323/2023-107131(1) 

 

ДЕВЯТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД  127994, Москва, ГСП-4, проезд Соломенной cторожки, 12  

адрес электронной почты: 9aas.info@arbitr.ru адрес веб.сайта: http://www.9aas.arbitr.ru 

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

  № 09АП-58480/2022

Дело № А40-158907/21

г. Москва

20 апреля 2023 года

Резолютивная часть постановления объявлена 10 апреля 2023 года  Постановление изготовлено в полном объеме 20 апреля 2023 года  

Девятый арбитражный апелляционный суд в составе:  

председательствующего судьи Сергеевой А.С., судей: Мартыновой Е.Е., Верстовой М.Е., 

при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,  

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы ОАО "ВИЛС"  (ИНН: 

<

***>), АО "ПЕГАС" (ИНН: 

<

***>) на решение Арбитражного  суда г. Москвы от 07.07.2022 по делу № А40-158907/21  

по иску (заявлению) ФИО2 к ОАО "ВИЛС" (ИНН: 

<

***>), АО "ПЕГАС" (ИНН: 

<

***>) о признании недействительным договора 

при участии в судебном заседании: от истца: ФИО3 и ФИО4 по доверенности от 08.06.2022; 

от ответчика ОАО "ВИЛС": ФИО5 по доверенности от 30.09.202  от ответчика АО "ПЕГАС": ФИО6 по доверенности от 30.09.2022;  

У С Т А Н О В И Л:

В Арбитражный суд города Москвы обратился ФИО2 с  исковым заявлением к ОАО "ВИЛС", АО "ПЕГАС" о признании недействительным  договора о передаче акций от 15.10.2020 и применении последствий его  недействительности в виде возврата недвижимого имущества и прав аренды на  земельные участки (с учетом уточнения оснований иска в порядке ст. 49 АПК РФ).  

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 07.07.2022 исковые требования  удовлетворены в полном объеме.  

Не согласившись с принятым решением, ответчики обратились в Девятый  арбитражный апелляционный суд с апелляционными жалобами, в которых просят  отменить решение суда первой инстанции и вынести новый судебный акт, которым  отказать в удовлетворении исковых требований в полном объеме.  

В судебном заседании апелляционной инстанции представители  

ОАО "ВИЛС", АО "ПЕГАС" поддержали требования, заявленные в апелляционных  жалобах.  

Представитель истца требования апелляционных жалоб не признал. Просил  решение суда первой инстанции оставить без изменения, апелляционные жалобы  без удовлетворения. Представил письменный отзыв на апелляционную жалобу,  который приобщен к материалам настоящего дела.  

В судебном заседании 10.04.2022 представителем ФИО2 заявлены  устные ходатайства об отложении судебного разбирательства и о вызове эксперта в  судебное заседание, письменное ходатайство о назначении повторной судебной  экспертизы. Представители ОАО "ВИЛС", АО "Пегас" против удовлетворения  указанных ходатайств возражали.  

В удовлетворении ходатайства об отложении судом отказано ввиду  отсутствия на то правовых и фактических оснований, предусмотренных  

ст. 158 АПК РФ. Ходатайство об отложении обосновано отсутствием у истца  специальных познаний и необходимостью рецензирования заключения эксперта,  однако в силу положений ст. 71 АПК РФ заключение судебной экспертизы  подлежит оценке судом и не предполагает обязательного рецензирования.  

Вопрос о необходимости вызова эксперта относится к компетенции суда,  разрешающего дело по существу и является правом, а не обязанностью суда,  которое он может реализовать в случае, если с учетом всех обстоятельств дела  придет к выводу о необходимости осуществления такого процессуального действия  для правильного разрешения спора. Ходатайство о вызове судебного эксперта  заявлено в устной форме и не мотивировано, необходимость получения пояснений  эксперта не обоснована, дополнительные вопросы к эксперту представителем истца  не сформулированы.  

Законность и обоснованность обжалуемого судебного акта проверены судом  апелляционной инстанции в порядке, предусмотренном ст. ст. 266, 268 АПК РФ.  

Как следует из искового заявления, истцу стало известно о заключении 

15 октября 2020 года между ОАО «ВИЛС» и АО «Пегас» договора о передаче  акций, согласно которому АО «Пегас» осуществил выпуск дополнительной эмиссии  акций на сумму 601 770 000 рублей, а ОАО «ВИЛС» в качестве оплаты акций  передал принадлежащее ему недвижимое имущество. Истец считает оспариваемый  договор недействительным по ряду оснований. В частности, ввиду совершения  притворной сделки, прикрывающую крупную сделку в отношении активов  общества стоимостью более 50% валюты баланса; совершенной при отсутствии  одобрения как крупной сделки (ст.173.1 ГК РФ); сделку в ущерб интересам  общества (п. 2 ст. 174 ГК РФ); с нарушением порядка одобрения с учетом  аффилированности лиц в составе органов управления обществами и иных  оснований. Истец указывает на причинение ему ущерба как акционеру общества и  утрату прямого корпоративного контроля над недвижимым имуществом  

ОАО «ВИЛС», перешедшего к АО «Пегас». 

Указанные обстоятельства послужили основанием для обращения с иском в  суд.  

Апелляционный суд не может согласиться с принятым судом первой  инстанции решении об удовлетворении требований истца о признании  недействительным договора о передаче акций от 15.10.2020 ввиду следующего.  

В соответствии со статьей 153 ГК РФ сделками признаются действия граждан  и юридических лиц, направленные на установление, изменение или прекращение  гражданских прав и обязанностей. Для заключения договора необходимо  

выражение согласованной воли двух сторон (двусторонняя сделка) либо трех или  более сторон (многосторонняя сделка) (пункт 3 статьи 154 ГК РФ).  

