ДЕВЯТНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ

АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

Дело №А36-3194/2018

г. Воронеж

12 февраля 2019 года

Резолютивная часть постановления объявлена 05 февраля 2019 г.

Постановление в полном объеме изготовлено  12 февраля 2019 г.

Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд в составе:

председательствующего судьи                                              Потаповой Т.Б.,

судей                                                                                         Безбородова Е.А.,

                                                                                                   ФИО1, 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО2,

при участии:

от АО «РОСНАНО»: представитель не явился, извещен надлежащим образом;

от иных лиц, участвующих в деле: представители не явились, извещены надлежащим образом, 

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу АО «РОСНАНО» на определение Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 по делу №А36-3194/2018 (судья Пустохина Е.Ф.)

по рассмотрению заявления АО «РОСНАНО» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о включении требований в сумме 21 891 701 руб. 38 коп. в реестр требований кредиторов должника, 

в рамках дела, возбужденного по заявлению ООО «Неразрушающий контроль» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) к ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» (ОГРН 

<

***>, ИНН 

<

***>) о признании несостоятельным (банкротом),

УСТАНОВИЛ:

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 25.05.2018 признано обоснованным заявление ООО «Неразрушающий контроль» о признании ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» (далее – должник) несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура банкротства наблюдение, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением суда от 21.09.2018 ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО3

АО «РОСНАНО» (далее – заявитель, кредитор) обратилось в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» требований в сумме 21 891 701 руб. 38 коп., составляющих задолженность по договору займа от 31.07.2017.

Определением Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 в удовлетворении вышеуказанного заявления АО «РОСНАНО» отказано.

Не согласившись с вынесенным определением и ссылаясь на его незаконность и необоснованность, кредитор обратился в Девятнадцатый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит определение Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 отменить и принять новый судебный акт об удовлетворении его требований.

В судебное заседание апелляционной инстанции заявитель апелляционной жалобы, представители иных лиц, участвующих в споре, не явились.

Учитывая наличие у суда доказательств надлежащего извещения всех лиц, участвующих в обособленном споре, о времени и месте судебного разбирательства, апелляционная жалоба рассматривалась в отсутствие  их представителей в порядке статей 123, 156, 266 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ). 

Изучив материалы дела, обсудив доводы апелляционной жалобы, суд апелляционной инстанции полагает, что определение Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 следует оставить без изменения, а апелляционную жалобу – без удовлетворения, по следующим основаниям.

В силу пункта 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В соответствии со статьей 16 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» требования кредиторов включаются в реестр требований кредиторов и исключаются из него арбитражным управляющим или реестродержателем исключительно на основании вступивших в силу судебных актов, устанавливающих их состав и размер, если иное не определено настоящим пунктом.

Согласно абзацу 2 пункта 1 статьи 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» установление размера требований кредиторов в ходе конкурсного производства осуществляется в порядке, предусмотренном статьей 100 настоящего Федерального закона. 

В силу статей 100, 142 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» при рассмотрении требования кредитора в деле о несостоятельности (банкротстве) арбитражный суд проверяет его обоснованность и наличие оснований для включения в реестр требований кредиторов должника. По результатам рассмотрения арбитражный суд выносит определение о включении или об отказе во включении требований кредиторов в реестр требований кредиторов.

Статьей 65 АПК РФ предусмотрено, что каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которое оно ссылается в обоснование своих требований и возражений. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий (пункт 2 статьи 9 АПК РФ). 

В соответствии с процессуальными правилами доказывания (статьями 65, 68 АПК РФ) кредитор обязан доказать допустимыми доказательствами правомерность своих требований, вытекающих из неисполнения другой стороной ее обязательств.

Исходя из положений пункта 26 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.06.2012 №35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве», в силу пунктов 3 - 5 статьи 71 и пунктов 3 - 5 статьи 100 Закона о банкротстве проверка обоснованности и размера требований кредиторов осуществляется судом независимо от наличия разногласий относительно этих требований между должником и лицами, имеющими право заявлять соответствующие возражения, с одной стороны, и предъявившим требование кредитором - с другой стороны. При установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности.

