ПЯТНАДЦАТЫЙ  АРБИТРАЖНЫЙ  АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ  СУД

Газетный пер., 34, г. Ростов-на-Дону, 344002, тел.: (863) 218-60-26, факс: (863) 218-60-27 

E-mail: info@15aas.arbitr.ru, Сайт: http://15aas.arbitr.ru/

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда апелляционной инстанции

по проверке законности и обоснованности решений (определений)

арбитражных судов, не вступивших в законную силу

дело № А53-1969/2020

город Ростов-на-Дону

28 января 2022 года

15АП-23439/2021

Резолютивная часть постановления объявлена 21 января 2022 года

Полный текст постановления изготовлен 28 января 2022 года

Пятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи  Сурмаляна Г.А.,

судей Николаева Д.В., Филимоновой С.С.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания ФИО1, 

при участии:

от финансового управляющего ФИО2 - ФИО3: представитель по доверенности от 28.12.2021 ФИО4

от ФИО9: представитель по доверенности от 28.07.2021 ФИО5;

от ФИО2: представитель по доверенности от 17.02.2021 ФИО6;

от акционерного общества "Альфа-Банк": представитель по доверенности от 02.11.2021 ФИО7,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ФИО9 на определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2021 по делу № А53-1969/2020 по заявлению финансового управляющего ФИО2 - ФИО3 о признании сделки недействительной и применении последствий недействительности в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2,ответчик: ФИО9

УСТАНОВИЛ:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО2 (далее - должник) в Арбитражный суд Ростовской области обратился финансовый управляющий ФИО3 о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 06.08.2018, заключенного между должником и ФИО9 (далее - ответчик) и применении последствий недействительности сделки в виде возврата в конкурсную массу жилого помещения, расположенного по адресу: Краснодарский край, г.Сочи, Центральный район, ул. Госпитальная, д. 8, пом. 41-46, 89-94, площадью 200,7     кв. м, кадастровый номер 23:49:0203024:1260 (уточенные требования). 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2021 по настоящему делу признан недействительным договор купли-продажи помещений от 06.08.2018, заключенный ФИО2 и ФИО9. Применены последствия недействительности сделки. В конкурную массу ФИО2 включено жилое помещение, расположенное по адресу: Краснодарский край, г. Сочи, Центральный район, ул.Госпитальная, д. 8, пом. 41-46, 89-94, площадью 200,7 кв. м, кадастровый номер 23:49:0203024:1260.

Не согласившись с принятым судебным актом, ФИО9 обжаловал определение суда первой инстанции от 03.12.2021 в порядке, предусмотренном главой 34 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и просил обжалуемый судебный акт отменить.

Апелляционная жалоба мотивирована тем, что судом первой инстанции в обжалуемом определении не было установлено наличие неплатежеспособности должника, по состоянию на дату оспариваемой сделки. Самая ранняя задолженность перед АО "Альфа-Банк" образовалась 21.09.2018. Судом первой инстанции не приняты во внимание пункты 3 и 4 оспариваемого договора, в соответствии с которыми расчеты между сторонами сделки произведены полностью до ее подписания. Суд первой инстанции безосновательно отклонил доводы ответчика и должника об оплате спорного помещения в 2016 году за счет заемных средств, полученных от ФИО8 В материалы обособленного спора не представлено достоверных доказательств, что денежные средств в сумме 15000000 руб. единовременно не были зачислены на расчетные счета должника, выписки по расчетному счету, представлены управляющим за период с 2017 года, в свою очередь, у  ответчика отсутствует возможность представить соответствующие доказательства в силу объективных причин.

В отзыве на апелляционную жалобу должник просил определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

В отзывах на апелляционную жалобу финансовый управляющий должника ФИО3, АО "Альфа-Банк" просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

В судебном заседании представители лиц, участвующих в деле, поддержали правовые позиции по спору.

Представители ФИО9, должника просили определение суда первой инстанции отменить, в удовлетворении заявленных требований отказать.

Представители финансового управляющего, АО "Альфа-Банк" просили определение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом уведомленные о времени и месте судебного разбирательства, явку своих представителей в судебное заседание не обеспечили.

Суд апелляционной инстанции, руководствуясь положениями статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, признал возможным рассмотреть апелляционную жалобу без участия не явившихся представителей лиц, участвующих в деле, уведомленных надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, оценив доводы апелляционной жалобы, выслушав представителей участвующих в деле лиц, арбитражный суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, ФНС России обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом. 

