﻿/

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГАИменем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А32-33237/2018

г. Краснодар

28 января 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 27 января 2021 года

	Постановление в полном объеме изготовлено 28 января 2021 года

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Илюшникова С.М., судей Герасименко А.Н. и Гиданкиной А.В., при участии в судебном заседании конкурсного управляющего должника – общества с ограниченной ответственностью «Сигма» (ИНН 2315102627, ОГРН 1032309099338) – Зимарёва Антона Сергеевича (паспорт), от ответчика – общества с ограниченной ответственностью «Южный регион» – директора Мартыновой Н.И. (паспорт) и Борисова К.В. (доверенность от 13.08.2018), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу ООО «Южный регион» на определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.08.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020 по делу № А32-33237/2018, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Сигма» (далее – должник) конкурсный управляющий должника Зимарёв А.С. обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными договора займа от 02.04.2018 № 1 и агентского договора от 09.06.2017 № 1, заключенных должником и ООО «Южный регион», применении последствий недействительности сделок. 

Определением от 04.08.2020 спорные договоры признаны недействительными, применены последствия недействительности сделок в виде взыскания с ООО «Южный регион» в конкурсную массу денежных средств в общей сумме 3 906 965 рублей 92 копеек. С ООО «Южный регион» в конкурсную массу взысканы проценты за пользование чужими денежными средствами в общей сумме 530 617 рублей 97 копеек.

Постановлением апелляционного суда от 23.10.2020 определение от 04.08.2020 оставлено без изменения. Судебные акты мотивированы тем, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), при наличии у должника признака неплатежеспособности, в отсутствие встречного предоставления, между аффилированными лицами, что указывает на причинение вреда имущественным правам кредиторов в результате выбытия денежных средств должника. В результате заключения договора займа и договора агентирования кредиторам должника причинен вред, поскольку они лишились возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника; в силу взаимозависимости ответчик знал о совершении сделок с целью причинить вред имущественным правам кредиторов.

В кассационной жалобе ООО «Южный регион» просит отменить судебные акты. По мнению заявителя, выводы судов не соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Оспариваемые сделки не обладают совокупностью всех необходимых признаков по смыслу пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"» (далее – постановление № 63). Вывод о мнимости сделок неоснователен и не подтвержден необходимой совокупностью доказательств. Суды не выяснили, представлены ли достаточные доказательства существования фактических отношений по договорам.

В отзыве управляющий просит отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

В судебном заседании представители сторон поддержали доводы жалобы и отзыва на нее.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на жалобу, выслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что судебные акты подлежат отмене, обособленный спор – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Как видно из материалов дела, определением от 07.03.2019 в отношении должника введена процедура банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден Зимарев Антон Сергеевич. Решением от 19.08.2019 ООО «Сигма» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден Зимарёв Антон Сергеевич. При анализе хозяйственной деятельности должника конкурсный управляющий установил, что 02.04.2018 ООО «Южный регион» (заимодавец) и ООО «Сигма» (заемщик) заключили договор займа № 1, по условиям которого заимодавец передает заемщику в собственность денежные средства в размере суммы, не превышающей 25 млн рублей, предоставляемой по заявкам к договору займа, являющимся неотъемлемой частью договора займа, а заемщик обязуется вернуть указанную сумму займа вместе с причитающимися процентами в размере и сроки, обусловленные договором и заявками (пункт 1.1). В соответствии с пунктом 1.2 договора размер процентов по договору составляет 7,25% годовых, начисляемых на сумму каждого платежа, начиная с даты составления платежного поручения. Заемщику на основании его заявок в период с 01.04.2018 по 22.08.2018 перечислены денежные средства, возврат которых должник не произвел. 

Указывая на то, что перечисленные ООО «Южный регион» денежные средства  в пользу должника в рамках договора займа № 1 фактически представляют собой ни что иное как дебиторскую задолженность самого же ООО «Сигма», поступление которой на счет ответчика от дебиторов должника совершено согласно соответствующих писем должника со ссылкой на агентский договор № 1 от 09.06.2017, является ни чем иным как намеренными действиями ООО «Сигма» и ООО «Южный регион», направленными на исключение возможности обращения на данные средства взыскания в рамках исполнительных производств, возбужденных в отношении ООО «Сигма» и для последующего создания искусственной задолженности, целью которой преследует контроль аффилированного лица над процедурой банкротства ООО «Сигма», конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявленными требованиями.

