АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru

 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-18669/2022

Дело № А12-27598/2020

г. Казань

01 сентября 2022 года

Резолютивная часть постановления объявлена 25 августа 2022 года.

Полный текст постановления изготовлен 01 сентября 2022 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Коноплёвой М.В., 

судей Ивановой А.Г., Моисеева В.А.,

при участии представителя:

ФИО1 – ФИО2, доверенность от 04.05.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационные жалобы общества с ограниченной ответственностью «Статера Эксперт», арбитражного управляющего ФИО1, общества с ограниченной ответственностью «Электрощит-Стройсистема»

на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2022

по делу № А12-27598/2020

по жалобе общества с ограниченной ответственностью «Статера Эксперт» на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО1, с участием заинтересованных лиц – общества с ограниченной ответственностью «Электрощит-Стройсистема», Управления Федеральной государственной службы регистрации, кадастра и картографии по Волгоградской области, ассоциации «Межрегиональная саморегулируемая организация арбитражных управляющих «Содействие», в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Изобуд-Юг» (ИНН 

<

***>; ОГРН 

<

***>).

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.11.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Изобуд-Юг» (далее – должник).

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 15.03.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 16.06.2021 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1.

Общество с ограниченной ответственностью «Статера Эксперт» (далее – общество «Статера Эксперт») обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с жалобой, с уточнением требований в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся: в нарушении сроков по направлению ответа на обращение общества «Статера Эксперт»; в необоснованном необжаловании сделки должника по заключению договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010; в непринятии мер по установлению суммы погашенной задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, основным должником – обществом с ограниченной ответственностью «Изоспан» (далее – общество «Изоспан»); в непринятии мер по направлению заявления в Арбитражный суд Волгоградской области об исключении из реестра требований кредиторов должника погашенной задолженности; в привлечении общества с ограниченной ответственностью «ИнвестПроект» для оценки залогового имущества за счёт конкурсной массы должника; в запросе предоставления персональных данных, их обработке без согласия субъекта персональных данных на обработку. Также заявитель жалобы просил отстранить ФИО1 от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.12.2021 в удовлетворении жалобы общества «Статера Эксперт» отказано.

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд определением от 25.02.2021 перешел к рассмотрению обособленного спора по правилам, установленным АПК РФ, для рассмотрения дела в арбитражном суде первой инстанции.

Постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2022 определение Арбитражного суда Волгоградской области от 27.12.2021 отменено, принят новый судебный акт. Признано незаконным бездействие конкурсного управляющего ФИО1, выразившееся в неоспаривании сделки должника – договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, заключенного между должником и открытым акционерным обществом «Белвнешэкономбанк» (далее – Банк). В удовлетворении остальной части жалобы общества «Статера Эксперт» отказано.

В кассационной жалобе общество «Статера Эксперт» просит принятое по обособленному спору постановление апелляционного суда в части отказа в удовлетворении заявленных требований и отстранения конкурсного управляющего отменить, жалобу в указанной части удовлетворить, мотивируя неправильным применением апелляционным судом норм материального и процессуального права, несоответствием выводов фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам.

В кассационной жалобе арбитражный управляющий ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, оставить в силе определение суда первой инстанции, указывая, что вывод апелляционного суда о предоставлении конкурсным кредитором достаточных оснований для оспаривания сделки не соответствует фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам. Доказательств недобросовестного поведения сторон при ее заключении, направленного во вред иным кредиторам должника, в материалы обособленного спора не представлено.

В кассационной жалобе общество с ограниченной ответственностью «Электрощит-Стройсистема» (далее – общество «Электрощит-Стройсистема») просит принятое по обособленному спору постановление апелляционного суда отменить, указывая, что общество «Статера Эксперт» имеет право самостоятельно обжаловать сделки должника – договор ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, которое было им реализовано, что следует из сообщения на ЕФРСБ от 15.04.2022. Также заявитель жалобы полагает, что признание договора ипотеки недействительной сделкой не приведет к существенному увеличению суммы удовлетворения требований кредиторов, пополнению конкурсной массы.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 23.06.2022 производство по кассационным жалобам общества «Статера Эксперт», арбитражного управляющего ФИО1, общества «Электрощит-Стройсистема» на постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2022 приостановлено до рассмотрения Арбитражным судом Волгоградской области вопроса об утверждении кандидатуры конкурсного управляющего должником. 

