Пятый арбитражный апелляционный суд

ул. Светланская, 115, г. Владивосток, 690001

тел.: (423) 221-09-01, факс (423) 221-09-98

http://5aas.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело

№ А51-20298/2019

г. Владивосток

16 июня 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 09 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 16 июня 2020 года.

Пятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего А.В. Пятковой,

судей Л.А. Бессчасной, Т.А. Солохиной,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу Владивостокской таможни,

апелляционное производство № 05АП-2234/2020,

на решение от 02.03.2020 

судьи В.В. Краснова

по делу № А51-20298/2019 Арбитражного суда Приморского края 

по заявлению общества с ограниченной ответственностью «Кондор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

к Владивостокской таможне (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) 

о признании незаконным решения от 27.08.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения указанные в ДТ № 10702070/310519/0098431,

при участии:

от Владивостокской таможни: ФИО2 по доверенности № 321 от 17.09.2019, сроком действия до 16.09.2020, служебное удостоверение, копия диплома ка №  90503;      

от общества с ограниченной ответственностью «Кондор»:  ФИО3  по доверенности от 01.04.2019, сроком действия до 01.04.2021, паспорт, копия диплома № 1378050768970;      

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «Кондор» (далее – заявитель, декларант, общество, ООО «Кондор») обратилось в арбитражный суд с заявлением о признании незаконным решения Владивостокской таможни (далее – таможня, таможенный орган) от 27.08.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары (ДТ) № 10702070/310519/0098431.

22.10.2019 в арбитражный суд также поступило заявление о возмещении судебных расходов по оплате услуг представителя в сумме 25 000 рублей.

Решением Арбитражного суда Приморского края от 02.03.2020 заявленные требования удовлетворены, решение таможни от 27.08.2019 признано незаконным, как несоответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза. На Владивостокскую таможню возложена обязанность возвратить заявителю излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по ДТ№ 10702070/310519/0098431, окончательный размер которых определить таможне на стадии исполнения судебного акта. С таможенного органа также взысканы в пользу общества расходы по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей и 15 000 рублей расходов на оплату услуг представителя. В удовлетворении остальной части судебных расходов отказано.

Не согласившись с принятым решением, таможенный орган обратился в Пятый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит отменить решение суда первой инстанции и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований в полном объеме.

В обоснование апелляционной жалобы таможенный орган указывает, что у него имелись правовые основания для принятия оспариваемого решения, учитывая, что при сравнительном анализе были выявлены расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа, так выявленное с использованием системы управления рисками (СУР) недостоверного декларирования таможенной стоимости товаров отклонение за килограмм по товару № 1 составило 71,68% ФТС России и 52,73% по ДВТУ.

Выражая несогласие с выводами суда первой инстанции таможенный орган по существу повторяет доводы, изложенные в решении о корректировке таможенной стоимости.

В судебном заседании представитель таможенного органа поддержал доводы апелляционной жалобы.

ООО «Кондор» по тексту представленного в материалы дела отзыва на апелляционную жалобу, поступившего через канцелярию суда и в порядке статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации приобщенного к материалам дела, доводы которого были поддержаны представителем в судебном заседании, выразило несогласие с изложенными в ней доводами, считает обжалуемый судебный акт законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению. 

Из материалов дела судом апелляционной инстанции установлено следующее.

В мае 2019 года во исполнение внешнеторгового контракта от 01.11.2017 № NTTDS012017, заключенного между заявителем (покупатель) и компанией «NEWAY TECHNOLOGIES LTD» (продавец), на таможенную территорию Евразийского экономического союза (ЕАЭС) на условиях FOB Ningbo был ввезен товар «кабели коаксиальные, предназначены для передачи высокочастотных сигналов в телекоммуникационной и видео аппаратуре, без соединительных приспособлений, поставляется в бухтах, на катушках по 100-200м, упакован в коробки, всего 5 190 шт, изготовитель Ningbo Better Cable Co Ltd, вес нетто 19 043 кг» на общую сумму 23 863,40 долларов США.

