ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45, 

http://www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru  

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности определения арбитражного суда, 

не вступившего в законную силу 

(11АП-4827/2024, 11АП-4955/2024)

Дело № А72-4769/2021

г. Самара

09 июля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 04 июля 2024 года.  Постановление в полном объеме изготовлено 09 июля 2024 года.  

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Поповой Г.О., судей Александрова А.И., Бессмертной О.А.,   при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания  Власовой Н.Ю.,  

с участием в судебном заседании: от ФНС России – ФИО1 представитель по доверенности от 05.09.2023, 

иные лица, участвующие в деле, не явились, извещены надлежащим образом,  

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда в зале № 2  апелляционные жалобы ФНС России, конкурсного управляющего ФИО2 на  определение Арбитражного суда Ульяновской области от 07.03.2024 об отказе в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении контролирующих  должника лиц к субсидиарной ответственности в рамках дела № А72-4769/2021 о  несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью  «Спецтранс», ИНН 

<

***>,  

УСТАНОВИЛ:

ФНС России обратилась в Арбитражный суд Ульяновской области с заявлением о  признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью  (ООО) «Спецтранс»; введении процедуры банкротства – наблюдение; утверждении  арбитражного управляющего из числа членов Ассоциации арбитражных управляющих  «ОРИОН» (191021, 

<

...>, пом.6Н); включении  требований ФНС России в третью очередь реестра требований кредиторов с общей  суммой 40 564 135,28 руб., из которых 25 612 908 руб. 65 коп. – основной долг, 11 561  руб. 63 коп. – пени, 3 390 225 руб. 00 коп. – штраф.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 30.04.2021 заявление  принято к рассмотрению.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 31.08.2021  (резолютивная часть от 24.08.2021) в отношении ООО «Спецтранс» введена процедура  банкротства – наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО2, член Саморегулируемой организации арбитражных управляющих  Ассоциации «Синергия».  

Сведения о введении в отношении должника процедуры наблюдения  опубликованы в газете «КоммерсантЪ» № 159 от 04.09.2021.  

Решением Арбитражного суда Ульяновской области от 28.01.2022 (резолютивная  часть от 24.01.2022) ходатайство должника об прекращении производства по делу о  банкротстве оставлено без удовлетворения. ООО «Спецтранс» признано несостоятельным  (банкротом) с применением положений о банкротстве отсутствующего должника, открыто  конкурсное производство; конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2,  члена Саморегулируемой организации арбитражных управляющих Ассоциации  «Синергия» (адрес: 350063, 

<

...>, ИНН 

<

***>).  

Сведения о признании должника банкротом опубликованы в газете  «КоммерсантЪ» № 21 от 05.02.2022.  

14.02.2022 от конкурсного управляющего ООО «Спецтранс» поступило заявление  о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в  солидарном порядке следующих контролирующих лиц:  

- ООО «Книжный двор» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>); - ФИО3 (ИНН 

<

***>); - ФИО4 (ИНН 

<

***>); - ФИО5 (ИНН 

<

***>). 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 17.02.2022 заявление  принято к производству, к участию в деле привлечены ООО «Книжный двор», ФИО3, ФИО4, ФИО5.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 05.09.2022  производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Спецтранс»  о привлечении ФИО6 и ФИО7 к субсидиарной ответственности по  обязательствам должника выделено в отдельное производство. Выделенному  обособленному спору присвоен номер А72-4769-24/2021.  

27.03.2023 в адрес суда посредством интернет-системы «МойАрбитр.ру»  от конкурсного управляющего ООО «Спецтранс» поступило заявление, в котором он  просит привлечь к солидарной субсидиарной ответственности по обязательствам  должника ООО «Спецтранс» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) следующих  контролирующих лиц:  

- ФИО3 (ИНН 

<

***>); - ООО «Дон – Авто» (ИНН 

<

***> ОГРН 

<

***>); - ФИО6 (ИНН 

<

***>); - ФИО7 (ИНН 

<

***>). 

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 30.03.2023 заявление  принято к производству в рамках обособленного спора № А72-4769-29/2021, к участию в  деле привлечены ФИО3, ООО «ДОН-АВТО», ФИО6 и ФИО7.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 09.08.2023 принято к  рассмотрению ходатайство ФИО3 о прекращении производства по заявлению о  привлечении к субсидиарной ответственности.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 18.09.2023  (резолютивная часть от 11.09.203) в одно производство для совместного рассмотрения  объединены дела № А72-4769-24/2021 и № А72-4769-29/2021 по заявлениям конкурсного  управляющего о привлечении к субсидиарной ответственности контролирующих  должника лиц. Объединенному обособленному спору присвоен номер: А72-4769-24/2021.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2023 к участию в  споре в качестве заинтересованного лица привлечен финансовый управляющий ФИО3 – ФИО8.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 14.12.2023 к участию в  споре в качестве заинтересованного лица привлечен финансовый управляющий  ФИО7 – ФИО9.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 07.03.2024 ходатайство  ФИО3 о прекращении производства по спору в отношении него оставлено без  удовлетворения. Заявление конкурсного управляющего о привлечении к субсидиарной  ответственности оставить без удовлетворения.  

Конкурсный управляющий ФИО2, не согласившись с указанным судебным  актом, обратился с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда  Ульяновской области от 07.03.2024 в рамках дела № А72-4769/2021, просил определение  суда первой инстанции отменить, заявленные требования удовлетворить, а также  исключить из мотивировочной части судебного акта выводы указанные на странице 10, а  именно о том, что автомобили признанные по недействительным сделкам подлежат  включению в конкурсную массу и реализуются в рамках дела о несостоятельности  (банкротстве) ФИО7  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2024  принята к производству апелляционная жалоба, рассмотрение апелляционной жалобы  назначено на 16.05.2024.  

 ФНС России также не согласившись с указанным судебным актом, обратилась с  апелляционной жалобой (с учетом дополнительных пояснений) на определение  Арбитражного суда Ульяновской области от 07.03.2024 в рамках дела № А72-4769/2021.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 29.03.2024  принята к производству апелляционная жалоба, рассмотрение апелляционной жалобы  назначено на 16.05.2024.  

Информация о принятии апелляционных жалоб к производству, движении дела, о  времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном  сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу:  www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным ст. 121 АПК РФ.  

Представитель ФНС России в судебном заседании доводы апелляционных жалоб  поддержал, просил определение суда первой инстанции отменить, заявленные требования  удовлетворить в полном объеме.  

Представитель ООО «Дон-Авто» возражал против удовлетворения апелляционных  жалоб, просил определение суда первой инстанции оставить без изменения,  апелляционные жалобы без удовлетворения по доводам письменных возражений и  отзыва на жалобы.  

Представитель ФИО7 с доводами апелляционных жалоб не согласился,  просил определение суда первой инстанции оставить без изменения, по основаниям  указанным в отзыве, пояснил, что не располагает информацией о месте нахождении  автомобилей, финансовому управляющему ФИО9 транспортные средства не  переданы, в подтверждение приобщены в материалы дела копия Постановления о  возбуждении исполнительного производства от 20.10.2023, копии запросов направленных  в ГУ МВД РФ по Ростовской области, Прокуратуру Ростовской области, УМВД РФ по  Ульяновской области, Прокуратуру по Ульяновской области.  

Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 04.07.2024 по  делу № А72-4769/2021, в связи с нахождением судьи Мальцева Н.А. в отпуске (приказ   № 186/К от 18.06.2024), произведена замена судьи в судебном составе рассматривающим  апелляционные жалобы на судью Бессмертную О.А.  

В соответствии с п. 2 ст. 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации после замены судьи рассмотрение дела начинается сначала.  

Представитель ФНС России доводы апелляционных жалоб поддержал, с учетом  представленных письменных пояснений.  

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и  месте рассмотрения апелляционных жалоб, в том числе публично путем размещения  

информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах  Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской  Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих  представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба  рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).  

ФИО10 представил отзыв на апелляционные жалобы, в которых просил  определение суда первой инстанции оставить без изменения.  

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционных жалоб, проверив в  соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой  инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов  содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и  имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд  пришел к выводу о наличии оснований для изменения определения суда первой  инстанции, в связи со следующим.  

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О  несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК  РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по  правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными  федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).  

Как следует из материалов дела, определением Арбитражного суда Ульяновской  области от 28.03.2023 по обособленному спору № А72-4769-5/2021 признано доказанным  наличие оснований для привлечения ФИО3, ФИО4, ФИО11,  ФИО5 и ООО «Книжный двор» к субсидиарной ответственности по  обязательствам общества «Спецтранс». Производство по рассмотрению заявления  конкурсного управляющего о привлечении указанных лиц к субсидиарной  ответственности приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.06.2023  определение Арбитражного суда Ульяновской области от 28.03.2023 в части привлечения  ФИО5, ФИО11, ФИО4 и ООО «Книжный двор» к субсидиарной  ответственности отменено, в отмененной части принят новый судебный акт об отказе в  удовлетворении заявления конкурсного управляющего. В остальной части определение  суда первой инстанции оставлено без изменения.  

Согласно выписке из ЕГРЮЛ ООО «Спецтранс» зарегистрировано в качестве  юридического лица 30.10.2007.  

Участниками ООО «Спецтранс» в разные периоды являлись: 

– ООО «Книжный двор»: с 31.12.2014 по 16.03.2015 – 50%, с 17.03.2015 по  26.05.2016 – 100%, с 27.05.2016 по 31.08.2017 – 50%,  

– ФИО3 с 27.05.2016 по 31.08.2017 – 50%, с 01.09.2017 по  настоящее время – 100%.  

Руководителями ООО «Спецтранс» в разные периоды являлись: – ФИО4 с 31.12.2014 по 03.09.2015, 

– ФИО3 с 04.09.2015 по дату признания должника  банкротом.  

Из материалов дела следует, что в ООО «Спецтранс» ФИО7 занимала  должность коммерческого директора (в период с 02.02.2015 по 31.08.2019), а ФИО6 занимал должность механика (в период с 02.02.2015 по  31.08.2019).  

ФИО6 является также единственным участником и директором ООО «Дон- Авто», отцом ФИО3 (директора и единственного участника  ООО «Спецтранс»).  

ФИО7 в ООО «Дон-Авто» занимала должность бухгалтера и  коммерческого директора с 02.09.2019 по первый квартал 2023.  

Как следует из материалов дела, в обоснование заявления о привлечении  контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный  управляющий должника, уполномоченный орган определяют ФИО7, ФИО6 и ООО «Дон-Авто» в качестве выгодоприобретателей по сделкам должника,  которыми должнику причинен существенный вред.  

При этом ФИО3 заявил ходатайство о прекращении производства по спору  в отношении себя, мотивировав это тем, что определением от 28.03.2023 по  обособленному спору № А72-4769-5/2021 уже признано доказанным наличие оснований  для привлечения его к субсидиарной ответственности по обязательствам общества  «Спецтранс»; производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего о  привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами.  

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении к  субсидиарной ответственности контролирующих должника лиц, указал на отсутствие  совокупности условий, необходимых для возложения на ФИО7, ФИО6 и  ООО «Дон-Авто» ответственности, предусмотренной нормами права, а также указал на  отсутствие оснований для прекращения производства по заявлению в части привлечения к  ответственности ФИО3  

В апелляционной жалобе ФНС России ссылается на несоответствие выводов суда  первой инстанции обстоятельствам дела и на нарушение выводов суда первой инстанции  положениям ст. 61.11 Закона о банкротстве.  

Фактически доводы апелляционной жалобы повторяют правовую позицию ФНС  России, изложенную при рассмотрении спора в суде первой инстанции.  

Конкурсный управляющий ООО «Спецтранс» в своей апелляционной жалобе  ссылается на наличие оснований для изменения определения суда, и исключения выводов  о реализации транспортных средств в рамках дела о несостоятельности (банкротстве)  ФИО7, сделанных на стр. 10 обжалуемого судебного акта, а также указал на  наличие оснований для привлечения ФИО7, ФИО3, ФИО6,  ООО «Дон-Авто» к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.  

Повторно рассмотрев материалы дела, доводы апелляционных жалоб в порядке  статьи 71 АПК РФ, проанализировав нормы материального и процессуального права,  арбитражный апелляционный суд усматривает основания для изменения обжалуемого  судебного акта в связи со следующим.  

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в  Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской  Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен  главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».  

По смыслу пункта 2 информационного письма Президиума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах,  связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О  внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», а также  исходя из общих правил о действии закона во времени (пункт 1 статьи 4 Гражданского  кодекса Российской Федерации положения Закона о банкротстве в редакции Закона   № 266-ФЗ о субсидиарной ответственности соответствующих лиц по обязательствам  должника применяются, если обстоятельства, являющиеся основанием для их  привлечения к такой ответственности (например, дача контролирующим лицом указаний  должнику, одобрение контролирующим лицом или совершение им от имени должника  сделки), имели место после дня вступления в силу Закона № 266-ФЗ.  

Если же данные обстоятельства имели место до дня вступления в силу Закона   № 266-ФЗ, то применению подлежат положения о субсидиарной ответственности по  обязательствам должника Закона о банкротстве в редакции, действовавшей до вступления  

в силу Закона № 266-ФЗ, независимо от даты возбуждения производства по делу о  банкротстве.  

В соответствии с п.п. 1 п. 2 ст. 61.11 Закона о банкротстве, пока не доказано иное,  предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие  действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в частности причинен  существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим  лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок  должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные  в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; Заявитель одним из оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности указывает совершение ответчиками  ущербных сделок.  

В спорном случае обстоятельства, в связи с которыми конкурсный управляющий  заявляет о привлечении ответчика к субсидиарной ответственности, имели место после  вступления в силу Закона № 266-ФЗ, следовательно, настоящий спор подлежит  рассмотрению по правилам Закона о банкротстве в редакции указанного Федерального  закона.  

Субсидиарная ответственность по своей правовой природе является  разновидностью ответственности гражданско-правовой, материально-правовые нормы о  порядке привлечения к данной ответственности применяются на момент совершения  вменяемых ответчикам действий (возникновения обстоятельств, являющихся основанием  для их привлечения к ответственности).  

