ДВАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

Староникитская ул., 1, г. Тула, 300041, тел.: (4872)70-24-24, факс (4872)36-20-09

e-mail: info@20aas.arbitr.ru, сайт: http://20aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тула                                                                                                Дело № А23-9976/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 25.04.2022 

Постановление изготовлено в полном объеме 25.04.2022 

 

Двадцатый арбитражный апелляционный суд в составе председательствующего   Дайнеко М.М., при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Калужской области от 23.12.2021 по делу № А23-9976/2020 (судья Устинов В.А.), вынесенное по иску общества с ограниченной ответственностью «Промас» (г. Калуга, ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Кат-Групп» (г. Калуга,                                  ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о взыскании задолженности в сумме                            180 000 руб., неустойки в сумме 268 380 руб., 

 

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Промас» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд Калужской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Кат-Групп» (далее - ответчик) о взыскании задолженности в сумме 180 000 руб., неустойки в сумме 268 380 руб. 

ФИО2 (единственный учредитель истца) заявил ходатайство о процессуальном правопреемстве.

Определением суда области от 23.12.2021 производство по делу прекращено в связи с ликвидацией истца. В удовлетворении ходатайства ФИО2 отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит определение суда отменить, принять по делу новый судебный акт. В обоснование своей позиции указывает, что права и обязанности ликвидированного истца перешли к нему как единственному участнику на основании ст. 63 ГК РФ и акта распределения имущества от 23.04.2021. Поскольку дебиторская задолженность относится к объектам гражданских прав в силу ст. 128 ГК РФ, считает, то она перешла к заявителю. Ссылается на правовую позицию, изложенную в Определении ВС РФ от 27.02.2019 № 304-ЭС18-21090.  

Изучив материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции считает, что определение не подлежит отмене.        

Как следует из материалов дела предметом настоящего спора является взыскание с ответчика задолженности по договору подряда от 01.04.2016 № 03/16.

В соответствии с пунктом 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

В силу пункта 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) правоспособность юридического лица возникает с момента внесения в единый государственный реестр сведений о его создании и прекращается в момент внесения в указанный реестр сведений о его прекращении.

Согласно пункту 6 статьи 22 ФЗ от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо – прекратившим свою деятельность после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц. Регистрационный орган публикует информацию о ликвидации юридического лица.

При ликвидации юридического лица происходит полное прекращение его деятельности без перехода прав и обязанностей в порядке правопреемства к другим лицам (пункт 1 статьи 61 ГК РФ).

В соответствии с выпиской из ЕГРЮЛ на момент проведения судебного заседания по делу истец исключен из ЕГРЮЛ в связи с наличием в ЕГРЮЛ сведений о нем, в отношении которых внесена запись о недостоверности, дата исключения из ЕГРЮЛ 22.10.2021.

В силу подпункта б пункта 5 статьи 21.1 ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей» предусмотренный настоящей статьей порядок исключения юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц применяется также в случаях наличия в едином государственном реестре юридических лиц сведений, в отношении которых внесена запись о недостоверности, в течение более шести месяцев с момента внесения такой записи.

Последствия такого исключения  юридического лица из ЕГРЮЛ аналогичны последствиям ликвидации юридического лица.

 В силу пункта 3 статьи 49 Гражданского кодекса Российской Федерации правоспособность юридического лица возникает в момент его создания и прекращается в момент внесения записи о его исключении из ЕГРЮЛ.

В силу части 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации ликвидация юридического лица считается завершенной, а юридическое лицо - прекратившим существование после внесения об этом записи в единый государственный реестр юридических лиц.

Аналогичная правовая позиция изложена в подпункте 6 пункта 22 Федерального закона от 08.08.2001 № 129-ФЗ «О государственной регистрации юридических лиц и индивидуальных предпринимателей».

Внесение сведений о прекращении деятельности истца в связи с исключением из ЕГРЮЛ как стороны договора создает неустранимое препятствие для рассмотрения в суде заявления о взыскании задолженности по договору, прекращает правоспособность стороны, исключает переход ее прав и обязанностей в порядке правопреемства.

