АРБИТРАЖНЫЙ СУД КРАСНОЯРСКОГО КРАЯ

 

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ

РЕШЕНИЕ

27 июня 2022 года

Дело № А33-21058/2021

Красноярск

Резолютивная часть решения объявлена в судебном заседании 20.06.2022 года.

В полном объёме решение изготовлено 27.06.2022 года.

Арбитражный суд Красноярского края в составе судьи Дранишниковой Э.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Аркада 21» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) о взыскании задолженности;

с участием в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора: Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), Федеральной налоговой службы (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>);

в присутствии в судебном заседании:

- от ответчика: ФИО1, полномочия подтверждаются доверенностью от 10.01.2022;

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО2,

установил:

публичное акционерное общество «Сбербанк России»  (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд Красноярского края с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Аркада 21» (далее – ответчик) о взыскании задолженности по кредитному договору № 

<

***> от 15.07.2020 в размере 844 387,03 руб., из которых: 76 722,42 руб. – просроченный долг по процентам, 501 460,14 руб. – просроченный ссудный долг, 6 559,55 руб. – неустойка по процентам, 259 644,92 руб. – неустойка по ссудному долгу.

Определением от 18.08.2021 исковое заявление принято к рассмотрению, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Государственная корпорация развития «ВЭБ.РФ», Федеральная налоговая служба.

В ходе рассмотрения спора судом удовлетворено ходатайство истца об уменьшении размера исковых требований, истец просил взыскать задолженность в размере 263 795,03 руб., из которых: 4 150,11 руб. – неустойка по процентам, 259 644,92 руб. – неустойка по ссудному долгу. От требований о взыскании ссудного долга и процентов истец не отказывался.

Дело рассмотрено в заседании, состоявшемся 20.06.2022, с участием представителя ответчика. Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте судебного разбирательства, не явились в судебное заседание. Сведения о дате и месте слушания размещены на официальном сайте Арбитражного суда Красноярского края в сети Интернет. Процессуальных препятствий для проведения заседания и рассмотрения спора по существу не установлено.

При рассмотрении дела установлены следующие, имеющие значение для рассмотрения спора, обстоятельства.

В соответствии с Правилами предоставления субсидий из федерального бюджета российским кредитным организациям на возмещение недополученных ими доходов по кредитам, выданным в 2020 году юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям на возобновление деятельности, утв. Постановлением Правительства РФ от 16.05.2020 N 696 (далее – Правила предоставления субсидий), между сторонами был заключен кредитный договор № 

<

***> от 15.07.2020, по условиям которого ответчику был предоставлен кредит в пределах кредитного лимита 6 209 096 руб.

Исполнение обязательств обеспечено поручительством Государственной корпорации развития «ВЭБ.РФ» по договору поручительства № 07/1357 от 01.06.2020.

Кредитный договор предусматривает различные режимы (совокупность условий) исполнения обязательств по договору в зависимости от периода пользования кредитом и соблюдения определенных условий, установленных договором. Такие режимы обозначены в договоре как «базовый период», «период наблюдения», «период погашения». Различие между указанными режимами состоит в размере применяемой ставки кредитования, а также в порядке и сроках погашения задолженности.

Базовый период – период с даты заключения договора по 01.12.2020, период наблюдения – период с 01.12.2020 по 31.03.2021, период погашения – период продолжительностью 3 месяца по окончании базового периода, либо по окончании периода наблюдения, в случае, если кредитором не принято решение о списании задолженности заемщика, в который заемщиком осуществляется возврат кредитору основного долга, уплата процентов и других платежей в размере, в сроки и на условиях договора.

Период наблюдения по договору начинается по окончании базового периода при соблюдении следующих условий:

- численность работников заемщика в течение базового периода на конец одного или нескольких отчетных месяцев составляет не менее 80% численности работников заемщика по состоянию на 1 июня 2020 г.;

- в отношении заемщика по состоянию на 25 ноября 2020 г. не введена процедура банкротства, либо деятельность заемщика не приостановлена в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, либо заемщик - индивидуальный предприниматель не прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

На базовый период и период наблюдения устанавливается процентная ставка за пользование выданным траншам в размере 2% годовых. Начисленная сумма процентов за период с даты заключения договора до наступления периода погашения переносятся в основной долг на дату окончания базового периода, а также на дату окончания периода наблюдения. Сумма процентов, начисленная за базовый период и период наблюдения, и не уплаченная в течение базового периода и периода наблюдения, не уплачиваются в указанные периоды, а включаются (увеличивают) сумму кредита установленного лимита кредитования (задолженности по основному долгу) и погашаются в период погашения в даты погашения задолженности по кредитной линии (основному долгу) ежемесячно равными долями в сумме, согласно формуле, предусмотренной пунктом 3 кредитного договора. На период погашения устанавливается стандартная процентная ставка в размере 15% годовых.

