АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО  ОКРУГА

Именем Российской Федерации

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-35890/2022

г. Краснодар

09 февраля 2024 года

Резолютивная часть постановления объявлена 06 февраля 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме  09 февраля 2024 года.

 

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Андреевой Е.В., судей Мацко Ю.В. и Резник Ю.О., при участии в судебном заседании от должника – общества с ограниченной ответственностью «Региональное объединение специальных наплавочных материалов и сплавов» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) – ФИО1  (доверенность от 01.12.2022), от индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН 

<

***>, ОГРНИП 320508100279510) – ФИО3 (доверенность от 18.11.2021),от индивидуального предпринимателя ФИО4 – ФИО5  (доверенность от 25.08.2021), в отсутствие иных участвующих лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу индивидуального предпринимателя ФИО2 на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А53-35890/2022 (Ф08-245/2024), установил следующее. 

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Региональное объединение специальных наплавочных материалов и сплавов» (далее – должник) индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – предприниматель) обратился в Арбитражный суд Ростовской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в размере 21 675 470 рублей 80 копеек, в том числе: основной долг – 18 662 154 рублей 20 копеек и проценты по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – 3 013 316 рублей 60 копеек.

Определением суда от 21.09.2023 в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование предпринимателя в размере 21 671 636 рублей 12 копеек, в том числе: основной долг – 18 662 154 рублей 20 копеек, проценты за пользование чужими денежными средствами по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации – 3 009 481 рубль 92 копейки; в удовлетворении остальной части заявления отказано; в соответствии с пунктом 3 статьи 137 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) требование об установлении процентов по статье 395 Гражданского кодекса Российской Федерации в размере 3 009 481 рубля 92 копеек учтено отдельно в реестре требований кредиторов, как подлежащее удовлетворению после погашения основной суммы задолженности и причитающихся процентов.

Постановление апелляционного суда от 06.12.2023 определение суда от 21.09.2023 отменено; требование предпринимателя к должнику в размере 21 671 636 рубля 12 копеек признано обоснованным и подлежащим удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации; в удовлетворении остальной части заявления отказано.

В кассационной жалобе предприниматель просит отменить постановление апелляционного суда и оставить в силе определение суда первой инстанции. По мнению подателя жалобы, доказательства возникновения спорной задолженности из сделки на условиях, недоступных обычным (независимым) участникам рынка, в материалах дела отсутствуют. Аффилированность ООО «Меркурий» с должником, предпринимателем или кем-либо из иных цессионариев в отношении прав требований к должнику отсутствует и не доказана. Кроме того, апелляционный суд не принял во внимание недоказанность влияния предпринимателя на деятельность должника и возможность принимать в отношении последнего какие-либо управленческие решения. Должник при возникновении спорной задолженности не находился в ситуации имущественного кризиса.

В судебном заседании представитель предпринимателя поддержал доводы жалобы, представитель индивидуального предпринимателя ФИО4 просил жалобу удовлетворить, представитель должника просил в удовлетворении жалобы отказать.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как видно из материалов дела, определением суда от 21.12.2022 в отношении должника введено наблюдение, временным управляющим должника утверждена ФИО6

 

В обоснование заявления предприниматель указал следующее.

ООО «Меркурий» обратилось в Третейский суд «Основа» при ООО «Ваш правовой компаньон» с исковым заявлением к должнику о взыскании основной задолженности в сумме 17 549 400 рублей, образовавшейся в связи с ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств по договору от 01.10.2014 № 10/02, переуступленной истцу правопредшественником ООО «ТД "Амирис"» на основании договора цессии от 23.09.2015 № 2. Подведомственность данного спора третейскому суду определена в пункте 8.1 договора от 01.10.2014 № 10/02 (в редакции дополнительного соглашения от 08.12.2014 к нему).

Решением Третейского суда «Основа» при ООО «Ваш правовой компаньон» от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015 с должника в пользу ООО «Меркурий» взыскан основной долг в размере 24 962 754 рублей 20 копеек, а также сумма третейского сбора в размере 175 тыс. рублей. ООО «Меркурий» обратилось в арбитражный суд с заявлением о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения третейского суда от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015 в отношении должника. Определением суда от 19.01.2016 по делу № А53-29782/2015 заявление удовлетворено, взыскателю выдан исполнительный лист (ФС № 007154229) на принудительное исполнение решения Третейского суда от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015.

