ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной Сторожки, 12

адрес электронной почты: info@mail.9aac.ru

адрес веб-сайта: http://www.9aas.arbitr.ru

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ 09АП-58341/2018

Дело № А40-92318/16-36-127Б

г. Москва

11 декабря 2018 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 декабря 2018 года

Полный текст постановления изготовлен 11 декабря 2018 года

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи В.С. Гарипова,

судей А.Н. Григорьева, Р.Г. Нагаева,

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу

ИП ФИО2 

на определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 октября 2018 года 

вынесенное судьей Архиповым А.А., 

по заявлению конкурсного управляющего должника

о признании недействительными договоров передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016 

в рамках дела № А40-92318/16-36-127Б

о признании несостоятельным (банкротом) ОАО «Нефтяной дом-холдинг» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>), 

при участии в судебном заседании:

лица, участвующие в деле, не явились, извещены

УСТАНОВИЛ:

Решением Арбитражного суда города Москвы от 28.08.2017 в отношении ОАО «Нефтяной дом-холдинг» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена ФИО3.

Судом рассмотрено поступившее в Арбитражный суд города Москвы 06.02.2018 (направлено через электронную систему подачи документов «Мой арбитр») заявление конкурсного управляющего ОАО «Нефтяной дом-холдинг» ФИО3, уточненное в порядке ст. 49 АПК РФ, о признании недействительными договоров передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016, заключенных должником с ИП ФИО2, а также актов от 30.04.2013 № 4, от 31.05.2013 № 5, от 30.06.2013 № 6, от 31.07.2013 № 7, от 31.08.2013 № 8, от 30.09.2013 № 9, от 31.10.2013 № 10, от 30.11.2013 № 11, от 31.12.2013 № 12 к договору передачи полномочий от 12.12.2012.

В обоснование заявления конкурсный управляющий, ссылаясь п. 1, 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве, указал, что оспариваемые сделки были осуществлены в период подозрительности с 22.04.2013 по 22.04.2016 и причинили ущерб должнику и кредиторам, поскольку ответчиком были получены денежные средства на общую сумму 6 936 650 руб. в отсутствие встречного представления. По мнению конкурсного управляющего, представленные ответчиком документы не подтверждают факт оказания услуг.

ИП ФИО2 заявил о фальсификации направленного в его адрес уточненного заявления в связи с его подписанием не конкурсным управляющим.

Судом указанное заявление не принято во внимание, поскольку содержание уточненного заявления, направленного в адрес ИП ФИО2 и направленного в адрес суда, аналогично. Кроме того, суд указал, что диспозиция ст. 161 АПК РФ касается только представленных в обоснование заявленного требования доказательств, а не процессуальных документов: ходатайств, уточненных заявлений и т.д., в связи с чем не может быть применима к возникшей ситуации.

Арбитражный суд города Москвы определением от 01 октября 2018 года:

признал недействительными договоры передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016, заключенные между должником и ИП ФИО2,

Применил последствия недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу денежных средств, перечисленных ФИО2 в счет оплаты вознаграждения, в размере 4 321 650 рублей,

В удовлетворении оставшейся части заявления отказал,

Взыскал с ФИО2 в доход федерального бюджета государственную пошлину в размере 18 000 руб.

Не согласившись с принятым определением, ИП ФИО2 подал апелляционную жалобу, в которой просит отменить определение арбитражного суда города Москвы от 01.10.2018 г. по делу № А40-92318/16-36-127Б полностью и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование своей позиции ИП ФИО2 указывает, что сравнение текстов иска и уточнения (которое в 2,5 раза по объему больше иска) показывает, что в рамках уточнения КУ изменила и основание, и предмет иска одновременно, что нарушает требование Закона.

Заявитель сообщил суду первой инстанции, что КУ ни в каком виде (запросы, требования, информирование) не было предпринято попытки соблюсти претензионный или иной досудебный порядок урегулирования спора с заявителем.

Заявитель подал суду первой инстанции заявление о фальсификации подписи КУ на уточнении (исх. № Исх. № БДН-М377/18 от 13.08.2018 г., прилагается) с прошением об исключении оспариваемого доказательства (уточнения) из числа доказательств по делу.

Стороны не вправе требовать возвращения того, что было исполнено ими по обязательству до момента … расторжения договора, если иное не установлено законом или соглашением сторон.