Согласно статье 166 ГК РФ, пункту 71 Постановления Пленума Верховного  Суда РФ от 23.06.2015 № 25 "О применении судами некоторых положений раздела I  части первой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее -  Постановление № 25), сделка недействительна по основаниям, установленным  законом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от  такого признания (ничтожная сделка).  

Оспоримая сделка может быть признана недействительной, если она  нарушает права или охраняемые законом интересы лица, оспаривающего сделку, в  том числе повлекла неблагоприятные для него последствия.  

На основании пункта 1 статьи 167 ГК РФ недействительная сделка не влечет  юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее  недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.  

Статьей 168 ГК РФ предусмотрено, что за исключением случаев,  предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка,  нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой,  если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения,  не связанные с недействительностью сделки (пункт 1). Сделка, нарушающая  требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные  интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если  из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие  последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2).  

В силу пункта 1 статьи 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, совершенная без согласия третьего лица, органа юридического лица или  государственного органа либо органа местного самоуправления, необходимость  получения которого предусмотрена законом, является оспоримой, если из закона не  следует, что она ничтожна или не влечет правовых последствий для лица,  управомоченного давать согласие, при отсутствии такого согласия. Она может быть  признана недействительной по иску такого лица или иных лиц, указанных в законе.  

Законом или в предусмотренных им случаях соглашением с лицом, согласие  которого необходимо на совершение сделки, могут быть установлены иные  последствия отсутствия необходимого согласия на совершение сделки, чем ее  недействительность.  

Согласно пункту 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской  Федерации от 26 июня 2018 года № 27 "Об оспаривании крупных сделок и сделок, в  совершении которых имеется заинтересованность" (далее - Постановление № 27),  при рассмотрении требования о признании сделки недействительной, как  совершенной с нарушением предусмотренного Федеральным законом от 26 декабря  1995 года № 208-ФЗ "Об акционерных обществах" (далее - Закон об акционерных  обществах) и Федеральным законом от 8 февраля 1998 года № 14-ФЗ  

"Об обществах с ограниченной ответственностью" (далее - Закон об обществах с  ограниченной ответственностью) порядка совершения крупных сделок, подлежит  применению статья 173.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК  РФ), а с нарушением порядка совершения сделок, в совершении которых имеется  заинтересованность (далее - сделки с заинтересованностью), - пункт 2 статьи 174 ГК  РФ (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах, пункт  6 статьи 45, пункт 4 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной  ответственностью) с учетом особенностей, установленных указанными законами.  

Согласно статье 78 Закона об акционерных обществах крупной сделкой  считается сделка (несколько взаимосвязанных сделок), выходящая за пределы  обычной хозяйственной деятельности и при этом связанная с приобретением,  отчуждением или возможностью отчуждения обществом прямо либо косвенно  имущества (в том числе заем, кредит, залог, поручительство, приобретение такого  количества акций или иных эмиссионных ценных бумаг, конвертируемых в акции  публичного общества, которое повлечет возникновение у общества обязанности  направить обязательное предложение в соответствии с главой XI.1 настоящего  Федерального закона), цена или балансовая стоимость которого составляет 25 и  более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по данным  его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату;  предусматривающая обязанность общества передать имущество во временное  владение и (или) пользование либо предоставить третьему лицу право  использования результата интеллектуальной деятельности или средства  индивидуализации на условиях лицензии, если их балансовая стоимость составляет  25 и более процентов балансовой стоимости активов общества, определенной по  данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную дату.  

Согласно пункту 9 Постановления № 27 "Об оспаривании крупных сделок и  сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" для квалификации  сделки как крупной необходимо одновременное наличие у сделки на момент ее  совершения двух признаков (пункт 1 статьи 78 Закона об акционерных обществах):  

1) количественного (стоимостного): предметом сделки является имущество, в  том числе права на результаты интеллектуальной деятельности и приравненные к  ним средства индивидуализации (далее - имущество), цена или балансовая  стоимость (а в случае передачи имущества во временное владение и (или)  пользование, заключения лицензионного договора - балансовая стоимость)  которого составляет 25 и более процентов балансовой стоимости активов общества,  определенной по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на  последнюю отчетную дату;  

2) качественного: сделка выходит за пределы обычной хозяйственной  деятельности, т.е. совершение сделки приведет к прекращению деятельности  общества или изменению ее вида либо существенному изменению ее масштабов  (пункт 8 статьи 46 Закона об обществах с ограниченной ответственностью).  Например, к наступлению таких последствий может привести продажа (передача в  аренду) основного производственного актива общества. Сделка также может быть  квалифицирована, как влекущая существенное изменение масштабов деятельности  общества, если она влечет для общества существенное изменение региона  деятельности или рынков сбыта.  

Устанавливая наличие данного критерия, следует учитывать, что он должен  иметь место на момент совершения сделки, а последующее наступление таких  последствий само по себе не свидетельствует о том, что их причиной стала  соответствующая сделка и что такая сделка выходила за пределы обычной  хозяйственной деятельности. При оценке возможности наступления таких  последствий на момент совершения сделки судам следует принимать во внимание  не только условия оспариваемой сделки, но также и иные обстоятельства,  связанные с деятельностью общества в момент совершения сделки. Например,  сделка по приобретению оборудования, которое могло использоваться в рамках уже  осуществляемой деятельности, не должна была привести к смене вида  деятельности.  

Любая сделка общества считается совершенной в пределах обычной  хозяйственной деятельности, пока не доказано иное (пункт 4 статьи 78 Закона об  акционерных обществах). Бремя доказывания совершения оспариваемой сделки за  пределами обычной хозяйственной деятельности лежит на истце.  

