АРБИТРАЖНЫЙ СУД КЕМЕРОВСКОЙ  ОБЛАСТИ

Красная ул, д.  8,  Кемерово, 650000

www.kemerovo.arbitr.ru,E-mail: info @ kemerovo.arbitr.ru

Тел. (384-2) 45-10-16

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А27-19868/2020

город Кемерово

21 октября 2022 года

Резолютивная часть решения объявлена 04 октября 2022  года.

            Арбитражный суд Кемеровской области в составе судьи Куликовой Т.Н., при ведении протокола судебного заседания до перерыва  секретарем судебного заседания ФИО1, после перерыва помщником удьи ФИО2, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению общества с ограниченной ответственностью "Сибпромполис", г. Полысаево (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>)

к ФИО3, г. Новокузнецк

о признании недобросовестными действий директора, взыскании убытков в размере                 23 006 310  руб.,

при участии: от истца – 1) ФИО4, доверенность от 01.04.2021, удостоверение

адвоката; 2) ФИО5, паспорт, доверенность от 11.04.2021;

от ответчика – 1) ФИО6, доверенность от 22.03.2022, удостоверение адвоката; 2) лично ФИО3, паспорт; 

у с т а н о в и л :

общество с ограниченной ответственностью "Сибпромполис" обратилось в арбитражный суд с исковым заявлением к ФИО3 о признании незаконными действий директора, взыскании убытков в размере 23 350 000 руб.

Исковые требования мотивированы тем, что ответчиком в период исполнения своих обязанностей в качестве директора ООО «Сибпромполис» совершены действия, не являющиеся добросовестными, чем причинены  обществу убытки, в том числе в виде заниженного по сравнению с рыночным размером арендной платы, установленной договором; несением фактических расходов за арендатора по коммунальным и эксплуатационным расходам; установлением завышенного размера заработной платы директора, что установлено заключением специалиста от 08.09.2020.

В настоящем судебном заседании представитель истца требования поддержал, с учетом изменения их размера до суммы 23 006 310  руб., при этом, согласно  заявлению указанная сумма убытков представляет собой разность между рыночной величиной арендной платы и фактической величиной арендной платы по договорам, а также произведённые обществом оплаты по электроэнергии в период заключения спорных договоров аренды. Также, дополнительно обосновывая свои требования, указал, что ФИО3 в период исполнения им обязанностей единоличного исполнительного  органа общества вел себя недобросовестно: о  заключённых договорах аренды второму учредителю не сообщал;  ежегодные собрания участников не проводил;  после выхода из общества и прекращения исполнения полномочий директора документы обществу не передал, что установлено судебными актами. Полагает подтвержденным размер убытков, установленный проведенной по делу судебной экспертизой ООО «Прайс-сервис», просил отклонить дополнительную судебную экспертизу, указав на ее необоснованность и недостоверность.

Ответчик исковые требования в полном объёме не признал, просил применить срок исковой давности, указав, что второму участнику было достоверно известно о заключении договора аренды, учитывая изменение видов деятельности общества по решению обоих участников исключительно на деятельность общества по сдаче имущества в аренду; кроме того, указал на завышенный размер арендной платы, указанный истцом в исковом заявлении, а также в судебной экспертизе ООО «Прайс-сервис». В свою очередь, дополнительная экспертиза, по мнению ответчика, отвечает критерию реальности рыночного размера арендной платы. При этом, также указал, что фактически убытки обществу не причинены, поскольку арендатор производил ремонтные работы на объектах недвижимости общества и передавал их результат, производил платежи в большем размере, при этом возможность зачета производимых работ в счет арендных платежей, а также условие о включении коммунальных расходов в состав арендной платы установлено соглашением сторон в договорах аренды, подлинники которых представил на обозрение суда.

Истец, возражая против доводов ответчика, в том числе указал на различие в представленных им и ответчиком условиях договоров аренды в части порядка оплаты, заявил о фальсификации представленных ответчиком договоров. 

Заслушав представителей сторон, изучив представленные  в материалы дела, суд установил следующее.

Как следует из материалов дела, ФИО3 с 2010 года является учредителем и с 26.04.2010 директором ООО «Сибпромполис». 

Вторым  участником данного общества в период с 24.10.2012 по настоящее время является ФИО7.

09.04.2019 ФИО3 было нотариально заверено заявление о выходе из состава участников общества.

Согласно представленным истцом  в материалы дела документам, 01.01.2013 ФИО3, как единоличным исполнительным органом общества, с ООО «Дом отдыха «Райский Уголок» (единоличным исполнительным органом и участником являлся ФИО3) заключен договор аренды  базы отдыха общей площадью 781,9 кв.м., расположенной по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели, вблизи с/о «прибрежный», одновременно с передачей туристической базы арендодатель передал во временное пользование арендатору установленные в помещении инженерные системы и коммуникации (пункты 1.1., 1.2 договора от 01.01.2013).

Согласно пункту 1.5 договора, туристическая база передается для использования его арендатором в соответствии с уставной деятельностью.

Цена договора определена в размере 35 000 руб. в месяц, НДС сторонами не предусмотрен.

При этом, по условиям пункта 4.3 договора аренды, арендная плата не включает в себя плату за коммунальные и эксплуатационно-технические услуги, оплата этих услуг осуществляется дополнительно на основании выставленного счета арендодателя.

Согласно пункту 4.4 договора аренды оплата за электроэнергию осуществляется арендатором самостоятельно, исходя из показаний приборов учета, установленных в арендуемом здании в соответствии с установленными тарифами. 

01.08.2017 ООО «Сибпромполис» в лице ФИО3 с ООО Дом отдыха «Райский уголок» заключен аналогичный договор аренды в отношении той же недвижимости.

Срок действия договоров аренды с 01.01.2013 по 01.04.2019.

Также истцом  в материалы дела представлен трудовой договор между ООО «Сибпромполис» и ФИО3, по условиям которого заработная плата директора – ФИО3 согласована в размере 50 000 руб. В свою очередь, данный договор общим собранием участниками общества в нарушение положений Устава не согласовывался.

Согласно представленному истцом в материалы дела заключению специалиста ООО «Независимая профессиональная оценка» №200905э от 08.09.2020, ФИО3 в период замещения им должности директора с 01.01.2013 по 01.04.2019 причинил обществу убытки, возникшие в результате заключения договора аренды базы отдыха от 01.01.2013 и договора аренды базы отдыха от 01.08.2017 на сумму 9 316 000 руб. а также от завышения заработной платы директора на сумму 5 419 000 руб.

