﻿

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8411/19 

Екатеринбург

16 июня 2020 г.

Дело № А60-36595/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2020 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 июня 2020 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Сушковой С.А.

судей Пирской О.Н., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего Батуевой Елены Сергеевны на определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2019 по делу № А60-36595/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2020 по тому же делу о признании Назаровой Марины Евгеньевны (должник) несостоятельной (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие:

финансовый управляющий Батуева Е.С. (паспорт);

представитель Назаровой М.Е. – Манчакидис Т.В. (доверенность от 04.06.2019);

Карсуков Д.М. (паспорт) и его представитель – Перевощикова Н.Е. (доверенность от 15.05.2019);

представитель Мальцева Н.А. – Перевощикова Н.Е. (доверенность от 17.05.2019).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 05.07.2018 принято к производству заявление Васильчука Дениса Ивановича о признании Назаровой М.Е. несостоятельной (банкротом).

Определением суда от 10.10.2018 заявление Васильчука Д.И. признано обоснованным, в отношении Назаровой М.Е. введена процедура реструктуризации долгов. Финансовым управляющим должника утверждена Батуева Е.С. 

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 19.02.2019 Назарова М.Е. признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим должника утвержден Батуева Е.С.

Финансовый управляющий Батуева Е.С. 30.04.2019 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительными: договора купли-продажи от 29.12.2011 квартиры общей площадью 150,9 кв. м, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. Татищева, д. 88, кв. 11, заключенного между Назаровой М.Е. и Карсуковым Дмитрием Михайловичем, договора купли-продажи от 23.06.2014 указанной квартиры между Карсуковым Д.М. и Мальцевым Никитой Анатольевичем и применении последствий их недействительности,

К участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Узиков Павел Евгеньевич, финансовый управляющий Узикова Павла Евгеньевича - Трапезников Дмитрий Владимирович.

Определением суда от 22.10.2019 в удовлетворении заявления финансового управляющего Батуевой Е.С. о признании сделок недействительными отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2020 определение суда первой инстанции от 22.10.2019 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе финансовый управляющий Батуева Е.С. (далее – заявитель) просит судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам. По мнению заявителя, в материалы дела было представлено достаточно доказательств, свидетельствующих о притворности договора купли-продажи от 29.12.2011; представленные в материалы дела документы о доходах Корсукова Д.М. не подтверждают его финансовую возможность приобрести квартиру, судами не дана оценка доводам финансового управляющего о том, что снимая деньги в валютного счета, деньги вносились Корсуковым Д.М. на рублевый счет, поэтому нельзя их учитывать дважды; действительная воля сторон при заключении договора купли-продажи от 29.11.2011 была направлена на заключение договора залога в обеспечение возврата займа от 29.12.2011, по условиям которого Узиков П.Е. получил от Карсукова Д.М. 7 000 000 руб. и возврат которых был обеспечен переоформлением сестрой заемщика – Назаровой М.Е. в собственность займодавца принадлежащей ей квартиры. Заявитель считает, что последующий договор купли-продажи от 23.06.2014 является мнимым, совершен с целью создания видимости добросовестного приобретателя, Карсуков Д.М. переоформил квартиру на своего племянника Мальцева Н.А., который не мог приобрести квартиру по рыночной стоимости, поскольку на момент совершения сделки ему было 18 лет; Мальцев Н.А. не требовал выселения из квартиры проживающей в ней семьи Назаровой М.Е. Заявитель указывает на то, что после приобретения Корсуковым Д.М., а затем Мальцевым Н.А. квартиры, в ней на протяжении более трех лет проживала семья Назаровой М.Е.; считает, что представленные ответчиками в материалы дела договоры аренды квартиры, договор займа являются сфальсифицированными, однако ответчики отказались представлять оригиналы документов для проведения экспертизы давности их изготовления, то есть уклонились от проверки заявления о фальсификации, и в такой ситуации суд должен был признать факт, который невыгоден уклоняющейся стороне, применив по аналогии положения части 3 статьи 79 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации; фактически судом первой инстанции не было принято мер по проверке заявления о фальсификации доказательств. Заявитель считает, что если бы оспариваемые сделки не были совершены, а был оформлен залог квартиры, то после возврата займа Узиковым П.Е. Корсукову Д.М. в 2012 году обременение в виде залога квартиры было бы снято и квартира поступила бы в конкурсную массу должника, что позволило бы ее реализовать и направить денежные средства на погашение требований кредиторов. 

