимости  совершали от имени должника вышеуказанные сделки в ущерб интересам должника и его  кредиторов, т.е. заключение данных сделок преследовали противоправные цели.  

Таким образом, ФИО8 в период с 23.07.2008 по 24.01.2018, ФИО4, в период с  25.01.2018 по 13.10.2019 и ФИО6 в течение всего периода деятельности должника до  момента признания его банкротом для целей применения положений Закона о банкротстве  являлись контролирующими должника лицами.  

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности за действия, в результате которых у должника возникли обязательства перед  ресурсоснабжающими организациями, конкурный управляющий указывал на следующие  обстоятельства.  

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2016 год, балансовая стоимость активов  составляла 8 345 000 руб., пассивов 8 345 000 руб., кредиторская задолженность 3 929 000 руб.,  чистая прибыль составила 2 807 000 руб. Стоимость чистых активов составила 4 416 000 руб.  

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2017 год, балансовая стоимость активов  составляла 7 946 000 руб., пассивов 7 946 000 руб., кредиторская задолженность 3 279 000 руб.  Убыток по итогам финансового года составил 1 250 000 руб. Стоимость чистых активов составила  3 165 000 руб.  

Согласно бухгалтерскому балансу должника за 2018 год, балансовая стоимость активов  составляла 10 561 000 руб., пассивов 10 561 000 руб., кредиторская задолженность 14 480 000 руб.  Убыток по итогам финансового года составил 7 084 000 руб. Стоимость чистых активов по итогам  финансового года показало отрицательное значение - 3 919 000 руб.  

Анализ показателей бухгалтерского баланса показывает, что в течение 3-х лет  предшествовавших началу процедуры банкротства в отношении должника, когда ответчики  являлись контролирующими лицами должника, его финансовое состояние ухудшалось.  

Данное обстоятельство подтверждается ростом кредиторской задолженности должника перед  основными ресурсоснабжающими организациями.  

Так, задолженность должника перед АО «Альметьевские тепловые сети» составляла по  состоянию:  

на 01 января 2016г. - 24 199 693,48 руб.; на 01 января 2017г. - 36 695 339,94 руб.; на 01 января 2018г. - 54 304 871,93 руб.; на 01 января 2019г. - 62 117 265,33 руб. 

Задолженность должника перед АО «Альметьевск-Водоканал» составляла по состоянию:  на 01 января 2016г. - 10 012 428,89 руб.,  

на 01 января 2017г. - 13 058 596,59 руб.; на 01 января 2018г.- 14 351 447,74 руб.; на 01 января 2019г. - 15 650 481,52 руб. 

Анализ кредиторской задолженности показывает, что ее увеличение происходило по  результатам каждого последующего финансового года.  

В ходе мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим установлено, что  дебиторская задолженность граждан по оплате коммунальных платежей и иных предоставляемых  населению услуг перед ООО «ЖЭУ № 10» составляет 48 110 185,43 руб.  

Между тем в реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в  размере 96 072 628,89 руб. основного долга, в том числе требования, вытекающие из оплаты за  поставки тепловой энергии, горячего и холодного водоснабжения, электроэнергии, вывоз твердых  бытовых отходов:  

- ОАО «Альметьевска тепловые сети» на сумму 65 196 294,87 руб.;  - АО «Альметьевск-Водоканал» на сумму 14 071 298,34 руб.;  

- АО «Татэнергосбыт» на сумму 605 463,84 руб.; - ООО «Чистый город» на сумму 64 485,54 руб. Всего 79 937 542 руб. 59 коп. 

Расходы по оплате поставок указанных коммунальных услуг включены в платежные  квитанции граждан по оплате коммунальных услуг. Доля стоимости коммунальных услуг  поставляемых ресурсоснабжающими организациями в структуре коммунальных платежей,  включенные в квитанции для их оплате гражданами составляет около 65 процентов. Исходя из  того обстоятельства, что дебиторская задолженность граждан перед должником по оплате  коммунальных услуг составляет 48 110 185,43 руб., следует, что должник не перечислил в адрес  ресурсоснабжающих организаций, собранные с населения денежные средства ориентировочно в  размере 48 665 922 руб. (79 937 542,59 руб. - 48 110 185,43 руб. х 65%).  

ООО «ЖЭУ № 10» в соответствии с п. 6 Требований к осуществлению расчетов за ресурсы,  

необходимые для предоставления коммунальных услуг, утвержденных  Постановлением Правительства Российской Федерации от 28 марта 2012г. № 253 «О требованиях  к осуществлению расчетов за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг»,  должно было перечислить в пользу ресурсоснабжающих организаций не позднее рабочего дня,  следующего за днем поступления платежей потребителей (жителей домов) управляющей  компании.  

В переданной бывшим руководителем должника бухгалтерской документации и иных  документов должника, содержащих сведения позволяющих установить причину значительного  расхождения размера выявленной дебиторской задолженностью граждан по оплате коммунальных  платежей и размера требований ресурсоснабжающих организаций включенных в реестр  требований кредиторов должника не содержится.  

По мнению конкурсного управляющего, что значительная разница между выявленной  задолженностью населения за поставленные ресурсоснабжающими организациями услуги и  стоимостью предоставленных услуг населению данными организациями, явилось следствием  растраты, контролирующими лицами должника денежных средств собранных с населения или  принятия ими ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и  разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных  условиях, дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций.  

Конкурсный управляющий считает, что действия ответчиков, в результате которых у  должника возникли обязательства перед ресурсоснабжающими организациями, включенных в  реестр требований кредиторов должника, значительно превышающих выявленную дебиторскую  задолженность граждан по оплате коммунальных услуг, для ООО «ЖЭУ № 10» стало  невозможным полное погашение требований его кредиторов.  

Как указывал конкурсный управляющий, в настоящий момент выявленных в ходе проведения  процедур банкротства активов должника, недостаточно для полного погашения требований  кредиторов должника.  

На основании изложенного, по мнению конкурсного управляющего, ФИО6, ФИО4 и ФИО8 подлежат привлечению к  субсидиарной ответственности по обязательствам должника за невозможность полного погашения  требований кредиторов в полном объеме.  

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности за не передачу конкурсному управляющему документов, позволяющих  установить причину значительного расхождения размера выявленной дебиторской задолженности  граждан по оплате коммунальных платежей и размера требований ресурсоснабжающих  организаций, включенных в реестр требований кредиторов должника, конкурный управляющий  указывал на следующие обстоятельства.  

В силу п. 1 ст. 50 Федерального закона от 08.02.1998 N 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной  ответственностью» общество обязано хранить документы, предусмотренные федеральными  законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, уставом общества,  внутренними документами общества, решениями общего собрания участников общества, совета  директоров (наблюдательного совета) общества и исполнительных органов общества.  

Сроки хранения таких документов в период трех лет предшествовавших возбуждению  производства о банкротстве должника определялись Приказом Министерства культуры РФ от 25  августа 2010г. № 558 «Об утверждении Перечня типовых управленческих архивных документов,  образующихся в процессе деятельности государственных органов, органов местного  самоуправления и организаций, с указанием сроков хранения». В настоящий момент перечень  типовых управленческих архивных документов, образующихся в процессе деятельности  государственных органов, органов местного самоуправления и организаций, с указанием сроков  их хранения, утв. приказом Федерального архивного агентства от 20.12.2019 № 236 (далее -  Перечень архивных документов), а также иными нормативными актами.  