Ссылаясь на недобросовестность действий директора, выражающейся в заключении договор аренды с аффилированным лицом, без одобрения участникам общества;  сокрытию информации о спорных сделках, уклонению от передачи документации общества, полагая, что установленный в договорах размер арендной платы не является рыночным, чем обществу причинены убытки в виде разницы между согласованной стоимостью и рыночной стоимостью аренды недвижимости, размере заработной платы, истец обратился с настоящим исковым заявлением в арбитражный суд.

Согласно последней редакции требований, истец просит признать недобросовестными действия ответчика в причинении  обществу убытков и взыскании, рассчитанных на основании проведённой по делу экспертизы убытков размере 23 006 310  руб.

Оценив представленные в дело доказательства в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд считает заявленные требования обоснованными и подлежащими удовлетворению в части по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 53 Гражданского Кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) юридическое лицо приобретает гражданские права и принимает на себя гражданские обязанности через свои органы, действующие от его имени (пункт 1 статьи 182 ГК РФ) в соответствии с законом, иными правовыми актами и учредительным документом.

Согласно пункту 1 статьи 44 Закона 14-ФЗ члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий при осуществлении ими прав и исполнении обязанностей должны действовать в интересах общества добросовестно и разумно. Данная позиция также отражена в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" (далее - Постановление N 62).

Пунктом 2 статьи 44 Закона N 14-ФЗ предусмотрено, что Члены совета директоров (наблюдательного совета) общества, единоличный исполнительный орган общества, члены коллегиального исполнительного органа общества, а равно управляющий несут ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу их виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Согласно пункту 1 статьи 45 Закона N 14-ФЗ сделки (в том числе заем, кредит, залог, поручительство), в совершении которых имеется заинтересованность члена совета директоров (наблюдательного совета) общества, лица, осуществляющего функции единоличного исполнительного органа общества, члена коллегиального исполнительного органа общества или заинтересованность участника общества, имеющего совместно с его аффилированными лицами двадцать и более процентов голосов от общего числа голосов участников общества, а также лица, имеющего право давать обществу обязательные для него указания, совершаются обществом в соответствии с положениями названной статьи.

Пунктом 2 статьи 45 Закона N 14-ФЗ определено, что указанные лица признаются заинтересованными в совершении обществом сделки в случаях, если они, их супруги, родители, дети, полнородные и неполнородные братья и сестры, усыновители и усыновленные и (или) их аффилированные лица занимают должности в органах управления юридического лица, являющегося стороной сделки или выступающего в интересах третьих лиц в их отношениях с обществом, а также должности в органах управления управляющей организации такого юридического лица.

В соответствии с пунктом 3 статьи 45 Закона N 14-ФЗ сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, должна быть одобрена решением общего собрания участников общества. Решение об одобрении сделки, в совершении которой имеется заинтересованность, принимается общим собранием участников общества большинством голосов от общего числа голосов участников общества, не заинтересованных в совершении такой сделки.

В пунктах 2 и 3 Постановления N 62 указано, что недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица, скрывал информацию о совершенной им сделке от участников юридического лица, совершил сделку без требующегося в силу законодательства или устава одобрения соответствующих органов юридического лица.

При этом под сделкой на невыгодных условиях понимается сделка, цена и (или) иные условия которой существенно в худшую для юридического лица сторону отличаются от цены и (или) иных условий, на которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (например, если предоставление, полученное по сделке юридическим лицом, в два или более раза ниже стоимости предоставления, совершенного юридическим лицом в пользу контрагента).

Невыгодность сделки определяется на момент ее совершения; если же невыгодность сделки обнаружилась впоследствии по причине нарушения возникших из нее обязательств, то директор отвечает за соответствующие убытки, если будет доказано, что сделка изначально заключалась с целью ее неисполнения либо ненадлежащего исполнения.

Неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации (пункт 3 Постановления N 62).

Директор освобождается от ответственности, если докажет, что заключенная им сделка хотя и была сама по себе невыгодной, но являлась частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых предполагалось получение выгоды юридическим лицом. Он также освобождается от ответственности, если докажет, что невыгодная сделка заключена для предотвращения еще большего ущерба интересам юридического лица (абзац 8 пункта 2 Постановления N 62).

Исходя из пункта 9 Постановления N 62, требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или) упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями пункта 3 статьи 53 ГК РФ.

Согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В соответствии с пунктом 2 статьи 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Из указанной нормы права следует, что взыскание убытков является мерой гражданско-правовой ответственности и ее применение возможно лишь при наличии в совокупности условий ответственности, предусмотренных законом. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт причинения убытков, их размер, противоправность поведения причинителя ущерба и юридически значимую причинную связь между поведением указанного лица и наступившим вредом. Недоказанность хотя бы одного из элементов состава правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Таким образом, бремя доказывания факта причинения убытков Обществу действиями (бездействием) генерального директора или его участника, а также их размера и причинно-следственной связи между недобросовестным, неразумным его поведением и наступлением неблагоприятных экономических последствий для Общества возложено на заявителя.

Вместе с тем, на бывших руководителе и участнике Общества как лицах, осуществляющих распорядительные и иные функции, предусмотренные законом, учредительными и иными локальными документами организации, лежит обязанность дать объяснения, оправдывающие их действия с экономической точки зрения.

В этой связи при разрешении спора об убытках, основанного на нарушении руководителем экономических интересов юридического лица при указанных действиях (бездействии), следует установить именно те субъективные и (или) объективные обстоятельства, существовавшие в спорный период, которые бы подтверждали либо опровергали виновное поведение руководителя в допущенных нарушениях, как того требуют разъяснения, данные в пункте 1 Постановления N 62.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах разумного предпринимательского риска.