В целях таможенного оформления указанного товара общество подало в таможню ДТ № 10702070/310519/0098431, определив таможенную стоимость ввезенных товаров по первому методу определения таможенной стоимости «по стоимости сделки с ввозимыми товарами».

В ходе проведения контроля заявленной таможенной стоимости декларируемых товаров таможенным органом на основании пункта 4 статьи 325 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС, Кодекс) в адрес декларанта был направлен запрос от 01.06.2019 о предоставлении документов и сведений, необходимых для подтверждения правильности определения таможенной стоимости.

Во исполнение требований таможенного органа общество сопроводительным письмом от 29.07.2019 направило таможне дополнительные письменные пояснения и сведения в целях уточнения сведений об обстоятельствах, имеющих значение для проведения таможенного контроля.

Посчитав, что сведения, использованные обществом при заявлении таможенной стоимости товара, не основаны на количественно определенной и документально подтвержденной информации, таможня 27.08.2019 приняла решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/310519/0098431.

Не согласившись с указанным решением таможенного органа, посчитав его незаконным и нарушающим права и законные интересы общества в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, декларант обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, проанализировав доводы, содержащиеся в апелляционной жалобе и отзыве на нее, заслушав пояснения представителей лиц, участвующих в деле, проверив в порядке статей 266, 268, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции считает решение суда первой инстанции законным и обоснованным, а апелляционную жалобу - не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

По правилам пункта 2 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с главой 5 ТК ЕАЭС, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации (пункт 10 статьи 38 ТК ЕАЭС).

Пунктом 15 этой же статьи предусмотрено, что основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС.

В соответствии с пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 39 ТК ЕАЭС ценой, фактически уплаченной или подлежащей уплате за ввозимые товары, является общая сумма всех платежей за эти товары, осуществленных или подлежащих осуществлению покупателем непосредственно продавцу или иному лицу в пользу продавца. При этом платежи могут быть осуществлены прямо или косвенно в любой форме, не запрещенной законодательством государств-членов.

Как установлено пунктом 1 статьи 104 ТК ЕАЭС, товары подлежат таможенному декларированию при их помещении под таможенную процедуру.

В декларации на товары подлежат указанию сведения о заявляемой таможенной процедуре, о таможенной стоимости товаров (величина, метод определения таможенной стоимости товаров) и о документах, подтверждающих сведения, заявленные в декларации на товары, указанных в статье 108 ТК ЕАЭС (подпункты 1, 4, 9 пункта 1 статьи 106 ТК ЕАЭС).

К документам, подтверждающим сведения, заявленные в таможенной декларации, относятся документы, подтверждающие заявленную таможенную стоимость товаров, в том числе ее величину и метод определения таможенной стоимости товаров (подпункт 10 пункта 1 статьи 108 ТК ЕАЭС).

По правилам пункта 2 статьи 108 ТК ЕАЭС, в случае если в документах, указанных в пункте 1 названной статьи, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами.

В силу пунктов 2 и 3 статьи 108 ТК ЕАЭС, если в документах, указанных в пункте 1 статьи 108 Кодекса, не содержатся сведения, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации, такие сведения подтверждаются иными документами. Документы, подтверждающие сведения, заявленные в таможенной декларации должны быть у декларанта на момент подачи таможенной декларации, за исключением случаев, когда исходя из особенностей таможенного декларирования товаров, установленных законодательством государств членов о таможенном регулировании в соответствии с пунктом 8 статьи 104 Кодекса или определенных статьями 114 - 117 Кодекса, такие документы могут отсутствовать на момент подачи таможенной декларации. 

Пунктом 13 статьи 38 ТК ЕАЭС закреплено право таможенных органов убеждаться в достоверности или точности любого заявления, документа или декларации, представленных для подтверждения таможенной стоимости товаров.

Как следует из пунктов 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС, при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном декларировании, таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров). При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза. 

