Шестой арбитражный апелляционный суд

улица Пушкина, дом 45, город Хабаровск, 680000, 

официальный сайт:  http://6aas.arbitr.ru

e-mail: info@6aas.arbitr.ru

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

 

№ 06АП-5557/2024

07 ноября 2024 года

г. Хабаровск

Резолютивная часть постановления объявлена 29 октября 2024 года.        Полный текст  постановления изготовлен 07 ноября 2024 года.

Шестой арбитражный апелляционный суд  в составе:

судьи Козловой Т.Д.

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Доскачинской Т.В.

при участии  в заседании:

от муниципального унитарного предприятия города Хабаровска «Водоканал»: ФИО1, представитель по доверенности от 27.06.2024                № 146;

от ФИО2: Лишай А.П., представитель по доверенности от 03.11.2023 № 27АА2154133;

от ФИО3: Лишай А.П., представитель по доверенности от 15.12.2023 № 27АА2154489;

рассмотрев в судебном заседании апелляционную жалобу ФИО2

на определение от 16.08.2024

по делу №А73-3990/2024

Арбитражного суда Хабаровского края

по заявлению ФИО2 

о пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам

по иску муниципального унитарного предприятия города Хабаровска «Водоканал»

к обществу с ограниченной ответственностью «Дальрео»                         

о взыскании 294 916,15 руб.

УСТАНОВИЛ:

муниципальное унитарное предприятие города Хабаровска «Водоканал» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - МУП «Водоканал», Предприятие) обратилось в Арбитражный суд Хабаровского края с исковым заявлением о взыскании с общества с ограниченной ответственностью «Дальрео» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>, далее - ООО «Дальрео») задолженности по договору на временные условия приема загрязняющих веществ в сточных водах от 01.07.2021 №10606 за период март-декабрь 2022 года в размере 294 916,15 руб. 

Дело рассмотрено в порядке упрощенного производства в соответствии с главой 29 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ).

Решением суда от 26.04.2024, принятым в виде резолютивной части, заявленные ООО «Водоканал» требования удовлетворены в полном объеме.

Далее, обществом с ограниченной ответственностью «Григорьев Групп» (далее - ООО «Григорьев Групп») 17.05.2024 в рамках данного дела заявлено ходатайство о процессуальном правопреемстве на стороне ООО «Водоканал».

Определением суда от 24.06.2024, принятым в виде резолютивной части, заявление о процессуальном правопреемстве удовлетворено, произведена замена МУП «Водоканал» на его правопреемника - ООО «Григорьев Групп».

При этом, в рамках производства по делу №А73-19187/2023 определением суда от 22.03.2024 признано обоснованным заявление ФИО2 (далее - ФИО2), в отношении ООО «Дальрео» введена процедура наблюдения.

ФИО2 обратилась в суд первой инстанции с заявлением о пересмотре в порядке главы 37 АПК РФ решения суда от 26.04.2024, определения суда от 24.06.2024 по вновь открывшимся обстоятельствам.

Определением суда от 16.08.2024 в удовлетворении заявления отказано.

В апелляционной жалобе ФИО2 просит отменить определение суда от 16.08.2024, заявление удовлетворить.

В обоснование жалобы приводит доводы о том, что в любом иске по поставке товара (оказании услуги) есть две обязательных группы документов, и именно первичных документов, это: объем поставленного товара (услуги) и размер оплаченного, но в данном случае, размер оплаченного не подтверждается актом сверки, поскольку акт сверки не является платежным документом. Обращает внимание, что кредитор представил доказательства того, что счета третьих лиц использовались для оплат контрагентом, то есть представили доказательства такой возможности, что для банкротства влечет необходимость исследования с повышенным стандартом доказывания. Считает, что банковские выписки МУП «Водоканал» требовались для установления ординарного факта в обычном исковом производстве, а вот выписки иных лиц, уже имели отношение к фиктивности цессии. Полагает, что последствием удовлетворения заявления ФИО2 являлся бы отказ ООО «Григорьев Групп» в правопреемстве в связи с погашением долга без установления негативных последствий у МУП «Водоканал». Ссылается, что основным из доказательств являлось определение источника денежных средств для совершения цессии, но суд отказался исследовать данные доводы, поскольку отказался истребовать банковские выписки. Также ссылается на то, что ФИО2 не имеет возможности получить ни в ФНС РФ сведения об открытых счетах третьих лиц, ни банковские выписки этих лиц, поскольку она не является их руководителем, а данные сведения защищены налоговой и банковской тайной. Указывает, что сами зачеты не оспаривались, а ставился вопрос о размере задолженности в связи с тем, что платежных поручений, соответствующих указанным в акте сверки платежам, найти не удалось. При этом ссылается на то, что ФИО2 не подавалось в чистом виде заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам, а оспаривался долг в экстраординарном порядке. По мнению заявителя жалобы, вывод суда о том, что суд не исследует экономическую целесообразность хозяйственных операций, ошибочен.