Бесспорными доказательствами разумности, добросовестности и непричинения убытков какими-либо действиями Акционеров Предприятия (в частности - заключение договоров) являются балансовые показатели результатов деятельности предприятия (с учетом возможных предпринимательских рисков, не связанных с недобросовестностью участников). Любые другие доказательства являются субъективными оценочными мнениями, а не фактами.

Никаких доказательств высказываниям КУ в Уточнениях не приводится (например - штатные расписания Предприятия до 2013 г. и на 2016 г.; должностные обязанности работников предприятия после заключения договоров в сравнении с функционалом Заявителя по договорам).

Нанимал ИП ФИО2 себе работников для исполнения функций по договорам или нет, никоим образом не доказывает то, что предписанные договорами функции им не исполнялись или исполнялись штатными работниками предприятия.

Заявление о признании Должника банкротом было принято Судом определением от 08 февраля 2017 г. Договор был заключен Сторонами 01 февраля 2016 г. Последний платеж в адрес ИП ФИО2 по договору был произведен должником 01 октября 2015 г. Исходя из указанного:

- Статья 61.3 к рассматриваемой ситуации неприменима по сроку;

- Статья 61.2 (п.1) к рассматриваемой ситуации неприменима по сроку;

- Статья 61.2 (п.2) к рассматриваемой ситуации может быть применима (при наличии указанных в данной статье доказательств) за период не ранее 08 февраля 2014г.

Других кредиторов, обязательства которых не покрывались бы Должником в рамках текущей финансово - хозяйственной деятельности, не было. Последний платеж в рамках договора был осуществлен в пользу ИП ФИО2, исходя из приведенных истцом в уточнениях данных, 01.10.2015 г. На эту дату никаких кредиторов, кроме самого ИП ФИО2 у Должника не было, соответственно, и нанести ущерб Кредиторам было невозможно.

Исполнение договоров началось должником с января 2013 г. и производилось в ежемесячном режиме, что бесспорно является доказательством того, что для должника договоры являлись сделкой, свершаемой в процессе обычной хозяйственной деятельности.

Как указано в п. 32 Пленума, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со ст. 156 АПК РФ апелляционная жалоба рассмотрена в отсутствие представителей участвующих в деле лиц, надлежащим образом извещенных в порядке статей 121-123 АПК РФ о времени и месте судебного заседания.

Законность и обоснованность принятого определения проверены по доводам жалобы в соответствии со статьями 266, 268 АПК РФ. 

Суд апелляционной инстанции, изучив материалы дела, исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства, проверив доводы апелляционной жалобы, считает, что оснований для отмены определения Арбитражного суда города Москвы не имеется. 

Удовлетворяя требования конкурсного управляющего должника частично и руководствуясь статьями 61.1, 61.3, 61.6, 61.8, 61.9 Закона о банкротстве, суд первой инстанции исходил из следующего. 

В подпункте 3 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Постановление № 63) разъяснено, что по правилам главы III.1 Закона о банкротстве может также оспариваться выплата заработной платы.

Оспариваемые договоры передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему были заключены 02.12.2013, 05.12.2014, 01.02.2016, то есть за три года и менее чем за год до даты принятия судом первой инстанции заявления о признании ОАО «Нефтяной дом-холдинг» несостоятельным (заявление принято судом 22.04.2016), то есть в пределах подозрительности, установленной статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено, что ФИО2 ранее занимал должность директора в ОАО «Нефтяной дом-холдинг», что подтверждается трудовым контрактом от 01.09.2000 №19/99. Согласно условиям указанного договора в обязанности директора входило:

- в пределах своей компетенции руководить всеми видами текущей хозяйственно-финансовой деятельности Общества, обеспечивая его эффективную и устойчивую работу;

- обеспечивать выполнение решений Общих собраний акционеров и Совета директоров;

- обеспечивать подготовку и заключение Обществом хозяйственных договоров для стабильной и ритмичной работы, обеспечивать выполнение договорных обязательств Общества

- обеспечивать эффективное взаимодействие структурных подразделений общества

- обеспечивать результаты хозяйственно-финансовой деятельности общества, необходимые для дальнейшего развития производства

