Дело № А43-33574/2019

город Владимир

24 февраля 2025 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 февраля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 февраля 2025 года.

Первый арбитражный апелляционный суд в составе: 

председательствующего судьи Сарри Д.В., 

судей Кузьминой С.Г., Полушкиной К.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Савиновой Л.В., 

рассмотрел в открытом судебном заседании апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан» ФИО1 на определение Арбитражного суда Нижегородской области от 08.07.2024 по делу № А43-33574/2019, принятое по заявлению конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан»» (ИНН 

<

***>, ОГРН 

<

***>) ФИО1 о привлечении ФИО2 и ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 13 Автозаводского района г. Нижнего Новгорода» к субсидиарной ответственности,

при участии в судебном заедании 27.01.2025 до перерыва:

представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан» ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 03.10.2024 сроком действия на шесть месяцев;

ФИО2 - лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации,  и его представителя ФИО4 по доверенности серия 52 АА № 5369411 от 07.12.2021 сроком действия на пять лет;

представителя ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 13 Автозаводского района г. Нижнего Новгорода» – ФИО5 по доверенности № 122 от 22.01.2025 сроком действия до 31.12.2025;

представителя конкурсного кредитора АО «Акционерное специализированное предприятие «Отделстрой-1» – ФИО6 по доверенности от 22.08.2024 сроком действия один год и директора ФИО7 лично (паспорт гражданина Российской Федерации), на основании приказа № 5 от 16.09.2023 о вступлении в должность директора;

при участии в судебном заседании 10.02.2025 после перерыва:

представителя конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан» ФИО1 – ФИО3 по доверенности от 03.10.2024 сроком действия на шесть месяцев;

ФИО2 – лично, на основании паспорта гражданина Российской Федерации, и его представителя ФИО4 по доверенности серия 52 АА № 5369411 от 07.12.2021 сроком действия на пять лет;

представителей ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 13 Автозаводского района г. Нижнего Новгорода» – ФИО5 по доверенности № 122 от 22.01.2025 сроком действия до 31.12.2025, ФИО8 по доверенности № 123 от 22.01.2025 сроком действия до 31.12.2025; 

представителя конкурсного кредитора АО «Акционерное специализированное предприятие «Отделстрой-1» – ФИО6 по доверенности от 22.08.2024 сроком действия один год и директора ФИО7 лично (паспорт гражданина Российской Федерации), на основании приказа № 5 от 16.09.2023 о вступлении в должность директора, 

установил:

в рамках дела о несостоятельности общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан» (далее – Общество, должник) его конкурсный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий) обратился в Арбитражный суд Нижегородской области с заявлением о привлечении ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) и ФИО9 к субсидиарной ответственности в размере 14 092 489 руб. 63 коп.

Арбитражный суд Нижегородской области определением от 14.12.2022, оставленным без изменения 

постановление

м Первого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023, удовлетворил заявление в части привлечения ФИО2 к субсидиарной ответственности в размере 14 092 489 руб. 63 коп., взыскав указанную сумму в конкурсную массу должника.

Не согласившись с состоявшимися судебными актами, ФИО2 обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просил их отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Постановлением Арбитражного суда кассационной инстанции от 10.11.2023 года суд округа отменил определение Арбитражного суда Нижегородской области от 14.12.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023, направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

При новом рассмотрении спора конкурсный управляющий в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уточнил требование, а именно: просил признать ГБУЗ НО «Городская клиническая больница № 13 Автозаводского района г. Н. Новгорода» (далее – Больница, соответчик) контролирующим должника лицом - конечным бенефициаром; привлечь контролирующих должника лиц - участника и бывшего руководителя Общества ФИО2 и Больницу к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; взыскать солидарно с ФИО2 и Больницы 14 092 489 руб. 63 коп. в конкурсную массу.

Определением от 28.02.2024 (резолютивная часть) к участию в споре  Больница привлечена в качестве соответчика. 