В силу статьи 65 АПК РФ бремя доказывания обстоятельств в обоснование своих требований и возражений лежит на той стороне, которая на эти обстоятельства ссылается. В соответствии со статьями 9, 41 названного Кодекса риск наступления негативных последствий совершения или несовершения лицом, участвующим в деле, процессуальных действий и неисполнения процессуальных обязанностей несет это лицо.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, Обществом в лице директора ФИО3 01.01.2013 и 01.08.2017 заключены договоры аренды недвижимого имущества, принадлежащего обществу, с ООО «Дом Отдыха «Райский уголок» (участником и директором данного общества являлся ФИО3), по условиям которых ООО «Дом Отдыха «Райский уголок» в аренду было передано, принадлежащая Обществу база отдыха общей площадью 781,9 кв.м., расположенной по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели, вблизи с/о «прибрежный», с установлением размера арендной платы 35 000 руб. в месяц.

Несмотря на то, что данные сделки подпадают под сделки с признаком заинтересованности, не оспаривая факт совершения указанных сделок, истец, пользуясь своим правом, предъявил ответчику, как бывшему руководителю Общества, к возмещению убытки, наличие которых связывает со сдачей в аренду по названным договорам принадлежащего Обществу имущества по заниженной цене, ориентируясь на независимую оценку, произведенную ООО «Независимая профессиональная оценка» в досудебном порядке, согласно которой рыночный размер ежемесячной арендной платы за использование помещением составлял соответственно по годам с 2013 по апрель 2019 года в порядке – 136 100 руб., 127 400 руб., 111 100 руб., 94700 руб., 83 600 руб., 76900 руб., 72 000 руб.

В ходе рассмотрения дела, ввиду наличия возражений со стороны ответчика по представленному заявителем доказательству об определении рыночной стоимости спорного имущества, по делу была назначена судебная оценочная экспертиза, производство которой поручено эксперту ООО «Прайс-Сервис» ФИО8 с постановкой следующего вопроса: определить рыночную стоимость размера ежемесячной арендной платы за предоставление в аренду следующего помещения - туристическая база, площадью 781,9 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:864, расположенное на земельном участке площадью 10 413,24 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:13 по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели вблизи садового общества «Прибрежный» в период с 01.01.2013 по 01.04.2019 в двух вариантах: при условии включения в размер арендной платы коммунальных и эксплуатационных расходов, и без включения в размер арендной платы коммунальных и эксплуатационных расходов.

По результатам проведения экспертизы в материалы дела поступило заключение экспертизы №1181/21, в котором на поставленный судом вопрос, эксперт пришел к следующим выводам: Рыночная стоимость размера ежемесячной арендной платы за предоставление в аренду следующего помещения - туристическая база, площадью 781,9 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:864, расположенное на земельном участке площадью 10 413,24 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:13 по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели вблизи садового общества «Прибрежный» в период с 01.01.2013 по 01.04.2019 при условии включения в размер арендной платы коммунальных и эксплуатационных расходов составила: 267 897 руб. Рыночная стоимость размера ежемесячной арендной платы за предоставление в аренду следующего помещения - туристическая база, площадью 781,9 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:864, расположенное на земельном участке площадью 10 413,24 кв. м. с кадастровым номером 42:05:0102003:13 по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели вблизи садового общества «Прибрежный» в период с 01.01.2013 по 01.04.2019 без включения в размер арендной платы коммунальных и эксплуатационных расходов составила: 239 341 руб.

Ответчиком заявлены возражения против проведённой по делу экспертизы, указав, что допущенные экспертом  нарушения Федерального закона №135-ФЗ от 29.07.1998 «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» и федеральных стандартов оценки  при оценке имуществ. Привели к неверному определению размера арендной платы, в том числе, указав, что, к примеру, рыночная стоимость земельного участка превышает рыночную кадастровую стоимость земельного участка в 6,94 раза (возражения, том  7л.д.23-29).

Приглашённый в порядке части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации эксперт ФИО8 в ходе допроса также  пояснила, что размер арендной платы определен по состоянию на 01.01.2013, и применен на весь период арендных правоотношений.

В свою очередь, при постановке на разрешение эксперта вопроса судом явно указано на необходимость определения размера ежемесячной арендной платы  за весь период действия арендных правоотношений с 01.01.2013 по 01.04.2019, однако экспертом размер ежемесячной арендной платы определен лишь на дату заключения договора 01.01.2013.

Так, по условиям пункта 4.1 договоров арендная плата за арендуемое здание определена в размере 35 000 руб. в месяц без НДС.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 21 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда РФ от 17.11.2011 N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды", в силу пункта 3 статьи 614 ГК РФ, если иное не предусмотрено договором, размер арендной платы может изменяться по соглашению сторон в сроки, предусмотренные договором, но не чаще одного раза в год (при этом законом могут быть установлены иные минимальные сроки пересмотра размера арендной платы для отдельных видов аренды, а также для аренды отдельных видов имущества).

Таким образом, если в соответствии с законом или договором арендодатель имеет право в одностороннем порядке изменять размер арендной платы (статья 310 ГК РФ), то по смыслу пункта 3 статьи 614 ГК РФ такое изменение может осуществляться им не чаще одного раза в год.

В пункте 2.2.3 договоров аренды указано на обязанность арендодателя уведомлять арендатора об изменении размера арендной  платы не позднее, чем за 30 дней.

В разъяснении, содержащемся в абзаце 2 пункта 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" указано, что арбитражный суд не может полностью отказать в удовлетворении требования о возмещении убытков, причиненных юридическому лицу, только на том основании, что размер этих убытков невозможно установить с разумной степенью достоверности (пункт 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации). В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности.

При этом ключевым в данном разъяснении для целей рассмотрения настоящего спора является то, что возможность взыскания убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципа справедливости и соразмерности ответственности. Также следует учитывать, что институт гражданско-правовой ответственности не имеет карательной функции, т.к. призван обеспечивать и реализовывать восстановительную функцию.

Учитывая изложенное выше, принимая во внимание, что в настоящем деле необходимо установить реальность причинения обществу убытков за весь период действия договоров аренды, с учетом возможного изменения размера арендной платы один раз в год, суд назначил по делу дополнительную экспертизу с целью установления размера рыночной арендной платы аналогичного имущества за весь период действия договоров аренды, поручив ее проведение эксперту союза «Кузбасская торгово-промышленная палата» ФИО9, с постановкой следующего вопроса:  определить рыночную стоимость размера ежемесячной арендной платы за предоставление в аренду следующего помещения  - туристическая база, площадью 791,9 кв.м. с кадастровым номером 42:05:0102003:864, расположенное на земельном участке площадью 10 413,24 кв.м. с кадастровым номером 42:05:0102003:13  по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2 км. северо-западнее д. Шевели вблизи садового общества «Прибрежный» в период с 01.01.2013 по 01.04.2019 с учетом площади земельного участка, необходимого для использования туристической базы  по назначению.

