ДЕСЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

117997, г. Москва, ул. Садовническая, д. 68/70, стр. 1, www.10aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

10АП-12991/2024, 10АП-12998/2024

Дело № А41-46448/18

25 сентября 2024 года

г. Москва

 

Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 сентября 2024 года 

Десятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Катькиной Н.Н.,

судей Муриной В.А., Семикина Д.С.,

при ведении протокола судебного заседания: ФИО1,

при участии в заседании:

от ФИО2: ФИО2 лично, ФИО3 по нотариально удостоверенной доверенности от 13.11.23, зарегистрированной в реестре за № 50/546-н/77-2023-3-1177,

от ФИО4: ФИО4 лично, ФИО5 по нотариально удостоверенной доверенности от 04.09.23, зарегистрированной в реестре за № 50/881-н/50-2023-3-245,

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества «Московский акционерный Банк «Темпбанк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО6 по нотариально удостоверенной доверенности от 20.12.23, зарегистрированной в реестре за № 77/486-н/77-2023-8-3948,

от конкурсного управляющего публичного акционерного общества «НОТА-Банк» Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»: ФИО7 по нотариально удостоверенной доверенности от 23.08.23, зарегистрированной в реестре за № 77/486-н/77-203-13-622,

рассмотрев в судебном заседании апелляционные жалобы ФИО2 и ФИО4 на определение Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2024 года по делу №А41-46448/18, по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Пивгород-С» о привлечении ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника,

УСТАНОВИЛ:

Конкурсный управляющий общества с ограниченной ответственностью (ООО) «Пивгород-С» ФИО8 обратился в Арбитражный суд Московской области с заявлением, в котором просил:

- признать доказанным наличие оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Пивгород-С»,

- приостановить производство по заявлению конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пивгород-С» до окончания расчетов с кредиторами (т. 1, л.д. 2-4).

Заявление подано на основании главы III.2, статьи 126 Федерального закона № 127-ФЗ от 26.10.02 «О несостоятельности (банкротстве)».

До вынесения судебного акта, которым заканчивается рассмотрение дела по существу спора, конкурсный управляющий ООО «Пивгород-С» ФИО8 в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил заявленные требования, просил привлечь в качестве соответчика ФИО2, которая в период с 06.09.12 по настоящее время является участником ООО «Пивгород-С» с долей участия 100% в уставном капитале Общества (т. 2, л.д. 8-9).

Определением Арбитражного суда Московской области от 14 марта 2022 года к участию в деле в качестве соответчика была привлечена ФИО2 (т. 2, л.д. 12).

Определением Арбитражного суда Московской области от 20 февраля 2023 года ФИО8 был освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С», конкурсным управляющим должника утверждена ФИО9.

Определением Арбитражного суда Московской области от 19 июня 2023 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2023 года, заявление конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» было удовлетворено, ФИО4, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «Пивгород-С», производство в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами (т. 3, л.д. 143-146, т. 4, л.д. 47-51).

Определением Арбитражного суда Московской области от 06 сентября 2023 года ФИО9 была освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С», конкурсным управляющим должника утвержден ФИО10.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 21 декабря 2023 года определение Арбитражного суда Московской области от 19 июня 2023 года и постановление Десятого арбитражного апелляционного суда от 15 августа 2023 года были отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд первой инстанции (т. 5, л.д. 85-90).

Определением Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2024 года заявление конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» было удовлетворено, ФИО4, ФИО2 привлечены к субсидиарной ответственности по неисполненным обязательствам ООО «Пивгород-С», производство в части определения размера субсидиарной ответственности приостановлено до формирования конкурсной массы и окончания расчетов с кредиторами (т. 7, л.д. 180-181).

Не согласившись с определением суда, ФИО2 и ФИО4 обратились в Десятый арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят определение отменить, ссылаясь на несоответствие выводов суда фактическим обстоятельствам дела (т. 8, л.д. 2-19, 34-47).

Законность и обоснованность определения суда проверены апелляционным судом в соответствии со статьями 266-268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Исследовав материалы дела и доводы апелляционной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в судебном заседании, апелляционный суд приходит к выводу о наличии оснований для отмены обжалуемого судебного акта.

Как следует из материалов дела, ООО «Пивгород-С» было зарегистрировано в качестве юридического лица 03.06.02, его единственным участником с 06.09.12 является ФИО2, которая с 19.12.02 по 30.06.10 занимала должность генерального директора Общества.

 С 02.03.18 должность генерального директора Общества занимала ФИО4 (т. 1, л.д. 20-28).

Определением Арбитражного суда Московской области от 25 июня 2018 года на основании заявления ООО «Эстафета» было возбуждено производство по делу о банкротстве ООО «Пивгород-С».

Решением Арбитражного суда Московской области от 19 февраля 2019 года ООО «Пивгород-С» было признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8

Обращаясь в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением, конкурсный управляющий ООО «Пивгород-С» указал, что контролирующими должника лицами были искажены сведения бухгалтерской отчетности в части указания размера кредиторской задолженности, не была исполнена обязанность по передаче управляющему документов должника.

Удовлетворяя заявленные требования, суд первой инстанции исходил из наличия достаточных доказательств в их подтверждение.