Согласно пункту 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации Арбитражный суд прекращает производство по делу, если установит, что организация, являющаяся стороной в деле, ликвидирована.

Следовательно, с учетом того, спор о взыскании задолженности по договору не может быть рассмотрен без участия одного из его контрагентов, суд первой инстанции правомерно прекратил производство по делу на основании пункта 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом оснований для вывода о нарушении права на судебную защиту судом не усматривается. Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 19.06.2007 № 430-О-О, сам по себе пункт 5 части 1 статьи 150 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, устанавливающий в качестве основания для прекращения производства по делу ликвидацию организации, являющейся стороной в деле, не может рассматриваться как нарушающий конституционные права и свободы заявителя, поскольку при отсутствии такой организации, являющейся стороной в деле, невозможно принять решение, регулирующее права и обязанности ликвидированного юридического лица.

Отказывая в удовлетворении заявленного ФИО2 ходатайства о процессуальном правопреемстве, суд области правомерно указал, что нормами гражданского законодательства не предусмотрен переход прав и обязанностей ликвидированного юридического лица к его учредителям в порядке правопреемства.

В силу статьи 48 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в случаях выбытия одной из сторон в спорном или установленном судебном актом арбитражного суда правоотношении (реорганизация юридического лица, уступка требования, перевод долга, смерть гражданина и другие случаи перемены лиц в обязательствах) арбитражный суд производит замену этой стороны ее правопреемником и указывает на это в судебном акте. Правопреемство возможно на любой стадии арбитражного процесса.

В соответствии со статьей 382 Гражданского кодекса Российской Федерации право (требование), принадлежащее кредитору на основании обязательства, может перейти к другому лицу на основании закона.

Если иное не предусмотрено законом или договором, право первоначального кредитора переходит к новому кредитору в том объеме и на тех условиях, которые существовали к моменту перехода права (статья 384 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 387 Гражданского кодекса Российской Федерации права кредитора по обязательству переходят к другому лицу на основании закона в результате универсального правопреемства в правах кредитора; по решению суда о переводе прав кредитора на другое лицо, если возможность такого перевода предусмотрена законом.

В соответствии с положениями пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации оставшееся после удовлетворения требований кредиторов имущество юридического лица передается его учредителям (участникам), имеющим вещные права на это имущество или корпоративные права в отношении юридического лица, если иное не предусмотрено законом, иными правовыми актами или учредительным документом юридического лица.

Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» установлено, что участник вправе получить в случае ликвидации общества часть имущества, оставшегося после расчетов с кредиторами, или его стоимость (пункт 1 статьи 8).

Пунктом 1 статьи 58 Закона N 14-ФЗ предусмотрено, что оставшееся после завершения расчетов с кредиторами имущество ликвидируемого общества распределяется ликвидационной комиссией между участниками общества в следующей очередности: в первую очередь осуществляется выплата участникам общества распределенной, но невыплаченной части прибыли; во вторую очередь осуществляется распределение имущества ликвидируемого общества между участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества. Требования каждой очереди удовлетворяются после полного удовлетворения требований предыдущей очереди. Если имеющегося у общества имущества недостаточно для выплаты распределенной, но невыплаченной части прибыли, имущество общества распределяется между его участниками пропорционально их долям в уставном капитале общества.

Таким образом, между участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале общества распределяется имущество ликвидируемого общества, оставшееся после завершения расчетов с кредиторами.

В силу разъяснений, приведенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.12.2006 № 67 «О некоторых вопросах практики применения положений законодательства о банкротстве отсутствующих должников и прекращении недействующих юридических лиц», процедура исключения недействующего юридического лица из ЕГРЮЛ является специальным основанием прекращения юридического лица, не связанным с его ликвидацией.

Распределение оставшегося имущества между участниками общества с ограниченной ответственностью является правовым последствием ликвидации юридического лица, следовательно, правопреемства с другим лицом, в том числе физическим, не образует.

В соответствии с положениями пункта 2 статьи 64.2 Гражданского кодекса Российской Федерации исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц влечет правовые последствия, предусмотренные законодательством применительно к ликвидированным юридическим лицам.

