/

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65

http://13aas.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-52022/2017

25 апреля 2018 года

г. Санкт-Петербург

Резолютивная часть постановления объявлена     18 апреля 2018 года

Постановление изготовлено в полном объеме  25 апреля 2018 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего  Медведевой И.Г.,   судей Копыловой Л.С., Слоневской А.Ю.

 

при ведении протокола судебного заседания:  Прониным А.Л.,

 

при участии:  

от истца: Шевченко С. по доверенности от 14.12.2015,

от ответчика: Павлов П.Г. по доверенности от 18.04.2018, Куприященко  А.Г. по доверенности от 26.01.2018,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер  13АП-804/2018)  ОАО «НПО ЦКТИ» на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 29.11.2017 по делу № А56-52022/2017 (судья Г.В. Лебедев), принятое 

по иску ПАО «Силовые машины - ЗТЛ, ЛМЗ, Электросила, Энергомашпроект» (ПАО «Силовые машины») 

к ОАО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ ПО ИССЛЕДОВАНИЮ И ПРОЕКТИРОВАНИЮ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ОБОРУДОВАНИЯ ИМ. И.И. ПОЛЗУНОВА» (ОАО «НПО ЦКТИ») 

о взыскании, 

 

установил:

ПАО «Силовые машины - ЗТЛ, ЛМЗ, Электросила, Энергомашэкспорт» (сокращенное наименование - ПАО «Силовые машины») (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к ОАО «НАУЧНО-ПРОИЗВОДСТВЕННОЕ ОБЪЕДИНЕНИЕ ПО ИССЛЕДОВАНИЮ И ПРОЕКТИРОВАНИЮ ЭНЕРГЕТИЧЕСКОГО ОБОРУДОВАНИЯ ИМ. И.И. ПОЛЗУНОВА» (сокращенное наименование - ОАО «НПО ЦКТИ») (далее - ответчик) о взыскании 1 559 865 руб. 60 коп. неустойки за нарушение срока поставки оборудования, 585 659 руб. 72 коп. неустойки за нарушение сроков достижения ключевых событий.

Решением от 29.11.2017 арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области взыскал с ОАО «НПО ЦКТИ» в пользу ПАО «Силовые машины» 2 145 525 руб. 32 коп. неустойки, 33 727 руб. 63 коп. судебных расходов по уплате государственной пошлины.

В апелляционной жалобе ОАО «НПО ЦКТИ» просит отменить указанное решение как принятое с нарушением норм материального права, указывая на необоснованность несения ответчиком двойной ответственности за нарушение сроков выполнения обязательств по договору. Податель жалобы полагает, что пропуск срока достижения ключевого события очевидно влечет за собой невозможность поставки оборудования в срок, предусмотренный договором. В данном случае ответчик за одно нарушение обязательства, а именно за нарушение сроков изготовления оборудования, дважды несет ответственность, что противоречит общим принципам гражданского права. Податель жалобы указывает, что ответчик не совершал каких-либо дополнительных действий для возникновения оснований для повторного привлечения его к ответственности за нарушение сроков исполнения обязательств по договору. Кроме того, податель жалобы полагает, что заявленная истцом ко взысканию неустойка несоразмерна последствиям допущенного ответчиком нарушения, в связи с чем в суде первой инстанции ответчиком заявлялось о применении статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее также – ГК РФ). Податель жалобы указывает, что поставка оборудования в мае 2016 года не повлияла на работы по монтажу оборудования.