В соответствии с пунктом 21 постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 21.12.2017 № 53, если необходимой причиной объективного банкротства  явились сделка или ряд сделок, по которым выгоду извлекло третье лицо, признанное  контролирующим должника исходя из презумпции, закрепленной в подпункте 3 пункта 4  статьи 61.10 Закона о банкротстве, такой контролирующий выгодоприобретатель несет  субсидиарную ответственность, предусмотренную статьей 61.11 Закона о банкротстве,  солидарно с руководителем должника (абзац 1 статьи 1080 ГК РФ).  

В соответствии с разъяснениями, приведенными в пункте 23 Постановления  Пленума Верховного суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве»,  согласно подпункту 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, презумпция доведения  до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к  контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред  кредиторам.  

К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него  (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся  существенно убыточными.  

При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника,  например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об  акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью и т.д.).  

Отсутствие у сделки признаков крупной исходя из положений статьи 46 Закона об  обществах с ограниченной ответственностью, как следует из изложенного выше, не  исключает признание этой сделки значительной для масштабов деятельности Общества  исходя из ее возможных негативных последствий для должника. Кроме того, в данном  случае следует также оценивать последствия всей совокупности исследуемых сделок,  поскольку негативные последствия поведения контролирующего должника лица, как  указано выше, оцениваются исходя из всей совокупности его действий по управлению  хозяйственной деятельностью организации.  

Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной,  следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка,  совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для  

должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате  совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или  несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый  доход.  

По смыслу пункта 1 статьи 19 Закона о банкротстве к заинтересованным лицам  должника относятся лица, которые входят с ним в одну группу лиц, либо являются по  отношению к нему аффилированными.  

При этом согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда  Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве  факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение  аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе  компаний через корпоративное участие), но и фактической.  

Конкурсный управляющий и уполномоченный орган определяют ФИО7,  ФИО6 и ООО «Дон-Авто» в качестве выгодоприобретателей по сделкам  должника.  

Судом установлено, что в рамках настоящего дела о банкротстве конкурсным  управляющим оспорены сделки должника, совершенные с ФИО7, ФИО6 и ООО «Дон-Авто».  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 06.03.2023 по  обособленному спору № А72-4769-7/2021 признаны недействительными сделками  договоры купли-продажи транспортных средств от 30.09.2018, 27.08.2018, 27.08.2018,  заключенные между ООО «Спецтранс» и ФИО7 по продаже автомобилей  RENAULT DUSTER, 2015 г.в., VIN X7LHSRGAN53698165; VOLVO FM-TRACK 6х4,  2012 г.в., VIN 

<

***>; 697612/VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN  

<

***>. Применены последствия признания сделки недействительной в  виде обязания ФИО7 возвратить указанные автомобили в конкурсную массу  ООО «Спецтранс».  

Этим же определением суд также признал недействительными сделками  перечисления ООО «Спецтранс» в пользу ФИО7 денежных средств на общую  сумму 2 389 000 руб. В порядке применения последствий признания сделки  недействительной с ФИО7 в конкурсную массу ООО «Спецтранс» взысканы  денежные средства в размере 2 389 000 руб.  

Представитель ФИО7 подтвердил, что судебный акт о признании сделок  недействительными не исполнен, автомобили и денежные средства должнику не  возвращены.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 13.10.2022 в рамках  обособленного спора № А72-4769-20/2021 признаны недействительными сделками  перечисления ООО «Спецтранс» в пользу ФИО6 денежных  средств на общую сумму 185 000 руб., применены последствий недействительности  сделки в виде взыскания с ФИО6 в конкурсную массу ООО «Спецтранс»  денежных средств в размере 185 000 руб.  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 11.01.2023  установлено, что определение суда от 13.10.2022 исполнено со стороны ФИО6 в  полном объеме, денежные средства поступили в конкурсную массу ООО «Спецтранс».  

Определением Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2022 по  обособленному спору № А72-4769-9/2021 признаны недействительными договоры уступки  прав (цессии) от 01.10.2019 № 1 и № 2, заключенные между ООО «Спецтранс» и ООО  «Дон-Авто». В порядке применения последствий их недействительности с ООО «Дон- Авто» в конкурсную массу ООО «Спецтранс» взысканы денежные средства в размере  12 258 руб. 00 коп. и 133 337 руб. 00 коп. соответственно, а также восстановил право  требования ООО «Дон-Авто» к ООО «Спецтранс» по договорам уступки прав (цессии) от  01.10.2019 № 1 на сумму 1 000 руб. 00 коп. и № 2 на сумму 1 000 руб. 00 коп.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2023  определение Арбитражного суда Ульяновской области от 16.11.2022 по делу № А724769/2021 отменено, по делу принят новый судебный акт, которым в удовлетворении  заявления конкурсному управляющему должником о признании сделок  недействительными и применении последствий недействительности сделок к ответчику  ООО «Дон-Авто» отказано.  

Разрешая первое заявление конкурсного управляющего о привлечении к  субсидиарной ответственности в рамках обособленного спора № А72-4769-5/2021, суд на  основе анализа бухгалтерской и налоговой отчетности ООО «Спецтранс» установил, что  приведенные в бухгалтерской отчетности должника показатели его финансово-хозяйственной деятельности за все периоды начиная с 2015 года носили формальных  характер и не отражали фактическое имущественное положение ООО «Спецтранс»,  начиная с 2017 года должник начал привлекать заемные средства (займодавцы ООО  «Волгастройсервис» и ООО «Капитал»), которые не возвратил до настоящего времени. С  учетом указанных обстоятельств суд пришел к выводу о том, что моментом  возникновения признаков объективного банкротства должника является 1 квартал 2015  года, поскольку именно в указанный период у ООО «Спецтранс» начала формироваться  задолженность перед кредиторами, включенная в дальнейшем в реестр требований  кредиторов должника.  

При дальнейшем обжаловании судебного акта по указанному спору данный вывод  о недостоверности показателей отчетности должника и о моменте его объективного  банкротства неверным не признан.  

Оснований для переоценки указанного вопроса в настоящем споре судом не  установлено.  

Как указано ранее, в признании сделок с ООО «Дон-Авто» отказано, судебный акт  о признании недействительными сделок с ФИО6 в части примененных  последствий исполнен со стороны ответчика, а, следовательно, сделки с ним убытков  должнику не причинили.  

Сделки с ФИО7 совершены существенно позже определенной судом  даты объективного банкротства ООО «Спецтранс», а, следовательно, не являются  сделками, причинившими именно существенный вред кредиторам, поскольку они не  могли повлиять на ухудшение финансово-экономического состояния должника в той  мере, как если бы были направлены на достижение критического результата в совокупной  деятельности должника на пути к объективному банкротству, а в совокупности  имеющихся обязательств несовершение данных сделок не привело бы к существенному  улучшению финансового состояния должника.  

На основании изложенного суд первой инстанции обоснованно указал, что  результаты сделок с ФИО7 причинили должнику убытки, но не стали причиной  его объективного банкротства, в том числе с учетом размера требований кредиторов,  включенных в реестр.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 20 Постановления Пленума  Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с  привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», при  решении вопроса о том, какие нормы подлежат применению - общие положения о  возмещении убытков (в том числе статья 53.1 ГК РФ) либо специальные правила о  субсидиарной ответственности (статья 61.11 Закона о банкротстве), - суд в каждом  конкретном случае оценивает, насколько существенным было негативное воздействие  контролирующего лица (нескольких контролирующих лиц, действующих совместно либо  раздельно) на деятельность должника, проверяя, как сильно в результате такого  воздействия изменилось финансовое положение должника, какие тенденции приобрели  экономические показатели, характеризующие должника, после этого воздействия.  

