АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-426/2024

Дело № А12-24033/2022

г. Казань

29 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 20 февраля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 29 февраля 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Нагимуллина И.Р., 

судей Вильданова Р.А., Нафиковой Р.А., 

при участии представителей:

истца (сельскохозяйственный кредитный потребительский кооператив «Киквидзенский») – ФИО1 (доверенность от 13.02.2024 № 45-Д),

ответчика (индивидуальный предприниматель Глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2) – ФИО3 (доверенность от 27.09.2022),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Киквидзенский» и индивидуального предпринимателя Главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.09.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023 

по делу № А12-24033/2022

по исковому заявлению сельскохозяйственного кредитного потребительского кооператива «Киквидзенский» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к индивидуальному предпринимателю Главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (ОГРНИП 318344300051733, ИНН 

<

***>) о взыскании суммы, 

по встречному исковому заявлению индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 к сельскохозяйственному кредитному потребительскому кооперативу «Киквидзенский» о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, с участием в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ФИО4, финансового управляющего ФИО4 – ФИО5,

УСТАНОВИЛ:

сельскохозяйственный кредитный потребительский кооператив «Киквидзенский» (далее – СКПК «Киквидзенский», кооператив, истец) обратился в Арбитражный суд Волгоградской области с иском (уточненном в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации) к индивидуальному предпринимателю главе крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО2 (далее – ИП Глава КФХ ФИО2, предприниматель, ответчик) о взыскании по договору поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, заключенному в обеспечение исполнения обязательств по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209, основного долга в размере 1 309 857,28 руб., мораторных процентов в размере 624 415,66 руб., процентов по договору займа в сумме 78 806 руб.

ИП Главой КФХ Пастухом А.С. к СКПК «Киквидзенский» заявлен встречный иск о признании недействительным (ничтожным) договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 04.09.2023, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023, в иске СКПК «Киквидзенский» к ИП Главе КФХ Пастуху А.С. о взыскании задолженности отказано.

Во встречном иске ИП Главе КФХ Пастуху А.С. к СКПК «Киквидзенский» о признании договора недействительным отказано. С СКПК «Киквидзенский» в доход федерального бюджета взыскана государственная пошлина в размере 179 руб. С ИП Главы КФХ ФИО2 в пользу СКПК «Киквидзенский» взысканы судебные расходы за производство судебной экспертизы в размере 40 824 руб. (с учетом определения Арбитражного суда Волгоградской области от 05.10.2023 об исправлении опечатки).

В кассационной жалобе СКПК «Киквидзенский» просит отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении его требований и принять новое решение об удовлетворении иска в полном объеме.

В обоснование жалобы указывается, что вывод судов о пропуске истцом срока исковой давности не соответствует материалам дела и нормам материального права. Суды не учли, что на момент начала банкротства ФИО2 поручительство отсутствовало, договор поручительства заключен в период банкротства должника, когда в отношении него была возбуждена процедура банкротства гражданина, в связи с чем разъяснения постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве» не подлежали применению.

Заявитель жалобы полагает, что ФИО2, заключая договор поручительства, взял на себя обязательство погасить задолженность на первоначальных условиях основного обязательства, то есть погасить задолженность по договору займа до 28.12.2020, в связи с чем у истца возникло право требования к поручителю только после указанной даты.

Начало течения срока исковой давности в рассматриваемом споре следует исчислять с момента истечения срока основного обязательства по возврату займа, установленного в договоре займа, т.е. с 28.12.2020.

Заявитель жалобы утверждает, что срок исковой давности не пропущен, при этом ссылаясь на положения статей 196, 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и пункта 9 договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, согласно которым срок для предъявления требований к поручителю Пастуху А.С. истекает 28.12.2023, при этом СКПК «Киквидзенский» обратился в суд с иском в установленный законом срок.

Факт предъявления кредитором к основному должнику требования о досрочном исполнении обязательства в рамках дела о банкротстве ФИО4 не сокращает срок действия оформленного позднее поручительства в силу прямого указания статьи 367 ГК РФ, а также с учетом разъяснений, указанных в пунктах 1, 7, 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве». Требования к ответчику предъявлены истцом в период действия договора поручительства.

Ответчиком не представлено обоснования того, каким образом печать ИП Главы КФХ ФИО2 могла оказаться в распоряжении иных лиц и быть использована при подписании спорного договора, а также иных документов, представленных в материалы дела. Объективные доказательства тому, что печать находилась в режиме свободного доступа, выбыла из владений ответчика, находилась в незаконном владении другого лица, в материалах дела отсутствуют. Кроме того, для проведения экспертного исследования ответчиком представлялись иные документы с его подписями, заверенными теми же оттисками печати. Изложенное в совокупности не позволяет прийти к выводу об отсутствии полномочий у лица, подписавшего спорные документы, выступать от имени ответчика.