Соответственно, ФИО2, являвшийся единственным участником общества ООО «Промас», вправе заявлять требования в отношении имущественных прав данного юридического лица, исключенного из ЕГРЮЛ.

При этом согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 41 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 11.06.2020 № 6 «О некоторых вопросах применения положений Гражданского кодекса Российской Федерации о прекращении обязательств», участники ликвидированного юридического лица, равно как и его кредиторы, не вправе самостоятельно обращаться с обязательственными требованиями юридического лица к его должникам, в частности с требованием вернуть переданное в аренду имущество, оплатить стоимость переданных товаров и т.п. В этом случае следует руководствоваться положениями пункта 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, устанавливающего процедуру распределения обнаруженного обязательственного требования.

Приведенные положения указывают на то, что для случаев распределения обнаруженного имущества, в данном случае права требования оплаты, законодатель предусмотрел особую процедуру, предусмотренную пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации в случае обнаружения имущества ликвидированного юридического лица, исключенного из единого государственного реестра юридических лиц, в том числе в результате признания такого юридического лица несостоятельным (банкротом), заинтересованное лицо или уполномоченный государственный орган вправе обратиться в суд с заявлением о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, имеющих на это право. К указанному имуществу относятся также требования ликвидированного юридического лица к третьим лицам, в том числе возникшие из-за нарушения очередности удовлетворения требований кредиторов, вследствие которого заинтересованное лицо не получило исполнение в полном объеме. В этом случае суд назначает арбитражного управляющего, на которого возлагается обязанность распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица.

Заявление о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть подано в течение пяти лет с момента внесения в единый государственный реестр юридических лиц сведений о прекращении юридического лица. Процедура распределения обнаруженного имущества ликвидированного юридического лица может быть назначена при наличии средств, достаточных для осуществления данной процедуры, и возможности распределения обнаруженного имущества среди заинтересованных лиц.

Поскольку участник истца ФИО2 не реализовал свое право на подачу заявления о назначении процедуры распределения обнаруженного имущества среди лиц, претендующих на него, в соответствии с положениями пункта 5.2 статьи 64 Гражданского кодекса Российской Федерации, оснований для удовлетворения указанного заявления о процессуальном правопреемстве нет.

Вопреки утверждению заявителя жалобы участник общества с ограниченной ответственностью не является правопреемником последнего, а имеет право претендовать на имущество, оставшееся после проведения установленной законом специальной процедуры ликвидации общества. (постановление АС ЦО от 25.10.2018 по делу № А54-4245/2016).

ФИО2 ссылается на распределение имущества при ликвидации ООО «Промас» путем подписания акта от 23.04.2021 (т. 1, л. д. 81).

Из указанного акта следует, что единственный участник общества принял решение распределить и передать имущество общества, а именно право требования к ООО «КАТ-ГРУПП» по договору подряда № 55 № 03/16 от 01.04.2016, а также права, вытекающие из  условий данного договора и закона (начисление и взыскание пеней, процентов, взыскание убытков, судебные расходы).

Исключение недействующего юридического лица из единого государственного реестра юридических лиц является вынужденной мерой, приводящей к утрате правоспособности юридическим лицом, минуя необходимые, в том числе для защиты законных интересов его кредиторов, ликвидационные процедуры. Она не может служить полноценной заменой исполнению участниками организации обязанностей по ее ликвидации, в том числе в целях исполнения организацией обязательств перед своими кредиторами, тем более в случаях, когда исковые требования кредитора к организации уже удовлетворены судом и, соответственно, включены в исполнительное производство (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 21.05.2021 N20-П).

Поскольку акт о перераспределении имущества, в обход установленной законом обязательной процедуры ликвидации составлен без ее проведения и, по смыслу ст. 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, является одной из форм злоупотребления правом, то суд первой инстанции обоснованно отказал в правопреемстве.

Руководствуясь статьями  266, 268, 269, 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Двадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Калужской области от 23.12.2021 по делу                               № А23-9976/2020  оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Центрального округа в течение месяца со дня изготовления постановления в полном объеме. В соответствии с частью 1 статьи 275  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная жалоба подается через арбитражный суд первой инстанции.

 

Председательствующий                                                                               М.М. Дайнеко