13/2020-53833(1) 

ДВЕНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД 

410002, г. Саратов, ул. Лермонтова д. 30 корп. 2 тел: (8452) 74-90-90, 8-800-200-12-77; факс: (8452) 74-90-91,  

http://12aas.arbitr.ru; e-mail: info@12aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

арбитражного суда апелляционной инстанции

Дело №А57-22572/2019

г. Саратов

23 ноября 2020 года

Резолютивная часть постановления объявлена 16 ноября 2020 года. Полный текст постановления изготовлен 23 ноября 2020 года. 

Двенадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:  председательствующего судьи Лыткиной О.В.,  

судей Клочковой Н.А., Шалкина В.Б., 

при ведении протокола судебного заседания секретарём судебного заседания  ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу общества с  ограниченной ответственностью Торговый Дом «Радиотехника» на решение  Арбитражного суда Саратовской области от 8 сентября 2020 года по делу № А57- 22572/2019,  

по иску общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом  «Радиотехника», (ОГРН 

<

***>) г. Саратов,  

к ФИО2, ФИО3, 

третьи лица: ООО «Люфт – 1», ФИО4, г. Саратов, ФИО5, г. Саратов,  ФИО6,  

о взыскании убытков, при участии в судебном заседании представителей: 

от общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом «Радиотехника» - ФИО7 – по доверенности от 10.09.2020,  

от ФИО3 - ФИО8 по доверенности от 01.10.2020,  ФИО9 по доверенности от 01.10.2020,  

от ответчика ФИО2, третьих лиц – представители не  явились, извещены надлежащим образом,  

УСТАНОВИЛ:

в Арбитражный суд с исковым заявлением обратилось общество с ограниченной  ответственностью Торговый Дом «Радиотехника» о взыскании с ФИО2, ФИО3 2968431,31 руб. убытков,  понесенных в результате неправомерных действий ответчика при исполнении им  своих должностных обязанностей в процессе финансово-хозяйственной  деятельности организации, выделено в отдельное производство.  

Решением Арбитражного суда Саратовской области от 08 сентября 2020  года по делу № А57-22572/2019 в отдельное производство выделено требование  ООО ТД «Радиотехника» к ФИО2, к ФИО3 о взыскании убытков в сумме 21576 руб. В удовлетворении заявленных  исковых требований отказано.  

ООО ТД «Радиотехника», не согласившись с вынесенным судебным актом,  обратилось в апелляционный суд с апелляционной жалобой с пояснениями к ней, в  которой просит решение суда первой инстанции отменить, удовлетворить иск.  

Заявитель апелляционной жалобы указывает, что ФИО4 и ФИО5 никогда не являлись работниками ООО ТД «Радиотехника». Аудиторским  заключением подтвержден факт и размер понесенных истцом убытков. Судом  ходатайство о вызове свидетелей удовлетворено, однако свидетели судом не  вызывались, их явка не обеспечена, судом необоснованно отказано в  удовлетворении ходатайства об истребовании из УМВД по г. Саратову материала  проверки по факту хищений ФИО3 Суд не дал оценку нарушениям  ФИО10 требований устава при оформлении на работу в качестве  заместителя директора ФИО5, в связи с чем ФИО10 при  исполнении своих обязанностей действовала недобросовестно и не в пределах  предоставленных ей полномочий. Премиальные выплаты, начисленные  неработавшим ФИО4 и ФИО5, противоречат Положению о  заработанной плате общества. Пункт 9.2.25 устава общества относит вопросы о  заработанной плате заместителей к исключительной компетенции общего  собрания.  

Кроме того, заявитель жалобы считает, что пункт 6.4 трудового договора,  заключенного с ФИО3, противоречит действующему законодательству,  пунктам 6.1, 6.2 договора и является ничтожным, порождающим злоупотребление  правом.  

Податель также полагает, что третье лицо ФИО6 не было извещено  надлежащим образом, срок исковой давности по требованию о взыскании убытков,  возникших в результате незаконной выплаты заработанной платы и премий за 2014  год, не пропущен, поскольку истец узнал о выплаченных премиях в ходе  аудиторской проверки в 2018 году.  

ФИО3 представила суду отзыв на апелляционную жалобу в порядке  статьи 262 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в  котором просит решение суда оставить без изменения, апелляционную жалобу –  без удовлетворения.  

Представители сторон в судебном заседании поддержали свои правовые  позиции по делу.  

Представители ответчика ФИО2, третьих лиц в  судебное заседание не явились. О месте и времени рассмотрения апелляционной  

жалобы извещены надлежащим образом в порядке, предусмотренном статьей 123  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. В соответствии со  статьей 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд  считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в отсутствие надлежащим  образом извещенных лиц, участвующих в деле.  

От ООО ТД «Радиотехника» в суд апелляционной инстанции поступило  ходатайство об истребовании из УМВД по г. Саратову материала проверки по  факту хищений ФИО3, в удовлетворении которого суд отказал, поскольку  сбор и представление по делу доказательств являются обязанностью стороны по  делу, в силу части 4 статьи 66 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации получение таких доказательств может быть осуществлено по запросу  арбитражного суда, но только в том случае, если лицо самостоятельно не имеет  возможности получить такие доказательства.  

С учетом положений части 1 статьи 65, частей 1, 2 статьи 66 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации суд оказывает содействие  участвующим в деле лицам в реализации их прав только с учетом исполнения ими  своей обязанности по самостоятельному получению доказательств, находящихся у  третьих лиц. Однако доказательств обращения к УМВД по г. Саратову с запросом  предоставить запрашиваемые доказательства заявителем в суд апелляционной  инстанции не представлено.  