В случае наступления периода погашения после базового периода без перехода на период наблюдения кредит подлежит погашению до 01.03.2021. В случае наступления периода погашения после перехода на период наблюдения кредит подлежит погашению до 30.06.2021.

По окончании базового периода договор переводится на период наблюдения при соблюдении следующих случаев:

- численность работников заемщика в течение базового периода на конец одного или нескольких отчетных месяцев составляет не менее 80% численности работников заемщика по состоянию на 1 июня 2020 г.;

- в отношении заемщика по состоянию на 25 ноября 2020 г. не введена процедура банкротства, либо деятельность заемщика не приостановлена в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, либо заемщик - индивидуальный предприниматель не прекратил деятельность в качестве индивидуального предпринимателя.

При невыполнении любого из вышеуказанных условий договор переходит на период погашения. Кредитор направляет заемщику в срок до 30.11.2020 уведомление о наступлении периода погашения с даты, следующей за датой окончания базового периода.

По окончании периода наблюдения договор переводится на период погашения в случае, если кредитором не принято решение об освобождении заемщика от обязанностей по договору, либо принято решение кредитором об освобождении заемщика от обязанностей по договору в размере 50% от сформировавшейся задолженности на дату окончания периода наблюдения.

Период погашения начинается с 01 апреля 2021 г. и заканчивается 30 июня 2021 г. (включительно). Кредитор направляет заемщику в срок до 31 марта 2021 г. уведомление о наступлении периода погашения с даты, следующей за датой окончания периода наблюдения.

Согласно пункту 7 кредитного договора в случае наступления периода погашения с даты, следующей за датой окончания периода наблюдения, погашение кредита производится в валюте кредита по следующему графику погашения кредита: 30.04.2021, 30.05.2021 и 30.06.2021 в размере 1/3 от ссудного долга с процентами, начисленными в базовый период и период наблюдения.

Заемщик освобождается от обязанностей по возврату кредитору полученного кредита и уплате процентов за пользование им и других платежей при соблюдении одновременно следующих условий:

а) в отношении заемщика на дату завершения периода наблюдения не введена процедура банкротства, деятельность заемщика не приостановлена в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации, а заемщика - индивидуальный предприниматель не должен прекратить деятельность в качестве индивидуального предпринимателя;

б) численность работников заемщика в течение периода наблюдения на конец каждого отчетного месяца составляет не менее 80% численности работников по состоянию на 1 июня 2020 г.;

в) средняя заработная плата, выплачиваемая одному работнику заемщика, в течение периода наблюдения, определяемая с использованием информационного сервиса Федеральной налоговой службы, не может быть менее минимального размера оплаты труда;

г) принято решение кредитора о списании задолженности заемщика перед кредитором в порядке, установленном Правилами предоставления субсидий.

Освобождение от обязанностей осуществляется в следующем размере:

- 100% от сформировавшейся задолженности на дату окончания периода наблюдения в случае, если отношение численности работников заемщика, определенной кредитором на основании сведений, размещенных в информационном сервисе Федеральной налоговой службы по состоянию на 01 марта 2021 г., к численности работников заемщика, определенной на основании сведений, размещенных в информационном сервисе Федеральной налоговой службы по состоянию на 01 июня 2020 г., составляет не менее 90% (включительно);

- 50% от сформировавшейся задолженности на дату окончания периода наблюдения в случае, если отношение численности работников заемщика, определенной кредитором на основании сведений, размещенных в информационном сервисе Федеральной налоговой службы по состоянию на 01 марта 2021 г., к численности работников, определенной кредитором на основании сведений, размещенных в информационном сервисе Федеральной налоговой службы по состоянию на 01 июня 2020 г., составляет не менее 80%.