ООО обязано, в частности, хранить следующие документы: 

- договор об учреждении ООО (при наличии нескольких учредителей) либо решение об  учреждении общества (в случае учреждения общества одним лицом), срок хранения - постоянно  (п. 29 Перечня архивных документов);  

- устав ООО, утвержденный учредителями (участниками) общества, а также внесенные в  устав и зарегистрированные в установленном порядке изменения, срок хранения - постоянно (п. 28  Перечня архивных документов);  

- протокол (протоколы) собрания учредителей ООО, срок хранения -постоянно (п. 31  Перечня архивных документов);  

- свидетельства (уведомления) о постановке на учет в налоговых органах; уведомления о  снятии с учета), срок хранения - до минования надобности (п. 24 Перечня архивных документов);  

- извещения (уведомления) страхователей о регистрации (снятия с учета) во внебюджетных  фондах, срок хранения - до минования надобности (п. 24 Перечня архивных документов);  

- документы о праве собственности на объекты недвижимого имущества, срок хранения - до  ликвидации ООО (п. 77 Перечня архивных документов);  

- положения об исполнительных и иных органах ООО, срок хранения -постоянно (п. 34  Перечня архивных документов);  

- положения о филиалах, представительствах, структурных подразделениях ООО, срок  хранения - постоянно (п. 33 Перечня архивных документов);  

- документы, связанные с эмиссией облигаций и иных эмиссионных ценных бумаг ООО,  срок хранения - до ликвидации ООО (п. 115 Перечня архивных документов);  

- протоколы общих собраний участников ООО, заседаний совета директоров  (наблюдательного совета), коллегиального исполнительного органа и ревизионной комиссии  ООО, срок хранения - постоянно (п. 18 Перечня архивных документов);  

- списки аффилированных лиц ООО, срок хранения - постоянно (п. 118 Перечня архивных  документов);  

- заключения ревизионной комиссии (ревизора) ООО, аудитора, государственных и  муниципальных органов финансового контроля, срок хранения - постоянно (п. 18 Перечня  архивных документов);  

- список участников ООО (п. 1 ст. 31.1 Закона об ООО), срок хранения -постоянно (п. 32  Перечня архивных документов). Общее собрание участников ООО вправе передать Федеральной  нотариальной палате ведение и хранение списка участников ООО в реестр списков участников  обществ с ограниченной ответственностью единой информационной системы нотариата, ведение  которой осуществляется в соответствии с законодательством Российской Федерации о нотариате  (п. 1 ст. 31.1 Закона об ООО).  

Кроме указанных документов, в соответствии с действующим законодательством ООО  обязаны хранить следующие документы:  

- первичные учетные документы, регистры бухгалтерского учета, бухгалтерскую  (финансовую) отчетность, аудиторские заключения (п. 1 ст. 29 Федерального закона от 06.12.2011   № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете»), срок хранения - пять лет после отчетного года;  

- документы учетной политики, стандарты экономического субъекта, другие документы,  связанные с организацией и ведением бухгалтерского учета в ООО, в том числе средства,  обеспечивающие воспроизведение электронных документов, а также проверку подлинности  электронной подписи (п. 2 ст. 29 Закона о бухгалтерском учете), срок хранения - не менее пяти лет  после года, в котором они использовались для составления бухгалтерской (финансовой)  отчетности ООО в последний раз;  

- трудовые книжки работников ООО (ст. 66 ТК РФ, Порядок ведения и хранения трудовых  книжек, утв. приказом Минтруда РФ от 19.05.2021 N 320н)  

- данные бухгалтерского и налогового учета ООО и другие документы, необходимые для  исчисления и уплаты налогов, в том числе документы, подтверждающие получение доходов,  осуществление расходов (для организаций и индивидуальных предпринимателей), а также уплату  (удержание) налогов; срок хранения - с 17 марта 2021 года - 5 лет, до этой даты 4 года), если иное  не предусмотрено законодательством (пп. 8 п. 1 ст. 23 НК РФ);  

- документы, содержащие информацию о бенефициарных владельцах ООО и о принятых  мерах по установлению необходимых сведений в отношении бенефициарных владельцев ООО  (кроме ООО, указанных в абзацах втором - пятом пп. 2 п. 1 ст. 7 Федерального закона от  07.08.2001 № 115-ФЗ «О противодействии легализации (отмыванию) доходов, полученных  преступным путем, и финансированию терроризма». Срок хранения документов - не менее 5 лет  

со дня получения такой информации (п. 2 и п. 3 ст. 6.1 Закона № 115-ФЗ).  

Существенное затруднение в проведении процедуры банкротства в отношении должника, в  том числе и формировании его конкурсной массы, вызывает то обстоятельство, ответчики не  обеспечили передачу конкурсному управляющему документов, которые бы отражали принятые  решения или иные действия должностных лиц, в результате которых образовалась значительная  разница между размером выявленной дебиторской задолженностью граждан по оплате  коммунальных платежей и размером требований ресурсоснабжающих организаций, включенных в  реестр требований кредиторов должника.  

Отсутствие данных документов не позволяет конкурсному управляющему провести анализ и  установить причину выявленного им существенного расхождения между суммой дебиторской  задолженности граждан по оплате коммунальных платежей и суммой требований конкурсных  кредиторов -ресурсоснабжающих организаций включенных в реестр требований кредитов. В  результате конкурсный управляющий лишен возможности в проведении мероприятий  направленных на формирование конкурсной массы должника путем предъявления  соответствующих требований.  

По мнению конкурсного управляющего, контролирующим лицом должника, который должен  был обеспечить передачу указанных документов, является ФИО6, как лицо  исполнявшее обязанность руководителя исполнительного органа должника до момента признания  его несостоятельным (банкротом).  

В обоснование заявленных требований о привлечении ответчиков к субсидиарной  ответственности за бездействие в вопросе взыскания дебиторской задолженности жильцов на  сумму 48 110 185,43 руб., конкурный управляющий указывал на следующие обстоятельства.  

В ходе мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим установлено, что  дебиторская задолженность граждан по оплате коммунальных платежей перед ООО «ЖЭУ № 10»  составляет 48 110 185,43 руб. Данное обстоятельство, по мнению конкурсного управляющего,  указывает, что должник в течение длительного периода времени бездействовал в вопросе  взыскания дебиторской задолженности жильцов многоквартирных домов находящихся в  управлении должника. В результате такого бездействия увеличилась кредиторская задолженность  должника перед ресурсоснабжающими организациями, что существенно ухудшило финансовое  положение должника.  

Анализ финансового состояния должника указывает, что в результате бездействия должника  в вопросе взыскания дебиторской задолженности жильцов по оплате коммунальных услуг у  должника увеличилась его кредиторская задолженность перед ресурсоснабжающими  организациями, что существенно ухудшило финансовое положение должника и утрачена  возможность осуществления в отношении должника реабилитационных мероприятий,  направленных на восстановление его платежеспособности.  

На основании изложенного, конкурсный управляющий должника указывал, что ответчики -  контролирующие лица должника, подлежат привлечению к субсидиарной ответственности по  основанию указанному в статье 61.12 Закона о банкротстве.  

Устанавливая наличие доказанными основания для привлечения ответчиков к субсидиарной  ответственности по обязательствам должника, суд руководствовался следующим.  

Федеральным законом от 29.07.2017 N 266-ФЗ "О внесении изменений в Федеральный закон  "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных  правонарушениях" Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя  должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

В соответствии с пунктом 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ О внесении  изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях" рассмотрение заявлений о привлечении к  субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 10 Закона о банкротстве (в редакции,  действовавшей до дня вступления в силу настоящего Федерального закона), которые поданы с  01.07.2017, производится по правилам Закона о банкротстве (в редакции настоящего  Федерального закона).  

