АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6272/22 

Екатеринбург

05 октября 2022 г.

Дело № А07-22798/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 03 октября 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 05 октября 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Абозновой О. В.,

судей Сирота Е. Г., Васильченко Н. С.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» (далее – общество «СОГАЗ») на решение Арбитражного суда Республики Башкортостан                          от 11.03.2022 по делу № А07-22798/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа, явку представителей в судебное заседание не обеспечили.

Общество с ограниченной ответственностью «Интеграл Экспорт» (далее - общество «ИЭ») обратилось в Арбитражный суд Республики Башкортостан с иском к обществу «СОГАЗ») о взыскании 311 238 руб. 88 коп., из которых:                   60 182 руб. - выплата утраты товарной стоимости; 60 806 руб. - возмещение убытков, причиненных в связи с некачественным ремонтом транспортного средства; 171 444 руб. - упущенная выгода за период с 02 по 28 марта 2021 г., 18 806 руб. 88 коп. - расходы по эвакуации транспортного средства; а также 9225 руб. судебных расходов по оплате государственной пошлины, 15 000 руб. расходов по проведению автотехнических экспертиз. 

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Первый кузовной», акционерное общество «ВЭБ-Лизинг».

Решением суда первой инстанции от 11.03.2022 исковые требования удовлетворены.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда                   от 03.06.2022 решение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе  общество «СОГАЗ» просит указанные судебные акты отменить, в удовлетворении исковых требований отказать, ссылаясь на то, что в соответствии с Генеральным договором страхования транспортных средств утрата товарной стоимости и упущенная выгода не подлежат выплате. Кроме того, заявитель кассационной жалобы полагает, что убытки в связи с некачественным ремонтом также не подлежат возмещению, поскольку станция технического обслуживания автомобилей (далее – СТОА) надлежащим образом исполнила принятые на себя обязательства, истец не представил на осмотр транспортное средство.

Законность судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Как установлено судами, 13.10.2020 по адресу: 

<

...>, произошло дорожно-транспортное происшествие (далее - ДТП), с участием транспортного средства КАМАЗ 6520-53, принадлежащего акционерному обществу «ВЭБ-лизинг» (Лизингодатель), находящегося в пользовании общества с ограниченной ответственностью «Интеграл Экспорт» (лизингополучатель) на основании договора лизинга.

В результате ДТП автомобиль получил механические повреждения. ДТП было зафиксировано и оформлено органами ОГИБДД г. Стерлитамака.

Автомобиль КАМАЗ 6520-53 застрахован по договору добровольного страхования (КАСКО) в страховой компании общество «СОГАЗ» на следующих условиях: Объект страхования (ТС) - КАМАЗ 6520-53; Страховые случаи - Автокаско; Период страхования – 20.02.2019 по 19.01.2022; Страховая сумма - 4 701 720 руб.; Порядок выплаты по риску «Ущерб» - ремонт на СТОА по направлению страховщика.

По результатам заключения договора истцу был выдан Полис страхования средств транспорта от 19.02.2019 № 1819-82 МТ 0306 VL, а также Правила страхования средств транспорта и гражданской ответственности, в редакции от 03.12.2014.

Истец 15.10.2020 обратился к ответчику с заявлением о выплате страхового возмещения. Ответчик 16.10.2020 провел осмотр повреждений транспортного средства.

Ответчик 20.10.2020 выдал направление на ремонт в СТОА ИП ФИО1, г. Стерлитамак РБ. СТОА от выполнения ремонтных работ отказалась.

Ответчик 12.11.2020 выдал новое направление в СТОА общество с ограниченной ответственностью «Первый кузовной» Республика Татарстан. В последующем уточнил адрес СТОА на территории Республики Башкортостан.

Транспортное средство 31.12.2020 было передано на СТОА, указанную в направлении на ремонт.

Транспортное средство 15.05.2021 передано истцу после ремонта. В день передачи транспортного средства была составлена претензия по качеству проведенного ремонта, принятая СТОА.

Истец просит взыскать с общества «СОГАЗ» убытки в виде расходов, необходимых для устранения недостатков произведенного ремонта транспортного средства в сумме 60 806 руб., которые были установлены в момент приема транспортного средства с ремонта, о чем был составлен соответствующий документ.