В возражениях на кассационную жалобу Корсуков Д.М., Мальцев Н.А., Узиков П.Е. просят судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая выводы судов правильными, основанными на совокупной оценке имеющихся в деле доказательств. Узиков П.Е. указывает на то, что совершал сделку от имени Назаровой М.Е. по доверенности; Назарова М.Е. была поставлена в известность о заключении договора купли-продажи 29.12.2011 с Карсуковым Д.М., об условиях сделки и расчетах по договору, на момент заключения договора она не имела неисполненных перед кредиторами обязательств, работала в банке, имела высокую заработную плату; ею был получен весь пакет документов по сделке, подана декларация о доходах в налоговый орган, поскольку спорная квартира находилась в ее собственности несколько дней – с 17 по 29 декабря 2011 г.; указывает на то, что Узиков П.Е. заключил договор аренды на квартиру для проживания своих родителей с 01.02.2012, условием которого была обязанность арендатора оплачивать коммунальные услуги; никаких противоправных действий никто из вышеуказанных лиц не совершал.

Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положенийстатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судами, квартира общей площадью 150,9 кв.м, кадастровый (условный) номер 66:01/01:00:998:88:22, расположенная по адресу: г. Екатеринбург, ул. Татищева, д. 88, кв. 11, в 2004 году была приобретена в долевую собственность Узиковой Еленой Федоровной (1/2 доля в праве общей долевой собственности) и Узиковым Евгением Павловичем (1/2 доля в праве общей долевой собственности) - родителями Назаровой М.Е. и Узикова П.Е.

Родители Узиковы Е.Ф. и Е.П. 30.04.2009 на основании договора дарения передали в собственность безвозмездно свои доли в праве собственности на квартиру своей дочери – Назаровой М.Е. и своим внучкам Назаровой Алене Сергеевне, Узиковой Елене Павловне, Узиковой Татьяне Павловне, каждой по ¼  доли в праве общей долевой собственности.

Переход права собственности зарегистрирован за указанными лицами в едином государственном реестре недвижимости о переходе прав 20.05.2009.

По договору купли-продажи от 17.12.2011 Узиков П.Е., действующий за своих несовершеннолетних дочерей Узикову Т.П. и Узикову Е.П., и Назарова А.С. продали свои доли (по ¼) Назаровой М.Е. (покупатель); отчуждаемые сторонами 3/4 доли в праве оценены сторонами в размере 1 177 249 руб. 52 коп. исходя из инвентаризационной стоимости квартиры, определенной ЕМУП Бюро технической инвентаризации г. Екатеринбурга в размере 1 569 666 руб. 03 коп.

В итоге, единоличным собственником квартиры стала Назарова М.Е., право собственности зарегистрировано за Назаровой М.Е. 21.12.2011, номер государственной регистрационной записи 66-66-01/788/2011-504.

При этом материалами дела установлено, что должник Назарова М.Е. в квартире не была зарегистрирована и не проживала в ней; в квартире проживали ее родители - Узиковы Е.Ф. и Е.П.

29.12.2011 между Назаровой М.Е. (продавец) в лице Узикова П.Е. (ее брат), действующего по нотариальной доверенности от 29.12.2011 № 66АА 0981296, и Карсуковым Д.М. (покупатель) заключен договор купли-продажи недвижимого имущества, по условиям которого Назарова М.Е. продала Карсукову Д.М. квартиру по цене 1 569 666 руб. 03 коп.

В последующем, 06.06.2014 между Карсуковым Д.М. (продавец) и Мальцевым Н.А. (покупатель; племянник Карсукова Д.М.) заключен договор купли-продажи данной квартиры, по условиям которого квартира продана по цене 1 569 666 руб. 03 коп.

Определением суда от 05.07.2018 в отношении Назаровой М.Е. возбуждено дело о банкротстве, 10.10.2018 в отношении нее введена процедура реструктуризации долгов гражданина, решением от 19.02.2019 в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утверждена Батуева Е.С.