Заявление о привлечении к субсидиарной ответственности поступило в суд 26.05.2022,  следовательно, подлежат применению положения Закона о банкротстве в редакции Закона от  

29.07.2017 N 266-ФЗ.  

На основании п. 1, п. 4 ст. 61.10 Закона о банкротстве под контролирующим должника лицом  понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года,  предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до  принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать  обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять  действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.  

Пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника  лицом, если оно являлось руководителем должника.  

В соответствии с п.6 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве" (далее – Пленум № 53) руководитель, формально входящий в  состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее -  номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на  основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии  явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных  полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица,  поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и  не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору  представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей  работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).  

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве)  размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если  благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были  установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического  руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования  кредиторов.  

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального  руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали  восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1  статьи 1064 ГК РФ).  

В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя  фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в  которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно  с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 ГК РФ).  

Согласно материалам дела ФИО8 исполняла обязанности руководителя должника в  период с 23.07.2008 по 08.01.2018, ФИО4 исполняла обязанности руководителя должника  в период с 25.01.2018 по 13.10.2019, ФИО6 исполнял обязанности руководителя  должника в период с 14.10.2019 по 23.01.2020, а также являлся участником должника согласно  сведениям ЕГРЮЛ с 16.07.2015 долей 50%, с 11.02.2016 с долей 61,16 %, а с 29.06.2017 – 100%  доли участия в капитале должника.  

Дело о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено 23.04.2019. 

В соответствии со ст. 61.12 Закона о банкротстве неисполнение обязанности по подаче  заявления должника в арбитражный суд (созыву заседания для принятия решения об обращении в  арбитражный суд с заявлением должника или принятию такого решения) в случаях и в срок,  которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную  ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по  созыву заседания для принятия решения о подаче заявления должника в арбитражный суд, и (или)  принятию такого решения, и (или) подаче данного заявления в арбитражный суд. Размер  ответственности в соответствии с настоящим пунктом равен размеру обязательств должника (в  том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока, предусмотренного  пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве  должника (возврата заявления уполномоченного органа о признания должника банкротом).  

Привлечение руководителя должника к субсидиарной ответственности на основании пункта 1  

статьи 61.12 Закона о банкротстве возможно при наличии совокупности следующих условий:  

- неисполнение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в  срок, которые установлены статьей 9 закона;  

- возникновение одного из обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве;  

- неподача руководителем должника заявления о банкротстве должника в течение месяца с  даты возникновения соответствующего обстоятельства;  

- возникновение обязательств должника, по которым указанные лица привлекаются к  субсидиарной ответственности, после истечения срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9  Закона о банкротстве.  

Для привлечения к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о  банкротстве заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному  пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, должник (руководитель должника) должен был  обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, а также какие именно  обязательства возникли после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 Закона  о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве должника.  

С учетом предмета доказывания, обратившееся в суд с заявлением о привлечении к  субсидиарной ответственности лицо в силу статьи 65 АПК РФ должно доказать, что  предъявленная ко взысканию сумма обязательств должника возникла не ранее, чем через месяц с  даты, когда должник стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) признакам  недостаточности имущества или иным обстоятельствам, предусмотренным пунктом 1 статьи 9  Закона о банкротстве.  

Обязанность руководителя должника по обращению в суд с заявлением о банкротстве  возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, в рамках стандартной  управленческой практики должен был, учитывая масштаб деятельности должника, объективно  определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В период трех лет предшествовавших дате возбуждения дела о банкротстве 

должника руководителями исполнительного органа должника, имеющий право действовать  от его имени без доверенности являлись ФИО8 с 23.07.2008 по 08.01.2018, ФИО6  с 09.01.2018 по 21.02.2018 и ФИО4 с 22.02.2018 по 26.02.2019. Единственным участником  должника является ФИО6  

ФИО8 в суде первой инстанции указывала на отсутствие оснований для привлечения  ее к субсидиарной ответственности ввиду того, что обстоятельства, на которые ссылается  конкурсный управляющий о привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности  относятся к периоду до введения ст. 61.12 Закона о банкротстве, и, следовательно, требования к  ФИО8 должны рассматриваться в соответствии со ст. 10 Закона о банкротстве.  

Суд оценив данные доводы ответчика указал, что ст. 10 Закона о банкротстве, в редакции  Закона на которую указывает ответчик, также предусматривала привлечение к субсидиарной  ответственности как за неподачу заявления о признании должника несостоятельным (банкротом) в  суд, так и за действия, ставшие причиной банкротства должника.  

Как следует из материалов дела основным видом деятельности должника являлось  управление и эксплуатация жилого фонда. Доход, получаемый должником, складывался из  платежей населения.  

Согласно правовой позиции, изложенной в постановлениях Арбитражного суда Поволжского  округа по делам А57-28149/2014 от 13.04.2017, А57-21103/2013 от 26.07.2016,  ресурсоснабжающие организации, являющиеся кредиторами должника, не могли отказаться от  исполнения обязательств по заключенным с должником договорам, конечными получателями  услуг которых являлись граждане - собственники и пользователи помещений в многоквартирных  жилых домах. Ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную кредиторскую  задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом одновременно с  дебиторской задолженностью граждан, является обычной для функционирования управляющих  организаций; в силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед  управляющей компанией.  

Наличие задолженности перед ресурсоснабжающими организациями за  определенный период само по себе не является безусловным доказательством  неплатежеспособности должника и не свидетельствует о возникновении у руководителя  обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника несостоятельным  (банкротом).  

Одним из основных факторов, который негативно повлиял на ухудшение финансового  состояния общества, является рост дебиторской задолженности; крупнейшими дебиторами  должника по состоянию является население.  

Расчеты с ресурсоснабжающими организациями производились должником исходя из  фактически получаемых от населения денежных средств за поставленный энергоресурс  ежемесячно.  

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий должника в обоснование  возникновения у руководителя обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника  банкротом фактически указывает на возникновение у должника признаков неплатежеспособности.  

Однако, как разъяснил Конституционный Суд Российской Федерации в постановлении от  18.07.2003 N 14-П, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности  хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не  совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя  появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника  банкротом.  

Формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов,  отраженное в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности  должника исполнить свои обязательства. Такое превышение не может рассматриваться как  единственный критерий, характеризующий финансовое состояние должника, а приобретение  отрицательных значений не является основанием для его немедленного обращения в арбитражный  суд с заявлением о банкротстве.  

Отрицательное значение активов в отсутствие иных доказательств неплатежеспособности не  свидетельствует о невозможности должника исполнять обязательства, поскольку наличие у  общества задолженности перед кредиторами и по платежам в бюджет, отраженной в  бухгалтерской отчетности, не может рассматриваться как безусловное доказательство начала  возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей  определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании  должника банкротом в соответствии с абзацем 2 пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.  

Данное обстоятельство отражает лишь общие сведения по тем или иным позициям активов и  пассивов применительно к определенному отчетному периоду.  

Неудовлетворительная структура баланса должника не отнесена законодателем к  обстоятельствам, из которых в силу статьи 9 Закона о банкротстве возникает обязанность  руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.  

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 Закона о  банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с  заявлением должника.  

Наличие у предприятия кредиторской задолженности в определенный период времени не  свидетельствует о неплатежеспособности организации в целом, не является основанием для  обращения руководителя с заявлением о банкротстве должника и не свидетельствует о  совершении контролирующими лицами действий по намеренному созданию неплатежеспособного  состояния организации, поскольку не является тем безусловным основанием, которое  свидетельствует о том, что должник был неспособен исполнить свои обязательства, учитывая, что  структура активов и пассивов баланса находится в постоянной динамике в связи с  осуществлением хозяйственной деятельности.  