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 04.02.2020 принято заявление о признании должника банкротом, возбуждено производство по делу.

Решением Арбитражного суда Ростовской области от 27.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина. 

Финансовый управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным заключенного между должником и ФИО9 договора купли-продажи недвижимости от 06.08.2018.

Согласно статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)" (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным названным Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Отношения, связанные с банкротством граждан, регулируются положениями главы X Закона о банкротстве.

В соответствии с пунктом 1 статьи 213.1 Закона о банкротстве, отношения, связанные с банкротством граждан и не урегулированные главой X, регулируются главами I - III.1, VII, VIII, параграфом 7 главы IX и параграфом 2 главы XI названного Федерального закона.

В силу пункта 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в названном Законе.

В силу пункта 1 статьи 61.8 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника подается в суд, рассматривающий дело о банкротстве должника, и подлежит рассмотрению в деле о банкротстве должника (включая сделки с недвижимостью).

Целью процедуры реализации имущества гражданина является последовательное проведение мероприятий по максимальному наполнению конкурсной массы и соразмерное удовлетворение требований кредиторов должника. Одно из таких мероприятий - оспаривание сделок должника по специальным основаниям, предусмотренным статьями 61.2, 61.3 Закона о банкротстве пункт 25 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации N 1 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 10.06.2020).

Соответственно, главный правовой эффект, достигаемый от оспаривания сделок, заключается в необходимости поставить контрагента в такое положение, в котором бы он был, если бы сделка (в том числе по исполнению обязательства) не была совершена, а его требование удовлетворялось бы в рамках дела о банкротстве на законных основаниях (определение Верховного Суда Российской Федерации от 14.02.2018 N 305-ЭС17-3098 (2) N А40-140251/2013).

Лица, уполномоченные подавать заявления об оспаривании сделки должника, определены в статье 61.9 Закона о банкротстве

Согласно пункту 1 статьи 61.9 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника может быть подано в арбитражный суд внешним управляющим или конкурсным управляющим от имени должника по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, при этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда арбитражный управляющий узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренной названным Федеральным законом.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве, заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по основаниям, предусмотренным статьей 61.2 или 61.3 названого Федерального закона, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе.

Право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Федерального закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина (пункт 2 статьи 213.32 Закона о банкротстве).

В силу пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)", при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего.

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем, наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 названного постановления).

Судом в случае оспаривания подозрительной сделки проверяется наличие обоих оснований, установленных как пунктом 1, так и пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Как следует из материалов дела, оспариваемая сделка заключена 06.08.2018 (переход права собственности зарегистрирован 13.08.2018), то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (04.02.2020).

Учитывая вышеприведенные разъяснения, действительность оспариваемой в рамках настоящего спора сделки оценивается судом применительно к правилам как пункта 1, так и пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По правилам, установленным в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка).

Неравноценным встречным исполнением обязательств признается, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

Согласно пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка).

Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом, либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника, либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии следующих условий:

- стоимость переданного в результате совершения сделки или нескольких взаимосвязанных сделок имущества либо принятых обязательства и (или) обязанности составляет двадцать и более процентов балансовой стоимости активов должника, а для кредитной организации - десять и более процентов балансовой стоимости активов должника, определенной по данным бухгалтерской отчетности должника на последнюю отчетную дату перед совершением указанных сделки или сделок;

- должник изменил свое место жительства или место нахождения без уведомления кредиторов непосредственно перед совершением сделки или после ее совершения, либо скрыл свое имущество, либо уничтожил или исказил правоустанавливающие документы, документы бухгалтерской отчетности или иные учетные документы, ведение которых предусмотрено законодательством Российской Федерации, либо в результате ненадлежащего исполнения должником обязанностей по хранению и ведению бухгалтерской отчетности были уничтожены или искажены указанные документы;

- после совершения сделки по передаче имущества должник продолжал осуществлять пользование и (или) владение данным имуществом либо давать указания его собственнику об определении судьбы данного имущества.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона от 26 октября 2002 года N 127-ФЗ "О несостоятельности (банкротстве)", пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по названному основанию.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

В пункте 6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия:

а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества;

б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)".

Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать шестом и тридцать седьмом статьи 2 Закона о банкротстве, по смыслу которых признаки неплатежеспособности или недостаточности имущества носят объективный характер.