 Также ФИО2 представлено уточнение к апелляционной жалобе.

ФИО2 заявлено ходатайство об  истребовании ряда документов. 

Предприятие в отзыве на жалобу просит определение суда от 16.08.2024 оставить без изменения, жалобу - без удовлетворения. 

Присутствовавший в судебном заседании представитель ФИО2 поддержал заявленное ходатайство об истребовании. 

Суд апелляционной инстанции, рассмотрев заявленное ФИО2 ходатайство об истребовании документов, приходит к выводу об его отклонении, поскольку признает имеющиеся в материалах дела доказательства достаточными для его рассмотрения по существу.

Кроме того, истребование доказательств, согласно статье 66 АПК РФ является не обязанностью, а правом арбитражного суда, которым он может воспользоваться в случае, если с учетом всех обстоятельств дела придет к выводу о необходимости осуществления таких процессуальных действий для правильного разрешения спора.

Присутствовавшие в судебном заседании представители ФИО2 и Предприятия поддержали доводы, изложенные в апелляционной жалобе и в отзыве на нее, соответственно, дав по ним пояснения.

Изучив материалы дела, проверив обоснованность доводов жалобы и возражений, выслушав представителей, принимавших участие в судебном заседании, Шестой арбитражный апелляционный суд пришел к следующему.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3-5 статьи 71, пунктов 3-5 статьи 100 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №35), проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с чем, как верно указано судом первой инстанции, проверка обоснованности требований возможна в рамках процедуры несостоятельности (банкротства), или, как в данном случае, в общегражданском процессе. 

Помимо этого, что также верно указано судом первой инстанции, законодательство о банкротстве содержит специальные основания для оспаривания сделок.

Пунктом 12 статьи 16 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о (банкротстве)) разъяснено, что если арбитражный управляющий и (или) кредиторы полагают, что права и законные интересы кредиторов нарушены судебным актом (включая постановление суда общей юрисдикции и судебный акт арбитражного суда, а также определение о принудительном исполнении решения третейского суда), на котором основано заявленное в деле о банкротстве требование кредитора, указанные лица вправе обратиться в установленном процессуальным законодательством порядке с заявлением об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам.

Предусмотренный процессуальным законодательством срок на подачу заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам исчисляется с момента, когда указанные лица узнали или должны были узнать о нарушении их прав и законных интересов данным судебным актом.

Копия заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам направляется кредитору, должнику, арбитражному управляющему и представителю собрания (комитета) кредиторов, которые извещаются судом о рассмотрении такого заявления.

Сведения о подаче заявления о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам включаются арбитражным управляющим в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве в течение десяти рабочих дней с момента, когда он обратился с таким заявлением или узнал о поданном заявлении иного лица.

Лица, указанные в пункте 10 настоящей статьи, вправе принять участие в рассмотрении заявления об отмене судебного акта по правилам пересмотра по вновь открывшимся обстоятельствам, в том числе представить новые доказательства и заявить новые доводы, которые не представлялись и не заявлялись при первоначальном рассмотрении дела. Повторная подача такого заявления теми же лицами по тем же основаниям не допускается.

Таким образом, суд первой инстанции  пришел к обоснованному выводу о соблюдении ФИО2 приведенных нормативных положений и о наличии у последней права на обращение с соответствующим заявлением.

Согласно статье 309 АПК РФ арбитражный суд может пересмотреть принятый им и вступивший в законную силу судебный акт по вновь открывшимся обстоятельствам по основаниям и в порядке, которые предусмотрены АПК РФ.

Положениями  статьи 311 АПК РФ предусмотрено, что основаниями пересмотра судебных актов по правилам настоящей главы являются вновь открывшиеся обстоятельства - указанные в части 2 настоящей статьи и существовавшие на момент принятия судебного акта обстоятельства по делу. 