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве неплатежеспособность - прекращение  исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных  платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных  средств предполагается, если не доказано иное.  

В рассматриваемом случае, по мнению суда, конкурсный управляющий должника ошибочно  

отождествляет с неплатежеспособностью должника наличие у него признаков  банкротства, предусмотренных пунктом 2 статьи 3 Закона о банкротстве.  

Вместе с тем, сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности  хозяйствующего субъекта (наличие просроченной кредиторской задолженности) может не  совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства), когда у руководителя  появляется соответствующая обязанность по обращению с заявлением о признании должника  банкротом.  

С учетом изложенного, для установления даты возникновения у руководителя должника  обязанности обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом необходимо  установить возникновение у должника признаков объективного банкротства.  

По смыслу приведенных в пункте 4 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от  21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника  лиц к ответственности при банкротстве" (далее - Постановление N 53) разъяснений, объективное  банкротство представляет собой момент, в который должник стал неспособен в полном объеме  удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за  превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.  

Бремя доказывания указанного обстоятельства в силу требования части 1 статьи 65 АПК РФ  лежит на конкурсном управляющем должника как заявителе по настоящему обособленному спору.  

В обоснование своих доводов о том, что обязанность директора по обращению в суд с  заявлением о банкротстве должника не исполнена, конкурсный управляющий ссылается на тот  факт, что в апреле 2016 года общество отвечало признакам неплатежеспособности, который  подтверждается наличием значительного размера задолженности, включенной в реестр  требований кредиторов должника.  

Согласно правовой позиции, изложенной в Определениях Верховного Суда РФ от 13.06.2017  N 305-ЭС17-6013, от 03.08.2017 N 305-ЭС15-4454, от 05.10.2018 N 303-ЭС17-3401 даже  формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером активов, отраженное  в бухгалтерском балансе должника, не является свидетельством невозможности общества  исполнить свои обязательства.  

Такое превышение не может рассматриваться как единственный критерий, характеризующий  финансовое состояние должника, а приобретение отрицательных значений не является  основанием для немедленного обращения в арбитражный суд с заявлением должника о  банкротстве.  

Суд учитывает специфику деятельности должника по управлению и эксплуатации  жилищного фонда, при осуществлении которой большую роль играет своевременная оплата  коммунальных услуг населением, чей жилой фонд обслуживается должником.  

В силу особенностей указанной деятельности кредиторская задолженность управляющей  организации, отраженная в бухгалтерской отчетности и в последующем включенная в реестр  требований ее кредиторов, фактически представляет собой долги граждан по оплате  коммунальных услуг, которые находятся в прямой зависимости от платежеспособности населения  и не связаны с результатами экономической деятельности должника.  

Нахождение должника в процедуре банкротства само по себе не свидетельствует о  неэффективном управлении и наличии оснований для привлечения бывших руководителей к  субсидиарной ответственности по указанному основанию.  

Активы должника состоят из дебиторской задолженности собственников жилых домов,  находящихся на его обслуживании, пассивы - из кредиторской задолженности организаций,  предоставляющих услуги по коммунальному обслуживанию жилого фонда.  

При этом заслуживает внимание специфика деятельности должника - обслуживание жилого  фонда.  

Прекращение этой деятельности без передачи соответствующих функций иному лицу  (наличие которого в спорный период не подтверждено) могло привести к неблагоприятным  социальным последствиям, учитывая необходимость постоянного поддержания вверенного фонда  в надлежащем состоянии с учетом погодных условий.  

Оплата услуг ресурсоснабжающей организации проводилась регулярно, но не в достаточном  размере, поскольку это напрямую зависит исключительно от платежеспособности и надлежащего  

выполнения собственниками помещений своих обязательств по оплате коммунальных  платежей, а не от платежеспособности должника.  

Конкурсный управляющий должника, по мнению суда, не доказал могло ли инициирование  руководителями должника процедуры банкротства привести к уменьшению задолженности перед  кредиторами и позволило бы исключить возникновение задолженности.  

Как указал суд, инициирование процедуры банкротства не привело бы к уменьшению  задолженности перед ресурсоснабжающей организацией или новой управляющей компанией в  силу специфики деятельности должника. Кроме того, кредиторами должника являются  ресурсоснабжающие организации, которым было известно о наличии значительной кредиторской  задолженности, которая постоянно возрастала, в том числе и после предъявления ее ко взысканию  и заключению мировых соглашений. Следовательно, ответчики не скрывали от кредиторов  информацию о неудовлетворительном имущественном положении, заведомую невозможность  удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты,  и, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения, должник не  принимал дополнительные долговые обязательства, когда не могут быть исполнены  существующие. Таким образом, по мнению суда, нельзя сделать вывод, что ответчики в данном  случае действовали недобросовестно (Определение Судебной коллегии по экономическим спорам  Верховного Суда РФ от 21 октября 2019 г. N 305-ЭС19-9992).  

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье  61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие  причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в  виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был  публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными  последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших  исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать  встречное исполнение.  

Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств  перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения  месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.  

В пункте 8 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2016),  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 13.04.2016, указано, что  существенная и явная диспропорция между обязательствами и активами по сути несостоятельного  должника и неосведомленностью об этом кредиторов нарушают права последних.  

В связи с этим для защиты имущественных интересов кредиторов должника введено  правовое регулирование своевременного информирования руководителем юридического лица его  кредиторов о неплатежеспособности (недостаточности имущества) должника.  

Невыполнение руководителем требований закона об обращении в арбитражный суд с  заявлением должника при наступлении обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о  банкротстве, влечет неразумное и недобросовестное принятие дополнительных долговых  обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую  невозможность удовлетворения требований новых кредиторов и, как следствие, убытки для них.  

В этом случае одним из правовых механизмов, обеспечивающих удовлетворение требований  таких кредиторов при недостаточности конкурсной массы, является возможность привлечения  руководителя должника к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в  соответствии с пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в  редакции Федерального закона от 29.07.2017 N 266-ФЗ).  

Таким образом, целью правового регулирования, содержащегося в пункте 2 статьи 10 Закона  о банкротстве (статья 61.12 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 29.07.2017 N  266-ФЗ), является предотвращение вступления в правоотношения с неплатежеспособной  (несостоятельной) организацией (должником) контрагентов в условиях сокрытия от них такого  состояния должника.  

Между тем, кредитор управляющей компании, являясь ресурсоснабжающей организацией,  продолжая исполнять свои обязательства по поставке ресурсов в условиях осведомленности о  неисполнении управляющей компанией своих обязательств абонента по оплате потребленных  

ресурсов, действует добровольно и на свой риск.  

Следовательно, в данном случае отсутствует такой признак, как вступление в  правоотношения с неплатежеспособной (несостоятельной) организацией (должником)  контрагентов в условиях сокрытия от них такого состояния должника, необходимый для  привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию,  предусмотренному статьей 9 и пунктом 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве.  

Кроме того, управляющая компания осуществляет, в том числе, полномочия по сбору  денежных средств с населения и оплате потребленных ими ресурсов, при этом обязанность по  оплате подлежит исполнению вне зависимости от наличия (отсутствия) в распоряжении  управляющей организации денежных средств.  

Тем самым, ситуация, при которой такая организация имеет непогашенную задолженность  перед ресурсоснабжающими организациями одновременно с кредиторской задолженностью  населения, является обычной для функционирования управляющих организаций.  