По результатам проведённого экспертного исследования в материалы дела поступило заключение №7/369, в котором экспертом сделаны следующие выводы: Рыночная стоимость размера ежемесячной арендной платы за предоставление в аренду следующего помещения - туристическая база, площадью 791,9 кв.м с кадастровым номером 42:05:0101003:864, расположенное на земельном участке площадью 10 413,24 кв.м, с кадастровым номером 42:05:0102003:13 по адресу: Кемеровская область, Крапивинский район, 3,2км северо-западнее д.Шевели вблизи садового общества «Прибрежный» в период с 01.01.2013 по 01.04.2019 с учетом площади земельного участка, необходимого для использования туристической базы по назначению составляет: за период с 01.01.2013-31.12.2013 -  67696 руб.; 01.01.2014-31.12.2014 – 66093 руб.; 01.01.2015-31.12.2015 – 54319 руб.; 01.01.2016-31.12.2016 составляет 69952 руб.; 01.01.2017-31.12.2017  - 68894 руб.; 01.01.2018-31.12.2018 – 61731 руб.; 01.01.2019-01.04.2019 составляет  61342 руб.

Истцом выражено несогласие с дополнительной экспертизой, предоставив аналитическое мнение (рецензия) ООО «ПРА Эдиум» (том  9 л.д.1-20), а также заключение специалиста ООО «Независимая профессиональная оценка» (том 9 л.д. 21-34). 

Однако, ООО «Независимая профессиональная оценка» принимало участие в оценке стоимости аренды на досудебной стадии, в связи с чем, ее выводы не могут отражать объективность. Кроме того, действующим законодательством не предусмотрена возможность рецензирования судебной экспертизы. 

Между тем, для разъяснения возникших у истца вопросов и сомнений  экспертом, при вызове в судебное заседание и в дополнительно представленных в дело пояснениях (т. 9 л.д. 136-146), были даны необходимые исчерпывающие пояснения, в том числе и на возражения ООО «Независимая профессиональная оценка», ООО «ПРА Эдиум».

Так, в отношении возражений истца об отсутствии в заключении эксперта  анализа наиболее эффективного использования, что требует п. 17-21 ФСО№7, экспертом указано, что при производстве судебной экспертизы и с учетом поставленных вопросов, анализ наиболее эффективного использования не требуется, так как при проведении судебной экспертизы не предполагается иное использование объекта, кроме указанного в определении суда, при этом сегментация рынка имеет условное деление и практическое применение, в данном заключении приведена для отнесения оцениваемого объекта к определенному сегменту рынка для применения корректировок в дальнейших расчетах.

Позиция о неполноте исследования экспертом объема анализа рынка в части земельных участков, эксперт пояснил, что согласно ФСО-7 п.10. для определения стоимости недвижимости оценщик исследует рынок в тех его сегментах, к которым относятся фактическое использование оцениваемого объекта и другие виды использования, необходимые для определения его стоимости, объем исследований определяется оценщиком исходя из принципа достаточности. Следуя положениям ФСО-7, анализ рынка был произведен экспертам в сегменте, к которому принадлежит объект экспертизы, а именно рынок туристической отрасли в России и по Кемеровской области. Приведен анализ сделок по продаже единого объекта недвижимости (здание с земельным участком) туристического назначения 

В отношении необоснованности неприменения экспертом сравнительного подхода, экспертом также пояснено, что согласно ФСО-7 п.25 оценщик вправе использовать иную методологию расчетов и самостоятельно определять метод (методы) оценки недвижимости в рамках каждого из выбранных подходов, основываясь на принципах существенности, обоснованности, однозначности, проверяемости и достаточности. При этом в отчете об оценке необходимо привести описание выбранного оценщиком метода (методов), позволяющее пользователю отчета об оценке понять логику процесса определения стоимости и соответствие выбранного оценщиком метода (методов) объекту недвижимости, принципам оценки, определяемому виду стоимости и предполагаемому использованию результатов оценки. В данном заключении эксперта выбран метод расчета декапитализацией, как единственно возможный для расчета стоимости арендной платы. 

На стр. 54-56 имеется описание подходов и обоснование отказа от их использования. Доводы истца об обратном, не обоснованы.

При этом, как пояснено экспертом, объекты аналоги были отобраны из базы оценщика, так как дата оценки ретроспективная, то подобрать объекты достаточно сложно, тем более объекты под специфическую деятельность, рынок продаж земель под объекты рекреации ограничен несколькими предложениями. Тем более, невозможно уточнить у продавца нюансы об объекте продажи или предложения. Объекты аналоги были выставлены на продажу в 2012г. (10 лет назад), информация взята из архивов оценщика, в данных объявлениях изложена основная информация существенная с точки зрения оценщика для определения стоимости объекта. Объект экспертизы имеет только центральные сети электроснабжения, объекты сравнения по данным объявлений имеют сети электроснабжения вдоль участков, подключение возможно, поэтому корректировка не требуется. Корректировки производятся только на наличие или отсутствие элементов благоустройства, сетей, конструктивных элементов. Объект экспертизы и объекты аналоги расположены на небольшом удалении от административных центров г.Кемерово и г.Новокузнецка. Данные города обладают одинаковым потенциалом в недвижимости, г.Новокузнецк превосходит по численности г.Кемерово, из чего следует, что объекты предназначенные под строительство баз отдыха находятся в равных условиях. Корректировка на расположение не требуется. 

Для определения ставки капитализации, (текущей доходности) объект экспертизы экспертам условно отнесен к объектам офисно-торгового назначения. Ставка капитализации (текущая доходность недвижимости) составляет для универсальных низкоклассных офисно-торговых объектов: среднее значение - 10,5%, доверительный интервал: от 9,9% до 11,2%. Туристическая деятельность является рискованным видом деятельности и сильно зависит от сезона, уровня дохода населения, также на ведение туристического бизнеса конкретного объекта влияет наличие инфраструктуры объекта, предложение дополнительных услуг, расположение внутри региона, в связи с чем, с учетом изложенного и сложностью рынка туристических услуг ставка капитализации (доходности) была принята на уровне нижнего значения границ доверительного интервала – 9,9%.