Вновь открывшимися обстоятельствами являются: существенные для дела обстоятельства, которые не были и не могли быть известны заявителю; установленные вступившим в законную силу приговором суда фальсификация доказательства, заведомо ложное заключение эксперта, заведомо ложные показания свидетеля, заведомо неправильный перевод, которые повлекли за собой принятие незаконного или необоснованного судебного акта по данному делу; установленные вступившим в законную силу приговором суда преступные деяния лица, участвующего в деле, или его представителя либо преступные деяния судьи, совершенные при рассмотрении данного дела.

Пунктом 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.06.2011 №52 «О применении положений Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при пересмотре судебных актов по новым или вновь открывшимся обстоятельствам» (далее - постановление Пленума ВАС РФ №52) разъяснено, что при решении вопроса о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам следует исходить из наличия оснований, предусмотренных статьей 311 АПК РФ, и соблюдения заявителем условий, содержащихся в статьях 312 и 313 АПК РФ. Судебный акт не может быть пересмотрен по новым или вновь открывшимся обстоятельствам в случаях, если обстоятельства, определенные статьей 311 АПК РФ, отсутствуют, а имеются основания для пересмотра судебного акта в порядке кассационного производства или в порядке надзора, либо если обстоятельства, установленные статьей 311 АПК РФ, были известны или могли быть известны заявителю при рассмотрении данного дела.

Из разъяснений, изложенных в пункте 4 указанного Постановления, следует, что обстоятельства, которые согласно пункту 1 статьи 311 АПК РФ являются основаниями для пересмотра судебного акта, должны быть существенными, то есть способными повлиять на выводы суда при принятии судебного акта. При рассмотрении заявления о пересмотре судебного акта по новым или вновь открывшимся обстоятельствам суд должен установить, свидетельствуют ли факты, приведенные заявителем, о наличии существенных для дела обстоятельств, которые не были предметом судебного разбирательства по данному делу. Судебный акт не может быть пересмотрен по вновь открывшимся обстоятельствам, если существенные для дела обстоятельства возникли после принятия этого акта, поскольку по смыслу пункта 1 части 2 статьи 311 АПК РФ основанием для такого пересмотра является открытие обстоятельств, которые хотя объективно и существовали, но не могли быть учтены, так как не были и не могли быть известны заявителю.

В связи с этим суду следует проверить, не свидетельствуют ли факты, на которые ссылается заявитель, о представлении новых доказательств, имеющих отношение к уже исследовавшимся ранее судом обстоятельствам. Представление новых доказательств не может служить основанием для пересмотра судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам по правилам главы 37 АПК РФ. В таком случае заявление о пересмотре судебного акта по вновь открывшимся обстоятельствам удовлетворению не подлежит. Обстоятельства, возникшие после принятия судебного акта, могут являться основанием для предъявления самостоятельного иска.

Согласно пункту 1 части 2 статьи 311 АПК РФ существенным для дела обстоятельством может быть признано указанное в заявлении вновь обнаруженное обстоятельство, которое не было и не могло быть известно заявителю, неоспоримо свидетельствующее о том, что если бы оно было известно, то это привело бы к принятию другого решения.

Ввиду чего, институт пересмотра судебных актов по вновь открывшимся (новым) обстоятельствам является чрезвычайным средством возобновления производства по делу и необходим для того, чтобы прекратить существование объективно ошибочных судебных актов в ситуации, когда об обстоятельствах, позволяющих сделать вывод о допущенной ошибке, стало известно после вынесения этих судебных актов.

При этом, ограничение применения данного института вытекает из необходимости соблюдения принципа правовой определенности, в том числе признания законной силы судебных решений, их неопровержимости.

В связи с чем, при определении критериев пересмотра должен быть соблюден баланс между принципом правовой определенности, с одной стороны, и недопустимостью существования объективно ошибочных решений, с другой.

Пересмотр окончательного судебного решения допускается, если, во-первых, имеются доказательства, которые могут привести к иному результату судебного разбирательства, и, во-вторых, лицо, заявляющее об отмене судебного решения, обосновало, что оно не имело возможности представить соответствующие доказательства до окончания судебного разбирательства.

Данная правовая позиция изложена в Определениях Верховного Суда  Российской Федерации от 18.01.2023 № 302-КГ16-11762,  от 11.03.2021 № 306-ЭС20-16785(1,2).