Таким образом, в силу части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации должен самостоятельно нести риск несовершения  процессуальных действий.  

Кроме того, изучив заявленное ходатайство об истребовании доказательств,  судебная коллегия в соответствии со статьями 66, 159 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации не находит оснований для его  удовлетворения ввиду наличия в материалах дела доказательств, которые в  совокупности являются достаточными для выводов по настоящему делу.  

От ООО ТД «Радиотехника» поступило апелляционный суд ходатайство о  приобщении к материалам дела заключения № 060-02/20 от 07.10.2020.  

Суд апелляционной инстанции с учетом возражений ответчика отказал в  удовлетворении заявленного ходатайства по следующим основаниям.  

Приобщение документов, являющихся новыми доказательствами по делу, не  исследованными арбитражным судом первой инстанции при принятии судебного  решения, недопустимо в силу следующего.  

Частью 2 статьи 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации предусмотрено, что дополнительные доказательства принимаются  арбитражным судом апелляционной инстанции, если лицо, участвующее в деле,  обосновало невозможность их представления в арбитражный суд первой  инстанции по причинам, не зависящим от него, в том числе в случае, если судом  первой инстанции было отклонено ходатайство об истребовании доказательств, и  суд признает эти причины уважительными.  

Апеллянт мотивированно не обосновал причины, препятствовавшие ему  представить подготовить и представить указанные документы в арбитражный суд  первой инстанции, и не представил доказательства невозможности их  представления в арбитражный суд первой инстанции.  

Приобщение к материалам дела новых доказательств ставит истца в  преимущественное положение, давая ему возможность представить для  

приобщения к материалам дела дополнительные доказательства, которые тот не  представил ранее при отсутствии к тому уважительных причин, и умалил, тем  самым, права истца, создав условия процессуального неравенства сторон, нарушив  принципы диспозитивности и равноправия (Определение Судебной коллегии по  экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 19 июля 2016  года N 309-ЭС16-3904 по делу N А76-2453/2015).  

Из материалов дела следует и истцом не оспаривается, что он был  надлежащим образом извещен о рассмотрении исковых требований в арбитражном  суде первой инстанции. Свое представительство в арбитражном суде первой  инстанции ответчик обеспечил, не обращался к арбитражному суду за содействием  в получении дополнительных доказательств после возбуждения производства по  делу.  

Повторное предоставление истцу процессуального права, которым он не  воспользовался без уважительных причин при наличии у него соответствующей  возможности, противоречит принципу правовой определенности и положениям  части 2 статьи 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в  силу которых лицо, участвующее в деле, несет риск наступления неблагоприятных  последствий совершения или не совершения этим лицом процессуальных действий  (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 9 июня 2016 года N 309- ЭС16-3904 по делу N А76-2453/2015).  

Суд апелляционной инстанции, с учетом возражений ФИО3, отказал  в удовлетворении заявленного ходатайства.  

От ООО ТД «Радиотехника» поступило ходатайство о вызове свидетелей. 

В судебном заседании представитель истца не поддержал свое заявленное  ходатайство о вызове свидетелей, поскольку явка свидетелей в судебное заседание  представителем истца не обеспечена, в связи с чем данное ходатайство было  отклонено апелляционным судом.  

Законность и обоснованность принятого решения проверена арбитражным  судом апелляционной инстанции в порядке статей 268 - 271 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации.  

Арбитражный апелляционный суд в порядке пункта 1 статьи 268  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации повторно  рассматривает дело по имеющимся в деле и дополнительно представленным  доказательствам.  

Изучив и исследовав материалы дела, обсудив доводы апелляционной  жалобы и отзыва на нее, заслушав пояснения представителей участников судебного  процесса, проверив соответствие выводов, содержащихся в обжалуемом судебном  акте, имеющимся в материалах дела доказательствам, правильность применения  арбитражным судом норм материального и соблюдение норм процессуального  права, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.  

Как видно из материалов дела, ФИО10, являясь  участником общества с 65% долей, за период с 1997 года по сентябрь 2017 года  занимала должность единоличного исполнительного органа в обществе с  ограниченной ответственностью «Торговый дом «Радиотехника», что не  оспаривается ответчиками.  

Истец указывает, что в результате аудита финансово-хозяйственной  деятельности за период с 2015 года по 2017 год стало известно, что ООО ТД  «Радиотехника», в результате действий ответчика, были причинены убытки,  

произведена выплата работникам общества (Барановой И.Е., Зернаевой Л.Н.)  заработной платы в размере 1949365 руб. (на данную сумму были выполнены  налоговые обязательства в размере 977900,31 руб.), произведена выплата премии к  праздничным датам и отпуску в размере 13050 руб. (на данную сумму были  выполнены налоговые обязательства в размере 6540 руб.)  

В силу части 1 статьи 8 Гражданского кодекса Российской Федерации  гражданские права и обязанности возникают из оснований, предусмотренных  законом и иными правовыми актами, а также из действий граждан и юридических  лиц, которые хотя и не предусмотрены законом или такими актами, но в силу  общих начал и смысла гражданского законодательства порождают гражданские  права и обязанности. К числу оснований возникновения гражданских прав и  обязанностей, предусмотренных указанной нормой, относятся и договоры.  

Статья 12 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает  одним из способов защиты гражданских прав право требования возмещения  убытков.  

В силу пунктов 1, 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации  должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или  ненадлежащим исполнением обязательства. В случае если вред возник в результате  неисполнения или ненадлежащего исполнения договорного обязательства, то вред  возмещается в соответствии с правилами об ответственности за неисполнение  договорного обязательства или согласно условиям договора, заключенного между  сторонами.  