Удовлетворяя заявленные требования, суды руководствовались статьями 65, 71 и 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статьями 19, 61.2, 61.3 и 61.6 Закона о банкротстве, а также разъяснениями, изложенными в постановлении № 63. Суды установили, что оспариваемые сделки совершены в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Следовательно, для признания оспариваемых сделок недействительным необходимо установить совокупность следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки. При рассмотрении вопроса о причинении вреда имущественным правам кредиторов, суды установили, что при совершении оспариваемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, так как имел неисполненные обязательства перед кредиторами. Действия по предоставлению ООО «Южный регион» в рамках договора агентирования счета для накопления средств от дебиторов должника явились следствием наличия у должника задолженности и обременений в рамках исполнительных производств, согласно которых, в случае поступления средств от дебиторов на счет должника, данные средства направлялись бы в счет удовлетворения требований кредиторов. Вступившими в законную силу судебными актами (определением Арбитражного суда Краснодарского края по делу от 11.12.2019, оставленным без изменения постановлением Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.03.2020 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.07.2020) установлено, что ООО «Южный регион» и ООО «Сигма» являются аффилированными лицами, а реальный контроль над должником осуществлялся руководителем и учредителем ООО «Южный регион» Мартыновой Н.И. Учитывая изложенное, суды пришли к выводу о том, что ответчик не мог не знать о наличии у должника признаков неплатежеспособности. Общая задолженность ООО «Сигма» на момент введения процедуры наблюдения составляла 6 707 531 рубль 76 копеек. Действия ООО «Сигма» и ООО «Южный регион» по составлению агентского договора № 1 от 09.06.2017 и договора займа № 1 от 02.04.2018 и направления должником писем в адрес его дебиторов о необходимости перечисления средств на счет ООО «Южный регион» фактически лишили возможности удовлетворения требований кредиторов и как следствия сказались на введении процедуры банкротства, поскольку перечисленных средств дебиторов должника в полной мере хватило бы для удовлетворения требований кредиторов. 

Между тем суды не учли следующего. 

Согласно части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным данным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Так, пункт 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки. Неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки. При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота (пункт 8 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)"», далее – постановление № 63).

На основании же пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве арбитражным судом может быть признана недействительной совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов сделка, совершенная в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате совершения которой был причинен вред имущественным правам кредиторов, а другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пунктах 5 – 7 постановления № 63, для признания сделки недействительной по этому основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности следующих обстоятельств: сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки, недоказанность хотя бы одного из которых является основанием для отказа в признании сделки недействительной по данному основанию.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо стоимость переданного в результате совершения такой сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и/или обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах 36 и 37 статьи 2 Закона о банкротстве, согласно которым под неплатежеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств; при этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное; под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника.

Предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 35 статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий либо бездействия, приводящие к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Таким образом, для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 постановления № 63).

При определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из того, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется; если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств. Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве (пункт 9 постановления № 63).

Положения статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимы, в первую очередь, для того, чтобы посредством аннулирования подозрительных сделок ликвидировать последствия вреда, причиненного кредиторам должника после вывода активов последнего. Квалифицирующим признаком таких сделок является именно наличие вреда кредиторам, умаление конкурсной массы в той или иной форме.

В целях определения того, повлекла ли сделка вред, поведение должника может быть соотнесено с предполагаемым поведением действующего в своем интересе и в своей выгоде добросовестного и разумного участника гражданского оборота. Так, если сделка, скорее всего, не могла быть совершена таким участником оборота, в первую очередь, по причине ее невыгодности (расточительности для имущественной массы), то наиболее вероятно, что сделка является подозрительной. И напротив, если есть основания допустить, что разумным участником оборота могла быть совершена подобная сделка, то предполагается, что условий для ее аннулирования не имеется.

Суды указали на факт причинения вреда кредиторам должника оспариваемыми ввиду выбытия денежных средств; ответчик в силу аффилированности знал о совершении сделок с целью причинить вред.

Между тем, суды не приняли во внимание доводы ответчика о том, что взаимоотношения между сторонами носили реальный характер, были экономически обусловлены недостаточностью денежных средств должника, не были направлены на создание искусственной задолженности, денежные средства направлены в том числе на выплату заработной платы работникам. Необходимость привлечения заемных средств обусловлена также наличием неисполненных должником обязательств по договорам подряда, субподряда: от 09.09.2017 с ООО «Остров энергомаш», от 06.09.2017 и                             от 28.08.2017 с ООО «ДелоПортс, от 24.01.2018 с ООО «Фиолент», от 07.05.2016                             с ООО «Электросистемы».