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 12.07.2022 конкурсным управляющим должником утвержден ФИО4.

Определением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.07.2022 производство по кассационным жалобам возобновлено.

Ввиду отпуска судьи Самсонова В.А., участвовавшего в составе суда, рассматривающем кассационные жалобы по настоящему обособленному спору до приостановления, определением Арбитражного суда Поволжского округа от 18.07.2022 в порядке статьи 18 АПК РФ произведена замена судьи Самсонова В.А. на судью Иванову А.Г.

В связи с отпуском судьи Кашапова А.Р., участвовавшего в составе суда, рассматривающем кассационные жалобы по настоящему обособленному спору, произведена его замена на судью Моисеева В.А., в связи с чем рассмотрение кассационных жалоб после замены судей начато сначала.

Проверив законность принятого постановления суда апелляционной инстанции в порядке статьи 286 АПК РФ, суд кассационной инстанции находит его в части признания незаконным бездействия конкурсного управляющего, выразившегося в неоспаривании сделки должника – договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, подлежащим отмене.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно положениям пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве арбитражный суд рассматривает жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями арбитражного управляющего.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Отказывая в удовлетворении требования кредитора на действия (бездействие) конкурсного управляющего ФИО1, выразившиеся в нарушении сроков по направлению ответа на обращение общества «Статера Эксперт», со ссылкой на положения части 1 статьи 12 Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», суд апелляционный инстанции исходил из того, что в соответствии со статьей 1 указанного Федерального закона им регулируются правоотношения, связанные с реализацией гражданином Российской Федерации закрепленного за ним Конституцией Российской Федерации права на обращение в государственные органы и органы местного самоуправления, а также устанавливается порядок рассмотрения обращений граждан государственными органами, органами местного самоуправления и должностными лицами, и пришел к выводу о том, что конкурсный управляющий должником не является должностным лицом в понимании Федерального закона от 02.05.2006 № 59-ФЗ «О порядке рассмотрения обращений граждан Российской Федерации», в сферу регулирования настоящего закона не включены взаимоотношения конкурсного управляющего с кредиторами по вопросам адресованных в его адрес обращений.

Также апелляционным судом установлено, что ответ на обращение кредитора направлен конкурсным управляющим ФИО1 в разумный срок.

Рассматривая требование кредитора в части обжалования бездействия конкурсного управляющего ФИО1, выразившегося в непринятии мер по установлению суммы погашенной задолженности, включенной в реестр требований кредиторов должника, основным должником обществом «Изоспан», и в непринятии мер по направлению заявления в Арбитражный суд Волгоградской области об исключении из реестра требований кредиторов должника погашенной задолженности, апелляционный суд установил следующие обстоятельства.

Между Банком и обществом «Электрощит-Стройсистема» заключен договор уступки прав требования от 02.07.2021 № 0207/2, согласно которому первоначальный кредитор (Банк) уступает, а новый кредитор (общество «Электрощит-Стройсистема») принимает право требования по кредитным договорам от 18.01.2016 № 35030-К16-001 и от 18.01.2016 № 35030-К16-002, заключенным между первоначальным кредитором и обществом «Изоспан».

Размер уступаемых требований к обществу «Изоспан» на общую сумму составил 19 056 302,19 евро и 3190 белорусских рублей (с учетом дополнительного соглашения  от 02.09.2021 № 1к договору уступки).

Стоимость уступаемых прав требования в размере 163 000 000 руб. оплачена обществом «Электрощит-Стройсистема» платежным поручением от 01.09.2021 № 3548.

Определением суда от 17.11.2021 удовлетворено заявление общества «Электрощит-Стройсистема» о процессуальном правопреемстве, произведена процессуальная замена кредитора по требованию Банка, включенного в третью очередь реестра требований кредиторов должника определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.05.2021, на правопреемника – общество «Электрощит-Стройсистема» в части суммы требования в размере 1 672 434 725,82 руб., из которых 208 845 426,42 руб. обеспечены залогом.

Договор уступки прав требования от 02.07.2021 № 0207/2 предусматривал обязанность Банка обратиться с заявлением об уменьшении требований, включенных в реестр требований кредиторов должника.

Банк 08.10.2021 обратился в суд с заявлением об исключении части требования из реестра требований кредиторов должника в размере 529 036 322,73 руб., из которых 529 035 850,33 руб. – основной долг, 472,40 руб. – нотариальный тариф по исполнительной надписи, ввиду частичного погашения задолженности кредитополучателями и иными взаимосвязанными должниками.