После допроса эксперта в судебном заседании, с учетом установленных в ходе допроса неточностей и опечаток в экспертном заключении, экспертом произведена корректировка заключения в части допущенных им отклонений, в частности, с учетом корректировки на площадь аналогов, с учетом уточненной информации о состоявшихся торгах, после чего рыночный размер ежемесячной арендной платы определен в размере: за период с 01.01.2013-31.12.2013 -  82824 руб.; 01.01.2014-31.12.2014 – 82992 руб.; 01.01.2015-31.12.2015 –69727 руб.; 01.01.2016-31.12.2016  -85514  руб.; 01.01.2017-31.12.2017  - 68056 руб.; 01.01.2018-31.12.2018 – 61767  руб.; 01.01.2019-01.04.2019  -   60801 руб. (том 9 л.д. 136-146)

Экспертом в своих письменных дополнениях приведены основания вносимых поправок, оснований не доверять в данной части расчетам эксперта с учетом их обоснования, у суда  не имеется.

Отклоняя, представленные истцом на дополнение  эксперта  заключение специалиста ООО «Независимая профессиональная оценка», а также рецензию того же учреждения (том 10 л.д. 31-62, л.д.66-88), суд ранее уже отметил, что  ООО «Независимая профессиональная оценка» принимала участие в оценке стоимости аренды на досудебной стадии, в связи с чем, ее выводы не могут отражать объективность.

В силу статьи 64 АПК РФ экспертное заключение относится к доказательствам по делу и оценивается судом наравне со всеми представленными по делу доказательствами по правилам статьи 71 АПК РФ, в том числе как допустимое доказательство.

Изучив заключение Союза «Кузбасская ТПП», суд считает, что оно соответствует обязательным требованиям, предъявляемым к оформлению результатов экспертного исследования: содержит необходимые сведения об эксперте, перечень использованных данных с указанием источников из получения, подробное описание используемых экспертом методов обработки информации, подробный расчет и описание произведенных вычислений, с учетом их корректировок и указаний на опечатки в заключении в части ряда применяемых источников.

Суд признает, что экспертиза проведена в пределах соответствующей специальности, всесторонне и в полном объеме. По своему содержанию заключение эксперта носит последовательный, однозначный и непротиворечивый характер. При этом эксперт предупрежден об уголовной ответственности.

Оценив представленное экспертное заключение, суд не усматривает нарушений оценщиком требований федеральных стандартов оценки при составлении отчета об оценке, в связи с чем, признает изложенные в отчете выводы оценщика о рыночном размере арендной платы за использование объектом недвижимости достоверными, и принимает его в качестве надлежащего доказательства.

Более того, принимая за основу экспертное заключение Союза «Кузбасская ТПП» в качестве доказательства размера причинённых убытков обществу, и отклоняя заключение ООО «Прайс-Сервис», суд также исходит из следующего.

Так, в рамках дела №А27-21454/2019 по иску ФИО3 к Обществу о взыскании действительной стоимости доли, проводилась оценка имущества, принадлежащего обществу. По указанному делу проведена судебная экспертиза, по результатам которой подготовлено заключение №1981227э от 18.05.2020 (том  7 л.д.30-32), из содержания которого следует, что стоимость земельного участка с кадастровым номером №42:05:0102003:13 по состоянию на 31.12.2018 составила 2 905 300 руб., что соотносимо с установленной экспертом Союза «Кузбасская ТПП» стоимостью земельного участка, рассчитанной в целях определения размера арендной платы (по тексту заключения экспертизы за период с 2013 года по апрель 2019 года стоимость земельного участка определена экспертом в пределах от 727 тыс. руб до 3,2 млн. руб.).

Тогда как в заключении ООО «Прайс-сервис» стоимость земельного участка определена в размере 7 059 010 руб., что значительно превышает стоимость земельного участка, установленную как в заключении №1981227э от 18.05.2020, так и непосредственно указанную в заключении, приложенном истцом к исковому заявлении.

Также из заключения №1981227э от 18.05.2020 (том  7 л.д.30-32), из содержания которого следует, что стоимость здания туристической базы по состоянию на 31.12.2018 составляет  4 604 600 руб., что соотносимо с установленной экспертом Союза «Кузбасская ТПП» стоимостью здания, рассчитанной в целях определения размера арендной платы (по тексту заключения экспертизы за период с 2013 года по апрель 2019 года стоимость здания  определена экспертом в пределах от 6,9 млн. руб. до 8,3 млн. руб.).

Тогда как в заключении ООО «Прайс-сервис» стоимость здания определена в размере 27 003 801 руб., что значительно превышает стоимость здания, установленную как в заключении №1981227э от 18.05.2020, так и непосредственно указанную в заключении, приложенном истцом к исковому заявлению.

Более того, в материалы дела ответчиком представлен полученный из материалов уголовного дела  договор аренды №1 от 01.03.2020, заключённый между ООО «Сибпромполис» - арендодатель и ООО «Вектор» - арендатор (том 8 л.д. 159-165), по условиям которого арендатору во временное владение и пользование переданы два нежилых трёхэтажных здания, в том числе спорное нежилое помещение площадью 781,9 кв.м. При этом размер арендной платы составляет 10 000 руб. (пункт 3.1), что значительно меньше, чем было установлено в спорных договорах аренды (35 000 руб.).

При таких обстоятельствах, суд полагает, что установленный в заключении ООО «Прайс-сервис» размер арендных платежей (более 239 000 руб. в месяц) с учетом вышеизложенного  в полной мере не отвечает критерию рыночности.

В отношении доводов  истца о том, что заключение экспертизы №1981227э от 18.05.2020  составлено в  иной период времени, договор аренды от 01.03.2020 заключен  в иной период, не относимый к рассматриваемому  периоду, суд отмечает, что  истцом не доказано, судом не установлено и не имеется оснований полагать, что в период после 01.04.2019 рынок сдачи в аренду туристической базы по сравнению с предыдущим периодом претерпел значительные изменения, либо произошло ухудшение имущества, не позволяющее его сдавать в аренду стоимостью более чем 10000 руб.

В силу части 5 статьи 71 АПК РФ, как и любое из доказательств, экспертное заключение не имеет для суда заранее установленной силы и должно оцениваться судом в соответствии с частью 2 статьи 71 АПК РФ во взаимосвязи и в совокупности с другими доказательствами по делу.