- обеспечивать организацию, надлежащее состояние и достоверность бухгалтерского учета в обществе, своевременное представление ежегодного отчета и другой финансовой отчетности в соответствующие органы, а также сведений о деятельности общества, представляемых в установленном порядке;

- представлять документы о хозяйственно- финансовой деятельности Общества по требованию ревизионной комиссии (ревизора) или аудитора Общества, а также уполномоченных контрольных органов

- обеспечивать законность в деятельности общества

- руководить разработкой планов развития общества и обеспечивать их исполнение

- сохранять информацию, составляющую   коммерческую тайну Общества

- принимать меры по обеспечению общества квалифицированными кадрами, по надлежащему использованию потенциала знаний и опыта работы, по повышению уровня их квалификации.

В последующем между ИП ФИО2 и ОАО «Нефтяной дом-холдинг» заключены договоры передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016.

Как следует из условий оспариваемых договоров управления (п.2.2.), управляющий:

- без доверенности действует от имени общества, в том числе представляет его интересы, совершает сделки от имени общества, издает приказы и дает указания, обязательные для исполнения всеми работниками общества, если такие указания не угрожают жизни и здоровью самих работников и третьих лиц, а также не являются нарушением законодательства;

- подписывает все документы от имени общества, действует без доверенности от имени общества в соответствии с решениями Общих собраний акционеров, принятыми в пределах их компетенции, представляет Общество во всех отечественных и иностранных предприятиях, фирмах и организациях;

- осуществляет руководство текущей деятельностью общества за исключением вопросов, отнесенных к исключительной компетенции Общего собрания акционеров общества, и обеспечивает выполнение решений Общих собраний акционеров Общества;

- представляет на утверждение Общего собрания акционеров годовой отчет и бухгалтерский баланс Общества;

- отвечает за организацию, состояние и достоверность бухгалтерского учета в обществе;

- своевременное представление ежегодного отчета и другой финансовой отчетности в соответствующие органы;

- определяет структуру и штатное расписание Общества;

- определяет условия трудовых взаимоотношений с работниками Общества, принимает на работу работников Общества, включая своих заместителей, а также увольняет их по основаниям, предусмотренным действующим законодательством;

- открывает в банках расчетный, а также другие счета;

- обеспечивает решение иных вопросов, возлагаемых на него Общим собранием акционеров Общества;

- осуществляет юридическое обслуживание Общества, в том числе разрабатывает внутренние документы Общества, предоставляет всеобъемлющие консультации по правовым вопросам, анализирует заключаемые Обществом договора и совершаемые обществом сделки, составляет иски, представляет интересы Общества в суде и другое.

Таким образом, круг обязанностей по оспариваемым договорам не является более обширным, чем по трудовому контракту, заключенному ранее. 

Вместе с тем, размер оклада по трудовому договору составлял 35 000 рублей, а размер вознаграждения по договорам передачи полномочий - 305 000 рублей.

Однако, учитывая высокий уровень заработной платы, ФИО2 не подтвердил объем и фактическое исполнение трудовых функций конкретными доказательствами и не обосновал необходимости в назначении его в качестве управляющего должника, доказательства разумности и добросовестности своего поведения и непричинения убытков ОАО «Нефтяной дом-холдинг» не представлено.

Кроме того, материалами дела подтверждается также факт исполнения полномочий, переданных ИП ФИО2, работниками должника в рамках их должностных полномочий.

Пунктом 2.3 оспариваемых договоров предусмотрено, что текущая деятельность Общества может осуществляться также работниками Управляющего. При этом доказательств наличия у него работников ответчиком не представлено.

Следовательно, должностные функции, указанные в договорах управления, были выполнены теми же штатными работниками, которые имелись у должника до заключения оспариваемых договоров. Причем количество штатных работников после заключения договора управления осталось неизменным.

ОАО «Нефтяной дом-холдинг», согласно оспариваемым договорам, ежемесячно компенсирует Управляющему использование личного автомобиля для служебных поездок, затраты на ГСМ, а также предоставляет в пользование телефонный номер и оплачивает затраты по его использованию. 

При этом никаких документов, подтверждающих использование автомобиля Управляющего для целей должника, ответчиком не представлено.

Факт осуществления текущей деятельности общества Управляющим так же не установлен судом первой инстанции. 