Так, предусмотренные в АПК РФ основания пересмотра по новым и вновь открывшимся обстоятельствам вступивших в законную силу судебных актов направлены на установление дополнительных процессуальных гарантий защиты прав и законных интересов субъектов общественных отношений в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности. Данный механизм может быть задействован лишь в исключительных случаях, в целях устранения незаконности вступившего в законную силу судебного акта, обусловленной неизвестностью лицам, участвующим в деле, и суду обстоятельств, имеющих существенное значение для принятия правильного решения по существу спора. Иное понимание института пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам привело бы к нарушению принципа правовой определенности.

Возможность преодоления окончательности вступивших в законную силу судебных актов, будучи исключительной по своему характеру, предполагает установление таких процедур и условий их пересмотра, которые отвечали бы требованиям правовой определенности, обеспечиваемой признанием законной силы решений суда, их неопровержимости, что применительно к решениям, принятым в ординарных судебных процедурах, может быть преодолено, лишь если какое-либо новое или вновь открывшееся обстоятельство или обнаруженные фундаментальные нарушения неоспоримо свидетельствуют о судебной ошибке, без устранения которой компетентным судом невозможно возмещение причиненного ущерба.

Поскольку вторжение в сферу действия принципа стабильности судебного решения, вступившего в законную силу, может повлечь существенное изменение правового положения сторон, уже определенного таким решением, в том числе в сторону его ухудшения, закрепление в законе экстраординарных, чрезвычайных по своему характеру способов обжалования вступивших в законную силу судебных постановлений требует установления специальной процедуры открытия соответствующего производства, ограниченного перечня оснований для отмены таких судебных постановлений, а также особых процессуальных гарантий для защиты как частных, так и публичных интересов от их необоснованной отмены. 

Данная правовая позиция изложена в Постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2009 №5-П,  от 19.03.2010 №7-П, от 21.12.2011 №30-П, от 06.07.2018 №29-П.

Так, в рассматриваемом случае в обоснование заявления кредитор ФИО2 указала на то, что первоначальные обязательства сторон спора являются фиктивными, поскольку имела место быть не уступка права требования (цессия), а погашение требований путем перевода средств должника при участии третьего лица; в материалах дела отсутствуют документы, подтверждающие возникновение долга; совершенная сделка уступки права требования (цессии) экономически не обоснована, поскольку соответствующее право требования к должнику уступлено по номинальной стоимости, без дисконта и возможности получения прибыли, изложенное, по мнению заявителя, в том числе свидетельствует о ничтожности (мнимости, притворности) указанной сделки; ссылалась на заинтересованность и аффилированность ООО «Григорьев Групп», а также на наличие корпоративного конфликта между кредиторами в рамках дела о банкротстве должника; настаивает, что ООО «Григорьев Групп» является поверенным ООО «Дальрео», фактически рассчитавшимся по обязательствам последнего перед МУП «Водоканал» его же денежными средствами; дополнительно заявителем указано, что в данном случае имеются оплаты, поступившие от ООО «Дальрео» в пользу МУП «Водоканал», которые не были учтены при принятии итогового судебного акта по существу по настоящему спору, а именно платежи от 26.11.2021 на сумму 32 000 руб., от 29.02.2024 на сумму 300 000 руб.

Однако, как верно указано судом первой инстанции, вопреки утверждению ФИО2 при принятии первоначального судебного акта по настоящему спору исследованы и оценены все имеющиеся в материалах дела доказательства, включая, в том числе договор на временные условия приема загрязняющих веществ в сточных водах от 01.07.2021 №10606, заключённый между ООО «Дальрео» и МУП «Водоканал»; акт сверки от 11.01.2024; счета-фактуры за период март-декабрь 2022 года с расшифровками начислений по ним, а также представленные дополнительно письменные пояснения, содержащие подробный расчет по иску и иные материалы дела.

В связи с чем, совокупность имеющихся в деле доказательств позволила суду прийти к выводу о наличии на стороне ООО «Дальрео» непогашенной на момент рассмотрения спора по существу задолженности.

При этом, оснований сомневается в достаточности и достоверности доказательств, имеющихся в материалах настоящего дела, а также для  признания спорного договора незаключённым или недействительным судом самостоятельно не установлено, заявителем не приведено.

Помимо этого, судом первой инстанции правомерно указано о том, что платежи, на которые ссылается ФИО2, от  26.11.2021  на сумму 32 000 руб., от 29.02.2024 на сумму 300 000 руб. не могли и не должны были учитываться судом при принятии итогового решения по настоящему делу, так как период образования спорной задолженности в данном случае март-декабрь 2022 года.

