АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075  

http://fasuo.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8858/22 

Екатеринбург

14 декабря 2022 г.

Дело № А50-30456/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 08 декабря 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 14 декабря 2022 г. 

Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Плетневой В. В., Морозова Д. Н.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» на определение Арбитражного суда  Пермского края от 17.06.2022 по делу № А50-30456/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа в судебное заседание не явились.

Решением суда от 16.02.2022 ФИО1 (далее – ФИО1, должник) признана несостоятельным (банкротом), в отношении нее введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО2 (далее – ФИО2, финансовый управляющий). 

Финансовый управляющий обратился в суд с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества должника, и об освобождении от дальнейшего исполнения требований кредиторов. 

Конкурсный кредитор общество с ограниченной ответственностью «НБК» 26.05.2022 направило ходатайство о неприменении в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств в отношении кредитора. 

Определением  Арбитражного суда  Пермского края от 17.06.2022 процедура реализации имущества должника ФИО1 завершена, ФИО1 освобождена от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе не заявленных в процедуре реализации имущества гражданина.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 определение суда первой инстанции оставлено без изменения.

В кассационной жалобе общество «НБК» просит указанные судебные акты отменить в части применения к должнику правил пункта 3 статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и отказать в освобождении ФИО1 от исполнения неисполненных обязательств перед обществом «НБК», ссылаясь на то, что при заключении кредитного договора должник предоставил недостоверные данные о размере своих доходов и месте работы.

Кассатор считает, что суды сделали неверный вывод об отсутствии оснований для неосвобождения должника от обязательств.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом кассационной инстанции на основании статей 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в пределах доводов, изложенных в кассационной жалобе.

Как установлено судами и следует из материалов дела, определением суда от 09.12.2021 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) ФИО1 на основании заявления самого должника.

Решением суда от 16.02.2022 ФИО1 признана несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества.

В ходе процедуры реализации имущества должника финансовым управляющим сформирован реестр требований кредиторов должника на общую сумму 623,8 тыс. руб. (требования кредиторов не погашены).

Финансовый управляющий представил в суд отчет о своей деятельности и о результатах проведенных мероприятий в рамках процедуры реализации имущества должника ФИО1 с ходатайством о завершении процедуры банкротства, помимо этого – анализ финансового состояния должника, анализ сделок, заключение о наличии (отсутствии) признаков фиктивного или преднамеренного банкротства.

Финансовым управляющим выявлено, что у должника отсутствует ликвидное имущество. 

Совершения должником сделок, в результате оспаривания которых возможно было бы сформировать конкурсную массу, также не установлено. 

Финансовым управляющим сделаны выводы об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства ФИО1, невозможности восстановления платежеспособности должника. 

За период процедуры реализации имущества текущие расходы составили 11,2 тыс. руб., погашены в полном объеме.

Пунктом 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве предусмотрено, что после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества гражданина арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Установив, что финансовым управляющим проведены все мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства должника, пополнение конкурсной массы невозможно, суды первой инстанции, руководствуясь статьей 213.28 Закона о банкротстве, пришли к выводу о наличии оснований для завершения процедуры реализации имущества должника.

Судебные акты в части завершения процедуры реализации имущества должника лицами, участвующими в деле, не обжалуются и судом кассационной инстанции в соответствующей части не проверяются.

Предметом кассационного обжалования со стороны одного из конкурсных кредиторов является применение к должнику общего правила об освобождении его от исполнения обязательств по итогам процедуры банкротства.

Применяя в отношении должника правила об освобождении от исполнения обязательств, суды исходили из следующего.

Согласно абзацу 4 пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение должника от обязательств не допускается, если доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор основывал свое требование в деле о банкротстве должника, последний действовал незаконно, в том числе, совершил действия, указанные в этом абзаце. Соответствующие обстоятельства могут быть установлены в рамках любого обособленного спора по делу о банкротстве должника, а также в иных делах (пункт 45 постановления Пленума № 45).

Отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.). При этом принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является.

При распределении бремени доказывания по вопросу об установлении наличия либо отсутствия обстоятельств, при которых должник не может быть освобожден от исполнения обязательств, необходимо исходить из презумпции добросовестности и добропорядочности гражданина до тех пор, пока не установлено обратное (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации). Эта презумпция, исходя из своего содержания, влияет на распределение обязанности по доказыванию, вследствие чего финансовый управляющий, кредиторы должны доказать наличие оснований для неосвобождения должника-гражданина от обязательств.

Возражая против применения в отношении должника правил об освобождении от исполнения обязательств, общество «НБК» ссылалось на то, что должником последовательно наращивалась кредиторская задолженность путем получения денежных средств в различных кредитных организациях, приняты заведомо неисполнимые обязательства при получении банковских кредитов исходя из уровня дохода должника в рассматриваемом случае, что, по мнению кредитора, должно быть квалифицировано как его недобросовестное поведение, влекущее отказ в освобождении гражданина от обязательств. 