Согласно статье 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо,  право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему  убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в  меньшем размере.  

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено,  произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права,  утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные  доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского  оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).  

В силу статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации расходы,  которые лицо произвело для восстановления нарушенного права, относятся к  реальному ущербу и возмещаются в составе убытков по требованию лица, право  которого нарушено.  

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации вред,  причиненный личности или имуществу юридического лица, подлежит возмещению  в полном объеме лицом, причинившим вред. Лицо, причинившее вред,  освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его  вине.  

Лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать  факт нарушения ответчиком обязательств, наличие причинно-следственной связи  между допущенным нарушением и возникшими у истца убытками, а также размер  убытков.  

Таким образом, в предмет доказывания требования о взыскании убытков  входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов:  

1) факта нарушения права истца; 2) вины ответчика в нарушении права истца; 

3) факта причинения убытков и их размера; 

4) причинно-следственной связи между фактом нарушения права и  причиненными убытками.  

При этом, причинно-следственная связь между фактом нарушения права и  убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими  характеристиками:  

1) причина предшествует следствию, 

2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления  следствия.  

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава  правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о  взыскании убытков.  

Бремя доказывания возникновения убытков лежит на лице, требующем  возмещения убытков.  

В порядке статьи 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации обстоятельства дела, которые согласно закону должны быть  подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в  арбитражном суде иными доказательствами.  

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 12 постановления  Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О  применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского  кодекса РФ» по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик  является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а  также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков  (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

При обращении в суд с иском о взыскании убытков истцу необходимо  доказать факт причинения убытков, их размер, ненадлежащее исполнение  договорных обязательств и юридически значимую причинную связь между  ненадлежащим исполнением ответчиком обязательств и возникновением убытков у  истца, а также вину ответчика.  

Согласно пункту 2 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации  убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением  обязательств определяются по правилам статьи 15 Гражданского кодекса  Российской Федерации, соответственно, истцу необходимо доказать всю  совокупность следующих обстоятельств: факт причинения ущерба, наличие и  размер убытков, причинно-следственную связь между правонарушением и  убытками.  

Судом установлено, что согласно общедоступным сведениям из Единого  государственного реестра юридических лиц учредителями (участниками) ООО «ТД  «Радиотехника» являются ФИО10 (правопреемники -  ФИО2, ФИО3, 65 % долей) и  ФИО11 (35 % долей).  

ФИО10 являлась директором ООО «ТД «Радиотехника», полномочия  указанного лица в качестве единоличного исполнительного органа общества  основаны на положениях статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Положения пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации, устанавливающие критерии надлежащего исполнения  лицами, осуществляющими управление организациями, своих обязанностей, а  

также право юридического лица, его учредителей (участников) обратиться к ним с  требованием о взыскании убытков, причиненных юридическому лицу, направлены  на защиту прав и интересов, как самого юридического лица, так и иных участников  корпоративных отношений и сами по себе не исключают возможности взыскания  убытков, причиненных участникам хозяйственного общества, с бывшего  генерального директора после ликвидации данного общества при соблюдении  условий привлечения лица к гражданско-правовой ответственности. Таким  образом, оспариваемые заявителями законоположения не могут рассматриваться  как нарушающие их права, указанные в жалобе (пункт 2 Определения  Конституционного Суда Российской Федерации от 29 мая 2014 года N 1073-О «Об  отказе в принятии к рассмотрению жалобы граждан Красильникова Александра  Львовича и Красильниковой Ольги Александровны на нарушение их  конституционных прав пунктом статьи 53 Гражданского кодекса Российской  Федерации»).  

Арбитражный суд Саратовской области, исходя из содержания искового  заявления, учитывая, что требования основаны на нормах закона, регулирующих  ответственность единоличного исполнительного органа, предъявлены к бывшему  директору общества, пришел к правильному выводу о том, что настоящий спор  вытекает из корпоративных правоотношений, поэтому подведомственен  арбитражному суду и подлежит рассмотрению по правилам главы 28.1  Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

Ответственность единоличного исполнительного органа общества является  гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15  Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Должник вправе предъявить возражения относительно размера причиненных  кредитору убытков и представить доказательства, что кредитор мог уменьшить  такие убытки, но не принял для этого разумных мер (статья 404 Гражданского  кодекса Российской Федерации).  

В соответствии с толкованием правовых норм, приведенном в  Постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации  от 8 февраля 2001 года N 12771/10, при рассмотрении споров о возмещении  причиненных обществу единоличным исполнительным органом убытков подлежат  оценке действия (бездействие) ответчика с точки зрения добросовестного и  разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него  обязанностей.  

В гражданском законодательстве закреплена презумпция разумности и  добросовестности участников гражданских, в том числе, корпоративных  правоотношений (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  В случаях, когда закон ставит защиту гражданских прав в зависимость от того,  осуществлялись ли эти права разумно и добросовестно, разумность действий и  добросовестность участников гражданских правоотношений предполагаются  (пункт 3 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

Оценивая действия сторон, как добросовестные или недобросовестные,  следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского  оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны,  содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По  общему правилу пункта 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации  

добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их  действий предполагаются, пока не доказано иное.  

Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не  только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе  суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского  оборота от добросовестного поведения.  

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, то суд  в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого  поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично.  

При наличии доказательств, свидетельствующих о недобросовестном  поведении стороны по делу, эта сторона несет бремя доказывания  добросовестности и разумности своих действий (пункт 1 раздела 1 «Основные  положения гражданского законодательства».  

Судебная коллегия по экономическим спорам. Обзор судебной практики  Верховного Суда Российской Федерации, утвержденной Президиумом Верховного  Суда Российской Федерации от 26 июня 2015 года N 2 (2015).  

