ОДИННАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

443070, г. Самара, ул. Аэродромная 11 «А», тел. 273-36-45 

www.11aas.arbitr.ru, e-mail: info@11aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

апелляционной инстанции по проверке законности и 

обоснованности судебного акта

Дело № А65-6755/2017

г. Самара

01 октября 2021 года

Резолютивная часть постановления объявлена 28 сентября 2021 года

Полный текст постановления изготовлен 01 октября 2021 года.

 

Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

Председательствующего судьи Гольдштейна Д.К., 

судей Александрова А.И., Назыровой Н.Б., 

при ведении протокола судебного заседания 

секретарем судебного заседания ФИО1,

 

рассмотрев в открытом судебном заседании в помещении суда по адресу: 

<

...>, апелляционную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.06.2021 по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении бывших руководителей ООО «Свитиль»  ФИО4 и ФИО2 к субсидиарной ответственности, (вх.21786)

по делу о несостоятельности (банкротстве) ООО «Свитиль», ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>

с участием третьих лиц: ООО «Креатив-Инвест», ООО «Капитал-Фарм», ПАО «Татфондбанк», ПАО «Интехбанк», ООО «Автопаркинг», ООО «Редут», ООО «Гелио- Полис», ФИО5 

 

при участии в судебном заседании:

представитель ФИО2 – ФИО6, доверенность от 10.10.11.2019.

представитель ПАО «Татфондбанк» - ФИО7, доверенность от 24.12.2020. 

 

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.09.2017 заявление ООО «Креатив-Инвест»  признано обоснованным, в отношении ООО «Свитиль» введено  наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3.

Постановлением Одиннадцатого Арбитражного Апелляционного суда от 08.12.2017 определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 22.09.2017 отменено. Принят новый судебный акт: ООО «Свитиль» признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3.

29.07.2019 в Арбитражный суд Республики Татарстан поступило заявление конкурсного управляющего ФИО3 о привлечении бывшего руководителя ООО «Свитиль» ФИО4 к субсидиарной ответственности и взыскании с ФИО4 1 990 053 172 руб. 96 коп.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 13.09.2019 по настоящему делу ФИО2 привлечен в качестве соответчика по заявлению конкурсного управляющего о привлечении контролирующих лиц ООО «Свитиль» к субсидиарной ответственности.

В ходе рассмотрения дела судом первой инстанции в соответствии со  статьей 51 АПК РФ в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельные требования к участию в споре были привлечены ООО «Креатив Инвест», ООО «Капитал- Фарм», ПАО «Татфондбанк», ПАО «Интехбанк», ООО «Автопаркинг», ООО «Редут», ООО «Гелио- Полис», ФИО5

По результатам рассмотрения обособленного спора Арбитражный суд Республики Татарстан вынес определение от 27.06.2021 следующего содержания:

«В удовлетворении ходатайства ФИО2 об истребовании у ПАО «Татфондбанк» и ПАО «Интехбанк» выписок по расчетным счетам юридических лиц за запрашиваемый период отказать.

В удовлетворении ходатайства об отложении судебного заседания отказать.

Заявление удовлетворить частично.

Привлечь к субсидиарной ответственности по обязательствам ООО «Свитиль» ФИО2.

Приостановить производство по рассмотрению заявления конкурсного управляющего ООО «Свитиль» ФИО3 о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО2 в части установления размера субсидиарной ответственности до окончания расчетов с кредиторами.

В остальной части в удовлетворении заявления отказать.».

ФИО2 обратился в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.06.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2021 апелляционная жалоба оставлена без движения. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 17.08.2021 вышеуказанная апелляционная жалоба принята к производству, судебное разбирательство назначено на 14.09.2021. Определением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.09.2021 судебное разбирательство отложено на 28.09.2021.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, о времени и месте судебного заседания размещена на официальном сайте Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» по адресу: www.11aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

От представителя ФИО2 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела письменных пояснений. Письменные пояснения приобщены к материалам дела. 

От  конкурсного управляющего поступили письменные пояснения. Письменные пояснения приобщены к материалам дела.

Представитель ФИО2 апелляционную жалобу поддержал в полном объеме, просил определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.06.2021 отменить, апелляционную жалобу удовлетворить.