Апелляционный суд не может согласиться с выводами суда первой инстанции по следующим основаниям.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона N 127-ФЗ от 26.10.02 "О несостоятельности (банкротстве)" и частью 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Порядок и основания привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности установлены в главе III.2 Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.10 Закона о банкротстве если иное не предусмотрено настоящим Федеральным законом, в целях настоящего Федерального закона под контролирующим должника лицом понимается физическое или юридическое лицо, имеющее либо имевшее не более чем за три года, предшествующих возникновению признаков банкротства, а также после их возникновения до принятия арбитражным судом заявления о признании должника банкротом право давать обязательные для исполнения должником указания или возможность иным образом определять действия должника, в том числе по совершению сделок и определению их условий.

Согласно пункту 2 статьи 61.10 Закона о банкротстве возможность определять действия должника может достигаться:

1) в силу нахождения с должником (руководителем или членами органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного положения;

2) в силу наличия полномочий совершать сделки от имени должника, основанных на доверенности, нормативном правовом акте либо ином специальном полномочии;

3) в силу должностного положения (в частности, замещения должности главного бухгалтера, финансового директора должника либо лиц, указанных в подпункте 2 пункта 4 настоящей статьи, а также иной должности, предоставляющей возможность определять действия должника);

4) иным образом, в том числе путем принуждения руководителя или членов органов управления должника либо оказания определяющего влияния на руководителя или членов органов управления должника иным образом.

Пунктом 4 статьи 61.10 Закона о банкротстве закреплено, что пока не доказано иное, предполагается, что лицо являлось контролирующим должника лицом, если это лицо:

1) являлось руководителем должника или управляющей организации должника, членом исполнительного органа должника, ликвидатором должника, членом ликвидационной комиссии;

2) имело право самостоятельно либо совместно с заинтересованными лицами распоряжаться пятьюдесятью и более процентами голосующих акций акционерного общества, или более чем половиной долей уставного капитала общества с ограниченной (дополнительной) ответственностью, или более чем половиной голосов в общем собрании участников юридического лица либо имело право назначать (избирать) руководителя должника;

3) извлекало выгоду из незаконного или недобросовестного поведения лиц, указанных в пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Как указывалось выше, в период с 19.12.02 по 30.06.10 ФИО2 занимала должность генерального директора ООО «Пивгород-С», а также с 06.09.12 является его единственным участником.

С 02.03.18 должность генерального директора Общества занимала ФИО4

Таким образом, указанные лица признаются контролирующими по отношению к ООО «Пивгород-С».

В обоснование необходимости привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пивгород-С» конкурсный управляющий сослался на искажение ими данных бухгалтерской отчетности за 2018 год в части размера кредиторской задолженности и на неисполнение обязанности по передаче управляющему документов должника.

Согласно подпункту 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица в случае, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Заявитель указывает, что согласно бухгалтерскому балансу ООО «Пивгород-С» за 2018 год задолженность Общества по состоянию на 31.12.18 составляла 960 104 000 рублей, однако, в реестр требований кредиторов должника включены требования на общую сумму 4 492 989 576 рублей 48 копеек.

Из материалов дела следует, что в реестр требований кредиторов ООО «Пивгород-С» включены требования следующих кредиторов:

- ООО «Эстафета» в сумме 385 300 рублей (из них: 380 000 рублей - основной долг, 5 300 рублей - расходы по госпошлине), факт наличия которых подтвержден судебным приказом Арбитражного суда Московской области от 05 июня 2017 года по делу № А41-38855/17,

- ПАО «НОТА-Банк» в общей сумме 3 161 133 230 рублей 15 копеек, возникшие из договоров поручительства № 617/14-П-2 от 13.10.14, № 213/15-П-2 от 21.04.15, № 226/15-П-2 от 28.04.15, № 325/15-П-2 от 15.06.15, № 443/15-П-2 от 30.07.15, № 615/15-П-2 от 07.10.15, заключенных ООО «Пивдом-С» с Банком во исполнение обязательств ООО «Пивдом» по кредитным договорам,

- ПАО «Московский акционерный банк «Темпбанк» в сумме 526 369 067 рублей 81 копейка, возникшие из  договора № 144 от 27.06.16 залога товара в обороте, заключенного во исполнение обязательств ООО «Пивдом» перед Банком по кредитным договорам,

- АО «Морской акционерный банк» в сумме 90 732 328 рублей 77 копеек,  возникшие из кредитного договора 

<

***> от 26.01.18,

- ООО «Арастон» в сумме 176 630 рублей, возникшие в связи с неоплатой поставленного по товарной накладной № АР13400004 от 14.05.18 товара,

- ЗАО «Аматус» в сумме 769 686 рублей 60 копеек, возникшие в связи с неоплатой поставленного по товарной накладной № СЦ01000089 от 24.05.16 товара,

- ООО «Пивдом» в сумме 664 252 153 рубля 22 копейки (из которых 331 175 450 рублей 47 копеек - основной долг, 333 076 702 рубля 75 копеек - проценты за пользование чужими денежными средствами), возникшие из договоров уступки, аренды и купли-продажи,

- ООО «Вектор» в сумме 231 672 рубля 40 копеек, возникшие из договора субаренды № 2018/01-03 СА от 01.01.18,