В пункте 20 Обзора судебной практики по некоторым вопросам применения  законодательства о хозяйственных обществах, утвержденного Президиумом  Верховного Суда Российской Федерации от 25.12.2019, указано, что для  квалификации сделки в качестве крупной необходимо установить наличие у сделки  не только количественного, но и качественного критерия, который заключается в  том, что сделка заключалась с целью прекращения деятельности общества или  изменения ее вида либо существенного изменения ее масштабов.  

Вопреки выводам суда первой инстанции, в материалах дела имеется  совокупность доказательств заключения оспариваемого договора в рамках обычной  хозяйственной деятельности и положительного влияния этой сделки на  деятельность и финансовые результаты ОАО "ВИЛС" в результате оптимизации  постоянных издержек.  

ОАО "ВИЛС" образовано 09.02.1993 путем приватизации и представляет  собой научно-производственный комплекс в сфере высокотехнологичной  металлургии. Основными потребителями продукции ОАО "ВИЛС" являются  предприятия авиационной, космической и судостроительной промышленности.  ОАО "ВИЛС" включено в перечень стратегических организаций и реестр  организаций оборонно-промышленного комплекса.  

Спорное имущество представляет собой комплекс культурно-спортивных  объектов (дом культуры, дворец спорта и др.) 1950-1980 годов постройки,  перешедший к ОАО "ВИЛС" в ходе приватизации. Спорное имущество не  задействовано в производственной деятельности ОАО "ВИЛС" и не участвует в  выполнении государственного оборонного заказа. Деятельность спортивных  объектов и объектов социально-бытового назначения не является для ОАО "ВИЛС"  профильной.  

Ввиду изложенных факторов, а также с учетом текущего изношенного  состояния спорного имущества в период с 2017 по 2021 годы эксплуатация  спорного имущества причинила ОАО "ВИЛС" убытки, в связи с чем с целью  организации эффективного управления спорным имуществом и оптимизации  постоянных издержек принято решение о выделении непрофильных активов в  дочернее юридическое общество.  

Указанные обстоятельства, включая непрофильный характер спорных  активов, их неудовлетворительное состояние и убыточность эксплуатации,  подтверждены материалами дела и не опровергнуты истцом.  

Согласно представленным выпискам из ЕГРЮЛ после совершения  оспариваемой сделки деятельность ОАО "ВИЛС" не прекращена. ОАО "ВИЛС" до  настоящего времени осуществляет свою деятельность, которой является  производство продукции из легких, жаропрочных и специальных сплавов, а не  сдача в аренду коммерческой недвижимости.  

По результатам 2021 года (то есть после заключения договора)  нераспределенная прибыль ОАО "ВИЛС" увеличилась до 1,9 млрд рублей, чистая  прибыль возросла в 3 раза (с 23,9 млн руб. в 2020 г. до 62,5 млн руб. в 2021 г.), а  стоимость чистых активов увеличилась с 1,9 млрд руб. в 2020 г. до 2,1 млрд руб. в  2021 г.  

Годовые отчеты ОАО "ВИЛС" за 2019 и 2020 годы подтверждают, что  приоритетные направления деятельности общества до и после совершения  оспариваемой истцом сделки являются одинаковыми.  

Согласно представленной финансовой информации после заключения  договора доля начислений по арендной плате увеличилась. При этом доля  начислений от аренды спорного имущества от всех начислений по аренде  составляла лишь порядка 10%.  

Спорное имущество учитывается на балансе предприятия, поскольку его  новый собственник (АО "ПЕГАС") является 100% дочерним предприятием  

ОАО "ВИЛС". 

Как указывают ответчики и следует из материалов дела, оспариваемая  истцом сделка в принципе не подразумевала безвозвратного отчуждения спорного  имущества (поскольку ОАО "ВИЛС", являясь единственным акционером  

АО "ПЕГАС", сохраняет над ним корпоративный контроль) и заключена в целях  оптимизации хозяйственной деятельности основного и дочернего обществ,  представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий  субъект.  

Таким образом, оспариваемая сделка не отвечает качественному критерию,  поскольку она не заключалась с целью прекращения деятельности общества или  изменения ее вида либо существенного изменения масштабов, а кроме того не  оказала негативного влияния на деятельность общества,  

При таких обстоятельствах суд соглашается с доводами ответчиков о том,  что суд первой инстанции пришел к неверному выводу о наличии в данном случае  качественного критерия крупной сделки.  

Выводы суда первой инстанции о наличии у оспариваемого договора  количественного критерия крупной сделки основаны на взаимоисключающих  доказательствах.  

Судом установлено, что рыночная стоимость спорного имущества составляет  ориентировочно 2,5-4,9 млрд. руб., а полученное встречное предоставление в 4-8,3  раз ниже рыночной стоимости. При этом суд не устанавливал причины столь  значительных расхождений между предполагаемыми значениями рыночной  стоимости и не устранял противоречия между ними. Указанное нарушение привело  к тому, что, вопреки положениям Закона об акционерных обществах, суд не  установил достоверную рыночную стоимость предмета сделки, которая  оспаривается в качестве крупной, в результате чего выводы суда носят  ориентировочный характер.  

Судебная коллегия не может согласиться с выводами суда об оценке  указанных доказательств с учетом следующего.  

Согласно части 3 статьи 64 АПК РФ не допускается использование  доказательств, полученных с нарушением федерального закона.  

В соответствии с абзацем 17 статьи 11 Закона об оценочной деятельности  отчет должен быть подписан оценщиком, а также скреплен личной печатью  оценщика либо печатью юридического лица, с которым оценщик заключил  трудовой договор.  