В своей кассационной жалобе ИП Глава КФХ ФИО2 просит отменить судебные акты в части отказа в удовлетворении встречного иска и направить дело в отмененной части на новое рассмотрение.

В обоснование жалобы указывается, что суды необоснованно признали, что поскольку на договоре поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 проставлена печать ИП Главы КФХ ФИО2, то простая письменная форма договора считается соблюденной, и договор поручительства является заключенным.

Суды не учли, что он лично договор поручительства не подписывал и не заключал, полномочий на заключение договора поручительства каким-либо лицам не передавал; заключением эксперта от 28.06.2023 № 325/3-3 подтверждено, что подписи от имени ФИО2 в договоре поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 выполнены не ФИО2, а другим лицом; наличие либо отсутствие оттиска печати на договоре не является квалифицирующим признаком, подтверждающим либо опровергающим факт заключения договора поручительства; договор поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 является сфальсифицированным доказательством и не может быть положен в основу судебного акта.

Исполнение и принятие СКПК «Киквидзенский» платежа по платежному поручению от 18.12.2019 № 132 совершено в порядке статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации; оригиналы заявлений ФИО2 от 03.12.2018, 18.03.2019, 21.06.2019, платежные поручения, протокол осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023 не являются допустимыми доказательствами, подтверждающими какие-либо действия ФИО4, указывающие на заключенность и действительность договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1; копия акта сверки взаиморасчетов от 18.07.2019 по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209 и копия письма ФИО2 от 21.02.2020 не подтверждают каких-либо фактов, поскольку не являются допустимыми доказательствами по делу.

Кроме того, по мнению заявителя жалобы, суды необоснованно возложили на него судебные расходы по производству экспертизы, поскольку её результаты были использованы как доказательство по первоначальному иску, решение по которому принято в пользу ИП Главы КФХ ФИО2

Проверив материалы дела, обсудив доводы кассационных жалоб, выслушав представителей сторон, Арбитражный суд Поволжского округа приходит к следующему.

Судами установлено и следует из материалов дела, 28.12.2017 между СКПК «Киквидзенский» (займодавец) и Пастухом С.А. (заемщик) заключен договор займа № 17КД-209, по условиям которого заемщик получил на срок 3 года (до 28.12.2020) денежные средства в размере 3 000 000 руб. под 18% годовых.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.03.2019 по делу № А12-45296/2018 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, утверждена кандидатура финансового управляющего.

Определением от 19.06.2019 требования СКПК «Киквидзенский» включены в реестр требований кредиторов в размере 3 000 000 руб.

Между СКПК «Киквидзенский» и ИП Главой КФХ Пастухом А.С. 18.07.2019 заключен договор поручительства № 17КД-209-1, по условиям которого поручитель обязался перед займодавцем отвечать за исполнение обязательств по возврату займа, выданного займодавцем Пастуху С.А. на приобретение жилья в размере 3 000 000 руб. на срок до 28.12.2020, а также начисленных платежей за пользование им в установленный срок в размере 18% годовых, а при неуплате в этот срок, в размере, предусмотренном договором займа от 28.12.2017 № 17КД-209.

В ходе процедуры реализации имущества основного должника по делу № А12-45296/2018 в рамках процедуры банкротства в пользу кооператива в погашение реестровой задолженности ФИО4 поступили следующие платежи: в размере 1 131 556,31 руб. от 29.11.2021, в размере 501 938,69 руб. от 22.04.2022, в размере 56 647,72 руб. от 06.09.2022, в связи с чем остаток задолженности по основному долгу ФИО4 составляет 1 309 857,28 руб.

СКПК «Киквидзенский» 19.01.2022, 27.05.2022, 01.06.2022 направил в адрес ИП Главы КФХ ФИО2 претензии о погашении задолженности и оплате мораторных процентов по обязательствам ФИО4

Неисполнение обязательств по погашению задолженности явилось основанием для обращения СКПК «Киквидзенский» с настоящим первоначальным иском в суд.

Отказывая в удовлетворении первоначального иска, суд первой инстанции исходил из того, что истцом пропущен срок исковой давности, в удовлетворении встречного иска отказал с указанием на то, что письменная форма сделки – договора поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-1, соблюдена, а потому договор не может быть признан недействительным.

Суд апелляционной инстанции с выводами суда первой инстанции согласился.

