ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-105203/2022

25 апреля 2025 года

г. Санкт-Петербург

/сд.1

Резолютивная часть постановления объявлена     17 апреля 2025 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2025 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Будариной Е.В.

судей  Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания:  секретарем судебного заседания Беляевой Д.С.;

при участии:  

генеральный директор ООО «Сталь-Череповец» - ФИО1 (паспорт);

ФИО2 – паспорт;

ф/у ФИО3 – представитель по доверенности от 07.04.2025 ФИО4;

к/у ООО «Техиндустрия» ФИО5 – паспорт;

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-7087/2025) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 04.02.2025 по делу № А56-105203/2022/сд.1 (судья  Л.Ю. Буткевич), принятое по заявлению финансового управляющего ФИО3 о признании сделки недействительной по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО6 

ответчик: ФИО2 

третье лицо: отдел опеки и попечительства администрации Муниципального образования Муниципальный округ «Коломяги» Приморского района Санкт-Петербурга

установил:

18.10.2022 общества с ограниченной ответственностью «Сталь-Череповец» (далее - ООО «Сталь-Череповец») обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее - арбитражный суд) с заявлением о признании гражданина ФИО6 (далее - ФИО6) несостоятельным (банкротом).

Определением арбитражного суда от 25.10.2022 заявление принято к производству.

Определением арбитражного суда от 29.12.2022 (резолютивная часть от 14.12.2022) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО3. Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 14.01.2023 №6.

31.07.2023 (зарегистрировано 02.08.2023) от финансового управляющего ФИО3 (далее - заявитель, финансовый управляющий ФИО3) поступило заявление, уточненное в порядке статьи 49 АПК РФ, в котором заявитель просит суд:

1) признать недействительными сделками нотариально удостоверенные соглашение об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 и дополнительное соглашение к нему от 14.03.2022 в части установления размера алиментов, превышающего одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6 или (в период отсутствия постоянного заработка) одной второй (?) однократной ставки прожиточного минимума для детей на территории Санкт-Петербурга;

2) применить последствия недействительности сделки в виде взыскания со ФИО2 необоснованно выплаченных в период с 06.08.2020 по 31.08.2024 денежных средств в размере 1 495 509,59 руб.

Определением арбитражного суда от 09.10.2024 к участию в настоящем обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен отдел опеки и попечительства администрации Муниципального образования Муниципальный округ «Коломяги» Приморского района Санкт-Петербурга.

Определением суда первой инстанции от 04.02.2025 заявление финансового управляющего ФИО3 удовлетворено.

Не согласившись с определением суда первой инстанции от 04.02.2025 ФИО2 (далее – заявитель) обратилась в Тринадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение отменить.

В обоснование доводов своей апелляционной жалобы заявитель ссылается на несоответствие выводов суда первой инстанции фактическим обстоятельствам дела.

В настоящем судебном заседании ФИО2 ходатайствовала  о приобщении дополнительных документов, остальные участники судебного процесса выразили возражения. Суд отказал в приобщении документов, в связи с тем, что документы поступили накануне судебного заседания.

ФИО2 ходатайствовала  о назначении по обособленному спору судебной почерковедческой экспертизы и о фальсификации доказательств в договоре поручительства от 01.03.2019 и в уведомлении о вручении от 18.12.2019. Остальные участники судебного процесса выразили возражения.

Рассмотрев заявление о фальсификации доказательств, порядке, предусмотренном статьей 161 АПК РФ, суд не усмотрел оснований для его удовлетворения, полагая, что содержание заявления не свидетельствует о признаках фальсификации документов и не указывает о необходимости проведения дополнительных мероприятий по проверке данного заявления и проведения экспертных и иных исследований.

На основании изложенного, апелляционная коллегия не усматривает оснований для удовлетворения ходатайств о назначении судебной экспертизы.

ФИО2 поддержала доводы, изложенные в апелляционной жалобе, остальные участники судебного процесса возражали. 

Поскольку иные лица, надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания (информация о рассмотрении дела в суде апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном частью 1 статьи 121 АПК РФ, размещена на сайте суда в сети Интернет), не явились, на основании части 1 статьи 266, части 3 статьи 156 АПК РФ жалоба рассмотрена в их отсутствие.

Повторно исследовав и оценив представленные в материалы обособленного спора доказательства в порядке статьи 71 АПК РФ, обсудив доводы апелляционной жалобы и правовых позиций иных участвующих в деле лиц, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам и отмены обжалуемого определения ввиду следующего.

В соответствии со статьей 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве и частью 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Закона.

В соответствии с пунктом 3 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий вправе, в том числе, подавать в арбитражный суд от имени должника заявления о признании недействительными сделок и решений, а также о применении последствий недействительности ничтожных сделок, заключенных или исполненных должником, иски о взыскании убытков, причиненных действиями (бездействием) руководителя должника, лиц, входящих в совет директоров (наблюдательный совет), коллегиальный исполнительный орган или иной орган управления должника, собственника имущества должника, лицами, действовавшими от имени должника в соответствии с доверенностью, иными лицами, действовавшими в соответствии с учредительными документами должника, предъявлять иски об истребовании имущества должника у третьих лиц, о расторжении договоров, заключенных должником, и совершать другие действия, предусмотренные федеральными законами и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации и направленные на возврат имущества должника.

Заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных настоящим Федеральным законом. 

В подпункте первом пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации (далее - ВАС РФ) от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 Закона о банкротстве, понимаются, в том числе действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачете, соглашение о новации, предоставление отступного и т.п.).

В силу норм пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из следующих условий:

стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской и (или) иной отчетности или учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

В соответствии с пунктом 5 Постановления № 63 для признания сделки недействительной по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве. Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

В силу статьи 2 Закона о банкротстве недостаточность имущества определяется как превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - как прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как следует из материалов обособленного спора и установлено судом первой инстанции, финансовый управляющий указал, что в ходе осуществления своих полномочий в рамках процедуры банкротства должника им были получены сведения о заключении между ФИО6 и ФИО2 и нотариальном удостоверении соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 (далее - соглашение от 06.08.2020) и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 (далее - дополнительное соглашение от 14.03.2022).

Указанным соглашением от 06.08.2020 и дополнительным соглашением к нему от 14.03.2022 стороны определили порядок проживания несовершеннолетней дочери - ФИО6 с матерью - ФИО2 и порядок выплаты алиментов должником на содержание своей несовершеннолетней дочери в твердой денежной сумме.

В соответствии с пунктом 2 спорного соглашения от 06.08.2020 должник принял на себя обязательства ежемесячно выплачивать на содержание своей несовершеннолетней дочери - ФИО6 до ее совершеннолетия алименты в размере 300 000 руб. ежемесячно.

В последующем путем заключения дополнительного соглашения от 14.03.2022 к соглашению об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 ФИО6 и ФИО2 уменьшили размер выплачиваемых алиментов до 50 000 руб. ежемесячно в связи с существенным изменением материального положения плательщика алиментов (пункт 1 дополнительного соглашения от 14.03.2022) и подтвердили выплату к моменту заключения дополнительного соглашения алиментов за февраль 2022 года в полном объеме, в том числе путем передачи получателю алиментов наличных денежных средств в сумме 280 000 руб. (пункт 2 дополнительного соглашения от 14.03.2022).