В нарушение указанной нормы права представленный истцом отчет 

ООО «БСГ-Консалтинг Групп» от 25.11.2020 № 1020/03-БО не подписан  оценщиком, в связи с чем не может служить надлежащим доказательством  рыночной стоимости. Кроме того, судом первой инстанции ошибочно оставлено без  внимания, что согласно указанному отчету в стоимость зданий и сооружений  

включена рыночная стоимость земельных участков, не принадлежавших ОАО  "ВИЛС" на праве собственности (находившихся в аренде).  

При определении крупности сделки суд первой инстанции также ошибочно  сослался на кадастровую стоимость спорного имущества.  

В соответствии с пунктом 1.1 статьи 78 Закона об акционерных обществах в  случае отчуждения имущества с балансовой стоимостью активов общества  сопоставляется наибольшая из двух величин: балансовая стоимость такого  имущества либо цена его отчуждения. Кадастровая стоимость не является ни одной  из указанных величин, в связи с чем не может использоваться при определении  количественного критерия крупности сделки.  

Судом не учтено, что спорное имущество имеет индивидуальные  особенности и находится в неудовлетворительном состоянии (что заявлялось  ответчиками и было подтверждено в ходе судебной экспертизы), с учетом чего его  кадастровая стоимость не может быть принята в качестве доказательства его  рыночной стоимости. При этом в совокупный размер кадастровой стоимости судом  необоснованно включена кадастровая стоимость земельных участков, которые  являются собственностью города Москвы и находились у ОАО "ВИЛС" в аренде.  

Определением Арбитражного суда города Москвы от 18.11.2021 г. назначена  судебная экспертиза по делу № А40-158907/21-45-1086, проведение судебной  экспертизы поручено АССОЦИАЦИЯ "САМОРЕГУЛИРУЕМАЯ ОРГАНИЗАЦИЯ  ОЦЕНЩИКОВ "ЭКСПЕРТНЫЙ СОВЕТ", экспертом определен ФИО7.  

По итогам проведенной экспертизы в материалы дело поступило заключение  эксперта № Э-1603-22 от 16.03.2022 г., согласно которому рыночная стоимость  объектов недвижимого имущества и прав аренды на земельные участки по  состоянию на 15.10.2020 года составляет 2 500 000 000 руб. По ходатайству  ответчиков судебный эксперт был вызван в судебное заседание для дачи пояснений  и ответов на дополнительные вопросы.  

При проведении судебной экспертизы установлено, что состояние спорного  имущества является неудовлетворительным; значение накопленного износа зданий  и сооружений достигает 100%. В период с 2017 по 2021 годы эксплуатация  Спорного имущества причинила ОАО "ВИЛС" убытки в размере свыше 59 млн  рублей. Рыночная стоимость зданий и сооружений при их текущем использовании  определена экспертом в размере 0 рублей.  

С учетом этого рыночная стоимость спорного имущества определена  экспертом методом предполагаемого использования. По мнению эксперта, наиболее  эффективным использованием спорного имущества является снос существующих  спортивных и культурных объектов общей площадью 36 тыс. кв.м и строительство  вместо них 20-этажного жилого комплекса с дворцом спорта общей площадью  

393 тыс. кв.м. 

Ответчиками в суде первой инстанции заявлялись мотивированные доводы о  подготовке заключения эксперта № Э-1603-22 от 16.03.2022 с нарушением  законодательства о государственной судебно-экспертной деятельности,  методических рекомендаций по определению рыночной стоимости земельных  участков, Генерального плана города Москвы, Правил землепользования и  застройки города Москвы.  

Выбранный экспертом способ наиболее эффективного использования  объектов не учитывает общий прогнозируемый фонд застройки функциональной  зоны № 28 (256,6 тыс. кв.м), в качестве основных видов разрешенного  использования на спорных земельных участках устанавливаются  

ВРИ существующих объектов, сведения о которых содержатся в ЕГРН, в качестве  предельных параметров разрешенного строительства устанавливаются параметры  существующих объектов, сведения о которых содержатся в ЕГРН (пункты3.3.2,  3.4.3 Правил землепользования и застройки города Москвы).  

В судебном заседании эксперт подтвердил, что действующее  законодательство не допускает использование спорных объектов тем способом,  который описан в заключении эксперта, однако эксперт исходил из того, что  действующие запреты и ограничения по использованию спорного имущества не  являются «неизменяемыми» и «зафиксированными навсегда».  

В нарушение раздела II Методических рекомендаций по определению  рыночной стоимости земельных участков (утверждены распоряжением  Минимущества РФ от 06.03.2002 № 568-р) при определении юридической  разрешенности наиболее эффективного использования имущества эксперт не  анализировал соответствие предложенного способа действующему  законодательству, а исходил из необходимости внесения изменений в нормативные  правовые акты. Такой подход противоречит принципу юридической разрешенности  и позволяет эксперту не учитывать любые нормативные запреты, поскольку любой  закон может быть изменен.  

Исходя из содержания статьи 8 Федерального закона от 31.05.2001 № 73-ФЗ  "О государственной судебно-экспертной деятельности в Российской Федерации",  вывод эксперта не может основываться на предположениях, носить вероятностный  характер и зависеть от обстоятельств, в отношении которых неизвестно, наступят  они или нет. В нарушение изложенного заключение эксперта основано на  предположении о том, что действующее законодательство будет изменено и вместо  спорного имущества можно будет построить иные объекты, строительство которых  в настоящее время запрещено.  

В судебном заседании 22.05.2022 эксперт подтвердил, что его выводы  построены на предположении об увеличении в будущем фонда застройки  территории и разрешении строительства, запрещенного в настоящее время.  