ООО «Меркурий» (цедент) и индивидуальный предприниматель ФИО7 (цессионарий) заключили договор цессии (уступки права требования) от 13.02.2017,  согласно которому цедент передает, а цессионарий принимает принадлежащие цеденту права требования в размере 42 518 154 рублей 20 копеек, возникшие на основании решений Третейского суда от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015, от 16.10.2015 по делу № 1-0006/2015. В период с 23.03.2018 по 27.04.2020 должник производил погашение задолженности; согласно двустороннему акту сверки взаимных расчетов от 18.10.2021 оставшийся долг, признанный должником, составил 18 662 154 рублей 20 коп.

Индивидуальный предприниматель ФИО7 (цедент) и предприниматель (цессионарий) заключили договор цессии (уступки права требования) от 25.10.2021,  согласно которому цедент передает, а цессионарий принимает принадлежащие цеденту права требования в размере 18 662 154 рублей 20 копеек, которые подтверждаются: решениями третейского суда от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015; от 16.10.2015 по делу № 10006/2015; исполнительными листами суда от 19.01.2016 серии ФС № 007154228, № 007154229, договором цессии (уступки права требования) от 13.02.2017, заключенным ООО «Меркурий» и индивидуальным предпринимателем ФИО7; актом приема-передачи документов к нему от 13.02.2017; актом сверки взаимных расчетов на 18.11.2021.

Предприниматель обратился в арбитражный суд с заявлением о замене взыскателя по решению Третейского суда «Основа» при ООО «Ваш правовой компаньон» от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015 и определению суда от 19.01.2016 с ООО «Меркурий» на правопреемника – предпринимателя в отношении непогашенной задолженности в размере 18 882 154 рублей 20 копеек; восстановлении срока на предъявление к исполнению исполнительного листа серии ФС № 007154229, выданного судом для принудительного исполнения решения третейского суда от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015. Определением суда от 06.12.2021, оставленным без изменения постановлениями апелляционного суда от 15.02.2022 и кассационного суда от 17.06.2022 по делу № А53-29782/2015, произведена процессуальная замена взыскателя на правопреемника – предпринимателя; в удовлетворении требований о восстановлении пропущенного срока для предъявления исполнительного листа к взысканию отказано, поскольку срок не пропущен.

Указанные обстоятельства явились основанием для обращения предпринимателя в арбитражный суд с данным заявлением.

При рассмотрении спора апелляционный суд обоснованно руководствовался положениями части 2 статьи 16, статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и части 2 статьи 13 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации, статей 71 и 100 Закона о банкротстве, и исходил из того, что при наличии вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего состав и размер требований кредитора, арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, определяет возможность их предъявления в деле о банкротстве и очередность удовлетворения, но не рассматривает спор по существу.

Апелляционный суд установил, что вступившим в законную силу решением Третейского суда «Основа» при ООО «Ваш правовой компаньон» от 03.08.2015 по делу № 1-0003/2015, с учетом определения суда от 06.12.2021 делу № А53-29782/2015, с должника в пользу кредитора взыскана задолженность в размере 24 962 754 рублей 20 копеек основного долга и 175 тыс. рублей третейского сбора. С учетом произведенного должником в период с 23.03.2018 по 27.04.2020 погашения задолженности и согласно двустороннему акту сверки взаимных расчетов от 18.10.2021, оставшийся долг, признанный должником, составил 18 662 154 рублей 20 копеек.

Должник не представил в материалы дела доказательства, подтверждающие погашение задолженности перед кредитором в полном объеме.

Поскольку предъявленное требование основано на вступивших в законную силу судебных актах, доказательства исполнения которых в материалы дела не представлены, апелляционный суд признал обоснованным требование предпринимателя в размере 18 662 154 рублей 20 копеек основного долга и 3 009 481 рубля 92 копеек процентов.

Вместе с тем апелляционный суд, устанавливая очередность удовлетворения требования предпринимателя, учел позицию, изложенную в абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее – Обзор), согласно которой подтверждение в судебном порядке существования долга банкрота перед заявителем, хотя и предоставляет последнему право на принудительное исполнение, само по себе правовую природу (существо и основание возникновения) задолженности не меняет и, как следствие, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очередность удовлетворения данного требования.

Исследуя довод должника о фактической аффилированности предпринимателя по отношению к нему, апелляционный суд обоснованно исходил из следующего.