Определением от 08.07.2024 Арбитражный суд Нижегородской областив удовлетворении заявленных требований отказал.

Конкурсный управляющий не согласился с определением суда первой инстанции от 08.07.2024 и обратился в Первый арбитражный апелляционный суд с апелляционной жалобой, в которой просит его отменить по основаниям, изложенным в жалобе и принять по делу новый судебный акт.

В обоснование апелляционной жалобы конкурсный управляющий настаивает на наличии оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности. Считает, что судом первой инстанции при новом рассмотрении спора не приняты во внимание поставленные на рассмотрение судом кассационной инстанции вопросы. Доводы ФИО2 об изъятии правоохранительными органами у него всех документов, относящихся к деятельности Общества, и не возвращении их, необоснованно приняты судом во внимание, поскольку они были возвращены, но при этом не переданы конкурсному управляющему. Иные документы, относящиеся к деятельности Общества, но не изъятые правоохранительными органами, также не передавались управляющему. Результат подрядных работ мог быть учтен должником только в строке бухгалтерского баланса «Основные средства», где соответственно Обществом было указано основных средств на сумму 425 тыс. руб., при том, что стоимость подрядных работ составила 15 296 724 руб. Судом первой инстанции не исследован вопрос, являлись ли все улучшения произведенные должником в пользу Больницы неотделимыми от основного объекта аренды, и могли ли они быть переданы, полностью либо в части, в конкурсную массу должника. Непередача документов повлекла невозможность формирования конкурсной         массы и предъявления требований к третьим лицам, проанализировать все сделки по отчуждению имущества на предмет их подозрительности. Кроме того, судом не дана оценка доводам о наличии оснований для привлечения к ответственности Больницы. Заключение договора аренды нежилых помещений от 01.08.2015 № 504 на экономически невыгодных для должника условиях повлекло неплатежеспособность Общества. Конкурсный управляющий настаивает, что Больница является конечным бенефициаром должника.

Более подробно доводы изложены в апелляционной жалобе.

Больница в письменных пояснениях указывала на законность принятого судебного акта. Считает доводы о наличии оснований для привлечения ее к субсидиарной ответственности по обязательствам должника несостоятельными, апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению. Отмечает, что судами всех инстанций уже давалась оценка доводам конкурсного управляющего, в том числе оценка действий АО «Акционерное специализированное предприятие «Отделстрой-1» (далее – Предприятие, кредитор) в отношении выполнения работ без проведения взаиморасчетов с Обществом и заключении дополнительных соглашений о продлении срока подрядного договора. Система вентиляции и пожарная сигнализация является неотъемлемой частью здания и не могут выполнять свои функции отдельно от него, оснований для их учета в качестве самостоятельного инвентарного объекта не имеется. 

ФИО2 в отзыве указал на необоснованность заявленных доводов, просил определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. Ссылается на отсутствие вины в невозможности предоставления документации ввиду изъятия ее правоохранительными органами. Отсутствие информации по заключенным договорам займа не повлияло на процедуру банкротства. В соответствии с решением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.04.2021 по делу № А43-247/2021 договор аренды не является незаключенным, недействительным не признан, неосновательное обогащение на стороне Больницы отсутствует. Выводы конкурсного управляющего относительно наличия оснований для привлечения Больницы к субсидиарной ответственности противоречат выводам суда кассационной инстанции. 