Так, в соответствии с указанными нормами под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника. Неплатежеспособность, это прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества.

При решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать об указанных обстоятельствах, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств.

При обращении с настоящим заявлением, в обоснование заявленного требования управляющий ссылался, в том числе на аффилированность сторон сделки.

Согласно пункту 3 статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику-гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга.

Фактическая аффилированность двух лиц может быть установлена на основании анализа совокупности согласованных друг с другом косвенных доказательств, характеризующих поведение указанных лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 N 302-ЭС14-1472 (4,5,7)).

Аффилированность (дружественность) может носить фактический характер без наличия формально-юридических связей между лицами (определения Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, от 11.02.2019 N 305-ЭС18-17063 (2)).

Как установлено судом, ответчик – ФИО9, является отцом должника.

В рамках процедуры реализации имущества должника при исполнении возложенных обязанностей финансовым управляющим установлено, что 06.08.2018 должником, при наличии непогашенной задолженности перед кредиторами, заключен договор купли-продажи недвижимости со своим отцом ФИО9, в соответствии с которым должником реализовано жилое помещение, расположенное по адресу: Краснодарский край,     г. Сочи, Центральный район, ул. Госпитальная, д. 8, пом. 41-46, 89-94, площадью 200,70 кв.м, кадастровый номер 23:49:0203024:1260.

В силу пунктов 3 и 4 договора, цена имущества в размере 15 млн. рублей оплачена покупателем до подписания договора.

В соответствии с данными из ЕГРН, 13.08.2018 собственником имущества стал ФИО9.

При этом, судом установлено и из материалов дела следует, что на дату совершения оспариваемой сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности: на момент отчуждения имущества 06.08.2018 (13.08.2018 – дата регистрации) должник имел неисполненные обязательства.

Согласно решению Арбитражного суда Ростовской области от 16.03.2020 по делу № А53-40938/2019, 29.09.2015 между КМАРО ЛИМИТЕД (кредитор, заимодавец) и обществом с ограниченной ответственностью "КАМПЭЙ" (заемщик) был заключен договор займа о предоставлении заемщику единовременного займа в размере 3 000 000 долларов США на срок до 01.03.2016.

Одновременно с этим 29.09.2015 между КМАРО ЛИМИТЕД (займодавец) и ФИО2 (поручитель) был заключен договор поручительства.

В соответствии с пунктом 2 вышеуказанного договора, ФИО9 обязался обеспечить исполнение заёмщиком обязательств по Договору, в том числе по возврату суммы займа и уплате процентов.

Сумма займа не была возвращена в срок до 01.03.2016. 

Срок возврата займа увеличивался за счет заключения дополнительных соглашений с кредитором КМАРО ЛИМИТЕД. Даже с учетом дополнительных соглашений, направленных на увеличение сроков возврата займа,                       ООО "КАМПЭЙ" допускало систематические просрочки исполнения обязательств перед КМАРО ЛИМИТЕД.

Документ:

Срок возврата займа (п. 1.2.1 Договора):

Период просрочки:

Договор займа от 29.09.2015

01.03.2016

 

Дополнительное соглашение от 01.03.16

01.04.2016

 

Дополнительное соглашение от 31.03.16

01.05.2016

02.05.16 - 19.05.16

Дополнительное соглашение от 20.05.16

01.07.2016

02.07.16 - 10.07.16

Дополнительное соглашение от 11.07.16

01.08.2016

02.08.16 - 14.08.16

Дополнительное соглашение от 15.08.16

01.09.2016

 

Дополнительное соглашение от 01.09.16

01.10.2016

02.10.16

Дополнительное соглашение от 03.10.16

01.11.2016

 

Дополнительное соглашение от 01.11.16

01.12.2016

 

Дополнительное соглашение от 01.12.16

15.12.2016

16.12.16 - 26.12.16

Дополнительное соглашение от 27.12.16

01.07.2017

02.07.17 и далее

Просрочка исполнения обязательств на сумму, превышающую 300 000 руб., началась с 02.05.2016. 

С учетом дополнительного соглашения от 27.12.2016 займ должен был быть возвращен в срок до 01.07.2017.

Согласно пункту 1.2.2. договора займа от 29.05.2015, сторонами согласовано, что заем должен быть досрочно возвращен в полном размере немедленно, но в любом случае не позднее 5 (пяти) рабочих дней с момента получения заемщиком соответствующего письменного уведомления кредитора, направленного в порядке, установленном статьей 7 названного договора в случае возникновения любого из случаев неисполнения обязательств.