Гражданско-правовая ответственность органов управления юридического  лица, включая ответственность единоличного исполнительного органа, перед  самим юридическим лицом предусмотрена статьей 53 Гражданского кодекса  Российской Федерации, а также статьей 44 Федерального закона от 8 февраля 1998  года № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».  

В частности единоличный исполнительный орган, обязан возместить  обществу убытки, причиненные его виновными действиями (бездействием).  

Согласно пункту 3 статьи 53, пункту 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса  Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или  учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его  имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица  добросовестно и разумно обязано возместить по требованию юридического лица,  его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица,  убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.  

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного  документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет  ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и  исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно,  в том числе, если его действия (бездействие) не соответствовали обычным  условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.  

Ответственность участников, директора общества в корпоративных  отношениях является особым видом гражданско-правовой ответственности,  возникающей в связи с исполнением ими своих обязанностей, установленных  законом и учредительными документами юридического лица.  

Привлечение единоличного исполнительного органа к ответственности  зависит от того, действовал ли он при исполнении своих обязанностей разумно и  добросовестно, т.е. проявил ли он заботливость и осмотрительность и принял ли  все необходимые меры для надлежащего исполнения своих обязанностей.  

Единоличный исполнительный орган общества не может быть признан  виновным в причинении обществу убытков, если он действовал в пределах  разумного предпринимательского риска.  

Следовательно, истец, предъявляя к единоличному исполнительному органу  ООО «ТД «Радиотехника» требование о возмещении убытков, в соответствии со  статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации должен  доказать обстоятельства, на которые он ссылается, как на основание своих  требований: факт причинения ООО «ТД «Радиотехника» убытков, их размер,  противоправность действий директора, наличие причинной связи между  бездействием ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, в то  время как обязанность по доказыванию отсутствия вины в причинении убытков  лежит на привлекаемом к гражданско-правовой ответственности единоличном  исполнительном органе (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда  Российской Федерации от 22 мая 2007 года N 871/07 по делу N А32-56380/2005- 26/1596, постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27 января 2020  года N Ф06-56626/2019 по делу N А65-6274/2019).  

В соответствии с положениями статьи 40 Федерального закона от 8 февраля  1998 года № 14ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  единоличный исполнительный орган общества (генеральный директор, президент и  другие) избирается общим собранием участников общества на срок, определенный  уставом общества, если уставом общества решение этих вопросов не отнесено к  компетенции совета директоров (наблюдательного совета) общества. Единоличный  исполнительный орган общества может быть избран также не из числа его  участников.  

Договор между обществом и лицом, осуществляющим функции  единоличного исполнительного органа общества, подписывается от имени  общества лицом, председательствовавшим на общем собрании участников  общества, на котором избрано лицо, осуществляющее функции единоличного  исполнительного органа общества, или участником общества, уполномоченным  решением общего собрания участников общества, либо, если решение этих  вопросов отнесено к компетенции совета директоров (наблюдательного совета)  общества, председателем совета директоров (наблюдательного совета) общества  или лицом, уполномоченным решением совета директоров (наблюдательного  совета) общества.  

В качестве единоличного исполнительного органа общества может  выступать только физическое лицо, за исключением случая, предусмотренного  статьей 42 настоящего Федерального закона.  

Единоличный исполнительный орган общества: 

1) без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет  его интересы и совершает сделки;  

2) выдает доверенности на право представительства от имени общества, в  том числе доверенности с правом передоверия;  

3) издает приказы о назначении на должности работников общества, об их  переводе и увольнении, применяет меры поощрения и налагает дисциплинарные  взыскания;  

4) осуществляет иные полномочия, не отнесенные настоящим Федеральным  законом или уставом общества к компетенции общего собрания участников  общества, совета директоров (наблюдательного совета) общества и коллегиального  исполнительного органа общества.  

Уставом общества может быть предусмотрена необходимость получения  согласия совета директоров (наблюдательного совета) общества или общего  

собрания участников общества на совершение определенных сделок. При  отсутствии такого согласия или последующего одобрения соответствующей сделки  она может быть оспорена лицами, указанными в абзаце первом пункта 4 статьи 46  настоящего Федерального закона, в порядке и по основаниям, которые  установлены пунктом 1 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.  

Порядок деятельности единоличного исполнительного органа общества и  принятия им решений устанавливается уставом общества, внутренними  документами общества, а также договором, заключенным между обществом и  лицом, осуществляющим функции его единоличного исполнительного органа.  

На основании пункта 3 статьи 43 Федерального закона от 8 февраля 1998  года № 14 ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью" решение  единоличного исполнительного органа общества, принятое с нарушением  требования настоящего Федерального закона, иных правовых актов Российской  Федерации, устава общества и нарушающее права и законные интересы участника  общества, может быть признано судом недействительным по заявлению этого  участника.  

Приказы о премировании являются решениями единоличного  исполнительного органа (постановление Федерального арбитражного суда  Западно-Сибирского округа от 11 ноября 2008 года N Ф04-6767/2008 (15436-А46- 16) по делу N А46-13913/2007).  

Как указал апеллянт пунктом 9.2.25 Устава определение условий оплаты  труда директора и его заместителей, относится к компетенции общего собрания  общества.  

В соответствии с пунктом 9.3 Устава решения по вопросам,  предусмотренным п. 9.2.25 принимаются участниками большинством голосов от  общего числа голосов участников общества.  

Поскольку ФИО10 обладала 65% долей в уставном капитале  общества, мнение второго участника, владеющего 35% доли в уставном капитале,  не могло повлиять на решение о определении оплаты труда заместителя. Сам же  факт приема на работу заместителя относится к компетенции единоличного  исполнительного органа.  