Нотариально удостоверенные соглашение об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 и дополнительное соглашение к нему от 14.03.2022 в части установления размера алиментов, превышающего одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6 или (в период отсутствия постоянного заработка) одной второй (?) однократной ставки прожиточного минимума для детей на территории Санкт-Петербурга, по мнению заявителя, являются недействительными сделками, поскольку совершены в период неплатежеспособности должника при осведомленности сторон о невозможности исполнения соглашения как на дату его заключения (06.08.2020), так и в будущем, с целью создания фиктивной кредиторской задолженности и причинения вреда кредиторам ФИО6 со злоупотреблением правом, тогда как установленная условиями спорного соглашения ежемесячная сумма алиментов является чрезмерно завышенной и превышающей разумные потребности ребенка в материальном обеспечении в отсутствие объективных, достоверных и допустимых доказательств соответствия «привычного» для ФИО6 уровня материальной обеспеченности реальным нуждам ребенка, а не являющегося излишней роскошью.

Финансовый управляющий также отметил отсутствие в материалах дела о банкротстве доказательств наличия у ФИО6 в период с 2020 года по настоящее время дохода, позволяющего исполнять обязательства по уплате алиментов в установленном соглашением от 06.08.2020 и дополнительным соглашением от 14.03.2022 размере, следовательно, заключением спорных соглашений должник принял на себя заведомо неисполнимые обязательства.

В обоснование наличия признаков неплатежеспособности должника в период заключения оспариваемых соглашений финансовый управляющий указал, что 30.01.2020 ФИО6 был задержан в рамках уголовного дела по осуществлению незаконной банковской деятельности («обналичивание» денежных средств), результатом которого стал соответствующий приговор Ленинского районного суда г. Санкт-Петербурга, а 20.07.2020 было возбуждено дело о банкротстве ООО «Техиндустрия», руководителем и единственным участником которого являлся ФИО6

Кроме того, заявитель пояснил, что ФИО6, являясь генеральным директором ООО «ТехИндустрия», в ходе осуществления предпринимательской деятельности заключал с контрагентами договоры поручительства с целью обеспечения исполнения обязательств подконтрольного ему общества (договоры поручительства с ООО «Сталь-Череповец» от 01.03.2019 и с ООО «Адамант-Сталь» от 15.10.2019).

На момент заключения оспариваемых соглашений ООО «ТехИндустрия» перестало исполнять свои обязательства перед указанными контрагентами, в связи с чем у должника как поручителя возникло обязательство погасить кредиторскую задолженность перед кредиторами ООО «ТехИндустрия», о чем ФИО6 было достоверно известно:

- с сентября 2019 года ООО «ТехИндустрия» перестало исполнять обязательства по оплате поставленного ООО «Сталь-Череповец» товара; итоговая сумма требований ООО «Сталь-Череповец» к ООО «Техиндустрия» составила 9 408 070,99 руб., что послужило основанием для обращения в суд с заявлением о банкротстве ООО «ТехИндустрия» (дело №А56-56739/2020), а также для возбуждения дела о банкротстве ФИО6; при этом согласно акту сверки между ООО «ТехИндустрия» и ООО «Сталь-Череповец» по состоянию на дату заключения оспариваемого алиментного соглашения от 06.08.2020 задолженность ООО «ТехИндустрия» перед ООО «Сталь-Череповец» составляла 9 199 125,03 руб.;

- в апелляционном определении Санкт-Петербургского городского суда от 04.03.2021 по делу №2-858/2020 среди документов-оснований возникновения задолженности ФИО6 перед ООО «Сталь-Череповец» указаны спецификации, датированные с 25.09.2019, оплаты по которым не поступили;

- 08.07.2020 Колпинским районным судом города Санкт-Петербурга в рамках дела №2-858/2020 со ФИО6 в пользу ООО «Сталь-Череповец» на основании договора поручительства от 01.03.2019 за ООО «ТехИндустрия» были взысканы денежные средства в общем размере 9 254 365,03 руб., соответствующее исковое заявление о взыскании было подано в декабре 2019 года;

- согласно исковому заявлению ООО «Адамант Сталь» по делу №А56-136589/2019 в пользу ООО «ТехИндустрия» был отгружен товар по УПД от 16.10.2019 и от 18.10.2019, оплата за который не поступила, в связи с чем на основании договора поручительства от 15.10.2019, заключенного для обеспечения обязательства ООО «ТехИндустрия» перед ООО «Адамант-Сталь», со ФИО6 в пользу ООО «Адамант Сталь» решением Фрунзенского районного суда Санкт-Петербурга от 08.02.2021 по делу №2-1089/2021 была взыскана неустойка в сумме 6 229 767,37 руб. и расходы по госпошлине в сумме 39 736 руб.; согласно указанному решению Фрунзенского районного суда города Санкт-Петербурга от 08.02.2023 между сторонами 24.07.2020 был подписан акт сверки расчетов, согласно которому сумма задолженности составляла 6 229 767,37 руб.

Как верно указал суд первой инстанции, в результате заключения спорных алиментных соглашений существенно ухудшилось финансовое положение должника при наличии у ФИО6 признаков неплатежеспособности и неисполненных обязательств перед иными кредиторами на даты совершения оспариваемых сделок. При таких обстоятельствах заключение алиментного соглашения на заведомо невозможных к исполнению условиях свидетельствует о целенаправленных действиях должника по созданию дружественной кредиторской задолженности и по выводу активов должника из его конкурсной массы, о наличии в действиях супругов признаков злоупотребления правом и о причинении в результате совершения оспариваемых сделок вреда имущественным правам кредиторов. 

В подтверждение осведомленности ФИО2 о финансовом положении и наличии признаков неплатежеспособности ООО «ТехИндустрия» и ее супруга - ФИО6 финансовый управляющий ссылается на наличие сведений о трудоустройстве ФИО2 в ООО «ТехИндустрия» в период с 2017 по 2020 год, а также в ООО «Росгайка» (подконтрольное ФИО6 общество, фигурирующее в приговоре Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга от 09.06.2021 по делу №1-94/2021 как «техническая» фирма для осуществления незаконной банковской деятельности). Кроме того, заявитель указывает на продолжение ФИО2 совместной с должником и несовершеннолетней дочерью жизни в квартире по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, кв. 335, в том числе ссылается на совместную постановку в конце января 2020 года ФИО6, ФИО2 и их несовершеннолетней дочери на регистрационный учет по адресу: Санкт-Петербург, пр. Королева, д. 73, кв. 455, а также на наличие сведений об одновременном получении в 2022 году ФИО6 и ФИО2 больничных листов в одном медицинском учреждении и у одного врача с последовательной нумерацией больничных листов. Финансовый управляющий также ссылается на совершение в период с 2021 по 2023 год ФИО6 и ФИО2 совместных поездок в г. Сочи и в Республику Дагестан, а также на подтверждение в ходе судебного заседания в рамках рассмотрения спора №А56-105203/2022/тр.4 в судебном заседании 19.04.2023 ФИО2 факта совместного проживания со ФИО6 по настоящее время.

Ввиду изложенного, установленная по отношению к должнику аффилированность ФИО2 позволяет презюмировать ее осведомленность о цели совершения должником оспариваемой сделки и перенести на ответчика обязанность доказывания обратного. При этом как на дату заключения, так и в период исполнения оспариваемых соглашений должник знал об отсутствии у него достаточных денежных средств и для выплаты алиментов в установленном соглашением размере, и для исполнения обязательств перед кредиторами, а в момент заключения соглашения от 06.08.2020 должник уже соответствовал критерию неплатежеспособности, следовательно, в рассматриваемом случае цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается.