Факт некачественно произведенного ремонта, а также размер расходов для устранения недостатков истцом определены на основании экспертного заключения от 28.05.2020 № Э08-05/21, произведенного обществом с ограниченной ответственностью «СПЕКТР» по инициативе истца. О дате проведения экспертизы, ответчик был уведомлен надлежащим образом, заблаговременно.

Также истец требует от общества «СОГАЗ» возместить утрату товарной стоимости в сумме 60 182 руб. Размер утраты товарной стоимости определен в экспертном заключении от 28.05.2020 № Э08-05/21У, составленным обществом с ограниченной ответственностью «СПЕКТР».

Кроме того, истец требует возместить упущенную выгоду за период с 02.03.2021 по 28.03.2021 в сумме 171 444 руб., ссылаясь на то, что в рассматриваемом случае, транспортное средство было передано в ремонт 31.12.2020, крайним сроком исполнения обязательства в таком случае, являлось 01.03.2021.

Транспортное средство было передано истцу после ремонта только 14.05.2021 в связи с чем истец с 02.03.2021 по 14.05.2021 - 73 дня (2 месяца), не получал прибыль от использования транспортного средства в условиях надлежащего исполнения обязательства ответчиком по договору.

Истцом также понесены расходы по эвакуации транспортного средства до места проведения ремонта в сумме 18 806 руб.88 коп. из расчета не более 0,5% от страховой суммы согласно Правил страхования (3 761 376 руб. на момент наступления страхового случая).

Истец указывает, что согласно договору добровольного страхования транспортных средств факт повреждения автомобиля в ДТП 13.10.2020 по адресу: 

<

...>, ответчик признал страховым случаем, организовал ремонт, однако отказал в выплате УТС, убытков в связи с некачественным произведенным ремонтом и упущенной выгоды.

Истец 18.03.2021 и 25.06.2021 направлял ответчику претензии с предложением добровольно осуществить выплату утраты товарной стоимости ТС, выплату убытков в виде стоимости устранения некачественного ремонта, а также упущенной выгоды, в удовлетворении которых ответчик отказал, что явилось основанием для обращения в арбитражный суд с рассматриваемым исковым заявлением.

Суды пришли к выводу о том, что исковые требования подлежат удовлетворению, правомерно исходя  из следующего.

Как установлено пунктом 1 статьи 929 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору имущественного страхования одна сторона (страховщик) обязуется за обусловленную договором плату (страховую премию) при наступлении предусмотренного в договоре события (страхового случая) возместить другой стороне (страхователю) или иному лицу, в пользу которого заключен договор (выгодоприобретателю), причиненные вследствие этого события убытки в застрахованном имуществе либо убытки в связи с иными имущественными интересами страхователя (выплатить страховое возмещение) в пределах определенной договором суммы (страховой суммы).

В силу пункта 1 статьи 930 Гражданского кодекса Российской Федерации имущество может быть застраховано по договору страхования в пользу лица (страхователя или выгодоприобретателя), имеющего основанный на законе, ином правовом акте или договоре интерес в сохранении этого имущества.

В пункте 42 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» разъяснено, что если договором добровольного страхования предусмотрен восстановительный ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, осуществляемый за счет страховщика, то в случае неисполнения обязательства по производству восстановительного ремонта в установленные договором страхования сроки страхователь вправе поручить производство восстановительного ремонта третьим лицам либо произвести его своими силами и потребовать от страховщика возмещения понесенных расходов в пределах страховой выплаты.

В пунктах 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства. Убытки определяются в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 15 названного Кодекса.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, суды верно исходили из того, что истец, заявляющий требование о возмещении убытков, обязан в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать факт причинения ему убытков, их размер, виновность и противоправность действий причинителя, наличие причинно-следственной связи между допущенным нарушением и возникшими убытками. В свою очередь ответчик должен доказать, что вред причинен не по его вине.

Пунктом 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» установлено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Суды верно указали, что основания освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения предусмотрены статьями 961, 963, 964 Гражданского кодекса Российской Федерации, из которых следует, что возможность освобождения страховщика от выплаты страхового возмещения при наступлении страхового случая может быть предусмотрена исключительно законом, в том числе и тогда, когда имела место грубая неосторожность страхователя или выгодоприобретателя.