- ООО «Рекорд» в сумме 1 775 787 рублей 94 копейки, возникшие из договора поставки № Р-10/15 от 01.10.15,

- ООО «Базис-Лэнд» в сумме 35 306 608 рублей 61 копейка, возникшие из договора поставки № ПС/825 от 01.03.16, 

- ООО «Домашний вкус» в сумме 5 198 100 рублей 74 копейки, возникшие из договора поставки № 2016/09-05Т от 10.09.16,

- ООО «Автострада» в сумме 6 659 010 рублей 24 копейки (из которых: 5 392 950 рублей - основной долг, 1 266 060 рублей 24 копейки - проценты за пользование чужими денежными средствами), возникшие из договора перевозки от 01.04.14,

- компании «Олив ФИО11, С.Л.» в сумме 6 861 052 рубля 71 копейка, возникшие из контракта на поставку № С/00106/14 от 05.06.14.

Таким образом, большая часть требований кредиторов к ООО «Пивгород-С» возникла, как к поручителю ООО «Пивдом», в связи с неисполнением последним своих обязательств перед банками. 

Собственные же обязательства должника перед кредиторами (в части основного долга) составляют 477 267 939 рублей 47 копеек, что не превышает сумму отраженных в бухгалтерском балансе ООО «Пивдом-С» за 2018 год обязательств должника.

В силу пункта 1 статьи 329 Гражданского кодекса Российской Федерации поручительство является одним из способов обеспечения исполнения обязательств.

По смыслу статьи 361 Гражданского кодекса Российской Федерации поручитель отвечает перед кредитором только в случае неисполнения заемщиком своих обязательств.

Выданное поручительство (заключенный договор поручительства) не отражается у поручителя в составе балансовых обязательств, так как оно не является прямым обязательством компании.

Предоставленное банку поручительство в оценке, определяемой, исходя из условий договора поручительства, отражается на забалансовом счете 009 "Обеспечения обязательств и платежей выданные" (Инструкция по применению Плана счетов бухгалтерского учета финансово- хозяйственной деятельности организаций, утвержденная Приказом Минфина России от 31.10.2000 N 94н - Инструкция № 94н).

В случае неисполнения (ненадлежащего исполнения) должником обеспеченного поручительством обязательства организация-поручитель и должник отвечают перед кредитной организацией солидарно, если иная ответственность не предусмотрена договором поручительства. 

Следовательно, предоставленное банку поручительство является условным обязательством организации (п. 1 ст. 363 ГК РФ, п. 9 Положения по бухгалтерскому учету "Оценочные обязательства, условные обязательства и условные активы" (ПБУ 8/2010), утвержденного Приказом Минфина России от 13.12.10 N 167н).

Условное обязательство не признается в бухгалтерском учете, но информация о нем подлежит раскрытию в бухгалтерской отчетности (п. 14 ПБУ 8/2010).

То есть, выданное поручительство - это «забалансовые» обязательства компании, не отражаемые ни в бухгалтерском балансе, ни в отчете о финансовых результатах хозяйствующего субъекта.

По условиям договоров поручительства, заключенных ООО «Пивгород-С» с ПАО «НОТА-Банк», Банк имеет право списывать денежные средства в сумме задолженности Заёмщика (ООО «Пивдом», ООО «Аль-Трейд») по кредитному договору со дня наступления срока уплаты, а Поручитель обязуется не позднее 1 рабочего дня, следующего за днём получения соответствующего письменного требования Кредитора, содержащего указание на факт неисполнения или ненадлежащего исполнения Заёмщиком обязательств по Кредитному договору, безусловно и в полном объёме уплатить Кредитору все причитающиеся ему по кредитному договору денежные средства без дополнительного истребования каких-либо доказательств указанного факта неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательств.

Согласно правилам бухгалтерского учета расчеты с дебиторами и кредиторами отражаются каждой стороной в своей бухгалтерской отчетности в суммах, вытекающих из бухгалтерских записей и признаваемых ею правильными.

Таким образом, до образования у основных заемщиков (ООО «Пивдом» или ООО «Аль-Трейд») задолженности перед ПАО «НОТА-Банк» и предъявления последним ОО «Пивгород-С» соответствующего требования с указанием суммы просроченной задолженности, должник не мог определить сумму своих реальных обязательств перед Банком, признать кредиторскую задолженность в составе своих личных обязательств, обладать статусом и обязанностями должника.

При этом в материалах настоящего обособленного спора отсутствуют требования от ПАО «НОТА-Банк» к поручителю об исполнении обязательств за ООО «Пивдом» и ООО «Аль-Трейд». 

Как следует из материалов дела, впервые ПАО «НОТА-Банк» предъявило требования по договорам поручительства непосредственно к ООО «Пивгород-С» только в рамках настоящего дела 06.03.19.

Таким образом, нет оснований полагать, что ООО «Пивгород-С» обязательства перед ПАО «НОТА-Банк» неправомерно не отражались в бухгалтерском балансе.

Кроме того, обязательства перед ПАО «Московский акционерный банк «Темпбанк» были обеспечены залогом имущества ООО «Пивгород-С». 