Конкурсный управляющий в письменных позициях заявил возражения на позиции ответчиков, настаивая на наличии оснований для привлечения их к субсидиарной ответственности. Пояснил, что им предпринимались попытки истребования имущества и документации должника, однако судом было отказано в удовлетворении заявления. Какое именно имущество, и в каком количестве, приобреталось должником, установить не представляется возможным. Из материалов дела следует наличие контроля со стороны Больницы за деятельностью должника, поскольку работы по капитальному ремонту и реконструкции арендуемых помещений выполнялись с согласий и по согласованию с Больницей; подрядные работы велись под ее контролем; в результате заключения договора аренды от 01.08.2015 № 504 получила не только арендные платежи в сумме 4 637 596,27 руб., но и профильную клинику на базе больницы, сметной стоимостью 15 183 748 руб., а также иное оборудование, приобретенное должником и оставленное в качестве неотделимых улучшений нежилых помещений арендодателя; отсутствие со стороны Больницы мер по принудительному взысканию задолженности путем включения требований в реестр требований кредиторов; расторжение договора аренды после полного завершения работ по договору подряда от 02.12.2015 повлекло прекращение деятельности должника. В отношении совместного осмотра помещения отметил, что имущества, а именно вентиляционного оборудования, не встроенного в конструкцию помещений (кондиционеры, воздухонагреватели, воздухоохладители, секции бактерицидные), а также специализированных медицинских кроватей с матрацами в количестве 5 штук, не оказалось. Следы от того, что вентиляционное оборудование было снято, имеются. Доводы о том, что ремонт на арендованных площадях производился без согласования с арендодателем, не соответствуют фактическим обстоятельствам. Больница, в период аренды помещений должником и проведения работ подрядчиком по капитальному ремонту, осуществляла контроль за деятельностью должника, получала от него денежные средства в качестве арендных и эксплуатационных платежей, а впоследствии и приобрела результат работ по договору подряда от 02.12.2015 безвозмездно, и потому, по его мнению, является конечным бенефициаром должника.

Рассмотрение апелляционной жалобы в порядке статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации неоднократно откладывалось с целью представления лицами, участвующими в деле, письменной позиции по вопросам суда, а также с целью проведения осмотра спорного помещения лицами, участвующими в деле.

Определением Первого арбитражного апелляционного суда от 27.01.2025 на основании пункта 2 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в составе суда произведена замена судьи Волгиной О.А. находящейся в отпуске, на судью Полушкину К.В., в связи с чем рассмотрение апелляционной жалобы начато с самого начала.

            В судебном заседании 27.01.2025 вопрос о приобщении к материалам дела документов, представленных лицами, участвующими в деле, был оставлен открытым, сторонам предложено представить позицию относительно их приобщения.

            В соответствии со статьей 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании 27.01.2025 объявлен перерыв до 11 час. 00 мин. 10.02.2025. 

После перерыва судебное заседание продолжено.

Больница в дополнении указала на преюдициальное значение для данного обособленного спора вынесенных ранее судебных актов, полагает отсутствующими основания для удовлетворения заявления конкурсного управляющего. Отмечает, что между Больницей и должником существовали исключительно договорные арендные взаимоотношения. Больница не вмешивалась в производственную и хозяйственную деятельность арендатора. Соответственно, пояснить и выстроить свою позицию по данному доводу не представляется возможным, поскольку не владеет и не должно владеть «фактическими обстоятельствами» заключения сделок между арендатором и его контрагентами.

ФИО2 в дополнении поддержал изложенную ранее позицию, возражал против приобщения документов. 

Кредитор в возражениях и письменной позиции указал на наличие оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника. Поддержало доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего.

Рассмотрев ходатайства о приобщении дополнительных доказательств, представленных в судебных заседаниях 07.10.2024, 11.11.2024, 27.01.2025, суд апелляционной инстанции, руководствуясь статьями 159, 184, 268 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, протокольным определением отказал кредитору в его удовлетворении, ввиду недоказанности невозможности представления их в суде первой инстанции, учитывая, что Предприятие является заявителем по настоящему делу о банкротстве, а также принимая во внимание, что  нотариально удостоверенные заявления ФИО10 от 12.09.2024  и ФИО11 от 01.10.2024, ответ Прокуратуры Автозаводского района г. Н. Новгорода от 28.12.2024, составлены после вынесения обжалуемого судебного акта. Доказательства наличия препятствий для вызова бывших работников в качестве свидетелей при рассмотрении спора судом первой инстанции, либо отказа судом в удовлетворении такого ходатайств кредитора материалы дела не содержат (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего поддержал доводы апелляционной жалобы, просил отменить обжалуемое определение.