На основании статей 64, 86 АПК РФ заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Оценив экспертное заключение Союза «Кузбасская ТПП» в совокупности с представленными в дело доказательствами и во взаимосвязи,  суд считает его  допустимым доказательством по настоящему спору.

Принимая во внимание результаты проведённых экспертных исследований, суд полагает доказанным со стороны истца, что действия ФИО3 по сдаче в аренду имущества, принадлежащего обществу по заниженной стоимости (почти боле чем в два раза), являются недобросовестными, в том числе учитывая, что сдача в аренду производилась заинтересованному лицу (участником и директором которого являлся ФИО3). 

Исковые требования в данной части суд признает обоснованными.

При этом, принимая за основу при расчете убытков  представленные истцом в материалы дела договоры аренды, в которых отсутствуют условия о включении коммунальных расходов в размере арендной платы, возможность передачи результата работ обществу в счет арендных платежей, суд исходит из следующего.

Так, в материалы дела истцом и ответчиком представлены две различные редакции договоров аренды от 01.01.2013, при этом в представленном ответчиком договоре отсутствует пункт 4.4 договора, предусматривающий, что оплата за электроэнергию осуществляются арендатором самостоятельно, исходя из показаний приборов учета, установленных в арендуемом здании в соответствии с установленными тарифами. Возмещение иных расходов арендодателя арендатором производится в порядке, установленном сторонами в дополнительных соглашениях.

При этом,  ответчиком в материалы дела представлено дополнение №1 от 25.01.2013 к договору аренды от 01.01.2013, которым пункт 4.3 изложен в следующей редакции: указанная в пункте 4.1 договора сумма включает в себя плату за электроэнергию. В случае превышения затрат на другие коммунальные и эксплуатационно-технические услуги арендодателем, арендатором производится доплата.  Раздел 4 договора дополнен пунктом 4.4, согласно которому арендатор имеет право дополнительно передавать в счет аренды принадлежащее ему на праве собственности имущество, материалы, производить строительство и ремонт строений и сооружений на территории, принадлежащей на праве собственности арендодателю, необходимые для нормального функционирования деятельности арендатора. Все вышеуказанные действия и работы должны передаваться по актам приёма-передачи с указанием количества, стоимости либо затрат на их строительство либо ремонт

Договоры аренды, как со стороны истца, так и со стороны ответчика (также дополнение№1) предъявлены в подлинниках на обозрение суда.

Представителем истца заявлено о фальсификации представленных ответчиком договора аренды от 01.01.2013, дополнения №1 к нему, договора аренды от 01.07.2018, мотивированное тем, что в представленной редакции договоров отсутствует пункт 4.4, и кроме того, все документы общества ответчик ранее направлял обществу, в связи с чем, у него не может быть третьего экземпляра.

Судом в соответствии с абз. 2 пункта 1 статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд разъяснил ФИО4 и ФИО3 уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации доказательств.

Поскольку установление факта фальсификации представленных доказательств, либо отсутствия такового, имеет значение для рассмотрения настоящего дела, принимая во внимание различное содержание представленных договоров в части условий,  влияющих на размер арендной платы по договору, с учетом включения в размер платы расходов арендатора на электроэнергию и возможности оплаты в счет аренды передачей имущества, материалов, результатов работ.

В целях проверки заявления истца о фальсификации  суд назначил по делу экспертизы поручив ее производство экспертам федерального бюджетного учреждения Кемеровская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации (650001, г. Кемерово, ул.40 лет Октября 20) ФИО10 или ФИО11, с постановкой перед экспертами следующих вопросов: 

1.Подвергались: вторая страница договора аренды от 01.01.2013, дополнение №1 к договору аренды от 01.01.2013,  вторая страница договора аренды  от 01.08.2017, искусственному старению? 2.Соответствует ли дата изготовления документов (вторая страница договора аренды от 01.01.2013, дополнения №1 к договору аренды от 01.01.2013, вторая страница договора аренды от 01.08.2017), дате, указанной в названных документах, при наличии возможности, указать период изготовления данных документов? 

В поступившем в дело  заключении №896/5.7-3-22 от 10.06.2022 (том 10 л.д. 5-9) экспертом сделаны следующие выводы: 1. Дополнение №1 к договору аренды, датированному 01.01.2013, подвергалось световому воздействию. Установить подвергались ли вторая страница договора аренды, датированного 01.01.2013, и вторая страница договора аренды, датированного 01.08.2017, не представляется возможным, по причинам, изложенным в исследовательской части заключения. 2. Установить, соответствует ли дата изготовления документов (вторая страница договора аренды, датированного 01.01.2013; дополнение №1 к договору аренды, датированного 01.01.2013; втораястраница договора аренды, датированного 01.08.2017), дате, указанной в названных документах, не представляется возможным, в связи с тем, что  реквизиты в указанном документе не являются пригодными для дальнейшего исследования.

При таких обстоятельствах, по результатам проверки заявления о фальсификации факт фальсификации с достоверностью не подтвержден и не опровергнут.

Доводы истца об обратном со ссылкой на установление факт светового воздействия на дополнение №1 подлежат отклонению, как достоверно не свидетельствующие о фальсификации данного документа, в силу следующего.

Так, из  исследовательской части  заключения эксперта следует, что при исследовании Дополнения №1 установлено отсутствие: локальных потемнений, неровностей, уплотнений, рыхлостей или ломкостей, «короблений» бумаги; изменения окраски и проявления с оборотной стороны штрихов, выполненных чернилами для струйной печати; следов травления или смывания. Наблюдается пожелтение бумаги с лицевой стороны документа и различие цвета люминесценции сторон документа: лицевая - сине-фиолетовый, оборотная - голубой) (Илл. №№1,2). Также наблюдается потеря яркости штрихов, выполненных штемпельными красками. Указанное, по мнению эксперта, свидетельствует о световом воздействии на документ.

Между тем, сам по себе данный факт  не может свидетельствовать о фальсификации доказательства, поскольку экспертами вывод о несоответствии даты дополнения №1 дате его фактического изготовления,  отсутствует.

В свою очередь, беря за основу представленные истцом в материалы дела договору аренды и отклоняя не принимая представленные ответчиком договоры аренды от 01.01.2013 с приложениями к нему, договор аренды от 01.07.2018, суд исходит из следующего.