Если допущенные контролирующим лицом (несколькими контролирующими  лицами) нарушения явились необходимой причиной банкротства, применению подлежат  

нормы о субсидиарной ответственности (пункт 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве),  совокупный размер которой, по общим правилам, определяется на основании абзацев  первого и третьего пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

В том случае, когда причиненный контролирующими лицами, указанными в статье  53.1 ГК РФ, вред исходя из разумных ожиданий не должен был привести к объективному  банкротству должника, такие лица обязаны компенсировать возникшие по их вине убытки  в размере, определяемом по правилам статей 15, 393 ГК РФ.  

Поскольку ФИО3, как руководитель и единственный участник ООО  «Спецтранс», несет ответственность за деятельность должника в тот период, когда он  фактически осуществлял руководство им, презюмируется, пока не доказано обратное, что  руководитель располагает всей информацией о сделках, заключенных обществом в его  лице, и об исполнении этих сделок.  

При этом, надлежащим образом исполняя должностные обязанности, ФИО3  должен был руководствоваться интересами ООО «Спецтранс». Однако ФИО3,  являющийся лицом, контролирующим распоряжение имуществом должника на всех  этапах его деятельности, добросовестность и разумность своих действий по совершению  безвозмездных сделок в пользу ФИО7 не обосновал, возникновение убытков, их  размер не опроверг.  

На основании изложенного суд первой инстанции установил доказанным  основания причинения ФИО3 должнику убытков от совершения сделок в  пользу ФИО7 на общую сумму 10 100 000 руб. (стоимость отчужденных  автомобилей и перечисленных денежных средств).  

При оценке негативных последствий для должника от заключения и исполнения  сделок в пользу ФИО7 применительно к действиям (бездействию) ФИО3 необходимо исходить из правовой позиции Конституционного Суда РФ,  выраженной в Определении от 27.02.2020 № 414-О, отмечающей зачетный характер  требований о взыскании убытков и привлечении к субсидиарной ответственности, а также  декларирующей недопущение двойной ответственности.  

Судебными актами по обособленному спору № А72-4769-5/2021 признано  доказанным наличие оснований для привлечения ФИО3 к субсидиарной  ответственности по обязательствам ООО «Спецтранс» по ст. 61.11 Закона о банкротстве,  рассмотрение вопроса об определении размера ответственности приостановлено до  окончания расчетов с кредиторами.  

В рассматриваемом случае размер убытков должника от совершения сделки в  пользу ФИО7 ограничен стоимостью отчужденных автомобилей и номинальной  суммой денежных средств, перечисленных указанному лицу, и составляет 10 100 000 руб.,  тогда как размер субсидиарной ответственности ФИО3 по доказанным  основаниям по ст. 61.11 Закона о банкротстве определяется совокупным размером  реестровых, зареестровых и текущих требований кредиторов, в связи с чем у суда первой  инстанции отсутствовали основания для отдельного взыскания с ФИО3 убытков  на сумму отчужденного в пользу ФИО7 актива.  

Как указано выше, в порядке применения последствий недействительности сделок  суд определил имущественные требования ООО «Спецтранс» к ФИО7  

Судом установлено, что решением Арбитражного суда Ростовской области от  12.12.2023 по делу № А53-25876/2023 ФИО7 признана  несостоятельной (банкротом), введена процедура, применяемая в деле о банкротстве  граждан - реализация имущества. Финансовым управляющим утвержден ФИО9 Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» № 240(7685) от  23.12.2023.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.11 Закона о банкротстве с даты вынесения  арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о признании  гражданина банкротом и введения реструктуризации его долгов вводится мораторий на  

удовлетворение требований кредиторов по денежным обязательствам, об уплате  обязательных платежей, за исключением случаев, предусмотренных названной статьей.  

Абзацем пятым пункта 2 статьи 213.11 Закона о банкротстве предусмотрено, что с  даты вынесения арбитражным судом определения о признании обоснованным заявления о  признании гражданина банкротом и введении реструктуризации его долгов снимаются  ранее наложенные аресты на имущество гражданина и иные ограничения распоряжения  имуществом гражданина. Аресты на имущество гражданина и иные ограничения  распоряжения имуществом гражданина могут быть наложены только в процессе по делу о  банкротстве гражданина.  

Таким образом, с момента возбуждения в отношении ответчика процедуры  банкротства, последний приобретает специальный статус должника-банкрота и в  отношении его имущества устанавливается режим конкурсной массы, подлежащей  реализации только в рамках дела о банкротстве. В рассмотренном случае нормы Закона о  банкротстве являются специальными по отношению к иному законодательному  регулированию и подлежат применению в приоритетном порядке.  

С учетом указанного, с момента возбуждения в отношении ФИО7  процедуры банкротства, данное лицо приобрело специальный статус должника-банкрота и  в отношении ее имущества устанавливается режим конкурсной массы, подлежащей  реализации только в рамках дела о ее банкротстве.  

По смыслу положений, изложенных в абзаце пятом пункта 2 статьи 213.11 и абзаце  четвертом пункта 5 статьи 213.25 Закона о банкротстве, с учетом разъяснений,  приведенных в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения  Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ограничения в части  распоряжения принадлежащим должнику - банкроту имуществом могут быть применены  лишь по определению арбитражного суда, рассматривающего дело о банкротстве  должника. Указанные правила применяются также и по требованиям лиц, не участвующих  в деле о банкротстве.  

Сославшись на указанные нормы права, суд первой инстанции сделал вывод о том,  что невозвращенные должнику со стороны ФИО7 транспортные средства  включены в ее конкурсную массу и подлежат реализации в ее деле о банкротстве, при  этом, негативные последствия от совершения сделок в пользу ФИО7  компенсированы должнику в результате применения последствий их недействительности,  реализация которых подлежит в процедуре банкротства указанного ответчика.  

Между тем, судебная коллегия не соглашается с указанными выводами суда первой  инстанции, на основании следующего.  

В соответствии с пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской  Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой  все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в  том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной  работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость, если иные последствия  недействительности сделки не предусмотрены законом.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было  передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения  обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной  недействительной в соответствии с настоящей главой, подлежит возврату в конкурсную  массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре  приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент  его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости  имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации  об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.  

Согласно сведениям из государственных органов, спорные транспортные средства  зарегистрированы за ФИО7  

В рамках обособленного спора определением Арбитражного суда Ульяновской  области от 06.03.2023 по делу № А72-4769/2021 удовлетворено заявление конкурсного  управляющего.  

Признана недействительной сделка - договор купли-продажи транспортного  средства от 30.09.2018, заключенный между ООО «Спецтранс» и ФИО7 по  продаже транспортного средства RENAULT DUSTER, 2015 г.в., VIN  X7LHSRGAN53698165.  

Применены последствия признания сделки недействительной в виде обязания  ФИО7 возвратить в конкурсную массу ООО «Спецтранс» автомобиля  RENAULT DUSTER, 2015 г.в., VIN X7LHSRGAN53698165.  