В отношении содержащихся в представленном в материалы дела акте сверки от 11.01.2024 указаний на взаимозачеты, согласно пояснениям представителя МУП «Водоканал», данным в судебном заседании, фактически представляли собой разнесение поступивших от ООО «Дальрео» платежей, которые не содержали назначений, по более ранним периодам задолженности в порядке статьи 319.1 ГК РФ, при этом никаких иных зачетов фактически между сторонами не совершалось в рамках спорного договора.

В отношении довода ФИО2 о нецелесообразности заключения договора уступки права требования (цессии) и приобретения соответствующего права требования по номинальной стоимости без дисконта и возможности последующего получения прибыли, судом первой инстанции правомерно указано, что по смыслу правовой позиции, изложенной Конституционным Судом Российской Федерации в Постановлении от 24.02.2004 №3-П, судебный контроль не призван проверять экономическую целесообразность решений, принимаемых субъектами предпринимательской деятельности, которые в сфере бизнеса обладают самостоятельностью и широкой дискрецией, поскольку в силу рискового характера такой деятельности существуют объективные пределы в возможностях судов выявлять наличие в ней деловых просчетов.

Сами по себе указанные обстоятельства не свидетельствуют о недействительности названной сделки, а противоположная позиция заявителя по этому вопросу судом признается несостоятельной, как основанная на неверном толковании и понимании приведенных им же норм материального права.

Согласно пункту 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

Для признания сделки недействительной на основании пункта 1 статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что на момент совершения сделки стороны не намеревались создать соответствующие правовые последствия, характерные для сделок данного вида. При этом обязательным условием признания сделки мнимой является порочность воли каждой из ее сторон. Мнимая сделка не порождает никаких правовых последствий, совершая мнимую сделку, стороны не имеют намерений ее исполнить либо требовать ее исполнения.

Вместе с тем, как верно указано судом первой инстанции, объективных доказательств, свидетельствующих о мнимости договора, и о порочности воли, в том числе со стороны МУП «Водоканал», в материалы дела заявителем не представлено.

Напротив, что также верно указано судом первой инстанции, из представленных в материалы дела документов усматривается реальность спорных правоотношений как в отношении договора на временные условия приема загрязняющих веществ в сточных водах от 01.07.2021 №10606, заключенного задолго до начала процедуры банкротства должника, еще в 2021 году, так и договора уступки права требования (цессии) обязательства по оплате, по передачи права требования к должнику, а равно по направлению в адрес которого соответствующего уведомления о состоявшейся уступке сторонами фактически исполнены.

При этом, что также верно указано судом первой инстанции, ссылки ФИО2 на то, что ООО «Григорьев Групп» является поверенным ООО «Дальрео», фактически рассчитавшимся по обязательствам последнего перед МУП «Водоканал» его же денежными средствами, не нашло свое подтверждения в процессе рассмотрения настоящего дела, не подтверждено относимыми, допустимыми и достоверными доказательствами.

Помимо этого, в соответствии с правовой позицией, изложенной в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 20.08.2020 №305-ЭС20-8593, допускается уступка прав требования независимого кредитора, которым в настоящем случае выступает МУП «Водоканал» к заинтересованному по отношению к должнику кредитору, которым, по мнению заявителя, в данном случае является  ООО «Григорьев Групп», без каких-либо негативных последствий для аффилированного лица, в том числе, включая возможность включения последнего в реестр требований кредиторов на правах конкурсного кредитора.

Кроме того, как верно указано судом первой инстанции, фактически совокупность приведенных ФИО2 доводов относительно необходимости пересмотра принятых по настоящему делу судебных актов и указанные ей обстоятельства, включая ссылку на корпоративный конфликт между кредиторами в рамках дела о банкротстве должника, не отвечают критериям вновь открывшихся обстоятельств, указанным в части 2 статьи 311 АПК РФ, не входят в предмет по настоящему спору и не должны исследоваться и устанавливаться судом при производстве по данному делу.

Вместе с тем, могут и должны быть учтены в рамках производства по делу о признании ООО «Дальрео» несостоятельным (банкротом), в том числе при рассмотрении вопроса о возможном субординировании требований.

Таким образом, обстоятельства, на которые ссылается ФИО2 в обоснование заявления о пересмотре судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, не могут сами по себе выступать в качестве вновь открывшихся обстоятельств, поскольку они не отвечают вышеуказанным признакам (часть 2 статьи 311 АПК РФ), не порождают возникновение, изменение или прекращение правоотношений, которые были рассмотрены в суде первой инстанции.