Так, спорные доказательства  в обоснование своей позиции по делу, в частности, договор аренды от 01.01.213, дополнение №1, представлены ответчиком в судебное заседание 01.03.2021, при этом, исковое заявление находилось в арбитражном суде с сентября 2020 года.

В связи с заявлением истцом о фальсификации  дополнения №1, при предложении судом исключить оспариваемое доказательство из числа доказательств по делу, ответчик исключил данное доказательство из числа доказательств по делу (в судебном заседании 24.05.2021, что отражено в протоколе).

Вместе с тем, по истечении около  года  – 24.03.2022 ответчик вновь настаивал на приобщении данных доказательств, в том числе представив акт экспертного исследования №0170/2021 от 0.06.2021 (том 8 л.д.101-115), проводимого по заявлению  ФИО3 

Согласно представленному акту исследованию, ФИО3, при заключении договора с ООО «Судебная экспертиза» на проведение экспертных и консультационных услуг», поставил перед экспертом вопрос о соответствии времени выполнения подписи от имени ФИО3 и оттиска печати в дополнении №1 к договору аренды от 01.01.2013.  По результатам данного исследования однозначный вывод о соответствии времени выполнения подписи и печати не представилось возможным установить, при этом указано, что вероятнее всего, реквизиты не могли быть выполнены ранее чем 12-18 месяцев до представления документа на исследование, наиболее вероятным временем их исполнения является декабрь 2019 года.

Указанное выше противоречивое процессуальное поведение ответчика, представляющего доказательства  в обоснование своей позиции по истечении более полугода после поступления искового заявления в арбитражный суд,  затем их отзывающего после заявления второй стороны о фальсификации, впоследствии через продолжительное время вновь представляющего их, убедившись в невозможности достоверности определения давности исполнения реквизитов с учетом проведении внесудебной экспертизы, по мнению арбитражного суда, свидетельствует об отсутствии убеждённости самого ответчика в соответствии представляемых им доказательств фактическим правоотношениям в спорный период.

При таких обстоятельствах, с учетом положений статей 67, 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд не принимает в качестве доказательств наличия арендных правоотношений между обществом и арендатором на условиях, указанных в представленных ФИО3 доказательствах.

В свою очередь, представленные истцом договоры аренды с иным содержанием, ФИО3 не оспорены, о  фальсификации представленных на обозрение суда подлинников не заявлено.

В этой связи, оснований полагать, что арендатором произведены арендные платежи в большем размере, чем установлено договорами, с учетом представленных ответчиком доказательства, свидетельствующие о передаче ООО «Дом Отдыха «Райский уголок» в пользу ООО «Сибпромполис» какого-либо результата работ в счет арендной платы, в отсутствие соответствующей  договоренности между сторонами, у суда не имеется. 

Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, со ссылкой на пункт  3  постановления Пленума Верховного Суда РФ  от 26.06.2018 №27, указав, что ФИО7 с самого начала было известно о заключении 01.01.2013 договора аренды, о чем свидетельствует  внесение на основании решения обоих участников (в том числе ФИО7, прежняя фамилия ФИО12), оформленного протоколом  от 24.12.2012, изменений в устав общества непосредственно перед заключением договора аренды от 01.01.2013, изменений  Единый государственный реестр юридических лиц в виды деятельности (том 7 л.д. 70-100), согласно которым основным видом деятельности общества стала сдача в аренду принадлежащего обществу имущества.

Суд отмечает, что в настоящем случае, истец не заявляет о признании сделки недействительной, а заявляет о взыскании убытков, причиненных в связи с заключением спорной сделки. Между тем, оценивая заявление ответчика  о пропуске срока исковой давности применительно к заявленным требованиям, суд приходит к следующим выводам.

В соответствии со статьями 196, 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса. Требование о защите нарушенного права принимается к рассмотрению судом независимо от истечения срока исковой давности. Исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске. 

Согласно пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. 

Судом рассматриваются требования о взыскании убытков в виде разница между рыночной стоимостью аренды объектов недвижимого имущества и заниженной стоимостью аренды объектов, за период с 01.01.2013 по 01.04.2019, также убытков в виде расходов общества на оплату электроэнергии за тот же период. 

Истец обратился с иском 09.09.2020. Таким образом, за пределами трехлетного срока, предшествующего дате обращения с иском находится только часть требования о взыскании убытков за период с 01.01.2013 по 09.09.2017. 

В абзаце втором пункта 10 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 N 62 "О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица" разъяснено, что в случаях, когда требование о возмещении убытков предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник, имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая, когда он был аффилирован с указанным директором.

Аналогичная по существу правовая позиция изложена в пункте 68 Постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 N 53 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве".

Полагая срок исковой давности для предъявления требований за период с 01.01.2013 по 09.09.2017 пропущенным, суд исходит из следующего.

Как указывает истец, ООО «Сибпромполис» в лице его участника ФИО7 не было известно о совершении  сделок.

Между тем, оценивая в совокупности все, представленные в дело доказательства, в том числе решение участников общества от 24.12.2012, оформленного протоколом  от 24.12.2012 о внесении изменений в устав общества непосредственно перед заключением договора аренды от 01.01.2013, изменений  Единый государственный реестр юридических лиц в виды деятельности (том 7 л.д. 70-100), согласно которым основным видом деятельности общества стала сдача в аренду принадлежащего обществу имущества.

В данном случае суд полагает, что с учетом изменённого вида деятельности общества с физкультурно-оздоровительной на деятельность по сдаче в аренду, принадлежащего обществу имущества, ФИО7, как участник общества не могла не знать о спорных сделках, при этом суд также исходит из того обстоятельства, что сам истец при обращении с иском в суд, полагал, что  с учетом представленного заключения специалиста  и проведённой по делу первоначальной экспертизы, размер арендной платы более чем в два раза (а по заключению ООО «Прайс Сервис» более чем в шесть раз), превышает установленный в спорных договорах аренды.

При таких обстоятельствах, суд полагает, что если ФИО7 полагала, что имущество должно было приносить значимый доход по сравнению со сделками, которые фактически были заключены, по убеждению арбитражного суда, является разумным поведением участника  обращение в общество с целью запроса сведений о сделках, и при наличии к тому оснований, внесение вопроса о прекращении полномочий директора в случае неудовлетворительной  его деятельности.