Финансовый управляющий также ссылается на непредставление ФИО2 надлежащих и достаточных доказательств, подтверждающих необходимость ежемесячного несения расходов на содержание несовершеннолетней дочери в сумме 50 000 - 300 000 руб.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, оспариваемые соглашения при отсутствии у должника денежных средств, достаточных для погашения задолженности, были заключены не с намерением исполнить обязанности по содержанию ребенка, а с целью увеличения размера текущих требований к должнику, влекущих утрату кредиторами возможности получить удовлетворение своих требований за счет имущества должника, то есть с целью причинения вреда кредиторам. При этом заявитель пояснил, что обязанность ФИО6 по осуществлению ежемесячных отчислений в виде алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка им не оспаривается, однако размер таких отчислений должен быть законным, обоснованным и не нарушающим права третьих лиц - кредиторов должника.

Кроме того, ссылаясь на положения пункта 1 статьи 61 и пункта 1 статьи 80 СК РФ о наличии у родителей равных прав и обязанностей в отношении своих детей и об обязанности родителей содержания своих несовершеннолетних детей, финансовый управляющий указал, что ФИО2 наряду с должником несет бремя несения расходов на ребенка, в том числе за счет осуществления самостоятельной трудовой деятельности.

Из представленных в материалы обособленного спора документов, подтверждающих доходы ФИО6 от трудовой деятельности за период с 2015 по 2023 год, финансовым управляющим рассчитана сумма ежемесячного дохода должника за период с 2020 с указанием размера и источника поступления денежных средств, а также приведен расчет разумного размера алиментов за период с 06.08.2020 по 30.09.2024 (всего 503 045,14 руб.). 

Одновременно финансовым управляющим на основании анализа справки о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству №73081/21/78016-СД и выписки по счету ФИО2 в филиале «Северная Столица» АО «Райффайзенбанк» по состоянию на 31.08.2024 представлены сведения и расчет осуществленных с 06.08.2020 в пользу ФИО2 алиментных выплат от ФИО6 по оспариваемым соглашению от 06.08.2020 и дополнительному соглашению от 14.03.2022 к нему в общем размере 1 998 554,73 руб.

Таким образом, по мнению финансового управляющего, общая сумма неправомерно выплаченных в пользу ответчика денежных средств за период с 06.08.2020 по 31.08.2024 составляет 1 495 509,59 руб. (исходя из расчета: 1 998 554,73 руб. - 503 045,14 руб.).

Возражая против удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований, ФИО2 и ФИО6 указали на отсутствие доказательств наличия всей совокупности установленных в пункте 2 статьи 61.2 Закона №127-ФЗ условий, а именно:

- ответчик не знал и не мог знать о наличии неисполненных обязательств должника перед кредиторами на дату заключения оспариваемых алиментных соглашений, в том числе о задолженности ООО «ТехИндустрия» перед ООО «Сталь-Череповец» и ООО «Адамант Сталь», поскольку с 01.09.2019 фактически семейные отношения между ФИО2 и ФИО6 были прекращены, бывшие супруги совместно не проживают, совместного хозяйства не ведут, а в ООО «ТехИндустрия» ФИО2 была трудоустроена в период с 08.07.2019 по 22.07.2020 в должности маркетолога, в полномочия которого не входил мониторинг финансовой ситуации работодателя;

- на дату заключения оспариваемой сделки должник не отвечал признакам неплатежеспособности и недостаточности имущества, обладал значительным доходом, в том числе дополнительным, и недвижимым имуществом, фактически позволяющим ежемесячно обеспечивать несовершеннолетнего ребенка в сумме 300 000 руб. - 500 000 руб., в настоящее время является трудоспособным и не имеет иных несовершеннолетних детей;

- прежний уровень жизни ребенка за период с 2016 по 2020 год складывался из всестороннего развития, изучения английского языка, посещения занятий, рисования, плавания, шорт-трека, фигурного катания; ребенок был обеспечен сезонной одеждой, продуктами питания, развивающей литературой, обеспечивающими необходимое развитие предметами, детской мебелью; ребенку приобретались лекарства для лечения сезонных и детских заболеваний, оплачивались услуги логопеда, делался массаж, ЛФК, приобреталась ортопедическая обувь (доказательства в обоснование понесенных расходов, в том числе таблица расходов, копии чеков, медицинские документы на ребенка и иные, представлены ответчиком в материалы спора), в связи с чем с 2016 по 2020 год ежемесячно на нужды несовершеннолетнего ребенка тратилось от 300 000 руб. до 500 000 руб., с 2020 по 2022 год - от 130 000 руб. до 150 000 руб., с марта 2022 года - от 130 000 руб. до 190 000 руб.;

- предлагаемый заявителем расчет алиментов на несовершеннолетнего ребенка в размере ? заработка без учета иного дохода ФИО6 не может обеспечить даже базовые нужды ребенка и не соответствует уже произведенным ФИО2 фактическим затратам за период с 2020 года по настоящее время;

- необходимость обеспечения приоритетной защиты прав и законных интересов несовершеннолетних членов семьи перед интересами кредиторов применительно к положениям статьи 38 Конституции Российской Федерации пункта 3 статьи 1 СК РФ;

- злоупотребление правом со стороны кредитора по взысканию задолженности в связи с противопоставлением его интереса по возврату долга интересам детей как кредиторов должника по алиментному соглашению, в том числе с учетом необходимости выхода ФИО2 в отпуск по беременности и родам, а в дальнейшем по уходу за ребенком до полутора лет, нахождения в статусе матери-одиночки и невозможности надлежащего обеспечения несовершеннолетней дочери, второго ребенка и самого ответчика при наличии дохода лишь по пособиям по беременности и родам (примерно 50 479,80 руб./мес. в течение 140 дней), а также по уходу за ребенком (примерно 20 461,02 руб./мес. ориентировочно до 23.09.2026); кроме того, с учетом отсутствия трудоустройства второго родителя (ФИО6) и возбуждения в отношении него дела о банкротстве, то есть в отсутствие какой-либо финансовой поддержки, необходимой на обеспечение несовершеннолетнего ребенка - ФИО6, в собственности которой отсутствует жилая площадь;

- преюдиция постановления мирового судьи судебного участка №19 Приморского района Санкт-Петербурга от 27.11.2024 о назначении административного наказания по делу №5-2441/2024-19, в котором установлена вина ФИО6 в совершении неуплаты родителем без уважительных причин средств на содержание несовершеннолетнего ребенка в нарушение нотариально удостоверенного соглашения, в связи с чем оспариваемые в рамках настоящего обособленного спора соглашение от 06.08.2020 и дополнительное соглашение к нему от 14.03.2022 являются законными и обоснованными, поскольку мировой судья руководствовался ими при вынесении постановления.

Поддерживая доводы возражений ответчика и должника и возражая против удовлетворения заявленных финансовым управляющим требований, отдел опеки и попечительства администрации Муниципального образования Муниципальный округ «Коломяги» Приморского района Санкт-Петербурга в представленной в материалы спора письменной мотивированной позиции также указал на ущемление имущественных прав несовершеннолетней ФИО6 путем снижения привычного для нее уровня материальной обеспеченности в случае взыскания с ответчика в конкурсную массу должника денежных средств в размере 1 495 509,59 руб. с учетом беременности ФИО2 и отсутствия у нее достаточного дохода для содержания ребенка, что не будет отвечать интересам несовершеннолетнего ребенка.