Представитель кредитора поддержал доводы апелляционной жалобы конкурсного управляющего, считает судебный акт незаконным и необоснованным, просил удовлетворить апелляционную жалобу.

Представители Больницы, ФИО2 и его представитель в судебном заседании поддержали письменные позиции и возражения на доводы апелляционной жалобы, просили определение оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения. 

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные  о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы, в судебное заседание представителей не направили.

Информация о принятии апелляционной жалобы к производству, движении дела, о времени и месте судебного заседания размещена арбитражным судом на официальном сайте Первого арбитражного апелляционного суда в сети Интернет по адресу www.1aas.arbitr.ru в соответствии с порядком, установленным статьей 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Суд апелляционной инстанции с учетом положений части 6 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации считает возможным рассмотреть апелляционную жалобу в порядке части 5 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в отсутствие неявившихся представителей лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о месте и времени судебного разбирательства.

Законность и обоснованность судебного акта, правильность применения арбитражным судом первой инстанции норм материального и процессуального права проверены арбитражным судом апелляционной инстанции в соответствии с положениями статей 257-262, 266, 270, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Изучив доводы апелляционной жалобы, возражений на нее, заслушав правовую позицию стороны, исследовав материалы дела, оценивая представленные доказательства в их совокупности, анализируя позиции сторон настоящего спора, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судом, решением Арбитражного суда Нижегородской области от 13.07.2020 Общество признано несостоятельным (банкротом) по признакам отсутствующего должника, открыто конкурсное производство; конкурсным управляющим утвержден ФИО1

В рамках настоящего дела конкурсный управляющий обратился с заявлением о привлечении ФИО2 и ФИО9 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в размере 14 092 489,63 руб.

Постановлением Арбитражного суда кассационной инстанции от 10.11.2023 года суд округа отменил определение Арбитражного суда Нижегородской области от 14.12.2022 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 24.05.2023 об удовлетворении заявления конкурсного управляющего в части привлечения ФИО2 к ответственности в виде убытков размере 14 092 489,63 руб., взыскав указанную сумму в конкурсную массу должника,  направил дело на новое рассмотрение в Арбитражный суд Нижегородской области.

При новом рассмотрении конкурсный управляющий уточнил требование и просил признать Больницу контролирующим должника лицом - конечным бенефициаром и привлечь ее и участника – бывшего руководителя Общества ФИО2 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника; взыскать солидарно с них в конкурсную массу 14 092 489 руб. 63 коп.

В обоснование заявления конкурсным указано на неисполнение              ФИО2 вступившего в законную силу определения суда от 26.04.2021 об обязании передать конкурсному управляющему документацию по установленному в определении перечню, что повлекло невозможность формирования конкурсной массы, взыскание дебиторской задолженности и оспаривание сделок, а также на наличие контроля деятельности должника со стороны Больницы путем заключения договора аренды и договора на выполнение подрядных работ № 02-12-2015 от 02.12.2015.

Определением от 08.07.2023 суд первой инстанции отказал конкурсному управляющему в удовлетворении заявления в полном объеме. 

Повторно оценив представленные доказательства в совокупности, а также доводы лиц, участвующих в деле, суд апелляционной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Закона о банкротстве дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом банкротстве. 

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица, такое лицо несет субсидиарную ответственность по обязательствам должника.