Определением Арбитражного суда Волгоградской от 17.11.2021 требование в сумме 529 036 322,73 руб. было исключено из третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

Принимая во внимание, что погашение требования Банка произошло в июле 2021 года, а Банк обратился с заявлением об исключении требования из реестра в октябре 2021 года, при этом наличие в реестре требований кредиторов в период с июля по октябрь 2021 года не повлияло на права иных кредиторов ввиду отсутствия действий по погашению требований, включенных в реестр, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для признания бездействия конкурсного управляющего в указанной части незаконным.

Отказывая в признании незаконными действий конкурсного управляющего по привлечению ООО «ИнвестПроект» для оценки залогового имущества за счёт конкурсной массы должника, суд апелляционной инстанции установил, что 4 объекта недвижимого имущества и движимое имущество должника находилось в залоге у Банка на основании договора залога движимого имущества от 18.01.2016 № 35030-ОК16-010, договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-ОЗ18010.

Между должником и ООО «Инвест Проект» заключен договор от 30.08.2021 № НД-2108307 на проведение оценки имущества, перечень которого указан в приложении № 2.

В перечень объектов недвижимого имущества, стоимость которых подлежит оценке, включено 4 объекта недвижимого имущества и движимое имущество, которое находится в залоге у общества «Электрощит-Стройсистема», а также земельный участок с кадастровым номером 34:35:020203:192 и здание с кадастровым номером 34:35:020203:837, в отношении которых в Едином государственном реестре недвижимости имеются сведения о наличии государственной регистрации ипотеки в силу закона.

Вознаграждение оценщика ООО «Инвест Проект» составило 150 000 руб. (пункт 2.1 договора).

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 130, пункта 2 статьи 131, пункта 6 статьи 138 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в абзаце 2 пункта 11 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 58 «О некоторых вопросах, связанных с удовлетворением требований залогодержателя при банкротстве залогодателя», исходил из того, что привлечение конкурсным управляющим оценщика для определения рыночной стоимости залогового имущества является обязанностью конкурсного управляющего, и, установив, что оплата услуг оценщика по оценке как залогового, так и незалогового имущества в полном объеме произведена залоговым кредитором, пришел к выводу о том, что факт нарушения прав и законных интересов иных кредиторов подателем жалобы не доказан.

Доводы общества «Статера-Эксперт» о незаконности действий конкурсного управляющего по запросу предоставления персональных данных, их обработке без согласия субъекта персональных данных на обработку, суд апелляционной инстанции нашел ошибочными, установив, что первым собранием кредиторов установлено место проведения собраний кредиторов должника: 

<

...>. По указанному адресу располагается ГК ВЭБ.РФ, проход на территорию которой осуществляется в контрольно-пропускном режиме.

Конкурсным управляющим на сайте ЕФРСБ 31.08.2021 было размещено объявление о проведении 16.09.2021 собрания кредиторов должника по адресу: 

<

...>, в котором указано, что для оформления пропуска на территорию Государственной корпорации развития ВЭБ.РФ необходимо заблаговременно (до 18:00 час. 15.09.2021) направить на е-mail: isobud-yg2021@yandex.ru ФИО, копию паспорта, номер телефона представителя участника собрания кредиторов.

Учитывая, что в данном случае конкурсный управляющий при запросе паспортных данных для оформления пропуска действовал в рамках выполнения возложенных на него Законом о банкротстве обязанностей по проведению собрания кредиторов в организации, осуществляющей пропуск лиц на основании паспорта; предъявление конкурсному управляющему представителями кредиторов документов, удостоверяющих личность и подтверждающих полномочия, является необходимой процедурой при регистрации участников собрания кредиторов и проверке их полномочий, а также принимая во внимание, что запрос паспортных данных представляет собой предложение представителю представить данную информацию, и фактически представитель кредитора предоставил конкурсному управляющему свои паспортные данные и участвовал в собрании кредиторов 16.09.2021, апелляционный суд пришел к выводу о том, что действия конкурсного управляющего по запросу предоставления персональных данных, их обработке, не нарушают требований закона и прав кредиторов.

При вынесении обжалуемого судебного акта в указанной части суд апелляционной инстанции исходил из установленных по делу обстоятельств и недоказанности материалами дела наличия в данном случае необходимых и достаточных оснований для признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего.