Представитель ПАО «Татфондбанк» возражал против удовлетворения апелляционной жалобы, просил обжалуемое определение оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем жалоба рассматривается в их отсутствие, в порядке, предусмотренном главой 34 АПК РФ. 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, проверив в соответствии со статьями 258, 266, 268 АПК РФ правомерность применения судом первой инстанции норм материального и процессуального права, соответствие выводов содержащихся в судебном акте, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд не находит оснований для отмены обжалуемого судебного акта, исходя из следующего.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим АПК РФ, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

Судом первой инстанции установлено, что согласно сведениям бухгалтерского баланса Должника, составленного по состоянию на 31.12.2016, активы Должника составляли 2 494 175 000 руб.

Судом первой инстанции указано, что в ходе конкурсного производства конкурсным управляющим установлено имущество должника.

Долгосрочные финансовые вложения:

№ п/п

Наименование

Размер, в руб.

1

Доля в уставном капитале ООО «Капитал - Фарм» (ИНН

1655181960) в размере 16%

48 000 000,00

2

Доля в уставном капитале ООО «Креатив - Инвест» (ИНН

1655181977) в размере 19,8%

51 480 000,00

3

ООО «Новая нефтехимия» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 23.11.2016 г.)

8 500 000,00

4

ООО «УК Свитиль» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа №1 от 28.11.2013 г.)

111 000,00

5

ООО «Траверз Компани» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 29.08.2016 г.

6 000 000,00

6

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 03.08.2016 г.)

21 950 819,68

7

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 22.07.2016 г.)

14 583 606,56

8

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 26.09.2016 г.)

44 973 770,49

9

Обыкновенные именные акции ПАО «Татфондбанк» (ОГРН 

<

***>)

519 133 620,00

10

ЗПИФ рентный «ТФБ - Рентный инвестицирнный фонд» под управлением ЗАО»Управляющая компания «ТФБ Капитал» (пай)

2 304 653,45

11

ООО «НефтеТрейдСервис»

193 000 000,00

12

ООО «ГТК Казань»

15 412 139,03

Итого:

925 449 609,21

Дебиторская задолженность:

№ п/п

Наименование

Размер, в руб.

1

ООО «Новая нефтехимия» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 23.11.2016 г.) (проценты)

984 228,03

2

ООО «УК Свитиль» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа №1 от 28.11.2013 г.) (проценты пени)

56 251,98

3

ООО «Траверз Компани» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 29.08.2016 г.) (проценты)

547 716,64

4

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 03.08.2016 г.)

4 768 361,76

5

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 22.07.2016 г.)

3 237 790,46

6

ООО «ШАРТ» (ИНН 

<

***>) (Договор денежного займа от 26.09.2016 г.)

8 800 933,27

7

ООО «Грит Плюс» (ИНН 

<

***>) (Договор купли - продажи ЦБ от 15.02.2016 г.)

119 280 000,00

Итого:

142 198 118,30

Денежные средства на счетах:

№ п/п

Наименование банка

Размер, в руб.

1

ПАО «Татфондбанк»

35102,44

2

ПАО «Интехбанк»

40 121,53

Итого:

75 223,97

Итого было установлено имущество на сумму 1 067 722 951 руб. 48 коп.

В то же время, как установлено судом первой инстанции бывшим руководителем должника конкурсному управляющему не передано имущество балансовой стоимостью 1 426 452 048 руб. 52 коп.

При этом конкурсный управляющий указывал на то, что в реестр требований кредиторов должника включены следующие требования кредиторов:

 

Требования кредиторов по основному долгу

1 883 795 170,05

 

ООО «Креатив - Инвест»

442 904,12

 

ПАО «ИнтехБанк»

60 004 129,58

 

ПАО «Татфондбанк»

1 372 944 884,63

 

ООО «Редут»

280 802 239,90

 

ООО «Капитал-Фарм»

58 178 872,10

 

ООО «Автопаркинг»

13 860 616,44

 

ЗАО «Гелио - Полис»

97 561 523, 28

 

Требования кредиторов по убыткам, неустойкам и иным финансовым санкциям

117 872 231,97

 

ПАО «ИнтехБанк»

1 861 661,17

 

ПАО «Татфондбанк»

51 210 083,55

 

ПАО «Татофндбанк»

62276033,15

 

ООО «Автопаркинг»

2 524 454,10

 

Итого:

2 001 667 402,02

После частичного погашения реестра требований кредиторов остаток задолженности составляет:

 