Конкурсный управляющий ООО «ТехИндустрия» ФИО5, поддерживая доводы заявления финансового управляющего о признании сделки недействительной, представила в материалы рассматриваемого спора следующие письменные пояснения и доказательства в обоснование своей позиции:

- ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 172 УК РФ (незаконная банковская деятельность) приговором Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга от 09.06.2021 по делу №1-94/2021; из указанного приговора следует, что незаконная банковская деятельность осуществлялась ФИО6 с неустановленного времени, но не позднее чем с 02.05.2016, через компании ООО «ТехИндустрия» и ООО «Росгайка»;

- из представленных от Фонда пенсионного и социального страхования Российской Федерации сведений в отношении трудовой деятельности ФИО2 следует, что ФИО2 была трудоустроена в ООО «Росгайка» в период с 14.06.2012 по 30.06.2016, а затем в ООО «ТехИндустрия» в периоды с 15.06.2017 по 31.07.2017, с 01.11.2017 по 31.12.2018, с 01.01.2019 по 31.12.2019 и с 08.07.2019 по 22.07.2020;

- вышеуказанные сведения подтверждают, что трудовая деятельность ФИО2 всегда была связана с бухгалтерией: с 27.02.2006 по 07.08.2019 ФИО2 работала бухгалтером, в том числе главным бухгалтером, пока не устроилась в ООО «ТехИндустрия» маркетологом до 22.07.2020, после увольнения из ООО «ТехИндустрия» продолжила работать бухгалтером, являясь по образованию магистром экономики, в связи с чем ответчик не мог не знать о неплатежеспособности ФИО6 и о финансовых трудностях в ООО «ТехИндустрия»;

- вопреки доводу ФИО2 о прекращении с сентября 2019 года совместной с должником жизни в квартире по адресу: Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, кв. 335, в протоколе допроса от 30.01.2020 ФИО6 утверждает, что проживает по вышеуказанному адресу совместно с супругой и трехлетней дочерью, а согласно протоколам обыска (выемки) и осмотра указано, что в вышеуказанной (однокомнатной) квартире обнаружена папка с документами ООО «Росгайка», а также многочисленные коробки и папки с документами по деятельности ФИО6;

- вопреки позиции ФИО2 и ФИО6 о наличии у должника в 2019 году совокупного дохода в размере 8 712 649,49 руб. представлены пояснения о том, что в качестве дохода ФИО6 может быть признана только его заработная плата от ООО «ТехИндустрия», тогда как возвраты займов в отсутствие подтверждения факта их выдачи, а также поступления от физических лиц в условиях отсутствия подтверждения их обоснованности, не могут быть учтены как доходы ФИО6; выплата дивидендов от ООО «ТехИндустрия» в отсутствие обосновывающих доказательств (соответствующее решение участников общества, обоснованный расчет, доказательства оплаты налога на доходы физических лиц с полученной чистой прибыли и иные) также не подлежит учету в качестве дохода должника, равно как не подлежат учету и денежные средства в размере 10 899 885,50 убытков, взысканные в рамках обособленного спора №А56-56739/2020/уб.1, поскольку указанные средства получены ФИО6, ФИО2 и ФИО7 под отчет и не могут учитываться как личный доход должника, и денежные средства в размере 1 951 691,48 убытков, взысканные в рамках обособленного спора №А56-56739/2020/уб.2, поскольку указанные средства являются нецелевыми тратами на нужды ФИО6 со счета ООО «ТехИндустрия»;

- большая часть представленных ФИО2 документов в обоснование указанных в таблице сведений о среднемесячных расходах на содержание несовершеннолетнего ребенка в размере около 177 000 руб. не содержит сведений о плательщике, относимость указанных расходов к ФИО2 и к ФИО6 не доказана, значительная часть расходов не относится к обеспечению ребенка (каршеринг, алкогольная продукция, услуги спа-салона, строительные материалы и иные), не представлены чеки на ремонт детской комнаты в размере 1 382 426 руб. и договоры на логопеда, детский сад, занятия в платных кружках, о которых заявляет ФИО2, а также не представлены доказательства и объяснения относительно того, на какую сумму ФИО6 ежемесячно обеспечивал их несовершеннолетнего ребенка в период совместного проживания с супругой, в связи с чем ответчиком не представлено надлежащих и достаточных доказательств в подтверждение необходимости несения расходов на содержание несовершеннолетней дочери в сумме 50 000 - 300 000 руб./мес.;

- представлены пояснения в опровержение доводов ответчика и должника о фактическом прекращении семейных отношений между ними с 01.09.2019 и о фиктивности развода ФИО6 и ФИО2, в том числе: относительно продолжения проживания в квартире по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, кв. 335, совместно с супругой и ребенком даже после реализации ФИО2 07.11.2019 квартиры в пользу своей матери - ФИО8; относительно совместной постановки в конце января 2020 года ФИО6, ФИО2 и их несовершеннолетней дочери на регистрационный учет по адресу: Санкт-Петербург, пр. Королева, д. 73, кв. 455 (отметки в паспортах и справка по форме №9); относительно совместных поездок и отпусков после развода; относительно продолжения работы ФИО2 в ООО «ТехИндустрия» в период с 08.07.2019 по 22.07.2020 даже после развода и при наличии финансовых проблем у ООО «ТехИндустрия», которое находилось под руководством - ФИО6; относительно недостаточности доходов ФИО2 для покрытия расходов на несовершеннолетнего ребенка (около 181 000 руб. в месяц) с учетом наличия у ответчика с 18.06.2019 обязательств по ежемесячной выплате ипотечного кредита (с 29.04.2020 несла их единолично) в размере около 50 000 руб./мес., что свидетельствует о продолжении совместного несения расходов на общее хозяйство и общего несовершеннолетнего ребенка.

Относительно довода ответчика и должника о том, что договор поручительства от 01.03.2019 и уведомление о вручении от 18.12.2019 им не подписывались, кредиторы ООО «Сталь-Череповец» и ООО «ТехИндустрия» ссылаются на злоупотребление правом, которое направлено на затягивание судебного разбирательства и уклонение от исполнения обязательств перед кредиторами, в связи со следующим:

- требование ООО «Сталь-Череповец», основанное на договоре поручительства от 01.03.2019, впервые было заявлено в Колпинском районном суде города Санкт-Петербурга в рамках дела №2-858/2020 (конец 2020 - начало 2021 года), о рассмотрении которого должник был уведомлен надлежащим образом, однако ФИО6 довод о том, что договор поручительства от 01.03.2019 им не подписывался, не заявлял, соответствующих действий не предпринимал; по итогам рассмотрения указанного дела №2-858/2020 со ФИО6 в пользу ООО «Сталь-Череповец» задолженность по договору поручительства от 01.03.2019 была взыскана;

- договор поручительства от 01.03.2019 являлся предметом рассмотрения с 31.05.2021 в Приморском районном суде города Санкт-Петербурга в рамках дела №2-1410/2022 по заявлению ООО «Сталь-Череповец» к ФИО6 и ФИО2 о выделе доли супруга-должника и обращении на нее взыскания, однако со стороны ФИО6 также не было предпринято никаких юридически значимых действий по опровержению действительности договора поручительства от 01.03.2019;

- основанием для требования ООО «Сталь-Череповец» к ФИО6 в рамках настоящего дела о банкротстве также являлся договор поручительства от 01.03.2019, действий по опровержению которого должником не предпринималось;

- пунктом 10.6 договора поставки №32 от 07.09.2017, заключенном между ООО «ТехИндустрия» и ООО «Сталь-Череповец», предусмотрено, что физическое лицо, подписавшее данный договор от имени ООО «ТехИндустрия», считается солидарно обязанным и признается его поручителем, обязуется отвечать в том же объеме в пределах срока действия долгового обязательства, следовательно, вне зависимости от доводов ФИО6 относительно его подписи в договоре поручительства от 01.03.2019, в период с 07.09.2017 он нес солидарную ответственность по обязательствам ООО «ТехИндустрия».