Полагая, что договор купли-продажи квартиры от 29.12.2011 между Назаровой М.Е. и Карсуковым Д.М. и договор купли-продажи от 06.06.2014 между Карсуковым д.М. и Мальцевым Н.А. совершены заинтересованными лицами, направлены на выбытие квартиры из собственности должника, с целью причинения вреда кредиторам должника, при злоупотреблении правами со стороны лиц, ее совершивших, финансовый управляющий Батуева Е.С. обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании их недействительными в качестве взаимосвязанных сделок, на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В обоснование заявленных требований финансовый управляющий ссылалась на притворность первоначального договора купли-продажи от 29.11.2011 спорной квартиры, прикрывающего сделку по выдаче Корсуковым Д.М. займа в размере 7 000 000 руб. Узикову П.Е.  (брату должника) по договору займа от 29.12.2011 и передачи квартиры в залог.

В материалы дела представлен договор займа от 29.12.2011, заключенный между Узиковым П.Е. (заемщик) и Карсуковым Д.М. (займодавец), по условиям которого займодавец предоставляет заемщику целевой заем в сумме 7 000 000 руб. на срок до 01.01.2013 на условиях платности и возвратности. Проценты за пользование денежными средствами составляют 210 000 руб. ежемесячно с возможностью досрочного погашения основной суммы. В пункте 6.1 договора указано, что в качестве обеспечения договора займа Назарова М.Е. (должник в настоящем деле и сестра заемщика) переоформила путем купли-продажи (по генеральной доверенности от 29.12.2011) принадлежащую ей квартиру в пользу займодавца; займодавец обязуется не совершать каких-либо сделок с данной квартирой и переоформить ее обратно после полного расчета по договору займа до 01.01.2013.

Получение Узиковым П.Е. денежных средств в сумме 7 000 000 руб. оформлено распиской в договоре займа. 

Ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности и необоснованности предъявленных требований.  Узиков П.Е. пояснил, что между ним и Карсуковым Д.М. сложились партнерские отношения по бизнесу, Карсуков Д.М. неоднократно предоставлял в займы денежные средства, 30.12.2011 по договору займа также были получены 7 000 000 руб., данный договор был исполнен 30.12.2012, при этом договор займа, составленный 29.12.2011 с условием об оформлении договора купли-продажи квартиры в обеспечение данных обязательств, фактически был аннулирован, поскольку было принято решение о продаже квартиры, и квартира была продана Карсукову Д.М. по договору купли-продажи от 29.12.2011 по рыночной стоимости 12 300 000 руб.; денежные средства в сумме 12 300 000 руб. были переданы Узикову П.Е. в банке, о чем имеется расписка; всего от Карсукова Д.М. было получено 19 300 000 руб.  Начиная с 01.02.2012, данная квартира была арендована у Карсукова Д.М. для проживания в ней родителей Узиковых Е.Ф. и Е.П., а в дальнейшем арендована у Мальцева Н.А.; в 2015 году квартира была освобождена; интересы Назаровой М.Е. и ее кредиторов не были ущемлены сделками купли-продажи; на момент оформления договора купли-продажи от 29.12.2011 у Назаровой М.Е. не имелось неисполненных денежных обязательств перед кредиторами.  

Суды, руководствуясь пунктом 7 статьи 213.9, пунктами 1.2 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) с учетом положений пункта 13 статьи 14 Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ «Об урегулировании особенностей несостоятельности (банкротства) на территориях Республики Крым и города федерального значения Севастополя и о внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», пришли к правильному выводу о том, что оспариваемые сделки, совершенные до 01.10.2015 гражданином (должником), не являющимися индивидуальным предпринимателем, не могут быть оспорены по специальным нормам Закона о банкротстве, а могут быть оспорены по общим основаниям статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Рассмотрев заявленные требования по существу, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для их удовлетворения, исходя из следующего.

