ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-228002/20

01 августа 2024 года

город Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 18 июля 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 августа 2024 года.

 

Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего-судьи Кузнецова В.В.,

судей: Кручининой Н.А., Тарасова Н.Н.,

при участии в заседании:

от ФИО1: ФИО2, доверенность от 17.02.2022; 

от конкурсного управляющего должника: ФИО3, доверенность от 17.05.2024;

от Банка ВТБ (ПАО): ФИО4, доверенность от 09.11.2021;

рассмотрев 18 июля 2024 года в судебном заседании кассационную жалобу

ФИО1

на определение Арбитражного суда города Москвы

от 06 февраля 2024 года,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда 

от 01 апреля 2024 года

о признании недействительной сделкой перечисления денежных средств должником в пользу ФИО1 в размере 403.251.051,21 руб. и применении последствий недействительности сделки

 в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «НПО «СПБ ЭК»,

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2020 принято к производству заявление ООО «ГТО» о признании ООО «НПО «СПБ ЭК» несостоятельным (банкротом).

Определением Арбитражного суда города Москвы от 20.04.2021 произведена замена заявителя по делу - ООО «ГТО» на его правопреемника - ООО «ЛИБРА-КОНСАЛТ».

Определением Арбитражного суда города Москвы от 22.06.2021 в отношении ООО «НПО «СПБ ЭК» введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО5

Решением Арбитражного суда города Москвы от 06.05.2022 в отношении ООО «НПО «СПБ ЭК» (далее - должник) открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО6, о чем опубликованы сведения в газете «Коммерсантъ» от 14.05.2022 № 83.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление конкурсного управляющего должника о признании недействительными сделок банковских операций по перечислению ООО «НПО «СПБ ЭК» денежных средств в пользу ФИО1 (далее - ответчик) в размере 403.251.051,21 руб. и применении последствий недействительности сделок.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 06 февраля 2024 года признана недействительной сделка по перечислению денежных средств должником в пользу ФИО1 в размере 403.251.051,21 руб. и применены последствия недействительности сделки в виде взыскания с ФИО1 в конкурсную массу должника денежных средств в размере 403.251.051,21 руб.

Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 апреля 2024 года определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ФИО1 обратился с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Заявитель жалобы считает судебные акты незаконными и необоснованными, как принятые с неправильным применением норм материального и процессуального права.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы.

Представители конкурсного управляющего должника и Банка ВТБ (ПАО) возражали против удовлетворения кассационной жалобы.

Изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, выслушав лиц, участвовавших в судебном заседании, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, кассационная инстанция находит определение и постановление подлежащими отмене, а обособленный спор - направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы по следующим основаниям.

Судами первой и апелляционной инстанций установлено, что ФИО1 являлся руководителем ООО «НПО «СПБ ЭК».

В соответствии с данными бухгалтерского учета должника ответчиком в период с 2018 года по 2022 годы получены следующие доходы: за 2018 год - 77.906.797,80 руб. (после вычета НДФЛ - 67.791.901,80 руб.), за 2019 год - 208.341.303,96 руб. (после вычета НДФЛ - 181.256.933,96 руб.), за 2020 год - 172.847.744,45 руб. (после вычета НДФЛ - 149.852.215,45 руб.), за 2021 год - 5.000.000 руб. (после вычета НДФЛ - 4.350.000 руб.), за 2022 год - 5.000.000 руб. (после вычета НДФЛ - 4.350.000 руб.). Всего за оспариваемый период ответчиком получено 469.095.786,21 руб. (после вычета НДФЛ - 403.251.051,21 руб.).

При этом суды указали, что ежемесячный доход ответчика в разные месяцы варьировался от 50.000 руб. до 2.936.555 руб., что не характерно для трудовых отношений.

В связи с отсутствием у конкурсного управляющего должника документов, подтверждающих обоснованность выплат, он просил признать указанные платежи на сумму 403.251.051,21 руб. недействительными сделками по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Суды, удовлетворяя заявление конкурсного управляющего должника, исходили из представления им достаточных доказательств наличия оснований для признания оспариваемых перечислений денежных средств недействительными сделками.