Таким образом, по мнению кредиторов, бездействие ФИО6 по оспариванию договора поручительства от 01.03.2019 однозначно свидетельствуют о согласии должника на сделку и подтверждают действительность такого договора.

При этом в суде первой инстанции, генеральный директор ООО «Сталь-Череповец» как сторона договора заявил о том, что договор поручительства от 01.03.2019 является подлинным, подписан лично ФИО6 и ФИО1, а заявление о фальсификации является ничтожным.

Относительно представленного заключения специалиста ФИО9 №842/01 от 09.01.2024 в подтверждение довода о том, что договор поручительства от 01.03.2019 и уведомление о вручении от 18.12.2019 им не подписывались, представитель кредитора ООО «Сталь-Череповец» отметил, что в указанном заключении исследуется только одна подпись ФИО6 на первом листе договора от 01.03.2019. При этом в данном договоре имеются подписи ФИО6 от лица руководителя (генерального директора) ООО «ТехИндуетрия», а также одна подпись ФИО6 как от физического лица на втором листе; указанные подписи ФИО6 специалистом не проверялись.

Кроме того, кредитор ссылается на то, что подпись на уведомлении о вручении почтового отправления ставится непосредственно в почтовом отделении Почты России после проверки сотрудником отделения факта вручения отправления лично получателю (либо представителю по доверенности), в связи с чем указанное лицо подписывает уведомление о вручении. В данном случае уведомление подписано лично ФИО6, следовательно, его личность удостоверена сотрудником Почты России при вручении письма.

В подтверждение заявленных доводов руководитель ООО «Сталь-Череповец» представил в материалы спора заключения специалиста ООО «Центр независимой экспертизы «АРГУС» ФИО10 от 20.05.2024 №116/24 и специалиста Экспертно-консультационного бюро «Кольчуга» ФИО11 от 21.05.2024 №2 по результатам проведенного рецензионного исследования, согласно выводам которых в заключении специалиста №842/01 от 09.01.2024 имеются грубые системные нарушения методик проведения почерковедческой экспертизы, выражающиеся в их неприменении и неправильном применении, тогда как заключение специалиста от 09.01.2024 №842/01 не соответствует требованиям научности, обоснованности и полноты исследования, а вероятный отрицательный вывод, сделанный специалистом ЧЭУ «ГУСЭ» ФИО9 в заключении №842/01 от 09.01.2024, не обоснован.

Исследовав и оценив в предусмотренном статьями 67, 68, 71 АПК РФ порядке представленные в материалы обособленного спора доказательства, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Как указано выше, при оспаривании сделки по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве необходимо доказать наличие у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения сделки, наличие цели и фактическое причинение вреда имущественным правам кредиторов, информированность другой стороны сделки об указанных обстоятельствах.

Для признания сделки совершенной должником с целью причинения вреда своим кредиторам достаточно установить совокупность следующих обстоятельств: совершение сделки в условиях неисполнения существовавших обязательств перед кредиторами, отчуждение актива по существенно заниженной цене (или безвозмездно), аффилированность сторон сделки.

Из материалов дела о банкротстве ФИО6 видно, что оспариваемые соглашение от 06.08.2020 и дополнительное соглашение к нему от 14.03.2022 заключены между ФИО6 и ФИО2 при наличии у должника неисполненных обязательств, возникших на основании заключенных ФИО6 в качестве генерального директора ООО «ТехИндустрия» договоров поручительства с ООО «Сталь-Череповец» от 01.03.2019 и с ООО «Адамант-Сталь» от 15.10.2019, в отсутствие доказательств наличия достаточного для погашения образовавшейся задолженности подтвержденного дохода в спорный период, в том числе с учетом установленных в определении Санкт-Петербургского городского суда от 04.03.2021 по делу №2-858/2020 и в приговоре Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга по делу №1-94/2021 от 09.06.2021 обстоятельств осуществления ФИО6 незаконной банковской деятельности и обстоятельств возникновения у должника задолженности.

Согласно акту сверки от 06.08.2020 по состоянию на 25.10.2019 задолженность ООО «ТехИндустрия» (директором и поручителем которого являлся ФИО6) перед ООО «Сталь-Череповец» составляла 8 967 198,22 руб.

Впоследствии требование ООО «Сталь-Череповец», основанное на вступившем в законную силу судебном акте - определении Санкт-Петербургского городского суда по делу №33-503/2021 от 04.03.2021, в размере 9 248 375,99 руб. было включено в реестр требований кредиторов ФИО6 При этом согласно тексту указанного определения «Претензия на сумму задолженности 9 408 070 рублей 99 копеек, направленная истцом в адрес ответчика 11 декабря 2019 года, являющегося поручителем по обязательствам покупателя по договору поставки, ответчиком оставлена без ответа».

Кроме того, согласно пункту 10.6 договора поставки металлопродукции №32 от 07.09.2017 ФИО6 считается солидарно обязанным с ООО «ТехИндустрия» и признается его поручителем.

Согласно приговору Ленинского районного суда города Санкт-Петербурга по делу № 1-94/2021 ФИО6 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного пунктом «б» части 2 статьи 172 УК РФ (осуществление банковской деятельности (банковских операций) без регистрации или без специального разрешения (лицензии) сопряженное с извлечением дохода в особо крупном размере). В действительности, единственным доказательством наличия у ФИО6 законного дохода является справка 2-НДФЛ, согласно которой доход ФИО6 за 2019 год составил 2 119 553,87 руб.

При этом согласно исковому заявлению ООО «Адамант Сталь» по делу №А56-136589/2019 в пользу ООО «ТехИндустрия» был отгружен товар по УПД от 16.10.2019 и 18.10.2019, оплата за который не поступила. В результате указанного, а также на основании договора поручительства в дальнейшем со ФИО6 в пользу ООО «Адамант Сталь» были взысканы денежные средства решением Фрунзенского районного суда города Санкт-Петербурга от 08.02.2021 по делу №2-1089/2021 в размере 6 229 767,37 руб. неустойки и 39 736 руб. расходов по государственной пошлине. Следовательно, на момент заключения соглашения от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 должнику было достоверно известно о наличии у него обязательств по заключенным в обеспечение обязательств контролируемого юридического лица договоров поручительства.

Предъявление требования к контролируемому должником лицу о взыскании задолженности и нарушение этим лицом обязательств имело место в течение непродолжительного периода времени с момента совершения сделки. Исходя из изложенного, ФИО6 уже на момент заключения спорных алиментных соглашений как руководитель основного должника должен был знать о том, что ООО «ТехИндустрия» не сможет осуществить расчеты с кредиторами, доказательств обратного в материалы обособленного спора не представлено.