Предоставление кредита подтверждается представленными истцом платежными поручениями и выпиской по счету. Общий размер перечисленных денежных средств составил 6 209 096 руб.

Согласно сведениям, предоставленным ФНС России, заявка на кредитование с использованием субсидирования была сформирована 08.06.2020. При расчете максимальной суммы кредита принималась во внимание численность работников ответчика по состоянию на 01.06.2020 по информации, отраженной в отчетах СЗВ-М. Согласно предоставленных ответчиком в Пенсионный фонд отчетов по форме СЗВ-М по состоянию на дату обращения в банк численность его работников составила 73 человека.

При этом в предоставленном письменном ответе содержится сводная информация о численности работников ответчика за период с апреля по октябрь 2020 г., отраженная в информационном сервисе ФНС России в момент перевода кредитного договора на период погашения: апрель (сведения размещены 29.05.2020) и май (сведения размещены 17-24 июня 2020 г.) – 74, июнь (сведения размещены 28.07.2020) – 59, июль (сведения размещены 02.09.2020), август (сведения размещены 01.10.2020) и сентябрь (сведения размещены 03.11.2020) – 56, октябрь (сведения размещены 24.11.2020) – 57. Последнее размещение в информационном сервисе сведений за период апрель-октябрь 2020 г. осуществлено 24.12.2020.

В связи со снижением численности работников ответчика до 56 человек, истец усмотрел нарушение условий кредитного договора и перевел договор на период погашения, потребовав погашения задолженности. Поскольку требования не были удовлетворены в добровольном порядке, истец обратился в суд с заявленным иском. При этом в ходе рассмотрения спора в материалы дела представлены доказательства погашения ссудного долга и задолженности по процентам (платежные поручения от 04.03.20291, 15.09.20-21, 17.09.2021). В связи с чем истец настаивал на взыскании с ответчика задолженности по оплате неустойки.

Исследовав представленные доказательства, оценив доводы присутствующих в заседании лиц, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Правоотношения сторон регулируются положениями параграфов 1-2 главы 42 Гражданского кодекса РФ (далее - ГК РФ). У ответчика возникли кредитные обязательства, содержание которых заключалось в возврате кредита и оплате процентов за пользование кредитом в сроки и на условиях, предусмотренных договором. При этом кредит был предоставлен в соответствии с вышеупомянутыми Правилами предоставления субсидий.

Суть рассматриваемого спора сводилась к тому, что ответчик был не согласен с решением банка перевести кредитный договор на период погашения с последующим предъявлением требования о погашении задолженности, полагая, что банк должен был списать задолженность в соответствии с условиями кредитного договора (освобождение от обязательств по возврату кредита и оплате процентов). Разногласия сторон возникли по поводу оценки обстоятельств, связанных с обеспечением ответчиком поддержания требуемого Правилами предоставления субсидий уровня численности его работников. Истец исходил из того, что ответчик допустил снижение численности работников более чем на 20% (с 73 до 56), что является критическим и позволяет банку перевести договор на период погашения. Ответчик же возражал, ссылаясь на то, что по состоянию на 01.06.2020 фактически у него было трудоустроено не 73 работника, а 58.

Истец отмечал, что согласно сведениям информационной системы ФНС России по состоянию на 01.06.2020 у ответчика было трудоустроено 73 работника и, проводя мониторинг соблюдения обеспечения уровня численности работников, истец исходил именно из указанных данных. 

Ответчик в обоснование своих доводов указывал, что по данным отчетов формы СЗВ-М за март 2020 г. общее количество трудоустроенных у него работников составило 78 человек, из которых 6 были уволены в марте 2020 г. и по итогам марта трудоустроено было 72 человека. В дальнейшем в апреле был принят на работу 1 человек и 3 человека уволены. Поскольку уволенные работники также отражаются в отчетности по форме СЗВ-М, то общее количество работников, отраженных в указанной форме отчетности за апрель 2020 г., составила 73 человека. Фактически на конец апреля количество трудоустроенных снизилось до 70 человек.

В последующем в мае 2020 г. были трудоустроены 3 работника, в связи с чем количество трудоустроенных работников в отчете по форме СЗВ-М за май 2020 г. также составило 73 человека как и предыдущем месяце. При этом в мае 2020 г. было уволено 15 работников, в связи с чем фактическая численность трудоустроенных работников на 01.06.2020 составил 58 человек (73-15). Исходя из изложенного, ответчик счел, что мониторинг соблюдения численности работников должен был проводиться с учетом фактического количества трудоустроенных работников (58 человек), несмотря на то, что согласно сведениям информационной системы ФНС России численность трудоустроенных работников на 01.06.2020 составила 73 человека.