В силу подпунктов 1, 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве пока не доказано иное, предполагается, что полное погашение требований кредиторов невозможно вследствие действий и (или) бездействия контролирующего должника лица при наличии хотя бы одного из следующих обстоятельств: причинен существенный вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника (совершения таких сделок по указанию этого лица), включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения (либо ко дню назначения временной администрации финансовой организации) или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Как разъяснено в пункте 23 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), презумпция доведения до банкротства в результате совершения сделки (ряда сделок) может быть применена к контролирующему лицу, если данной сделкой (сделками) причинен существенный вред кредиторам. К числу таких сделок относятся, в частности, сделки должника, значимые для него (применительно к масштабам его деятельности) и одновременно являющиеся существенно убыточными. При этом следует учитывать, что значительно влияют на деятельность должника, например, сделки, отвечающие критериям крупных сделок (статья 78 Закона об акционерных обществах, статья 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью и т.д.). Рассматривая вопрос о том, является ли значимая сделка существенно убыточной, следует исходить из того, что таковой может быть признана, в том числе сделка, совершенная на условиях, существенно отличающихся от рыночных в худшую для должника сторону, а также сделка, заключенная по рыночной цене, в результате совершения которой должник утратил возможность продолжать осуществлять одно или несколько направлений хозяйственной деятельности, приносивших ему ранее весомый доход.

Согласно пункту 24 Постановления № 53, применяя при разрешении споров о привлечении к субсидиарной ответственности презумпции, связанные с непередачей, сокрытием, утратой или искажением документации (подпункты 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве), необходимо учитывать следующее. Заявитель должен представить суду объяснения относительно того, как отсутствие документации (отсутствие в ней полной информации или наличие в документации искаженных сведений) повлияло на проведение процедур банкротства. Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась. К руководителю должника не могут быть применены презумпции, установленные подпунктами 2 и 4 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве, если необходимая документация (информация) передана им арбитражному управляющему в ходе рассмотрения судом заявления о привлечении к субсидиарной ответственности.

В соответствии с пунктом 20 Постановления № 53 независимо от того, каким образом при обращении в суд заявитель поименовал вид ответственности и на какие нормы права он сослался, суд применительно к положениям статей 133 и 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации самостоятельно квалифицирует предъявленное требование. При недоказанности оснований привлечения к субсидиарной ответственности, но доказанности противоправного поведения контролирующего лица, влекущего иную ответственность, в том числе установленную статьей 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, суд принимает решение о возмещении таким контролирующим лицом убытков. 

На основании пункта 3 статьи 53 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно.

В пункте 1 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску.

Аналогичные нормы содержатся в статье 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью».

Таким образом, при рассмотрении споров о возмещении причиненных юридическому лицу единоличным исполнительным органом убытков в числе прочего подлежат оценке действия (бездействие) последнего с точки зрения добросовестного и разумного осуществления им прав и исполнения возложенных на него обязанностей.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 2 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62), недобросовестность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор действовал при наличии конфликта между его личными интересами (интересами аффилированных лиц директора) и интересами юридического лица, в том числе при наличии фактической заинтересованности директора в совершении юридическим лицом сделки (пункт 1); знал или должен был знать о том, что его действия (бездействие) на момент их совершения не отвечали интересам юридического лица (пункт 5).

В пункте 3 Постановления № 62 разъяснено, что неразумность действий (бездействия) директора считается доказанной, в частности, когда директор: 1) принял решение без учета известной ему информации, имеющей значение в данной ситуации; 2) до принятия решения не предпринял действий, направленных на получение необходимой и достаточной для его принятия информации, которые обычны для деловой практики при сходных обстоятельствах, в частности, если доказано, что при имеющихся обстоятельствах разумный директор отложил бы принятие решения до получения дополнительной информации; 3) совершил сделку без соблюдения обычно требующихся или принятых в данном юридическом лице внутренних процедур для совершения аналогичных сделок (например, согласования с юридическим отделом, бухгалтерией и т.п.).

Судами апелляционной и кассационной инстанции в рамках настоящего дела в перечисленных выше постановлениях установлено, что заключение должником договора подряда от 02.12.2015 № 02-12-2015 и договора аренды нежилых помещений от 01.08.2015 № 504 обусловлено исключительно экономическими мотивами и не носило противоправный характер.