Согласно статье 2 Закона о банкротстве прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств, свидетельствует о неплатежеспособности должника.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в период совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные денежные обязательства в значительном объеме в отсутствие в материалах дела доказательств наличия у ФИО6 на дату и после совершения спорной сделки средств и имущества, достаточного для расчетов с кредиторами, следовательно, в действительности ФИО6 не располагал возможностью погасить образовывающуюся кредиторскую задолженность.

Относительно заключения специалиста ФИО9 №842/01 от 09.01.2024 и довода о том, что договор поручительства от 01.03.2019 и уведомление о вручении от 18.12.2019 ФИО6 не подписывались, арбитражный суд отмечает следующее.

В соответствии с частью 1 статьи 82 АПК РФ для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле. В случае если назначение экспертизы предписано законом или предусмотрено договором, либо необходимо для проверки заявления о фальсификации представленного доказательства, либо если необходимо проведение дополнительной или повторной экспертизы, арбитражный суд может назначить экспертизу по своей инициативе.

Из буквального толкования указанной процессуальной нормы следует, что данная норма является правом, а не обязанностью суда. Достаточность доказательств определяется судом, рассматривающим дело по существу. В соответствии со статьей 71 АПК РФ арбитражный суд вправе рассматривать доказательства по делу в соответствии со своим внутренним убеждением, основанным на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами.

Оценив заключение специалиста «ГУСЭ» (ЧЭУ) ФИО9 №842/01 от 09.01.2024, составленное во внесудебном порядке по копиям исследуемых документов в изображениях, без предупреждения эксперта об уголовной ответственности за дачу ложного заключения, в том числе с учетом выводов представленных в материалы спора заключений по результатам проведенных внесудебных рецензионных исследований специалистами ООО «Центр независимой экспертизы «АРГУС» ФИО10 и Экспертно-консультационного бюро «Кольчуга» ФИО11, арбитражный суд относится критически к представленному должником и ответчиком заключению внесудебного исследования.

Согласно пункту 13 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 №23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» такие заключения не признаются экспертными заключениями по рассматриваемому делу.

Кроме того, в суде первой инстанции, в ходе рассмотрения настоящего обособленного спора ходатайств о фальсификации в порядке статьи 161 АПК РФ или о проведении судебной экспертизы в порядке статьи 82 АПК РФ в отношении подписей должника в договоре поручительства от 01.03.2019 и в уведомлении о вручении от 18.12.2019 ФИО6, ФИО2 и иными лицами, участвующими в споре, заявлено не было, в связи с чем арбитражный суд на основании имеющихся в материалах спора доказательств и пояснений сторон, в том числе представленных руководителем ООО «Сталь-Череповец», пришел к выводу о недоказанности довода ответчика и должника о том, что вышеуказанные документы ФИО6 не подписывались.

Указанное свидетельствует о том, что на момент заключения оспариваемого соглашения от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 должник отвечал признакам неплатежеспособности в связи с имевшимися у него неисполненными обязательствами, в том числе по обязательствам перед кредиторами ООО «ТехИндустрия» на основании заключенных договоров поручительства; достаточных доказательств обратного в соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ ответчиком и должником в материалы рассматриваемого обособленного спора не представлено.

В силу пункта 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Согласно пункту 7 части 1 статьи 9 Федерального закона от 26.07.2006 №135-ФЗ «О защите конкуренции» группой лиц признается совокупность следующих физических лиц: физическое лицо, его супруг, родители (в том числе усыновители), дети (в том числе усыновленные), полнородные и неполнородные братья и сестры. Лица, каждое из которых по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 этой части признаку входит в группу с одним и тем же лицом, а также другие лица, входящие с любым из таких лиц в группу по какому-либо из указанных в пунктах 1 - 7 признаку, признаются группой лиц (пункт 8 части 1).

Доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. О наличии такого рода аффилированности может свидетельствовать поведение лиц в хозяйственном обороте, в частности, заключение между собой сделок и последующее их исполнение на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка.

При представлении доказательств аффилированности должника с участником процесса (в частности, с лицом, заявившем о включении требований в реестр, либо с ответчиком по требованию о признании сделки недействительной) на последнего переходит бремя по опровержению соответствующего обстоятельства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056 (6)).

Из материалов настоящего обособленного спора следует, что в рассматриваемом случае спорное алиментное соглашение от 06.08.2020 и дополнительное соглашение к нему от 14.03.2022 заключены бывшими супругами, имеющими общего несовершеннолетнего ребенка, что участниками процесса не оспаривается и не исключается фактом расторжения брака, следовательно, спорная сделка совершена в отношении заинтересованных лиц.

Кроме того, исходя из презумпции пункта 7 Постановления №63, о вышеуказанных обстоятельствах наличия у ФИО6 признаков неплатежеспособности должна была знать и супруга должника - ФИО2, в том числе с учетом наличия в материалах рассматриваемого обособленного спора сведений и доказательств осуществления ею трудовой деятельности в ООО «ТехИндустрия», связанной с бухгалтерией (в том числе на должности бухгалтера и главного бухгалтера).

Доказательства, подтверждающие отсутствие осведомленности ответчика об указанных обстоятельствах на дату совершения спорной сделки, в материалы спора не представлены, а возражения ФИО2 опровергаются представленными заявителем, конкурсным управляющим ООО «ТехИндуетрия» и руководителем ООО «Сталь-Череповец» в материалы обособленного спора пояснениями и приложенными к ним доказательствами.

Кроме того, как верно обратил внимание суд первой инстанции, вышеуказанные обстоятельства наличия признаков неплатежеспособности у должника и осведомленности его супруги о наличии таких признаков и о финансовых проблемах бывшего супруга также являлись предметом рассмотрения судами в рамках обособленного спора №А56-105203/2022/сд.2 и установлены вступившими в законную силу судебными актами.

В силу части 2 статьи 69 АПК РФ обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица, то есть имеют преюдициальное значение при рассмотрении настоящего спора.

Родители вправе заключить соглашение о содержании своих несовершеннолетних детей (соглашение об уплате алиментов) в соответствии с главой 16 СК РФ. Способы и порядок уплаты алиментов по соглашению об уплате алиментов определяются этим соглашением.

Семейный кодекс Российской Федерации закрепляет право ребенка на получение содержания от своих родителей (пункт 1 статьи 60) и корреспондирующую этому праву обязанность родителей содержать своих несовершеннолетних детей (абзац первый пункта 1 статьи 80). При этом порядок и форма предоставления содержания несовершеннолетним детям определяются родителями самостоятельно.

По общему правилу, установленному в пункте 1 статьи 81 СК РФ, ежемесячный размер алиментов, взыскиваемых на одного ребенка, составляет одну четверть от заработка и (или) иного дохода родителей.

Как разъяснено в пункте 12 Постановления №48, внесудебное соглашение об уплате алиментов может быть признано недействительным по заявлению финансового управляющего в той части, в которой предоставление, причитающееся получателю алиментов, превосходит его разумно достаточные потребности, чем причиняется ущерб интересам иных кредиторов (статья 61.2 Закона о банкротстве, статьи 10 и 168, 170 ГК РФ). Разрешая вопрос о недействительности соглашения об уплате алиментов по основаниям, связанным с нарушением этим соглашением прав и законных интересов кредиторов, суд проверяет, была ли направлена сделка на достижение противоправных целей в момент ее совершения.

В пункте 27 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 №56 «О применении судами законодательства при рассмотрении дел, связанных со взысканием алиментов» разъяснено, что размер алиментов, взыскиваемых в твердой денежной сумме на несовершеннолетних детей, определяется судом исходя из максимально возможного сохранения ребенку прежнего уровня его обеспечения с учетом материального и семейного положения сторон и других заслуживающих внимания обстоятельств.