По смыслу статей 329 и 334 Гражданского кодекса залог является способом обеспечения исполнения обязательств, залогодержатель имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником обязательства, обеспеченного залогом, обратить свое взыскание на заложенное имущество. Договор залога не предусматривает переход права собственности на имущество, переданное в залог, данное имущество продолжает числиться в активе баланса залогодателя.

В бухгалтерском учете передача имущества в виде залога не признается также и расходом организации, так как не происходит уменьшения экономических выгод (п. 2 Положения по бухгалтерскому учету "Расходы организации" ПБУ 10/99, утвержденного Приказом Минфина России № 33н от 06.05.99).

Гарантии в обеспечение выполнения обязательств учитываются залогодателем на забалансовом счете 009 «Обеспечения обязательств и платежей выданные», а не в бухгалтерском балансе. Стоимость имущества, являющегося предметом залога, отражается на счете 009 в сумме, по которой оно оценено сторонами в договоре о залоге. В бухгалтерской отчетности субъекты малого предпринимательства не несут обязанности отражать информацию по забалансовым счетам.

Учитывая, что разница между суммой кредиторской задолженностью, указанной в бухгалтерском балансе за 2018 год, и суммой кредиторской задолженностью банка, включенной в реестр требований кредиторов, является гарантией в обеспечение выполнения обязательств, ООО «Пивгород-С» правомерно отражало ее на забалансовом счете, а не в бухгалтерском балансе.

Таким образом, вывод суда первой инстанции о том, что кредиторская задолженность ООО «Пивгород-С», отраженная на его балансе, не соответствует размеру обязательств должника, заявленных кредиторами в деле о банкротстве, что свидетельствует об искажении данных, является несостоятельным.

Из разъяснений пунктов 16, 17 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 53 от 21.12.17 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» следует, что под действиями (бездействием) контролирующего лица, приведшими к невозможности погашения требований кредиторов, следует понимать такие действия (бездействие), которые явились необходимой причиной банкротства должника, то есть те, без которых объективное банкротство не наступило бы. Суд оценивает существенность влияния действий (бездействия) контролирующего лица на положение должника, проверяя наличие причинно-следственной связи между названными действиями (бездействием) и фактически наступившим объективным банкротством.

Неправомерные действия (бездействие) контролирующего лица могут выражаться, в частности, в принятии ключевых деловых решений с нарушением принципов добросовестности и разумности, в том числе согласование, заключение или одобрение сделок на заведомо невыгодных условиях или с заведомо неспособным исполнить обязательство лицом ("фирмой-однодневкой" и т.п.), дача указаний по поводу совершения явно убыточных операций, назначение на руководящие должности лиц, результат деятельности которых будет очевидно не соответствовать интересам возглавляемой организации, создание и поддержание такой системы управления должником, которая нацелена на систематическое извлечение выгоды третьим лицом во вред должнику и его кредиторам.

Контролирующее должника лицо, вследствие действий и (или) бездействия которого должник признан несостоятельным (банкротом), не несет субсидиарной ответственности, если докажет, что его вина в признании должника несостоятельным (банкротом) отсутствует. Такое лицо также признается невиновным, если оно действовало добросовестно и разумно в интересах должника.

Необходимым условием возложения субсидиарной ответственности на участника является наличие причинно-следственной связи между использованием им своих прав и (или) возможностей в отношении контролируемого хозяйствующего субъекта и совокупностью юридически значимых действий, совершенных подконтрольной организацией, результатом которых стала ее несостоятельность (банкротство).

В рассматриваемом случае объективное банкротство ООО «Пивгород-С» наступило в связи с неисполнением ООО «Пивдом» - основного заемщика из группы компаний, в которую входит должник - своих обязательств по кредитным договорам.

Доказательств  того, что именно действия ФИО2 и ФИО4 привели к банкротству должника, материалы дела не содержат.

Получение поручительства от компании, входящей в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является обычной практикой, равно как и распределение прибыли и убытков внутри группы компаний для продолжения хозяйственной деятельности.

В силу правовой природы поручительства, требования к поручителю, связанные с нарушением должником основного обязательства, могут быть предъявлены кредитором лишь при неисполнении или ненадлежащем исполнении должником основного обязательства, в связи с чем возникновение обязанности поручителя по оплате неисполненного должником обязательства перед кредитором не является заранее прогнозируемой (постановление Арбитражного суда Московского округа от 19.04.24 по делу N А40-184370/2017).

Суд первой инстанции указал, что бывшим руководителем ООО «Пивгород-С» была сокрыта финансовая информация о должнике.

Так, как указал суд первой инстанции, согласно бухгалтерскому балансу за 2017 год стоимость активов должника составляет 1 644 800 000 рублей, в том числе: 442 478 000 рублей – запасы, 871 496 000 рублей – дебиторская задолженность, 327 336 000 рублей – прочие оборотные активы. 

Согласно бухгалтерскому балансу за 2018 год стоимость активов ООО «Пивгород-С» составляет 1 396 021 000 рублей, в том числе: 233 720 000 рублей – запасы, 578 444 000 рублей – дебиторская задолженность, 2 670 000 рублей – финансовые вложения, 568 085 000 рублей – прочие оборотные активы. 