В соответствии с пунктами 1, 2, 5 статьи 44 Федерального закона от 8  февраля 1998 года № 14ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»  единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и  исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества  добросовестно и разумно. Единоличный исполнительный орган общества несет  ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его  виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер  ответственности не установлены федеральными законами. С иском о возмещении  убытков, причиненных обществу единоличным исполнительным органом общества  вправе обратиться в суд общество или его участник.  

Как разъяснено в пунктах 1 и 2 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О  некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица», лицо, входящее в состав органов юридического лица  (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д.),  обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно. В  случае нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица  

добросовестно и разумно директор по требованию юридического лица и (или) его  учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление  соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные  юридическому лицу таким нарушением.  

Добросовестность и разумность при исполнении возложенных на директора  обязанностей заключаются в принятии им необходимых и достаточных мер для  достижения целей деятельности, ради которых создано юридическое лицо (пункт 4  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами,  входящими в состав органов юридического лица»).  

Пункт 6 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской  Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения  убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица»  предусматривает, что по делам о возмещении директором убытков истец обязан  доказать наличие у юридического лица убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского  кодекса Российской Федерации), а также наличие причинной связи между  действиями причинителя вреда и наступившими последствиями. Обязанность по  доказыванию отсутствия вины в причинении убытков лежит на привлекаемом к  ответственности единоличном исполнительном органе.  

Требование о возмещении убытков (в виде прямого ущерба и (или)  упущенной выгоды), причиненных действиями (бездействием) директора  юридического лица, подлежит рассмотрению в соответствии с положениями  пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации, в том числе в  случаях, когда истец или ответчик ссылаются в обоснование своих требований или  возражений на статью 277 Трудового кодекса Российской Федерации (пункт 9  Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от  30 июля 2013 года № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами,  входящими в состав органов юридического лица»).  

Довод заявителя апелляционной жалобы о том, что срок исковой давности по  требованию о взыскании убытков, возникших в результате незаконной выплаты  заработанной платы и премий за 2014 год, не пропущен, поскольку истец узнал о  выплаченных премиях в ходе аудиторской проверки в 2018 году, апелляционный  суд считает несостоятельным по следующим основаниям.  

Вопросы исковой давности урегулированы в главе 12 Гражданского кодекса  Российской Федерации.  

В соответствии со статьей 195 Гражданского кодекса Российской Федерации  исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право  которого нарушено.  

Пропуск срока исковой давности влечет за собой утрату права на иск в  материально-правовом смысле.  

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий  срок исковой давности устанавливается в три года.  

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре,  сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о  применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению  судом решения об отказе в иске.  

На основании норм статьи 200 Гражданского кодекса Российской  Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности  начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего  права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

При этом, исходя из конституционно-правового смысла рассматриваемых  норм (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 21 декабря  2006 года N 576-О, от 20 ноября 2008 года N 823-О-О, от 25 февраля 2010 года N  266-О-О), установление сроков исковой давности (то есть срока для защиты  интересов лица, права которого нарушены), а также последствий его пропуска  обусловлено необходимостью обеспечить стабильность гражданского оборота, и не  может рассматриваться, как нарушающее конституционные права заявителя.  

Установление законодателем срока исковой давности преследует своей  целью повысить стабильность гражданского оборота и соблюсти баланс интересов  его участников, не допустить возможных злоупотреблений правом и  стимулировать исполнение обязанности действовать добросовестно.  

Применение положений главы 12 Гражданского кодекса Российской  Федерации разъясняется в Постановлении Пленума Верховного Суда Российской  Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 28  февраля 1995 года № 2/1 «О некоторых вопросах, связанных с введением в  действие части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»,  Постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября  2015 года N 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности».  

Как следует из разъяснений, приведенных в пункте 3 Постановления  Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43  «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности», течение исковой давности по  требованиям юридического лица начинается со дня, когда лицо, обладающее  правом самостоятельно или совместно с иными лицами действовать от имени  юридического лица, узнало или должно было узнать о нарушении права  юридического лица и о том, кто является надлежащим ответчиком (пункт 1 статьи  200 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В соответствии со статьей 190 Гражданского кодекса Российской Федерации  установленный законом, иными правовыми актами, сделкой или назначаемый  судом срок определяется календарной датой или истечением периода времени,  который исчисляется годами, месяцами, неделями, днями или часами.  

Течение срока, определенного периодом времени, начинается на следующий  день после календарной даты или наступления события, которыми определено его  начало (статьи 190 Гражданского кодекса Российской Федерации).  

В силу части 1 статьи 191 Гражданского кодекса Российской Федерации  срок, исчисляемый годами, истекает в соответствующие месяц и число последнего  года срока.  

Если последний день срока приходится на нерабочий день, днем окончания  срока считается ближайший следующий за ним рабочий день (статья 193  Гражданского кодекса Российской Федерации).  

На основании пункта 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской  Федерации по обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока  исковой давности начинается по окончании срока исполнения. По обязательствам,  

срок исполнения которых не определен или определен моментом востребования,  срок исковой давности начинает течь со дня предъявления кредитором требования  об исполнении обязательства, а если должнику предоставляется срок для  исполнения такого требования, исчисление срока исковой давности начинается по  окончании срока, предоставляемого для исполнения такого требования.  

Согласно пункту 3 статьи 202 Гражданского кодекса Российской Федерации,  если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора  во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная  процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок,  установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого  срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.  