В отзыве на апелляционную жалобу истец изложил возражения относительно ее удовлетворения, указав, что довод ответчика о несении им двойной ответственности противоречит общим принципам и нормам гражданского законодательства, условиям договора, фактическим обстоятельствам дела. Истец так же указывает, что договором, заключенным между сторонами, была предусмотрена ответственность поставщика как за срыв срока достижения ключевого события (выполнения этапа договора), так и за срыв срока поставки оборудования. Поскольку договор является смешанным, и предусматривает помимо обязательства по поставке также обязательства по изготовлению технической документации и оборудования, то достижение ключевого события «Предоставление акта входного контроля заготовок основных элементов насоса», согласно Приложения 12 к договору, связано с нарушением срока этапа изготовления оборудования, а не с нарушением срока поставки. При этом, нарушение исполнения одного из этапов договора не означает безусловное нарушение сроков исполнения всех последующих этапов. В данном случае обязательство по выполнению этапа (достижению определенного ключевого события) и поставки готового оборудования - два разных обязательства с разными датами и условиями исполнения, за нарушение которых договором предусмотрена различная ответственность. Истец так же указывает, что ответчиком не были представлены доказательства несоразмерности неустойки последствиям допущенного ответчиком нарушения, в связи с чем суд, принимая во внимание фактические обстоятельства дела, критерии несоразмерности, правомерно пришел к выводу об отсутствии оснований для применения правил статьи 333 ГК РФ. При этом, ненадлежащее исполнение обязательств ответчиком привело к вынужденному срыву сроков исполнения обязательств истца перед своим заказчиком по основному договору. В результате срыва сроков сдачи ключевых событий и срыва сроков поставки истцу оборудования, входящего в объем поставки ответчика, в адрес истца от заказчика поступила претензия о взыскании неустойки за срыв сроков сдачи ключевых событий и поставки оборудования. Размер неустойки, подлежащий выплате истцом своему заказчику, в несколько раз превосходит по размеру неустойку, взыскиваемую в рамках настоящего дела с ответчика. Истец также отмечает, что договором максимальная ответственность ответчика ограничена и истец, понеся значительные убытки, в силу условий договора, не будет иметь возможности взыскать их полную сумму, что значительно нарушит баланс интересов сторон, так как убытки, которые понесет истец явились следствием допущенных нарушений со стороны ответчика. Кроме того, ответчиком не представлены доказательства наличия экстраординарных обстоятельств, при которых неустойка подлежит уменьшению ниже однократной учетной ставки.

Определением апелляционного суда от 21.03.2018 судебное разбирательство по апелляционной жалобе откладывалось ввиду указания ответчиком на новый довод апелляционной жалобы о наличии просрочки при исполнении обязательств со стороны истца, а также в целях представления сторонами дополнительных сведений и документов.

Во исполнение определения суда в материалы дела от истца поступили пояснения к отзыву, в которых он указал, что пунктом 10.2 договора поставки, отдельно от других, предусмотренных статьей 10 договора оснований ответственности, установлена ответственность поставщика за нарушение срока достижения ключевых событий (начального срока изготовления, промежуточного срока выполнения работ по договору). Ответчиком был нарушен срок запуска в производство заготовок основных элементов насоса для 1 и 2 энергоблоков, подтверждением которого является представление акта входного контроля заготовок элементов насоса (вторые ключевые события), на 190 календарных дней. Кроме того, ответчиком был нарушен срок поставки по причине длительного согласования расчета нагрузок на патрубки, а также длительного неполучения сертификата ОИТ (письмо № 2/5929 от 04.12.2015), который является необходимым документом для проведения приемочной инспекции, предусмотренный пунктом 12 раздела 2 приложения 5 к договору, а также по причине переноса ответчиком сроков проведения приемочных инспекций (письмо № 2/5563 от 17.11.2015; письмо № 2/5929 от 04.12.2015; письмо № 2/6019 от 09.12.2015), выявления замечаний к оборудованию в ходе проведения приемочной инспекции и их устранение ответчиком, высокой загруженности завода изготовителя (субпоставщика ответчика) (письмо № 2/4828 от 08.10.2015). В результате сертификат ОИТ был предоставлен истцу только 18.08.2016. Поскольку ответчиком были нарушены сроки достижения ключевых событий, предусмотренных приложением № 12 к договору, и срок поставки, предусмотренный приложением № 1.1 к договору, 18.07.2017 ПАО «Силовые машины» было подано исковое заявление о взыскании неустойки за нарушение срока достижения вторых ключевых событий и нарушение срока поставки оборудования в общем размере 2 145 525,32 руб. К исковому заявлению были приложены расчет неустойки за нарушение срока сдачи ключевых событий и расчет неустойки за нарушение срока поставки. Доказательства нарушения сроков исполнения обязательств ответчиком по вине ответчика и его субпоставщиков содержатся в материалах дела.