Вместе с тем, по итогам проведенной конкурсным управляющим инвентаризации в конкурсную массу должника включено имущество, стоимостью только 277 306 280 рублей, из них: 276 945 520 рублей - дебиторская задолженность, запасы, финансовые вложения и прочие внеоборотные активы выявлены не были. 

Данные обстоятельства, по мнению суда первой инстанции, свидетельствуют о сокрытии бывшим руководителем ООО «Пивгород-С» финансовой информации о должнике. 

Однако, судом первой инстанции не было учтено, что согласно Положению по ведению бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности в Российской Федерации, утверждённому приказом Министерства финансов Российской Федерации от 29.07.98 № 34 Н (Положение № 34 Н), организация обязана провести инвентаризацию активов и обязательств в следующих случаях: при передаче имущества в аренду, продаже, выкупе; перед составлением годовой бухгалтерской отчетности; при смене материально- ответственных лиц; при выявлении фактов хищения; в случае стихийных бедствий; при реорганизации или ликвидации.

В соответствии с пунктом 28 Положения № 34 Н выявленные при инвентаризации расхождения между фактическим наличием имущества и данными бухгалтерского учета отражаются на счетах бухгалтерского учета в общем порядке:

а)         излишек имущества приходуется по рыночной стоимости на дату проведения инвентаризации и соответствующая сумма зачисляется на финансовые результаты у коммерческой организации или увеличение доходов у некоммерческой организации;

б)         недостача имущества и его порча в пределах норм естественной убыли относятся на издержки производства или обращения (расходы), сверх норм - за счет виновных лиц. Если виновные лица не установлены или суд отказал во взыскании убытков с них, то убытки от недостачи имущества и его порчи списываются на финансовые результаты у коммерческой организации.

Инвентаризация на предприятии может быть проведена и в иных случаях по решению руководителя.

Процедура инвентаризации включает сверку данных, числящихся по счетам бухгалтерского учета, обоснованность их отражения, проверку на наличие просроченной задолженности. Таким образом по результатам проведения инвентаризации предприятие получает объективную и реальную оценку состояния хозяйствующего субъекта, как на предмет активов, так и на предмет обязательств.

Для проведения процедуры инвентаризации расчетов, компания по общему правилу должна сформировать специальную инвентаризационную комиссию, в которую могут входить как сотрудники компании, так и привлеченные эксперты. В приказе на проведение инвентаризации следует указать причину проведения процедуры.

По результатам проведения сверки расчетов с дебиторами и кредиторами и выявления актуальных масштабов задолженности можно воспользоваться рекомендациями и оформить акт инвентаризации расчетов по форме ИНВ-17.

Инвентаризация как дебиторской, так и кредиторской задолженности проводится в разрезе каждого должника по договорам и по отдельным основаниям.

В частности необходимо проверить расчеты с поставщиками и подрядчиками, по расчетам с персоналом, с бюджетом, с участниками, по заемным обязательствам и финансовым вложениям.

Выявленные расхождения следует отразить в бухгалтерском учете соответствующими корректировочными записями по счетам и отразить в годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Поскольку согласно методическим рекомендациям по инвентаризации имущества и обязательств основными целями инвентаризации являются: выявление фактического имущества, сопоставление фактического имущества с данными бухгалтерского учета, проверка полноты отражения в учете обязательств, - можно сделать вывод о том, что одним из условий проведения процедуры инвентаризации является наличие данных бухгалтерского учета. Данные бухгалтерского учета позволят провести процедуру сопоставления данных.

Тем не менее, в отсутствие бухгалтерских регистров, общество может применить и иные процедуры, поименованные в методическим рекомендациям по инвентаризации имуществ и обязательств, а именно: выявление фактического имущества, на основании сверки с контрагентами, бюджетными учреждениями, участниками общества и сотрудниками. По результатам выявления фактических активов и обязательств  хозяйствующий субъект путем внесения корректировочных записей в учет приводит данные бухгалтерского учета компании в соответствие и отражает их в годовой бухгалтерской (финансовой) отчетности.

Период отражения корректировочных данных в бухгалтерской отчетности оформляется по правилам ведения учета, установленным для субъектов по критерию малое предприятие или крупное. Критерий отнесения субъекта к малым поименован в законе о бухгалтерском учете, и дает право вести упрощенный учет и сдавать соответствующую отчётность. Субъекты малого предпринимательства вносят исправления в учет в периоде обнаружения расхождений, не пересдавая корректировочную бухгалтерскую отчётность.

В материалах настоящего дела отсутствуют доказательства проведения конкурсным управляющим ООО «Пивгород-С» мероприятий, направленных на выявление и установление кредиторской, дебиторской задолженности Общества, а также указывающие на внесение изменений (корректировок) в отчетность и направление ее в налоговый орган.

Апелляционный суд также учитывает, что со стороны налогового органа отсутствуют какие-либо претензии в адрес ООО «Пивгород-С» относительно ведения бухгалтерского учета.

Вывод суда первой инстанции об утрате контролировавшими должника лицами товарно-материальных ценностей нельзя признать обоснованным.

Так, между ПАО «Московский акционерный банк «Темпбанк» и ООО «Пивгород-С» во исполнение обязательств ООО «Пивдом» был заключен договор № 144 от 27.06.16 залога товара в обороте.