В Пленуме Верховного Суда Российской Федерации в постановлении                  от 27.06.2013 № 20 «О применении судами законодательства о добровольном страховании имущества граждан» разъяснено, что, если договором добровольного страхования предусмотрен восстановительный ремонт транспортного средства на станции технического обслуживания, осуществляемый за счет страховщика, то в случае неисполнения обязательства по производству восстановительного ремонта в установленные договором страхования сроки страхователь вправе поручить производство восстановительного ремонта третьим лицам либо произвести его своими силами и потребовать от страховщика возмещения понесенных расходов в пределах страховой выплаты. В силу статьи 313 Гражданского кодекса Российской Федерации, за качество произведенного по направлению страховщика станцией технического обслуживания восстановительного ремонта в рамках страхового возмещения по договору добровольного страхования имущества ответственность несет страховщик.

Как установили суды, факт некачественно произведенного ремонта, а также размер расходов для устранения определен в соответствующем экспертном заключении и ответчиком по существу не оспорен, и обоснованно сочли подлежащими возмещению расходы в связи с некачественно произведенным ремонтом в размере 60 806 руб.

В соответствии с заключением эксперта от 28.05.2021 № Э08-05/21 величина утраты товарной стоимости автомобиля марки «КамАЗ 6520-53» (регистрационный знак 

<

***>) составляет 60 182 руб.

Утрата товарной стоимости относится к реальному ущербу наряду со стоимостью ремонта и запасных частей автомобиля, поскольку уменьшение его потребительской стоимости нарушает права владельца транспортного средства, и в ее возмещении страхователю не может быть отказано.

Суды верно исходили из того, что то обстоятельство, что страхование риска утраты товарной стоимости не предусмотрено договором страхования, само по себе не является основанием для отказа в удовлетворении требований о взыскании страхового возмещения, поскольку в статье 942 Гражданского кодекса Российской Федерации страховой случай определяется как событие, на случай наступления которого осуществляется страхование.

Таким образом, как верно указали суды, по смыслу приведенных правовых норм, под страховым случаем по риску «Ущерб» понимается повреждение или уничтожение застрахованного имущества в результате событий, указанных в договоре страхования (правилах страхования).

Правилами страхования и договором страхования предусмотрено, какие предполагаемые события признаются страховыми рисками, по которым может быть заключен договор страхования (в частности, это ущерб).

Утрата товарной стоимости не может быть признана самостоятельным страховым риском, так как она является составной частью страхового риска «Ущерб», поскольку при наступлении страхового случая входит в объем материального ущерба, причиненного транспортному средству в связи с повреждением в результате ДТП.

При таких обстоятельствах суды правильно исходили из того, что, поскольку утрата товарной стоимости транспортного средства относится к реальному ущербу, она подлежит взысканию со страховой организации по договору добровольного страхования.

В силу пунктов 1, 2, 4 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков, и обязательны для страхователя.

Судами установлено, что согласно Правилам, действующим в редакции, указанной в договоре, не являются застрахованными по договорам страхования и, соответственно, не возмещаются по настоящим правилам: моральный вред, косвенные убытки и расходы (упущенная выгода, потеря или неполучение дохода, штрафы и т.п.). Утрата товарной стоимости не указана как исключение из покрытия в договоре и Правилах, исходя из буквального толкования и смысла пункта 4.3. Правил. 

Таким образом, утрата товарной стоимости, представляя собой уменьшение стоимости транспортного средства, вызванное преждевременным ухудшением товарного (внешнего) вида автомобиля и его эксплуатационных качеств в результате снижения прочности и долговечности отдельных деталей, узлов и агрегатов, соединений и защитных покрытий вследствие дорожно-транспортного происшествия и последующего ремонта, является реальным ущербом и подлежит взысканию в рамках заключенного договора страхования.

Довод ответчика о том, что в соответствии с Генеральным договором страхования транспортных средств утрата товарной стоимости и упущенная выгода не подлежат выплате, судом кассационной инстанции отклоняется.

В пункте 43 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса Российской Федерации о заключении и толковании договора» разъяснено, что условия договора подлежат толкованию в системной взаимосвязи с основными началами гражданского законодательства, закрепленными в статье 1 Гражданского кодекса Российской Федерации, другими положениями Гражданского кодекса Российской Федерации, законов и иных актов, содержащих нормы гражданского права (статьи 3, 422 Гражданского кодекса Российской Федерации).

При толковании условий договора в силу абзаца первого статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации судом принимается во внимание буквальное значение содержащихся в нем слов и выражений (буквальное толкование). Такое значение определяется с учетом их общепринятого употребления любым участником гражданского оборота, действующим разумно и добросовестно (пункт 5 статьи 10, пункт 3 статьи 307 Гражданского кодекса Российской Федерации), если иное значение не следует из деловой практики сторон и иных обстоятельств дела.