Выявленные таможней отклонения стоимости спорных товаров от уровня цен на однородные товары не являются значительными, однако не исключают право таможни провести проверку заявленных декларантом сведений о таможенной стоимости товаров. 

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о  происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, лишь в следующих случаях: 

1) документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; 

2) таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений настоящего Кодекса и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

На основании пункта 17 статьи 325 ТК ЕАЭС при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с настоящей статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений настоящего Кодекса, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств-членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Для изменения (дополнения) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, применяется корректировка декларации на товары (пункт 4 статьи 112 ТК ЕАЭС).

Из материалов дела усматривается, что при таможенном оформлении ввезенного товара обществом при подаче ДТ № 10702070/310519/0098431 посредством системы электронного декларирования заявлены сведения о следующих подтверждающих документах: контракт от 01.11.2017 № NTTDS012017, спецификация от 16.05.2019 № NTTDS17-072, заказ от 08.05.2019, подтверждение заказа от 10.05.2019, проформа инвойса от 14.05.2019 № NTTDS17-072, коммерческий инвойс от 16.05.2019 №NTTDS17-072, упаковочный лист от 16.05.2019 № NTTDS17-072.

В рамках таможенного контроля таможенной стоимости товаров, начатой до выпуска товаров, общество письмом от 29.07.2019 направило таможне письменные пояснения и сведения в подтверждение заявленной таможенной стоимости по каждому запрашиваемому таможенным органом дополнительному документу, представило прайс-лист продавца, экспортную декларацию, заявление на перевод по оплате товара, письмо об изменении реквизитов для оплаты, документы о постановке на баланс товаров. 

Анализ указанных документов показывает, что по условиям пункта 1.1 внешнеэкономического контракта продавец поставляет покупателю «товар» на условиях FOB китайский порт, а также FOB порты других государств, в отдельных случаях на условиях CFR или CIF любой порт Российской Федерации в соответствии с Инкотермс 2010 согласно спецификациям, являющимся неотъемлемой частью настоящего контракта.

Дополнительным соглашением от 15.12.2017 № 1 стороны расширили понятие «товара», поставляемого в рамках внешнеэкономического контракта.

В силу пункта 1.2 контракта покупатель уплачивает продавцу цену товара и принимает его на условиях, устанавливаемых рассматриваемым контрактом. 

Цены на товар устанавливаются в долларах США и понимаются как FOB китайский порт, а также FOB порты других государств, в отдельных случаях на условиях CFR или CIF любой порт Российской Федерации, включая стоимость тары, упаковки, доставки и маркировки (пункт 2.1 контракта).

В соответствии с пунктом 2.3 контракта цены за товар (партию товара), ассортимент, количество, срок оплаты и иные характеристики указываются в спецификациях к настоящему контракту и согласовываются обеими сторонами.

Покупатель оплачивает стоимость партии товара в течение 90 дней начиная с даты поставки. Расчеты по контракту ведутся как в целом по контракту, так и по отдельным инвойсам. В отдельных случаях оплата осуществляется авансовым платежом по счету (инвойсу). Конкретный способ оплаты по каждой партии товара отражается в спецификациях (пункт 2.5 контракта). 

Стороны предусмотрели, что платеж осуществляется в долларах США. Предусмотрена оплата на банковские счета третьих лиц, согласно письменному распоряжению продавца (пункт 2.7 контракта).

С учетом достигнутых договоренностей на основании письменного заказа общества от 08.05.2019 о приобретении товара «кабель в ассортименте в количестве 5 190 шт» и подтверждения заказа от 10.05.2019 между сторонами внешнеторговой сделки подписана спецификация от 16.05.2019 № NTTDS17-072  на сумму 23 863,40 долларов США. 

По состоянию на 14.05.2019 была сформирована проформа инвойса № NTTDS17-072 на сумму 23 863,40 долларов США и впоследствии выставлен инвойс от 16.05.2019 № NTTDS17-072 на эту же сумму, оплата которого была произведена заявлением на перевод № 21 от 27.06.2019 на сумму 23 863,40 долларов США.