В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве не подлежит применению часть 3.1 статьи 70 АПК РФ, согласно которой обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований; также при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 АПК РФ), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

В рассматриваемом случае, в обоснование заявленных требований        АО «РОСНАНО» сослалось на следующие обстоятельства.

Между АО «РОСНАНО» (займодавец) и ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» (заемщик) 31.07.2017 подписан договор о предоставлении займов, по условиям которого займодавец обязуется предоставить заемщику транши в размере и на условиях, предусмотренных договором, а заемщик – возвратить полученные денежные средства и уплатить проценты за пользование траншами, а также иные платежи, подлежащие уплате займодавцу, в порядке, предусмотренном договором.

Согласно пунктам 2.4, 2.5 договора первый транш в сумме 5 000 000 руб. предоставляется не ранее 25.07.2017, второй в сумме 5 000 000 руб. – не ранее 30.08.2017, третий в сумме 5 000 000 руб. – не ранее 30.09.2017, четвертый в сумме 5 000 000 руб. – не ранее 30.10.2017.

За пользование всеми траншами заемщик уплачивает займодавцу проценты в размере 15%.

В соответствии с пунктом 3.1 договора займ предоставляется для целей реализации проекта, в т.ч.: на пополнение оборотных средств заемщика для осуществления расходов на сырье, материалы, вспомогательные материалы для производства, в т.ч. транспортировка и таможенное оформление; на погашение кредиторской задолженности перед поставщиками и подрядчиками, на осуществление операционной деятельности заемщика (в т.ч. выплата заработной платы, оплата налоговых платежей, приобретение материалов, оплата работ и услуг, оплата иных расходов).

Пунктом 2.3. договора в редакции дополнительного соглашения №1 от 27.12.2017 предусмотрено,  что дата возврата займа – 31.12.2018.

Как указал кредитор, во исполнение договорных обязательств АО    «РОСНАНО» предоставило денежные средства в сумме 20 000 000 руб. (платежные поручения №443 от 01.08.2017, №564 от 29.09.2017, №611 от 10.10.2017, №778 от 08.12.2017).

Ссылаясь на вышеуказанные обстоятельства и неисполнение должником договорных обязательств по возврату заемных денежных средств, АО «РОСНАНО» обратилось в арбитражный суд с  требованием  о включении задолженности в общей сумме 21 891 701  руб.  38  коп. (20 000 000 руб. – основной долг, 1 891 701 руб. 38 коп. – проценты, начисленные на сумму займа) в реестр требований кредиторов ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС». 

Статьей 307 Гражданского кодекса  РФ предусмотрено право кредитора требовать от должника исполнения его обязанности.

В силу части 1 статьи 807 Гражданского кодекса  РФ по договору займа одна сторона (заимодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Договор займа является реальным и считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Согласно статье 810 Гражданского кодекса РФ заемщик обязан возвратить заимодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, на момент заключения договора займа от 31.07.2017 на стороне займодавца выступал один из участников должника – АО «РОСНАНО», владеющий долей в уставном капитале общества в размере 48,28% (л.д. 23).

Таким образом, судом установлено и не оспаривается участниками настоящего спора, что вышеуказанный займ в размере 20 000 000 руб. был предоставлен участником ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС».

Проанализировав представленные по делу доказательства, нормы действующего законодательства, сложившуюся судебную практику и  позицию Верховного Суда Российской Федерации по аналогичным спорам, суд первой инстанции указал следующее.

В определениях Верховного Суда Российской Федерации от 15.09.2016 №308-ЭС16-7060, от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(1), от 30.03.2017 №306-ЭС16-17647(7), от 26.05.2017 №306-ЭС16-20056(6), от 15.06.2016 №308-ЭС16-1475 отражено, что факт аффилированности предъявившего требование кредитора и должника, хотя и не свидетельствует сам по себе о намерении сторон искусственно создать задолженность, однако при заявлении иными незаинтересованными участниками процесса обоснованных возражений возлагает бремя опровержения таких возражений на аффилированного кредитора.

