ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-13647/2019

Дело № А41-60013/17

25 сентября 2019 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 23 сентября 2019 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 сентября 2019 года 

 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Мизяк В.П., Муриной В.А.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русьхлеб» ФИО2: ФИО3 по доверенности от 02.10.18,

от акционерного общества коммерческий банк «Солидарность»: ФИО4 по доверенности № 217 от 12.10.18,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Русьхлеб» ФИО2 на определение Арбитражного суда Московской области от 16 июля 2019 года по делу №А41-60013/17, принятое судьей Левченко Ю.А., по заявлению финансового управляющего ФИО5 ФИО6 о признании сделки должника с обществом с ограниченной ответственностью "Русьхлеб" недействительной и применении последствий недействительности сделки,

УСТАНОВИЛ:

Финансовый управляющий ФИО5 ФИО6 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением о признании недействительной сделки между ФИО5 и обществом с ограниченной ответственностью (ООО) «Русьхлеб» - соглашение от 24.01.17 о расторжении договора уступки права требования от 07.07.14; применении последствий признания сделки недействительной путем возврата в конкурсную массу должника прав требования к ФИО7, основанных на договоре уступки права требования от 07.07.14 между ФИО5 и ООО «Русьхлеб» (т. 1, л.д. 2-7).

Заявление подано на основании пункта 1 статьи 61.2 Федерального закона № 127?ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)", статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Определением Арбитражного суда Московской области от 05 марта 2019 года к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованного лица был привлечен ФИО8 (т. 1, л.д. 91).

Протокольным определением Арбитражного суда Московской области от 16 мая 2019 года к участию в настоящем обособленном споре в качестве заинтересованного лица был привлечен финансовый управляющий ФИО7 ФИО6 (т. 2, л.д. 101).

Определением Арбитражного суда Московской области от 29 мая 2019 года соглашение от 24.01.17 о расторжении договора уступки права требования от 07.07.14, заключенное между ФИО5 и ООО "Русьхлеб", было признано недействительным; применены последствия недействительности сделки: восстановлено право требования ФИО5 к ФИО7, основанное на договоре уступки права требования от 07.07.14 (т. 2, л.д. 103-105).

Не согласившись с вынесенным судебным актом, конкурсный управляющий ООО "Русьхлеб" ФИО2 обратился в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить, ссылаясь на неправильное применение норм материального права при его вынесении и несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 2, л.д. 107-111).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, 07.07.14 между ООО "Русьхлеб" (Цедент) и ФИО5 (Цессионарий) был заключен договор уступки права требования, по условиям которого Цедент уступает, а Цессионарий принимает в полном объеме право требования по денежному обязательству к ФИО7 (Должник) в размере 80 251 345 рублей 82 копейки (т. 1, л.д. 115-116).

Согласно пункту 1.2. договора Цедент уступает Цессионарию задолженность Должника в размере 80 251 345 рублей 82 копейки. Уступка является возмездной. Стороны договорились, что стоимость уступаемого права составляет 80 251 345 рублей 82 копейки, которые Цессионарий обязуется уплатить Цеденту в течение 5 календарных дней с даты заключения настоящего договора.

07.07.14 между ООО "Русьхлеб" и ФИО5 был подписан акт приема-передачи оригиналов документов, подтверждающих наличие уступленного права требования к ФИО7 (т. 1, л.д. 117).

Решением Арбитражного суда Ярославской области от 30 марта 2016 года по делу № А82-10678/15 ООО "Русьхлеб" было признано банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО9.

24.01.17 между ООО "Русьхлеб" в лице конкурсного управляющего ФИО9 и ФИО5 было заключено соглашение о расторжении договора уступки права требования от 07.07.14, по условиям которого права требования к ФИО7 на общую сумму 80 966 902 рубля 09 копеек перешли к ООО "Русьхлеб" (т. 1, л.д. 132-133).

24.01.17 между ООО "Русьхлеб" и ФИО5 был подписан акт приема-передачи оригиналов документов, подтверждающих наличие уступленного права требования к ФИО7 (т. 1, л.д. 117).

 

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 сентября 2017 года было возбуждено производство по делу о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) (т. 1, л.д. 76).