Суд округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте в указанной части, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

Доводы, приведенные в кассационной жалобе общества «Статера Эксперт», были предметом рассмотрения суда апелляционной инстанции и получили надлежащую правовую оценку. Эти доводы, повторенные в кассационной жалобе, не свидетельствуют о нарушении либо неправильном применении судом норм права, а сводятся к переоценке установленных по делу обстоятельств. Несогласие подателя жалобы с проведенной судами оценкой фактических обстоятельств дела не свидетельствует о неправильном применении норм материального права и не может быть положено в обоснование отмены обжалованного судебного акта.

При рассмотрении требования жалобы общества «Статера Эксперт» о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1, выразившегося в неоспаривании договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, апелляционный суд установил следующее.

Между Банком и обществом «Изоспан» заключены кредитные договоры от 18.01.2016 № 35030-К16-001 и от 18.01.2016 № 35030-К16-002, в соответствии с пунктом 1.8 которых способом обеспечения исполнения обязательств по договорам является, в том числе, поручительство должника, обеспеченное залогом движимого и недвижимого имущества.

В обеспечение обязательств по кредитным договорам между Банком (залогодержатель) и должником (залогодатель) заключен, в том числе, договор ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, по условиям которого в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам залогодатель передает в залог залогодержателю объекты недвижимого имущества: земельный участок с кадастровым номером 34:35:020203:673, площадью 31 489 кв.м, стоимостью по соглашению сторон в размере 548 810,13 EUR; земельный участок с кадастровым номером 34:35:020203:674, площадью 8684 кв.м, стоимостью по соглашению сторон в размере 155 326,86 EUR; блок вспомогательных цехов с кадастровым номером 34-34-03/004/2010-456, площадью 13 913 кв.м, стоимостью по соглашению сторон в размере 964 309,39 EUR; здание склада оборудования с кадастровым номером 34-34-03/004/2010-457, площадью 2251,5 кв.м, стоимостью по соглашению сторон в размере 552 124,96 EUR, расположенные по адресу: 

<

...>.

Определением Арбитражного суда Волгоградской области от 27.05.2021 признаны обоснованными и включены для удовлетворения в третью очередь реестра требований кредиторов должника требования Банка в размере 2 201 471 049,43 руб., в том числе 1 796 921 177,46 руб. основного долга, 391 693 922,45 руб. процентов, 12 773 247,04 руб. неустойки, 82 230,08 руб. штрафа, 472,40 руб. нотариального тарифа по исполнительной надписи, из них 208 845 426,42 руб. как обеспеченные залогом имущества должника.

Общество «Статера Эксперт» 22.06.2021 направило в адрес конкурсного управляющего обращение, в котором просило оспорить договор ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010 по основаниям, предусмотренным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Конкурсный управляющий 23.08.2021 в адрес общества «Статера Эксперт» по почте направил ответ, в котором указал на отсутствие оснований для подачи заявления об оспаривании сделок должника, так как не установлена цель причинения вреда должнику и его кредиторам.

Общество «Статера Эксперт», ссылаясь на то, что в соответствии с бухгалтерской отчетностью по состоянию на 31.12.2017 активы должника составляли 245 190 000 руб., тогда как стоимость имущества, переданного в ипотеку – 154 989 661,94 руб., что составляет 64% от балансовой стоимости активов, а с учетом договора поручительства и договора залога движимого имущества – 75% стоимости активов, в связи с чем перечисленные обстоятельства указывают на причинение вреда имущественным правам кредиторов, поскольку в результате сделки должник стал отвечать признакам неплатежеспособности, считает незаконным бездействие конкурсного управляющего по необжалованию договора ипотеки.

Удовлетворяя заявленные требования в указанной части, апелляционный суд исходил из того, что договор ипотеки заключен по прошествии двух лет с даты заключения основного кредитного договора. 

Апелляционным судом принято во внимание, что в рамках дела № А12-31886/2016 (о банкротстве должника) 12.03.2018 (резолютивная часть) было утверждено мировое соглашение от 04.12.2017, заключенное между должником в лице генерального директора ФИО5, и лицом, уполномоченным собранием кредиторов должника на подписание мирового соглашения – ФИО6, в котором стороны признали требования кредиторов на общую сумму в части основного долга в размере 55 006 591,59 руб., а также в части неустойки (пени) – 1 766 075,70 руб. Согласно пункту 4.1 мирового соглашения должнику предоставляется отсрочка по оплате признанной задолженности до 04.12.2018 включительно и погашение производиться в соответствии с графиком погашения задолженности к данному мировому соглашению.