В соответствии со статьей 203 Гражданского кодекса Российской Федерации  течение срока исковой давности прерывается предъявлением иска в установленном  порядке, а также совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о  признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается  заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.  

Как неоднократно указывал Конституционный Суд Российской Федерации,  положение пункта 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации  сформулировано таким образом, что наделяет суд необходимыми полномочиями  по определению момента начала течения срока исковой давности, исходя из  фактических обстоятельств дела (Определения от 20 октября 2011 года N 1442-О- О, от 25 января 2012 года N 183-О-О, от 16 февраля 2012 года N 314-О-О, от 21  ноября 2013 года N 1723-О, от 23 июня 2015 года N 1509-О, от 22 декабря 2015  года N 2933-О и др.).  

Течение срока исковой давности не может начаться ранее момента  нарушения права. В обязательственных отношениях ненадлежащее исполнение или  неисполнение обязательства должника нарушает субъективное материальное право  кредитора, а, значит, право на иск возникает с момента нарушения права  кредитора, и именно с этого момента определяется начало течения срока давности  (с учетом того, когда об этом стало известно или должно было стать известно  кредитору).  

На основании пункта 26 Постановления Пленума Верховного Суда  Российской Федерации от 12 ноября 2001 года N 15 и Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 15 ноября 2001 года N 18 «О  некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности», пункта 15 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года N 43 (в редакции  от 7 февраля 2017 года) «О некоторых вопросах, связанных с применением норм  Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», если в ходе  судебного разбирательства будет установлено, что сторона по делу пропустила  срок исковой давности и уважительных причин (если истцом является физическое  лицо) для восстановления этого срока не имеется, то при наличии заявления  надлежащего лица об истечении срока исковой давности суд вправе отказать в  удовлетворении требования именно по этим мотивам, поскольку в соответствии с  абзацем вторым пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации  истечение срока исковой давности является самостоятельным основанием для  отказа в иске.  

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 14 Постановления Пленума  Верховного Суда Российской Федерации от 29 сентября 2015 года № 43 «О  некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса  Российской Федерации об исковой давности», со дня обращения в суд в  установленном порядке за защитой нарушенного права срок исковой давности не  течет на протяжении всего времени, пока осуществляется судебная защита (пункт 1  статьи 204 Гражданского кодекса Российской Федерации), в том числе в случаях,  когда суд счел подлежащими применению при разрешении спора иные нормы  права, чем те, на которые ссылался истец в исковом заявлении, а также при  изменении истцом избранного им способа защиты права или обстоятельств, на  которых он основывает свои требования (часть 1 статьи 49 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации). В случае истечения срока  исковой давности принудительная (судебная) защита прав истца независимо от  того, было ли в действительности нарушение его прав, невозможна.  

Как разъяснено в пунктах 10, 11 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июля 2013 года № 62 «О  некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов  юридического лица», арбитражным судам следует учитывать, что участник  юридического лица, обратившийся с иском о возмещении директором убытков,  действует в интересах юридического лица (пункт 3 статьи 53 Гражданского  кодекса Российской Федерации и статья 225.8 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации).  

В связи с этим не является основанием для отказа в удовлетворении иска тот  факт, что лицо, обратившееся с иском, на момент совершения директором  действий (бездействия), повлекших для юридического лица убытки, или на момент  непосредственного возникновения убытков не было участником юридического  лица.  

Течение срока исковой давности по требованию такого участника  применительно к статье 201 Гражданского кодекса Российской Федерации  начинается со дня, когда о нарушении со стороны директора узнал или должен был  узнать правопредшественник такого участника юридического лица.  

В случаях, когда соответствующее требование о возмещении убытков  предъявлено самим юридическим лицом, срок исковой давности исчисляется не с  момента нарушения, а с момента, когда юридическое лицо, например, в лице  нового директора, получило реальную возможность узнать о нарушении, либо  когда о нарушении узнал или должен был узнать контролирующий участник,  имевший возможность прекратить полномочия директора, за исключением случая,  когда он был аффилирован с указанным директором.  

Отказывая в иске по сроку исковой давности в части требования по  выплатам премий за 2014 год, судом первой инстанции обоснованно учтено  следующее.  

Истец представил в материалы дела аналитическую справку по результатам  аудиторской тематической проверки ООО «ТД «Радиотехника» на основании  договора от 31 июля 2017 года о том, что нарушения бывшим директором ООО  «ТД «Радиотехника» ФИО10 налогового и  бухгалтерского законодательства в части оформления документов, правомерности  и обоснованности расходов, законности сделок, заключенных ООО «ТД  «Радиотехника» (в лице ФИО10) с аффилированными  

лицами, носят систематический характер и отражают позицию и принципы  бывшего руководства ООО «ТД «Радиотехника» при осуществлении финансово- хозяйственной деятельности, а также аудиторское заключение, подготовленном  индивидуальным аудитором (предпринимателем без образования юридического  лица) Муравьевой Е.А. на основании договора от 31 июля 2017 года,  несостоятельна в силу следующего.  

Аудиторское заключение не содержит указаний на нарушение бывшим  директором ООО «ТД «Радиотехника» ФИО10  положений Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14-ФЗ "Об обществах с  ограниченной ответственностью" в части не проведения собраний участников  общества по итогам финансового года (т.е. нарушение положений статьи 34  Федерального закона от 8 февраля 1998 года N 14ФЗ "Об обществах с  ограниченной ответственностью").  

Представители сторон не отрицают, что такие собрания проводились по  итогам каждого финансового года.  

Следовательно, о выплате премий и заработной платы в 2014 году было  известно второму участнику общества - ФИО11 до 1 июня 2015 года, и он  мог одобрить или не одобрить данные выплаты премий работникам общества, а  также предъявить соответствующий иск, как участник общества.  