Пунктом 2.3 договора предусмотрено, что текущая деятельность Общества может осуществляться также работниками Управляющего. При этом никаких работников у Управляющего не имеется, доказательств оказания работ также нет.

Напротив, как следует из имеющихся документов должника и не отрицается ответчиком, в штате ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» числился исполнительный директор ФИО4, соответственно, часть функций Управляющего выполнял именно он.

Причем, заработная плата исполнительному директору выплачивалась за счет средств должника.

Таким образом, за счет должника производилась как ежемесячная оплата за оказание услуг по управлению предприятием по договору передачи полномочий, так и по трудовому договору с исполнительным директором, в результате чего расходы по управлению обществом увеличились на 305 000 руб. ежемесячно при отсутствии повышения эффективности деятельности должника.

Подписанный ответчиком договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа управляющему и акты выполненных работ сами по себе не доказывают факт оказания ФИО2 услуг.

В результате исполнения оспариваемой сделки управляющий ФИО2 получил 6 936 650 руб., из которых 4 321 650 руб. по договорам передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016, 2 615 000 руб. по актам от 30.04.2013 № 4, от 31.05.2013 № 5, от 30.06.2013 № 6, от 31.07.2013 № 7, от 31.08.2013 № 8, от 30.09.2013 № 9, от 31.10.2013 № 10, от 30.11.2013 № 11, от 31.12.2013 № 12 к договору передачи полномочий от 12.12.2012 в качестве оплаты за оказанные услуги, причем наличие встречного исполнения (пункт 2.2 договора) на указанную сумму не подтверждено материалами дела.

Более того, в результате исполнения оспариваемой сделки наиболее ликвидные активы должника (денежные средства) значительно уменьшились, чем был причинен ущерб кредиторам.

В период с 22.04.2013 по 22.04.2016 с расчетного счета должника перечислено на счета ИП ФИО2 денежных средств с назначением платежа "по договору передачи полномочий" на общую сумму 6 936 650 руб.

На момент получения указанных денежных средств должник фактически отвечал признаку несостоятельности, поскольку имелась непогашенная задолженность по заключенному с ИП ФИО2 договору займа от 14.05.2012 на общую сумму 9 735 742,18 руб., которая в последующем была взыскана с должника на основании решения Арбитражного суда г. Москвы от 28.11.2016 по делу № А40-192708/16.

Согласно бухгалтерскому балансу за 2012 год, задолженность должника на 31.12.2012 составляла по заемным средствам 40 095 тыс. руб., краткосрочная кредиторская задолженность 22 279 тыс. руб. О наличии кредиторской задолженности ФИО2 не мог не знать, так как он являлся руководителем и акционером общества в этот период.

Таким образом, причинение вреда имущественным правам кредиторов выразилось в незаконном увеличении заработной платы в отсутствие экономического обоснования в преддверии банкротства организации. Из анализа динамики заработной платы следует вывод об уменьшении конкурсной массы и увеличения кредиторской задолженности должника в результате оспариваемых договоров управления.

Действия по заключению оспариваемых договоров суд первой инстанции признал  незаконными по признакам, установленным пунктами 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Кроме того, согласно части 1 статьи 132 Трудового кодекса Российской Федерации, заработная плата каждого работника зависит от его квалификации, сложности выполняемой работы, количества и качества затраченного труда и максимальным размером не ограничивается.

Как установлено судом первой инстанции из материалов дела,  увеличение заработной платы ФИО2 не было связано с каким-либо значительным увеличением объема обязанностей, изменением сложности выполняемой работы. В деле отсутствуют доказательства улучшения экономической деятельности предприятия, заключения новых контрактов, увеличения производственной деятельности предприятия.

В пункте 4 Постановления № 63 разъяснено, что наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

Суд пришел к выводу, что обстоятельства заключения договоров передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016, содержащие оспариваемые условия, свидетельствуют о злоупотреблении правом со стороны должника, ФИО2

Установление в период подозрительности высокого размера оклада при отсутствии соответствующего нормативно-правового и экономического обоснования суд расценил как злоупотребление правом. По существу оспариваемые сделки квалифицированы в качестве сделок, направленных на причинение вреда кредиторам должника и самому должнику.

В связи с этим, договоры передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016, заключенных должником с ИП ФИО2, признаны судом недействительными.