Определением Арбитражного суда Московской области от 02 февраля 2018 года в отношении ФИО5 была введена процедура банкротства гражданина - реструктуризация долгов, финансовым управляющим утвержден ФИО6

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, финансовый управляющий ФИО6 указал, что соглашение о расторжении договора уступки является недействительной сделкой, заключенной со злоупотреблением правом в целях уменьшения конкурсной массы должника.

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции руководствовался пунктом 1 статьи 61.2 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Апелляционный суд считает выводы суда первой инстанции законными и обоснованными, доводы апелляционной жалобы подлежащими отклонению.

В силу пункту 1 статьи 61.1 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Согласно пункту 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 настоящего Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

При этом, в силу пункта 13 статьи 14 Федерального закона N 154-ФЗ от 29.06.15 "Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации" пункты 1 и 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона) применяются к совершенным с 1 октября 2015 года сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями. Сделки указанных граждан, совершенные до 1 октября 2015 года с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции настоящего Федерального закона).

Оспариваемое соглашение о расторжении договора уступки было заключено 24.01.17, следовательно, оно может быть признано недействительным по специальным основаниям, предусмотренным Законом о банкротстве.

В силу пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В пункте 8 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" разъяснено, что пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы не требуется, чтобы она уже была исполнена обеими или одной из сторон сделки, поэтому неравноценность встречного исполнения обязательств может устанавливаться исходя из условий сделки.

В соответствии с абзацем первым пункта 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

В пункте 9 Постановления Пленума Высшего арбитражного суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Следовательно из толкования статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания сделки должника подозрительной необходимо доказать два факта: совершение сделки должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления; неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки.

Из материалов дела следует, что производство по настоящему делу было возбуждено определением Арбитражного суда Московской области от 25 сентября 2017 года, оспариваемое соглашение заключено 24.01.17, то есть пределах периода подозрительности, определенного пунктом 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По условиям соглашения от 24.01.17 договор уступки права требования от 07.07.14 считается расторгнутым с 24.01.17, в связи с чем к ООО "Русьхлеб" переходят права требования к ФИО7 на общую сумму 80 966 902 рубля 09 копеек.

Из пункта 1.2. договора уступки от 07.07.14 следует, что уступка является возмездной, стоимость уступаемого права составляет 80 251 345 рублей 82 копейки, которые Цессионарий обязуется уплатить Цеденту в течение 5 календарных дней с даты заключения настоящего договора.

Таким образом, по условиям договора от 07.07.14 ФИО5 должен был в срок до 12.07.14 уплатить ООО "Русьхлеб" 80 251 345 рублей 82 копейки за уступленные права требования.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказательств отсутствия оплаты уступленных прав со стороны ФИО5 не представлено.

Так, из представленных в материалы дела документов финансового отчетности ООО "Русьхлеб" за 2014-2017 годы не следует наличие дебиторской задолженности ФИО5 перед ООО "Русьхлеб" в сумме 80 251 345 рублей 82 копейки. Указанная в бухгалтерской отчетности Общества дебиторская задолженность составляла в 2014 году 71 025 000 рублей, а в 2015-2017 годах - 582 000 рублей (т. 2, л.д. 27-47).

В инвентаризационных описях № 1, № 2, № 3, составленных в ходе проведения процедуры банкротства ООО "Русьхлеб", дебиторская задолженность ФИО5 также не указана (т. 2, л.д. 10-26).

До момента заключения соглашения о расторжении указанного договора (то есть 2,5 года) ООО "Русьхлеб" каких-либо требований к ФИО5 в связи с неисполнением условий договора уступки от 07.07.14 не предъявляло.

С учетом изложенного суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об исполнении ФИО5 своих обязательств по договору уступки от 07.07.14.

Поскольку в результате расторжения названного договора ФИО5 в преддверии банкротства лишился ликвидного актива в виде дебиторской задолженности ФИО7, не получив встречного исполнения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности соглашения от 24.01.17 по признакам, установленным пунктом 1 статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Согласно статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

Пунктами 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации закреплено, что при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Если совершение сделки нарушает установленный статьей 10 Гражданского кодекса Российской Федерации запрет, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана недействительной на основании статей 10 и 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 7 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации").

Исходя из содержания приведенных норм, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ФИО6 указывает, что соглашение о расторжении договора уступки было заключено в целях уменьшения конкурсной массы ФИО5 и, как следствие, нарушения прав кредиторов последнего на удовлетворение своих требований.