При этом, в соответствии с дополнитлеьным соглашением от 20.06.2019 № 10 к внешнеэкономическому контракту сторону согласовали, что получателем платежа по инвойсу от 16.05.2019 № NTTDS17-072 продавец просит считать MPK TRADING PTE LTD и оплату следует произвести на его реквизиты.

Ведомость банковского контроля №18010024/3001/0000/2/1 содержит сведения о произведенных платежах в рамках исполнения контракта. 

В свою очередь в разделе III «Сведения о подтверждающих документах» ведомости банковского контроля за номером 66 отражена спорная декларация на товары, подтверждающая ввоз на таможенную территорию Таможенного союза в рамках исполнения внешнеторгового контракта товара на общую сумму 23 863,40 долларов США.

Соответственно, указанная обществом в графах 22, 42 спорной декларации стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и с ценой, фактически уплаченной продавцу, согласно формулировке пункта 1 статьи 39 ТК ЕАЭС.

Делая указанный вывод, апелляционная коллегия отмечает, что стоимость ввезенного товара в разрезе соответствующей модели ввезенного товара с разбивкой по артикулам нашла отражение в прайс-листе от 10.05.2019, выданном продавцом компанией «NEWAY TECHNOLOGIES LTD» в рамках сложившихся торговых отношений.

Кроме того, сведения о товаре (название и описание товара, его вес, условия поставки, наименование отправителя и страны происхождения), отраженные в экспортной таможенной декларации КНР, соответствуют представленным коммерческим документам, что позволяет идентифицировать рассматриваемую поставку с представленной экспортной декларацией.

Также в целях определения таможенной стоимости товаров на основании подпункта 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС обществом, учитывая условие поставки FOB Ningbo, были произведены дополнительные начисления на сумму транспортных расходов в размере 51 250 рублей.

Величина транспортных расходов подтверждена договором от 03.12.2018 № Ф/Л-0212-2018, счетом на оплату от 28.05.2019 № 6280, поручением экспедитору от 17.05.2019 № 51, актом (отчетом экспедитора) оказания услуг от 28.05.2019 № 6280 к договору от 03.12.2018 № Ф/Л-0212-2018, счетом на оплату от 28.05.2019 № 6280, платежным поручением от 30.05.2019 № 224 и включена в структуру таможенной стоимости, что подтверждается ДТС-1.

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было.

Между тем по результатам таможенного контроля 27.08.2019 таможней принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ, в котором таможня пришла к выводу о недостоверности заявленной таможенной стоимости товаров, считая, что:

- прайс-лист производителя не представлен,

- в представленном прайс-листе продавца указана страна происхождения Китай, однако на части товара имеется маркировка «made in EU» - произведено в Европейском Союзе,

- в партии товаров отсутствует кабель артикул 20-413100, а присутствует артикул 21-413100 вместо заказанного, а также обнаружен незадекларированный кабель артикул 21-100 100 RG174/U BC100 (80 катушек),

- установлена неверная разбивка фрахта между двумя ДТ (вторая часть коносаментной партии задекларирована по ДТ № 10702070/040619/0100264),

- таможенная стоимость идентичных/однородных товаров значительно превышает заявленный в ДТ уровень таможенной стоимости.

Отклоняя указанные доводы таможни, суд апелляционной инстанции исходит из следующего.

Так, указание таможни в оспариваемом решении на предоставление декларантом прайс-листа производителя товаров, что не позволило объяснить причины отличия цены сделки от первоначальной цены предложения и осуществить проверку достоверности подтверждения количественно определяемых сведений о товаре, его цене и стоимости в стране вывоза с заявленной таможенной стоимостью, судом не принимается, поскольку в ходе таможенного контроля декларант представил прайс-лист продавца с переводом на русский язык.

Также декларантом даны пояснения, что в связи с отсутствием торговых отношений с изготовителем товаров не имеется возможности представить его прайс-лист, представил переписку с инопартнером о запросе у последнего данного документа и получении ответа об отказе, поскольку его предоставление нарушит интересы компании продавца и изготовителя товара, так как информация, изложенная в документе, является коммерческой тайной и не подлежит разглашению третьим лицам. 