Требования кредиторов по основному долгу

1 872 180 940,99

 

ООО «Креатив - Инвест»

442 904,12

 

ПАО «ИнтехБанк»

60 004 129,58

 

ПАО «Татфондбанк»

1364211692,35

 

ООО «Редут»

279 016 079,38

 

ООО «Капитал-Фарм»

57 808 800,96

 

ООО «Автопаркинг»

13 756 392,324

 

ЗАО «Гелио - Полис»

96 940 942,26

 

Требования кредиторов по убыткам, неустойкам и иным финансовым санкциям

117 872 231,97

 

ПАО «ИнтехБанк»

1 861 661,17

 

ПАО «Татфондбанк»

51 210 083,55

 

ПАО «Татофндбанк»

62276033,15

 

ООО «Автопаркинг»

2 524 454,10

 

Итого:

1 990 053 172,96

 

Федеральным законом от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» Закон о банкротстве дополнен главой III.2 «Ответственность руководителя должника и иных лиц в деле о банкротстве».

Судом первой инстанции установлено, что вменяемые ответчикам ФИО4 и ФИО8 нарушения были совершены в период действия Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)».

В этой связи при рассмотрении настоящего спора суд первой инстанции руководствовался процессуальными и материальными нормами данного закона.

В соответствии с подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе в ситуации, когда документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Данная норма применяется в отношении лиц, на которых возложена обязанность организации ведения бухгалтерского учета и хранения документов бухгалтерского учета и (или) бухгалтерской отчетности должника. Согласно пункту 1 статьи 7 Федерального закона от 06.12.2011 № 402 - ФЗ «О бухгалтерском учете» ведение бухгалтерского учета и хранение документов бухгалтерского учета организуются руководителем экономического субъекта. Таковым руководителем в обществе с ограниченной ответственностью является единоличный исполнительный орган (статья 40 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), который в силу пункта 3 статьи 53 и пункта 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации под угрозой ответственности должен действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

Судом первой инстанции установлено, что следующие лица, являлись единоличными исполнительными органами должника в различные периоды его деятельности:

№ п/п

Наименование руководителя

Должность

Период полномочий

1

ФИО4

Генеральный директор

28.08.2008 - 28.05.2013

2

ФИО9

Генеральный директор

29.05.2013 - 04.12.2013

3

ФИО2

Генеральный директор

04.12.2013 - 11.05.2017

4

ФИО2

Ликвидатор

12.05.2017 - 06.12.2017

5

ФИО3

Конкурсный управляющий

06.12.2017 - н.в.

Судом первой инстанции установлено, что руководителем должника перед введением процедуры банкротства являлся ФИО8, соответственно именно на нем лежала обязанность по передаче документов должника арбитражному управляющему.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

В то же время, как установлено судом первой инстанции, предусмотренная статьей 126 Закона о банкротстве обязанность не исполнена, конкурному управляющему соответствующие документы, печати и ценности не переданы.

Как указано в Определении Конституционного Суда РФ от 20.10.2011 № 1361-О-О соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организации хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности, с учетом обязанности руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию должника (пункт 3.2 статьи 64, пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), направлено на обеспечение надлежащего исполнения руководителем общества указанных обязанностей, защиту прав и законных интересов лиц, участвующих в деле о банкротстве.

Исполнение руководителем должника перечисленных обязанностей не обусловлено встречным требованием арбитражного управляющего или суда о предоставлении соответствующей информации, документов и имущества.

Отсутствие какой-либо документации, позволяющей установить принадлежность того или иного имущества должнику, привело к невозможности формирования конкурсной массы Должника в соответствующем объеме.

При этом, суд первой инстанции указал, что, поскольку ФИО2 являлся руководителем Должника, признается контролирующим должника лицом, то в соответствии с положениями статьи 61.11 Закона о банкротстве именно на него в рамках настоящего спора возлагается бремя доказывания своей добросовестности, и, соответственно, именно он должен представить исчерпывающие объяснения отмеченным выше противоречиям и опровергнуть обоснованные сомнения в добросовестности.

Отсутствие или утрата истребованной документации не может являться основанием для прекращения обязанности по передаче документации должника. В этом случае документация подлежит восстановлению за счет обязанного лица. 

В то же время, как установлено судом первой инстанции, активы должника, а также сведения о них, в том числе первичные документы, подтверждающие их наличие и состав, не переданы.

