СЕМНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

ул. Пушкина, 112, г. Пермь, 614068

e-mail: 17aas.info@arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 17АП-729/2023(4)-АК

Дело № А60-6179/2022

11 сентября 2024 года

г. Пермь

 

Резолютивная часть постановления объявлена 09 сентября 2024 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 11 сентября 2024 года.

 

Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе: председательствующего  Чепурченко О.Н.,

судей                                   Темерешевой С.В., Чухманцева М.А., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Шмидт К.А.,

при участии:

иные лица, участвующие в деле, в заседание суда не явились, о времени и месте рассмотрения дела извещены надлежащим образом в порядке статьей 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в том числе публично путем размещения информации на Интернет-сайте суда,

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу финансового управляющего Гетмана Александра Владимировича

на определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 июня 2024 года об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего о признании недействительным договора купли-продажи транспортного средства от 24.03.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3, применение последствий недействительности сделки, 

вынесенное в рамках дела № А60-6179/2022 о признании несостоятельным (банкротом) ФИО2 (ИНН

<

***>), 

третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: ФИО4, 

 

установил:

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 15.03.2022 принято к производству заявление исполняющего обязанности конкурсного управляющего КПК «Первый Уральский» о признании ФИО2 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением от 14.09.2022 заявление КПК «Первый Уральский» признано обоснованным, в отношении ФИО2 введена процедура реструктуризация долгов гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1, член Саморегулируемой межрегиональной общественной организации «Ассоциация антикризисных управляющих».

Соответствующие сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №187(7388) от 08.10.2022, на ЕФРСБ – сообщение № 9659010 от 16.09.2022.

Решением арбитражного суда от 26.12.2022 ФИО2 (должник) признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника сроком на шесть месяцев.

Определением от 03.03.2023 финансовым управляющим имуществом должника утвержден ФИО1.

17 марта 2023 года в арбитражный суд поступило заявление финансового управляющего об оспаривании сделки должника, в котором просил:

- признать недействительным договор купли-продажи транспортного средства от 24.03.2020, заключенного между ФИО2 и ФИО3;

- применить последствия недействительности сделки в виде, возврата в конкурсную массу транспортного средства Шевроле Блейзер 116DW (год выпуска 1998, цвет белый).

К участию в данном обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО4 (последующий приобретатель спорного автомобиля). 

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 04 июня 2024 года суд в удовлетворении заявления финансового управляющего ФИО1 о признании сделки с ФИО3 недействительной и применении последствий ее недействительности отказал.

В порядке распределения судебных расходов взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета 6 000 руб. государственной пошлины.

Не согласившись с вынесенным определением, финансовый управляющий ФИО1 обратился с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить.

В обоснование апелляционной жалобы указывает на то, что договор от 25.02.2019 указывает на уплату денежных средств полностью, однако никаких подтверждений получения денежных средств не представлено; по мнению финансового управляющего договор был заключен при неравноценном встречном исполнении, указанная в договоре цена продажи (150 000 руб.) не являлась рыночной; при изучении архива рынка продаж поддержанных автомобилей на февраль 2019 года финансовым управляющим установлено, что средняя стоимость аналогичного автомобиля, с аналогичными техническими характеристиками, варьируется в пределах от 200 000 руб. до 450 000 руб. Апеллянт полагает, что абсолютно все факты, изложенные в заявлении об оспаривании сделки, указывают на то, что цель отчуждения была именно в том, чтобы нарушить права кредиторов; при этом отмечает, что процедура включения в реестр требований кредиторов КПК «Первый», с суммами которые возникли до 2020 года, возобновлена, то есть можно сделать вывод о том, что автомобиль был отчужден уже после возникновения задолженности перед КПК «Первый». Считает, что каких-либо объективных доказательств получения должником денежных средств не имеется, что свидетельствует о том, что имея на момент совершения оспариваемой сделки непогашенную задолженность перед кредиторами, ФИО2 принимает меры по отчуждению ликвидного имущества в отсутствие какого-либо встречного равноценного предоставления, либо скрывает имущество как таковое под предлогом совершения сделки; в результате отчуждения ФИО2 спорного автомобиля его кредиторами, требования которых в настоящее время включены в реестр требований кредиторов должника, был причинен в виде утраты возможности получить удовлетворение своих требований за счет стоимости спорного автомобиля; ссылается на то, что в рассматриваемом случае, действия должника и ответчика в совокупности были направлены на реальное возникновение гражданских правоотношений купли-продажи имущества, и являются явно недобросовестными, направленными на вывод имущества из конкурсной массы должника, что нарушает права кредиторов должника, вовлеченных в процесс банкротства, препятствует справедливому рассмотрению дела о банкротстве и распределению конкурсной массы должника.