Наряду с этим, что также верно указано судом первой инстанции,  на дату рассмотрения заявления ФИО2 в рамках производства по делу о признании ООО «Дальрео» несостоятельным (банкротом) №А73-19187/2023 вопрос о включении в реестр требований кредиторов спорных требований ООО «Григорьев Групп» еще не разрешен, судом повторно проверяется обоснованность и правомерность соответствующих требований с учетом действующего в рамках дела о банкротстве повышенного стандарта доказывания, истребуются необходимые дополнительные доказательства, что, в свою очередь, позволяет ФИО2,  как кредитору должника, в полной мере реализовать принадлежащие ей субъективные права на оспаривание соответствующих требований.

В свою очередь, судом первой инстанции обоснованно указано, что в рамках производства по настоящему заявлению по существу преследуемый ФИО2 правовой интерес сводится к лишению соответствующего статуса неудобного для нее конкурирующего кредитора в рамках дела о банкротстве, имеющего активную правовую позицию, что также не является достаточным основанием для удовлетворения поданного ей заявления.

С учетом вышеизложенного, суд первой инстанции, принимая во внимание, что обстоятельства, на которые ссылается ФИО2, не являются вновь открывшимся обстоятельством по смыслу статьи 311 АПК РФ, пришел к правомерному выводу об отсутствии правовых оснований для пересмотра решения суда от 26.04.2024, определения суда от 24.06.2024                  по вновь открывшимся обстоятельствам.

Доводы жалобы о том, что основным из доказательств являлось определение источника денежных средств для совершения цессии, но суд отказался исследовать данные доводы, поскольку отказался истребовать банковские выписки, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, поскольку не является вновь открывшимся по смыслу статьи 311 АПК РФ.

Доводы жалобы об ошибочности  вывода суда первой инстанции о том, что при проверке договора цессии суд не исследует экономическую целесообразность хозяйственных операций, подлежат отклонению судом апелляционной инстанции, как основанные на неверном толковании норм права, регулирующие вопрос пересмотра судебного акта по правилам главы 37 АПК РФ.

При этом следует отметить, что сущность и особенность проверки судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам, ее отличие от проверки судебных актов в апелляционном, кассационном порядке и в порядке надзора заключаются в том, что для пересмотра судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам необходимо открытие таких обстоятельств, которые арбитражный суд не мог учесть при рассмотрении дела, так как эти обстоятельства (юридические факты) реально существовали, но не были и не могли быть известны ни участвующим в деле лицам, ни, соответственно, арбитражному суду, и о них стало известно лишь после принятия судебного акта.

Доводы жалобы о том, что кредитор представил доказательства того, что счета третьих лиц использовались для оплат контрагентом, то есть представили доказательства такой возможности, что для банкротства влечет необходимость исследования с повышенным стандартом доказывания, отклоняются судом апелляционной инстанции, поскольку  подлежат установлению в рамках рассмотрении дела о признании должника несостоятельным (банкротом).

Также следует отметить, что пересмотр судебных актов по вновь открывшимся обстоятельствам является экстраординарной процедурой, применение которой в целях обеспечения принципа стабильности судебных решений допускается только в исключительных случаях в целях защиты прав лица, ссылающегося на новые или вновь открывшиеся обстоятельства, и не должно нарушать баланс интересов сторон, основанного на этих актах.

Иные доводы, изложенные в жалобе, проверены судом апелляционной инстанции и подлежат отклонению, так как свидетельствуют о несогласии с выводами суда первой инстанции и не могут являться основанием для отмены обжалуемого судебного акта, принятого с правильным применением норм материального права.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта, судом первой инстанции не допущено.

В связи с чем, основания для отмены определения суда 16.08.2024 и удовлетворения апелляционной жалобы отсутствуют.

В силу статьи 110 АПК РФ расходы по государственной пошлине за рассмотрение апелляционной жалобы относятся на ее заявителя.

Руководствуясь статьями 258, 268-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Шестой арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Хабаровского края от 16.08.2024 по делу №А73-3990/2024 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в порядке кассационного производства в Арбитражный суд Дальневосточного округа в течение одного месяца со дня его принятия, через арбитражный суд первой инстанции.

 

Судья                                                                                 Т.Д. Козлова