Суд первой инстанции констатировал, что в данном случае отсутствие документации должника объективно не позволило конкурному управляющему проверить хозяйственные отношения и операции между должником и его контрагентами и, в конечном итоге, сформировать конкурсную массу для расчетов с кредиторами.

При этом информация об фактах финансово-хозяйственной деятельности должника и его активах позволяют предполагать, что в случае надлежащего исполнения ФИО8 обязанности по передаче конкурсному управляющему документов и материальных ценностей должника конкурсная масса могла бы быть сформирована, а включенные в состав реестра требований кредиторов требования удовлетворены.

ФИО8 ссылался на то, что ООО «Свитиль», ООО «Креатив-Инвест», ООО «Автопаркинг», ООО «Капитал-Фарм», ЗАО «Гелио-Полис» являлись техническими компаниями, контролируемыми ПАО «Татфондбанк», не вели самостоятельной экономической деятельности, движение по их счетам носило транзитный характер и они составляли группу лиц, подконтрольную ПАО «Татфондбанк». 

Также ответчик ссылался на то, что третьим лицом ФИО5 фактически велся комплекс услуг по ведению бухгалтерского и налогового учета и составлению отчетности.

Вместе с тем, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО5 не оказывалось влияние на деятельность должника, не принимались управленческие решения в отношении него, а фактически исполнялись указания сотрудников ПАО «Татфондбанк» в рамках оказания должнику бухгалтерского обслуживания.

Оценивая доводы ответчика о том, что ФИО8 являлся номинальным руководителем, а контролирующим лицом являлся ПАО «Татфондбанк», суд первой инстанции указал следующее.

В пункте 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление № 53) указано, что руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ). В случае уменьшения размера субсидиарной ответственности номинального руководителя фактический руководитель несет субсидиарную ответственность в полном объеме. В той части, в которой ответственность номинального руководителя не была уменьшена, он отвечает солидарно с фактическим руководителем (пункт 1 статьи 1064, абзац первый статьи 1080 ГК РФ)

При этом по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем при анализе статуса номинального руководителя необходимо обратить внимание на то, когда и каким образом в рамках настоящего дела о банкротстве номинальный руководитель раскрыл соответствующую информацию, и позволила ли данная информация установить фактического руководителя должника и его имущество, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов должника, и не установили, какие именно действия, совершенные должником и каким именно образом способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (данная позиция также отражена в Постановлении Арбитражного суда Уральского Округа по делу №А76-23547/2013 от 26 июля 2018 г.).

Принятие роли номинального руководителя не является поведением поощряемым действующим законодательством, данное действие само по себе не является добросовестным. В этой связи суд не находит возможным освобождение ФИО8 от субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд первой инстанции констатировал, что ответчиком не опровергнут факт непередачи конкурсному управляющему документов должника, то есть факт нарушения ФИО8 обязанности предусмотренной Законом о банкротстве, касающейся непередачи документации должника, что повлекло невозможность установления всех активов должника.

В соответствии с пунктом 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица равен совокупному размеру требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, а также заявленных после закрытия реестра требований кредиторов и требований кредиторов по текущим платежам, оставшихся не погашенными по причине недостаточности имущества должника. Не включаются в размер субсидиарной ответственности контролирующего должника лица требования, принадлежащие этому лицу либо заинтересованным по отношению к нему лицам. Такие требования не подлежат удовлетворению за счет средств, взысканных с данного контролирующего должника лица.

Пунктом 7 статьи 61.16 Закона о банкротстве установлено, что если на момент рассмотрения заявления о привлечении к субсидиарной ответственности по основанию, предусмотренному статьей 61.11 настоящего Федерального закона, невозможно определить размер субсидиарной ответственности, арбитражный суд после установления всех иных имеющих значение для привлечения к субсидиарной ответственности фактов выносит определение, содержащее в резолютивной части выводы о доказанности наличия оснований для привлечения контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности и о приостановлении рассмотрения этого 7 заявления до окончания расчетов с кредиторами либо до окончания рассмотрения требований кредиторов, заявленных до окончания расчетов с кредиторами.

Суд первой инстанции указал, что к настоящему времени расчеты с кредиторами за счет конкурсной массы не завершены. Согласно отчету конкурсным управляющим осуществляются мероприятия по оспариванию сделок должника, не проведена полностью реализация имущества должника.