Ответчиками также представлена рецензия ООО "Оценочная компания  "Юрдис" от 21.04.2022 № 0462/04/2022, согласно которой заключение судебного  эксперта не соответствует требованиям законодательства о судебно-экспертной  деятельности, а допущенные нарушения повлияли на определение итоговой  величины рыночной стоимости объектов исследования. В частности, согласно  рецензии на земельных участках по состоянию на дату исследования с точки зрения  фактора юридической разрешенности невозможно возведение объектов  многоэтажного жилищного строительства.  

В нарушение положений статьи 71 АПК РФ и части 4 статьи 170 АПК РФ суд  оставил без исследования по существу указанные доводы и доказательства  ответчиков, указав, что порочность заключения эксперта не обоснована. Однако в  судебном решении отсутствуют выводы суда о том, чем опровергаются доводы  ответчика о противоречии выводов судебного эксперта нормативным требованиям  и в связи с чем эти доводы являются необоснованными.  

В соответствии с пунктом 13 Постановления Пленума Высшего  Арбитражного Суда РФ от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики  применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» заключение  эксперта, полученное по результатам проведения внесудебной экспертизы, может  быть признано судом иным документом, допускаемым в качестве доказательства в  соответствии со статьей 89 АПК РФ.  

Верховный Суд РФ неоднократно указывал на необходимость принятия  рецензии на заключение судебной экспертизы в качестве доказательства и оценки  по существу содержащихся в рецензии выводов (Определение Судебной коллегии  по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 25.01.2018 № 305-ЭС17-11486).  

В нарушение изложенного рецензия на заключение судебной экспертизы не  была принята судом во внимание исключительно потому, что она получена по  результатам внесудебного исследования. Суд не исследовал содержание рецензии,  не выяснял обоснованность выводов о наличии недостатков в заключении  судебного эксперта и не принял мер по устранению противоречий между выводами  судебного эксперта и рецензента. В решении отсутствует указание на то, какие  выводы рецензии и по какой причине суд посчитал необъективными.  

В суде апелляционной инстанции ответчиками представлено заключение 

АНО Исследовательский центр "Независимая экспертиза" при ТПП г. Москвы от  13.09.2022 № 3612-09/22, согласно которому заключение эксперта № Э-1603-22 от  16.03.2022 не соответствует принципам объективности, всесторонности и полноты  исследования, требованиям методик, установленных для данного вида оценки и  исследований. Итоговая величина рыночной стоимости объекта исследования,  указанная в заключении эксперта № Э-1603-22 от 16.03.2022, не может быть  признана достоверной.  

Истцом представлено заключение ООО "Норматив" от 11.10.2022 № 0549-22- Г, согласно выводам которого заключение АНО Исследовательский центр  "Независимая экспертиза" при ТПП г. Москвы от 13.09.2022 № 3612-09/22 не  является обоснованным, объективным и не соответствует общепринятым научно-методическим положениям.  

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что заключение 

ООО "Норматив" подготовлено в отношении рецензии (а не заключения судебной  экспертизы), содержит фрагменты процессуальных документов истца (стр. 2, 4, 5  возражений ФИО2 на письменные объяснения от 23.05.2022), подготовлено  членом Ассоциации «Саморегулируемая организация Специалистов "Экспертный  совет"Д. Берлиба.  

В связи с возникшими сомнениями в правильности и обоснованности ранее  данного заключения, наличием противоречий в заключении экспертизы, судебная  коллегия удовлетворила ходатайство ответчиком о назначении по делу повторной  судебной экспертизы по тем же вопросам.  

По итогам проведенной экспертизы в материалы дело поступило экспертное  заключение АНО "Межрегиональная судебно-экспертная служба" № А40-158907/21  от 29 марта 2023 года, согласно которому общая рыночная стоимость объектов  недвижимого имущества и прав аренды по состоянию на 15.10.2020 года составляет  697 500 000 руб. без НДС (837 000 000 руб. с НДС).  

В ходе проведения судебной экспертизы экспертом установлено и отражено в  исследовательской части заключения, что по состоянию на дату оценки расходы  собственника на эксплуатацию объектов значительно превышали доходы от их  использования, объекты имеют значительный накопленный износ (физический  износ до 75%, внешний износ 50%, функциональный износ 24,8%).  

Выводы повторной судебной экспертизы в данной части соответствуют  выводам первоначальной судебной экспертизы, подтверждаются иными  материалами дела и не отрицаются ни одной из сторон.  

Одновременно с этим судебным экспертом ФИО8 сделан вывод о  том, что в соответствии с Правилами землепользования и застройки города Москвы  объекты расположены в территориальных зонах сохраняемого землепользования, в  

связи с чем использование указанных объектов возможно только согласно видам  разрешенного использования, сведения о которых содержатся в Едином  государственном реестре недвижимости. С учетом этого и иных факторов  экспертом сделан вывод о том, что наиболее эффективным использованием  объектов будет являться использование согласно виду разрешенного  использования.  

Судебная коллегия, давая правовую оценку данному заключению эксперта,  считает необходимым указать, что исследование проведено экспертом объективно,  на строго научной и практической основе, в пределах соответствующей  специальности, всесторонне и в полном объеме, в заключении эксперт  основывается на положениях, дающих возможность проверить обоснованность и  достоверность сделанных выводов на базе общепринятых научных и практических  данных.  

Таким образом, экспертом в полной мере соблюдены базовые принципы  судебно-экспертной деятельности - принципы научной обоснованности, полноты,  всесторонности и объективности исследований, установленные статьей 8  Федерального закона "О государственной судебно-экспертной  деятельности в Российской Федерации" от 31.05.2001 № 73-ФЗ.  

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 АПК РФ заключения  экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с  другими доказательствами.  

В соответствии со статьей 71 АПК РФ, арбитражный суд оценивает  доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем,  полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле  доказательств.  

Арбитражный суд оценивает относимость, допустимость, достоверность  каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь  доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом  достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что  содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое  доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими  доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее  установленной силы.  