Случаи неисполнения обязательств указаны в статье 4 Договора займа от 29.05.2015.

12 мая 2017 года КМАРО ЛИМИТЕД направило в адрес ООО "КАМПЭЙ" претензию с требованием о погашении задолженности по договору займа в размере 159 364 395,06 руб. в течение 5 дней с даты получения претензии. 

Претензия ООО "КАМПЭЙ" была оставлена без финансового удовлетворения (обстоятельства установлены решением Арбитражного суда Ростовской области от 16.03.2020 по делу № А53-40938/2019).

До настоящего времени данные требования КМАРО ЛИМИТЕД не удовлетворены, что подтверждается определением Арбитражного суда города Москвы от 10.12.2020 по делу № А40-282050/2019 (банкротство ООО "Кампэй").

Просрочка исполнения обязательств у основного должника                       ООО "КАМПЭЙ" и у солидарного должника (поручителя) ФИО9 перед кредитором КМАРО ЛИМИТЕД началась одновременно.

Таким образом, довод заявителя жалобы о том, что у ФИО9 не имелось неисполненных обязательств на дату заключения договора от 06.08.2018, не соответствует действительности. 

По состоянию на 06.08.2018, поручительство ФИО9 перед кредитором КМАРО ЛИМИТЕД было действующим, а денежные обязательства -просроченными.

Также по состоянию на дату заключения оспариваемого договора у должника имелась задолженность перед ПАО "Мегафон" и АО "АЛЬФА-БАНК".

Между АО "АЛЬФА-БАНК" (далее - гарант, банк) и ООО "Кампэй" (далее – принципал, должник) 24.10.2016 заключен договор о предоставлении банковских гарантий 00Z81R (далее - договор о предоставлении банковских гарантий).

В период действия договора о предоставлении банковских гарантий гарантом выданы банковские гарантии: № 00Z81R005 (бенефициар                    ПАО "МегаФон"), № 00Z81R008 (бенефициар ПАО "МегаФон").

В обеспечение обязательств принципала между АО "АЛЬФА - БАНК" и ФИО2 заключен Договор поручительства                № 00Z81RP002 от 24.10.2016.

В соответствии с пунктом 1.2. договора поручительства № 00Z81RP002 от 24.10.2016 поручитель обязался отвечать перед банком солидарно с принципалом за надлежащие исполнение обязательств принципала по договору о предоставлении банковских гарантий.

В соответствии с правовой позицией, отраженной в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.02.2014 №14510/13, наличие корпоративных либо иных связей между поручителем (залогодателем) и должником объясняет мотивы совершения обеспечительных сделок.

14 сентября 2018 года в АО "АЛЬФА-БАНК" поступило требование от Бенефициара (ПАО "МегаФон") исх. № 5-ББ-Исх-00083/18 от 11.09.2018 по банковским гарантиям 00Z81R005 (далее - Гарантия 1), 00Z81R008 (далее - Гарантия 2) на сумму 218 250 064,73 российских рублей.

Согласно требованию ПАО "МегаФон" задолженность ООО "Кампэй" по состоянию на 31.07.2018 составила 214 440 554,59 руб. 

Задолженность за принятые платежи ООО "Кампэй" с 01.08.2018 по 15.08.2015 составила 3 809 510,14 руб. 

Итого: 218 250 064,73 руб.

21 сентября 2018 года гарант (АО "АЛЬФА-БАНК") выплатил бенефициару (ПАО "МегаФон") сумму в размере 218 250 064,73 российских рублей, из которых: 150 000 000,00 российских рублей - выплата по Гарантии 1; 68 250 064,73 российских рублей - выплата по гарантии.

При этом АО "АЛЬФА-БАНК" направило уведомление в адрес принципала (ООО "Кампэй") о необходимости обеспечить по состоянию на 21.09.2018 наличие на счете, открытом в банке, денежных средств в размере не менее суммы требования, для их списания банком без дополнительных распоряжений (пункт 4.3 договора).

Денежные средства АО "АЛЬФА-БАНК" получены не были.

Таким образом, с 14.09.2018 ООО "Кампэй" не имело финансовой возможности самостоятельно удовлетворить требования ПАО "Мегафон" или требования АО "Альфа-Банк".