В подтверждение данных обстоятельств ответчик представил соответствующие приказы о принятии на работу и об увольнении, а также отчеты по форме СЗВ-М за март, апрель и июнь 2020 г. При этом согласно отчету за июнь 2020 г. численность работников составила 59 человек. Как пояснил ответчик в июне 2020 г. на работу был приняло 1 работник, в связи с чем по отчету за июнь 2020 г. общее количество трудоустроенных составило не 58, а 59 человек.

Из пункта 1 Правил предоставления субсидий следует, что данный нормативно-правовой акт устанавливает цель, условия и порядок предоставления субсидий из федерального бюджета российским кредитным организациям на возмещение недополученных ими доходов по кредитам, выданным в 2020 году юридическим лицам и индивидуальным предпринимателям на возобновление деятельности. Субсидия предоставляется Министерством экономического развития РФ кредитным организациям, соответствующим предъявляемым требованиям и представляет собой источник возмещения затрат либо в связи с предоставлением кредита по льготной ставке в размере, предусмотренном Правилами, либо в связи со списанием задолженности по кредитному договору, произведенным в порядке и размере, которые установлены Правилами (пункты 2-4). 

При этом такая субсидия предоставлялась при заключении кредитного договора с заемщиком, который должен был соответствовать определенным требованиям. В частности, заемщик должен быть включен в реестр социально ориентированных некоммерческих организаций в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 23 июня 2020 г. N 906 "О реестре социально ориентированных некоммерческих организаций" и (или) в реестр некоммерческих организаций, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 11 июня 2020 г. N 847 "О реестре некоммерческих организаций, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции" либо по состоянию на 1 марта 2020 г. осуществлять деятельность в одной или нескольких отраслях по перечню отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции, утвержденному постановлением Правительства Российской Федерации от 3 апреля 2020 г. N 434 "Об утверждении перечня отраслей российской экономики, в наибольшей степени пострадавших в условиях ухудшения ситуации в результате распространения новой коронавирусной инфекции", либо в одной или нескольких отраслях по перечню отраслей российской экономики, требующих поддержки для возобновления деятельности, согласно приложению N 2.

Из указанных положений следует, что разработанные Правила предоставления субсидий имели социально-ориентированную направленность в условиях возникновения серьезного экономического ущерба, причиненного пандемией. Пандемия, вызванная распространением новой короновирусной инфекцией (COVID-19), повлекла проблемы в экономической сфере, требующие государственной поддержки, одной из форм которой является разработанный Правительством РФ механизм субсидирования, порядок осуществления которого изложен в вышеупомянутых Правилах предоставления субсидий. Суть поддержки состояла в том, чтобы создать благоприятные условия для заемщиков, соответствующих критериям, предусмотренным Правилами, позволяющие нивелировать негативные экономические последствия пандемии, создать предпосылки для преодоления кризиса, восстановления финансового положения и возобновления деятельности. Участие публичной власти в механизме субсидирования заключается в том, что публичная власть взяла на себя бремя возмещения расходов кредитным организациям, обеспечивая заемщикам получение кредитов по льготной ставке кредитования или получение кредитов на безвозвратной и бесплатной основе при соблюдении определенных требований.

Вышеизложенные условия кредитного договора, предусматривающие различные режимы (совокупность условий) исполнения обязательств по договору в зависимости от периода пользования кредитом и соблюдения определенных условий, влияющих на размер применяемой ставки кредитования и порядок погашения задолженности, является имплементацией положений Правил предоставления субсидий, утв. Постановлением Правительства РФ от 16.05.2020 № 696.

Из пункта 12, 13(1), 24, 28 и 28(1) Правил предоставления субсидий следует, что численность работников заемщика является значимым показателем, который учитывается для определения максимальной суммы кредитного договора. А также после получения кредита поддержание данного показателя является предметом мониторинга со стороны кредитной организации. Несоблюдение заемщиком условия о поддержании требуемого уровня численности работников влечет для него негативные последствия в виде утраты льготы на списание задолженности.