Так, как указывалось выше, договор уступки права требования к ФИО7 был заключен между ООО "Русьхлеб" (Цедент) и ФИО5 (Цессионарий) 07.07.14, согласно пункту 1.2. договора стоимость уступаемого права составляет 80 251 345 рублей 82 копейки, которые Цессионарий обязуется уплатить Цеденту в течение 5 календарных дней с даты заключения настоящего договора.

Само соглашение от 24.01.17 было заключено в преддверии банкротства ФИО5 при наличии у него неисполненных обязательств перед третьими лицами в сумме 51 040 412 рублей 17 копеек, что подтверждается решением Люблинского районного суда города Москвы от 16 марта 2015 года по делу № 2-1080/15 и решением Люберецкого городского суда Московской области от 21 августа 2017 года по делу № 2-5338/17, из которого следует что в срок до 01.09.16 ФИО5 не исполнил обязательства по возврату ООО КБ "Эргобанк" 20 000 000 рублей.

В связи с расторжением договора уступки от 07.07.14 ФИО5 не получил встречного исполнения, при этом в соглашении от 24.01.17 не указано, что оно расторгается по причине отсутствия оплаты со стороны Цессионария.

Поскольку соглашение о расторжении договора уступки было совершено должником при наличии неисполненных обязательств перед другими кредиторами и повлекло за собой вывод из конкурсной массы должника ликвидного имущества при отсутствии встречного исполнения, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о том, что оспариваемое соглашение является недействительной сделкой.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

В связи с признанием оспариваемого соглашения недействительным суд первой инстанции правомерно в порядке применения последствий недействительности сделки восстановил права требования ФИО5 к ФИО7

Довод заявителя апелляционной жалобы об отсутствии оплаты уступленных по договору от 07.07.14 прав со стороны ФИО5 со ссылкой на отражение дебиторской задолженности последнего в строке "финансовые вложения" ООО "Русьхлеб" признается апелляционным судом несостоятельным.

Согласно пункту 43 Приказа Министерства финансов Российской Федерации № 34н от 29.07.98 "Об утверждении Положения по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации" к финансовым вложениям относятся инвестиции организации в государственные ценные бумаги, облигации и иные ценные бумаги других организаций в уставные (складочные) капиталы других организаций, а также предоставленные другим организациям займы.

Таким образом, задолженность третьих лиц перед субъектом предпринимательской деятельности не может относиться к финансовым вложениям, а подлежит учету как дебиторская задолженность в составе активов последнего.

Приказом Министерства финансов Российской Федерации № 94н от 31.10.00 "Об утверждении Плана счетов бухгалтерского учета финансово-хозяйственной деятельности организаций и Инструкции по его применению" установлен порядок учета дебиторской задолженности, которая подлежит отражению на счету «76», в то время, как финансовые вложения подлежат учёту на счету «38» бухгалтерского баланса. 

Следовательно, включенные в состав финансовых вложений ООО "Русьхлеб" суммы не могут рассматриваться как дебиторская задолженность Общества.

Довод заявителя апелляционной жалобы о неотражении дебиторской задолженности ФИО5 в инвентаризационных описях в связи с расторжением договора уступки также признается несостоятельным, поскольку в данных описях отсутствуют сведения о дебиторской задолженности ФИО7, право требования которой перешло к ООО "Русьхлеб" в связи с заключением оспариваемой сделки.

Также вопреки доводам заявителя апелляционной жалобы оспариваемое соглашение о расторжении договора уступки не являлось возмездной сделкой, поскольку из его положений не следует, что договор уступки расторгался в связи с отсутствием оплаты со стороны ФИО5 или что обязательства последнего по оплате по договору от 07.07.14 считаются прекратившимися.

Ссылка заявителя апелляционной жалобы на необоснованность применения норм Гражданского кодекса Российской Федерации при рассмотрении настоящего спора подлежит отклонению.

В соответствии с разъяснениями, данными в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации № 32 от 30.04.09 "О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)", исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам. 

Таким образом, признавая обжалуемое соглашение недействительным на основании статей 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд первой инстанции не нарушил норм процессуального права путем применения норм, не подлежащих применению.

Иных доводов, опровергающих выводы суда первой инстанции по существу, апелляционная жалоба не содержит.

Учитывая изложенное, апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 1 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 29 мая 2019 года по делу № А41-60013/17 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

Н.Н. Катькина

Судьи:

 

В.П. Мизяк

В.А. Мурина