Суды не дали оценку имеющемуся в материалах дела аудиторскому заключению об экономической целесообразности для ООО «Сигма» заключения договора займа с ООО «Южный регион» от 02.03.2020 (т. 2, л. д. 114 – 130). Согласно аудиторскому заключению в 2018 году ООО «Сигма» выполняло работы по 5 основным договорам: договор подряда от 09.09.2017 с ООО «Остров Энергомаш», договор субподряда от 24.01.2018 с ООО «Фиолент», договор подряда от 07.05.2016 с ООО «Электросистемы», договор подряда от 06.09.2017 с ООО «ДелоПортс» и договор подряда от 28.08.2017 с ООО «ДелоПортс». Аудитор сделал вывод, что у ООО «Сигма» по состоянию на начало 2018 года отсутствовали собственные средства; заем предоставлен на пополнение оборотных средств. У ООО «Сигма» отсутствовала возможность завершения работ по договорам подряда без привлечения займов. ООО «Южный регион» по письменным заявкам ООО «Сигма» перечисляло в счет договора денежные средства поставщикам ООО «Сигма». В результате выполнения работ на объектах, на которых были использованы ТМЦ, работы и услуги, оплаченные за счет заемных средств, полученных по договору займа от ООО «Южный регион» в период с 02.04.2018 по 31.12.22018, выполнены работы на сумму 85 449 497 рублей 04 копейки. Аудиторское заключение содержит пояснение по всем финансовым операциям между должником и ответчиком. 

Ответчик указывал, что договор займа и соглашение представляют собой установленный сторонами порядок взаиморасчетов, что свидетельствует об отсутствии причинения вреда имущественным правам кредиторов, являющимся необходимым элементом для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В пункте 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации отмечено, что не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). При установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно; никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (статья 1 Кодекса).

По смыслу приведенных правовых норм под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченных лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам, или на реализацию иного противоправного интереса, не совпадающего с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода.

В силу правовой позиции Пленума Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 7 постановления от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной (пункты 1 или 2 статьи 168 Кодекса).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом "О несостоятельности (банкротстве)"» разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обеих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

О злоупотреблении сторонами правом при совершении займов могло бы свидетельствовать, например, совершение ими соответствующих сделок не в соответствии с их обычным предназначением, а в других целях, таких как: участие а операциях по неправомерному выводу активов должника; получение безосновательного контроля над ходом дела о банкротстве; реализация договоренностей между должником и кредитором, направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования) и т.п.

Сам по себе факт заключения сделки должником с аффилированным лицом не является достаточным для вывода о мнимом характере сделки или ее совершении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника. В то же время данный факт влияет на распределение бремени доказывания при рассмотрении иска о признании сделки недействительной.

Многочисленная судебная практика позволяет сделать вывод о том, что на стороны подвергаемой сомнению сделки, находящиеся в конфликте интересов, строго говоря, не распространяется презумпция добросовестности участников гражданских правоотношений, предусмотренная пунктом 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, и именно они должны в ходе судебного разбирательства подтвердить наличие разумных экономических мотивов сделки и реальность соответствующих хозяйственных операций, направленных на достижение непротиворечащей закону цели (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.12.2014 № 309-ЭС14-923, от 30.03.2017 № 306-ЭС16-17647(1), № 306-ЭС16-17647(7), от 25.05.2017 № 306-ЭС16-19749, от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056(6),                         от 28.04.2017 № 305-ЭС16-19572, от 26.04.2017 № 306-КГ16-13666). 

Применение к аффилированным лицам наиболее высокого стандарта доказывания собственных доводов обусловлено общностью их экономических интересов, как правило, противоположных интересам иных конкурирующих за конкурсную массу должника независимых кредиторов, что предопределяет значительную вероятность внешне безупречного оформления документов, имитирующих хозяйственные связи либо не отражающих истинное существо обязательства, достоверность которых иным лицам, вовлеченным в правоотношения несостоятельности, крайне сложно опровергнуть.

В связи с этим подтверждение соответствия действительности своих утверждений должно производиться лицами, находящимися в конфликте интересов, таким образом, чтобы у суда не оставалось никаких разумных сомнений в том, что фактические обстоятельства являются иными либо объясняются иначе (стандарт доказывания "достоверность за пределами разумных сомнений").

Вместе с тем строгость стандарта доказывания не блокирует возможность его преодоления путем не только полного раскрытия суду аффилированными лицами доказательств, опосредующих оформление сделки, но и глубокого обнажения истории и причин возникновения отношений сторон, их правовой природы, экономического смысла.