Данный факт установлен:

решением Мещанского районного суда г. Москвы от 02.10.2019 по делу      № 210205/2019;

определением Арбитражного суда города Москвы от 27.12.2019 по делу      № А40-282050/2019, которым требования АО "АЛЬФА-БАНК" признаны обоснованными и в отношении ООО "Кампэй" введена процедура наблюдения;

определением Арбитражного суда Ростовской области от 06.11.2020 по делу № А53-1969/2020, которым требования АО "АЛЬФА-БАНК" признаны обоснованными и включены в реестр требований кредиторов ФИО9

ФИО10 - мать ФИО2 (подтверждено записью акта о рождении № 998 от 15.11.1979, л.д.7, обратная сторона) являлась участником ООО "КАМПЭЙ" в следующие периоды:

с 30.05.2014 по 19.12.2017 - с долей в размере 100 % уставного капитала;

с 20.12.2017 по 29.03.2018 - с долей в размере 65 % уставного капитала;

с 30.03.2018 по настоящее время - с долей в размере 30 % уставного капитала. COMEPAY, INC. (США, Флорида) являлось участником ООО "КАМПЭЙ" в период

с 30.03.2018 по 23.10.2019 с долей в размере 70 % уставного капитала. 

При этом ФИО9 является Главным исполнительным директором COMEPAY, INC. с 01.03.2018 согласно решению Совета директоров от 01.03.2018.

Таким образом, на момент совершения сделки ФИО9 являлся контролирующим ООО "КАМПЭЙ" лицом и поручителем по его обязательствам, знал о хозяйственной деятельности компании, осознавал неисполнимость обязательств (в т.ч. перед ПАО "МегаФон") и неизбежность обращения взыскания на его имущество как поручителя.

Указанные обстоятельства установлены как вступившими в законную силу судебными актами Арбитражного суда г.Москвы по делу о банкротстве ООО "КАМПЭЙ" № А40-282050/2019 (определением от 11.11.2021 признаны недействительными платежи в пользу ООО "Сибирь"), так и Арбитражного суда Ростовской области по делу о банкротстве ФИО9 (определениями от 30.11.2021 и 06.12.2021 признаны недействительными сделки по отчуждению ФИО9 недвижимого имущества аффилированным лицам - ФИО9 и ФИО11).

Стороны оспариваемой сделки являются близкими родственниками: отец и сын.

Таким образом, ответчик ФИО9 знал или должен был знать и осознавать, что в результате безвозмездного получения имущества своего сына, независимые кредиторы утрачивают возможность обращения на него взыскания.

Отчуждение недвижимости привело к безвозмездному выбытию из состава имущества должника ликвидного актива, вследствие чего кредиторы утратили возможность получить удовлетворение своих требований за счет указанного имущества.

Суд первой инстанции, исследовав материалы дела, пришел к верному выводу о том, что оспариваемая сделка совершена с целью вывода активов должника из конкурсной массы и в действительности совершена в целях причинения вреда кредиторам, носит притворный характер.

Указание в договоре от 06.08.2018 на оплату до его подписания (пункты 3 и 4 договора) судом первой инстанции обоснованно расценено критически. 

С учетом существа спора и повышенного стандарта доказывания в деле о банкротстве, копия расписки, копия договора купли-продажи, при отсутствии иных допустимых доказательств, не могут являться достоверными доказательствами, подтверждающими передачи денежных средств.

Аналогичная правовая позиция отражена в постановлении Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 09.06.2020 по делу № А32-2192/2018. 

Доводы ответчика и должника о произведении оплаты по договору в 2016 году за счет заемных средств судом первой инстанции обоснованно отклонены.

С учетом заинтересованности должника и ответчика к представляемым ими доказательствам подлежит применению повышенный стандарт доказывания. 

Дата договора беспроцентного займа от 15.01.2016 между ответчиком и ФИО8, платежное поручение от 29.03.2016 № 1 на 16 млн рублей, дата оспариваемого договора не соотносится друг с другом. В тексте договора от 06.08.2018 соответствующее условие об оплате в 2016 году отсутствует. 

Договор беспроцентного займа от 15.01.2016, копии налоговых деклараций за 2015 и 2016 года ФИО8 судом расценены критически. 

При этом, судом первой инстанции обоснованно принято во внимание, что общий заявленный доход за 2015 год составил 11 324 254 рублей. Документы, подтверждающие снятие со счета ФИО8 10 млн рублей в 2015 году – январе 2016 года не представлено. 

