АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-2191/2016

г. Краснодар

19 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 12 апреля 2023 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 19 апреля 2023 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Сороколетовой Н.А., судей Андреевой Е.В. и Калашниковой М.Г. при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Пилояном Э.С., при участии в судебном заседании с использованием системы веб-конференции информационной системы «Картотека арбитражных дел» (онлайн-заседание) от акционерного общества «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – Касьяна А.А. (доверенность от 28.12.2021), от Баркус Альгимантаса Юозо – ФИО1 (доверенности от 30.09.2021), в отсутствие представителей конкурсного управляющего закрытого акционерного общества фирма «Юг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО2, иных лиц, участвующих в деле, извещенных о времени и месте судебного заседания, в том числе путем размещения соответствующей информации на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.10.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 по делу № А32-2191/2016, установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) закрытого акционерного общества фирма «Юг» (далее – должник) конкурсный управляющий должника ФИО2 (далее – конкурсный управляющий) обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3 в сумме 1 019 414 088 рублей 07 копеек.

Определением суда от 03.08.2021, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 08.12.2021, в удовлетворении заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника отказано. Суды пришли к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в связи с пропуском срока исковой давности. 

 Постановлением суда кассационной инстанции от 09.03.2022 определение суда от 03.08.2021 и постановление апелляционного суда от 08.12.2021 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Краснодарского края. Суд округа указал на то, что выводы судов о пропуске срока исковой давности являются преждевременными, поскольку вопрос о добросовестности предыдущего управляющего ФИО4 при передаче сведений новому конкурсному управляющему и отражении информации в отчетах не исследован.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий уточнил заявленные требования и просил взыскать с ФИО3 в конкурсную массу должника                   544 105 143 рубля 80 копеек (уточнение принято судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – Кодекс).

Определением суда от 25.10.2022, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 20.01.2023, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор акционерное общество «Российское агентство по страхованию экспортных кредитов и инвестиций» (далее – АО «ЭКСАР») просит обжалуемые судебные акты отменить, обособленный спор направить на новое рассмотрение. Податель жалобы указывает, что для целей определения срока исковой давности в рамках данного обособленного спора применению подлежит статья 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.12.2016 № 488-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», которая предусматривала объективный срок продолжительностью 3 года, а также субъективный срок продолжительностью 3 года; началом течения срока исковой давности является дата не ранее 26.12.2017, то есть день, когда конкурсный управляющий узнал как о сокрытии документов ФИО3, так и о злоупотреблении бывшего исполняющего обязанности конкурсного управляющего ФИО4; конкурсным управляющим соблюден как трехлетний объективный, так и трехлетний субъективный срок исковой давности для обращения в суд с требованием о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности.

В отзыве на кассационную жалобу конкурсный кредитор ФИО5 поддержала заявленные в ней доводы, просила жалобу удовлетворить.

В судебном заседании представитель АО «ЭКСАР» поддержал доводы кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты отменить, кассационную жалобу – удовлетворить.

Представитель ФИО3 возражал против доводов жалобы, просил судебные акты оставить в силе.

Кассационная жалоба рассмотрена на основании части 3 статьи 284 Кодекса, в отсутствие конкурсного управляющего, иных лиц участвующих в деле, в порядке, установленном главой 35 вышеназванного Кодекса.

Изучив материалы дела и доводы, изложенные в кассационной жалобе, выслушав участвующих в деле лиц, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела и установили суды, определением суда от 31.05.2016 принято поступившее 26.01.2016 заявление ФИО6 о признании должника несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 03.11.2016 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4

Решением суда от 28.06.2017 в отношении должника открыто конкурсное производство, исполнение обязанностей конкурсного управляющего до его утверждения возложено на ФИО4

Определением суда от 07.09.2017 в утверждении ФИО4 в качестве конкурсного управляющего должника отказано, прекращены его полномочия как лица, исполняющего обязанности конкурсного управляющего, ФИО4 отстранен                        от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 27.10.2017 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2

20 октября 2020 года конкурсный управляющий ФИО2 обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности бывшего руководителя должника ФИО3, ссылаясь на неподачу заявления о признании должника банкротом и непередачу документов конкурсному управляющему.