Наличие предмета залога у должника в натуре судом установлено не было, в связи с чем требования ПАО «Московский акционерный банк «Темпбанк» в реестр требований кредиторов ООО «Пивгород-С» были включены как необеспеченные залогом имущества должника.

ФИО4 в обоснование правомерности выбытия предмета залога из владения ООО «Пивгород-С» представила в материалы дела приказ № 01112018-УТ01 от 01.11.18 о списании и утилизации товарно-материальных ценностей в связи с выявлением фактов непригодности товара для реализации (истечение срока годности), акты списания товаров от 02.11.18, 14.11.18, 16.11.18, акты об утилизации испорченной продукции от 12.11.18, 24.11.18, 07.12.18.

В силу пункта 1 статьи 472 Гражданского кодекса Российской Федерации законом или в установленном им порядке может быть предусмотрена обязанность определять срок, по истечении которого товар считается непригодным для использования по назначению (срок годности).

Товар, на который установлен срок годности, продавец обязан передать покупателю с таким расчетом, чтобы он мог быть использован по назначению до истечения срока годности, если иное не предусмотрено договором (п. 2 ст. 472 ГК РФ).

Федеральным законом № 29-ФЗ от 02.01.2000 «О качестве и безопасности пищевых продуктов» установлено правовое регулирование отношений в области обеспечения качества и безопасности пищевых продуктов, в частности порядок экспертизы и утилизации пищевых продуктов, а также материалов и изделий, контактирующих с ними.

В силу статьи 24 Закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов» владелец некачественных и (или) опасных пищевых продуктов, материалов и изделий обязан изъять их из обращения самостоятельно или на основании предписания органов государственного надзора и контроля.

В статье 25 Закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов» определено, что некачественные и (или) опасные пищевые продукты, изъятые из обращения, в целях определения возможности их утилизации или уничтожения подлежат экспертизе (в том числе санитарно-эпидемиологической, ветеринарно-санитарной, товароведческой) в случаях, определяемых Правительством Российской Федерации. Порядок экспертизы, временного хранения, утилизации, уничтожения некачественных и (или) опасных пищевых продуктов, материалов и изделий определяется Правительством Российской Федерации. На основании результатов экспертизы некачественных и (или) опасных пищевых продуктов, материалов и изделий соответствующий орган государственного надзора выносит предписание об их утилизации или уничтожении. Владелец некачественных и (или) опасных пищевых продуктов, материалов и изделий по результатам экспертизы осуществляет, в том числе с привлечением юридического лица или индивидуального предпринимателя, осуществляющих деятельность по утилизации или уничтожению таких пищевых продуктов, материалов и изделий, их утилизацию или уничтожение.

Проведение экспертизы не носит обязательный характер для всех видов пищевых продуктов, что следует из статьи 3 Закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов», в соответствии с которой в обращении могут находиться пищевые продукты, соответствующие требованиям, установленным в соответствии с законодательством Российской Федерации и прошедшие подтверждение соответствия таким требованиям (п. 1);

запрещается обращение пищевых продуктов, материалов и изделий, которые являются опасными и (или) некачественными по органолептическим показателям, которые не соответствуют представленной информации, в том числе не имеют установленных сроков годности для пищевых продуктов, или срок годности которых истек (п. 2).

Пищевые продукты, материалы и изделия, указанные в абзаце втором пункта 2 статьи 3 Закона «О качестве и безопасности пищевых продуктов», признаются опасными и утилизируются или уничтожаются без проведения экспертизы.

В соответствии с пунктом 5 статьи 5 Закона Российской Федерации № 2300-1 от 07.02.92 «О защите прав потребителей», продажа товара по истечении установленного срока годности, а также товара, на который должен быть установлен срок годности, но не установлен, запрещается.

Таким образом, владелец пищевых товаров обязан вести контроль за качеством товара, в том числе его сроком годности, и в случае истечения последнего, производить его утилизацию без экспертизы с целью недопущения доведения пищевого товара до потребителей.

В целях отражения факта списания в учете необходимо проводить инвентаризацию. Отдельно внутренним регламентом компании может быть предусмотрено составление акта списания, с указанием причины списания.

Согласно пункту 27 Положения № 34 Н, пункту 22 Методических указаний по бухгалтерскому учету материально-производственных запасов, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации № 119н от 28.12.01, при выявлении фактов порчи имущества (в том числе материально-производственных запасов, далее - МПЗ) в организации должна быть проведена инвентаризация. 

Аналогичное требование содержится в пункте 1.5 Методических указаний по инвентаризации имущества и финансовых обязательств, утвержденных приказом Министерства финансов Российской Федерации  № 49 от 13.06.95.

Просроченные (испорченные) МПЗ выявляются по результатам инвентаризации.

В пункте 3.15 раздела «Инвентаризация товарно - материальных ценностей» указано: «товарно-материальные ценности (производственные запасы, готовая продукция, товары, прочие запасы) заносятся в описи по каждому отдельному наименованию с указанием вида, группы, количества и других необходимых данных (артикула, сорта и др.)».

То есть, акт инвентаризации не содержит информации о сроке годности или каких-либо технических характеристиках товара (ценностей).