В соответствии с пунктом 29 Постановления Пленума ВАС № 63, если сделка, признанная в порядке главы Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 ГК РФ, пункт 1 статьи 61.6 и абзац второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В соответствии с п. п. 1, 2 ст. 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В соответствии со статьей 167 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения. При недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах -если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 ГК РФ и статьей 61.6 Закона о банкротстве, согласно которым возвращение полученного носит двусторонний характер.

Пункт 1 статьи 61.6 Закона о банкротства предусматривает, что в случае признания сделки в соответствии с настоящей главой недействительной все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по такой сделке, подлежит возврату в конкурсную массу. В случае невозможности возврата имущества в конкурсную массу в натуре приобретатель должен возместить действительную стоимость этого имущества на момент его приобретения, а также убытки, вызванные последующим изменением стоимости имущества, в соответствии с положениями Гражданского кодекса Российской Федерации об обязательствах, возникающих вследствие неосновательного обогащения.

Таким образом, поскольку ФИО2 в счет оплаты задолженности по заработной плате были перечислены по договорам передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 02.12.2013, от 05.12.2014, от 01.02.2016 денежные средства в размере 4 321 650 рублей, суд применил последствия недействительности сделок в виде возврата денежных средств в конкурсную массу должника.

Относительно оспариваемых конкурсным управляющим актов от 30.04.2013 №4, от 31.05.2013 № 5, от 30.06.2013 № 6, от 31.07.2013 № 7, от 31.08.2013 № 8, от 30.09.2013 № 9, от 31.10.2013 № 10, от 30.11.2013 № 11, от 31.12.2013 № 12 к договору передачи полномочий от 12.12.2012 судом установлено следующее.

Между ИП ФИО2 и ОАО «Нефтяной дом-холдинг» заключен договор передачи полномочий исполнительного органа ОАО «Нефтяной Дом-Холдинг» управляющему от 12.12.2012. Поскольку указанный договор заключен не в пределах подозрительности, установленной статьей 61.2 Закона о банкротстве (заявление о признании должника банкротом принято судом 22.04.2016), конкурсный управляющий обратилась с заявлением о признании недействительными применительно к пунктам 1, 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве актов от 30.04.2013 №4, от 31.05.2013 № 5, от 30.06.2013 № 6, от 31.07.2013 № 7, от 31.08.2013 № 8, от 30.09.2013 № 9, от 31.10.2013 № 10, от 30.11.2013 № 11, от 31.12.2013 № 12 к договору передачи полномочий от 12.12.2012, на основании которых ИП ФИО2 были получены денежные средства в размере 2 615 000 руб.

Вместе с тем, суд первой инстанции отметил, что указанные акты не могут рассматриваться в качестве сделок, поскольку акты представляют собой лишь документы, оформляющие ранее совершенную сделку, во исполнение которой их и составили, и подтверждают лишь факт исполнения сторонами принятых на себя обязательств, тем самым не являются сделкой по смыслу статьи 153 Гражданского кодекса Российской Федерации, соответственно, не могут быть оспорены по правилам о недействительности сделок.

Оспариваемые акты не могут повлечь какие-либо самостоятельные гражданско-правовые последствия и не направлены на изменение или прекращение прав и обязанностей сторон, а фактически констатирует лишь факт оказания услуг и являются документами, подтверждающими оформление исполнения сторонами ранее заключенных договоров управления.

При указанных обстоятельствах, суд отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ОАО «Нефтяной дом-холдинг» ФИО3 о признании недействительными актов от 30.04.2013 № 4, от 31.05.2013 № 5, от 30.06.2013 № 6, от 31.07.2013 № 7, от 31.08.2013 № 8, от 30.09.2013 № 9, от 31.10.2013 № 10, от 30.11.2013 № 11, от 31.12.2013 № 12 к договору передачи полномочий от 12.12.2012.

Суд апелляционной инстанции не находит оснований для переоценки выводов суда первой инстанции и для отмены определения суда по доводам апелляционной жалобы, которые были предметом рассмотрения суда первой инстанции и мотивированно им отклонены.

Основная часть доводов апелляционной жалобы относится не к судебному акту, а является анализом заявления и уточнений конкурсного управляющего и выражает несогласие с ними, что не является основанием для отмены определения суда.