Для переоценки выводов судов первой и апелляционной инстанций у суда кассационной инстанции оснований не имеется.

На основании пункта 1 статьи 807 ГК РФ по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить займодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества. Договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

В силу пункта 1 статьи 808 ГК РФ договор займа между гражданами должен быть заключен в письменной форме, если его сумма превышает десять тысяч рублей, а в случае, когда заимодавцем является юридическое лицо, - независимо от суммы. В подтверждение договора займа и его условий может быть представлена расписка заемщика или иной документ, удостоверяющие передачу ему заимодавцем определенной денежной суммы или определенного количества вещей (пункт 2 статьи 808 ГК РФ).

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ предусмотрено, что заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа. В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления заимодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии со статьей 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

По правилам пунктов 1, 2 статьи 363 ГК РФ при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником обеспеченного поручительством обязательства поручитель и должник отвечают перед кредитором солидарно, если законом или договором поручительства не предусмотрена субсидиарная ответственность поручителя. Поручитель отвечает перед кредитором в том же объеме, как и должник, включая уплату процентов, возмещение судебных издержек по взысканию долга и других убытков кредитора, вызванных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства должником, если иное не предусмотрено договором поручительства.

Согласно пункту 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 12.07.2012 № 42 «О некоторых вопросах разрешения споров, связанных с поручительством» требование к поручителю может быть установлено в деле о банкротстве лишь при условии, что должником по обеспеченному поручительством обязательству допущено нарушение указанного обязательства (пункт 1 статьи 363 ГК РФ).

В частности, названное право возникает у кредитора в том случае, когда основной должник признан банкротом, поскольку согласно пункту 1 статьи 126 Закона о банкротстве с даты признания его банкротом срок исполнения его обязательств считается наступившим.

Исходя из положений статьи 329 ГК РФ, поручительство является способом обеспечения исполнения обязательства.

В силу дополнительного характера поручительства, как способа обеспечения исполнения обязательства, оно само по себе не порождает денежного обязательства и не может рассматриваться в отрыве от основного обязательства, исполнение которого оно обеспечивает, поскольку именно основное обязательство определяет объем ответственности поручителя.

При ненаступлении срока исполнения обязательства требование к поручителю может быть предъявлено при наличии одного из условий: основным должником допущено нарушение обязательства; основной должник признан банкротом. Иной подход не позволяет соблюсти баланс интересов и равенства правового положения сторон в отношениях между займодавцем, заемщиком и поручителем.

Представителем ИП Главы КФХ ФИО2 заявлено о применении срока исковой давности по иску.

В соответствии со статьей 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

В пункте 2 статьи 200 ГК РФ содержится положение о том, что по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

Согласно пункту 1 статьи 361 ГК РФ по договору поручительства поручитель обязывается перед кредитором другого лица отвечать за исполнение последним его обязательства полностью или в части.

Суды пришли к выводу, что СКПК «Киквидзенский» пропущен срок исковой давности для предъявления требований к поручителю, не согласились с доводом истца о том, что спорные отношения имеют особую специфику, связанную с отсутствием поручительства на момент начала процедуры банкротства ФИО4, в связи с чем отказали в удовлетворении первоначального иска.

Суды установили, что на момент начала процедуры банкротства ФИО4 поручительство по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209 действительно отсутствовало, однако данное обстоятельство не влияет на начало течения срока исковой давности, учитывая правовые позиции высших судебных инстанций.

Из положений пункта 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» следует, что по общему правилу обязанности поручителя перед кредитором возникают с момента заключения договора поручительства, в том числе договора поручительства по будущим требованиям.

Как указано в пункте 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.06.2023 № 26 «Об особенностях применения судами в делах о несостоятельности (банкротстве) норм о поручительстве», в силу пункта 3 статьи 63, абзаца второго пункта 1 статьи 126 и абзаца второго пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве после введения первой процедуры банкротства в отношении должника по основному обязательству срок исполнения обеспеченного обязательства считается наступившим, даже если должник не находится в просрочке (далее – правило о наступлении срока). Это означает, что со дня введения первой процедуры банкротства в отношении такого должника у кредитора возникает право на предъявление соответствующего требования и к поручителю.

Отказывая в удовлетворении первоначального иска ввиду пропуска срока исковой давности, суды установили, что определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.03.2019 по делу № А12-45296/2018 в отношении ФИО4 введена процедура реструктуризации долгов гражданина, следовательно, с 28.03.2019 наступил срок исполнения обязательств по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209.