Письменных отзывов на апелляционную жалобу от лиц, участвующих в деле не поступило.

Лица, участвующие в деле, извещенные о месте  и времени судебного заседания надлежащим образом, явку своих представителей в суд апелляционной инстанции не обеспечили, что в силу положений ст. 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (АПК РФ) не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы в их отсутствие.

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст.ст. 266, 268 АПК РФ.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, между ФИО2 (продавец) и ФИО3 (покупатель) заключен договор купли-продажи транспортного средства (номерного агрегата) от 24.03.2020, в соответствии с которым продавец продал, а покупатель купил автомобиль Шевроле Блейзер 116 DW, цвет: белый, 1998 года выпуска, про цене 150 000 руб. 

Полагая, что указанная сделка совершена должником в отсутствие равноценного встречного исполнения, а также в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением о признании ее недействительной на основании ст. 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», ст.ст. 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований, суд первой инстанции исходил из недоказанности совокупности условий позволяющих признать оспариваемую сделку недействительной как по специальным основаниям, предусмотренных законодательством о банкротстве, так и по общим основаниям, предусмотренным гражданским законодательством. 

Исследовав имеющиеся в деле доказательства в порядке ст. 71 АПК РФ, оценив доводы апелляционной жалобы, проанализировав нормы материального и процессуального права, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения в силу следующего.

Согласно п. 1 ст. 213.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (Закон о банкротстве, Закон) отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные настоящей главой, регулируются главами I-III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI настоящего Федерального закона.

Статьей 61.1 названного Закона установлено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В силу положений п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Пунктом 2 названной статьи Закона предусмотрено, что сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Согласно п. 7 Постановления № 63 в силу абзаца 1 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (ст. 19 этого Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из условий, содержащихся в абзацах 3-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

В п. 5 Постановления № 63 разъясняется, что для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов (применительно к этому обстоятельству законодательство о банкротстве вводит ряд презумпций, в силу которых наличие указанной цели предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в частности совершение сделки в отношении заинтересованного лица. При этом установленные абзацами 2-5 п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми – они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки);

б) в результате совершения сделки причинен вред имущественным правам кредиторов (при определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца 32 ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества);

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго ст. 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

Согласно п. 4 Постановления № 63 наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (ст.ст. 10, 168 ГК РФ).

Согласно правовой позиции, сформированной в определении Верховного Суда РФ от 06.03.2019 № 305-ЭС18-22069 по делу № А40-17431/2016, во избежание нарушения имущественных прав кредиторов, вызванных противоправными действиями должника-банкрота по искусственному уменьшению своей имущественной массы ниже пределов, обеспечивающих выполнение принятых на себя долговых обязательств, законодательством предусмотрен правовой механизм оспаривания сделок, совершенных в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (далее также сделки, причиняющие вред). Подобные сделки могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве (п. 1 ст. 61.1 Закона о банкротстве, п. 4 Постановления № 63).

По общему правилу сделка, совершенная исключительно с намерением причинить вред другому лицу, является злоупотреблением правом и квалифицируется как недействительная по статьям 10 и 168 ГК РФ. В равной степени такая квалификация недобросовестного поведения применима и к нарушениям, допущенным должником-банкротом в отношении своих кредиторов, в частности к сделкам по отчуждению имущества должника третьим лицам, направленным на уменьшение конкурсной массы.