Из пункта 12 и 24 Правил предоставления субсидий (с учетом изменений, внесенных Постановлением Правительства РФ от 30.11.2020 N 1976) следует, что одним из условий предоставления субсидии по списанию задолженности является поддержание численности работников заемщика в течение периода наблюдения на конец одного или нескольких отчетных месяцев в размере не менее 80% численности работников, принимавшейся во внимание при расчете максимальной суммы кредита. 

Для тех заемщиков, кто обратился за предоставлением кредита до 25.06.2020 действуют два правила, при которых предоставляется субсидия по списанию задолженности в зависимости от соотношения показателя численности работников за апрель 2020 г. с тем же показателем за май 2020 г. В случае существенного уменьшения указанного показателя за май 2020 г. (более 20%) по отношению к данному показателю за апрель 2020 г., то в целях мониторинга обеспечения численности работников заемщика используется значение по итогам мая 2020 г. В ином случае (при уменьшении показателя за май 2020 г. по отношению к апрелю 2020 г. в пределах 20%) используется значение по итогам апреля 2020 г.

Смысл произведенных изменений состоял в том, что к моменту начала проведения кредитными организациями мониторинга по соблюдению условий для перевода кредитных договоров на период наблюдения, вышеупомянутым Постановлением Правительства РФ были уточнены положения Правил предоставления субсидий с тем, чтобы внести правовую определенность относительно применения правил субсидирования к заемщикам, в зависимости от периода заключения кредитного договора и отчетного периода использованных получателем субсидии (кредитной организации) данных о численности работников заемщика. Необходимость корректировки была обусловлена тем, что положения Правил предоставления субсидий в их изначальной редакции позволяли заключать кредитные договоры с 01.06.2020. 

Между тем согласно пункту 2.2 статьи 11 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" сведения о работниках подаются в органы Пенсионного фонда РФ ежемесячно не позднее 15-го числа месяца, следующего за отчетным периодом – месяцем, в по форме СЗВ-М, утв. Постановлением Правления ПФ РФ от 15.04.2021 N 103п.

С учетом этого стали возможны две ситуации заключения кредитного договора в зависимости от того имеются ли в информационном сервисе ФНС России на день обращения к кредитной организации за получением кредита сведения о работниках заемщика за май 2020 г. Если заемщик обратился с заявкой на получение кредита после внесения в информационный сервис сведений о численности работников за май 2020 г., то указанные сведения подлежали учету при определении максимальной суммы кредита и последующего мониторинга, а также определения оснований предоставления и размера субсидии по списанию. Если же обращение поступило в кредитную организацию до внесения в информационный сервис сведений о численности работников за май 2020 г., то объективно последними актуальными сведениями по состоянию на 01.06.2020, которые должна учитывать кредитная организация, это сведения за апрель 2020 г.

Из вышеизложенных положений Правил предоставления субсидий следует, что порядок расчета максимальной суммы кредита формализован – единственным источником информации о численности работников заемщика является информационный сервис ФНС России. Положения правил субсидирования направлены на обеспечение транспарентности, прозрачности взаимоотношений заемщика и кредитной организации, и правовой определенности относительно возможных последующих последствий в случае снижения показателя численности работников. Фиксация сведений на определенную дату (01.06.2020) создает ориентиры для заемщика в определении модели правомерного поведения при исполнении обязательств по кредитному договору и предсказуемость последствий своего неправомерного поведения – заемщик, получив кредит, в последующем анализирует и соотносит изменение показателя численности работников с показателем, учтенным кредитной организацией, с тем, чтобы не допустить его критического снижения.

В рассматриваемом случае ФНС России предоставило противоречивую информацию относительно численности работников ответчика за апрель 2020 г. и за май 2020 г. – в указанной системе численность работников за указанные отчетные периоды составила 74 человека, что не соответствуют сведениям, из которых исходил как истец, так и ответчик. С учетом представленных ответчиком отчетов по форме СЗВ-М, приказов об увольнении и принятии на работу, и отсутствия и истца в указанной части возражений, следует констатировать, что в информационной системе за апрель 2020 г. и за май 2020 г. содержится ошибочная информация. Исходя из вышеупомянутых первичных документов, определяющих численность работников, в действительности за указанные отчетные периоды численность работников составила 73 человека. Однако данное обстоятельство существенным образом не повлияло на возникновение разногласий между сторонами, поскольку истец при осуществлении мониторинга соблюдения показателя численности работников исходил из верного значения – 73 человека. Поскольку за апрель 2020 г. и за май 2020 г. показатель численности работников является одинаковым, применительно к рассматриваемому спору не является принципиальным какой из указанных месяцев принимать в расчет в целях осуществления мониторинга соблюдения показателя численности работников.