Учитывая, что договор ипотеки от 13.03.2018 заключен через 1 день после утверждения мирового соглашения, дело № А12-31886/2016 о несостоятельности (банкротстве) должника возбуждено в 2016 году, апелляционный суд критически отнесся к доводу конкурсного управляющего о неинформированности залогодержателя о наличии у должника значительной просроченной задолженности перед кредиторами.

Исследовав состав подлежащей оспариванию сделки, суд апелляционной инстанции признал, что надлежащее исполнение данной обязанности могло привести к реальному увеличению конкурсной массы на сумму, составляющую выручку от реализации предметов залога по спорному договору, который мог быть признан недействительным, при этом за счет данных денежных средств подлежали удовлетворению требования в установленной Законом о банкротстве очередности, то есть во внеочередном порядке подлежали удовлетворению текущие обязательства должника, а требования конкурсных кредиторов подлежали пропорциональному и соразмерному удовлетворению в порядке статьи 134 Закона о банкротстве, поскольку следствием признания договора залога недействительным стало бы изменение статуса залогового кредитора и требования указанного лица стали бы просто требованиями третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

В связи с этим апелляционный суд пришел к выводу о том, что у конкурсного управляющего имелись объективные основания для оспаривания указанной сделки должника, однако такое заявление управляющим в суд не направлялось.

Между тем при разрешении спора в указанной части апелляционным судом не принято во внимание следующее.

В соответствии с правовой позицией, сформулированной в пункте 3 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 4 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 20.12.2016, по смыслу пункта 1 статьи 129 Закона о банкротстве именно конкурсный управляющий, являющийся профессиональным участником отношений в сфере банкротства, наделен компетенцией по оперативному руководству процедурой конкурсного производства. В круг основных обязанностей конкурсного управляющего входит формирование конкурсной массы. Для достижения этой цели арбитражный управляющий обязан принимать управленческие решения. В силу пункта 4 статьи 20.3 Закона о банкротстве конкурсный управляющий несет самостоятельную обязанность действовать в интересах должника и кредиторов добросовестно и разумно. Данную обязанность управляющий исполняет вне зависимости от того, обращались к нему кредиторы с какими-либо предложениями либо нет.

Поскольку оспаривание конкурсным управляющим сделок должника подлежит реализации не в силу формального исполнения, а при наличии для этого правовых оснований, определенной судебной перспективы и отсутствия для должника неблагоприятных финансовых последствий, ведущих к уменьшению конкурсной массы, судам необходимо проанализировать, насколько убедительными являются аргументы кредитора в пользу признания сделок должника недействительными, оценить реальную возможность фактического восстановления нарушенных прав должника и его кредиторов в случае удовлетворения судом соответствующего заявления конкурсного управляющего.

Суд кассационной инстанции считает, что у апелляционного суда не имелось оснований для признания бездействия конкурного управляющего незаконным, поскольку позиция конкурсного управляющего относительно отсутствия достаточных оснований для оспаривания договора ипотеки не противоречит сложившейся судебной практике, правовым подходам Верховного Суда Российской Федерации, касающимся оспаривания обеспечительных сделок с участием независимого банка.

Так, согласно сложившейся судебной практике наличие корпоративных либо иных связей между заемщиком, поручителем (залогодателем) объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок (определение Верховного Суда Российской Федерации от 28.05.2018 № 301-ЭС17-22652(3), постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 № 14510/13).

Получение поручительства (залога) от юридического лица, входящего в одну группу лиц с заемщиком, с точки зрения нормального гражданского оборота, является стандартной практикой и потому указанное обстоятельство само по себе не свидетельствует о наличии признаков неразумности или недобросовестности в поведении кредитора даже в ситуации, когда поручитель испытывает финансовые сложности (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 № 308-ЭС16-1475).

Предполагается, что при кредитовании одного из участников группы лиц, в конечном счете, выгоду в том или ином виде должны получить все ее члены, так как в совокупности имущественная база данной группы прирастает.

Для констатации сомнительности поручительства и залога должны быть приведены достаточно веские аргументы, свидетельствующие о значительном отклонении поведения займодавца от стандартов разумного и добросовестного осуществления гражданских прав, то есть фактически о злоупотреблении данным займодавцем своими правами во вред иным участникам оборота, в частности, остальным кредиторам должника (пункт 4 статьи 1, пункт 1 статьи 10 ГК РФ).