Действия ФИО2 как руководителя должника не выходили за пределы обычного предпринимательского риска и были направлены на развитие бизнеса согласно бизнес-плану, включавшему в себя аренду помещений и осуществление ремонтных работ, реализация которого не обусловлена противоправными намерениями ответчика.

Отсутствие ожидаемого экономического и финансового эффекта для должника от проведенных мероприятий по развитию бизнеса связано с обстоятельствами, не зависящими от контролирующего должника лица. Причиной возникновения признаков банкротства у должника послужили внешние факторы и неверное распределение предпринимательских рисков.

Соответственно, аргументы конкурсного управляющего и кредитора о том, что заключение названных договоров повлекло неплатежеспособность должника, признаются несостоятельными, направленными на переоценку фактических обстоятельств, подтвержденных вступившим в законную силу постановлением окружного суда. 

Суд кассационной инстанции также констатировал, что при этом условие договора аренды об отсутствии у арендатора права на возмещение стоимости неотделимых улучшений после прекращения договора не противоречит положениям действующего гражданского законодательства, возможность согласования сторонами такого условия предусмотрена пунктом 2 статьи 623 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Таким образом, заключение договора аренды с условием о невозвратности стоимости выполненных арендатором неотделимых улучшений само по себе не может рассматриваться как виновное поведение руководителя должника, не соответствующее критериям добросовестности и разумности.

Со своей стороны конкурсный управляющий в рамках дела №А43-247/2021 уже реализовал право на судебную защиту путем подачи иска к Больнице о взыскании  неосновательного обогащения в сумме 15 183 748 руб., в удовлетворении которого решением Арбитражного суда Нижегородской области от 08.04.2021, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 23.06.2021, отказано.

При таких обстоятельствах, доводы жалобы о том, что Больница незаконно является выгодоприобретателем в результате проведенного должником ремонта арендуемого помещения и его конечным бенефициаром подлежат отклонению, на основании изложенного выше.

Применительно толкования статьи 61.10 Закона о банкротстве Больница не является контролирующим должника лицом. Утверждение конкурсного управляющего и кредитора о том, что данный ответчик (учреждение) конечный бенефициар Общества документально не подтверждено (статьи 9 и 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Позиция конкурсного управляющего относительно наличия оснований для привлечения Больницы к субсидиарной ответственности по обязательствам должника является несостоятельной и подлежит отклонению, поскольку доказательств, свидетельствующих о влиянии на деятельность должника, в материалах дела не имеется.

Из приведенных выше положений подпункта 2 пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве и разъяснений пункта 24 Постановления № 53 следует, что для привлечения руководителя должника к субсидиарной ответственности за неисполнение обязательств по передаче документации необходимо установить, что в результате виновных действий (бездействия) указанного лица от конкурсного управляющего скрыта имеющаяся в распоряжении ответчика документация, которая могла повлиять на процедуру банкротства, либо что такая документация утрачена.

В обоснование своей позиции конкурсный   управляющий   ссылается   на   ответ   СО   по  Канавинскому   району г. Н. Новгорода СУ СК России от 28.03.2022.

Окружной суд также установил, что из указанного ответа следует, что у ФИО2 не изымались документы, относящиеся к деятельности Общества, в ходе предварительного следствия по уголовному делу, возбужденному 02.08.2018.

Протокол осмотра места происшествия, на который ссылался ФИО2 в качестве доказательств изъятия у него документов должника, составлен 01.08.2018, то есть до даты возбуждения уголовного дела № 11802220086000115.

Учитывая изложенное, ответ СО по Канавинскому району СУ СК России по Нижегородской области от 28.03.2022 на судебный запрос не может служить доказательством, опровергающим обстоятельства, указанные в протоколе осмотра места происшествия от 01.08.2018, в котором поименованы изъятые у ФИО2 документы Общества.