Объективно по состоянию на дату оформления заявки на получение кредита с использованием субсидирования размер максимальной суммы кредита мог быть рассчитан, исходя из численности работников ответчика 73 человека. В соответствии с вышеизложенными положениями Правил предоставления субсидий банк должен был учитывать сведения о численности работников заемщика, отраженные в информационной системы ФНС России, что им и было сделано. Поскольку кредитный договор заключался на условиях субсидирования, основанного на Правилах предоставления субсидий, ответчик должен был знать изложенные особенности взаимодействия между кредитной организацией и заемщиком в части использования сведений информационной системы ФНС России. Действия банка не свидетельствуют о какой-либо недобросовестности с его стороны. Банк действовал исключительно в строгом соответствии с Правилами предоставления субсидий. 

При этом банк должен был ориентироваться на численность работников ответчика, отраженную в информационной системе ФНС России, несмотря на фактическое количество трудоустроенных работников ответчика на конец апреля и мая 2020 г. Согласно пункту 2.4 Федерального закона от 01.04.1996 N 27-ФЗ "Об индивидуальном (персонифицированном) учете в системе обязательного пенсионного страхования" страхователь представляет о работающих у него зарегистрированных лицах, в частности, в случаях приема на работу и увольнения. Ответчик верно отметил, что отчетность по форме СЗВ-М предполагает включение в список застрахованных лиц, которые работали, но были уволены в отчетном периоде. Между тем в Правилах предоставления субсидий не предусмотрены какие-либо исключения или изъятия, касающиеся необходимости дополнительного учета кредитной организацией информации об уволенных у заемщика работников после сдачи отчетности за апрель или май 2020 г. Напротив, стоит отметить, что отчетность по форме СЗВ-М отражает показатель численности работников в динамике в течение всего отчетного периода, что позволяет наглядным образом увидеть тенденции притока и оттока трудовых ресурсов и соответствует идее льготного кредитования – помощь имеет социально-ориентированную направленность по сохранению и увеличению количества рабочих мест, развитию трудовой занятости населения. Подход же занятый ответчиком противоречит указанной идее, поскольку он основан на подсчете показателя численности работников по состоянию на последнюю дату отчетного периода, игнорируя динамику изменения численности работников. Такой подход создает необоснованные преимущества для заемщика, поскольку позволяет, как это наглядным образом демонстрируется в рассматриваемом споре, оправдывать свои просчеты или неосмотрительность, ссылаясь на фактическое количество работников, которые у него были трудоустроены на 01.06.2020. Именно дисбаланс в динамике увольнения и трудоустройства работников в пользу первого привело к тому, что массовое увольнение работников в мае 2020 г. существенным образом превысило количество трудоустроенных, что стало критичным для ответчика и выразилось в снижении показателя численности в базовый период. Вступая в отношения с банком, ответчик не мог не знать о том, что при последующем осуществлении мониторинга соблюдения условия обеспечения показателя численности работников, банк будет руководствоваться сведениями из информационной системы ФНС России, источником формирования которых является сам ответчик как страхователь, предоставляющий сведения о застрахованных лицах. Иных разумных правовых ожиданий у ответчика на этот счет не могло быть. В этой связи раз уж ответчик принял решение уволить в мае 2020 г. 15 работников, очевидно, что для поддержания требуемого уровня показателя численности работников, ему необходимо было в этом или последующих месяцах принять на работу достаточное количество работников, чтобы не попасть в критическую ситуацию. Однако последующая динамика изменения показателя численности работников ответчика за период июнь-октябрь 2020 г. свидетельствует о том, что ответчик не предпринял достаточных мер чтобы устранить дисбаланс между притоком и оттоком трудовых ресурсов, в связи с чем по своей вине допустил критическое снижение проверяемого банком показателя.