Поскольку на момент заключения договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 срок исполнения обязательств по договору займа от 28.12.2017 № 17КД-209 уже наступил, то именно с 18.07.2019 у СКПК «Киквидзенский» возникло право требования к поручителю ИП Главе КФХ Пастуху А.С.

Учитывая дату обращения СКПК «Киквидзенский» в суд с настоящим иском (почтовое отправление сдано в органы почтовой связи 30.08.2022), а также 30-дневный срок для направления в адрес поручителя претензии, срок исковой давности (3 года) по требованию к поручителю истек 18.08.2022.

Согласно пункту 1 статьи 207 ГК РФ с истечением срока исковой давности по главному требованию считается истекшим срок исковой давности и по дополнительным требованиям (проценты, неустойка, залог, поручительство, требование о возмещении неполученных доходов при истечении срока исковой давности по требованию о возвращении неосновательного обогащения и т.п.), в том числе возникшим после начала течения срока исковой давности по главному требованию.

В соответствии с пунктом 2 статьи 199 ГК РФ исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения.

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Поскольку СКПК «Киквидзенский» пропущен срок исковой давности для предъявления требований к поручителю, в удовлетворении первоначального иска правомерно отказано судом.

Ссылка СКПК «Киквидзенский» на пункт 44 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.12.2020 № 45 «О некоторых вопросах разрешения споров о поручительстве» судами признана несостоятельной, так как в указанном пункте идет речь о сроке действия договора поручительства, а не о сроке исковой давности.

Суды установили, что требования к поручителю заявлены в период действия договора поручительства, но с пропуском срока исковой давности, что является самостоятельным основанием к отказу в первоначальном иске, поскольку с момента введения первой процедуры банкротства в отношении основного должника обязательства поручителя считаются наступившими. В рассматриваемом случае они наступили с даты заключения договора поручительства.

ИП Глава КФХ ФИО2 просил признать недействительным (ничтожным) договор поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1, ссылаясь на то, что оспариваемый договор им не подписывался. Ввиду несоблюдения простой письменной формы сделки (договора поручительства) последний является ничтожной сделкой и недействителен в силу прямого указания закона.

По ходатайству ИП Главы КФХ ФИО2 по делу была назначена судебная экспертиза.

Согласно выводам эксперта, изложенным в заключении от 28.06.2023 № 325/3-3, подписи от имени ФИО2 в договоре поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-209-1 (т. 2 л.д. 21, 22), расположенные в правой нижней части первого листа и в графе «Поручитель» на втором листе документа, заявлениях от 03.12.2018 (т. 2 л.д. 34), 18.03.2019 (т. 2 л.д. 35), 21.06.2019 (т. 2 л.д. 36) и договоре поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-2 (т. 2 л.д. 37, 38), расположенные в правой нижней части первого листа и в графе «Поручитель» на втором листе документа, - выполнены не ФИО2, а другим лицом.

Однако подписи от имени ФИО2, которые имеются в договоре поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-2 (т. 2 л.д. 21, 22), заявлениях от 03.12.2018 (т. 2 л.д. 34), 18.03.2019 (т. 2 л.д. 35), 21.06.2019 (т. 2 л.д. 36), договоре поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-2 (т. 2 л.д. 37, 38), и подписи, изображения которых содержатся в копиях приложения к протоколу осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023, а именно: в копии спецификации от 05.06.2020 № 1 к договору поставки нефтепродуктов от 11.11.2019 № 308 (т. 2 л.д. 123), копии последнего листа договора поставки от 23.04.2020 № 10/04-П (т. 2 л.д. 129), копии приложения № 1 к договору поставки от 23.04.2020 № 10/04-П (т. 2 л.д. 130), – выполнены  одним лицом.

Согласно заключению эксперта от 17.05.2023 № 328/3-3 оттиски печати ИП Главы КФХ ФИО2, имеющиеся: в договоре поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 (т. 2 л.д. 21-22), в заявлении от имени ФИО2 oт 03.12.2018 (т. 2 л.д. 34), в заявлении от имени ФИО2 от 18.03.2019 (т. 2 л.д. 35), в заявлении от имени Пacтyxa А.С. от 21.06.2019 (т. 2 л.д. 36), в договоре поручительства от 18.07.2019 № 17КД-211-2 (т. 2 л.д. 38), выполнены печатью ИП Главы КФХ ФИО2, образцы оттисков которой представлены на исследование.

Оценив выводы экспертного заключения в совокупности с другими доказательствами по делу, суды пришли к выводу о подтверждении факта заключения со стороны ИП Главы КФХ ФИО2 договоров поручительства.