Указанные разъяснения не содержат положений, позволяющих определять сумму алиментов произвольно, без учета реальной возможности выплатить данную сумму.

В случае добросовестного поведения стороны при заключении соглашения об уплате алиментов и установлении порядка и размера выплаты, должны были руководствоваться материальным положением должника, средним уровнем его заработка, установленными федеральным законодательством правилами определения размера алиментов с учетом интересов ребенка.

Согласно пункту 1 статьи 101 СК РФ к заключению, исполнению, расторжению и признанию недействительным соглашения об уплате алиментов применяются нормы Гражданского кодекса Российской Федерации, регулирующие заключение, исполнение, расторжение и признание недействительными гражданско-правовых сделок.

Согласно правовой позиции, изложенной Верховным Судом Российской Федерации в определении от 02.08.2018 №305-ЭС18-1570, действующее законодательство не устанавливает запрет на заключение соглашения об алиментах при наличии у плательщика алиментов признаков неплатежеспособности и кредиторской задолженности, а также не ставит в зависимость его заключение от указанных обстоятельств. Напротив, в случае банкротства такого лица требование о взыскании алиментов обладает преференцией перед иными требованиями кредиторов (пункты 2, 3 статьи 213.27 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в отличие от обычных условий в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера алиментов относительно доли от дохода, которая подлежала бы уплате по закону (статья 81 СК РФ), может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В связи с этим при разрешении такого рода споров судам необходимо обеспечить баланс интересов: с одной стороны - несовершеннолетнего ребенка в получении содержания, который должен обеспечиваться независимо от несостоятельности плательщика алиментов, с другой - кредиторов, заключающийся в недопущении недобросовестного увеличения кредиторской задолженности. Сохранение несовершеннолетнему ребенку прежнего уровня его материального обеспечения, существенно превышающего установленные законом нормы, не может быть реализовано за счет кредиторов; иной подход посягает на основы правопорядка и стабильность гражданского оборота.

Для признания сделки об уплате алиментов в качестве недействительной необходимо установить, что согласованный супругами размер алиментов носит явно завышенный и чрезмерный характер, что причиняет вред кредиторам должника. При этом следует исходить из абсолютной величины денежных средств, выделенных ребенку, и уровня доходов плательщика алиментов. Превышение размером алиментов разумных достаточных потребностей ребенка в материальном содержании (постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 14.05.2012 №11-П «По делу о проверке конституционности положения абзаца второго части первой статьи 446 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан ФИО12 и ФИО13») влечет признание соглашения недействительным в части такого превышения, но в любом случае с сохранением в силе соглашения в той части, которая была бы взыскана при установлении алиментов в судебном порядке (статья 81 СК РФ) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 27.10.2017 №310-ЭС17-9405).

В отличие от обычных условий в ситуации несостоятельности обязанного к уплате алиментов лица существенное превышение размера определенных в соглашении алиментов относительно установленного в регионе на дату его заключения размера величины прожиточного минимума для детей может вызывать у кредиторов должника обоснованные претензии, поскольку от объема первоочередных платежей зависит удовлетворение их требований в процедуре банкротства.

В настоящее время в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО6 включены требования пяти кредиторов на общую сумму 23 374 840,10 руб., в том числе требования ООО «ТехИндуетрия», ООО «Сталь-Череповец», Межрайонной ИФНС №26 по Санкт-Петербургу, ООО «Феникс» и ФИО7. Кроме того, также заявлены, но в настоящее время не рассмотрены арбитражным судом требования ПАО «Банк Финансовая Корпорация Открытие» на сумму 8 303 750 руб. (приостановлено до вступления в силу решения Приморского районного суда города Санкт-Петербурга от 21.02.2023 по делу №2-1410/2022) и ФИО2 на сумму 8 079 410,29 руб. (приостановлено до вступления в законную силу судебного акта по рассмотрению настоящего обособленного спора об оспаривании алиментного соглашения).

Как указано ранее, арбитражным судом установлено наличие у ФИО6 на момент заключения оспариваемого соглашения от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 признаков неплатежеспособности в связи с наличием неисполненных обязательств перед иными кредиторами, в том числе включенными в настоящее время в реестр требований. Кроме того, из представленных в материалы спора доказательств и пояснений сторон арбитражным судом установлен завышенный, чрезмерный характер согласованного сторонами в спорном соглашении от 06.08.2020 и в дополнительном соглашении к нему от 14.03.2022 размера алиментов в сравнении с установленным действующим законодательством размером прожиточного минимума и алиментов (статья 81 СК РФ), превышающего разумные потребности ребенка в материальном обеспечении по сравнению с действительно необходимым уровнем жизни несовершеннолетней дочери - ФИО6, а также наличие обстоятельств принятия должником мер по содержанию несовершеннолетнего ребенка, отсутствие документального подтверждения достаточного уровня дохода в спорный период, за счет которого возможно было надлежащее исполнение принятых на себя должником обязательств по выплате алиментов с учетом наличия существенного размера неисполненных обязательств перед кредиторами, что также подтверждается возбуждением исполнительного производства по взысканию с должника алиментов на содержание дочери и отраженными ФИО2 в таблице расходов сведениями, в том числе о средней сумме ежемесячных поступлений по Постановлению о расчете задолженности по алиментам от 30.08.2024 за период с 06.08.2020 по 31.08.2024 в размере 28 954,20 руб.

В обоснование позиции о соответствии размера выплаченных ФИО6 по соглашению от 06.08.2020 и дополнительному соглашению к нему от 14.03.2022 алиментов критерию разумности ФИО2 ссылается на необходимость сохранения прежнего уровня жизни ребенка, который ранее складывался из необходимости всестороннего развития, изучения иностранного языка, посещения занятий, в том числе творческих и спортивных, а также обеспечения ребенка сезонной одеждой, продуктами питания, развивающей литературой, детской мебелью, лекарствами для лечения сезонных и детских заболеваний и прочими обеспечивающими необходимое развитие предметами.

Между тем, ФИО2, в нарушение положений статьи 65 АПК РФ, в материалы спора не представлено достаточных доказательств в подтверждение расходования всей полученной по оспариваемому соглашению суммы алиментов в полном объеме на содержание несовершеннолетней дочери, в том числе с учетом приведенных в таблице расходов за 2020 - 2024 год средних сумм расходов на ребенка, а также не представлено пояснений и документов, обосновывающих необходимость несения расходов на несовершеннолетнего ребенка в размере, превышающем одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6, например, подтверждающих наличие каких-либо индивидуальных особенностей развития, здоровья, питания несовершеннолетней дочери - ФИО6, либо иных обстоятельств.

Представленный ФИО2 в материалы спора расчет ежемесячных затрат на ребенка частично не подтвержден соответствующими доказательствами (например, ремонт детской комнаты и услуги няни), а также содержит строки расходов, которые носят неразумный характер с учетом банкротства должника (например, расходы по строке «отпуск», в том числе в сумме 50 560 руб. в апреле 2023 года, в сумме 200 000 руб. в июле 2023 года, в сумме 120 000 руб. в сентябре 2023 года, в сумме 34 000 руб. в январе 2024 года, в сумме 50 000 руб. в мае 2024 года, в сумме 198 000 руб. в июле 2024 года).