ответчик декларативно заявляет доводы (в частности, об изменении и оснований, и предмета иска одновременно), не раскрывая его сути и не обосновывая свое безапелляционное утверждение.

При этом ответчик также не ссылается на норму права, которую считает нарушенной (в частности, заявляя о несоблюдении претензионного или иного досудебного порядка урегулирования обособленного спора с заявителем в рамках дела о банкротстве).

Заявителем апелляционной жалобы не доказано наличие оснований, предусмотренных АПК РФ. 

Судом первой инстанции исследованы все представленные сторонами доказательства и им дана надлежащая оценка.

Судом было установлено, что платежи по спорным договорам были осуществлены в период подозрительности (22.04.2013г. - 22.04.2016г.), определение арбитражного суда о принятии заявления о банкротстве должника датировано 22.04.16г., а не 08.02.17г.

Ответчик, будучи одновременно руководителем и основным акционером должника, являлся заинтересованным лицом. Следовательно, он не мог не знать о наличии имеющейся задолженности перед кредиторами, в том числе о задолженности перед самим ИП ФИО2 в размере 9 735 742,18 руб. Требование включено в реестр требований на основании определения Арбитражного суда города Москвы от 29.05.17г. по делу № А40-921318/2016 и подтверждено решением Арбитражного суда города Москвы от 28.11.2016г. по делу № А40-192708/16.

Наличие кредиторской задолженности у должника в период подозрительности ранее уже было установлено Арбитражным судом города Москвы при рассмотрении иных дел по оспариванию сделок (постановление Девятого арбитражного апелляционного суда № 09АП-28991/2018 от 27.07.18г.).

Таким образом, арбитражный суд правильно посчитал установленным факт причинения вреда должнику и его кредиторам.

Подписание актов выполненных работ к спорным договорам само по себе не подтверждает фактическое выполнение работ ответчиком.

Представленные акты не содержат описания выполненных работ, не раскрывают их содержание и объем, отсутствуют отчеты о проделанной работе.

Следовательно, встречного исполнения по оспариваемым сделкам не было, и никакой экономической выгоды должник от указанных договоров не имел. Вместе с тем, на основании указанных договоров из конкурсной массы выбыло 4 321 650 руб.

Как установлено судом, по заключенному ранее трудовому договору ФИО2 была установлена заработная плата в размере 35 000 рублей. По оспариваемым договорам передачи полномочий размер вознаграждения увеличился до 305 000 рублей, при этом объем функций и обязанностей остался прежним. Отождествление ответчиком доходов общества с его заработной платой неправомерно.

Более того, в ходе судебного разбирательства в качестве единственного обоснования установления своего вознаграждения в столь значительном размере ответчик указал необходимость уменьшения начисляемых налогов, при этом никакого подтверждения своим доводам он не представил. Указанный довод и не мог быть принят во внимание, поскольку начисление налогов и иных обязательных платежей на заработную плату в размере 35 000 рублей не могло превысить размер вознаграждения в размере 305 000 рублей, установленного по договору передачи полномочий.

Суд первой инстанции правильно указал о несоответствии положениям ст. 161 АПК РФ заявления ответчика о фальсификации заявления конкурсного управляющего, поданного им в порядке уточнения требований с требованием ответчика об исключении указанного уточнения из числа доказательств по делу.

Последствия недействительности сделок применены судом в соответствии со ст. 167 ГК РФ, ст. 61.6 Закона о банкротства, пунктом 29 Постановления Пленума ВАС № 63. При этом суд установил, что встречное исполнение по спорным договорам ответчиком не предоставлялось, а сделки заключены в нарушение, в том числе, ст.ст. 1, 10 ГК РФ, и являются ничтожными по этим основаниям.

Таким образом, суд апелляционной инстанции не находит оснований для отмены определения суда, в связи с чем апелляционная жалоба удовлетворению не подлежит.

Нарушений судом первой инстанции норм процессуального права не установлено.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 176, 266-269, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Девятый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда г. Москвы от 01 октября 2018 года  по делу №А40-92318/16 оставить без изменения, а апелляционную жалобу ИП ФИО2 – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня принятия и может быть обжаловано в течение одного месяца со дня изготовления в полном объеме в Арбитражный суд Московского округа. 

Председательствующий судья:В.С. Гарипов

Судьи:А.Н. Григорьев

Р.Г. Нагаев