Проведение судебной экспертизы должно соответствовать требованиям ст.  ст. 82, 83, 86 АПК РФ, в заключении эксперта должны быть отражены все  предусмотренные ч. 2 ст. 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской  Федерации сведения, экспертное заключение должно быть основано на материалах  дела, являться ясным и полным.  

Оценив данное экспертное заключение, суд находит его соответствующим  требованиям ст. 82, 83, 86 АПК РФ, отражающим все предусмотренные ч. 2 ст. 86  АПК РФ сведения, основанным на материалах дела, и приходит к выводу, об  отсутствии оснований не доверять выводам эксперта, поскольку они согласуются с  обстоятельствами дела и иными доказательствами по делу, в этой связи данное  экспертное заключение, суд считает надлежащим доказательством по делу.  

При этом сам по себе иной размер оценки рыночной стоимости объекта в  заключении эксперта не порочит отчет об оценке рыночной стоимости  

ООО "Форпост-оценка" от 28.04.2020 № 20/02/698, на основании которого  определена стоимость имущества в оспариваемом договоре, так как оценка любого  объекта разными оценщиками не может быть одинаковой.  

В судебной практике сформулирована позиция о том, что когда разница  между стоимостью, определенной в отчете об оценке, и рыночной стоимостью не  превышает допустимой погрешности вычислений(которая, по оценкам судов,  может достигать как до 20%, так и до 50% от результата) и обусловлена  допускаемым законом и стандартами оценки применением различных методов и  методик оценки в рамках установленных подходов, а также различием источников и  объема информации, используемых в ходе оценки, то данная разница сама по себе  не может свидетельствовать о недостоверности рыночной стоимости.  

Разница в оценке рыночной стоимости, установленной в отчете  

ООО "Форпост-оценка" от 28.04.2020 № 20/02/698и в экспертном заключении,  находится в пределах допустимой погрешности вычислений сама по себе не может  свидетельствовать о недостоверности ни отчета, ни экспертного заключения без  установления нарушений в ходе проведения исследований законодательства об  оценочной деятельности или федеральных стандартов оценки.  

Таким образом, заключение судебного эксперта не опровергает выводы  отчета ООО "Форпост-оценка" от 28.04.2020 № 20/02/698 и подтверждает  достоверность выводов этого отчета, с учетом которого совершалась оспариваемая  сделка.  

При этом суд первой инстанции необоснованно оценил отчет ООО "Форпост- оценка" от 28.04.2020 № 20/02/698 как необъективный и недостоверный лишь на  том основании, что договор был заключен по истечении 6 месяцев с даты оценки.  

Судом первой инстанции не учтено, что оспариваемый договор является  частью сложного юридического состава по увеличению уставного капитала.  Решение о заключении договора и его условиях (в том числе стоимости спорного  имущества) принято задолго до 15.10.2020, в частности, стоимость имущества для  целей заключения договора определена советом директоров ОАО "ВИЛС"  26.06.2020.  

Таким образом, определенная оценщиком рыночная стоимость спорного  имущества использована для совершения сделки до истечения шести месяцев с  даты составления отчета об оценке, формальное применение судом первой  инстанции статьи 12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной  деятельности в Российской Федерации" в данном случае является ошибочным.  

При этом, как следует из содержания примененной судом статьи  

12 Федерального закона от 29.07.1998 № 135-ФЗ "Об оценочной деятельности в  Российской Федерации", итоговая величина рыночной или иной стоимости объекта  оценки, определенная в отчете, является рекомендуемой для совершения сделки в  течение шести месяцев. Следовательно, применение ее по истечении указанного  шестимесячного срока само по себе не может подтверждать недостоверность и  необъективность такой оценки.  

На основании изложенного суд апелляционной инстанции признает отчет 

ООО "Форпост-оценка" от 28.04.2020 № 20/02/698 надлежащим и достоверным  доказательством рыночной стоимости спорного имущества.  

С учетом этого у суда отсутствуют основания для вывода об отчуждении  спорного имущества по заниженной стоимости и возникновении у ОАО "ВИЛС"  каких-либо убытков в связи с заключением и исполнением оспариваемого договора.  

На основании подпункта 4 пункта 3 статьи 39 и подпункта 1 пункта 2 статьи  146 Налогового кодекса Российской Федерации передача имущества, если такая  передача носит инвестиционный характер (в частности, вклады в уставный  (складочный) капитал хозяйственных обществ и товариществ, вклады по договору  простого товарищества (договору о совместной деятельности), договору  

инвестиционного товарищества, паевые взносы в паевые фонды кооперативов), не  является объектом налогообложения налогом на добавленную стоимость. С учетом  изложенного при заключении оспариваемой сделки обоснованно была принята  стоимость рыночного имущества без учета НДС.  

Из материалов дела следует, что балансовая стоимость активов ОАО "ВИЛС"  по данным его бухгалтерской (финансовой) отчетности на последнюю отчетную  дату (31.12.2019) составляла 3 962 414 000 рублей.  

Согласно экспертному заключению АНО "Межрегиональная судебно-экспертная служба" № А40-158907/21 от 29 марта 2023 года общая рыночная  стоимость объектов недвижимого имущества и прав аренды по состоянию на  15.10.2020 года составляет 697 500 000 руб. без НДС, что не превышает 25  процентов от указанной балансовой стоимости активов ОАО "ВИЛС" (990 603 500  рублей).  

Таким образом, оспариваемый договор не соответствует как качественному,  так и количественному критерию крупной сделки.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах  сделкой, в совершении которой имеется заинтересованность, признается сделка, в  совершении которой имеется заинтересованность члена совета директоров  (наблюдательного совета) общества, единоличного исполнительного органа, члена  коллегиального исполнительного органа общества или лица, являющегося  контролирующим лицом общества, либо лица, имеющего право давать обществу  обязательные для него указания.  