Согласно пункту 3 и 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно. Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерациине допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 60)  разъяснено, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение управомоченного лица по осуществлению принадлежащего ему гражданского права, сопряженное с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации пределов осуществления гражданских прав, причиняющее вред третьим лицам или создающее условия для наступления вреда. При этом с учетом разъяснений, содержащихся в названном постановлении Пленума, обязательным признаком сделки для целей квалификации её как ничтожной в соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации является направленность такой сделки на нарушение прав и законных интересов кредиторов.  

Указанная норма предполагает недобросовестное поведение (злоупотребление правом) обеих сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом сделок такого рода. Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны имели умысел на реализацию какой-либо противоправной цели.

В соответствии с пунктом 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации притворная сделка, то есть сделка, которая совершена с целью прикрыть другую сделку, в том числе сделку на иных условиях, ничтожна. К сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом существа и содержания сделки применяются относящиеся к ней правила.

В пунктах 87, 88 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» указано, что в связи с притворностью недействительной может быть признана лишь та сделка, которая направлена на достижение других правовых последствий и прикрывает иную волю всех участников сделки. Намерения одного участника совершить притворную сделку для применения указанной нормы недостаточно. Притворной сделкой считается также та, которая совершена на иных условиях. Применяя правила о притворных сделках, следует учитывать, что для прикрытия сделки может быть совершена не только одна, но и несколько сделок. В таком случае прикрывающие сделки являются ничтожными, а к сделке, которую стороны действительно имели в виду, с учетом ее существа и содержания применяются относящиеся к ней правила.

Как указано выше, между Назаровой М.Е. (продавец) в лице Узикова П.Е. (ее брат), действующего по нотариальной доверенности от 29.12.2011 № 66АА 0981296, и Карсуковым Д.М. (покупатель) заключен договор купли-продажи  квартиры от 29.12.2011, по условиям которого квартира продана Назаровой М.Е. Карсукову Д.М. по цене 1 569 666 руб. 03 коп.

Финансовый управляющий, обращаясь в арбитражный суд с требованием о признании договора купли-продажи от 29.12.2011 недействительным, указывала в том числе на неравноценное встречное предоставление, ссылалась на то, что квартира продана за 1 569 666 руб. 03 коп., тогда как согласно отчету ООО «Оценочная компания «ValueGroup» № 19126 рыночная стоимость квартиры по состоянию на 29.11.2011 составляет 13 109 438 руб., при этом на момент заключения договора от 29.11.2011 должник имела обязательства перед публичным акционерным обществом «Связь банк» (далее – общество «Связь банк») по кредитному договору от 04.08.2011, которые впоследствии перестала исполнять.

При этом судами установлено, что согласно представленной в материалы дела расписке от 29.12.2011 Узиков П.Е., действуя по генеральной доверенности за Назарову М.Е., получил от Карсукова Д.М. по договору купли-продажи от 29.12.2011 денежные средства в размере 12 300 000 руб., расписка также содержит пояснения о том, что стоимость квартиры занижена по просьбе Узикова П.Е. в целях «снижения налогового бремени». Денежные средства передавались Карсуковым Д.М. Узикову П.Е. в банке УБРиР по адресу: г. Екатеринбург, ул. Мичурина, 239, в котором Карсуков Д.М. хранил денежные средства в банковской ячейке.

Переход права собственности зарегистрирован 26.01.2012, номер государственной регистрационной записи 66-66-01/849/2011-647.

В общей сложности, в период с 29.12.2011 по 30.12.2011 Узиков П.Е. получил от Карсукова Д.М. по договору купли-продажи квартиры и по договору займа денежные средства в сумме 19 300 000 руб.

В подтверждение финансовой возможности предоставления денежных средств в указанных суммах Карсуковым Д.М. представлены: договор купли-продажи от 25.02.2010 встроенного нежилого помещения, на основании которого им был продан объект недвижимости за 6 200 000 руб.; договор купли-продажи от 20.04.2009 встроенного нежилого помещения ценой продажи 12 500 000 руб., представлены документы о принадлежности данных нежилых помещений на праве собственности Карсукову Д.М., справки о доходах от предпринимательской деятельности (зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя с 18.01.2008), в том числе: за 2008 год доходы составили 2 128 101 руб. 82 коп., за 2009 год - 1 131 733 руб. 46 коп., за 2010 год - 1 920 919 руб. 05 коп., за 2011 год - 1 318 153 руб. 27 коп.