В целях бухгалтерского учета (п. 1 ст. 9 Федерального закона № 402-ФЗ от 06.11.11 «О бухгалтерском учете») установлено обязательное документирование каждого факта хозяйственной жизни организации.

Под документированием следует понимать составление документа, оформленного с обязательными реквизитами, за подписью материально ответственных лиц и лиц, ответственных за корпоративное управление.

Пунктом 4 статьи 9 Закона «О бухгалтерском учете» допускается, чтобы формы первичных учетных документов определялись руководителем экономического субъекта по представлению должностного лица, на которое возложено ведение бухгалтерского учета.

Таким образом, хозяйствующие субъекты вправе разрабатывать и утверждать формы отдельных документов с соблюдение обязательных требований, предусмотренных в качестве рекомендаций как унифицированные.

Для оформления результатов инвентаризации МПЗ можно оформить инвентаризационную опись товарно-материальных ценностей (форма № ИНВ-3), утверждённую постановлением Госкомстата России от 18.08.98 № 88).

Из изложенного следует, что списание (утилизация) товаров, в том числе с истекшим сроком годности, оформляется актом инвентаризации, актом списания ТМЦ с указанием даты составления документа и подписанием материально-ответственными лицами и лицами, ответственными за корпоративное управление компанией. В числе обязательных реквизитов, информация о сроке годности каждой списываемой единицы товара нормативными документами не предусмотрена.

Следовательно, представленные ФИО4 в материалы дела документы: приказ, акты о списании, акты об утилизации, составлены с соблюдением требований, достаточных для совершения хозяйственной операции по списанию товара и подтверждают реальность списания товара в связи с истечением его срока годности, являются основанием для изъятия из оборота (утилизации) пищевых продуктов с испорченным сроком годности.

В связи с изложенным вывод суда первой инстанции об утрате имущества должника контролирующими лицами является несостоятельным.

Материалы дела не содержат доказательств того, что снижение активов должника было вызвано виновными действиями контролировавших его лиц.

Ссылка суда первой инстанции на недействительность сделки по отчуждению товарного знака не может быть принята во внимание.

Как указал Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 21 декабря 2023 года по настоящему делу, «Приводя эпизод со сделкой должника по отчуждению исключительных прав на товарные знаки, суды не оценили ее на предмет значимости для должника, применительно к масштабам его деятельности, ее убыточность в контексте отношений должник (его конкурсная масса) – кредиторы, направленность сделки на причинение существенного вреда кредиторам, а также не определили роль каждого из ответчиков во вменяемом эпизоде и наличие совокупности условий, необходимых для привлечения ответчиков к гражданско-правовой ответственности».

Принимая обжалуемое определение, суд первой инстанции данные указания кассационного суда не исполнил, ограничившись констатацией того факта, что определением Арбитражного суда Московской области от 14 июля 2020 года, оставленным без изменения постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12 ноября 2020 года, было удовлетворено заявление конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» к ООО «ЕВРАЗИЯ» о признании сделки недействительной (договор об отчуждении исключительных прав на товарные знаки), применены последствия недействительности сделки в виде обязания ООО «ЕВРАЗИЯ» возвратить должнику товарные знаки.

Таким образом, у суда первой инстанции отсутствовали основания для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в связи с искажением бухгалтерской документации или утратой активов Общества.

В силу требований абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанные требования Закона о банкротстве обусловлены, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет управляющему получить полную и достоверную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках, исполнять обязанности конкурсного управляющего, предусмотренные пунктом 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном Законом о банкротстве.

В связи с чем, невыполнение руководителем должника без уважительной причины требований Закона о банкротстве о передаче управляющему документации должника свидетельствует, по сути, о недобросовестном поведении, направленном на сокрытие информации об имуществе должника, за счет которого могут быть погашены требования кредиторов.

Как разъяснено в пункте 24 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 53 от 21.12.17 "О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве", в силу пункта 3.2 статьи 64, абзаца четвертого пункта 1 статьи 94, абзаца второго пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве на руководителе должника лежат обязанности по представлению арбитражному управляющему документации должника для ознакомления или по ее передаче управляющему.

Арбитражный управляющий вправе требовать от руководителя (а также от других лиц, у которых фактически находятся соответствующие документы) по суду исполнения данной обязанности в натуре применительно к правилам статьи 308.3 ГК РФ. По результатам рассмотрения соответствующего обособленного спора выносится судебный акт, который может быть обжалован в порядке, предусмотренном частью 3 статьи 223 АПК РФ.

Применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее.

Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также:

невозможность определения основных активов должника и их идентификации;

невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы;

невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности. Такая передача документации (информации) не исключает возможность привлечения руководителя к ответственности в виде возмещения убытков, вызванных просрочкой исполнения обязанности, или к субсидиарной ответственности по иным основаниям.

Сама по себе непередача предыдущим руководителем новому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

В случае противоправных действий нескольких руководителей, последовательно сменявших друг друга, связанных с ведением, хранением и восстановлением ими документации, презюмируется, что действий каждого из них было достаточно для доведения должника до объективного банкротства (пункт 8 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

В соответствии с пунктом 1 статьи 7 Федерального закона N 402-ФЗ от 06.12.11 "О бухгалтерском учете" ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта.