Более того, размер ответственности по указанному основанию равен размеру обязательств  должника (в том числе по обязательным платежам), возникших после истечения срока,  предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве, и до возбуждения дела о банкротстве  должника (пункт 2 статьи 61.12 Закона о банкротстве).  

В соответствии с пунктом 1 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации договор  вступает в силу и становится обязательным для сторон с момента его заключения.  

Однако момент возникновение договорного денежного обязательства по оплате работ и услуг  по общему правилу связан не только с фактом заключения договора, но и с фактическим  исполнением контрагентом должника встречного договорного обязательства по их выполнению и  оказанию. Соответственно по договорам, предусматривающим периодичное предоставление  услуг, выполнение работ денежные обязательства заказчика возникают также периодически.  

Вместе с тем, согласно сложившейся судебной практики Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации (Определения от 15.12.2022 №  302-ЭС19-17599(2), от 19.04.2022 № 305-ЭС21-27211, от 23.08.2021 № 305- ЭС21-7572) для целей  расчета размера субсидиарной ответственности за неподачу контролирующим должника лицом  заявления о признании должника банкротом момент возникновения обязательства должника  связывается именно с моментом возникновения договорных отношений, то есть заключения  договора. Именно по состоянию на данный момент должен исследоваться вопрос о том, имел ли  место обман кредиторов руководителем путем нераскрытия информации о тяжелом финансовом  положении должника.  

Аналогичный подход нашел свое отражение в постановлении Арбитражного суда  Поволжского округа от 20.12.2022 по делу № А55-13485/2019, от 07.07.2022 по делу № А4910654/2019, постановлении Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 09.09.2022 по делу   № А43-30813/2018.  

Исходя из изложенного, суд пришел к выводу об отсутствии оснований для привлечения  ответчиков к субсидиарной ответственности за неподачу заявления в суд.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение  требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего  должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.  

Согласно пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается,  что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или)  бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих  обстоятельств:  

1) причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате  совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или  нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки,  указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона;  

2) документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению  (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к  моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной  администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника  

банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных  законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в  соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена,  в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о  банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы;  

3) требования кредиторов третьей очереди по основной сумме задолженности, возникшие  вследствие правонарушения, за совершение которого вступило в силу решение о привлечении  должника или его должностных лиц, являющихся либо являвшихся его единоличными  исполнительными органами, к уголовной, административной ответственности или  ответственности за налоговые правонарушения, в том числе требования об уплате задолженности,  выявленной в результате производства по делам о таких правонарушениях, превышают пятьдесят  процентов общего размера требований кредиторов третьей очереди по основной сумме  задолженности, включенных в реестр требований кредиторов.  

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого  невозможно полностью погасить требования кредиторов, не несет субсидиарной ответственности,  если докажет, что его вина в невозможности полного погашения требований кредиторов  отсутствует. Такое лицо не подлежит привлечению к субсидиарной ответственности, если оно  действовало согласно обычным условиям гражданского оборота, добросовестно и разумно в  интересах должника, его учредителей (участников), не нарушая при этом имущественные права  кредиторов, и если докажет, что его действия совершены для предотвращения еще большего  ущерба интересам кредиторов (пункт 10 статьи 61.11 Закона о банкротстве).  

В соответствии с п. 24 постановления Пленума № 53, применяя при разрешении споров о  привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием,  утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о  банкротстве), необходимо учитывать следующее.  

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие  документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных  сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.  

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав,  что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному  затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче,  ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все  необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации  при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.  

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе  невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных  контрагентов, а также:  

невозможность определения основных активов должника и их идентификации; 

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не  позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их  оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;  

невозможность установления содержания принятых органами должника решений,  исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и  кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами  данных органов.  

Возражая на заявление конкурсного управляющего ответчики ФИО4 и ФИО6 указывали следующее: имеющаяся дебиторская задолженность является задолженностью  собственников жилых помещений перед ресурсоснабжающими организациями за потребленные  ресурсы, денежные средства, поступившие от населения для оплаты коммунальных услуг имеют  целевой характер и не принадлежат должнику, ответчики не могли повлиять на собираемость  данной задолженности в полном объеме, поскольку это зависит от платежеспособности населения  - потребителей услуг, задолженность населения как правило имеется всегда; руководителями  должника предпринимались своевременные меры для взыскания дебиторской задолженности  должника; документы, касающиеся дебиторской задолженности, были переданы конкурсному  

управляющему; ущерб должнику, причиненный совершенными сделками, компенсирован в  полном объеме; расчетная организация ООО «Русло» не в полном объеме осуществляло  перечисление денежных средств в адрес должника и ресурсоснабжающих организаций; средняя  собираемость денежных средств с населения за коммунальные услуги в период с января 2018 г. по  декабрь 2020г. составила 94-96%; начисления производились своевременно и в полном объеме.  

В отношении должника был установлен судебный запрет на погашение задолженности перед  кредитором ООО «Русло».  

Приговором Альметьевского городского суда РТ от 20.04.2021, оставленным без изменения  апелляционным определением Верховного суда РТ от 22.10.2021 по делу № 22-7421/2021,  ФИО10 осужден за то, что являясь учредителем ООО «Русло» и заместителем директора  должника, вступил в преступный сговор и искусственно завысил дебиторскую задолженность  должника перед ООО «Русло».  

Конкурсный управляющий неправильно определяет размер дебиторской задолженности  собственников жилых помещений. Размер дебиторской задолженности жителей сопоставим с  кредиторской задолженностью перед ресурсоснабжающими организациями.  

В рамках дел № А65- 9372/2018 и № А65-3867/2017 утверждены мировые соглашения,  заключенные между должником и АО «Альметьевские тепловые сети».  

Согласно письму Альметьевской городской Прокуратуры от 09.07.2018, установленная судом  задолженность подлежит взысканию с должника, который в свою очередь вправе взыскать с  конечных потребителей услуг.  

Согласно пояснениям ФИО4 за период исполнения ею обязанностей руководителя  должника от населения поступили денежные средства в размере 123 177 941,8 руб.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 21.09.2020 в удовлетворении  заявления конкурсного управляющего должника об истребовании документации должника у  ФИО6, отказано. В качестве доказательств бывшим руководителем  должника представлены: акт приема передачи документов должника от 27.01.2020, акт приема-передачи технической документации должника от 22.06.2020, акт приема-передачи кадровой  документации должника от 22.06.2020, акт приема-передачи документов должника от 07.07.2020г.,  акт приема-передачи документов должника от 07.08.2020, акт приема-передачи документов от  24.08.2020, акт приема-передачи документации от 26.08.2020.  

Согласно отзыву ФИО8 долги населения не являются задолженностью должника  перед кредиторами; обстоятельства, на которые ссылается конкурсный управляющий о  привлечении ФИО8 к субсидиарной ответственности, относятся к периоду до введения  ст. 61.12 Закона о банкротстве, следовательно, требования к ФИО8 должны  рассматриваться в соответствии со ст. 10 Закона о банкротстве.  

Конкурсный управляющий в письменных пояснениях указывал, что доводы ответчиков о  занижении объемов потребления тепловой энергии в период апреля 2016г. по январь 2018г.  ФИО10 необоснованны, поскольку приговор суда общей юрисдикции отменен судом  вышестоящей инстанции, уголовное дело в отношении ФИО10 было возвращено  прокурору.  

Представленные ответчиками расчеты недостоверны. 

По представленным данным АО «Альметьевские тепловые сети» общий неоплаченный долг  по мировым соглашениям в настоящий момент составляет 41 233 801,99 руб., выявленная  дебиторская задолженность по оплате коммунальных платежей по состоянию на 15.12.2020  составляет 48 110 185,43 руб.  