К их числу могут быть отнесены, в том числе: участие кредитора в операциях по неправомерному выводу активов, получение кредитором безосновательного контроля над ходом дела о несостоятельности, реализация договоренностей между заимодавцем и поручителем (залогодателем), направленных на причинение вреда иным кредиторам, лишение их части того, на что они справедливо рассчитывали (в том числе, не имеющее разумного экономического обоснования принятие новых обеспечительных обязательств по уже просроченным основным обязательствам в объеме, превышающем совокупные активы поручителя, при наличии у последнего неисполненных обязательств перед собственными кредиторами).

Применение упомянутого подхода для разрешения подобного рода споров зависит от статуса кредитора по отношению к заемщику и поручителю.

В ситуации, когда кредитор является независимым от группы заемщика лицом, предоставленные в виде займа денежные средства, как правило, выбывают из-под контроля кредитора, поэтому предполагается, что главная цель поручительства (залога) заключается в создании дополнительных гарантий реального погашения долговых обязательств.

Действия, направленные на повышение вероятности возврата долга иным экономическим субъектом, с целью создания дополнительных гарантий исполнения обязательств заемщика, сами по себе не могут быть квалифицированы в качестве недобросовестных, направленных на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о преследовании Банком и должником при заключении договора ипотеки цели причинения вреда имущественным правам кредиторов путем вывода активов должника либо о необоснованном увеличении имущественных требований к должнику, судом апелляционной инстанции не установлено.

Ссылка суда апелляционной инстанции на то, что договор ипотеки заключен по прошествии двух лет с даты заключения основного кредитного договора, не может быть принята во внимание, поскольку, как установлено судом, в заключенных кредитных договорах от 18.01.2016 в пункте 1.8 изначально был предусмотрен способ обеспечения исполнения обязательств по договорам, в том числе поручительство должника, обеспеченное залогом движимого и недвижимого имущества. В соответствии с пунктом 2.2.5 кредитных договоров должник обязался предоставить Банку в обеспечение исполнения обязательств по кредитным договорам залог недвижимого имущества (4 объекта).

Указание суда апелляционной инстанции о безусловной информированности Банка о наличии у должника значительной просроченной задолженности перед кредиторами со ссылкой на заключение мирового соглашения по делу о банкротстве должника, суд кассационной инстанции находит ошибочным, поскольку заключение мирового соглашения в процедуре банкротства могло свидетельствовать о намерении должника выйти из кризисной ситуации и продолжить хозяйственную деятельность в обычном режиме.

При этом следует отметить, что, после утверждения мирового соглашения судом 12.03.2018, должник почти три года продолжал осуществлять хозяйственную деятельность.

При таких обстоятельствах судебная коллегия считает, что у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для удовлетворения требований кредитора в соответствующей части, в связи с чем постановление апелляционного суда подлежит отмене.

В соответствии с абзацем четвертым пункта 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции», суд кассационной инстанции вправе отменить или изменить решение суда первой инстанции и (или) постановление суда апелляционной инстанции полностью или в части и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ, если установленные судами фактические обстоятельства соответствуют имеющимся в деле доказательствам и позволяют правильно применить нормы права, подлежащие применению.

Поскольку судом установлены все фактические обстоятельства дела, дополнительного исследования доказательств не требуется, суд кассационной инстанции полагает возможным, не передавая дело на новое рассмотрение, принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении требований общества «Статера Эксперт» в части признания незаконным бездействия конкурсного управляющего должником ФИО1, выразившегося в неоспаривании договора ипотеки от 13.03.2018 № 350300318010.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, статьями 286, 288, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2022 по делу № А12-27598/2020 отменить в части признания незаконным бездействия конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Изобуд-Юг» ФИО1, выразившегося в неоспаривании сделки должника – договора ипотеки от 13.03.2018 № 35030-0318010, заключенного между обществом с ограниченной ответственностью «Изобуд-Юг» и открытым акционерным обществом «Белвнешэкономбанк». В удовлетворении жалобы общества с ограниченной ответственностью «Статера Эксперт» в указанной части отказать. 

В остальной части постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 01.04.2022 оставить без изменения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяМ.В. Коноплёва

СудьиА.Г. Иванова

В.А. Моисеев