Суды указали, что заявление о признании ООО «НПО «СПБ ЭК» несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению определением Арбитражного суда города Москвы от 02.12.2020, в связи с чем часть оспариваемых платежей совершена в пределах срока подозрительности, предусмотренного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, и все платежи совершены в период подозрительности, установленный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судами установлено, что с 2016 года перед налоговым органом формировалась задолженность, также у ООО «НПО «СПБ ЭК» имелась задолженность перед ООО «Ренессанс», требования которых включены в реестр требований кредиторов должника.

При этом суды отметили, что ответчик, будучи генеральным директором ООО «НПО «СПБ ЭК», в силу положений статьи 19 Закона о банкротстве, является аффилированным лицом, соответственно, его осведомленность о неплатежеспособности должника презюмируется.

Суды установили, что в ООО «НПО «СПБ ЭК» действовали локальные нормативно-правовые акты, устанавливающие основания для выплаты премий, а именно Положение о материальном стимулировании работников ООО «НПО «СПБ ЭК» и Методика проведения расчета проектов СМК-М-01-17.

Вместе с тем, как отметили суды, указанные внутренние (локальные) правовые акты не наделяли генерального директора полномочиями по установлению премии в отношении себя лично.

Также судами установлено, что согласно представленным в материалы дела расчетным листам генерального директора ООО «НПО «СПБ ЭК» ФИО1 за период с декабря 2017 года по апрель 2022 года оплата по окладу составила 1.500.000 руб.; иные выплаты составили премия (разовая), отпуск (основной, за свой счет), отсутствие по болезни.

Судам не представлено доказательств расчета премии с учетом Положения о материальном стимулировании работников ООО «НПО «СПБ ЭК» и Методики проведения расчета проектов СМК-М-01-17, которые исследованы в иных обособленных спорах по аналогичным заявлениям конкурсного управляющего должника. Также ответчик не представил судам какие-либо доказательства того, что ФИО1 выполнял объем работы, соответствующий произведенным начислениям и выплатам.

С учетом изложенного суды пришли к выводу о представлении в материалы дела надлежащих доказательств наличия оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, для признания рассматриваемых платежей недействительными сделками.

Относительно доводов конкурсного управляющего должника о недействительности рассматриваемых сделок по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации суды указали, что конкурсный управляющий ссылался только на факты, свидетельствующие о наличии совокупности обстоятельств, необходимой для признания сделок недействительными по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 Закона о банкротстве, не приводя при этом доводов о наличии у спорных платежей пороков, выходящих за пределы дефектов подозрительных сделок, совершенных с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов.

Учитывая изложенное, суды оснований для признания рассматриваемых платежей недействительными сделками по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не нашли.

При этом суды пришли к выводу о том, что конкурсным управляющим должника не пропущен срок исковой давности, поскольку конкурсный управляющий должника утвержден решением Арбитражного суда города Москвы от 29.04.2022, а с рассматриваемым в рамках настоящего обособленного спора заявлением он обратился 28.04.2023 (заявление направлено почтой), в связи с чем срок исковой давности конкурсным управляющим должника не пропущен.

Между тем, судами не учтены и не получили оценки доводы ответчика, которые имеют существенное значение для разрешения спора, а также не учтено следующее.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве, под сделками (действиями), которые могут быть оспорены по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с трудовым законодательством.

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, недействительной может быть признана сделка (действия по исполнению обязательств), совершенная в годичный период подозрительности при неравноценном встречном исполнении обязательств, то есть сделка, по которой исполнение, предоставленное должником, в худшую для него сторону отличается от исполнения, которое обычно предоставляется при сходных обстоятельствах.

При этом не требуется доказывать факты, указывающие на недобросовестность другой стороны сделки (абзац второй пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)»; далее - Постановление № 63).

Квалифицирующими признаками подозрительной сделки, указанной в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, являются ее направленность на причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны сделки об указанной противоправной цели, фактическое причинение вреда в результате совершения сделки.