Вместе с тем изложенные ФИО2 в письменной позиции от 07.10.2024 доводы, в том числе относительно осуществления ремонта детской комнаты гражданином Узбекистана, который уехал из России, в связи с чем невозможно получение подтверждающих документов, и в отношении няня, также покинувшей территорию Российской Федерации, не являются достаточными для подтверждения факта несения расходов на содержание несовершеннолетнего ребенка в указанном ответчиком размере. Кроме того, представленные ответчиком документы в подтверждение несения расходов дочери на платные образовательные услуги, в том числе посещение творческих кружков и спортивных секций, сами по себе не свидетельствуют о наличии исключительных обстоятельств применительно к положениям статьи 86 СК РФ для установления повышенного размера алиментов.

Суд первой инстанции также правомерно учтены ранее установленные в рамках иных обособленных споров по делу о банкротстве ФИО6 факты, в том числе по одновременному совершению ФИО6 и его супругой ФИО2 07.11.2019 двух безвозмездных сделок по отчуждению совместно нажитого имущества: квартиры по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, кв. 335 (по договору дарения ФИО2 в пользу своей матери - ФИО8, обособленный спор №А56-105203/2022/сд.2), и ? доли квартиры по адресу: г. Санкт-Петербург, 

<

...>, лит. А, кв. 74 (по договору дарения между ФИО6 и ФИО7, обособленный спор №А56-105203/2022/сд.3).

В пункте 13 Постановления №56 разъяснено, что при взыскании алиментов в твердой денежной сумме их размер следует определять с учетом величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения, установленной в субъекте Российской Федерации по месту жительства лица, получающего алименты, а при отсутствии указанной величины - величины прожиточного минимума для соответствующей социально-демографической группы населения в целом по Российской Федерации.

Вместе с тем порядок определения размера прожиточного минимума в конкретном регионе подразумевает учет стоимости продуктов питания, непродовольственных товаров и услуг, расходов на обязательные платежи. Таким образом, размер прожиточного минимума в любом случае формируется применительно к экономической ситуации в отдельно взятом субъекте Российской Федерации.

Величина прожиточного минимума на одного ребенка в Санкт-Петербурге установлена в размере 16 039 руб. на 2020 год, в размере 11 607 руб. на 2021 год и в размере 14 042 руб. на 2022 год.

Резюмируя изложенное, апелляционная коллегия находит правомерным вывод суда первой инстанции о наличии совокупности обстоятельств, наличие которых является основанием для признания недействительными нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 в части установления размера алиментов, превышающего одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6 или (в период отсутствия постоянного заработка) одной второй (?) однократной ставки прожиточного минимума для детей на территории Санкт-Петербурга.

Кроме того, в абзаце четвертом пункта 4 Постановления №63 содержатся разъяснения о том, что наличие специальных оснований оспаривания сделок предусмотренных статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную на основании статей 10 и 168 ГК РФ.

В пункте 1 статьи 10 ГК РФ установлен запрет на осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действий в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Указанная норма устанавливает принцип недопустимости (недозволенности) злоупотребления правом и определяет общие границы (пределы) гражданских прав и обязанностей. Суть этого принципа заключается в том, что каждый субъект гражданских правоотношений волен свободно осуществлять права в своих интересах, но не должен при этом нарушать права и интересы других лиц. Действия в пределах предоставленных прав, но причиняющие вред другим лицам, являются в силу данного принципа недозволенными (неправомерными) и признаются злоупотреблением правом.

Применение статьи 10 ГК РФ возможно при установлении судом конкретных обстоятельств, свидетельствующих о том, что лицо действовало исключительно с намерением причинить вред другому лицу, либо злоупотребило правом в иных формах.

Помимо прочего, принятие на себя дополнительного обязательства в виде алиментного соглашения с установлением явно превышающего разумные размеры алиментных выплат, не учитывающих реальные доходы должника, в условиях наличия непогашенной задолженности в существенном объеме перед иными его кредиторами, свидетельствует о недобросовестном поведении должника и ответчика в нарушение баланса интересов сторон, направленном на искусственное увеличение кредиторской задолженности, в связи с чем арбитражный суд считает возможным также применение положений статей 10, 168 ГК РФ для признания соглашения от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 недействительными в части установления размера алиментов, превышающего одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6 или (в период отсутствия постоянного заработка) одной второй (?) однократной ставки прожиточного минимума для детей на территории Санкт-Петербурга.

Согласно пункту 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную массу.

В соответствии со статьей 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке.

При расчете задолженности по уплате алиментов в соответствии с соглашением от 06.08.2020 (в том числе в редакции дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022) арбитражный суд учитывает подтвержденную сумму доходов должника за период с 2020 по 2024 год, а также рассчитанный финансовым управляющим на основании анализа справки о движении денежных средств по депозитному счету по исполнительному производству №73081/21/78016-СД и выписки по счету ФИО2 в филиале «Северная Столица» АО «Райффайзенбанк» по состоянию на 31.08.2024 размер алиментных выплат в пользу ФИО2 в общем размере 1 998 554,73 руб. Финансовым управляющим также приведен расчет разумного размера алиментов за период с 06.08.2020 по 30.09.2024 в общем размере 503 045,14 руб.

В соответствии уточненным расчетом финансового управляющего общая сумма неправомерно выплаченных в пользу ответчика денежных средств за период с 06.08.2020 по 31.08.2024 составляет 1 495 509,59 руб. (из расчета: 1 998 554,73 руб. - 503 045,14 руб.).

Расчеты финансового управляющего проверены повторно проверены апелляционной коллегией и признаны верными как по праву, так и арифметически, соответствующим фактическим правоотношениям сторон. Надлежащими доказательствами указанные расчеты не оспорены.

При указанных обстоятельствах, с учетом установления судом оснований для признания недействительными нотариально удостоверенного соглашения об уплате алиментов на содержание несовершеннолетнего ребенка от 06.08.2020 и дополнительного соглашения к нему от 14.03.2022 в части установления размера алиментов, превышающего одну четверть (?) заработка и (или) иного дохода ФИО6 или (в период отсутствия постоянного заработка) одной второй (?) однократной ставки прожиточного минимума для детей на территории Санкт-Петербурга, в качестве правового последствия признания соглашений недействительными подлежит применению взыскание с ответчика в конкурсную массу должника выплаченных в период с 06.08.2020 по 31.08.2024 денежных средств в общем размере 1 495 509,59 руб.

Ввиду изложенного суд апелляционной инстанции считает, что при рассмотрении данного спора фактические обстоятельства дела судом первой инстанции установлены правильно на основании полного и всестороннего исследования имеющихся в деле доказательств, отвечающих признакам относимости, допустимости и достаточности, проверены доводы и возражения сторон, полно и всесторонне исследованы представленные доказательства. Оснований для переоценки фактических обстоятельств дела и иного применения норм материального права у суда апелляционной инстанции не имеется.

Разрешая настоящий спор, суд первой инстанции действовал в рамках предоставленных им полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Несогласие апеллянта с выводами суда, иная оценка ими фактических обстоятельств дела и иное толкование положений закона, не означают допущенной судом при рассмотрении дела ошибки, в связи с чем нет оснований для отмены судебного акта в обжалуемой части.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно части 4 статьи 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта в обжалуемой части, судом апелляционной инстанции также не установлено.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 04.02.2025 по обособленному спору №  А56-105203/2022/сд.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.    

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий

Е.В. Бударина

Судьи

А.Ю. Слоневская

 И.В. Сотов