Оценив данные документы в их совокупности, суды признали их достаточными доказательствами, позволяющими сделать вывод о наличии у Карсукова Д.М. финансовой возможности предоставить Узикову П.Е. денежные средства в указанном размере и с учетом представленных договора купли-продажи от 29.12.2011, расписки от 29.12.2011, пришли к выводу, что не имеется оснований полагать, что квартира была продана по нерыночной стоимости.

При этом исследовав материалы дела, суды пришли к выводу, что финансовым управляющим не доказан факт того, что продажа спорной квартиры 29.12.2011 могла нарушить права кредиторов Назаровой М.Е.

Судами установлено, что между Назаровой М.Е. и обществом «Связь-Банк» кредитный договор № 1686/2011 на получение кредита в размере 4 674 097 руб., с процентной ставкой по кредиту 16% годовых, сроком на 180 месяцев  заключен  04.08.2011. При этом данный кредит был обеспечен залогом недвижимого имущества - 3-комнатной квартирой, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. Татищева, д. 90, кв. 100, принадлежащей на праве собственности Назаровой М.Е. Просроченная задолженность по кредитному договору перед банком образовалась у Назаровой М.Е. с 28.02.2013.

Решениями Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 27.02.2015, 23.01.2017 и 21.03.2018 с Назаровой М.Е. в пользу  общества «Связь-Банк» взыскана задолженность по кредитному договору от 04.08.2011 № 1686/2011.

Решением Верх-Исетского районного суда г. Екатеринбурга от 27.02.2015  обращено взыскание на заложенное имущество: 3-комнатную квартиру расположенную по адресу: г. Екатеринбург, ул. Татищева, д. 90, кв. 100, определен способ реализации квартиры путем продажи с публичных торгов, определена начальная стоимость квартиры в размере 9 684 807 руб. 04 коп.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.01.2019 по настоящему делу в реестр требований кредиторов должника – Назаровой М.Е.  включены требования общества «Связь-Банк» в размере 8 069 459 руб. 86 коп. как обеспеченные залогом имущества должника: 3-комнатной квартирой, расположенной по адресу: г. Екатеринбург, ул. Татищева, д. 90, кв. 100.

Установив данные обстоятельства, которые свидетельствуют о том, что при заключении кредитного договора от 04.08.2011 с обществом «Связь-Банк» его требования были обеспечены залогом иной квартиры должника Назаровой М.Е., оценочная стоимость которой более чем в два раза превышала размер выданного ей кредита, учитывая, что сведений о наличии каких-либо неисполненных (просроченных) обязательств на дату совершения сделки по отчуждению спорной квартиры в 2011 году, в материалы дела не представлено, суды пришли к обоснованному выводу о том, что не имеется оснований полагать, что договор купли-продажи от 29.12.2011 заключен сторонами с намерением причинить вред кредиторам Назаровой М.Е.; оспариваемая сделка купли-продажи спорной квартиры, совершенная должником Назаровой М.Е., не могла нарушить права кредитора – общества «Связь-Банк», требования которого были обеспечены залогом иного недвижимого имущества, что опровергает доводы финансового управляющего о наличии в действиях сторон злоупотребления гражданскими правами.

Судами указано на то, что оформление между Карсуковым Д.М. (займодавец) и Узиковым П.Е. (заемщик) договора займа от 29.12.2011 на сумму 7 000 000 руб. с указанием в качестве обеспечения возврата займа на заключение с Назаровой М.Е. оспариваемого договора купли-продажи спорного недвижимого имущества от 29.12.2011, не свидетельствует о совершении спорных договоров Назаровой М.Е. с противоправной целью недопущения обращения на него взыскания для удовлетворения требований кредиторов, поскольку финансовым управляющим не доказано наличие у должника неисполненных обязательств перед кредиторами на момент отчуждения недвижимого имущества. Судами установлено, что кредитные договоры были заключены должником с обществом «Связь-Банк» 04.08.2011, с публичным акционерным обществом «СКБ-Банк» 28.12.2010 и 07.04.2011, доказательств того, что на момент заключения оспариваемой сделки 29.12.2011 у должника имелась просроченная задолженность по кредитным договорам, не представлено.