При оценке оспариваемой сделки на наличие признаков заинтересованности  применительно к разъяснениям, приведенным в пункте 22 Постановления № 27 для  признания сделки подпадающей под признаки сделок с заинтересованностью,  указанные в пункте 1 статьи 81 Закона об акционерных обществах, необходимо,  чтобы заинтересованность соответствующего лица имела место на момент  совершения сделки. В пункте 1 Постановления № 27 "Об оспаривании крупных  сделок и сделок, в совершении которых имеется заинтересованность" разъяснено,  что при рассмотрении требования о признании сделки недействительной,  совершенной с нарушением предусмотренного Законом об акционерных обществах  порядка совершения сделок, в совершении которых имеется заинтересованность  подлежит применению пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской  Федерации (пункт 6 статьи 79, пункт 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах)  с учетом особенностей, установленных указанным Законом.  

Пунктом 1 статьи 84 Закона об акционерных обществах предусмотрено, что  сделка, в совершении которой имеется заинтересованность, может быть признана  недействительной (пункт 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской  Федерации) по иску общества, члена совета директоров (наблюдательного совета)  общества или его акционеров (акционера), владеющих в совокупности не менее чем  одним процентом голосующих акций общества, если она совершена в ущерб  интересам общества и доказано, что другая сторона сделки знала или заведомо  должна была знать о том, что сделка являлась для общества сделкой, в совершении  которой имеется заинтересованность, и (или) о том, что согласие на ее совершение  отсутствует. При этом отсутствие согласия на совершение сделки само по себе не  является основанием для признания такой сделки недействительной.  

В силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации  сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического  лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам  представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом  

недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в  случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным  лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать  о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место  обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных  действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в  ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.  

Признавая оспариваемый договор сделкой с заинтересованностью, суд  первой инстанции исходил из того, что генеральный директор ОАО "ВИЛС"  ФИО9 являлся заинтересованным лицом на момент совершения спорной  сделки, поскольку является одновременно генеральным директором и членом  совета директоров ОАО "ВИЛС", а ОАО "ВИЛС" является 100% акционером АО  "Пегас".  

Учитывая, что на момент заключения оспариваемой сделки ОАО "ВИЛС"  являлось 100% акционером АО "Пегас", суд апелляционной инстанции приходит к  выводу о том, что указанная сделка не может быть признана сделкой, в совершении  которой имеется заинтересованность, поскольку ее сторонами являются компании,  которые в понимании ч. 1 ст. 9 Федерального закона от 26.07.2006 № 135-ФЗ  

"О защите конкуренции" образуют группу лиц в силу имеющихся между ними  юридически значимых связей (как материнская и дочерняя компании),  действующую в едином экономическом интересе.  

Кроме того, в соответствии с пунктом 93 Постановления № 25 по данному  основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости  от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных  действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена  сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки  знала или должна была знать.  

О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и  значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по  сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу  контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была  знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для  любого участника сделки в момент ее заключения.  

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если  имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной  (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших  убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама  по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей  хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый  получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных  равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим  сделкам).  

Вместе с тем материалы дела свидетельствуют о том, что заключение  оспариваемого договора не причинило ущерба ОАО "ВИЛС" и являлось  экономически оправданным.  

Как усматривается из обстоятельств дела, ОАО "ВИЛС" не понесло какого-либо ущерба, поскольку передало в уставный капитал АО "Пегас" спорное  имущество и получило равноценное встречное предоставление – акции АО "Пегас"  той же стоимости.  

Отсутствие ущерба подтверждается представленными доказательствами о  том, что вследствие заключения оспариваемого договора деятельность  

ОАО "ВИЛС" не претерпела каких-либо негативных изменений, напротив, сделка  положительным образом повлияла на финансовые показатели ОАО "ВИЛС".  

Как указано выше, установленная судебным экспертом рыночная стоимость  спорного имущества находится в пределах допустимой погрешности от цены  договора и прямо опровергает причинение вреда ОАО "ВИЛС" совершенной  сделкой.  

В результате заключения договора ОАО "ВИЛС" не понесло материальных  потерь и не утратило корпоративный контроль над спорным имуществом: активы в  виде имущества и имущественных прав переданы в дочернее общество  

(АО "Пегас"), в котором предприятие владеет 100% акций. 

Таким образом, стоимость активов ОАО "ВИЛС" не уменьшилась, а  трансформировалась из имущества и имущественных прав в акции (без изменения  их доли), в связи с чем материальные потери отсутствуют, контроль над  имуществом сохранен через 100% участие в уставном капитале АО "Пегас".  

Заключение эксперта подтверждает доводы ответчиков о том, что  содержание спорного имущества причиняло убытки ОАО "ВИЛС". Деятельность  спортивных объектов и объектов социально-бытового назначения не является для  ОАО "ВИЛС" профильной; предприятие несло бремя содержания спорного  имущества при отсутствии доходной части от его эксплуатации, в связи с чем  заключение договора было направлено на предотвращение ещё больших убытков  для ОАО "ВИЛС".  

Оспариваемая сделка не подразумевала отчуждения спорного имущества за  контур группы (поскольку ОАО "ВИЛС", являясь единственным акционером  

АО "Пегас", сохраняет над ним корпоративный контроль) и была заключена в целях  оптимизации хозяйственной деятельности основного и дочернего обществ,  представляющих собой с экономической точки зрения единый хозяйствующий  субъект.  