Кроме того, из представленного в материалы дела письма СО по Канавинскому району СУ СК России по Нижегородской области от 11.07.2023 следует, что 01.08.2018 в ходе осмотра места происшествия были изъяты учредительные документы Общества, а 23.08.2018 в ходе производства обыска в жилище были изъяты документы и платежные документы должника.

Конкурсный управляющий также указал на то, что в выписке по счету должника отражены платежные операции в виде возврата займов, и что отсутствие договоров займа повлияло на возможность оспорить возврат займов участникам. Вместе с тем, конкурсный управляющий не раскрыл, какие именно обстоятельства явились объективным препятствием к оспариванию платежей по возврату займов при наличии в выписках по счету должника соответствующих сведений.

Управляющий также указал на то, что ответчиком не исполнена обязанность по передаче конкурсному управляющему полного объема документации, позволяющей выявить основные средства на сумму 425 тысяч рублей, запасов в сумме 14 599 тысяч рублей, дебиторской задолженности на сумму 1 461 тысяч рублей.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО2 указал на то, что в бухгалтерской отчетности должника в виде основных средств и запасов отражены результат работ по ремонту арендованного должником нежилого помещения, проведенных Предприятием; приобретенное у общества с ограниченной ответственностью «АэРкон-НН» и установленное в помещение оборудование (вентиляция); приобретенное у индивидуального предпринимателя ФИО12 и установленное в помещении обществом с ограниченной ответственностью «Перспектива» оборудование (автоматическая пожарная сигнализация); приобретенное у общества с ограниченной ответственностью «Медицинская торговая компания Надежда» оборудование (кровати).

ФИО2 пояснил, что результат выполненных работ и установки оборудования (вентиляции и пожарной сигнализации) является неотделимым улучшением арендуемого Обществом помещения, что не оспаривается участвующими в деле лицами. 

Таким образом, перечисленное имущество не могло быть передано конкурсному управляющему, поскольку являлось неотделимым улучшением нежилого помещения, в отношении которого арендодатель расторг договор аренды.

Следовательно, в отсутствие надлежащих доказательств, подтверждающих противоправное поведение, как Больницы, так и ФИО2, а также отсутствие надлежащих доказательств невозможности проведения процедуры конкурсного производства без документов, указанных в заявлении конкурсного управляющего, суд первой инстанции правомерно не установил оснований для удовлетворения заявленных конкурсным управляющим требований с учетом уточнения требований.

Коллегия судей соглашается с выводами суда первой инстанции, как согласующимися с установленными судами первой, апелляционной и кассационной инстанций по делу обстоятельствами и представленными доказательствами.

На стадии апелляционного производства иные обстоятельства виновности ответчиков конкурсным управляющим не доказаны. 

Вопреки доводам конкурсного управляющего, доказательств причинения вменяемых ФИО2 убытков, в материалах дела не имеется. 

Наличие имущества, которое могло быть передано ему Больницей, не выявлено, что подтверждается актом, представленным в суд апелляционной инстанции.

Из представленной в материалы дела письменной позиции кредитора и устных пояснений его представителем и руководителем, данных в судебных заседаниях, в том числе в судебном заседании 11.11.2024, следует, что имущество, установленное ранее в Больнице, стоимость которого конкурсный управляющий считает убытками, находилось там и после получения исполнительного листа, выданного 02.07.2018 в рамках дела № А43-7627/2018 о взыскании задолженности с Больницы в пользу Предприятия. 

Кроме того, в судебном заседании 11.11.2024 на обозрение суда кредитором представлялись фотографии кроватей в арендуемом помещении. 

Однако доказательства того, что с заявлением об истребовании имущества у Больницы в рамках дела № А43-247/2021 о взыскании неосновательного обогащения обращался конкурсный управляющий, не имеется. 