Признан недействительной сделкой договор купли-продажи транспортного  средства от 27.08.2018, заключенный между ООО «Спецтранс» и ФИО7 по  продаже транспортного средства VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN  

<

***>.  

Применены последствия признания сделки недействительной в виде обязания  ФИО7 возвратить в конкурсную массу ООО «Спецтранс» автомобиль VOLVO  FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN 

<

***>.  

Признана недействительной сделка - договор купли-продажи транспортного  средства от 27.08.2018, заключенный между ООО «Спецтранс» и ФИО7 по  продаже транспортного средства 697612/VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN  

<

***>.  

Применены последствия признания сделки недействительной в виде обязания  ФИО7 возвратить в конкурсную массу ООО «Спецтранс» автомобиль  697612/VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN 

<

***>.  

Признаны недействительными сделками перечисления ООО «Спецтранс» в пользу  ФИО7 денежных средств на общую сумму 2 389 000 руб.  

Применены последствия признания сделки недействительной в виде взыскания с  ФИО7 в конкурсную массу ООО «Спецтранс» денежные средства в размере 2  389 000 руб.  

Впоследствии ООО «Спецтранс» вступило в дело о банкротстве ФИО7 с  суммой задолженности по денежному требованию, установленной определением  Арбитражного суда Ульяновской области от 06.03.2023 по делу № А72-4769/2021.  

Таким образом, спорные транспортные средства поступили во владение  ФИО7 по недействительным сделкам, в связи с чем не могли быть включены в  его конкурсную массу в рамках дела № А53-25876/2023.  

При этом, в случае невозможности исполнения судебного акта способ исполнения  судебного акта может быть изменен в порядке, установленном статьей 324 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Судебная коллегия полагает, что в части выводов суда первой инстанции,  изложенных в мотивировочной части судебного акта вывод в абзацах 6,7 на странице 10:  

«В силу норм о банкротстве граждан невозвращенные должнику со стороны  ФИО7 транспортные средства включены в ее конкурсную массу и подлежат  реализации в ее деле о банкротстве.  

Таким образом, негативные последствия от совершения сделок в пользу  ФИО7 компенсированы должнику в результате применения последствий их  недействительности, реализация которых подлежит в процедуре банкротства указанного  ответчика», доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего должника  являются обоснованными, поскольку сделаны при неправильном применении норм  материального права.  

Принимая во внимание неправомерность указанных выводов суда первой  инстанции, суд апелляционной инстанции считает необходимым исключить указанные  выводы из мотивировочной части определения суда первой инстанции, как сделанные при  неправильном применении норм материального права.  

Заявители апелляционных жалоб, в том числе, указывают, что ФИО3,  ФИО6, ФИО7 организовали перевод деятельности ООО «Спецтранс» на  ООО «Дон-Авто», руководствуясь результатами анализа правоотношений ООО  «Спецтранс» и ООО «Дон-Авто», указали на взаимозависимость и фактический контроль  лицами, которые являются родственниками: ФИО6 является контролирующим  ООО «Дон-Авто» лицом (учредитель и руководитель) на основании пп.1 п. 2 ст. 61.10  Закона о банкротстве в силу нахождения с должником (руководителем или членами  органов управления должника) в отношениях родства или свойства, должностного  положения; ФИО6 состоит в родственных отношениях с ФИО3, а именно  является его отцом; ФИО7 являлась сотрудником ООО «Спецтранс» и ООО  «Дон-Авто»; видами деятельности, при государственной регистрации ООО «Дон-Авто»  заявлены однотипные с ООО «Спецтранс» виды деятельности: основной 49.41  «Деятельность автомобильного грузового транспорта»; дополнительные 77.11 «Аренда и  лизинг легковых автомобилей и легких автотранспортных средств»; 49.41.3 «Аренда  грузового автомобильного транспорта с водителем»; 49.42 «Предоставление услуг по  перевозкам».  

Заявители указывают, что ООО «Дон-Авто» создано 16.08.2019 после получения  ООО «Спецтранс» акта выездной налоговой проверки № 18-07/30 от 28.06.2019, а также  обращают внимание снижение выручки должника на 10 164 900 рублей в 2020 году по  сравнению с 2019 годом на фоне увеличения выручки ООО «Дон-Авто» на сумму 3 326  025 руб. в 2019 году, до 15 386 799 руб. в 2020 году.  

В дополнение к данным сведениям ФНС России указывает на то, что у обеих  организаций открыты (были открыты) расчетные счета в одних и тех же кредитных  организациях, а также что все сотрудники, которые работали в ООО «Спецтранс» по  состоянию на август 2019 года уволены, а в сентябре 2019 года трудоустроены в ООО  «Дон-Авто», то есть штат ООО «Дон-Авто» на 100% состоит из работников ООО  «Спецтранс».  

Применительно общего состава контрагентов ООО «Спецтранс» и ООО «Дон- Авто» конкурсный управляющий и ФНС указывают на правоотношения обеих  организаций с ООО «РосТрансАвто», ООО «Усинское ДРСУ», АО «Завод Русские  алюминиевые диски», ИП ФИО12, ООО «СОЛЛЕРС-ФИНАНС», ООО  «Ульяновск-скан», АО «Ультрамарин», ООО «Нефтедорстрой».  

Так, между АО «Русские алюминиевые диски» и ООО «Спецтранс» заключен  договор аренды земельного участка № 02/19 Аз от 29.12.2018, по условиям которого ООО  «Спецтранс» арендовал долю земельного участка площадью 2000 кв.м, кадастровый  номер 73421107:15, место расположение: 432072, 

<

...>.  Срок действия договора до 31.10.2019. 29.03.2019 заключено дополнительное соглашение  к договору аренды земельного участка № 02/19Аз, изменившее размер арендных платежей  до 32 руб. за 1 кв.м. Дополнительным соглашением от 31.08.2019, вступающим в силу  01.09.2019, договор аренды земельного участка № 02/19 Аз от 29.12.2018 расторгнут.  31.08.2019 заключен договор аренды земельного участка № 09/19 Аз между АО «Русские  алюминиевые диски» и ООО «Дон-Авто» на условиях, аналогичных условиям договора с  ООО «Спецтранс» (с учетом дополнительного соглашения от 29.03.2019).  

По сведениям уполномоченного органа, между ООО «РосТрансАвто» и ООО  «Спецтранс» заключен договор об оказании транспортно-экспедиционных услуг по  перевозке грузов автомобильным транспортом № 4256-1/19П от 22.04.2019, по условиям  которого Исполнитель (ООО «Спецтранс») принимает на себя обязательства на  выполнение транспортно-экспедиционных услуг по перевозке грузов автомобильным  транспортом по территории Российской Федерации и стран СНГ собственными силами  или путем привлечения третьих лиц. В последующем между ООО «РосТрансАвто» и ООО  «Дон-Авто» заключен договор об оказании транспортно-экспедиционных услуг по  перевозке грузов автомобильным транспортом б/н от 20.08.2019 на аналогичных  условиях, что и между ООО «РосТрансАвто» и ООО «Спецтранс», при этом, адрес  

электронный почты и телефонный номер Исполнителя (ООО «Спецтранс» и ООО «Дон- Авто») совпадают. Данный факт, по мнению заявителей апелляционных жалоб,  свидетельствует о переводе предпринимательской деятельности с ООО «Спецтранс» на  ООО «Дон-Авто» и контролируется одним лицом.  