Данное обстоятельство означает, что внешние по отношению к должнику и АО «РОСНАНО» кредиторы, а равно и конкурсный управляющий, стеснены в обнаружении и представлении в суд доказательств, касающихся правоотношений между аффилированными с должником лицами, что в силу статей 7 - 9, 65 АПК РФ оправдывает повышенный стандарт доказывания по отношению к требованиям к должнику, исходящим от заинтересованного по отношению к нему лица.

Действующее законодательство о банкротстве не содержит положений, согласно которым очередность удовлетворения требований аффилированных (связанных) с должником кредиторов по гражданским обязательствам, не являющимся корпоративными, понижается. При этом выдача займа участником должника сама по себе не может свидетельствовать о корпоративном характере требования по возврату полученной суммы для целей банкротства.

Вместе с тем, исходя из конкретных обстоятельств дела, суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам пункта 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации либо по правилам об обходе закона (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве), признав за спорным требованием статус корпоративного.

Верховный Суд Российской Федерации в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам от 06.07.2017 №308-ЭС17-1556 (1, 2), от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734 (4, 5), от 21.02.2018 №310-ЭС17-17994 (1, 2) сформировал подход, в соответствии с которым при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству.

В силу абзаца восьмого статьи 2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» к числу конкурсных кредиторов не могут быть отнесены участники, предъявляющие к должнику требования из обязательств, вытекающих из факта участия. 

По смыслу названной нормы к подобного рода обязательствам относятся не только такие, существование которых прямо предусмотрено корпоративным законодательством (выплата дивидендов, действительной стоимости доли и т.д.), но также и обязательства, которые, хотя формально и имеют гражданско-правовую природу, в действительности таковыми не являются (в том числе по причине того, что их возникновение и существование было бы невозможно, если бы заимодавец не участвовал в капитале должника).

При функционировании должника в отсутствие кризисных факторов его участник, как член высшего органа управления (статья 32 Федерального закона «Об обществах с ограниченной ответственностью», статья 47 Федерального закона «Об акционерных обществах»), объективно влияет на хозяйственную деятельность должника (в том числе посредством заключения с последним сделок, условия которых недоступны обычному субъекту гражданского оборота, принятия стратегических управленческих решений и т.д.).

Поэтому, в случае последующей неплатежеспособности (либо недостаточности имущества) должника, исходя из требований добросовестности, разумности и справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ), на такого участника подлежит распределению риск банкротства контролируемого им лица, вызванного косвенным влиянием на неэффективное управление последним, посредством запрета в деле о несостоятельности противопоставлять свои требования требованиям иных (независимых) кредиторов.

В этой связи, при оценке допустимости включения основанных на договорах займа требований участников следует детально исследовать природу соответствующих отношений, сложившихся между должником и заимодавцем, а также поведение потенциального кредитора в период, предшествующий банкротству. В частности, предоставление должнику денежных средств в форме займа (в том числе на льготных условиях) может при определенных обстоятельствах свидетельствовать о намерении заимодавца временно компенсировать негативные результаты своего воздействия на хозяйственную деятельность должника. В такой ситуации заем может использоваться вместо механизма увеличения уставного капитала, позволяя на случай банкротства формально нарастить  подконтрольную кредиторскую задолженность с противоправной целью последующего уменьшения в интересах должника и его аффилированных лиц количества голосов, приходящихся на долю независимых кредиторов, чем нарушается обязанность действовать в интересах кредиторов и должника.

При таких условиях, с учетом конкретных обстоятельств дела суд вправе переквалифицировать заемные отношения в отношения по поводу увеличения уставного капитала по правилам п. 2 ст. 170 ГК РФ либо при установлении противоправной цели - по правилам об обходе закона (п. 1 ст. 10 ГК РФ, абз. 8 ст. 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), признав за прикрываемым требованием статус корпоративного, что является основанием для отказа во включении его в реестр.