Апелляционный суд приходит к выводу, что отсутствие прайс-листа изготовителя, содержащего сведения о реализуемых товарах, их цене и адресованного неопределенному кругу лиц, не является основанием для вывода о недостоверности заявленной при декларировании таможенной стоимости товара и для отказа в ее принятии. 

Под прайс-листом понимается документ, содержащий сведения о цене предложения реализуемых товаров, оказываемых услуг, производимых работ на определенную дату  или определенный период, информация прайс-листа может являться лишь справочной, либо проверочной величиной в совокупности с иными коммерческими документами, но не основным коммерческим документом, свидетельствующим об условиях конкретной сделки, ни тем более основанием для корректировки таможенной стоимости.

Из условий внешнеэкономического контракта не следует, что существенные условия поставки партии товаров по спорной ДТ подлежали согласованию в прайс-листе изготовителя. 

Таможенный орган, в свою очередь, не обосновал, каким образом вышеуказанный довод влияет на невозможность определения таможенной стоимости по первому методу, а сомнения таможни в содержащихся в прайс-листе продавца сведениях не подкреплены никакими объективными доказательствами.

Указание таможенного органа на то, что в представленном прайс-листе продавца указана страна происхождения Китай, однако на части товара имеется маркировка «made in EU» - произведено в Европейском Союзе подлежит отклонению, поскольку в своей совокупности декларантом представлены достаточные документы, подтверждающие описание и происхождение товара, в частности, спецификация, прайс-лист и экспортная таможенная декларация КНР содержат указание на страну происхождения товара (China, Китай).

Кроме того, судебная коллегия, следуя, закрепленному в части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правилу доказывания обстоятельств принятия оспариваемого ненормативного акта, приходит к выводу, что при обнаружении до выпуска товаров признаков, указывающих на то, что заявленные сведения о стране происхождения товаров, которые влияют на размер подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов и (или) на применение мер нетарифного регулирования, могут являться недостоверными либо заявленные сведения должным образом не подтверждены, или признаков того, что условия предоставления тарифных преференций не соблюдены, уполномоченное должностное лицо проводит дополнительную проверку.

Таким образом, при возникновении сомнений в достоверности сведений о стране происхождения товаров, таможенный орган в рамках проведения дополнительной проверки с целью прослеживания всего его маршрута и процессов изготовления мог запросить у декларанта всю необходимую информацию о спорных товарах относительно разночтений в сведениях и на маркировке товара.

Однако, документов, подтверждающих соблюдение указанной процедуры, таможня в материалы дела не представила, запрос документов и (или) сведений от 01.06.2019 не содержит указания на истребование у декларанта таких сведений.

Ссылка таможенного органа о несоответствии маркировки одного артикула в партии товаров, поскольку отсутствует кабель 20-413100, а присутствует 21-413100 вместо заказанного отклоняются.

Обществом представлено письмо продавца товара от 05.06.2019 об ошибочном нанесении артикула 21-413100 вместо заказанного 20-413100, поскольку фактически поставлен товар согласованного ассортимента – «кабель коаксиальный RG-8X CCS GR 50 Om омедненный серый 100 м». 

Факт обнаружения незадекларированного кабеля артикул 21-100 100 RG174/U BC100 (80 катушек) не влияет на определение таможенной стоимости задекларированного товара, поскольку при подаче спорной ДТ данные, заявленные в ДТ и в товаросопроводительных документах, полностью совпадают, учитывая, что стоимость товара согласована за единицу товара «штука».

Выявленный таможенным органом факт недекларирования части товаров является лишь основанием для привлечения общества к административной ответственности по части 1 статьи 16.2 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях, но не влияет на определение таможенной стоимости товара.

Тот факт, что таможенным органом установлена неверная разбивка фрахта между двумя ДТ (вторая часть коносаментной партии задекларирована по ДТ № 10702070/040619/0100264), был предметом оценки суда первой инстанции и правомерно отклонен.