Наличие в законодательстве о банкротстве приведенных специальных правил об оспаривании сделок (действий) не означает, что само по себе ухудшение финансового состояния работодателя, его объективное банкротство ограничивают права обычных работников на получение всего комплекса гарантий, установленных Трудовым кодексом Российской Федерации.

Одной из таких государственных гарантий является гарантия индексации оплаты за труд, направленная на обеспечение повышения уровня реального содержания заработной платы, ее покупательной способности (статьи 2, 130 и 134 Трудового кодекса Российской Федерации). Данная гарантия действует не только в отношении работников государственных органов, органов местного самоуправления, государственных и муниципальных учреждений, но и в отношении иных работников, заключивших трудовые договоры с работодателями, осуществляющими предпринимательскую и иную экономическую деятельность (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 17.06.2010 № 913-О-О, от 29.05.2019 № 1269-О и другие).

Другой гарантией является компенсация за выполнение дополнительной работы в виде денежной доплаты (статья 151 Трудового кодекса Российской Федерации).

ФИО1 указывал, что он надлежащим образом исполнял свои трудовые обязанности в качестве генерального директора ООО «НПО «СПБ ЭК», что обусловило получение им заработной платы и иных предусмотренных законом выплат.

При этом ответчик отмечал, что в материалах дела о банкротстве, в том числе в обособленных спорах о признании недействительными перечислений заработной платы сотрудникам ООО «НПО «СПБ ЭК», имеется большое количество документов, подписанных ФИО1, что уже подтверждает реальное исполнение им своих трудовых обязанностей в части представления интересов должника и заключения договоров. Другим важным направлением деятельности руководителя компании является организация ее деятельности, что может выражаться в достижении указанной компанией высоких финансовых показателей, развитии дополнительных направлений и так далее.

Ответчик обратил внимание на то, что в рамках других обособленных споров по настоящему делу установлено, что финансовое положение ООО «НПО «СПБ ЭК» высоко оценивалось различными кредитными организациями (Банк ВТБ (ПАО) - 2018 и 2019 годы, ПАО Сбербанк - 2019 и 2020 годы, Банк «Александровский» - 2020 год, Банк «Таврический» - 2019 год), которые осуществляли кредитование должника и его аффилированных компаний в период до середины 2020 года.

Также ответчик в обоснование своих доводов ссылался на следующие обстоятельства: ООО «НПО «СПБ ЭК» до конца 2020 года являлось участником и победителем аукционов на заключение государственных контрактов и контрактов с нефтегазовыми компаниями, которые при заключении соответствующих контрактов проверяли финансовую состоятельность должника на предмет возможности обеспечения своевременного исполнения принятых на себя обязательств.

Весной 2020 года ООО «НПО «СПБ ЭК» открыло на Волхонском шоссе производственно-складской комплекс, площадью более 3 тыс. кв.м, новые мощности должны были увеличить объемы производства электротехнического оборудования.

В июне 2020 года ООО «НПО «СПБ ЭК» получило четыре «атомные лицензии» от 03.06.2020 № АВ ЦО-11-101-11760, № АВ ЦО-12-101-11759, № АВ ЦО-(У)-03-101-11761, № АВ ЦО-(У)-02-101-11762. Компания получила лицензии Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору, дающие право на конструирование и изготовление оборудования для ядерных установок, на сооружение и эксплуатацию ядерных установок. Объекты, на которых может осуществляться деятельность: атомные станции; содержащие ядерные материалы сооружения, комплексы, установки для производства, использования, переработки ядерного топлива и ядерных материалов. Лицензии получены на основании решения Северо-Европейского межрегионального территориального управления по надзору за ядерной и радиационной безопасностью Федеральной службы по атомному надзору. Срок их действия - до февраля 2023 года.