Пока не доказано иное, предполагается, что мажоритарные участники (акционеры), голоса которых имели решающее значение при назначении руководителя, своевременно получают информацию о действительном положении дел в хозяйственном обществе. При наличии такой информации контролирующие участники (акционеры) де-факто принимают управленческое решение о судьбе должника - о даче согласия на реализацию выработанной руководителем стратегии выхода из кризиса и об оказании содействия в ее реализации либо об обращении в суд с заявлением о банкротстве должника.

Поскольку перечисленные случаи невозможности продолжения хозяйственной деятельности в обычном режиме, как правило, связаны с недостаточностью денежных средств, экономически обоснованный план преодоления тяжелого финансового положения предусматривает привлечение инвестиций в бизнес, осуществляемый должником, в целях пополнения оборотных средств, увеличения объемов производства (продаж), а также докапитализации на иные нужды.

Соответствующие вложения могут оформляться как путем увеличения уставного капитала, так и предоставления должнику займов либо иным образом.

При этом если участник (акционер) вкладывает свои средства через корпоративные процедуры, соответствующая информация раскрывается публично и становится доступной кредиторам и иным участникам гражданского оборота. В этом случае последующее изъятие вложенных средств также происходит в рамках названных процедур (распределение прибыли, выплата дивидендов и т.д.).

Когда же участник (акционер) осуществляет вложение средств с использованием заемного механизма, финансирование публично не раскрывается. При этом оно позволяет завуалировать кризисную ситуацию, создать перед кредиторами и иными третьими лицами иллюзию благополучного положения дел в хозяйственном обществе.

Однако обязанность контролирующего должника лица действовать разумно и добросовестно в отношении как самого должника (пункт 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации), так и его кредиторов подразумевает в числе прочего оказание содействия таким кредиторам в получении необходимой информации, влияющей на принятие ими решений относительно порядка взаимодействия с должником (абзац третий пункта 1 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 №25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Поэтому в ситуации, когда одобренный мажоритарным участником (акционером) план выхода из кризиса, не раскрытый публично, не удалось реализовать, на таких участников (акционеров) относятся убытки, связанные с санационной деятельностью в отношении контролируемого хозяйственного общества, в пределах капиталозамещающего финансирования, внесенного ими при исполнении упомянутого плана. Именно эти участники (акционеры), чьи голоса формировали решения высшего органа управления хозяйственным обществом (общего собрания участников (акционеров)), под контролем которых находился и единоличный исполнительный орган, ответственны за деятельность самого общества в кризисной ситуации и, соответственно, несут риск неэффективности избранного плана непубличного дофинансирования (определение Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС15-5734(4, 5)).

Предоставляя подобное финансирование в тяжелый для подконтрольного общества период деятельности, такой мажоритарный участник должен осознавать повышенный риск невозврата переданной обществу суммы. Если план выхода из кризиса реализовать не удастся, то данная сумма не подлежит возврату, по крайней мере, до расчетов с независимыми кредиторами. В частности, в деле о банкротстве общества требование мажоритарного участника, фактически осуществлявшего докапитализацию, о возврате финансирования не может быть уравнено с требованиями независимых кредиторов (противопоставлено им), поскольку вне зависимости от того, каким образом оформлено финансирование, оно по существу опосредует увеличение уставного капитала. Иной вывод противоречил бы самому понятию конкурсного кредитора (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве, определение Верховного Суда Российской Федерации от 15.02.2018 №305-ЭС17-17208).

К тому же изъятие вложенного названным участником (акционером) не может быть приравнено к исполнению обязательств перед независимыми кредиторами и в силу недобросовестности такого поведения (пункт 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации). Возврат приобретшего корпоративную природу капиталозамещающего финансирования не за счет чистой прибыли, а за счет текущей выручки должника необходимо рассматривать как злоупотребление правом со стороны мажоритарного участника (акционера).