Декларантом в подтверждение стоимости транспортных расходов представлены коносамент, договор транспортной экспедиции от 19.12.2018 № Ф/Л-0212-2018, счет за морскую перевозку от 28.05.2019 № 6280, платежное поручение от 30.05.2018 № 224, поручение экспедитору от 17.05.2019 № 51, акт оказания услуг от 28.05.2019 № 6280.

Размер и обстоятельства несения обществом транспортных расходов в отношении партии товаров по спорной ДТ и реального осуществления сделки по договору транспортной экспедиции от 19.12.2018 № Ф/Л-0212-2018 таможней не оспариваются.

Таким образом, неверная разбивка фрахта между двумя таможенными декларациями не является основанием для отказа в применении первого метода определения таможенной стоимости, а могла являться лишь основанием для корректировки структуры таможенной стоимости в пределах заявленного метода.

При этом проанализировав условия поставки и сведения, содержащиеся в документах, представленных в подтверждение ее исполнения, коллегия пришла к выводу, что документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости. 

Описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условия поставки и оплаты. Исполнение обязательств по контракту сторонами осуществлено в соответствии с условиями контракта. 

Факт перемещения указанного в декларации товара и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта таможней не оспаривается. 

Доказательств наличия каких-либо ограничений и условий, которые могли повлиять на цену сделки при заключении контракта, а также условий, влияние которых не может быть учтено, таможня не представила.

Основания невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 2 статьи 39 Кодекса, таможенным органом, не установлены. 

При таких обстоятельствах суд апелляционной инстанции приходит к выводу о том, что документы, представленные декларантом в таможенный орган, содержат достоверные и достаточные сведения, подтверждающие заявленную декларантом таможенную стоимость ввезенного товара. 

Следовательно, оснований сомневаться в условиях поставки товара и в особенностях, составляющих его стоимость, у таможенного органа не было. 

Оценивая довод таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа стоимости однородных товаров было выявлено значительное отклонение заявленной таможенной стоимости от информации, содержащейся в базах данных таможни, судебная коллегия приходит к выводу, что примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

При этом, информация, содержащаяся в базах данных ДТ (в том числе, ИСС «Малахит», ИАС «Мониторинг-Анализ»), носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам. 

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Действительно, из материалов дела следует, что в результате использования ИСС «Малахит» выявлено, что заявленная декларантом в ДТ № 10702070/310519/0098431 таможенная стоимость товаров является самой минимальной по всем товарам в зоне деятельности ДВТУ и ФТС России в целом и отличается в меньшую стоимость от средней стоимости товаров того же вида/класса, ввозимых иными участниками внешнеэкономической деятельности – отклонение за килограмм по товару № 1 составило 71,68% ФТС России и 52,73% по ДВТУ.

Средний уровень цен на однородный товар по ДВТУ составляет: по товару № 1 – от 2,88 долларов США за килограмм, в то время как в спорной ДТ стоимость по товару № 1 – 1,30 долларов США за килограмм.

Между тем данные отклонения были объяснены декларантом путем представления дополнительных документов, включая доказательства оплаты спорного товара на заявленную сумму в ДТ, экспортную декларацию и прайс-лист продавца, что в совокупности свидетельствует о представлении документального подтверждения заявленной таможенной стоимости и о принятии мер по устранению сомнений таможни в достоверности заявленной таможенной стоимости.

Статья 378 ТК ЕАЭС об использовании таможенными органами системы управления рисками (СУР) для проведения таможенного контроля и мер по минимизации рисков дает основания полагать, что выявление с использованием системы управления рисками рисков недостоверного декларирования таможенной стоимости является поводом для проведения дополнительной проверки, но не названо в качестве основания для внесения изменений или дополнений в сведения, указанные в ДТ.