Довод заявителя жалобы относительно того, что проставление печатей в договорах не может подтвердить факт заключения между сторонами договоров, судом апелляционной инстанции признан несостоятельным исходя из того, что на спорных документах проставлена печать ИП Главы КФХ ФИО2, о недействительности которой (до момента обращения с иском в суд) не было заявлено, также не представлено доказательств незаконного выбытия данной печати из владения ИП Главы КФХ ФИО2 Последний является индивидуальным предпринимателем и в соответствии с положениями пункта 1 статьи 2 ГК РФ занимается самостоятельной, осуществляемой на свой риск деятельностью, направленной на систематическое получение прибыли.

Суды пришли к выводу, что передача ИП Главой КФХ Пастухом А.С. печати лицу, подписавшему договор поручительства от 17.07.2019 № 17КД-209-1, допущение использования его печати, свидетельствует о том, что именно подписавшее документы лицо в данной ситуации было вправе действовать от его имени, то есть о полномочности от имени ИП Главы КФХ ФИО2

Судом также принято во внимание, что значительное количество документов подписано от имени ИП Главы КФХ ФИО2 иным лицом, удостоверены печатью ИП Главы КФХ ФИО2, и последним со своего расчетного счета перечислялись денежные средства в счет исполнения своих обязательств по указанным документам (по договору поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-2), что подтверждается платежным поручением от 18.12.2019 № 132, где в назначении платежа прямо указано на исполнение обязательств по договору поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-2 (т. 2 л.д. 45).

Довод ИП Главы КФХ ФИО2 о том, что исполнение и принятие СКПК «Киквидзенский» платежа по платежному поручению от 18.12.2019 № 132 совершено в порядке статьи 313 ГК РФ, не принят судом во внимание, поскольку, как следует из правовой позиции Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, содержащейся в постановлении от 29.01.2013 № 11524/12, в случае, если из представленных доказательств усматривается, что основаниями платежа являлись конкретные правоотношения, то бремя доказывания того, что правоотношения, указанные в качестве оснований платежа, не являются такими основаниями, а денежные средства были перечислены ошибочно, либо в излишней сумме, в силу указанных норм возлагается на ИП Главу КФХ ФИО2

Оценив представленные доказательства и установив обстоятельства по делу, суды пришли к правильному выводу о том, что поскольку на оспариваемом договоре стоит подлинная печать ИП Главы КФХ ФИО2, договор поручительства подписан тем же лицом, чья подпись имеется на значительном количестве иных документов ИП Главы КФХ ФИО2, в том числе касающихся взаимоотношений предпринимателя с третьими лицами, а потому его заявление о несоблюдении письменной формы сделки и недействительности договора поручительства от 18.07.2019 № 17-КД-211-1 является несостоятельным.

Утверждение предпринимателя о недопустимости доказательств, в частности, заявлений ФИО2 от 03.12.2018, 18.03.2019, 21.06.2019, платежных поручений, акта сверки взаиморасчетов от 18.07.2019 по договору займа от 28.12.2017 №17КД-209 и письма ФИО2 от 21.02.2020, протокола осмотра вещественных доказательств от 24.01.2023 отклонено судом, поскольку согласно статье 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами, при этом заключенность и действительность договора поручительства от 18.07.2019 № 17КД-209-1 судом установлена.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Поскольку в удовлетворении встречного иска, заявленного ИП Главой КФХ Пастухом А.С., судами отказано, а в удовлетворении первоначального иска отказано не со ссылкой на выводы судебной экспертизы, а в связи с пропуском истцом срока исковой давности, то у судов отсутствовали основания для возложения судебных расходов по производству экспертизы на СКПК «Киквидзенский».

Изложенные в кассационной жалобе доводы не свидетельствуют о нарушении судами норм права, иное толкование заявителем положений законодательства, а также иная оценка указанных обстоятельств не может являться основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в Определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286-288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

В этой связи, с учетом того, что по настоящему делу суды исследовали все обстоятельства, входящие в предмет доказывания, установили фактические обстоятельства дела, дали оценку предоставленным доказательствам и правильно применили нормы материального права, регулирующие спорные отношения, то у суда кассационной инстанции, учитывая предусмотренные статей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пределы его компетенции, отсутствуют правовые основания для переоценки названных выводов судов.

Судебные акты являются законными и обоснованными, оснований для их отмены или изменения не имеется. Кассационные жалобы ИП Главы КФХ ФИО2 и СКПК «Киквидзенский» удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 04.09.2023 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.11.2023 по делу № А12-24033/2022 оставить без изменений, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий судья                                   И.Р. Нагимуллин

 

Судьи                                                                          Р.А. Вильданов

 

                                                                                     Р.А. Нафикова