В реестр требований кредиторов должника в части основного долга, включены требования  кредиторов на сумму 73 309 698,94 руб., обязательства которых погашаются за счет оплаты  граждан коммунальных услуг.  

Оценив доводы конкурсного управляющего и ответчиков, суд пришел к следующим выводам.  

Как следует из Устава ООО "ЖЭУ № 10" должник осуществляет управление жилищным  фондом и другими объектами жилищно-коммунальной сферы, эксплуатацию жилищного фонда и  нежилых помещений, внутренних систем водоснабжения, водоотведения, теплоснабжения,  электроснабжения и т.д.  

Согласно ст.ст.154, 155 Жилищного кодекса РФ плата за жилое помещение и коммунальные  

услуги для собственника помещения в многоквартирном доме включает в себя:  

1) плату за содержание жилого помещения, включающую в себя плату за услуги, работы по  управлению многоквартирным домом, за содержание и текущий ремонт общего имущества в  многоквартирном доме, за коммунальные ресурсы, потребляемые при использовании и  содержании общего имущества в многоквартирном доме;  

2) взнос на капитальный ремонт; 3) плату за коммунальные услуги. 

Плата за коммунальные услуги включает в себя плату за холодную воду, горячую воду,  электрическую энергию, тепловую энергию, газ, бытовой газ в баллонах, твердое топливо при  наличии печного отопления, плату за отведение сточных вод, обращение с твердыми  коммунальными отходами.  

Плата за жилое помещение и коммунальные услуги вносится на основании: 

1) платежных документов (в том числе платежных документов в электронной форме,  размещенных в системе), представленных не позднее первого числа месяца, следующего за  истекшим месяцем, если иной срок не установлен договором управления многоквартирным домом  либо решением общего собрания членов товарищества собственников жилья, жилищного  кооператива или иного специализированного потребительского кооператива;  

2) информации о размере платы за жилое помещение и коммунальные услуги, задолженности  по оплате жилых помещений и коммунальных услуг, размещенной в системе или в иных  информационных системах, позволяющих внести плату за жилое помещение и коммунальные  услуги. Информацией о размере платы за жилое помещение и коммунальные услуги и  задолженности по оплате жилых помещений и коммунальных услуг являются сведения о  начислениях в системе, сведения, содержащиеся в представленном платежном документе по  адресу электронной почты потребителя услуг или в полученном посредством информационных  терминалов платежном документе.  

Платежные документы, информация о размере платы за жилое помещение и коммунальные  услуги и задолженности по оплате жилых помещений и коммунальных услуг подлежат  размещению в системе в срок, предусмотренный частью 2 настоящей статьи.  

Управляющая организация, которая получает плату за коммунальные услуги, осуществляет  расчеты за ресурсы, необходимые для предоставления коммунальных услуг, с лицами, с которыми  такой управляющей организацией заключены договоры холодного и горячего водоснабжения,  водоотведения, электроснабжения, газоснабжения (в том числе поставки бытового газа в  баллонах), отопления (теплоснабжения, в том числе поставки твердого топлива при наличии  печного отопления), в соответствии с требованиями, установленными Правительством Российской  Федерации.  

Наймодатель, управляющая организация обязаны информировать в письменной форме  соответственно нанимателей жилых помещений государственного и муниципального жилищных  фондов и собственников жилых помещений в многоквартирном доме об изменении размера платы  за жилое помещение и коммунальные услуги не позднее чем за тридцать дней до даты  представления платежных документов, на основании которых будет вноситься плата за жилое  помещение и коммунальные услуги в ином размере, если иной срок не установлен договором  управления.  

Вышеуказанные нормы регламентируют структуру оплаты, порядок и источники  информирования населения о наличии задолженности по оплате коммунальных платежей.  

Ответчики указывали, что данные нормы жилищного законодательства ими соблюдались. 

Основной довод ответчиков сводился к сопоставимости дебиторской задолженности  населения (по всем платежам) по состоянию на 01.04.2019 в размере 56 48991,39 руб. с  задолженностью, включенной в реестр требований кредиторов по коммунальным платежам в  размере 63 839 591,73 руб., к исполнению должником мировых соглашений по делам №№ А6516903/2016, А65-34238/2017, А65-3867/2017, А65-9372/2018 на общую сумму 50 146 748,63 руб.,  на доначисление собственникам жилья по статье «отопление» в суммарном выражении 300 000  руб. Ответчики исходили из справки ООО «ЕЦКУ» по состоянию на 01.04.2019, согласно которой  задолженность населения составляла 22 226 667,95 руб. С учетом заключенных мировых  соглашений общая сумма задолженности составляет 56 489 591,39 руб., из которых 34 262 923,44  

руб. задолженность населения по мировым соглашениям.  

Ответчики признали, что ресурсоснабжающие организации, в частности АО «Альметьевские  тепловые сети», выставляли должнику счета на оплату тепловой энергии на основании показаний  приборов учета, а должник формировал квитанции на основании установленных нормативных  показаний. В результате занижались объемы потребляемой тепловой энергии, подлежащей оплате,  что привело к увеличению задолженности должника перед ресурсоснабжающими организациями.  В дальнейшем, после выявления неверного выставления оплаты были заключены мировые  соглашения для постепенного, погашения задолженности без предъявления значительного размера  задолженности гражданам - потребителям услуг ЖКХ.  

При этом в своем отзыве ФИО8 прямо указывала, что данный факт (неверного  начисления) ей был известен, должник в ее лице заключил Агентский договор № 1 от 01.06.2016 с  ООО «Русло», согласно которому последний принял на себя оказание услуг расчетного центра-посредника между должником, собственниками помещений в многоквартирных домах и  ресурсоснабжающим организациями. ФИО8 ссылалась на статус номинального  руководителя, ссылаясь на выполнение указаний ФИО10, являвшегося заместителем  директора по общим вопросам должника.  

Суд оценив доводы ответчика пришел к следующим выцводам, ФИО8 с момента  создания являлась единственным участником должника (с 12.04.2016), номинальный характер ее  деятельности ничем не подтвержден. Кроме того, номинальный руководитель от субсидиарной  ответственности не освобождается.  

Ответчики ссылались на то, что занижение объемов потребления тепловой энергии  должников в период с апреля 2016г. по январь 2018г. было осуществлено под влиянием ФИО10, являвшегося одним из учредителей ООО «Русло», исполнявшего функции расчетной  организации, ссылаясь на выводы Альметьевского городского суда, изложенные в приговоре от  20.04.2021 по делу № 1-8/2021.  

Однако, как указал суд, данный приговор отменен, впоследствии уголовное дело возвращено  прокурору.  

Отменяя приговор, вышестоящий суд указал на недоказанность обстоятельств, на которые  ссылаются ответчики.  

В судебном заседании ФИО4 поясняла, что не знала о неверном начислении оплаты  должником за коммунальные услуги, после установления данного факта были заключены мировые  соглашения, взыскивалась дебиторская задолженность, с должниками заключались соглашения о  реструктуризации долга.  

Как указал суд, ФИО11 до 31.12.2017 работала директором ООО «Русло».  После чего перешла работать руководителем должника и ООО «ЖЭУ № 12» (определение  Шестого кассационного суда общей юрисдикции от 08.04.2023 № 77-1506/2022). Следовательно,  по мнению суда, она не могла не знать о неверном начислении платы за оказанные услуги ЖКХ  еще до назначения руководителем должника.  

С марта 2018г. по май 2019г. расчетной организацией являлось ООО «ЕРЦ-Татэнергосбыт». 