Таким образом, в отсутствие ущерба ОАО "ВИЛС" и при экономической  оправданности его действий договор не может быть признан недействительным на  основании пункта 2 статьи 174 ГК РФ и как сделка с заинтересованностью.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской  Федерации не допускаются действия граждан и юридических лиц, осуществляемые  исключительно с намерением причинить вред другому лицу, а также  злоупотребление правом в иных формах. Положения указанной нормы  предполагают недобросовестное поведение (злоупотребление) правом с обеих  сторон сделки, а также осуществление права исключительно с намерением  причинить вред другому лицу или с намерением реализовать иной противоправный  интерес, не совпадающий с обычным хозяйственным (финансовым) интересом  сделок такого рода.  

Следовательно, для квалификации сделок как совершенных со  злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того,  что, заключив спорные договоры, стороны имели умысел на реализацию какой-либо  противоправной цели.  

В материалы дела представлены доказательства, подтверждающие наличие у  оспариваемого договора правомерной управленческой цели, а именно: обособление  непрофильного для ОАО "ВИЛС" актива (комплекса культурно-спортивных  объектов) при сохранении над ним корпоративного контроля путем единоличного  участия в уставном капитале АО "Пегас".  

Суд не установил и не учел указанные обстоятельства, свидетельствующие  об экономической обоснованности и разумности договора, не дал оценку тому  факту, что эксплуатация спорного имущества причиняла убытки ОАО "ВИЛС".  

Вопреки выводам суда первой инстанции, в материалы дела не представлено  ни одного доказательства того, что ОАО "ВИЛС" имеет отношение к созданию и  деятельности АО "Спутник". Наличие неких связей между членом совета  директоров ОАО "ВИЛС" и представителем по доверенности АО "Спутник" само  по себе не является достаточным основанием для вывода о фактической  аффилированности указанных обществ.  

Таким образом, суд первой инстанции неполно выяснил обстоятельства дела  и ошибочно установил наличие в действиях ответчиков злоупотребления правом,  тогда как целью заключения Договора являлась эффективная организация  управления спорным имуществом, в связи с чем судом неправильно применены  положения статьи 10 ГК РФ.  

В соответствии с пунктом 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности  составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей  

200 настоящего Кодекса. 

В силу статьи 197 ГК РФ для отдельных видов требований законом могут  устанавливаться специальные сроки исковой давности, сокращенные или более  длительные по сравнению с общим сроком. Правила статьи 195, пункта 2 статьи 196  и статей 198 - 207 настоящего Кодекса распространяются также на специальные  сроки давности, если законом не установлено иное.  

Пунктом 1 статьи 200 ГК РФ предусмотрено, что если законом не  установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо  узнало или должно узнать о нарушении своего права и о том, кто является  надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.  

На основании пункта 10 статьи 26 Федерального закона от 22.04.1996 № 39- ФЗ "О рынке ценных бумаг" сделка, совершенная в процессе размещения  эмиссионных ценных бумаг, может быть признана недействительной по иску Банка  России или регистрирующей организации, осуществившей регистрацию выпуска  (дополнительного выпуска) эмиссионных ценных бумаг, или органа,  осуществляющего государственную регистрацию юридических лиц, а также по  иску участника (акционера) эмитента или владельца эмиссионных ценных бумаг  эмитента того же вида, категории (типа), что и эмиссионные ценные бумаги  выпуска (дополнительного выпуска). Срок исковой давности для признания этой  сделки недействительной составляет шесть месяцев с момента ее совершения.  Указанный в настоящем пункте срок исковой давности в случае его пропуска  восстановлению не подлежит.  

Таким образом, специальный срок исковой давности на оспаривание  договора, заключенного в процессе дополнительной эмиссии акций АО "Пегас",  подлежит исчислению с момента заключения договора 15.10.2020.  

Наличие у истца информации об оспариваемой сделке подтверждается также  приложенным к исковому заявлению отчетом ООО «БСГ-Консалтинг групп»  

 № 1020/03-БО, который составлен 25.11.2020 на дату оценки 05.11.2020. 

С учетом изложенного не могут быть признаны обоснованными выводы суда  первой инстанции о том, что начало течения срока исковой давности следует  считать от даты государственной регистрации перехода права собственности  недвижимого имущества на АО "Пегас", а до этого момента истец не мог узнать о  существовании спорной сделки.  

В данном случае срок исковой давности составляет шесть месяцев и истек  15.04.2021, истец обратился с иском об оспаривании договора 27.07.2021.  

Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной  в споре, является самостоятельным основанием к вынесению судом решения об  отказе в иске.  

Апелляционная коллегия приходит к выводу, что на основании части 

1 статьи 270 АПК РФ решение подлежит отмене с принятием по делу нового  судебного акта об отказе в удовлетворении иска.  

Расходы по уплате государственной пошлины за подачу иска, апелляционных  жалоб, по судебной экспертизе распределяются в соответствии с частью 1 статьи  110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.  

руководствуясь ст.ст. 176, 266-268, 270-271 Арбитражного процессуального  кодекса Российской Федерации,  

П О С Т А Н О В И Л:

Решение Арбитражного суда г. Москвы от 07.07.2022 по делу  № А40-158907/21 отменить. В удовлетворении иска отказать. 

Взыскать со ФИО2 в пользу ОАО "ВИЛС" расходы  по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000  руб., расходы на проведение повторной судебной экспертизы в размере 550 000 руб.  

Взыскать со ФИО2 в пользу АО "ПЕГАС" расходы  по уплате государственной пошлины по апелляционной жалобе в размере 3 000 руб.  

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда вступает в  законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в течение двух  месяцев со дня изготовления постановления в полном объеме в Арбитражном суде  Московского округа.  

Председательствующий судья А.С. Сергеева  

Судьи: Е.Е. Мартынова 

 М.Е. Верстова