Во исполнение определения суда от 21.03.2018 от ответчика поступило дополнение к апелляционной жалобе, в котором он дал пояснения по обстоятельствам просрочки истца при исполнении обязательств по договору. В частности, ответчик указал, что ОАО «НПО ЦКТИ» максимально добросовестно подошло к выполнению своих договорных обязательств и достижению ключевого события №2 в возможно короткие сроки, взяв на себя риски, связанные с заказом заготовок по несогласованным чертежам. Заказ заготовок на основании несогласованных чертежей позволил получить их раньше, чем появилась возможность начать изготовление оборудования. Кроме того, сдвиг сроков достижения ключевого события №2 не повлиял на сроки начала производства оборудования, поскольку в соответствии с требованиями 3 категории обеспечения качества, производство может быть начато только после согласования планов качества на оборудование. В комплекте с планами качества на согласование должны направляться габаритные чертежи оборудования, которые по вышеуказанным причинам не могли быть направлены ранее 19.03.2015. Разработанные планы качества №БелАЭС-ПК-ЭМ-67-2015 и №БелАЭС-ПК-ЭМ-68-2015 были согласованы ОАО «НПО ЦКТИ» 26.03.2015, окончательное согласование получено от АО «АСЭ» 14.04.2015 №7702-06/14-1850. Заготовки основных элементов насоса были получены от ООО «ВолгаСтальПроект» (товарная накладная от 17.03.2015 №218), после чего был завершен входной контроль данных заготовок, что подтверждается актом входного контроля от 08.04.2015. При поставке оборудования для АЭС организации-поставщику необходимо учитывать требования не только прямого заказчика (ПАО «Силовые машины»), но и ряда вышестоящих организаций, отвечающих за строительство АЭС в целом. Письмом от 08.10.2015 №2/4828 поставщик запросил у заказчика сдвиг договорных сроков поставки оборудования на 15.12.2015, но никакого ответа на него получено не было. При этом, в соответствии с письмом государственного предприятия «Белорусская АЭС» от 15.09.2015 №09.3-12/7678, срок поставки насоса КГТН - 1 квартал 2016 года. Кроме указанных причин, на срок поставки повлияло необоснованное затягивание приемки насоса КГТН для блока №1 Белорусской АЭС, а именно:  перенос срока приемочной инспекции, предъявление требований к изменению ремонтной документации, при том, что данная документация уже была согласована. Указанное обстоятельство послужило единственной причиной задержки поставки насоса и не могло быть предусмотрено заранее. Ремонтная документация окончательно согласована письмом Заказчика-застройщика от 20.04.2016 №09.3-13/4550. Вызов на повторную инспекцию направлен 21.04.2016 (письмо ОАО «НПО ЦКТИ» №066/1848), инспекция успешно прошла 05.05.2016, что подтверждается удостоверением о приемочной инспекции от 05.05.2016 №1. Таким образом, общая задержка приемки по независящим от поставщика обстоятельствам составила 13 дней по п. 1 и 35 дней по п. 2, всего 48 дней. При этом, ответчик указывает, что сертификат происхождения СТ-1 не мог быть оформлен к моменту проведения приемочной инспекции, так как ОАО "НПО ЦКТИ" не является экспортером. Кроме того, ответчик указал на факт задержки со стороны истца при проведении повторного входного контроля, что нарушило как положения договора на поставку, так и требования нормативного документа Заказчика-застройщика. Ответчик полагает, что данная задержка явно свидетельствует о том, что потребности в оборудовании на момент поставки не было, иначе повторный входной контроль был бы проведен в более короткие сроки. В связи с этим, ответчик считает, что действительного ущерба из-за превышения сроков поставки причинено не было и предъявляемая ко взысканию неустойка за нарушение срока поставки явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Кроме того, ответчик отметил, что заказчиком были нарушены договорные обязательства по обеспечению приемки оборудования, а также то, что нарушение сроков поставки никоим образом не причинило убытков заказчику, не оказало влияния на сроки исполнения работ по сооружению Белорусской АЭС, действительного ущерба заказчику причинено не было.

В связи с очередным отпуском судьи Тойвонена И.Ю. в соответствии с пунктом 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) произведена замена судьи Тойвонена И.Ю. на судью Копылову Л.С. Рассмотрение дела начато с начала.

В настоящем судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы и дополнения к ней. Представитель истца возражала по доводам жалобы по основаниям, изложенным в отзыве и пояснениях к нему.

Проверив законность и обоснованность обжалуемого решения, апелляционный суд не установил оснований для его отмены или изменения.

Как установлено судом первой инстанции и следует из материалов дела, 30.12.2013 между истцом (заказчик) и ответчиком (поставщик) заключен договор №201321717/081827-1207/375-13/2 (далее - Договор).

Согласно условиям названного договора поставщик обязался, в том числе изготовить и передать перевозчику заказчика оборудование для энергоблоков №1 и №2 Белорусской АЭС по номенклатуре, ценам и в сроки, указанные в спецификациях оборудования, являющихся приложениями №1.1 и №1.2 к Договору, а заказчик обязался обеспечить приемку оборудования в порядке, предусмотренном Договором и оплатить принятое оборудование (пункт 2.1 Договора).