Давая оценку доводу таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа уровень таможенной стоимости однородных товаров превысил индекс таможенной стоимости по спорной декларации, суд учитывает разъяснения, изложенные в пункте 5 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 12.05.2016 № 18,  о том, что система оценки ввозимых товаров для таможенных целей, основанная на статье VII ГАТТ 1994, исходит из их действительной стоимости - цены, по которой такие или аналогичные товары продаются или предлагаются для продажи при обычном ходе торговли в условиях полной конкуренции. При этом за основу определения действительной стоимости в максимально возможной степени должна приниматься договорная цена товаров и не должна приниматься фиктивная или произвольная стоимость. 

С учетом данных положений примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле. 

Таким образом, материалами дела не нашло своего подтверждения наличие оснований для корректировки таможенной стоимости.

Как следует из материалов дела, таможенная стоимость по спорной ДТ скорректирована таможенным органом с применением третьего метода определения таможенной стоимости.

Условия использования данного метода определены статьей 42 ТК ЕАЭС и предусматривают возможность его применения только в случае отсутствия возможности применить предыдущие ему методы, предусмотренные статьями 39, 41 ТК ЕАЭС. Таким образом, законодатель закрепил принцип последовательности применения методов определения таможенной стоимости товаров. 

Из оспариваемого решения видно, что, применяя метод по стоимости сделки с однородными товарами, таможенный орган сослался на отсутствие у него информации, позволяющей рассчитать стоимость товара с применением положений статьи 41 ТК ЕАЭС. 

Согласно статье 42 ТК ЕАЭС в случае если таможенная стоимость ввозимых товаров не может быть определена в соответствии со статьями 39 и 41 настоящего Кодекса, таможенной стоимостью таких товаров является стоимость сделки с однородными товарами, проданными для вывоза на таможенную территорию Союза и ввезенными на таможенную территорию Союза в тот же или в соответствующий ему период времени, что и оцениваемые товары, но не ранее чем за 90 календарных дней до ввоза на таможенную территорию Союза оцениваемых товаров. 

Стоимостью сделки с однородными товарами является таможенная стоимость этих товаров, определенная в соответствии со статьей 39 настоящего Кодекса и принятая таможенным органом.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на том же коммерческом уровне и по существу в том же количестве, что и оцениваемые товары. 

В случае если такие продажи не выявлены, используется стоимость сделки с однородными товарами, проданными на ином коммерческом уровне и (или) в иных количествах, с соответствующей поправкой, учитывающей различия в коммерческом уровне продажи и (или) в количестве товаров. 

Указанная поправка осуществляется на основе сведений, документально подтверждающих обоснованность и точность корректировки, независимо от того, приводит она к увеличению или уменьшению стоимости сделки с однородными товарами. При отсутствии таких сведений метод по стоимости сделки с однородными товарами для определения таможенной стоимости оцениваемых товаров не используется.

При определении таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии с настоящей статьей при необходимости производится поправка к стоимости сделки с однородными товарами для учета значительной разницы в указанных в подпунктах 4 - 6 пункта 1 статьи 40 настоящего Кодекса расходах в отношении оцениваемых и однородных товаров, обусловленной различиями в расстояниях, на которые они перевозятся (транспортируются), и в видах транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров (часть 2 статьи 42 ТК ЕАЭС).

В силу части 3 статьи 42 ТК ЕАЭС в случае если выявлено более одной стоимости сделки с однородными товарами с учетом поправок в соответствии с пунктами 1 и 2 настоящей статьи, для определения таможенной стоимости ввозимых товаров применяется самая низкая из них. 

Таким образом, корректировка стоимости сделки с идентичными или однородными товарами проводится на основе сведений, подтверждающих обоснованность и точность таких корректировок и отвечающих требованиям законодательства ЕАЭС. 

Из оспариваемого решения следует, что в качестве источника ценовой информации для определения таможенной стоимости таможней избрана ДТ №10702070/190419/0068050, на основании которой был ввезен однородный товар в количестве 18 955 кг, на условиях поставки FOB Нингбо, индекс таможенной стоимости (далее - ИТС) 1,65 долларов США за кг.