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий указывает, что возникновение признаков объективного банкротства необходимо связывать с периодом образования задолженности перед ООО «ЧОО "Кортик"», сформировавшейся 31.01.2015 и подтвержденной определением от 24.08.2015 по делу № А32-8210/2015, а также                   ООО «ЧОО "Юг-Защита"», сформировавшейся 30.01.2015 и подтвержденной определением от 30.09.2015 по делу № А32-28937/2015.

В связи с этим, по мнению управляющего, задолженность должника возникла 31.01.2015, следовательно, ФИО3 должен был обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества с 31.03.2015. Вместе с тем, дело о банкротстве возбуждено 31.05.2016.

Соответственно, вменяемые в вину бывшему руководителю действия имели место с 31.03.2015 по 31.05.2016, т.е. в период действия статьи 10 Закона о банкротстве в редакции № 134-ФЗ.

В обоснование требования о привлечения к субсидиарной ответственности за непередачу документов конкурсный управляющий ссылается на то, что УФНС России письмом от 26.12.2017 исх. № 20-18/54553 направило конкурсному управляющему должника  ФИО2 требование о представлении объяснений по невключению всего имущества ЗАО Фирма «Юг», указанного в акте от 16.05.2017 № 000001, в инвентаризацию, проведенную конкурсным управляющим ФИО4, а также отсутствия балансовой стоимости имущества. В указанном письме содержатся сведения о том, что в ходе выездной налоговой проверки МИФНС № 14 по Краснодарскому краю по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) налогов и сборов за период с 01.01.2014 по 31.12.2015 проведена инвентаризация имущества, составлен акт от 16.05.2017 № 000001, согласно которому выявлено имущество (основные средства) в количестве 290 шт., балансовой стоимостью                 144 867 201 рубль 86 копеек. Данный акт подписан бывшим руководителем ФИО3

Вместе с тем согласно бухгалтерскому балансу должника от 31.12.2016 основные средства на 31.12.2016 учитывались в размере 78 118 тыс. рублей, на 31.12.2015 -                   98 752 тыс. рублей, на 31.12.2014 93 - 701 тыс. рублей.

Таким образом, конкурсный управляющий полагает, что произошло искажение бухгалтерской отчетности, так как информация о основных средствах и стоимости была существенно изменена, что влияет на конкурсную массу должника и права кредиторов.

При этом, момент возникновения обязанности по передаче документов конкурсный управляющий связывает с истечением трех дней после вынесения решения о признании должника банкротом, в течение которых в силу статьи 126 Закона о банкротстве бывший руководитель должника обязан передать все имеющиеся у него документы.

Соответственно, конкурсный управляющий считает, что обязанность по передаче документов возникла 01.07.2017, т.е. в период действия главы III.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Кодекса, статьей 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон "О несостоятельности (банкротстве)" и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее – Закон № 266-ФЗ), статьями 9, 61.11, 61.14, Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), статьей 10 Закона о банкротстве в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации в части противодействия незаконным финансовым операциям», разъяснениями, изложенными в информационном письме Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ "О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации"», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), правовой позицией, указанной в определениях Верховного Суда Российской Федерации от 30.01.2020 № 305-ЭС18-14622(4,5,6) по делу № А40-208525/2015, 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3) по делу № А22-941/200. 

Суды первой и апелляционной инстанций обоснованно исходили из следующего.

В соответствии с абзацем 4 пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве (в редакции Закона № 134-ФЗ) заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 указанной статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная применяемая норма абзаца четвертого пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве содержала указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

Оценивая обстоятельства соблюдения объективного (предельного) срока исковой давности, суд апелляционной инстанции установил, что должник признан банкротом решением от 28.06.2017, соответственно, объективной срок исковой давности должен был истечь 28.06.2020.