Таким образом, в силу действующего законодательства обязанность по хранению документов бухгалтерского учета и последующей передаче их управляющему лежит на руководителе должника.

Как указывалось выше, решением Арбитражного суда Московской области от 19 февраля 2019 года ООО «Пивгород-С» было признано банкротом по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО8, орган управления должника был обязан в трёхдневный срок передать конкурсному управляющему печати и штампы, материальные ценности, бухгалтерскую и иную документацию.

Конкурсный управляющий ООО «Пивгород-С», ссылаясь на то, что руководитель должника не исполнил обязанность по передаче документов Общества управляющему, обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании документов.

Постановлением Десятого арбитражного апелляционного суда от 12 мая 2021 года заявление конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» об истребовании у генерального директора должника ФИО4 документов согласно перечню было оставлено без удовлетворения.

Названным постановлением установлено следующее:

- согласно акту приема-передачи от 25.04.19 конкурсному управляющему переданы документы, подтверждающие хозяйственную деятельность между должником и ЗАО «Аматус». Из акта приема-передачи документов от 25.04.2019, составленного между ликвидатором ФИО2 и конкурсным управляющим следует, что конкурсному управляющему переданы договор перевода долга № ПД/АМ/ПГ/1216-01 от 31.12.16 (оригинал), договор аренды № 02/ЮА-АМ-0102/2012 от 01.02.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор аренды № 03/ПАМ-70-2013 от 01.05.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор аренды № 05/ААМ-2013-02 от 01.08.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор аренды № АМТ01-08-2012 транспортного средства без экипажа от 01.08.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор аренды № АМТ-6-7-12 транспортного средства без экипажа от 06.07.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор субаренды № 04/А/0109/2012 от 01.09.11 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»), договор поставки № 711 от 15.08.12 (копия, заверенная ЗАО «Аматус»),

- как следует из акта приема-передачи от 26.03.19, подписанного ФИО4 и ликвидатором ФИО2, ФИО4 передала первичные документы, подтверждающие хозяйственную деятельность ООО «Пивгород-С» в период с 2016 по 2018 (включительно), в количестве 52 коробки без описи вложений (содержания документов),

- из материалов дела следует, что ФИО4 и ликвидатором ФИО2 была исполнена обязанность по передаче имеющихся документов и имущества, принадлежащих должнику, в подтверждении чего, представлены акты приема - передачи, квитанции и описи, подтверждающие отправку указанных документов в адрес конкурсного управляющего, а также письмо, направленное в адрес конкурсного управляющего со всеми приложениями от 23.03.21.

Таким образом, вступившим в законную силу судебным актом был установлен факт исполнения ФИО2 и ФИО4 обязанности по передаче документов ООО «Пивгород-С» конкурсному управляющему должника.

Суд первой инстанции указал, что при вынесении названного постановления не был установлен конкретный перечень документов, переданных управляющему, а только указано на передачу документов в 52 коробках.

Вместе с тем, конкурсный управляющий ООО «Пивгород-С» не представил опись полученных документов, не конкретизировал документы, необходимые ему для проведения процедуры банкротства, не обосновал невозможность принятия переданных ему документов в указанных целях, обоснованных возражений относительно полученных документов не заявил. С дополнительными требованиями к ФИО2 и ФИО4 о передаче конкретных документов управляющий также не обращался (постановление Арбитражного суда Московского округа от 03.09.2024 по делу N А41-82166/2020).

Доказательств наличия каких-либо иных документов или имущества ООО «Пивгород-С» у ФИО2 и ФИО4 и того, что они, в свою очередь, уклоняются от их передачи, не представлено.

Как указал Арбитражный суд Московского округа в постановлении от 21 декабря 2023 года по настоящему делу, «в данном случае не является обоснованным перекладывание на ответчиков бремени доказывания факта того, что документы были переданы ими не в полном объеме. Поскольку конкурсный управляющий, получив документы от ответчиков, и установив факт их не полной передачи, должен был зафиксировать переданный объем на предмет комплектности и полноты содержания, проанализировать полученные документы и определить отсутствие какой именно первичной документации влияет на формирование конкурсной массы, в том числе необходимой для взыскания дебиторской задолженности. 

В вынесенных по настоящему обособленному спору судебных актах судами не установлено, каких документов было не достаточно и как это повлияло на проведение конкурсным управляющим мероприятий банкротства и формирование конкурсной массы».

При изложенных обстоятельствах у суда первой инстанции не имелось оснований для привлечения ФИО2 и ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Пивгород-С» в связи с неисполнением обязанности по передаче документов должника.

Поскольку наличие совокупности обстоятельств, закрепленных в подпункте 2 пункта 2 стати 61.11 Закона о банкротстве, управляющим не доказано, у суда первой инстанции не имелось оснований для удовлетворения заявленных требований, в связи с чем обжалуемое определение подлежит отмене.

Руководствуясь статьями 266, 268, пунктом 3 части 4 статьи 272, статьей 271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Московской области от 03 июня 2024 года по делу № А41-46448/18 отменить.

В удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Пивгород-С» отказать.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Московского округа через Арбитражный суд Московской области в месячный срок со дня его принятия.

Председательствующий

Н.Н. Катькина

Судьи:

В.А. Мурина

Д.С. Семикин