Доказательств того, что истец узнал о выплаченных премиях в ходе  аудиторской проверки в 2018 году, материалы дела не содержат, поскольку  собрания участников общества проходят ежегодно.  

Таким образом, суд апелляционной инстанции считает, что срок исковой  давности по требованиям, заявленным о взыскании убытков, причиненных  выплатами премий и заработной платы работникам истца в 2014 году, пропущен  истцом.  

Отказывая в удовлетворении исковых требований в части взыскания  убытков ввиде выплат премий за 2015, 2016 и 2017 годы, суд правомерно пришел к  следующим выводам.  

Материалами дела подтверждено, что именно ФИО10 была  контролирующим участником ООО «ТД «Радиотехника».  

Как разъяснено в пункте 16 Обзора судебной практики по некоторым  вопросам применения законодательства о хозяйственных обществах,  утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации от 25  декабря 2019 года, лицо, осуществляющее полномочия единоличного  исполнительного органа, вправе не выполнять указания, содержащиеся в решениях  общего собрания акционеров, если это принесет вред интересам общества (пункт 3  статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации). Ссылка единоличного  исполнительного органа на то, что он исполнял решение общего собрания, не  освобождает его от ответственности за убытки, причиненные обществу.  

При этом единоличный исполнительный орган не может ссылаться на то, что  он просто исполняет решение общего собрания, как на основание освобождения  его от ответственности за убытки, причиненные обществу, поскольку это часть его  обязанностей - оценивать в ходе управления обществом, насколько те или иные  действия выгодны для общества и не причинят ли они вреда. Такой подход  препятствует единоличному исполнительному органу избегать ответственности,  передавая вопросы на рассмотрение общего собрания акционеров.  

Пункт 1.2 трудового договора от 22 декабря 2014 года, заключенного ООО  «ТД «Радиотехника» (высшим органом) и Карлсон Марией Митрофановной  (руководителем), предусматривает, что руководитель самостоятельно решает все  вопросы деятельности предприятия, отнесенные к его компетенции настоящим  договором, уставом предприятия, другими учредительными документами и  действующим законодательством.  

В соответствии с пунктами 3.2, 3.4 трудового договора от 22 декабря 2014  года руководитель пользуется правом распоряжения средствами предприятия,  заключает трудовые договоры (контракты) со всеми работниками предприятия по  найму.  

Руководитель не несет ответственности за отрицательные последствия для  предприятия (убытки, неполучение прибыли, снижение или недостижение  предусмотренных настоящим договором или планами предприятия результатов и  т.п.), если причиной тому явились необоснованные решения Высшего органа  (пункт 6.3 трудового договора).  

Решение о привлечении руководителя к ответственности за невыполнение  или ненадлежащее выполнение им своих обязанностей и причинение ущерба  предприятию выносится высшим органом (пункт 6.4 трудового договора).  

Противоречий пунктов 6.1, 6.2, 6.4 трудового договора, заключенного с  ФИО3, апелляционный суд не усматривает. Оснований полагать, что пункт  6.4 договора является ничтожным, порождающим злоупотребление правом, у суда  нет.  

Как установлено Постановлением Двенадцатого арбитражного  апелляционного суда от 15.07.2020 представители ответчиков в судебном  заседании арбитражного апелляционного суда от 2-8 июля 2020 года подтвердили,  что такое собрание по решению вопроса об обращении в суд с иском к бывшему  директору ООО «ТД «Радиотехника» ФИО10 не проводилось.  

Заработная плата на общую сумму 1949365 руб., налоговые обязательства на  данную сумму в размере 977900,31 руб., всего 2927265,31 руб. не подлежат  взысканию, т. к. получение данных выплат соответствует пункту 5.1. Трудового  контракта от 09.01.2014, заключенного с ФИО5, согласно которому  работодатель обязуется выплачивать работнику заработную плату в размере 45000  руб. в месяц; п. 5.1. Трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с ФИО4, согласно которому работодатель обязуется выплачивать Работнику  заработную плату в размере 8000 руб.  

Таким образом, выплата данных денежных средств ввиде заработной платы  была предусмотрена трудовым контрактом с ФИО4, с ФИО5  

Дополнительные начисления премий к отпуску и праздничным датам в  размере 13050 руб., налоговые обязательства на данную сумму в размере 6540 руб.  не подлежат взысканию, т. к. получение данных выплат соответствует пунктам 5.2.  Трудового контракта от 09.01.2014, заключенного с ФИО5, Трудового  контракта от 09.01.2014, заключенного с ФИО4  

Таким образом, выплата данных денежных средств ввиде премий к отпуску и  праздничным датам была предусмотрена трудовым контрактом с ФИО4, с  ФИО5  

В соответствии с положениями статьи 274 Трудового кодекса Российской  Федерации права и обязанности руководителя организации в области трудовых  отношений определяются настоящим Кодексом, другими федеральными законами  

и иными нормативными правовыми актами Российской Федерации, законами и  иными нормативными правовыми актами субъектов Российской Федерации,  нормативными правовыми актами органов местного самоуправления,  учредительными документами организации, локальными нормативными актами,  трудовым договором.  

На основании части 3 статьи 40 Федерального закона от 8 февраля 1998 года   № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный  исполнительный орган общества издает приказы, в том числе о мерах поощрения.  

Проанализировав положения устава общества, судом первой инстанции было  правомерно установлено, что из толкования пункта 10.6 Устава ООО «ТД  «Радиотехника», пункта 3.2 трудового договора следует, что ФИО10  действовала в пределах предоставленных ей полномочий руководителя ООО «ТД  «Радиотехника».  