Пунктом 7.2 договора предусмотрено, что цена оборудования на энергоблок № 1 и энергоблок № 2 составляет 52 156 000,00 руб. (в т.ч. НДС).

В Договоре и приложениях к нему сторонами согласованы предмет, необходимые условия и порядок осуществления поставки и исполнения Договора.

В соответствии со сроками, указанными в приложениях №№ 1.1, 1.2 оборудование должно быть изготовлено, испытано, укомплектовано, предъявлено по качеству, законсервировано, упаковано, промаркировано, передано перевозчику заказчика (пункт 3.2 Договора).

При этом сторонами согласованы также наименование ключевых событий по изготовлению и поставке оборудования, их стоимость, сроки достижения, отчетные документы (пункт 3.3 Договора, приложение №12).

Исходя из положений Договора следует, что стороны определили дату поставки оборудования датой подписания товарной накладной в месте поставки (пункт 6.6.1 Договора).

Полагая, что обязательства по поставке оборудования для 1 энергоблока Белорусской АЭС и сдаче ключевых событий для 1 и 2 энергоблоков Белорусской АЭС ответчиком были выполнены с нарушением сроков, указанных в приложении № 1.1 к Договору и приложении № 12 к Договору, заказчиком была начислена неустойка, требование о выплате которой направлено поставщику 15.05.2017 (исх.№720/03-1858 от 12.05.2017).

Оставление ответчиком указанной претензии без удовлетворения, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с иском о взыскании, в том числе, 1 559 865 руб. 60 коп. неустойки за нарушение срока поставки оборудования (для блока 1), предусмотренного в приложении № 1.1 к Договору, 585 659 руб. 72 коп. неустойки за нарушение сроков достижения ключевых событий, предусмотренных в приложении № 12 к Договору.

Удовлетворяя заявленные требования в полном объеме, суд первой инстанции признал, что нарушение сроков поставки оборудования и достижения ключевых событий материалами дела подтверждено, при этом доводы ответчика, в том числе о вине истца как кредитора в допущенной просрочке, о применении статьи 333 ГК РФ, признаны необоснованными.

Проанализировав условия Договора, апелляционный суд пришел к выводу, что он является смешанным договором, содержащим элементы договоров подряда и поставки, в связи с этим правоотношения сторон регулируются нормами глав 30, 37 ГК РФ.

В силу пункта 1 статьи 702 ГК РФ по договору подряда одна сторона (подрядчик) обязуется выполнить по заданию другой стороны (заказчика) определенную работу и сдать ее результат заказчику, а заказчик обязуется принять результат работы и оплатить его.

Согласно статье 506 ГК РФ по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Пунктом 1 статьи 457 ГК РФ предусмотрено, что срок исполнения продавцом обязанности передать товар покупателю определяется договором купли-продажи, а если договор не позволяет определить этот срок - в соответствии с правилами, предусмотренными статьей 314 настоящего Кодекса.

В соответствии со статьями 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, односторонний отказ от исполнения обязательств не допускается.

В силу статьи 12 ГК РФ взыскание неустойки является одним из способов защиты нарушенного гражданского права.

Согласно статье 329 ГК РФ исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

Неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения. По требованию об уплате неустойки кредитор не обязан доказывать причинение ему убытков (статья 330 ГК РФ).

Пунктом 3 статьи 401 ГК РФ при определении оснований ответственности за нарушение обязательства установлена презумпция вины лица, не исполнившего или ненадлежащим образом исполнившего обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности. Если иное не предусмотрено законом или договором, указанное лицо несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств.

В силу пункта 2 статьи 1 ГК РФ граждане (физические лица) и юридические лица приобретают и осуществляют свои гражданские права своей волей и в своем интересе. Они свободны в установлении своих прав и обязанностей на основе договора и в определении любых не противоречащих законодательству условий договора.

Как определено пунктами 1 и 4 статьи 421 ГК РФ граждане и юридические лица свободны в заключении договора; условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами (статья 422).

В рассматриваемом случае стороны, являясь равными участниками отношений по договору и действуя своей волей и в своем интересе, достигли в договоре соглашения об основаниях ответственности должника за нарушение обусловленных договором обязательств в виде уплаты неустойки за нарушение срока поставки оборудования и за недостижение ключевого события, не оговаривая запрета на их одновременное взыскание кредитором.

Императивных норм, запрещающих кредитору одновременно взыскивать с должника санкции в виде разных неустоек за нарушения договора, схожие по основаниям их начисления, в гражданском законодательстве также не содержится.