С учетом изложенного, суд первой инстанции признал доказанным наличие оснований для привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности по пункту 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, приостановить производство по заявлению до окончания расчетов с кредиторами ООО «Свитиль».

При этом судом первой инстанции также указано, что доводы ответчика о афиллированности кредиторов, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника, подлежат оценке при установлении размера субсидиарной ответственности.

Вместе с тем, оценивая наличие оснований для привлечения к субсидиарной ответственности второго ответчика ФИО4, суд первой инстанции пришел к выводу о том, что ФИО4 с 29.05.2013 не являлся руководителем должника и на него не может быть возложена ответственность за неисполнение обязанности, предусмотренной статьей 126 Закона о банкротстве. В этой связи суд первой инстанции не нашел оснований для удовлетворения требований в отношении ФИО4

Арбитражный апелляционный суд соглашается с указанными обоснованными выводами суда первой инстанции. Апелляционная жалоба не содержит доводов, которым судом первой инстанции не была дана мотивированная оценка.

Согласно пункту 6 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», руководитель, формально входящий в состав органов юридического лица, но не осуществлявший фактическое управление (далее - номинальный руководитель), например, полностью передоверивший управление другому лицу на основании доверенности либо принимавший ключевые решения по указанию или при наличии явно выраженного согласия третьего лица, не имевшего соответствующих формальных полномочий (фактического руководителя), не утрачивает статус контролирующего лица, поскольку подобное поведение не означает потерю возможности оказания влияния на должника и не освобождает номинального руководителя от осуществления обязанностей по выбору представителя и контролю за его действиями (бездействием), а также по обеспечению надлежащей работы системы управления юридическим лицом (пункт 3 статьи 53 ГК РФ).

В этом случае, по общему правилу, номинальный и фактический руководители несут субсидиарную ответственность, предусмотренную статьями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве, а также ответственность, указанную в статье 61.20 Закона о банкротстве, солидарно (абзац первый статьи 1080 ГК РФ, пункт 8 статьи 61.11, абзац второй пункта 1 статьи 61.12 Закона о банкротстве).

Вместе с тем в силу специального регулирования (пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве) размер субсидиарной ответственности номинального руководителя может быть уменьшен, если благодаря раскрытой им информации, недоступной независимым участникам оборота, были установлены фактический руководитель и (или) имущество должника либо фактического руководителя, скрывавшееся ими, за счет которого могут быть удовлетворены требования кредиторов.

Рассматривая вопрос об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя, суд учитывает, насколько его действия по раскрытию информации способствовали восстановлению нарушенных прав кредиторов и компенсации их имущественных потерь (пункт 1 статьи 1064 ГК РФ).

Приведенные разъяснения об уменьшении размера субсидиарной ответственности номинального руководителя распространяются как на случаи привлечения к ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) должником заявления о собственном банкротстве, так и на случаи привлечения к ответственности за невозможность полного погашения требований кредиторов (пункт 1 статьи 6 ГК РФ, пункт 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Таким образом, в случае наличия нескольких контролирующих должника лиц, одно из этих лиц, обвиняющее другое в пользовании соответствующим влиянием во вред должнику, должно, как минимум, раскрыть механизм их взаимодействия, роль каждого в процессе управления должником, что соответствует смыслу разъяснений абзацев 3, 4 пункта 6 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 12.11.2020 № Ф06-61426/2020 по делу №А57-6120/2019).

Таким образом, ответчик должен не только доказать, что фактически не принимал ключевых управленческих решений, но и раскрыть такие обстоятельства взаимодействия с должником и лицом, осуществляющим фактический контроль, которые позволят восстановить нарушенные права кредиторов, компенсировать их имущественные потери.

Однако в данном случае указанного не произошло, в связи с чем ответчик не вправе ссылаться на положения пункта 9 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

В силу разъяснений, сформулированных в абзаце одиннадцатом пункта 24 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 №53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве», непередача одним руководителем другому необходимых документов не освобождает последнего от ответственности и не свидетельствует об отсутствии вины. Добросовестный и разумный руководитель обязан совершить действия по истребованию документации у предыдущего руководителя (применительно к статье 308.3 ГК РФ) либо по восстановлению документации иным образом (в частности, путем направления запросов о получении дубликатов документов в компетентные органы, взаимодействия с контрагентами для восстановления первичной документации и т.д.).