Кроме того, судом первой инстанции правомерно приняты во внимание  пункты 3.1 - 3.3 Положения о заработной плате организации, утвержденного  директором ООО «ТД «Радиотехника» от 1 января 2008 года, согласно которому  премирование работников производится в целях усиления их материальной  заинтересованности в улучшении результатов их деятельности и не является  гарантированной выплатой, предоставляемой ООО «ТД «Радиотехника».  

Размер премии определяется руководителем организации в зависимости от  личного вклада работников в общие результаты работы организации.  

Премии относятся к расходам организации на оплату труда, выплачиваются  одновременно с заработной платой и включаются в средний заработок для оплаты  ежегодных отпусков и в других случаях, предусмотренных законодательством  Российской Федерации, на основании приказа директора организации.  

Истец вопреки требованиям статьи 65 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации не доказал, что ФИО10 при исполнении  своих обязанностей действовала за пределами предоставленных ей полномочий  уставом общества, трудовым договором, не представил доказательства наличия  обстоятельств, свидетельствующих о недобросовестности и (или) неразумности  действий (бездействия) директора, повлекших неблагоприятные последствия для  юридического лица (пункт 5 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации).  

Доказательств обратного апеллянтом не представлено. Сведений о том, что  ФИО4 и ФИО5 не являлись работниками ООО ТД «Радиотехника»,  в материалах дела отсутствуют. Каких-либо злоупотреблений, нарушений устава  общества со стороны директора общества при начислении премий своим  сотрудникам судом апелляционной инстанции не установлено.  

Доводы заявителя апелляционной жалобы голословны и ничем не  подтверждены, направлены на переоценку правильно установленных судом первой  инстанции обстоятельств дела.  

Арбитражный суд, исследовав и оценив материалы настоящего дела,  приходит к выводу о недоказанности истцом совокупности условий, необходимых  для взыскания с ответчика убытков.  

В частности, истец не доказал, что ответчик при принятии решений по  вопросам выплаты премий работникам ООО «ТД «Радиотехника» действовал  недобросовестно и неразумно, вопреки интересам ООО «ТД «Радиотехника», а  также сам факт возникновения убытков.  

При этом решение единоличного исполнительного органа общества по  вопросам выплаты премий одобрено участником общества с 65 % долей, вопросы о  предоставлении работникам ООО «ТД «Радиотехника» премий разрешены  ответчиком в пределах его компетенции и в соответствии с действующим  законодательством.  

Аналогичная правовая позиция изложена в Определении Верховного Суда  Российской Федерации от 20 апреля 2017 года № 306-ЭС17-3194 по делу № А65- 1634/2016.  

Таким образом, апелляционный суд считает правильным вывод суда о том,  что истец не доказал совокупность обстоятельств, при наличии которых в силу  статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации и статьи 44 Закона N 14- ФЗ у ответчика могла возникнуть обязанность возмещения убытков обществу в  указанной части, а также факт наступления негативных последствий для общества  в результате противоправных действий ответчика, равно как наличие между ними  причинно-следственной связи.  

Кроме того, действия ответчика, выполняющего функции единоличного  исполнительного органа общества, не выходили за пределы обычного делового  (предпринимательского) риска и соответствовали обычным условиям делового  оборота (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 27 января 2020  года № Ф06-56626/2019 по делу № А65-6274/2019).  

Довод заявителя апелляционной жалобы о невызове в суд свидетелей  апелляционный суд отклоняет, поскольку явку свидетелей должна обеспечить  запрашиваемая сторона. Вместе с тем, свидетели со стороны истца не явились ни  суд первой, ни в суд апелляционной инстанций.  

Довод апеллянта о необоснованном отказе суда в удовлетворении  ходатайства об истребовании из УМВД по г. Саратову материала проверки по  факту хищений ФИО3 также подлежит отклонению, поскольку дело может  быть рассмотрено по имеющимся в деле доказательствам.  

Довод подателя апелляционной жалобы о том, что третье лицо ФИО6 не было извещено надлежащим образом, суд считает несостоятельным,  поскольку материалы дела содержат доказательства надлежащего извещения  третьего лица.  

При таких обстоятельствах апелляционный суд считает вывод суда об отказе  в удовлетворении исковых требований правильным.  

Доводы, изложенные в апелляционной жалобе, направлены на переоценку  выводов суда первой инстанции, не опровергая их, сводятся к несогласию с  оценкой имеющихся в материалах дела доказательств и установленных  обстоятельств по делу, что, в соответствии со статьей 270 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации, не может рассматриваться в  качестве основания для отмены обжалуемого судебного акта.  

Нарушений норм процессуального права, которые могли бы привести к  принятию неправильного решения, судом первой инстанции не допущено, в связи с  чем основания для отмены обжалуемого судебного акта отсутствуют.  Апелляционную жалобу ФИО15 следует оставить без  удовлетворения.  

Оплату государственной пошлины в порядке статьи 110 Арбитражного  процессуального кодекса Российской Федерации суд возлагает на апеллянта.  

Руководствуясь статьями 268-271 Арбитражного процессуального кодекса  Российской Федерации, Двенадцатый арбитражный апелляционный суд  

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Саратовской области от 8 сентября 2020 года по делу   № А57-22572/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без  удовлетворения.  

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью Торговый Дом  «Радиотехника» в доход федерального бюджета государственную пошлину за  рассмотрение апелляционной жалобы в размере 3000 рублей.  

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд  Поволжского округа в течение двух месяцев со дня изготовления постановления в  полном объеме через арбитражный суд первой инстанции.  

Председательствующий О.В. Лыткина  

Судьи Н.А. Клочкова 

 В.Б. Шалкин