Условиями пункта 10.4 Договора сторонами согласована ответственность за нарушение срока поставки оборудования, предусмотренного приложениями №№ 1.1, 1.2, в размере 0,03% от цены оборудования на соответствующий блок за каждый день просрочки, но не более 10% от цены оборудования.

Условиями пункта 10.2 Договора стороны согласовали ответственность поставщика за недостижение ключевого события в предусмотренный приложением №12 срок в виде неустойки в размере 0,03% от цены просроченного ключевого события за каждый день просрочки, ограничив общий размер неустойки 2% от цены оборудования.

Как следует из материалов настоящего дела, оборудование поставлялось истцу с нарушением сроков, установленных в договоре.

В соответствии с приложением №12 ответчик в ходе изготовления оборудования насоса с гидроприводом  отвода конденсата (далее – насос), в срок до  30.09.2014 должен был сдать вторые ключевые события для 1 и 2 энергоблоков, а именно предоставить подтверждение соответствия заготовок основных элементов насоса и запустить их в производство насосов. Однако, материалами дела подтверждается нарушение сроков исполнения обязательств по вине ответчика и его субпоставщиков. Так, АО «Атомпроект» (разработчик проекта машзала) в адрес ответчика было направлено письмо от 30.01.2015 с данными по нагрузкам на патрубки. В ответ на указанное письмо ответчик в адрес истца и  АО «Атомпроект» направил письмо № 2/2793 от 15.06.2015 о приостановлении изготовления насосов ввиду несоответствия расчетов нагрузок на патрубки, то есть спустя 90 рабочих дней с даты получения данных от АО «Атомпроект». При этом, лишь 10.07.2015 письмом № 2/3296 ответчик согласовал нагрузки на патрубки после повторной просьбы истца (письмо № 72005/03-0922). Таким образом, рассмотрение ответчиком исходных данных по нагрузкам на патрубки в нарушение пункта 6.2.1 договора (10 рабочих дней), заняло 5 месяцев.

Представленными документами (в том числе актами №№ 3,4 от 08.04.2015) подтверждается просрочка в предоставлении актов входного контроля, в связи с чем истцом правомерно заявлено ко взысканию 585 659 руб. 72 коп. неустойки за нарушение срока достижения ключевых событий, начисленной за период 190 календарных дней (01.10.2014-08.04.2015) в размере 0,03% стоимости ключевого события.

Поставка оборудования для блока 1 должна была быть осуществлена 15.10.2015. Фактическая поставка осуществлена 06.05.2016, что подтверждается соответствующей товарной накладной. При этом, ответчиком был нарушен срок поставки по причине согласования расчета нагрузок на патрубки, а также длительного неполучения сертификата ОИТ (письмо № 2/5929 от 04.12.2015), который являлся необходимым документом для проведения приемочной инспекции, предусмотренной пунктом 12 раздела 2 приложения 5 к Договору, а также по причине переноса ответчиком сроков проведения приемочных инспекций, выявленных замечаний к оборудованию в ходе проведения приемочной инспекции и их устранение ответчиком, а также высокой загруженности  завода изготовителя (субпоставщика ответчика). В результате изложенных обстоятельств сертификат ОИТ был предоставлен истцу только 18.08.2016.

Поскольку факт нарушения ответчиком сроков поставки оборудования (для блока 1) подтвержден материалами дела, суд первой инстанции, принимая во внимание, что размер неустойки ограничен договором, обоснованно пришел к выводу о наличии оснований для взыскания с ответчика в пользу истца неустойки в сумме 1 559 865 руб. 60 коп., начисленной за период 204 календарных дня (16.10.2015-06.05.2016) в размере 0,03% в день.

Довод ответчика о том, что нарушение сроков поставки оборудования было вызвано, в том числе, затягиванием срока согласования технического задания со стороны истца, не является обстоятельством, освобождающим ответчика от ответственности за ненадлежащее исполнение договорных обязательств, с учетом того, что в силу пункта 4.2.1.1 Договора обязанность по согласованию технического задания лежит на ОАО «НПО ЦКТИ».

Утверждение ответчика о том, что задержка в заказе заготовок была вызвана необходимостью завершения этапа разработки конструкторской документации и ее согласования с третьими лицами, также нельзя признать обоснованным.