В дальнейшем расчетной организацией являлось ООО «Единый центр коммунальных услуг»  (ООО «ЕЦКУ») в период с мая 2019 по октябрь 2020г.  

Участником данной организации является ответчик ФИО6 

Ответчик ФИО6 осуществил передачу бухгалтерской документации должнику  только 26.08.2020. При этом в указанной документации отсутствовали сведения о дебиторской  задолженности граждан по оплате коммунальных платежей.  

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2020 суд истребовал у  ООО «Единый центр коммунальных услуг» информацию-архив базы данных должника по  каждому лицевому счету в разрезе каждой услуги, в том числе начисление и оплату по каждому  лицевому счету обслуживаемых многоквартирных домов с даты заключения договора № 1002/2019 об организации расчетов за жилищно-коммунальные услуги по 27.11.2020.  

Согласно сведений ЕГРЮЛ единственным участником и руководителем ООО «Единый центр  коммунальных услуг» является ответчик ФИО6, юридическое лицо зарегистрировано  15.11.2018г.  

ООО «ЕЦКУ» только в мае 2021г. конкурсному управляющему была предоставлена  

оборотно-сальдовая ведомость должников собственников и нанимателей жилых  помещений в многоквартирных домах, находившихся в управлении должника. На основании  полученных сведений конкурсным управляющим была произведена инвентаризация вновь  выявленного имущества и учтена на балансе должника дебиторская задолженность граждан по  уплате коммунальных платежей в размере 48 110 185,43 руб., которая включает в себя, кроме  долга перед ресурсоснабжающими организациями, еще и задолженность за проведение текущего  ремонта, обслуживание лифтов, домофонов, управление жилым фондом.  

Указанная ведомость содержит сведения о задолженности по состоянию на 15.12.2020. При  этом сведений о необходимости доначислений в общем размере 34 262 923,44 руб. указанная  ведомость не содержит. Кроме того, в ходе проведения мероприятий по взысканию дебиторской  задолженности конкурсным управляющим установлено, что в указанную оборотно-сальдовую  ведомость была также включена задолженность граждан, проживающих в двух многоквартирных  домах, находившихся до 04.08.2021 в управлении ООО «Русло». Сведения о наличии  задолженности граждан в размере 1 205 390,77 руб. не подтверждаются платежными  документами.  

При установленных обстоятельствах суд пришел к выводу, что ФИО6, являвшийся  руководителем, единственным участником должника и расчетной организации, заместителем  директора должника по финансам с правом первой подписи финансовых документов в период с  03.07.2017 до 22.02.2018, также знал и должен был знать о неверном начислении платы за  оказанные услуги ЖКХ.  

Оборотно-сальдовая ведомость со сведениями о должниках по оплате коммунальных услуг  должна содержать актуальную информацию общей задолженности на определенную дату каждого  домовладения. На основании данных сведений формируются платежные документы (квитанции)  рассылаемые гражданам в целях оплаты.  

Должник в лице ФИО4 и ООО «ЕКЦУ», руководителем которой являлся ФИО6, действуя добросовестно и разумно должны были осуществить перерасчет объемов  потребления тепловой энергии гражданами в пользу ее увеличения и отразить это в оборотно-сальдовой ведомости задолженности граждан.  

ФИО4 в суде первой инстанции указывала, что должник осуществлял доначисление,  однако, как указал суд, данное утверждение не подтверждается соответствующими  доказательствами, в частности, в квитанциях об оплате за коммунальные услуги предъявляемые  гражданам в графе о перерасчете на предыдущие периоды указано «0».  

В ежемесячных сальдово-оборотных ведомостях по домам обслуживания, сформированных  ООО «ЕЦКУ», сведений об осуществленных перерасчетах оплаты за потребление отопления  также не имеется.  

Доводы ответчиков о надлежащем перерасчете объема за потребление населением тепловой  энергии в соответствии с порядком, установленным жилищным законодательством, суд признал  не подтвержденными надлежащими доказательствами.  

Ответчики также указывали на неверное определение конкурсным управляющим размера  дебиторской задолженности в сумме 48 110 185,43 руб.  

Суд указал, что данная задолженность была установлена конкурсным управляющим по  полученным им от ответчиков документам. Инвентаризация дебиторской задолженность в  указанном размере ответчиками оспорена не была. Фактически ответчики сами показали такую  дебиторскую задолженность.  

Конкурсным управляющим проведен анализ финансовой деятельности должника и влияние  ответчиков на полученные результаты за период трех лет, предшествующих возбуждению дела о  банкротстве должника.  

В итоге на дату возбуждения дела о банкротстве должника (23.04.2019) имеются следующие  обстоятельства:  

- обязательства, включенные в реестр требований кредиторов должника, в части основного  долга, составляют 79 974 678,03 руб.;  

- обязательства в части основного долга, подлежащие удовлетворению в порядке п.4 ст.142  Закона о банкротстве – 12 873 378,84 руб.;  

- кредиторская задолженность – 14 480 000 руб.; 

- стоимость активов должника по данным бухгалтерской отчетности за 2018г – 10 561 000  руб.;  

- обязательства перед кредиторами, погашаемые за счет оплаты граждан услуг ЖКХ (целевое  назначение) – 69 368 428,77 руб.,  

- дебиторская задолженность граждан по оплате услуг ЖКХ, подлежащая направлению на  оплату услуг ресурсоснабжающих организаций и взносов на капитальные ремонт жилых  помещений – 28 597 806,46 руб. (с учетом доли стоимости коммунальных услуг и сбора на  капитальный ремонт жилого фонда, включенной в квитанции для их оплаты гражданами, которая  составляет около 65%);  

- разница между обязательствами перед кредиторами, погашаемыми за счет оплаты  гражданами услуг ЖКХ (целевое назначение) и дебиторской задолженностью граждан перед ними  – 40 770 622,31 руб.  

Исходя из данного расчета, не опровергнутого ответчиками, следует, что стоимость  имущества должника недостаточна для удовлетворения требований кредиторов.  

Выявленный размер дебиторской задолженности граждан по оплате коммунальных услуг  является недостаточным для погашения задолженности перед ресурсоснабжающими  организациями и оператором по сбору взносов на ремонт жилых помещений в полном объеме.  

Столь значительная разница в размере более 40 млн. руб. между задолженностью граждан по  коммунальным платежам, которая подлежит направлению ресурсоснабжающим организациям, и  задолженностью, включенной в реестр требований кредиторов должника, возникла в связи с тем,  что должник в нарушение установленных предписаний осуществлял начисление гражданам  оплату услуг ЖКХ в части потребления ими ресурсов на основании нормативных показателей, а  не на основании данных приборов учета их потребления.  

Данные действия совершены всеми ответчиками и, по мнению суда, привели к  значительному увеличению кредиторской задолженности перед ресурсоснабжающими  организациями.  

Расчеты, приведенные ответчиками, произведены в произвольно выбранные ими периоды  (01.01.2018, 01.10.2019) без привязки к событиям, имеющим значение для объективной оценки  результатов деятельности контролирующих должника лиц: конец финансового года (31.12.2019)  или введение в отношении должника процедуры банкротства.  

Задолженность, установленная в рамках спора по делу № А65-16903/2016, взыскивалась за  поставку тепловой энергии за период с 01.06.2010 по 30.04.2016.  

По данным представленным АО «Альметьевские тепловые сети» общий неоплаченный долг  должника по мировым соглашениям составляет 41 233 801,99 руб., в том числе 41 190 103,49 руб.  основного долга и 43 698,50 руб. пени.  