Помимо прочего материалами дела подтверждается и не оспаривается участвующими в деле лицами, что договор аренды между Больницей и Обществом расторгнут 13.07.2018. В отношении ФИО2 СУ СК по Канавинскому району г. Н. Новгорода 03.08.2018 было возбуждено уголовное дело №11802220086000115 и избрана мера пресечения в виде домашнего ареста. Уголовное дело прекращено 31.08.2020.

Между тем, 17.07.2020 должник признан несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство, полномочия исполнительного органа (руководителя) перешли к конкурсному управляющему.

Таким образом, учитывая позицию кредитора о наличии на момент выдачи исполнительного листа в помещениях Больницы спорного имущества, а также принимая во внимание дату возбуждения уголовного дела в отношении ФИО2 и прекращения его полномочий как руководителя в 2020 году, коллегия судей приходит к выводу об отсутствии доказательств причинения убытков непосредственно действиями ответчика, поскольку с момента признания должника банкротом и введения конкурсного производства, ответственность за сохранность имущества должника несет конкурсный управляющий. Бывший руководитель не обладал полномочиями на получение имущества должника.

Установление факта принятия конкурсным управляющим мер по сохранности имущества должника не входит в предмет настоящего обособленного спора.

В рассматриваемой правовой ситуации юридически значимым, вопреки суждениям конкурсного управляющего и кредитора, является отсутствие документального подтверждения вывоза ФИО2 из арендуемого помещения ранее установленного должником имущества, а также его удержания незаконно Больницей.

Вместе с тем коллегия судей отмечает, что все имущество, перечисленное конкурсным управляющим для определения размера убытков, учитывалось судом апелляционной инстанции в постановлении, которое было отменено окружным судом. 

Доводы конкурсного управляющего относительно невозможности формирования конкурсной массы, взыскания дебиторской задолженности и оспаривания сделок ввиду непередачи ФИО2 документации должника являлись ранее предметом исследования судов трех инстанций и отклонены, поскольку надлежащих и бесспорных доказательств невозможности формирования конкурсной массы в отсутствие истребованных документов заявителем не представлено.  

Конкурсный управляющий не опроверг то, что располагал информацией о платежных операциях в виде возврата займов из выписок по счету, и что отсутствие договоров займа повлияло на возможность оспорить возврат займов участникам на основании статьей 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Коллегия судей полагает обоснованными выводы суда первой инстанции относительно отсутствия оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Доводы, приведенные заявителем апелляционной жалобы, являлись предметом рассмотрения суда первой инстанции, указанным доводам дана надлежащая оценка, основания не согласиться с которой у апелляционного суда отсутствуют.

Таким образом, фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом нижестоящей инстанции на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов и возражений участвующих в деле лиц. Оснований для переоценки выводов суда первой инстанции, сделанных при рассмотрении настоящего спора по существу, судом апелляционной инстанции не установлено.

Несогласие заявителя с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование закона не означают допущенной при рассмотрении дела ошибки и не подтверждают существенных нарушений судом норм права, в связи с чем доводы заявителя жалобы признаются необоснованными.

Нарушений норм процессуального права, предусмотренных частью 4 статьи 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при разрешении спора судом первой инстанции не допущено.

При изложенных обстоятельствах суд апелляционной инстанции пришел к выводу о том, что оснований для отмены судебного акта по приведенным доводам жалоб и удовлетворения апелляционной жалобы не имеется.

Руководствуясь статьями 268, 272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Первый арбитражный апелляционный суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Нижегородской области от 08.07.2024 по делу            № А43-33574/2019 оставить без изменения, апелляционную жалобу конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «Клиника «Октавиан» ФИО1 - без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Волго-Вятского округа в срок, не превышающий месяц со дня его принятия, через Арбитражный суд Нижегородской области. 

Постановление может быть обжаловано в Верховный Суд Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьями 291.1 - 291.15 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, при условии, что оно обжаловалось в Арбитражный суд Волго-Вятского округа.

Председательствующий судья

Д.В. Сарри

Судьи

С.Г. Кузьмина

К.В. Полушкина