Доводы ответчика о наличии у ФИО8 доходов в размере, существенно превышающем, предоставленную сумму займа являются голословными, не подтверждены относимыми, допустимыми доказательствами. 

Факт возврата займа в предусмотренные пунктом 2.2.1 договора от 15.01.2016 срок (01.10.2018), обращения ФИО8 за судебной защитой нарушенного права путем взысканием долга (срок давности истек 02.10.2021) также не подтвержден. 

Более того, сам по себе факт предоставления займа в январе-марте 2016 года, с учетом даты заключения оспариваемой сделки – август 2018 года, не является надлежащим подтверждением наличия финансовой возможности у ответчика. 

Приобщенная ответчиком справка ПАО "Банк ВТБ" о наличии договора на использование индивидуального банковского сейфа в период с 20.01.2015 по 20.10.2018 не подтверждает наличие у ФИО9 5 млн рублей наличными денежными средствами, об оплате которых в первом квартале 2016 года заявлено сторонами сделки. 

Кроме того, в представленных в материалы электронного дела выписках по счетам должника сведения о единовременном зачислении наличных средств в размере 15 млн. руб.  на счет в период с 15.01.2016 (дата договора займа в пользу ответчика) до 29.03.2016 (дата платежного поручения № 1 на 16 млн. рублей) отсутствуют. 

При заявленном пользовании ответчиком с 2006 года спорным имуществом необходимость его продажи должником отцу в 2016 году вместо возможности получения от последнего необходимой суммы в качестве займа нельзя признать стандартным поведением.

Указанные противоречия должник и ответчик не устранили, относимых и допустимых доказательств оплаты по договору от 06.08.2018 с учетом специфики спора не представили.

Безвозмездное отчуждение ликвидного имущества причинило вред кредиторам должника и ответчик, как заинтересованное по отношению к должнику лицо, должен был знать о соответствующей цели договора от 06.08.2018. Доказательств обратного не представлено.

При таких обстоятельствах суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу о недействительности договора от 06.08.2018 на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Пунктом 1 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

Согласно пункту 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

В силу пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве все, что было передано должником или иным лицом за счет должника или в счет исполнения обязательств перед должником, а также изъято у должника по сделке, признанной недействительной в соответствии с главой III.1 Закона о банкротстве, подлежит возврату в конкурсную массу.

В пункте 29 постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 N 63 разъяснено, что если сделка, признанная в порядке главы III.1 Закона о банкротстве недействительной, была исполнена должником и (или) другой стороной сделки, суд в резолютивной части определения о признании сделки недействительной также указывает на применение последствий недействительности сделки (пункт 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пункт 1 статьи 61.6 и абз. второй пункта 6 статьи 61.8 Закона о банкротстве) независимо от того, было ли указано на это в заявлении об оспаривании сделки.

В качестве последствий недействительности сделки суд первой инстанции правомерно возложил на ответчика обязанность передать в конкурсную массу должника спорное имущество.

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для иной оценки выводов суда первой инстанции, изложенных в обжалуемом определении.

Несогласие с оценкой имеющихся в деле доказательств и с толкованием судом первой инстанции норм материального права, подлежащих применению в деле, не свидетельствует о том, что судом допущены нарушения, не позволившие всесторонне, полно и объективно рассмотреть дело.

Фактически доводы апелляционной жалобы направлены на переоценку обстоятельств дела, исследованных судом первой инстанции, по существу сводятся к несогласию с выводами суда первой инстанции, но не содержат фактов, которые не были бы учтены судом при рассмотрении дела.

С учетом установленного, правовые основания для удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют, в связи с чем, определение суда отмене не подлежит.

Нарушений, являющихся согласно части 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для безусловной отмены судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

По правилам статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации  судебные расходы относятся на ответчика.

На основании изложенного, руководствуясь статьями 188, 258, 269 - 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Ростовской области от 03.12.2021 по делу № А53-1969/2020 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление арбитражного суда апелляционной инстанции вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в порядке, определенном главой 35 Арбитражного процессуального Кодекса Российской Федерации, в Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в срок, не превышающий месяца со дня его вступления в законную силу, через Арбитражный суд Ростовской области.

Председательствующий    Г.А. Сурмалян

Судьи    Д.В. Николаев

    С.С. Филимонова