В период с 2016 года по 2018 год объем выручки ООО «НПО «СПБ ЭК» планомерно увеличивался, превысив по результатам 2018 года 8 млрд. руб., при этом средний показатель чистой прибыли ООО «НПО «СПБ ЭК» за период с 2017 года по 2019 год составлял 100 млн. руб. в год, что, по мнению ответчика, свидетельствует об успешном осуществлении предпринимательской деятельности и умелом управлении ООО «НПО «СПБ ЭК».

Указанные обстоятельства, как полагает ответчик, свидетельствуют о надлежащем исполнении ФИО1 возложенных на него обязанностей по трудовому договору и наличии оснований для выплаты ему заработной платы и премий в определенном трудовым договором размере.

Не исследовались судами обстоятельства того, что какая часть спорных платежей составила заработную плату, а какая иные выплаты (премии, «отпускные» и так далее), судами также не исследован вопрос относительно состава оспариваемых перечислений, конкурсным управляющим не представлена расшифровка заявленных требований - какая часть приходится на заработную плату, какая на премии, какая на иные выплаты.

В тот же время, по мнению ответчика, указанное обстоятельство имеет принципиальное значение, так как в зависимости от характера платежа применению подлежат различные нормы материального права и различные стандарты доказывания.

Ответчик отметил, что конкурсным управляющим заявлено об оспаривании перечислений за период с декабря 2017 года по декабрь 2020 года, то есть за 37 месяцев. Размер заработной платы ФИО1 за этот период составил 55.500.000 руб.

В соответствии со статьей 129 Трудового кодекса Российской Федерации, в состав заработной платы включаются премии. При этом работнику могут быть установлены два вида премий - премии постоянного и разового характера. Первые входят в систему оплаты труда, начисляются регулярно за выполнение заранее утвержденных показателей, у работника возникает право требовать их выплаты при условии выполнения указанных показателей (статья 135 Трудового кодекса Российской Федерации). Вторые не являются гарантированным доходом работника, выступают дополнительной мерой его материального стимулирования, поощрения, применяемой по усмотрению работодателя (статья 191 Трудового кодекса Российской Федерации).

Из содержания статей 2, 129, частей 1 и 2 статьи 135 Трудового кодекса Российской Федерации следует, что премия является составной частью заработной платы, условия оплаты труда, размер заработной платы, включая премии, определяются трудовым договором, коллективным договором, соглашениями, локальными нормативными актами.

Установленная указанными положениями система оплаты труда, включая порядок выплаты и размер премии, являются обязательными для исполнения работодателем как одной из сторон трудового договора.

Суды не выяснили, являются ли спорные премии составной частью ежемесячной оплаты труда ответчика, подлежащей обязательной выплате в качестве заработной платы. В ситуации, когда начисленные ответчику премии фактически входили в систему оплаты труда, действия по их начислению могли быть признаны недействительными лишь при существенном несоответствии размера этих премий внесенному работником трудовому вкладу (статья 61.2 Закона о банкротстве).

Более того, для признания платежей, совершенных должником в пользу ответчика, недействительными на основании статьи 61.2 Закона о банкротстве следовало, по меньшей мере, установить существенную неравноценность встречного исполнения со стороны работника (пункт 8 Постановления № 63). Цель причинения вреда кредиторам отсутствует в ситуации, когда заработная плата обычного работника повышена так, что она существенно не отличается от оплаты за труд по аналогичной должности, которую получают на других предприятиях, схожих с должником по роду и масштабу деятельности.

К юридически значимым обстоятельствам, подлежащим установлению судом и доказыванию по делу, относилось установление того, какая работа входила в должностные обязанности ответчика, что входило в должностные обязанности, в чем заключался объем работ, подлежащий оплате согласно части 1 статьи 60.2 Трудового кодекса Российской Федерации, выполнялась ли фактически ответчиком такая работа, соблюдены ли работодателем требования Трудового кодекса Российской Федерации при возложении на работника дополнительных функций (в том числе заключено ли соответствующее соглашение), имеет ли место нарушение трудовых прав ответчика.