В то же время законодательством о банкротстве установлены специальные основания для оспаривания сделки, совершенной должником-банкротом в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов. Такая сделка оспорима и может быть признана арбитражным судом недействительной по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, в котором указаны признаки, подлежащие установлению (противоправная цель, причинение вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность другой стороны об указанной цели должника к моменту совершения сделки), а также презумпции, выравнивающие процессуальные возможности сторон обособленного спора. Баланс интересов должника, его контрагента по сделке и кредиторов должника, а также стабильность гражданского оборота достигаются определением критериев подозрительности сделки и установлением ретроспективного периода глубины ее проверки, составляющего в данном случае три года, предшествовавших дате принятия заявления о признании должника банкротом. Тем же целям служит годичный срок исковой давности, исчисляемый со дня реальной или потенциальной осведомленности заявителя об обстоятельствах, являющихся основанием для признания сделки недействительной (п. 2 ст. 181 ГК РФ, п. 1 ст. 61.9 Закона о банкротстве, п. 32 Постановления № 63).

Таким образом, законодательство пресекает возможность извлечения сторонами сделки, причиняющей вред, преимуществ из их недобросовестного поведения (п. 4 ст. 1 ГК РФ), однако наличие схожих по признакам составов правонарушения не говорит о том, что совокупность одних и тех же обстоятельств (признаков) может быть квалифицирована как по п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, так и по статьям 10 и 168 ГК РФ. Поскольку определенная совокупность признаков выделена в самостоятельный состав правонарушения, предусмотренный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве (подозрительная сделка), квалификация сделки, причиняющей вред, по статьям 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае выхода обстоятельств ее совершения за рамки признаков подозрительной сделки.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, и периода подозрительности, что явно не соответствует воле законодателя.

Следовательно, заявление об оспаривании сделки по общегражданским основаниям подлежит удовлетворению при наличии оснований, выходящих за пределы подозрительной сделки.

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Исходя из п. 5 названной статьи о презумпции добросовестности и разумности участников гражданских правоотношений и общего принципа доказывания в арбитражном процессе лицо, от которого требуются разумность или добросовестность при осуществлении права, признается действующим разумно и добросовестно, пока не доказано обратное. При этом бремя доказывания обратного лежит на лице, утверждающем, что другая сторона по делу употребила свое право исключительно во зло другому лицу.

В соответствии с п. 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (п. 1 ст. 10 ГК РФ) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

По смыслу приведенных норм права для признания действий какого-либо лица злоупотреблением правом судом должно быть установлено, что умысел такого лица был направлен на заведомо недобросовестное осуществление прав, единственной его целью было причинение вреда другому лицу (отсутствие иных добросовестных целей).

Применительно к положениям ст. 10 ГК РФ сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать.

Из материалов дела следует, что оспариваемый договор купли-продажи транспортного средства заключен 24.03.2020, то есть в течении двух лет до возбуждения в отношении должника настоящего дела о банкротстве (определение от 15.03.2022) – в период подозрительности, установленный п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Как указывалось ранее, в п. 2 оспариваемого договора купли-продажи стороны согласовали, что транспортное средство продано покупателю за 150 000 руб., расчет произведен полностью при подписании настоящего договора (л.д. 38).

Таким образом, следует признать, что денежные средства переданы покупателем продавцу при подписании договора. 

С учетом данных обстоятельств, в отсутствие доказательств и обоснованных доводов об обратном, а также доказательств наличия между сторонами договора признаков заинтересованности, оснований для сомнений в том, что по оспариваемому договору должник получил встречное предоставление у суда апелляционной инстанции не имеется. 

В обоснование неравноценности встречного предоставления финансовый управляющий полагает, что указанная в договоре стоимость, за которую продан автомобиль, не является рыночной на момент продажи. Финансовый управляющий ссылается на то, что проведя анализ архива рынка продаж поддержанных автомобиль на момент заключения оспариваемой сделки установил, что средняя стоимость автомобиля с аналогичными характеристиками составляет от 200 000 руб. до 450 000 руб.

Согласно разъяснениям, изложенными в п. 8 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в соответствии с абзацем первым п. 1 ст. 61.2 Закона о банкротстве неравноценное встречное исполнение обязательств другой стороной сделки имеет место, в частности, в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия на момент ее заключения существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки.

При сравнении условий сделки с аналогичными сделками следует учитывать как условия аналогичных сделок, совершавшихся должником, так и условия, на которых аналогичные сделки совершались иными участниками оборота.