Кроме того, в регулируемых отношениях банк выступает посредником, через которого публичная власть реализует программу субсидирования. Предоставление кредита на условиях безвозвратности и бесплатности путем списания задолженности осуществляется за счет бюджетных средств, а не средств банка. При этом вышеупомянутые Правила субсидирования регулируют взаимоотношения в первую очередь между кредитной организацией и публичной власти. Как выше отмечалось условия субсидирования, предусмотренные Правилами субсидирования, имплементируются в условия кредитного договора. Поэтому, исходя из системного толкования положений Правил субсидирования, максимальная сумма кредитного договора, является не фактической суммой предоставляемого кредита, а суммой кредита, которую кредитная организация может предоставить заемщику, исходя из конкретных условий, и которая покрывается программой субсидирования. То есть это та сумма кредита, которую публичная власть во взаимоотношениях с кредитной организацией, готова обеспечить субсидией. Следует учитывать, что кредитная организация не лишена возможности предоставить кредит в размере, превышающем указанную максимальную сумму кредитного договора. В таком случае та часть кредита, которая превышает лимит, выходит за рамки программы субсидирования. В этой связи фактическая сумма предоставленного кредита во взаимоотношениях между кредитной организацией и заемщиком может не совпадать с максимальной суммой кредитного договора, покрываемой субсидией. Выводы ответчика относительно того, что банк фактически при предоставлении кредита учитывал фактическое количество работников (58) не имеют значения, поскольку в любом случае взаимоотношения банка и ответчика с самого начала и до проведения мониторинга должны были строиться исходя из того, что отчетной численностью работников, принимаемой во внимание, является численность, отраженная в информационной системе ФНС России (73 человека). Различные способы вычислений и подведения получившихся результатов к фактически выданной сумме кредита или максимальной сумме кредитного договора, отраженной в информационной системе ФНС России, не отменяют требований Правил предоставления субсидий.

При этом довод относительно несвоевременности уведомления о переводе договора на период погашения не имеет значения, поскольку в Правилах предоставления субсидий соблюдению обязанности по уведомлению не придается какое-либо правовое значение. Неисполнение указанной обязанности не влечет необоснованность действий банка в сложившейся ситуации. Во-вторых, с учетом прозрачности и публичной доступности сведений о численности работников, аккумулируемых в информационной системе ФНС России – как системе специально предназначенной для целей реализации правил субсидирования, ответчик не мог не знать о том, что при принятии соответствующих решений банком будут учитываться сведения о численности работников ответчика, имеющиеся в указанной информационной системе. При этом сведения о численности работников передаются в указанную систему через органы пенсионного фонда, куда они попадают по инициативе заемщика. Для него были совершенно очевидны последствия.

Из представленных доказательств следует, что на дату рассмотрения спора ссудный долг и проценты по кредиту погашены. Однако истец не выразил надлежащим образом свою волю относительно данных требований. Поскольку данные требования были погашены, обязательства ответчика в указанной части были прекращены на основании статьи 408 ГК РФ. Ввиду того, что истец не отказался от данных требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса РФ, но поддержание указанных требований в ходе рассмотрения спора стало неправомерным, требования о взыскании ссудного долга и процентов по кредиту не подлежат удовлетворению.

В соответствии со статьей 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23 июня 2015 года N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (пункт 2 статьи 401 ГК РФ). Бремя доказывания своей невиновности лежит на лице, нарушившем обязательство. Вина в нарушении обязательства предполагается, пока не доказано обратное. Если лицо несет ответственность за нарушение обязательства или за причинение вреда независимо от вины, то на него возлагается бремя доказывания обстоятельств, являющихся основанием для освобождения от такой ответственности (например, пункт 3 статьи 401, пункт 1 статьи 1079 ГК РФ). Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

Ответчик не ссылался на обстоятельства, которые свидетельствовали бы об отсутствии его вины в несвоевременном исполнении обязательств и обстоятельства, которые освобождали бы его от ответственности за нарушение обязательств. Таким образом, учитывая, что факт нарушения ответчиком своих обязательств по возврату суммы кредита и процентов за пользование кредитом установлен, при имеющихся в материалах дела доказательствах основания для привлечения ответчика к гражданско-правовой ответственности имеются.