Статья 19 Закона о банкротстве признает заинтересованными по отношению к должнику лиц, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Закон о защите конкуренции) входят в одну группу лиц с должником. Согласно  статье 9 Закона о защите конкуренции группой лиц признается совокупность физических лиц и (или) юридических лиц, соответствующих одному или нескольким признакам, указанным в названной статье. В силу пункта 2 статьи 19 Закона о банкротстве, заинтересованными лицами по отношению к должнику – юридическому лицу признаются также лица, признаваемые заинтересованными в совершении должником сделок в соответствии с гражданским законодательством о соответствующих видах юридических лиц.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 26.05.2017 № 306-ЭС16-20056 (6) по делу № А12-45751/2015, наличие внутригрупповых отношений и, как следствие, общности хозяйственных интересов (кредиторов, должника, арбитражного управляющего и иных участвующих в банкротстве лиц) имеет существенное значение для правильного разрешения спора, поскольку установление подобного факта позволяет дать надлежащую оценку добросовестности действий названных лиц. Суды обязаны соответствующие отношения устанавливать и оценивать.

Очередность удовлетворения требования контролирующего лица понижается вследствие того, что оно, отклоняясь от стандарта поведения, предусмотренного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, принимает решение о предоставлении компенсационного финансирования на свой риск, относя на себя в том числе риск утраты данного финансирования на случай объективного банкротства.

В определении Верховного Суда Российской Федерации от 28.12.2015 № 308-ЭС15-1607 сформирована правовая позиция, согласно которой судам необходимо определять помимо формальных признаков, установленных в законодательстве, определяющих образование группы лиц и их заинтересованности, но также и фактическую аффилированность. При этом понятие юридической аффилированности не требует доказывания того, что участники одной группы формализовали свою деятельность как осуществляемую от имени единого хозяйствующего субъекта (создание холдинга, подписание соглашения о сотрудничестве, ведение консолидированной финансовой отчетности, использование всеми членами группы одного товарного знака и т.д.) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

С учетом приведенных выше норм права и разъяснений Верховного Суда Российской Федерации апелляционный суд, правильно применив положения пункта 8 части 1 статьи 9 Закона о защите конкуренции, пришел к правильному выводу о том, что предприниматель является аффилированным с должником лицом.

В определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 № 305-ЭС20-8593 по делу № А40-113580/2017 изложена правовая позиция, согласно которой действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым заинтересованность (аффилированность) лица является самостоятельным основанием для отказа во включении в реестр требований кредиторов либо основанием для понижения очередности удовлетворения требований аффилированных (связанных) кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными.

При оценке природы правоотношений между кредитором и должником суд апелляционной инстанции установил, что должник и предприниматель являются фактически аффилированными лицами, что подтверждается обстоятельствами, несвойственными для независимых участников гражданского оборота. Так, ООО «ТД "Амирис"», поставившее в адрес должника товар на общую сумму 42 512 154 рублей 20 копеек, не предпринимало действий по взысканию с должника задолженности в столь значительном размере и уступило право требования взыскания задолженности с должника ООО «Меркурий», а также предоставило отсрочку по оплате уступленного права требования, что выходит за пределы обычно хозяйственной деятельности независимых субъектов предпринимательской деятельности, которые при неоплате поставленного товара сразу принимают активные действия по взысканию долга. Совокупность установленных обстоятельств позволяет сделать вывод об отсутствии независимости между вышеуказанными организациями. ООО «Меркурий» после получения исполнительных листов на принудительное исполнение решений третейского суда также не принимало меры принудительного исполнения вступивших в законную силу судебных актов. Исполнительные листы не были предъявлены в службу судебных приставов, что противоречит обычному поведению независимого участника гражданского оборота. Факт обращения ООО «Меркурий» в третейский суд с заявлением о взыскании задолженности и дальнейшее не предъявление исполнительного листа для принудительного исполнения решений суда, а последующая уступка права требования и ликвидация ООО «Меркурий» до истечения срока оплаты по договорам цессии, не дает оснований полагать, что указанные действия были совершены с действительным намерением взыскания задолженности с должника. Мотивы такого поведения суду не раскрыты. Обычно за нестандартным и отклоняющимся от разумного поведением сторон сделки стоят скрытые от стороннего наблюдателя особые нерыночные отношения сторон, недоступные для независимых контрагентов и основанные на воле контролирующих должника лиц и аффилированных с ними лиц, способных влиять на должника и его кредитора и их общее поведение.