Между тем, из представленной таможенным органом в материалы дела выборки следует, что ИТС по принятому источнику не является самым низким, поскольку в соответствующий период времени на таможенную территорию был ввезен однородный товар по ДТ №10702070/300419/0075743 на условиях поставки FOB в количестве 20 406,91 кг с индексом 1,40 долларов США за кг.

Изложенное позволяет прийти к выводу, что таможенным органом также были нарушены положения части 3 статьи 42 ТК ЕАЭС.

Таким образом, учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, судебная коллегия приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары.

Оспариваемое решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, чем нарушены права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При изложенных обстоятельствах решение таможни от 27.08.2019 о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/310519/0098431, является незаконным, в связи с чем суд первой инстанции правомерно в соответствии с частью 2 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации удовлетворил заявленные обществом требования.

Согласно пункту 3 части 4 статьи 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в резолютивной части решения по делу об оспаривании ненормативных правовых актов, решений органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц должно содержаться указание на обязанность устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

По смыслу главы 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возложение обязанности совершить определенные действия является способом устранения нарушения прав и законных интересов заявителя и должно быть соразмерно нарушенному праву с учетом обстоятельств дела.

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством (абзац 3 пункта 33 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза»).

Таким образом, учитывая обстоятельства настоящего спора и предмет заявленных требований, судебная коллегия соглашается с выводом суда первой инстанции, что соразмерным и адекватным способом устранения нарушения прав и законных интересов заявителя является обязание таможенного органа возвратить обществу излишне уплаченные (взысканные) таможенные платежи по спорной декларации.

Суд первой инстанции правомерно посчитал, что с учетом результатов рассмотрения спора общество в соответствии со статьями 106, 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации имеет право на взыскание понесенных судебных расходов по уплате государственной пошлины в размере 3 000 рублей за подачу заявления в суд, а также на взыскание понесенных судебных расходов на оплату услуг представителя.

Из анализа данных норм права следует, что право на возмещение судебных расходов на оплату услуг представителя возникает при условии фактического несения стороной, в пользу которого был принят судебный акт, затрат. При этом, определяя размер судебных расходов, суд должен руководствоваться принципом разумности.

Доказательства, подтверждающие разумность расходов на оплату услуг представителя, должна представить сторона, требующая возмещения указанных расходов (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). 

В обоснование заявления обществом представлены договор на оказание юридических услуг от 07.09.2017, платежное поручение № 527 от 14.10.2019 на сумму 25 000 рублей.

При определении разумных пределов расходов на оплату услуг представителя суд первой инстанции обоснованно принял во внимание сложность дела, период времени, затраченный на подготовку к делу, объем письменных документов, составленных и подготовленных представителем по настоящему делу, характер рассматриваемого спора и категорию дела, оказание заявителю услуг представителя по настоящему делу путем составления, подачи заявления, путем участия в судебном заседании, а также учитывая сложившуюся в регионе стоимость оплаты услуг адвокатов, признал разумными и подлежащими возмещению за счет таможни судебные расходы на оплату услуг представителя в сумме 15 000 рублей.

Таким образом, вывод о разумности заявленной суммы судебных расходов на оплату услуг представителя сделан судом в пределах предоставленных ему дискреционных полномочий с учетом положений пункта 2 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Определении от 21.12.2004 № 454-О, а также разъяснений Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации № 1 от 21.01.2016 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» и в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений или неправильного применения норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием к отмене или изменению решения, апелляционной инстанцией не установлено.

Учитывая изложенное, судебная коллегия не усматривает правовых оснований для отмены решения суда и удовлетворения апелляционной жалобы.

Вопрос о распределении расходов по государственной пошлине за апелляционную жалобу судом не рассматривался, поскольку заявитель жалобы освобожден от уплаты государственной пошлины в силу положений статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 258, 266-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Пятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда Приморского края от 02.03.2020 по делу № А51-20298/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Дальневосточного округа через Арбитражный суд Приморского края в течение двух месяцев.

Председательствующий

А.В. Пяткова

Судьи

Л.А. Бессчасная

Т.А. Солохина