В связи с нарушением ответчиком срока исполнения договорных обязательств истец произвел расчёт неустойки (по основному долгу и процентам) за периоды с 29.12.2020 по 16.04.2021. Расчет произведен с учетом произведенных сумм погашений. Размер неустойки составил 263 795,03 руб. Заявленный размер неустойки соответствует объёму прав истца, истец не просил взыскать неустойку в размере большем, чем имеет на это право. В связи с чем требование о взыскании неустойки является обоснованным в заявленном размере.

Между тем ответчик заявил о применении статьи 333 Гражданского кодекса РФ (далее – ГК РФ), ссылаясь на чрезмерный размер взыскиваемой неустойки. Согласно пункту 1 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить ее размер. В соответствии с пунктом 73 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 24.03.2016 № 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" (далее – Постановление Пленума № 7) несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки, суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения договорных обязательств и другие (пункт 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 N 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»). При оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ). Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75 Постановления Пленума ВС РФ N 7). 

Оценив сложившиеся между сторонами взаимоотношения, обстоятельства исполнения обязательств, суд пришел к выводу о том, что на дату рассмотрения спора с учетом периода просрочки размер взыскиваемой неустойки не является явно несоразмерным последствиям нарушения обязательства.

Конкретно в данном случае нельзя утверждать, что заявленный размер неустойки приводит истца к получению необоснованной выгоды. Установленный кредитным договором размер неустойки (0,1%) не является явно чрезмерным, не выходит за пределы сложившейся практики делового оборота. Тот факт, что на дату рассмотрения спора обязательства по возврату кредита, погашению процентов прекращены не является определяющим для снижения размера неустойки. Соотношение размера заявленной неустойки и двукратной ключевой ставки Центрального банка России в данном случае также не предопределяет основания для применения статьи 333 ГК РФ, поскольку размер ключевой ставки сам по себе не свидетельствует применительно к рассматриваемому спору о несоразмерности меры ответственности последствиям нарушения.

Более того, доводы ответчика в указанной части формальны. Ответчик не привел убедительных доводов и не представил доказательств, свидетельствующих о том, что заявленная ко взысканию сумма неустойки явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Абстрактное заявление о применении статьи 333 ГК РФ не означает выполнение ответчиком процессуальной обязанности по доказыванию соответствующих обстоятельств, которые суд мог бы расценить заслуживающими внимания для снижения размера неустойки. Ответчик не привел убедительных аргументов, свидетельствующих о том, что при установленных обстоятельствах его интересы заслуживают большего внимания, нежели интересы кредитора. Мотив применения статьи 333 ГК РФ не соответствует смыслу предусмотренной данной нормой механизму балансирования интересов между кредитором и должником – ответчик стремится при худшем исходе судебного разбирательства уменьшить неблагоприятные для себя последствия. При указанных обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что основания для уменьшения заявленной суммы неустойки отсутствуют.

С учетом результата рассмотрения спора на основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса РФ, принимая во внимание хронологию погашения задолженности (часть процентов погашена до обращения в суд), расходы истца по оплате пошлины подлежат возмещению за счет ответчика в размере 19 775,85 руб.

Излишне оплаченная пошлина (48 руб.) и часть пошлины (64,15), которая приходится на проценты, погашенные до обращения истца в суд (76 722,42 – 74 000 = 2 722,42 руб.), подлежат возврату истцу на основании подпунктов 1, 3 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса РФ в общем размере 112,15 руб.

При обращении в суд истец оплатил государственную пошлину в размере 19 888 руб. согласно платежному поручению № 302327 от 05.07.2021.

Руководствуясь статьями 110, 167 – 170 АПК РФ, Арбитражный суд Красноярского края

РЕШИЛ:

исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать общества с ограниченной ответственностью «Строительная компания «Аркада 21» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) в пользу публичного акционерного общества «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 263 795 руб. 03 коп., в том числе: 4 150 руб. 11 коп. – неустойки за несвоевременную уплату процентов, 259 644 руб. 92 коп. – неустойки за несвоевременное погашение кредита, а также 19 775 руб. 85 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В удовлетворении оставшейся части исковых требований отказать.

Возвратить из федерального бюджета публичному акционерному обществу «Сбербанк России» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 112 руб. 15 коп., излишне уплаченной по платежному поручению от 05.07.2021 № 302327, государственной пошлины.

Разъяснить лицам, участвующим в деле, что настоящее решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путём подачи апелляционной жалобы в Третий арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Красноярского края.

 

Судья

Э.А. Дранишникова