Финансовым управляющим также заявлено о мнимости договора купли-продажи спорной квартиры от 06.06.2014, заключенного между Карсуковым Д.М. (продавец) и Мальцевым Н.А. (покупатель).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна. Данная норма подлежит применению в том случае, если все стороны, участвующие в сделке, не имеют намерений ее исполнять или требовать ее исполнения.

Для признания сделки недействительной на основании указанной нормы необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий и, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнять либо требовать ее исполнения. 

Учитывая, что материалами дела не доказан факт недействительности (ничтожности) первоначального договора купли-продажи от 29.12.2011 по отчуждению должником квартиры в пользу Карсукова Д.М., принимая во внимание наличие значительного временного разрыва между первой и второй сделкой (более двух с половиной лет), учитывая, что Карсуков Д.М. вправе распоряжаться своей собственностью по своему усмотрению, при этом в материалы дела представлены пояснения Карсукова Д.М., Мальцева Н.А. и Узикова П.Е. о том, что фактически квартира была приобретена Мальцевым Н.А. за 10 000 000 руб. на денежные средства матери Мальцева Н.А. – Мальцевой Е.М., о чем представлена расписка от 06.06.2014 и представлены документы о финансовой возможности Мальцевой Е.М. профинансировать покупку квартиры для своего сына за 10 000 000 руб., суды признали несостоятельными доводы финансового управляющего о мнимости данного договора купли-продажи от 06.06.2014 и взаимосвязанности сделок, объединенных единой целью выводы актива должника.

Судами также исследованы доводы финансового управляющего о том, что фактически в спорной квартире проживали супруги Узиковы, оценены пояснения  Карсукова Д.М., Мальцева Н.А., Узикова П.Е. о проживании Узиковых в квартире до весны 2015 года на основании договора аренды от 01.02.2012, заключенного Узиковым П.Е. (арендатор) с Карсуковым Д.М., и затем на основании договора аренды от 01.07.2014, заключенного с Мальцевым Н.А., оценены представленные в их обоснование указанные договоры аренды, передаточные акты о передаче жилого помещения арендатору, и пришли к выводу, что данные обстоятельства свидетельствуют о том, что договоры купли-продажи квартиры являлись реальными, собственники квартиры вступили во владение и использовали имущество путем передачи его в аренду; то обстоятельство, что в квартире какой-то период времени проживали супруги Узиковы не свидетельствует о мнимости (ничтожности) договора купли-продажи от 06.06.2014.

Установив данные обстоятельства, суды признали недоказанной совокупность условий для признания сделок недействительными в порядке статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Доводы заявителя кассационной жалобы о том, что судом первой инстанции не было рассмотрено заявление о фальсификации договора аренды квартиры от 01.02.2012, договора займа от 30.12.2011, не принимаются как противоречащие материалам дела. Как видно из материалов дела, финансовым управляющим было заявлено о фальсификации указанных доказательств, было заявлено ходатайство о проведении судебной экспертизы по давности изготовления подписи Узикова П.Е. на данных документах, об истребовании оригиналов документов. Данное заявление рассмотрено судом первой инстанции в порядке статьи 161 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации; суд разъяснил сторонам уголовно-правовые последствия заявления о фальсификации, предупредил  Карсукова Д.М. об уголовной ответственности за фальсификацию, финансового управляющего об уголовной ответственности за клевету, что отражено в протоколе судебного заседания. Карсуковым Д.М. заявлен отказ от исключения указанных доказательств из материалов дела, заявлено об отсутствии у него оригиналов документов, в связи с чем финансовый управляющий ходатайство о проведении экспертизы не поддержал. С учетом данных обстоятельств суд первой инстанции рассматривал дело по имеющимся в деле копиям документов, что не противоречит положениям статьи 75 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Иные доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку выводов не опровергают и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены обжалуемого судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции следует оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 22.10.2019 по делу № А60-36595/2018 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.01.2020 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу финансового управляющего Батуевой Елены Сергеевны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий				С.А. Сушкова 

Судьи						О.Н. Пирская 

                                             				Ю.В. Кудинова