ФНС России указало на снижение доходов ООО «Спецтранс» от правоотношений с  ООО «РосТрансАвто» после вступления последнего в правоотношения с ООО «Дон- Авто».  

Возражая против данного основания, ООО «Дон-Авто» представило письменную  позицию, в которой указало на полную имущественную обособленность обеих  организаций и самостоятельный характер деятельности.  

Основными признаками коммерческого предприятия являются имущественная  обособленность субъекта гражданского оборота (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса  Российской Федерации; далее - ГК РФ), осуществление деятельности с целью извлечения  прибыли, для дальнейшего ее распределения между участниками (акционерами)  юридического лица (пункт 1 статьи 50 ГК РФ).  

В ситуации, когда деятельность коммерческой организации оптимизирована  надлежащим образом, возможностью легального увеличения прибыли является  минимизация затрат на осуществление хозяйственной деятельности. Такая минимизация  достигается привлечением новых контрагентов с более выгодными экономическими  условиями взаимодействия либо созданием заинтересованными лицами собственного  юридического лица для этих же целей. Путем использования последнего способа  формируются условно самодостаточные холдинги группы компаний, потенциально  способные осуществлять свою основную деятельность при минимальном количестве  затрат получая максимальные дивиденды.  

Обычным способом изъятия участниками денежных средств от успешной  коммерческой деятельности принадлежащих им организаций является распределение  прибыли в порядке, предусмотренном Федеральным законом от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об  акционерных обществах» или Федеральным законом от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об  обществах с ограниченной ответственностью».  

В то же время при создании группы компаний, объединенной общностью  экономических интересов, возрастают риски экономического дефолта, принимаемые  действительными собственниками бизнеса при осуществлении предпринимательской  деятельности. В этой связи конечные бенефициары стремятся пропорционально  распределить риски дефолта одного юридического лица между всеми членами такой  группы компаний вне зависимости от того, как именно построена структура деятельности  холдинга. Для чего могут быть использованы механизмы ранжирования ответственности  предприятий между собой, формального придания каждой из организаций входящих в  одну группу аффилированных лиц, статуса независимого, при сохранении возможности  скрытого (непубличного), но непосредственного влияния на деятельность всего холдинга  действительным собственником бизнеса (конечным бенефициаром).  

Построение модели ведения бизнеса описанным способом является  последовательным и плановым, что существенно затрудняет возможность подтверждения  обстоятельств аффилированности предприятий с их действительными конечными  бенефициарами, осуществления ими неправомерных действий по извлечению прибыли.  Как правило, в случае организации бизнеса описанным способом имеет место  неравномерное распределение активов, при которой убыток формируются на одном из  обществ («центр убытков»), а чистая прибыль аккумулируется в ином юридическом лице  («центр прибыли») с дальнейшим ее выведением собственнику бизнеса.  

При этом использование преимуществ, которые предоставляет возможность  ведения бизнеса через корпоративную форму, и построение бизнес-модели с разделением  на рисковые (т.н. «центры убытков») и безрисковые (т.н. «центры прибылей») части,  позволяющие в случае проблем с оплатой поставщикам, подрядчикам, работникам или  бюджету в короткие сроки поменять рисковую часть (обанкротив предыдущую) и  

продолжить ведение деятельности, не утрачивая активы, является недобросовестным. Это  свидетельствует о том, что контроль и над рисковой, и над безрисковой частями бизнеса  осуществлялся из одного центра.  

Контроль может быть как прямым - контролирующим лицом может быть лицо,  непосредственно получающее выгоду, так и непрямым - оба лица (должник и  выгодоприобретатель) могут находиться под общим контролем третьего лица  (бенефициара). В последнем случае лицо, контролирующее то лицо, которое получило  выгоду, является контролирующем должника лицом и для должника.  

В такой ситуации в случае наступления у «убыточного предприятия» признаков  неплатежеспособности и его последующим банкротством пострадавшие от такого  распределения активов кредиторы стеснены в доказывании противоправного поведения  конечного бенефициара, в связи с чем им достаточно заявить разумные доводы об этом,  опровержение которых переходит на заинтересованное лицо (статья 65 АПК РФ).  

Надлежащими доказательствами использования ответчиками схемы разделения  бизнеса на «центр прибыли» и «центр убытков» в указанном случае могут являться  подконтрольность юридических лиц одному лицу, и одновременно непропорциональное  распределение доходов в ущерб экономической целесообразности для должника, где  создаются условия для максимального получения прибыли ООО «Дон-Авто» за счет  минимизации переносимых на него издержек.  

Судом установлено, что до возбуждения дела о банкротстве директором и  единственным участником ООО «Спецтранс» являлся ФИО3.  

Из сведений, размещенных в ЕГРЮЛ, следует, что единственным участником и  директором ООО «Дон-Авто» является ФИО6.  

При рассмотрении ряда обособленных споров по настоящему делу о банкротстве  судом было установлено, что ФИО6 является отцом ФИО3, что не  оспаривается также участниками настоящего спора.  

Из материалов дела следует, что ФИО6 являлся сотрудником ООО  «Спецтранс» в должности механика (в период с 02.02.2015 по 31.08.2019). Суд отмечает,  что указанная должность ФИО6 даже в совокупности с наличием родственных  связей с ФИО3 не может быть признана подтверждением его статуса  контролирующего лица в отношении ООО «Спецтранс», убедительных доказательств  того, что ФИО6 в должности механика имел возможность определять действия  указанного Общества и (или) его органов управления, заявителем не представлено.  

В то же время, ФИО3 никогда не являлся сотрудником ООО «Дон-Авто» и  не входил в состав участников и органов его управления.  

Из материалов дела следует, что в результате анализа счетов ООО «Дон-Авто» и  его финансовой документации не выявлено случаев перечислений и (или) передачи  данным обществом денежных средств в пользу ФИО3  

Прямых доказательств получения ФИО3 какой-либо материальной  выгоды (разовой или систематической) от деятельности ООО «Дон-Авто» материалы дела  не содержат.  

Наличие родственных связей между ФИО3 и ФИО6 таким  безусловным доказательством служить не может.  

ФИО7 являлась сотрудником как ООО «Спецтранс», так и ООО «Дон- Авто» в должности бухгалтера и коммерческого директора.  

Вместе с тем, из материалов дела не усматривается, что ФИО7 являлась  контролирующим лицом в отношении ООО «Дон-Авто», доказательств того, что она  имела возможность определять действия указанного Общества и (или) его органов  управления, в занимаемой ею должности заявителем не представлено.  

Довод уполномоченного органа о том, что под видом займов, выданных  ФИО7 обществу «Дон-Авто», производился вывод денежных средств,  полученных ею от ООО «Спецтранс», судом первой инстанции отклонен, в силу того, что  займы (как выдача, так и их возврат) носили реальный характер, что подтверждается  

представленными договорами займа и платежными документами по безналичным  перечислениям.  

Кроме того, материалами дела не опровергается также реальность правоотношений  между ФИО7 и ООО «Дон-Авто» по аренде транспортных средств.  