Условия договора подлежат толкованию таким образом, чтобы не позволить какой-либо стороне договора извлекать преимущество из ее незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Толкование договора не должно приводить к такому пониманию условия договора, которое стороны с очевидностью не могли иметь в виду.

Значение условия договора устанавливается путем сопоставления с другими условиями и смыслом договора в целом (абзац первый статьи 431 Гражданского кодекса Российской Федерации). Условия договора толкуются и рассматриваются судом в их системной связи и с учетом того, что они являются согласованными частями одного договора (системное толкование).

Толкование условий договора осуществляется с учетом цели договора и существа законодательного регулирования соответствующего вида обязательств.

Как установлено судами, между сторонами был заключен договор страхования средств транспорта. По результатам согласования условий договора общество «СОГАЗ» выдало обществу «ИЭ» полис от 19.02.2019                  № 1819-82 МТ 0306 VL, в котором буквально указано следующее: «Настоящий полис подтверждает факт заключения договора страхования на условиях, изложенных на лицевой стороне настоящего документа, а также в Правилах страхования средств наземного транспорта и гражданской ответственности в редакции от 03 декабря 2014 г. - (далее Правила страхования), приложенных к Полису».

Таким образом, из буквального толкования условий договора следует, что стороны договорились, что при реализации своих прав и обязанностей по договору будут руководствоваться условиями, изложенными в Полисе страхования, Правилах страхования.

Полис согласно пункту 10.3 выдан в соответствии с условиями Генерального договора страхования транспортных средств и гражданской ответственности от 20.04.2012 № 12МТ0000VL.

Вместе с тем указанный пункт не содержит информации о том, что стороны при исполнении договора должны руководствоваться Генеральным договором.

В соответствии с пунктом 1 статьи 943 Гражданского кодекса Российской Федерации условия, на которых заключается договор страхования, могут быть Определены в стандартных правилах страхования соответствующего вида, принятых, одобренных или утвержденных страховщиком либо объединением страховщиков (правилах страхования).

Условия, содержащиеся в правилах страхований и не включенные в текст договора страхования (страхового полиса), обязательны для страхователя (выгодоприобретателя), если в договоре (страховом полисе) прямо указывается; на применение таких правил и сами правила изложены в одном документе с договором (страховым полисом) или на его оборонной стороне либо приложены к нему. В последнем случае вручение страхователю при заключении договора правил страхования должно быть удостоверено записью в договоре (пункт 2 указанной статьи, пункт 7.9 Правил страхования).

Сторонами не оспаривается, что при заключении договора ответчик вручил Правила страхования страхователю. Как в Полисе, так и в Правилах условие об исключении утраты товарной стоимости -  отсутствует. При таких обстоятельствах, учитывая, что истец оспаривает вручение ему Генерального договора, и указанное обстоятельство материалами дела не подтверждено, требования о взыскании утраты товарной стоимости удовлетворены судами правомерно.

Истец также просил взыскать с ответчика пользу упущенную выгоду за период со 02.03.2021 по 28.03.2021 в сумме 171 444 руб.

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и в соответствии с действующей судебной практикой по ее истолкованию возмещение убытков является мерой ответственности компенсационного характера, которая направлена на восстановление правового и имущественного положения потерпевшего лица, и отказом в правомерном возмещении убытков потерпевшего (кредитора) поддерживается (стимулируется) правонарушающее поведение должника (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

С учетом названных положений возмещение убытков, в том числе в виде упущенной выгоды, является мерой гражданско-правовой ответственности, применение которой возможно при доказанности правового состава, т.е. наличия таких условии как: совершение противоправных действий или бездействия; возникновение убытков; причинно-следственная связь между противоправным поведением и возникшими убытками; подтверждения размера убытков.

В абзаце 3 пункта 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» разъяснено, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

В соответствии с пунктом 3 указанного постановления при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения.

Указанные разъяснения позволяют использовать при доказывании размера упущенной выгоды не только конкретные меры и приготовления, предпринятые для ее получения (например, доказательства заключения договоров, направленных на получение выгоды), но и данные об обычной прибыли, которую получает истец в условиях, когда аналогичные обязательства исполняются надлежащим образом.