При указанных обстоятельствах сами по себе ссылки ответчика на номинальность его руководства не освобождают ответчика об исполнения обязанности по передаче документации должника, информации о его активах конкурсному управляющему.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о наличии документации должника в распоряжении ООО «Учет», осуществлявшего бухгалтерское обслуживание, не являются основанием для отмены судебного акта, поскольку не доказано, что ООО «Учет» были переданы оригиналы документов, а также что передан весь объем документов, оформляющих финансово-хозяйственную деятельность должника.

Согласно объяснениям конкурсного управляющего, документы должника, изъятые правоохранительными органами в ООО «Учет» (протокол обыска (выемки) от 13.03.2017), конкурсному управляющему не возвращены, однако конкурсный управляющий ознакомился с их содержанием и именно вследствие этого получил информацию о части активов должника в сумме 1 067 722 951 руб. 48 коп., тогда как информации об иных активах должника (на оставшуюся сумму) упомянутые документы не содержат.

В то же время бухгалтерская отчетность за 2016 год содержит информацию о дебиторской задолженности на сумму 484 174 000 руб., финансовых вложениях на сумму 1 879 273 000 руб., долгосрочных финансовых вложениях на сумму 113 480 000 руб.

Пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, в том числе, если документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы (пункт 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве).

Указанная ответственность контролирующих должника лиц соотносится с нормами об ответственности руководителя за организацию бухгалтерского учета в организациях, соблюдение законодательства при выполнении хозяйственных операций, организацию хранения учетных документов, регистров бухгалтерского учета и бухгалтерской отчетности (статьи 6, 29 Закона о бухгалтерском учете) и обязанностью руководителя должника в установленных случаях предоставить арбитражному управляющему бухгалтерскую документацию (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве).

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

Наличие документов бухгалтерского учета и (или) отчетности у руководителя должника предполагается и является обязательным требованием закона. Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражения в бухгалтерской отчетности достоверной информации.

Таким образом, законодатель презюмирует возникновение несостоятельности (банкротства) должника вследствие такого действия его руководителя как отсутствие обязательных документов бухгалтерского учета и (или) отчетности. Обязанность опровержения указанной презумпции лежит на привлекаемом к ответственности лице.

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названную презумпцию о наличии причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) контролирующего лица, доказав, в частности, что отсутствие документации должника, либо ее недостатки, не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, или доказав, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

В данном случае, обстоятельства, которые позволили бы освободить ФИО2 от ответственности не установлены, в связи с чем суд первой инстанции обоснованно сделал вывод о необходимости удовлетворения заявленных требований.

Доводы апелляционной жалобы о необоснованности отказа судом первой инстанции в истребовании доказательств не являются основанием для отмены судебного акта, поскольку из материалов спора не следует, что истребуемые доказательства действительно имеют значение для разрешения спора. В удовлетворении аналогичного ходатайства отказано и апелляционным судом определением от 20.09.2021.

Несогласие заявителя с оценкой, установленных по делу обстоятельств не может являться основанием для отмены судебного акта.

Иные доводы заявителя, изложенные в апелляционной жалобе, основаны на неверном толковании норм права, не содержат фактов, которые не были бы проверены и не учтены судом первой инстанции при рассмотрении дела и имели бы юридическое значение для вынесения судебного акта по существу, влияли на обоснованность и законность судебного акта, либо опровергали выводы суда первой инстанции, в связи с чем, признаются апелляционным судом несостоятельными и не могут служить основанием для отмены оспариваемого судебного акта.

С учетом изложенного, суд апелляционной инстанции считает, что арбитражным судом первой инстанции обстоятельства спора в данном конкретном случае исследованы всесторонне и полно, нормы материального и процессуального права применены правильно, выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела. Основания для переоценки обстоятельств, правильно установленных судом первой инстанции, у суда апелляционной инстанции отсутствуют.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены судебного акта, арбитражным апелляционным судом не установлено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалобы и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 266-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд 

 

ПОСТАНОВИЛ:

1. Определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 27.06.2021 по делу № А65-6755/2017 оставить без изменения, апелляционную жалобу без удовлетворения.

2. Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Арбитражный суд Поволжского округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его вынесения, через арбитражный суд первой инстанции.

 

 

Председательствующий                                                        Д.К. Гольдштейн

 

Судьи                                                                                      А.И. Александров

 

              Н.Б. Назырова