Оценив содержание представленных в материалы дела элементов переписки сторон (в том числе письма поставщика от 04.12.2015, 09.12.2015, 19.02.2016) суд первой инстанции обоснованно установил, что обстоятельства, обусловившие несоблюдение сроков, находятся в сфере ответственности поставщика и риск их наступления также несет поставщик как субъект предпринимательской деятельности и профессиональный участник оборота применительно к положениям абзаца 3 пункта 1 статьи 2, части 3 статьи 401 ГК РФ.

Суд первой инстанции правомерно установил, что материалами дела не подтверждается наличие условий для применения правил статьи 404 ГК РФ, отсутствуют основания считать, что умышленные или неосторожные действия заказчика обусловили нарушение спорных сроков. Суд обоснованно указал, что материалы дела не содержат каких-либо требований или заявлений о приостановке (невозможности) исполнения, внесении изменений в договорные условия в части сроков, ненадлежащем исполнении обязательств истцом, содержание которых в совокупности с иными материалами дела свидетельствовало бы о реализации поставщиком права, предусмотренного пунктом 2 статьи 328 ГК РФ, либо о наличии оснований для применения статьи 406 ГК РФ.

Кроме того, судом первой инстанции обоснованно отклонены доводы ответчика о необходимости применения статьи 333 ГК РФ.

Согласно статье 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. При этом на ответчика возлагается обязанность представления доказательств, подтверждающих явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства.

Вывод о наличии оснований для снижения суммы неустойки в соответствии со статьей 333 ГК РФ при рассмотрении конкретного дела суд делает на основе анализа всех обстоятельств этого дела и оценки сведений, позволяющих установить явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (сведений о сумме основного долга, возможном размере убытков, установленном в договоре размере неустойки и начисленной общей сумме, о сроке, в течение которого не исполнялось обязательство, и др.).

В соответствии с пунктом 2 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.12.2011 года N 81 "О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации", судам при рассмотрении вопроса о необходимости снижения неустойки по заявлению ответчика следует исходить из того, что неисполнение или ненадлежащее исполнение должником денежного обязательства позволяет ему неправомерно пользоваться чужими денежными средствами. Поскольку никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, условия такого использования не могут быть более выгодными для должника, чем условия пользования денежными средствами, получаемыми участниками оборота правомерно (например, по кредитным договорам).

Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения. Вместе с тем для обоснования иной величины неустойки, соразмерной последствиям нарушения обязательства, каждая из сторон вправе представить доказательства того, что средний размер платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями субъектам предпринимательской деятельности в месте нахождения должника в период нарушения обязательства, выше или ниже двукратной учетной ставки Банка России, существовавшей в тот же период. Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Снижение неустойки ниже однократной учетной ставки Банка России на основании соответствующего заявления ответчика допускается лишь в экстраординарных случаях, когда убытки кредитора компенсируются за счет того, что размер платы за пользование денежными средствами, предусмотренный условиями обязательства (заем, кредит, коммерческий кредит), значительно превышает обычно взимаемые в подобных обстоятельствах проценты.

Из договорных условий следует, что согласованный сторонами размер неустойки составляет 0,03% в день (или 10,95% годовых), что не превышает значение двукратной учетной (ключевой) ставки Банка России в спорный период (в отельные периоды являясь даже соотносимым с однократным ее значением).

В данном случае с учетом компенсационного характера неустойки, продолжительности периода просрочки поставки оборудования, запрещения законом извлечения преимущества из своего незаконного поведения контрагента суд апелляционной инстанции полагает, что предъявленная истцом ко взысканию сумма неустойки в размере 2 145 525 руб. 32 коп., является соразмерной и адекватной последствиям нарушения обязательств, в связи с чем не усматривает оснований для применения положений статьи 333 ГК РФ и уменьшения размера неустойки. Указанная сумма компенсирует потери истца в связи с несвоевременным исполнением ответчиком своих обязательств.

Размер неустойки, предусмотренный в договоре, является разумным, установлен взаимным соглашением сторон, расчет суммы неустойки произведен на основании заключенного сторонами договора.

При этом доказательства исключительности фактических обстоятельств рассматриваемой ситуации и наличия оснований для снижения размера неустойки менее 0,03% в день (10,95% годовых), вопреки правилам статьи 65 АПК РФ, в материалы дела не представлены.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 266, 268, частью 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

Решение Арбитражного суда  города Санкт-Петербурга и Ленинградской области  от 29.11.2017 по делу №  А56-52022/2017  оставить без изменения, апелляционную жалобу ОАО «НПО ЦКТИ» - без удовлетворения.  

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

 

Председательствующий

 

И.Г. Медведева

 

Судьи

 

Л.С. Копылова

 

 А.Ю. Слоневская