Судебная коллегия приняла во внимание указания суда кассационной инстанции, изложенные в постановлении от 09.03.2022, и сочла необходимым при определении объективного срока исковой давности учесть установленный факт заинтересованности отстраненного конкурсного управляющего ФИО4

В частности, из материалов дела следует, что вступившими в законную силу судебными актами установлено, что ФИО4 скрыл от кредиторов и конкурсного управляющего ФИО2 сведения о финансовом состоянии должника, об имуществе должника, недостоверной финансовой отчетности за 2016 год, что не позволило установить своевременно наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной ответственности ранее.

Принимая во внимание установленный факт заинтересованности арбитражного управляющего ФИО4 и совершения им действий по воспрепятствованию подачи заявления о привлечении к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что объективный срок исковой давности следует исчислять с даты утверждения незаинтересованного арбитражного управляющего ФИО2, т. е. с 27.10.2017. Соответственно, объективный срок исковой давности истек 27.10.2020. 

При этом как верно указал суд апелляционной инстанции, объективный срок исковой давности определяет пределы подачи заявления о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности и допустимые границы восстановления пропущенного субъективного срока. Соответственно, само по себе его соблюдение о своевременности предъявленного требования не свидетельствует.

Оценивая момент, с которого конкурсному управляющему стало известно о наличии оснований для подачи заявления о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности, суд апелляционной инстанции отметил, что сведения о подконтрольности общества ФИО3 могли стать известны конкурсному управляющему с даты его утверждения, так как отражены в выписке из ЕГРЮЛ и имелись в материалах дела, т.е. могли быть получены после ознакомления с материалами дела. 

Как указывает конкурсный управляющий о совершении ФИО3 действий по сокрытию имущества и непередаче документов ему стало известно с момента получения письма уполномоченного органа – 26.12.2017. 

Вместе с тем, как указали суды, о наличии негативных последствий в виде невозможности полного погашения требований кредиторов конкурсному управляющему стало известно после проведения оценки имущества должника (отчеты об оценке                   от 17.01.2018 № 0022-2017 и от 30.11.2018 № 13/11-18), из которых следовало, что общая стоимость имущества должника без проведения торгов, предполагающих ее снижение, едва превышает 200 млн рублей, и ниже величины кредиторской задолженности более чем в 5 раз.

На основании изложенного, суды пришли к выводу о том, что субъективный срок исковой давности по требованию о привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности начал течь 30.11.2018 и истек 02.12.2019 (с учетом выходных и праздничных дней), при этом, конкурсный управляющий обратился с заявлением 15.10.2022.

Учитывая установленный факт пропуска субъективного срока исковой давности, суды сделали обоснованный вывод об отказе в удовлетворении заявления конкурсного управляющего. Обжалуя судебные акты, заявитель жалобы документально правильности выводов судов не опроверг. 

В обжалуемых судебных актах приведены мотивы, по которым суды пришли к таким выводам, с указанием на определенные доказательства, исследованные и оцененные в их совокупности по правилам статьи 71 Кодекса. Пределы рассмотрения дела в суде кассационной инстанции ограничены проверкой правильности применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствия выводов о применении нормы права установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в нем доказательствам (части 1 и 3 статьи 286 Кодекса).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, приведенной, в том числе в определении от 17.02.2015 № 274-О, статьи 286 – 288 Кодекса, находясь в системной связи с другими положениями данного Кодекса, регламентирующими производство в суде кассационной инстанции, предоставляют суду кассационной инстанции при проверке судебных актов право оценивать лишь правильность применения нижестоящими судами норм материального и процессуального права и не позволяют ему непосредственно исследовать доказательства и устанавливать фактические обстоятельства дела. Иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Основания для отмены или изменения определения и постановления по приведенным в кассационной жалобе доводам отсутствуют. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены.

При таких обстоятельствах, судебная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы и отмены судебных актов.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 25.10.2022 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2023 по делу № А32-2191/2016 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

 

Председательствующий                                                                                 Н.А. Сороколетова 

Судьи                                                                                                                Е.В. Андреева

                                                                                                                           М.Г. Калашникова