При этом ответчик указал, что судами не установлено, какие именно платежи оспаривались в рамках настоящего спора, в материалах дела отсутствуют первичные документы о перечислении денежных средств, которые бы позволили установить период совершения спорных операций, их назначение и сам факт их совершения.

Ответчик обратил внимание на то, что конкурсным управляющим не представлено ни одного документа о перечислении ФИО1 денежных средств в размере 403.251.051,21 руб. Вся информация, указанная конкурсным управляющим в заявлении, ничем не подтверждена, нет ни одного платежного поручения или банковской выписки, которые бы подтверждали приведенные им доводы.

Относительно вывода суда апелляционной инстанции о том, что ФИО1, будучи генеральным директором должника, не мог начислять и выплачивать себе премии, ответчик отметил, что в данном случае судом не учтено, что ФИО1 являлся единственным участником ООО «НПО «СПБ ЭК» (100%).

Согласно статье 39 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью», в обществе, состоящем из одного участника, решения по вопросам, относящимся к компетенции общего собрания участников общества, принимаются единственным участником общества единолично.

Таким образом, ответчик полагает, что поскольку решение о выплате премий и иных вознаграждений в ООО «НПО «СПБ ЭК» принималось самим ФИО1, совмещавшим статусы генерального директора и единственного участника ООО «НПО «СПБ ЭК», в связи с чем позиция о недопустимости выплаты генеральным директором самому себе премий не подлежала применению в данном обособленном споре.

При этом, как отметил ответчик, ФИО1 был лишен возможности представить копии приказов о своем премировании, так как ранее все кадровые документы ООО «НПО «СПБ ЭК» были преданы конкурсному управляющему, в связи с чем ФИО1 был лишен возможности представить какие-либо кадровые документы, а конкурсный управляющий, в свою очередь, уклонился от предоставления указанных документов.

Выводы судов относительно наличия у ООО «НПО «СПБ ЭК» признаков несостоятельности на момент совершения спорных перечислений, по мнению ответчика, противоречат фактическим обстоятельствам дела и сформированной по этому вопросу судебной практике.

Ответчик указал, что в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие наличие у ООО «НПО «СПБ ЭК» неисполненных обязательств по состоянию на 2017 - 2019 годы, что подтверждается также тем, что в период с 2016 года по 2018 год объем выручки ООО «НПО «СПБ ЭК» планомерно увеличивался и в 2018 году превысил 8 млрд. руб., средний показатель чистой прибыли ООО «НПО «СПБ ЭК» за период с 2017 по 2019 год составлял 100 млн. руб. в год.

В связи с этим ответчик считает, что выводы судов относительно признаков несостоятельности у ООО «НПО «СПБ ЭК» на момент выплаты заработной платы ФИО1 противоречат действительности.

Задолженность перед налоговым органом сформирована в результате принятия налоговым органом решения о доначислении налогов и сборов по результатам проведенной выездной налоговой проверки. Данное решение оспаривалось ООО «НПО «СПБ ЭК» в судебном порядке (дело № А56-78525/21), в связи с чем соответствующая обязанность по оплате доначислений возникла только после вступления в законную силу судебного акта по указанному делу, то есть в 2022 году (постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.08.2022 по делу № А56-78525/21). По состоянию на период 2017 - 2020 годов указанные обязательства отсутствовали.

По мнению ответчика, выводы судов о том, что ООО «НПО «СПБ ЭК» имело перед ООО «Ренессанс» (ИНН 

<

***>) неисполненные обязательства по оплате в период до 2020 года, не соответствуют фактическим обстоятельствам.

При этом ответчик отметил, что между ООО «Ренессанс» и ООО «НПО «СПБ ЭК» имелся спор относительно качества выполненных ООО «Ренессанс» работ и их оплаты, по результатам рассмотрения которого вынесено решение Арбитражного суда Красноярского края от 08.07.2021 по делу № А33-30441/18.

Таким образом, ответчик считает, что только в 2021 году у ООО «НПО «СПБ ЭК» возникло обязательство перед ООО «Ренессанс», так как до этого, требования ООО «Ренессанс» не были подтверждены.