Кредитор также обращал внимание судов, что при заключении договоров заполнялись анкеты, подписав которые должник подтвердил, что вся информация, изложенная в них является верной, точной и полной во всех отношениях. 

Кредитором, при анализе анкет, было выявлено, что должником указано разное место работы, при этом договоры были заключены практически в одни период.

Рассмотрев указанные возражения кредитора, исследовав и оценив представленные в дело доказательства, суды оснований для отступления от общего правила об освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами как итога процедуры реализации имущества и неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения от обязательств не установили, исходили при этом из того, что поведение должника в процедуре банкротства являлось добросовестным: злостное уклонение должника от исполнения обязательств материалами дела не подтверждено, признаков преднамеренного (фиктивного) банкротства должника не установлено, равно как и фактов сокрытия или умышленного уничтожения должником своего имущества, не выявлено фактов создания должником препятствий к осуществлению мероприятий процедуры банкротства, уклонения от сотрудничества с арбитражным управляющим или судом; доказательств противоправности поведения должника как при принятии на себя обязательств, так и при проведении процедур банкротства, в том числе злостного уклонения должника от погашения своих обязательств либо предоставления им заведомо ложных сведений не представлено.

В нарушение статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации общество «НБК» не представило доказательств противоправного поведения должника, направленного на умышленное уклонение от исполнения обязательств.

Суд округа считает необходимым отметить, что по смыслу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве принятие на себя непосильных долговых обязательств ввиду необъективной оценки собственных финансовых возможностей и жизненных обстоятельств не может являться основанием для неосвобождения гражданина от долгов. В отличие от недобросовестности неразумность поведения физического лица сама по себе таким препятствием не является. 

Судами верно отмечено, что в рассматриваемом случае необходимо учитывать, что согласно пункту 2 статьи 5 Федерального закона от 02.12.1990 № 395-1 «О банках и банковской деятельности» размещение банком привлеченных денежных средств в виде кредитов осуществляется банковскими организациями от своего имени и за свой счет; банк самостоятельно принимает решение о предоставлении кредита, исходя из имеющихся у него свободных ресурсов. Именно банк, выдавая кредит, заинтересован в проверке платежеспособности и кредитоспособности заемщика, и должен быть убежден в наличии таковой. Являясь профессиональным участником рынка кредитования, кредитор должен разумно оценивать свои риски при предоставлении денежных средств.

Судами установлено, что текущее и предшествующее финансовое положение должника свидетельствует об объективной невозможности погасить имеющуюся кредиторскую задолженность (отсутствие необходимых доходов).

В отсутствие убедительных доказательств недобросовестного поведения должника суды признали недоказанным со стороны общества «НБК» наличие в данном конкретном случае оснований для неприменения в отношении ФИО1 пункта 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Суд округа оснований для отмены обжалуемых судебных актов не усматривает, выводы судов соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Предусмотренные Законом о банкротстве обстоятельства, препятствующие освобождению гражданина от дальнейшего исполнения обязательств (пункты 4, 5 статьи 213.28 Закона о банкротстве), все без исключения связаны с наличием в поведении должника той или иной формы недобросовестности.

По смыслу пунктов 1 и 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Проверка добросовестности осуществляется как при наличии обоснованного заявления стороны спора, так и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения. В этом случае суд выносит на обсуждение обстоятельства, явно свидетельствующие о таком недобросовестном поведении, даже если другие стороны на них не ссылались. При установлении недобросовестности одной из сторон суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения применяет меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (абзацы 4 - 5 пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Доводы заявителя кассационной жалобы об указании должником недостоверных сведений были предметом исследования судов и отклонены, как не свидетельствующие о недобросовестности должника, судами установлено, что неисполнение должником своих обязательств вызвано объективными причинами, а не субъективным фактором; не означает недобросовестного поведения должника при возникновении и исполнении обязательств. Оснований для иных выводов у суда округа не имеется.

Доводы кассатора дублируют аргументы, приведенные обществом «НБК» при рассмотрении спора в судах первой и апелляционной инстанции, которые судами исследованы и оценены; доводы заявителя не свидетельствуют о неправильном применении судами при рассмотрении спора норм материального права, регулирующих институт потребительского банкротства, либо о наличии нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта; по сути, доводы кассационной жалобы выражают несогласие кассатора с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом округа не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда  Пермского края от 17.06.2022 по делу № А50-30456/2021 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 12.10.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «НБК» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

ПредседательствующийО.Н. Новикова 

СудьиВ.В. Плетнева 

                                              Д.Н. Морозов