Довод о совпадении персонального состава сотрудников обеих организаций  применительно к исследуемому основанию суд также признает несостоятельным и  основанным на предположении заявителя, поскольку наличие в штате ООО «Дон-Авто»  рядовых сотрудников, являвшихся в прошлом сотрудниками должника не может являться  безусловным доказательством перевода деятельности должника на новое юридическое  лицо, в силу того, что рядовыми работниками не могли приниматься какие-либо решения  в отношении деятельности должника. Трудовые отношения с указанными сотрудниками  оформлены не в порядке перевода, а посредством приема на работу на основании их  собственных заявлений.  

Открытие (были открыты) расчетных счетов в одних и тех же кредитных  организациях не свидетельствует о злонамеренных действиях ответчиков и не доказывает  наличие «единого управленческого центра».  

Убедительных доказательств обратного в материалы дела не представлено, равно  как и доказательств оказания влияния на волю этих работников со стороны ответчиков.  

Заявителями апелляционных жалоб не представлено в материалы дела  доказательств подтверждающих подконтрольность ООО «Дон-Авто» лицам,  контролирующим ООО «Спецтранс», то есть одним и тем же лицам.  

Кроме того, рамках настоящего дела о банкротстве конкурсным управляющим  должника оспорены договора цессии № 1 и № 2 от 01.10.2019, заключенные между ООО  «Спецтранс» в лице директора ФИО3 (цедент) и ООО «Дон-Авто» (цессионарий),  по условиям которых цедент уступает, а цессионарий принимает на себя права  требования, обязанность исполнения по которым наступит в будущем с ООО «Соллерс- Финанс» исполнения договоров финансовой аренды (лизинга) № Актн-0319/11402 от  18.03.2019 и № А-0319/11407 от 19.03.2019 соответственно.  

В соответствии с пунктами 3.1. каждого из договоров цессии № 1 и 2 в счет уплаты  права требования цессионарий производит цеденту оплату договорной суммы в размере  1 000 руб., в том числе НДС – 20%.  

Предметы лизинга (транспортные средства: седельный тягач VOLVO FН-TRUCK  4х2, 2014 г.в., VIN 

<

***> и полуприцеп KRONE SD бортовой  тентованный, 2011 г.в., VIN 

<

***>) переданы должником Обществу «Дон- Авто» по актам приема-передачи от 01.11.2019.  

01.10.2019 между ООО «Соллерс-Финанс» и ООО «Дон-Авто» подписаны  дополнительные соглашения к договорам лизинга № Актн-0319/11402 от 18.03.2019 и № А0319/11407 от 19.03.2019.  

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.05.2023  в удовлетворении заявления конкурсному управляющему ООО «Спецтранс» о признании  сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок, к  ответчику - ООО «Дон-Авто», отказано.  

С учетом результатов судебной экспертизы суд апелляционной инстанции пришел  к выводу о равноценности обоих указанных сделок, исключающих их убыточность для  должника.  

Иных сделок, в результате которых какие-либо активы ООО «Спецтранс» перешли  к ООО «Дон-Авто», как напрямую, так и посредством цепочки сделок, конкурсным  управляющим не выявлено, из материалов дела также не усматривается.  

В отношении земельного участка, принадлежащего АО «Русские алюминиевые  диски», с которым ООО «Спецтранс» и ООО «Дон-Авто» последовательно имели  арендные правоотношения, установлено, что указанный земельный участок использовался  должником для стоянки принадлежавших ему транспортных средств, после отчуждения  которых необходимость в аренде земельного участка отпала.  

В свою очередь, ООО «Дон-Авто» также использовало этот земельный участок для  аналогичных целей, только уже в отношении свой автотранспортной техники.  

При этом, как установлено определением от 13.12.2023 (о принятии  обеспечительных мер), ООО «Дон-Авто» принадлежит большое количество техники, в  том числе грузовой коммерческий транспорт: HOWO T5G, VIN 

<

***>,  HOWO T5G, VIN 

<

***>, РЕНО КЕРАКС 6Х4, VIN  

<

***>, HOWO T5G, VIN 

<

***>, МИЦУБИСИ Л200 2.4,  VIN 

<

***>, HOWO T5G, VIN 

<

***>, HOWO T5G, VIN  

<

***>, HOWO T5G, VIN 

<

***>, HOWO T5G, VIN  

<

***>, MERCEDES BENZ GLE 300D4MATIC, VIN  

<

***>.  

При этом ни один из перечисленных автомобилей ранее не принадлежал ООО  «Спецтранс».  

При разрешении обособленных споров в рамках настоящего дела № А72-4769/2021  о банкротстве ООО «Спецтранс» установлено, что до возбуждения данного дела  должником последовательно произведено отчуждение своего имущества:  

– 24.05.2018: договор купли-продажи автомобиля, заключенный между ООО  «Спецтранс» и ФИО13 по продаже транспортного  средства MITSUBISHI PAJERO SPORT, 2015 г.в., VIN 

<

***>.  

– 23.10.2018: два договора купли-продажи транспортного средства, заключенные  между ООО «Спецтранс» и ФИО14 по продаже транспортного  средства СКАНИЯ Р6Х400 P400CB6X4EHZ, 2014 г.в., VIN 

<

***> и  СКАНИЯ Р6Х400 P400CB6X4EHZ, 2013 г.в., VIN 

<

***>.  

– 27.08.2018: договор купли-продажи транспортного средства, заключенный между  ООО «Спецтранс» и ФИО7 по продаже транспортного  средства VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN 

<

***>.  

– 27.08.2018: договор купли-продажи транспортного средства, заключенный между  ООО «Спецтранс» и ФИО7 по продаже транспортного  средства 697612/VOLVO FM-TRACK 6х4, 2012 г.в., VIN 

<

***>.  

– 30.09.2018: договор купли-продажи транспортного средства, заключенный между  ООО «Спецтранс» и ФИО7 по продаже транспортного  средства RENAULT DUSTER, 2015 г.в., VIN X7LHSRGAN53698165.  

Таким образом, безотносительно учета неправомерности такого отчуждения  прекращение должником длящихся договорных правоотношений со своими  контрагентами обусловлено лишением им возможности исполнения обязательств перед  ними по объективным причинам – отсутствие автотранспортной техники.  

В свою очередь, вступив в правоотношения с некоторыми из бывших контрагентов  должника, ООО «Дон-Авто» оказывало им соответствующие услуги с использованием  собственной автотранспортной техники, которая, как уже отмечалось, ранее должнику не  принадлежала.  

Правоотношения должника и ООО «Дон-Авто» с АО «Ультрамарин» опосредовали  оказание услуг связи, т.е. являлись эксплуатационными расходами обеих организаций;  правоотношения с ООО «УЛЬЯНОВСК-СКАН» и ИП ФИО12 определяли  поставку запчастей (для организаций, эксплуатирующих технику, подобные  правоотношения являются типичными). При этом выбор одних и тех же поставщиков  организациями, находящимися в одном городе, не указывает безусловно на единый центр  управления.  

Таким образом, характер правоотношений с приведенным перечнем контрагентов  не подтверждает довод заявителя и ФНС о правопреемстве ООО «Дон-Авто» в отношении  деятельности должника.  

На основании изложенного, суд первой инстанции правомерно не установил  оснований для обоснованности доводов конкурсного управляющего и уполномоченного  органа о том, что ООО «Дон-Авто» фактически заместило ООО «Спецтранс» и перевело  

на себя его хозяйственную деятельность в правоотношениях с контрагентами, получив  себе бывшую сферу бизнес-интересов должника в статусе фактического  выгодоприобретателя.  