В ходе подобного доказывания стороны сделки кроме прямых доказательств могут представить и любые косвенные доказательства, подтверждающие соответствие поведения сторон в предшествующий сделке период критерию ожидаемости, то есть стандарту добросовестного поведения, установленному в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по которому участник оборота обязан учитывать права и законные интересы иных лиц и при необходимости содействовать им в получении необходимой информации.

Финансирование деятельности общества с ограниченной ответственностью его участниками в форме заключения договора займа не противоречит нормам действующего законодательства и является обычным в деловой практике.

Квалифицирующим признаком, отличающим такого рода форму финансирования от внесения имущественного вклада в деятельность хозяйственного общества, исходя из положений статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации, является возвратный характер предоставления денежных средств, вне зависимости от получения хозяйственным обществом прибыли, которая может быть распределена между участниками общества.

При этом, исходя из положений статей 10, 431 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответствие волеизъявления сторон буквальному смыслу заключенных ими соглашений презюмируется. 

Исходя из сформулированного в судебной практике понятия компенсационного финансирования в форме заключения договора займа, в частности из смысла правовой позиции пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), следует, что такое финансирование предоставляется контролирующим лицом в период, когда должник находится в трудном экономическом положении, с целью вернуть должника к нормальной предпринимательской деятельности. Выбирая подобную модель, в обход порядка, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, контролирующее лицо принимает на себя все связанные с этим риски, в том числе риск утраты компенсационного финансирования на случай объективного банкротства и данные риски не могут перекладываться на других кредиторов (пункт 1 статьи 2 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Совершение подобных сделок, исходя из приведенной правовой позиции, влечет, понижение очередности требования контролирующего лица, заявленного к должнику на основании подобного договора займа, но не влияет на действительность заключенного договора займа.

С учетом изложенного, предоставление денежных средств участником должника на пополнение оборотных средств коммерческой организации на условиях займа, не может быть во всех случаях квалифицировано в качестве компенсационного финансирования коммерческой организации контролирующим лицом, равно как и не свидетельствует о наличии признаков недействительности такой сделки, в том числе установленных пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. Участники хозяйственного общества не лишены права выбора конструкции финансирования деятельности коммерческой организации отличной от способов формирования имущественной базы хозяйственного общества, предусмотренных специальным законодательством, что следует и из правовой позиции пункта 2 Обзора, в силу которой сама по себе выдача контролирующим лицом денежных средств подконтрольному обществу посредством заключения с ним договора займа не свидетельствует о том, что обязательство по возврату полученной суммы вытекает из участия в уставном капитале.

В материалы настоящего обособленного спора представлены платежные поручения об оплате ответчиком за ООО «Сигма» задолженности следующим получателям: ООО «Металл-Снаб» (за арматуру), ОАО «Ростелеком» (за услуги связи), УФК по Краснодарскому краю (пеня), ООО «Инфо-Апгерейд» (за разработку программы), ООО «ПожСтройКомплект» (за пожарный щит), ООО «Парта» (за канцтовары), Абрамцев В.О. (аренда эскаватора-погрузчика), ИФНС России по г. Новороссийску, АО «Зерновой терминал КСК» и т. д. В возражении на отзыв конкурсный управляющий подтверждает перечисление ООО «Южный регион» денежных средств кредиторам ООО «Сигма» (т. 3, л. д. 86 – 91). 

Суды не установили иной источник финансирования должника.

Суды указали, что действия сторон по заключению агентского договора и направления писем в адрес дебиторов о перечислении денежных средств ООО «Южный регион» лишили возможности удовлетворения требований кредиторов. Перечисленных средств дебиторов должника в полной мере хватило бы для удовлетворения требований кредиторов. Между тем, копии, подлинные агентский договор от 09.06.2017 № 1, также как и договор займа, в материалах дела отсутствует, в силу чего не представляется возможным установить, на каких условиях заключен договор. 

Суды применили последствия недействительности сделки и взыскали с ответчика денежные средства в конкурсную массу в отсутствие как самого договора, так и совокупности всех платежных поручений и писем, направленных дебиторам; не установили, какие дебиторы осуществляли перечисление денежных средств.