Задолженность перед НО «Фонд жилищно-коммунального хозяйства» в размере 10 240  541,19 руб. возникла в результате того, что должник направил указанные средства в адрес ООО  «АМТ ЭнергоСервис» в счет исполнения своих обязательств перед данной организацией по  мировому соглашению, утвержденному определением Арбитражного суда Республик Татарстан от  25.07.2018 по делу № А65-14162/2018.  

Данные денежные средства являются целевыми, не являются имуществом должника и  должны были быть направлены в адрес оператора по сбору взносов на капитальный ремонт жилых  помещений.  

Решения собственников жилья об ином использовании данных денежных средств, на которые  ссылаются ответчики, не могут менять целевое назначение данных денежных средств,  установленное жилищным законодательством.  

Конкурсным управляющим представлен анализ взыскания дебиторской задолженности  граждан по оплате услуг ЖКХ.  

Согласно данному анализу за период трех лет, предшествующих возбуждению дела о  банкротстве (с 23.04.2016 по 23.04.2019) возбуждено 66 исполнительных производств с общей  суммой долга 5 506 775,12 руб.  

За период проведения в отношении должника процедуры наблюдения (с 24.04.2019 по  16.01.2020) возбуждено 91 исполнительное производство с общей суммой долга 4 267 116,95 руб.  

Конкурсным управляющим выявлена дебиторская задолженность граждан по оплате услуг  

ЖКХ в размере 48 110 185,43 руб.  

В ходе проведения мероприятий конкурсного производства конкурсным управляющим  направлено 3564 претензии по оплате долга на общую сумму 48 110 185,43 руб.  

Выбранный контролирующими должника лицами способ решения вопроса по взысканию  долга услуг населения по оплате услуг ЖКХ путем заключения соглашений об их  реструктуризации не учитывает специфику оказания коммунальных услуг ресурсоснабжающими  организациями, которые обязаны для обеспечения надлежащего функционирования  многоквартирных жилых домов в постоянном режиме поставлять коммунальные услуги всем  потребителям, в том числе и не оплачивающим задолженность по коммунальным платежам, ведет  к увеличению срока непогашения долга с возможным пропуском срока исковой давности для  подачи соответствующего иска в суд.  

Заявление конкурсного управляющего в части причинения ФИО6 ущерба  должнику совершенными сделками, не передачи документов должника, по мнению суда,  удовлетворению не подлежит, поскольку причиненный ущерб полностью компенсирован, что  подтверждается платежными поручениями, в истребовании документов у ФИО6 было  отказано ввиду состоявшейся передачи документов. Кроме того, конкурсный управляющий не  указал, какие документы должника не были переданы, что затруднило формирование конкурсной  массы.  

Учитывая изложенное, суд пришел к выводу, что конкурсным управляющим доказаны  основания привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности, заявление конкурсного  управляющего подлежит удовлетворению.  

В силу пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности  контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов,  включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра  требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не  погашенными по причине недостаточности имущества должника.  

Согласно п.7 ст.61.16 Закона о банкротстве если на момент рассмотрения заявления о  привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11  настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности,  арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к  субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части  выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к  субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого заявления до окончания  расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до  окончания расчетов с кредиторами.  

Поскольку размер субсидиарной ответственности на дату судебного заседания определить не  представляется возможным, суд приостановил производство по заявлению конкурсного  управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности до завершения  расчетов с кредиторами.  

Суд апелляционной инстанции повторно рассмотрев дело, с учётом обстоятельств  установленных в рамках настоящего обособленного спора, принимая во внимание доказательства  имеющиеся в материалах настоящего обособленного спора, не находит оснований для отмены  обжалуемого судебного акта, при этом считает необходимым отметить следующее.  

Как указывают апеллянты, судом первой инстанции при вынесении обжалуемого судебного  акта не определена доля от общей суммы ответственности, в пределах которой отвечает каждое  контролирующее должника лицо.  

Оценив данный довод заявителей суд апелляционной инстанции приходит к следующим  выводам.  

Согласно абзацу первому статьи 1080 ГК РФ лица, совместно причинившие вред, отвечают  перед потерпевшим солидарно.  

В целях квалификации действий причинителей вреда как совместных могут быть учтены  согласованность, скоординированность и направленность этих действий на реализацию общего  для всех намерения, то есть может быть принято во внимание соучастие в любой форме, в том  числе соисполнительство, пособничество и т.д. (пункт 9 постановления Пленума Верховного Суда  

Российской Федерации от 30.11.2017 N 49 "О некоторых вопросах применения  законодательства о возмещении вреда, причиненного окружающей среде", абзац первый пункта 22  постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О  некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к  ответственности при банкротстве").  

Субсидиарная ответственность является экстраординарным механизмом защиты нарушенных  прав кредиторов, то есть исключением из принципа ограниченной ответственности участников и  правила о защите делового решения менеджеров, поэтому по названной категории дел не может  быть применен общий стандарт доказывания. Не любое, даже подтвержденное косвенными  доказательствами, сомнение в отсутствие контроля должно толковаться против ответчика, такие  сомнения должны быть достаточно серьезными, то есть ясно и убедительно с помощью  согласующихся между собой доказательств подтверждать факт возможности давать прямо либо  опосредованно обязательные для исполнения должником указания.  

В рассматриваемом случае судом установлено и следует из материалов дела, что действия  ответчиков были направлены на одну цель - вывести денежные средства из подконтрольной  организации.  

Исходя из анализа сложившихся взаимоотношений участников хозяйственной деятельности  на лицо согласованность действий ответчиков по организации работы управляющей компании.  

Эти действия ответчиков очевидно противоречат интересам должника и его кредиторов,  лишившихся возможности удовлетворения своих финансовых притязаний к должнику, и очевидно  выходили как за рамки обычаев делового оборота в отношениях, связанных с деятельностью  управляющей компании, и предпринимательских рисков, так и за пределы разумного и  добросовестного поведения.  

В этой связи все ответчики объединены совместным умыслом на вывод денежных средств из  общества.  

Приведенные обстоятельства также подтверждают наличие причинной связи между  недобросовестным поведением ответчиков и причиненным вредом должнику и его кредиторам.  

Представленное 04.09.2023 в материалы дела ФИО6 письмо руководителя  Дополнительного офиса № 3 АКИБ "АКИБАНК" (ПАО) г.Альметьевск, содержащее сведения о  периодах в течении которых ответчики имели право подписи по распоряжению денежными  средствами должника, не может являться бесспорным доказательством отсутствия вины  ответчиков в выводе денежных средств из подконтрольной организации; неразумных и  недобросовестных действий ответчиков, приведших к невозможности исполнения  подконтрольным обществом денежных обязательств перед кредиторами.  

Иные доводы заявителей, изложенные в апелляционных жалобах, основаны на неверном  толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом  первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения  судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо  опровергали выводы суда первой инстанции, фактически дублируют доводы, приводимые  ответчиками в суде первой инстанции в связи с чем, признаются апелляционным судом  несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.  

Несогласие заявителей с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться  основанием для отмены судебного акта.  

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом  первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и  полно, нормы материального и процессуального права применены верно, выводы суда  соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств,  правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции  отсутствуют.  

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 АПК РФ  безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не  установлено.  

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что  оснований для отмены судебного акта обжалуемого по приведенным доводам жалоб и  

удовлетворения апелляционных жалоб, не имеется. 

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 15 мая 2023 года по делу № А6510999/2019 - оставить без изменения, апелляционные жалобы - без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в  Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его  вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий А.В. Машьянова 

Судьи Л.Р. Гадеева  

 Я.А. Львов