Иных оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по  обязательствам ООО «Спецтранс» конкурсным управляющим и уполномоченным  органом в рамках настоящего обособленного спора не указано.  

С учетом всего изложенного судебная коллегия признает правомерными выводы  суда первой инстанции о недоказанности заявленных в настоящем споре оснований для  привлечения к субсидиарной ответственности ФИО3, ФИО6, ФИО7 и ООО «Дон-Авто» по обязательствам ООО «Спецтранс», равно как и для взыскания  убытков с кого-либо их них, в связи с чем заявление конкурсного управляющего  оставлено без удовлетворения.  

Отказывая в удовлетворении ходатайства ФИО3 о прекращении  производства по заявлению в отношении себя, суд первой инстанции правомерно исходил  из следующего.  

Согласно пункту 2 части 1 статьи 150 АПК РФ арбитражный суд прекращает  производство по делу, если имеется вступивший в законную силу принятый по спору  между теми же лицами, о том же предмете и по тем же основаниям судебный акт  арбитражного суда.  

Конституционный Суд Российской Федерации в определениях от 22.03.2011 № 319- О-О, от 28.05.2013 № 771-О, от 22.12.2015 № 2980-О, 19.12.2017 № 3030-О, 01.10.2019   № 2554-О, от 24.06.2021 № 1196-О неоднократно отмечал, что прекращение производства  по делу по основаниям, предусмотренным пунктом 2 части 1 статьи 150 АПК РФ,  возможно только тогда, когда право на судебную защиту (право на судебное рассмотрение  спора) было реализовано в состоявшемся ранее судебном процессе на основе принципов  равноправия и состязательности сторон, что направлено на пресечение рассмотрения  судами тождественных споров (между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же  основаниям).  

Тождественным является спор, в котором совпадают стороны, предмет и основание  требований. При этом предметом иска является конкретное материально-правовое  требование истца к ответчику, возникающее из спорного правоотношения, и по поводу  которого суд должен вынести решение; основание иска составляют юридические факты,  на которых истец основывает свои материально-правовые требования к ответчику. При  изменении одного из названных элементов, спор не может считаться тождественным и  подлежит рассмотрению по существу.  

Установление аналогичности (тождества) предмета и оснований возникшего спора  между теми же сторонами производится с учетом конкретных обстоятельств каждого  дела.  

Таким образом, названная норма права направлена на пресечение рассмотрения  судами тождественных требований (между теми же сторонами, о том же предмете и по  тем же основаниям). Следовательно, для применения названного основания (пункт 2 части  1 статьи 150 АПК РФ) суду необходимо установить тождество требований уже  рассмотренных и рассматриваемых арбитражным судом.  

Согласно части 3 статьи 151 АПК РФ в случае прекращения производства по делу  повторное обращение в арбитражный суд по спору между теми же лицами, о том же  предмете и по тем же основаниям не допускается.  

Из судебных актов по обособленному спору № А72-4769-5/2021 следует, что  ФИО3 привлечен к субсидиарной ответственности на основании подпунктов 2 и 3  пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве – не представление документов  бухгалтерского учета ни налоговому органу, ни арбитражному управляющему,  невозможность погашения задолженности, возникшей вследствие правонарушения, за  совершение которого вступило в силу решение о привлечении должника к  ответственности за налоговые правонарушения.  

В настоящем же споре основанием привлечения ФИО3 к субсидиарной  ответственности заявлено совершение от имени должника убыточных сделок и перевод  деятельности ООО «Спецтранс» на ООО «Дон-Авто», что охватывается пунктом 1 и  подпунктом 1 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.  

Следовательно, основание требований по настоящему спору не тожественно  основанию требований в споре № А724769-5/2021, что исключает возможность  прекращения производства по настоящему спору по пункту 2 части 1 статьи 150 АПК РФ.  

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему  убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном  исследовании имеющихся в деле доказательств. Арбитражный суд оценивает  относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также  достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности.  

Стороны, согласно положениям статей 8, 9 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации, пользуются равными правами на представление  доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими  процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и  законности своих требований или возражений.  

В пункте 39 Постановления Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020   № 12 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при  рассмотрении дел в арбитражном суде апелляционной инстанции» разъяснено, что при  принятии постановления суд апелляционной инстанции действует в пределах  полномочий, определенных статьей 269 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации. В случае несогласия суда только с мотивировочной частью  обжалуемого судебного акта, которая, однако, не повлекла принятия неправильного  решения, суд апелляционной инстанции, не отменяя обжалуемый судебный акт, приводит  иную мотивировочную часть. На изменение мотивировочной части судебного акта может  быть также указано в резолютивной части постановления суда апелляционной инстанции.  

Данные разъяснения позволяют суду апелляционной инстанции исключить  отдельные выводы суда первой инстанции в случае, если они являются ошибочными,  нарушают чьи-либо права и связаны с установлением преюдициальных обстоятельств, но  не дополнять правильное по существу разрешение спора и решение новыми выводами и  ссылками на нормы материального права.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает необходимым изменить  мотивировочную часть определения, исключив из мотивировочной части выводы суда,  изложенные в абзацах 6,7 на странице 10, в остальной части оснований для изменения  определения не имеется.  

Учитывая вышеизложенное, определение суда первой инстанции подлежит  изменению на основании части 2 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации.  

Все иные доводы, изложенные в апелляционных жалобах, не влияют на  правильность выводов суда и направлены, по сути, на переоценку обстоятельств дела,  оснований для которой у суда апелляционной инстанции не имеется. При этом заявители  апелляционных жалоб приводят доводы, не опровергающие выводы арбитражного суда  первой инстанции, а выражающие несогласие с ними, что не может являться основанием  для отмены законного и обоснованного определения.  

Все имеющие существенное значение для рассматриваемого дела обстоятельства  судом первой инстанции установлены правильно, представленные доказательства полно и  всесторонне исследованы и им дана надлежащая оценка.  

Основания для переоценки обстоятельств, установленных при рассмотрении  обоснованности заявленных требований, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.  

Нарушений при рассмотрении дела судом первой инстанции норм процессуального  права, которые в соответствии с части 4 статьи 270 АПК РФ могли бы повлечь отмену  обжалуемого судебного акта, судом апелляционной инстанции не установлено.  

Руководствуясь ст.ст. 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации, арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Ульяновской области от 07.03.2024 по делу №  А72-4769/2021 изменить в части, исключив из мотивировочной части судебного акта  вывод в абзаце 6,7 на странице 10:  

«В силу норм о банкротстве граждан невозвращенные должнику со стороны  ФИО7 транспортные средства включены в ее конкурсную массу и подлежат  реализации в ее деле о банкротстве.  

Таким образом, негативные последствия от совершения сделок в пользу  ФИО7 компенсированы должнику в результате применения последствий их  недействительности, реализация которых подлежит в процедуре банкротства указанного  ответчика».  

В остальной части определение Арбитражного суда Ульяновской области от  07.03.2024 по делу № А72-4769/2021 оставить без изменения, апелляционные жалобы –  без удовлетворения.  

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть  обжаловано в месячный срок в Арбитражный суд Поволжского округа через арбитражный  суд первой инстанции.  

Председательствующий Г.О. Попова 

Судьи А.И. Александров  

 О.А. Бессмертная