Наличие кредиторской задолженности, как считает ответчик, не может являться свидетельством невозможности предприятия исполнить свои обязательства, поскольку причины такого неисполнения могут быть не связаны с несостоятельностью должника, как и было в споре между ООО «Ренессанс» и ООО «НПО «СПБ ЭК».

На основании изложенного ответчик полагает, что до 2020 года ООО «НПО «СПБ ЭК» не имело неисполненных обязательств, которые могли бы повлечь признание его несостоятельным, в связи с чем сделки, совершенные до указанного момента, не могут быть признаны недействительными как совершенные в период имущественной несостоятельности должника.

Кроме того, ответчик указал, что судами в нарушение положений пункта 4 статьи 61.8 и статей 2, 213.9 Закона о банкротстве к участию в обособленном споре не был привлечен финансовый управляющий ФИО1

Согласно пункту 4 статьи 61.8 Закона о банкротстве, кредиторы или иные лица, в отношении которых совершена оспариваемая сделка или о правах и об обязанностях которых может быть принят судебный акт в отношении оспариваемой сделки, являются лицами, участвующими в рассмотрении арбитражным судом заявления об оспаривании сделки должника.

Принимая во внимание положения статей 2 и 213.9 Закона о банкротстве, финансовый управляющий является представителем имущественной массы гражданина-должника, в связи с чем признается заинтересованным лицом при рассмотрении заявлений об оспаривании сделок с участием гражданина-должника, которые могут повлечь обращение взыскания на конкурсную массу и ее уменьшение.

Ответчик отметил, что ФИО1 также перед судебным заседанием 13.07.2023 ходатайствовал о привлечении своего финансового управляющего к участию в деле, однако информация о разрешении настоящего ходатайства по существу отсутствует.

На основании изложенного ФИО1 полагает, что судами допущено нарушение норм процессуального права в части привлечения к участию в деле финансового управляющего ФИО1

Кроме того, ответчик считает, что судами не установлены элементы состава, необходимые для признания сделки недействительной по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве: перечисление ФИО1 заработной платы и иных предусмотренных законом выплат не были направлены на причинение вреда кредиторам должника и совершено в рамках обычных трудовых отношений; в результате совершения спорных сделок не причинен вред имущественным правам кредиторов должника, так как выплата текущей заработной платы за выполнение трудовых обязанностей не может быть признана в качестве основания причинения вреда имущественным правам кредиторов; доказательства несоразмерности заработной платы ФИО1 отсутствуют; ФИО1 не имел цели причинить вред правам кредиторов и не знал о наличии такой целей у других работников ООО «НПО «СПБ ЭК».

При этом ответчик обратил внимание на то, что конкурсным управляющим не представлены документы, подтверждающие перечисление ФИО1 оспариваемых сумм.

В нарушение положений статей 71, 184 и 185 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суды уклонились от оценки приведенных возражений ответчика, тогда как они имели существенное значение для правильного разрешения спора.

Поскольку судами первой и апелляционной инстанций вопреки требованиям процессуального законодательства не установлены все фактические обстоятельства дела и не дана надлежащая правовая оценка представленным доказательствам и всем доводам сторон, следует признать, что выводы судов сделаны при неполном выяснении обстоятельств, имеющих существенное значение для дела.

Ввиду того, что для принятия законного и обоснованного решения требуется установление обстоятельств, исследование и оценка доказательств, а также иные процессуальные действия, предусмотренные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, принятые судами по данному делу определение и постановление подлежат отмене, а обособленный спор в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации направлению на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении суду в соответствии со статьей 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации следует оценить все доводы лиц, участвующих в деле, имеющиеся в деле доказательства, установить все имеющие значение для дела обстоятельства, правильно применить нормы процессуального и материального права, принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 284 - 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 06 февраля 2024 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 01 апреля 2024 года по делу № А40-228002/20 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

 

Председательствующий-судья                                                          В.В. Кузнецов

 

Судьи                                                                                            Н.А. Кручинина

 

Н.Н. Тарасов