Кроме того, апелляционный суд установил, что индивидуальный предприниматель ФИО7 являлась третейским судьей Третейского суда «Основа» при ООО «Ваш правовой компаньон», который принял решения по делу от 03.08.2015 № 1-0003/2015 и от 16.10.2015 по делу № 1-0006/2015, а также представителем индивидуального предпринимателя ФИО8 (генеральный директор ООО «Меркурий») в рамках дела № А32-10395/2015 о выдаче исполнительного листа на принудительное исполнение решения Третейского суда «Альтернатива» при ООО «Копылов, Поляков и партнеры» от 05.03.2015 по делу № 1-0009/2015 по иску заявителя к ООО «Добрая Рожь» о взыскании неустойки по договору поставки от 07.10.2014 № ДП-5/14, и представителем ФИО9 (брат ФИО4 учредителя должника, а также участник ООО «Добрая рожь») по доверенности в судах, в частности при рассмотрении дел №№ А32-14369/2017, А40-12756/17. При этом ФИО8 в рассматриваемый период времени являлся генеральным директором ООО «Меркурий».

Участниками ООО «Копылов, Поляков и партнеры» являлись ФИО10 и ФИО11 (также представитель ООО «Добрая рожь» по делу № А40-123570/14); руководителем – ФИО10 В это же время ФИО11 и ФИО7 являлись участниками ООО «Ваш правовой компаньон», в котором рассматривался спор между ООО «Меркурий» и должником, а ФИО10 являлся представителем ООО «Меркурий» при рассмотрении спора в третейском суде. Предприниматель с 23.11.2020 является генеральным директором ООО «Деньги в займы», где участниками общества являлись ФИО9 и ФИО12

Исходя из этого, апелляционный суд пришел к обоснованному выводу о том, что совокупность данных обстоятельств свидетельствует о наличии фактической аффилированности между предпринимателем и должником.

При банкротстве требование о возврате компенсационного финансирования не может быть противопоставлено требованиям независимых кредиторов, оно подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (пункт 3.1 Обзора). Неустраненные контролирующим лицом разумные сомнения относительно того, являлось ли предоставленное им финансирование компенсационным, толкуются в пользу независимых кредиторов (пункт 3.4 Обзора).

Апелляционный суд отметил, что в данном обособленном споре мотивы поведения кредитора по рассматриваемым обязательствам, а также экономические разумные цели не раскрыты, документально обоснованные пояснения не представлены. При наличии вступивших в законную силу в 2015 году судебных актов о взыскании задолженности, а также при наличии выданного арбитражным судом исполнительного листа, кредитор, в том числе и его правопредшественники, не предъявляли исполнительный лист к исполнению, тем самым позволяя должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, и предоставляя должнику компенсационное финансирование.

Факт обращения ООО «Меркурий» в третейский суд с заявлением о взыскании задолженности и дальнейшее не предъявление исполнительного листа для принудительного исполнения решений суда, а также последующая уступка права требования и ликвидация ООО «Меркурий» до истечения срока оплаты по договорам цессии, свидетельствуют об отсутствии у ООО «Меркурий» намерения получить исполнение от должника. При этом мотивы такого поведения судам не раскрыты.

При указанных обстоятельствах является верным вывод апелляционного суда о том, что действия кредитора по предоставлению отсрочки оплаты задолженности в столь крупном размере и переуступке прав требований к должнику, позволили должнику продолжать предпринимательскую деятельность, отклоняясь от заданного пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве стандарта поведения, что позволяет признать такое финансирование деятельности должника компенсационным с отнесением на контролирующее лицо всех рисков, в том числе риска утраты данного финансирования на случай объективного банкротства. Следовательно, заявленное предпринимателем требование не может быть квалифицировано судом в качестве денежного требования конкурсного кредитора и включено наравне с независимыми кредиторами в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

Оценив представленные доказательства в совокупности, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что задолженность перед заявителем представляет собой компенсационное финансирование, учитывая фактическую аффилированность должника и кредитора, а также специфику отношений между ними, взаимоотношения друг с другом в предбанкротный период. В связи с этим требования предпринимателя признаны обоснованными в размере 21 671 636 рублей 12 копеек и подлежащими удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Выводы апелляционного суда соответствуют фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, основаны на правильной системной оценке подлежащих применению норм материального права, отвечают правилам доказывания и оценки доказательств. Оспаривая судебный акт, заявитель жалобы документально не опроверг правильности выводов суда. Доводы кассационной жалобы не влияют на законность и обоснованность обжалуемого судебного акта, по существу направлены на переоценку доказательств, которые суд оценил с соблюдением норм главы 7 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебного акта (часть 4 статьи 288 Кодекса), не установлены. При таких обстоятельствах основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Руководствуясь статьями 274, 286 – 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа 

 

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 06.12.2023 по делу № А53-35890/2022 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 

 

Председательствующий                                                                                         Е.В. Андреева

Судьи                                                                                                                        Ю.В. Мацко

                                                                                                                                   Ю.О. Резник