В материалах дела имеются платежные поручения о перечислении ООО «Фиолент» на основании агентского договора от 09.06.2017 № 1 денежных средств ООО «Южный регион»: от 30.04.2019 № 146 на основании письма 25.04.2019 № 46 за субподрядные работы ООО «Сигма» по договору от 30.11.2018; от 25.03.2019 № 108 на основании письма от 15.03.2019 № 32 за ООО «Сигма» по договору от 30.11.2018; от 25.03.2019 № 107 на основании письма от 15.03.2019 № 32 за ООО «Сигма» по договору от 30.11.2018; от 28.03.2019 № 9 на основании писем от 26.02.2019 № 26 и от 01.03.2019 № 29 за ООО «Сигма» за субподрядные работы;  от 28.03.2019 № 12 на основании писем от 26.02.2019 № 26 и от 01.03.2019 № 29 за ООО «Сигма» за субподрядные работы (т. 2, л. д. 21, 28, 29, 32, 33).

 

Представлены письма от 05.03.2019 № 32, от 25.04.2019 № 46, от 31.05.2018 № 109, от 06.2018 № 129, в которых ООО «Сигма» просит ООО «Фиолент» по договорам субподряда от 30.11.2018 и от 24.01.2018 перечислить денежные средства ООО «Южный регион» на основании агентского договора от 09.06.2017 № 1. Письма от 31.05.2018 № 109, от 29.06.2018 № 121, от 29.06.2018 № 122, в которых ООО «Сигма» просит АО «КСК» перечислить денежные средства по договорам подряда от 06.09.2017 и от 28.08.2017 ООО Южный регион» на основании агентского договора от 09.06.2017 № 1 (т. 4, л. д.  29 – 34).

Платежные поручения от АО «КСК» в материалах дела отсутствуют.

Между тем в деле имеются платежные поручения о перечислении денежных средств ООО «Электросистемы» в адрес ООО «Южный регион» во исполнение договора от 17.05.2016 (не в счет агентского договора) –  от 06.12.2018 №  2784 за материалы, от 26.10.2018 № 2443 за выполненные строительно-монтажные работы, от 12.11.2018 № 2581 за материалы, от 16.11.2018 № 2636 за материалы, от 06.12.2018 № 2784 за материалы; платежное поручение от 15.03.2019 № 371 о возврате АО «Зерновой терминал КСК» излишне перечисленных денежных средств ООО «Южный регион» по платежному поручению от 06.02.2019 № 89 по агентскому договору с ООО «Сигма (т. 5, л. д. 66). Дата и номер агентского договора в платежном поручении не указаны. Платежные поручения о перечислении денежных средств АО «Зерновой терминал КСК» в адрес ООО «Южный регион» во исполнение условий агентского договора в материалах дела отсутствуют, как отсутствуют и письма должника в адрес АО «Зерновой терминал КСК» о перечислении денежных средств ООО «Южный регион».

По мнению суда кассационной инстанции, квалификация правоотношений сторон, данная двумя судебными инстанциями, не соответствует установленным при рассмотрении обособленного спора фактическим обстоятельствам. Суды не проанализировали всю цепочку отношений, которые сложились между сторонами, признали недействительными договоры, которые в материалах дела отсутствуют, применили последствия недействительности агентского договора без установления имеющих существенное значение фактов.

Поскольку судебные акты приняты по неполно исследованным обстоятельствам дела, судебные акты подлежат отмене с направлением обособленного спора на новое рассмотрение в суд первой инстанции в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

В соответствии с частью 2 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, рассматривающий дело в кассационной инстанции, не вправе устанавливать или считать доказанными обстоятельства, которые не были установлены в решении или постановлении либо были отвергнуты судом первой или апелляционной инстанции, предрешать вопросы о достоверности или недостоверности того или иного доказательства, преимуществе одних доказательств перед другими, о том, какая норма материального права должна быть применена и какое решение, постановление должно быть принято при новом рассмотрении дела.

При новом рассмотрении спора суду необходимо учесть вышеизложенное, истребовать подлинные экземпляры обжалованных договоров, устранить указанные нарушения норм права, установить и исследовать все обстоятельства, входящие в предмет доказывания и имеющие значение для правильного разрешения спора, дать оценку доводам участвующих в деле лиц, результаты исследования и оценки отразить в судебном акте с учетом требований Арбитражного процессуального кодекса Российской федерации, разрешить спор с соблюдением норм материального и процессуального права.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Краснодарского края от 04.08.2020 и постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.10.2020 по делу № А32-33237/2018 отменить.

Обособленный спор направить на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

	Постановление вступает в законную силу со дня его принятия. 

Председательствующий							   С.М. Илюшников

Судьи										   А.Н. Герасименко

										   А.В. Гиданкина