АО «РОСНАНО», не согласившись с данными выводами суда первой инстанции, пояснил, что ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС» было создано в 2011 году с целью реализации проекта по организации производства проволоки. До настоящего времени проект не реализован, производство не ведется. В 2017 году общество обратилось к участнику за предоставлением займа с целью погашения кредиторской задолженности, выплаты заработной платы, дальнейшей реализации проекта. Вопрос об увеличении уставного капитала общества участниками не ставился. На период предоставления займа у должника имелась кредиторская задолженность более 1 млрд. руб. В связи с чем, настоящие требования основанные на договоре займа нельзя рассматривать как требования, вытекающие из корпоративных отношений.

Проанализировав представленные доказательства и заявленные возражения, суд первой инстанции отклонил довод АО «РОСНАНО» о том, что он не обладал достаточным объемом корпоративных прав для того, чтобы предоставить финансирование через корпоративные процедуры, по следующим основаниям.

Согласно пунктам 8.1, 8.3 Устава АО «РОСНАНО» по решению общего     собрания, принимаемого всеми участниками единогласно, участники общества обязаны вносить вклады в имущество общества. Решением о внесении вкладов в имущество должны быть определены: общая стоимость вкладов, срок внесения и их состав. Вклады в имущество могут вноситься всеми участниками общества пропорционально их долям в уставном капитале или определенными участниками общества. Вклады в имущество не изменяют размеры и номинальную стоимость долей участников в уставном капитале.

В силу пункта 14.2.17 Устава увеличение уставного капитала общества за счет внесения дополнительных вкладов участниками принимается единогласно всеми участниками общества.

Участник общества вправе подавать заявления о внесении дополнительного вклада в уставный капитал общества и вносить дополнительные вклады в уставный капитал в случае принятия общим собранием участников решения о внесении дополнительных вкладов в уставный капитал общества, требовать созыва внеочередного общего собрания, а также созывать внеочередное общее собрание участников общества (пункты 6.1.9, 6.1.11 Устава).

В данном случае в материалах дела отсутствуют доказательства того, что заявителем принимались меры к созыву собрания по вопросу внесения дополнительного вклада.

При таких обстоятельствах, апелляционная коллегия соглашается с позицией суда первой инстанции о том, что указанные требования вытекают из корпоративных правоотношений, не подлежат удовлетворению и включению в реестр требований кредиторов должника как задолженность в связи с неисполнением  обязательств по договору займа от 31.07.2017.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о неправомерности выводов  суда первой инстанции, подлежат отклонению как несостоятельные и опровергающиеся материалами настоящего обособленного спора.

Заявителем не обоснованы разумные экономические мотивы выбора конструкции займа. Доказательств того, что после заключения договора займа кредитором принимались какие-либо меры по взысканию задолженности, в том числе, обращения за взысканием задолженности в суд, в материалах дела не имеется.

Таким образом, исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в  отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ, суд первой инстанции пришел к обоснованному выводу об отсутствии оснований для включения требований АО «РОСНАНО» в реестр требований кредиторов ООО «КАТТИНГ ЭДЖ ТЕХНОЛОДЖИС», доводы, изложенные в апелляционной жалобе, сводятся к несогласию с установленными в определении суда обстоятельствами и их оценкой, однако иная оценка заявителем этих обстоятельств не может служить основанием для отмены принятого судебного акта.

Нарушений норм процессуального права, являющихся согласно ст. 270 АПК РФ безусловным основанием для отмены судебного акта, апелляционным судом не установлено.

При таких обстоятельствах, определение Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 следует оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

При подаче апелляционных жалоб на определения, не перечисленные в подпункте 12 пункта 1 статьи 333.21 НК РФ, государственная пошлина не уплачивается.

Руководствуясь  п. 1 статьей 269, статьей 271 АПК РФ суд,

ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда Липецкой области от 16.11.2018 по делу №А36-3194/2018 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Центрального округа в месячный срок через арбитражный суд первой инстанции согласно части 1 статьи 275 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья                                          Т.Б. Потапова

Судьи                                                                                   Е.А. Безбородов 

                                                                                                                       ФИО1