Должник в таком случае имеет возможность доказывать, что в данной конкретной ситуации обычная прибыль не была бы получена кредитором даже в том случае, если бы обязательство было исполнено надлежащим образом (пункт 3 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации                   от 24.03.2016 № 7).

Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно доказать, что возможность получения им доходов существовала реально, то есть документально подтвердить совершение им конкретных действий и сделанных с этой целью приготовлений, направленных на извлечение доходов, которые не были получены в связи с допущенным должником нарушением, то есть доказать, что допущенное ответчиком нарушение явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить упущенную выгоду (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 21.05.2013 № 16674/12).

Как установили суды, в рассматриваемом случае истец связывает наступление убытков в форме упущенной выгоды с невозможностью осуществлять перевозки грузов и извлечением прибыли, которое явилось следствием ненадлежащего исполнения ответчиком своих обязательств по своевременной выплате страхового возмещения в виде проведения ремонта поврежденного транспортного средства.

В целях расчета упущенной выгоды истец представил бухгалтерские документы, в которых доход предшествующих месяцев или лет позволяет сделать выводы о возможности его получения примерно в том же объеме в рассматриваемом - последующем периоде. Сумма понесенных убытков (упущенной выгоды) в виде неполученной прибыли за осуществление перевозок груза составила 171 444 руб.

К расчету упущенной выгоды истцом приложены документы в обоснование размера неполученной прибыли: книги продаж, реестры отгрузки, реестры счетов-фактур, отчет по расходу горючего, карточка учета работы ТС, журнал регистрации спидометра, налоговая декларация, справка по налогам и взносам, оборотно-сальдовая ведомость.

Ответчик иной способ расчета упущенной выгоды не предложил, контррасчет в опровержение расчета истца не представил (статьи 9, 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах исковые требования о взыскании с общества «СОГАЗ» убытков в виде упущенной выгоды в сумме 171 444 руб. удовлетворены обоснованно.

Доводы подателя жалобы об отсутствии оснований для взыскания упущенной выгоды были исследованы судом апелляционной инстанции и правомерно отклонены им с учетом следующего.

Ответчик в обоснование данного довода, в том числе ссылается на пункт 4.3 Правил страхования, согласно которому не являются застрахованными по договорам страхования и соответственно не возмещаются по настоящим правилам: моральный вред, косвенные убытки и расходы (упущенная выгода, потеря или неполучение дохода, штрафы и т.п.).

В то же время, как верно отметил апелляционный суд, в рамках настоящего дела истцом заявлены к возмещению убытки в виде упущенной выгоды в связи с ненадлежащим исполнением обязательства страховщика по ремонту застрахованного средства, который проведен с нарушением установленного законом срока на 73 дня, с нарушением требованием к качеству выполнения работ.

Из взаимосвязанных положений статей 313 и 403 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что в случае, если исполнение было возложено должником на третье лицо, за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства этим третьим лицом перед кредитором отвечает должник, если иное не установлено законом. Таким образом, за сроки и качество ремонта перед истцом как кредитором по договору страхования в рассматриваемом случае отвечает страховщик. 

Ссылки ответчика на то, что СТОА надлежащим образом исполнила принятые на себя обязательства, истец не представил на осмотр транспортное средство, не могут быть приняты во внимание.

Как указывалось выше, стороны при исполнении заключенного договора страхования руководствуются полисом страхования и/или Правилами страхования от 03.12.2014. Вместе с тем, указанные Правила страхования не регулируют порядок спора по качеству произведенного ремонта, не содержат обязанность потерпевшего после произведенного ремонта предоставлять транспортное средство по требованию Страховщика на осмотр.

Как установлено судами, истец предоставил в суд доказательства некачественного ремонта, обнаруженные в момент приемки транспортного средства, ответчик, в свою очередь, доказательств, опровергающих доводы истца и свидетельствующих о качественно произведенном ремонте, не предоставил, результаты экспертизы не оспаривал.

Доводы заявителя жалобы не опровергают выводы, изложенные в обжалуемых судебных актах, были предметом исследования судов, не свидетельствуют о нарушении ими норм права и подлежат отклонению по мотивам, изложенным в настоящем постановлении.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.  

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.  

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 11.03.2022 по делу № А07-22798/2021 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.06.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного общества «Страховое общество газовой промышленности» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Председательствующий           О.В. Абознова 

Судьи           Е.Г. Сирота 

                                                                                             Н.С. Васильченко