Вместе с тем, доказательств, подтверждающих приведенные выше предположения, которые бы могли быть проверены на соответствие их действительности финансовым управляющим ни в материалы дела при рассмотрении спора судом первой инстанции, ни апелляционному суду не представлено (ст. 65 АПК РФ).

При этом, в материалах дела имеются представленные ГУ МВД России по Свердловской области и ОГИБДД МУ МВД России «Нижнетагильское» договоры купли-продажи спорного транспортного средства, подтверждающие приобретение должником автомобиля в 20.03.2020, а также последующую его продажу ФИО3 ФИО4 по договору от 2021 года по цене 150 000 руб. (л.д. 23, 31), то есть аналогичной цене автомобиля согласованной в оспариваемом договоре.

Учитывая вышеизложенное, год выпуска автомобиля, продажу его на внешнем рынке, а также принимая во внимание отсутствие в материалах дела доказательств подтверждающих несоответствие его цены в оспариваемом договоре рыночным условиям, суд апелляционной инстанции не может согласиться с утверждением финансового управляющего о реализации спорного имущества по заниженной стоимости, что исключает возможность выводов о причинении вреда имущественным правам кредиторов, а также преследование участниками оспариваемой сделки противоправной цели.

Кроме того, суд апелляционной инстанции считает необходимым отметить, что наличие у ФИО3 признаков заинтересованности по отношению к должнику, а также возможной осведомленности ответчика о наличии у последнего признаков неплатежеспособности финансовым управляющим не обоснованно.

Пояснения, в чем именно выражено недобросовестное поведение должника и ответчика с учетом установленных по делу обстоятельств финансовым управляющим апелляционному суду также не приведено.

В отсутствие доказательств наличия совокупности условий влекущих признание сделки недействительной (ничтожной), таких как причинение оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, осведомленность контрагента по сделке о наличии у должника признаков неплатежеспособности, а также преследуемый сторонами противоправный интерес, апелляционной суд согласился с выводом суда первой инстанции об отсутствии оснований для признания оспариваемой сделки недействительной как по специальным основаниям (п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве), так и по общим основаниям, предусмотренным ст. 10 ГК РФ. 

Оснований полагать, что оспариваемая сделка является мнимой (ст. 170 ГК РФ), учитывая наличие в материалах дела представленных УМВД России по г. Екатеринбургу сведений, свидетельствующих о своевременном переоформлении прав собственности покупателей на спорный автомобиль после его приобретения, суд апелляционной инстанции также не усматривает. 

Доводов, которые бы могли повлиять на принятое решение, в апелляционной жалобе финансовым управляющим не приведено.

Выводы суда первой инстанции основаны на представленных в дело доказательствах, при установлении всех фактических обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения настоящего спора.

По существу, заявитель в апелляционной жалобе выражает несогласие с данной судом оценкой установленных по делу фактических обстоятельств, не опровергая их. Оснований не согласиться с данной судом первой инстанции оценкой у суда апелляционной инстанции не имеется.   

Оснований для отмены обжалуемого определения, предусмотренных ст. 270 АПК РФ апелляционным судом не установлено.

Нарушение судом первой инстанции норм процессуального права, влекущее отмену обжалуемого судебного акта судом апелляционной инстанции не выявлено. 

В удовлетворении апелляционных жалоб следует отказать.

В силу положений ст. 110 АПК РФ расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы подлежат отнесению на ее заявителя. Поскольку при принятии апелляционной жалобы финансовому управляющему была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, государственная пошлина за рассмотрение апелляционной жалобы подлежит взысканию за счет конкурсной массы должника в доход федерального бюджета в размере 3 000 руб. (ст. 333.21 НК РФ).

Руководствуясь статьями 110, 176 258, 268, 269, 271, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Семнадцатый арбитражный апелляционный суд 

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Свердловской области от 04 июня 2024 года по делу № А60-6179/2022 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Взыскать за счет конкурсной массы ФИО2 в доход федерального бюджета 3 000 (три тысячи) рублей государственной пошлины за рассмотрение апелляционной жалобы.

Постановление может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Уральского округа в срок, не превышающий месяца со дня его принятия, через Арбитражный суд Свердловской области.

 

Председательствующий

 

О.Н. Чепурченко 

 

Судьи

 

С.В. Темерешева 

 

М.А. Чухманцев