Однако сведений об обращении ФИО7 к ФИО3 с требованием о предоставлении информации о фактическом положении дел в обществе, заключаемых сделках на протяжении более шести лет не представлено.

При этом, судом установлено, что настоящее обращение в суд состоялось в условиях длящегося корпоративного конфликта его участников ФИО7 и бвышего участника и директора  общества ФИО3, что следует из судебных споров по делам А27-21454/2019, А27-23685/2019, А27-7716/2021, А27-10903/2021. 

При этом, из приведённых  судебных актов также не усматривается, что до 2019 года у ФИО7 как участника общества к ФИО3 требований и претензий не предъявлялось.

Доводы о том, что ФИО3 не представил доказательств проведения собрания участников весь период осуществлена им деятельности в качестве директора, суд отмечает, что ФИО7 также не была лишена права инициировать собрания участников общества.

Суд полагает сомнительными доводы истца  в течение столь длительного периода времени (более шести лет) о неосведомленности деятельности общества. Реализуя права участника общества ФИО7. не лишена была права и возможности интересоваться деятельностью Общества, требовать ежегодного созыва собрания участников Общества, знакомиться с бухгалтерской документацией. Однако доказательств совершения ФИО7 таких действий в спорный период не представлено.

Более того, полагая, что истец знал о заключённых в период с 2013 по 2019 гг.  сделках, суд отмечает, что в ходе разбирательства самим истцом на обозрение суда представлены подлинники договоров аренды от 01.01.2013, от 01.08.2017, при этом, источник получения данных документов истцом не раскрыт.

В этой связи, суд полагает, что  убытки подлежат взысканию с ответчика в пределах срока исковой давности – за период с сентября 2017 года по март 2019 года включительно.

Согласно уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  требованиям (том 10 л.д. 122-125) истец просит взыскать убытки как разность между рыночной величиной арендной платы и фактической величиной, а также расходы по оплате обществом электроэнергии.

Поскольку судом выше сделан вывод об обоснованности установленной в заключении №7/362 Союза «Кузбасская ТПП» оценки имущества и рассчитанного на ее основе размера арендной платы, суд производит на его основе  перерасчет убытков. 

По расчету суда, размер убытков  как разность между рыночной величиной арендной платы (по заключению №7/362) и фактической величиной (35 000 руб.) за период с сентября 2017 года по март 2019 года, что составит 530 831 руб., в том числе:

132 224 руб.  (за период с сентября по  декабрь 2017 года: 68056 х 4 мес – 35 000 х 4 мес.);

321 204 руб. (за период с января по декабрь 2018 года: 61767 х 12 мес. – 35 000 х 12 мес.);

77 403 руб. (за период с января по март 2019 года: 60801 х 3 мес. – 35 000 х 3 мес.).

Размер произведённых Обществом платежей за электроэнергию в пользу по начислениям ПАО «Кузбассэнергосбыт» за период с сентября 2017 года по март 2019 года составил 422 066,61 руб., что отражено в акте сверки взаимных расчетов (том 1 л.д.63) и ответчиком  указанные обстоятельства не опровергаются.

Общий размер убытков, подлежащий взысканию с ответчика в пользу общества, составляет 952 897 руб. 61 коп.

 Доказательств возникновения убытков у Общества в большей сумме по данной договорам аренды вследствие недобросовестных действий ответчика, истцом  не представлено.

Учитывая собранные по делу доказательства, принимая во внимание доказанность истцом обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности действий директора, повлекших неблагоприятные последствия для юридического лица, причинно-следственную связь между действиями ответчика и убытками, заявленными к возмещению в части 952 897 руб. 61 коп., исковые требования подлежат удовлетворению в указанной сумме.

В удовлетворении остальной части иска следует отказать.

По правилам  статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы истца по уплате государственной пошлины в размере 6000 руб. за рассмотрение требований о признании недостоверными действий ФИО3, суд относит на ответчика, в связи с удовлетворением требований  в данной части в полном объеме. В части имущественных требований государственную пошлину суд относит на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований (государственная пошлина за рассмотрение имущественных требований составляет 138 032 руб. и подлежит уплате в бюджет, поскольку истцом при подаче иска не оплачивалась).

В соответствии со статьей 106 АПК РФ к судебным издержкам относятся, в том числе денежные суммы, подлежащие выплате экспертам и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

В ходе судебного разбирательства по делу проведены три экспертизы, ООО «Прайс Сервис», стоимостью 40 000 руб., Союзом Кузбасская ТПП, стоимостью 150 000 руб., а также ФБУ  Кемеровская лаборатория судебной экспертизы Министерства юстиции Российской Федерации, стоимостью 22 480 руб.

ФИО3 на депозитный счет суда перечислено 190 000 руб. в счет оплаты экспертиз, ООО «Сибпромполис» в счет оплаты экспертизы, назначенной судом в целях проверки заявления о фальсификации, перечислено на депозитный счет  суда 53 952 руб.

Принимая во внимание, принятие судом экспертных заключений  в качестве доказательств по делу, указанные выше расходы на проведение экспертизы рыночной оценки арендной платы относится на стороны пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований, а в части проведённой экспертизы в целях проверки заявления истца о фальсификации – на лицо, его заявившее – ООО «Сибпромполис», поскольку факт фальсификации в данном случае безусловно не подтверждён.

Руководствуясь статьями 110, 167, 170, 171, 180, 181 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, 

решил:

исковые требования удовлетворить частично.

Признать недобросовестными действия ФИО3 в части причинения  обществу с ограниченной ответственностью "Сибпромполис" убытков.

Взыскать с ФИО3 в пользу общества с ограниченной ответственностью "Сибпромполис", г. Полысаево (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) 952 897 руб. 61 коп. убытков, а также 6 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины.

В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сибпромполис", г. Полысаево (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в пользу ФИО3 182 130 руб. 39 коп. расходов на оплату судебных экспертиз.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сибпромполис", г. Полысаево (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) в доход федерального бюджета 132314 руб. 85 коп. государственной пошлины.

Взыскать с  ФИО3 в доход федерального бюджета 5717 руб. 15 коп. государственной пошлины.

Решение может быть обжаловано в Седьмой арбитражный апелляционный суд  в течение одного месяца с момента его принятия. Решение может быть обжаловано в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления в законную силу, в Арбитражный суд Западно-Сибирского округа.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Кемеровской области.

Судья                                                                                             Т.Н. Куликова